На следующее утро девушки проснулись от запаха свежесваренного турецкого кофе и звуков, доносящихся из гостиной номера. Кемаль и Явуз уже были на ногах: бодрые, чисто выбритые, в лёгких белых льняных рубашках. На журнальном столике стоял поднос с завтраком: свежие фрукты, оливки, сыр, горячие лепёшки, мёд и кофе в типичных чашечках.

— Доброе утро, мои ханим, — Кемаль улыбнулся Лере так нежно, что у неё снова защемило сердце. Он подошёл, наклонился и поцеловал её в висок. — Как спалось моей маленькой жене?

Лера, ещё сонная и растрёпанная, улыбнулась в ответ, чувствуя приятную тяжесть и лёгкую саднящую боль между ягодиц — напоминание о ночи, как совсем недавно туда вгонялся турецкий бур.

Кемаль сказал за завтраком, как бы между делом:

— Сегодня вечером хотим вас познакомить с семьёй. Они просили показать наших жён. У нас так принято: когда мужчина нашёл хорошую женщину, он делится радостью с близкими. Не бойтесь, это будет просто ужин, шашлык, музыка. Дом недалеко, в тихом районе.

Лера заколебалась, было страшно выходить за пределы отеля, но Кемаль добавил:

— Ты же моя жена. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Мы вернёмся когда захочешь.

Даша, как всегда более смелая, кивнула первой:

— А почему нет? Посмотрим, как живут настоящие турки. Погнали, подруга?

— Конечно, ханим, всё будет прилично!

После завтрака в номере они не спешили уходить. Кемаль и Явуз остались и просто валялись на кровати, курили, болтали по-русски вперемешку с турецким. Девушки ещё не отошли от ночи, тело ныло в приятных местах, но настроение было хорошее, ленивое.

Затем душ приняли. Секс-марафон продолжился. Кемаль лёг, потянул Леру на себя, девушка села сверху наездницей, медленно опустилась, чувствуя, как твердый член входит полностью растягивая стенки. Девушка явно раскрепостилась, от преждей скромности мало что осталось, сразу начала скакать на члене турка. Мужчина держал за бёдра, иногда подталкивал вверх-вниз. Кончила тихо, влагалище подергивалось судорогами, следом и турок кончил внутрь.

Даша была раком, начала привыкать понемногу к ведомой позе и уже сильно не возмущалась. Явуз долбил сзади и шлёпал по попе, она стонала в подушку. Вот что значит когда ебет знающий мужчина. Девушка кончила, когда он схватил за волосы и потянул назад, потом он тоже кончил, даже не озаботившись защитой и возможностью беременности.

— Дети, святое! Нам претит использовать презервативы, ханим! Если будут дети, да будет так, это хорошо!

— Ага, тебе-то легко говорить! А ребенком-то будем мы, девушки заниматься.

— Не волнуйся, о краса моих небес! Мы не бросаем своих ханим и будем обеспечивать, переезжайте сюда, в Турцию, благословлённую землю предков.

Девушки успокоились на этом, сильно не беря в голову, так как сидели на коках — таблеточные контрацептивы. Затем, лежали, пили и перекусывали небольшой снедью под шутки и разговоры, в общем просто отдыхали.

Часа через два вышли. Мужчины сказали: «Покажем город!». Сели в такси, доехали до старого базара. Узкие улицы, запах жареного мяса, специй. Кемаль купил Лере персик сочный, она ела, сок капал по подбородку, он вытер пальцем и слизнул. Явуз Даше шарф накинул дешёвый, но яркий, сказал: «Тебе идёт». Посидели в маленьком кафе: чай в стаканах, кальян, разговоры про жизнь в Анталии, про семью, про то, как тяжело работать летом.

Потом доехали до маленького пляжа за скалами, не туристическое место, людей особо здесь не было. Вода тёплая, но с камешками под ногами неприятно, каждый шаг колол ступни. Разделись прямо на берегу, вещи кинули на полотенце, которое Явуз расстелил на песке. Разделись, купальники, солнце, хорошая атмосфера!

Кемаль сразу взял Леру за руку, потянул в воду. По пояс зашли, она вздрогнула от прохладного прикосновения волн к промежности — после трахомарафона всё ещё было чувствительно. Он прижал её спиной к скале, где волны почти не били. Лера обхватила его ногами за талию, руки на плечи, чтобы не поскользнуться. Кемаль одной рукой держал её под попу, второй направил член прямо в женские врата. И сантиметр за сантиметром, чувствуя, как она стенки плотно обхватывают турецкий обрез. Вода мешала, солёная, попадала в глаза, в рот, но это только добавляло приятных ощущений, что девушке, что мужчине.

Трахались прямо в море, очень экстравагантно: мужчина совершал фрикции такие, чтобы яйца ударялись об промежность Леры, затем вытаскивал, но не до конца, а так чтобы головка хрена не выходила. Мужчина явно был опытным любовником, пытался своей головкой давить на переднюю стенку влагалища, чтобы доставить девушке больше приятных ощущений. Ему это явно удавалось.

Лера дышала ему в шею, губы касались кожи, иногда кусала, чтобы не застонать громко. Её грудь тёрлась о его грудь при каждом движении, соски стимулировались трением и водой, от чего девушка чувствовала скорый приход оргазма. Он держал её крепко, пальцы впивались в ягодицы, иногда раздвигал их чуть шире, чтобы войти глубже. Лера чувствовала каждый толчок внутри — как член упирается в матку, как стенки влагалища обхватывают смуглого захватчика. Волны плескались вокруг, били по бёдрам, вода хлюпала между телами в такт движениям.

Девушка кончила первой. Тихо застонала, тело задрожало, влагалище начала подергиваться вокруг хуя. Дыхание сбилось, она уткнулась губами в его шею, прикусила кожу, чтобы не закричать.

Кемаль продолжал долбить, но оргазм мужчины тоже подходил в виде горячего тепла в вверх по стволу. Член начал выстрелить тугие струи прямо внутрь девушки, заполняя и осеменяя пизду, смешиваясь с водой, которая всё равно просачивалась внутрь. Турок не вытащил сразу своего терзателя пездочек, как он обычно в мыслях называл своего малыша, а дал времени побыть внутри тесной девичьей норки. Как же приятно! Плюс еще одна пизда в копилку турка.

Даша с Явузом остались на песке. Она легла на спину прямо на полотенце, ноги раздвинула широко, колени согнула — выставила свою междуножную устрицу напоказ страстному охотнику. От чего у того явно встал, готовый пронзать и ебать эту боевую валькирию! Песок прилип к мокрой спине, к ягодицам, но ей было уже всё равно. Явуз встал на колени между её. Он не стал тянуть сразу вошёл одним движением в жаждующую расщелину девушки. Даша ахнула, выгнулась, руки вцепились в песок. Турок начал ебать быстро. Каждый толчок сопровождался шлепком, песок скрипел под ними. Сучка явно, не сдерживаясь, стонала!

— Еби меня! Я твоя пизда! Я... Явуз... Ах... жестче!

Явуз не обращал внимания на типичную блядь, на которых он не только насмотрелся в курортном городе, но и провел всевозможные виды опробации их дыреней. Наклонился, схватил её за грудь и сильно сжал, пальцы оставляли красные следы на коже, потянул соски вверх. Даша зашипела от смеси боли и удовольствия, бёдра сами подались навстречу.

Мужчина шлёпнул по попе. Даша кончила с выдохом: тело напряглось, влагалище сжалось вокруг турецкого стержня, она закусила губу, чтобы не заорать, глаза закатились. Явуз не остановился, продолжал вгонять член, пока не кончил сам: тихо ругнулся, и затолкал своего дамского любимчика поглубже, начал изливаться внутрь — густые, горячие толчки, она чувствовала каждый, как внутри становится полно и тепло.

Явуз лёг на неё сверху, тяжело дыша, член всё ещё внутри, закрепляя свое доминантной положение над еще одной женской пропизденью. Девушка покорно лежала, хотя для столь бойкой изначально Даши — явно нетипичное положение.

— Так хорошо... Явуз, слезь с меня, надо ополоснуться!

Потом просто встали. Ополоснулись в море, смыли песок и липкость. Оделись веселясь и флиртуя и откровенно друг друга рассматрия, практически не стесняясь. В машине обратно никто не говорил много, девушки сидели сзади уставшие, с приятной тяжестью внизу живота, мужчины впереди курили, иногда переглядывались в зеркало.

Вернулись в отель ближе к шести. Приняли душ по очереди, переоделись в лёгкие платья. Турки сказали: «Через час заедем, одевайтесь красиво, поедем знакомиться со семьей».

Лера сказала:

— Точно это стоит того? Фиг знает куда мы едем? А вдруг нас похитят?

— Лера, ну не будь дурой... Хотели бы похитить, сегодня бы уже похитили, когда поехали по нетипичным местам, так что не ссы!

— Ну, ладно... Но все равно страшно! И вообще зачем нам знакомиться...

— Лера, ну принято у них, а мне интересно, почему нет, нас же никто не заставляет... А так развеемся, проведем более тесную культурную интеграцию, ахех. Может замуж выйдем за турка...

— Ну, не знаю, давай посмотрим...

Мужчины подъехали и забрали девушек.

Девчонок сопроводили к загородному дому, ещё немного скованные, в коротких платьях и с лёгким макияжем. Кемаль и Явуз всячески развлекали их, чтобы они сильно не унывали. Один из парней открыл дверь, пропуская их.

— Сначала познакомлю вас с «главнокомандующим», — усмехнулся Кемаль, когда они вошли во внутренний дворик.

У огромного стационарного мангала, окутанный дымом, стоял рослый мужчина с сединой на висках. Это был Эмре, старший двоюродный брат. Он выглядел солидно, чуть полноватый, но очень уверенно выглядящий турок.

— Эмре-аби! — окликнул его Кемаль. Мужчина отложил щипцы, вытер руки о полотенце и развернулся. — Вот, познакомься, это Лера, а это Даша, подруга Явуза.

— Проходите, красавицы, всё уже готово.

Тут из дома, буквально выпрыгнув на крыльцо, выскочил парень помоложе в модных рваных джинсах и с ярким телефоном в руках.

— А-а-а, наконец-то! Брат Явуз, ты пришел, а то мы тут маленько оголодали по свежему мясцу! Вау, а неплохие бляди! Еще привез нам шкур на проеб?! — воскликнул новоприбывший по-турецки, девушки ничего не поняли!

— Хаха, да, брат! — сказал Явуз на том же языке. Затем продолжил на русском — Знакомьтесь, это Мерт, наш «стиляга» и младший кузен. Ладно, девушки, проходите за стол.

Пахло пряным мясом, чесноком, свежим хлебом и корицей, наверное. На столе уже стояли тарелки с долмой, кёфте, жареными баклажанами с йогуртом, салат из помидоров с гранатовым соком, сыр, оливки, горячий лаваш, который Явуз предварительно принёс из пекарни напротив. У девушек побежали слюни, перекусы и фрукты, которыми они питались в течение дня точно сыт не будешь!

Музыка тихая, какая-то старая турецкая, с гитарой и грустным мужским голосом. Свет приглушённый, только лампа над столом и свечи в стеклянных стаканах из-под чая.

Кемаль разлил вино тёмное, густое, пахнущее вишней и смолой. Даша понюхала, вкусненько пахнет.

— Это из Каппадокии, домашнее. Один наш дядя делает. Пейте, вам самое лучшее

Лера взяла бокал, понюхала, сделала глоток и сразу прикрыла глаза.

— Боже, это что, чудо?

— Нет, просто хорошее вино и хорошая компания, — Явуз подвинул к ней тарелку с долмой. — Ешьте, вы дома.

Они ели руками, как и положено. Кемаль отрывал кусочки лаваша, макал в соус и кормил ту, что сидела слева, прямо из своих пальцев. Она сначала стеснялась, потом открывала рот послушно, как котёнок.

Кемаль отрывал кусочки лаваша, макал в соус из йогурта с чесноком и подносил к губам Леры. Она послушно открывала рот, принимая угощение прямо с его пальцев, и каждый раз он задерживал палец чуть дольше, чем нужно, проводя им по её нижней губе. Лера краснела, но уже не отводила взгляд.

Даша, сидевшая рядом с Явузом, наоборот, вела себя развязнее обычного — вино быстро ударило в голову. Она смеялась громче, чем следовало, трогала Явуза за предплечье, когда тот что-то рассказывал, и даже пару раз нарочно уронила оливку себе на грудь, а потом медленно подняла её пальцами и съела, глядя ему прямо в глаза.

Мерт, младший кузен, сидел напротив и не скрывал интереса. Он переводил взгляд то на одну девушку, то на другую, улыбался нагло и красиво, показывая белые зубы. Иногда вставлял что-то по-турецки, и Кемаль с Явузом смеялись, а потом переводили «прилично» — типа «Мерт говорит, что вы украсили наш вечер» или «Мерт спрашивает, любите ли вы танцевать». Девушки понимали, что это сильно смягчённая версия.

Эмре, старший брат, вёл себя сдержанно, но доброжелательно. Он ел мало, больше наблюдал. В какой-то момент поднял бокал и произнёс короткий тост по-турецки. Явуз перевёл:

— Эмре-аби говорит: «За новых сестёр в нашей семье. Пусть Аллах хранит ваши сердца и ваши дома». Ну и чтобы вы рожали здоровых мальчиков и за то, чтобы их отцы хорошо умели делать.

Лера поперхнулась вином. Даша же только фыркнула и подняла бокал:

— Да будет так, хих!

После еды мужчины закурили. Мерт достал телефон и включил что-то потанцевальнее — современный турецкий поп с восточными мотивами. Эмре покачал головой, но не возражал.

— Пойдёмте, — Кемаль протянул руку Лере. — Покажем, как танцуют настоящие турки.

Лера заколебалась, но Даша уже вскочила:

— А то! Погнали!

Явуз сразу обхватил Дашу за талию и начал двигаться с ней в каком-то своём варианте турецкого танца. Руки в стороны, бёдра покачиваются, много резких поворотов. Даша быстро втянулась, смеялась, виляя попой, волосы растрепались.

Кемаль танцевал с Лерой гораздо нежнее. Он держал её за руки, кружил медленно, иногда притягивал к себе так, что её грудь прижималась к его груди, а потом отпускал и смотрел, как она смущённо улыбается. В какой-то момент он наклонился к её уху:

— Ты самая красивая здесь, моя маленькая жена. Я хочу, чтобы ты танцевала только для меня… но сегодня можно и для всех. Немного. Если что у нас принято делиться самым дорогим со своими родственниками!

Лера почувствовала, как по спине побежали мурашки. Вино, музыка, тёплый вечерний воздух, запах дыма от мангала, вкусная еда — всё смешалось в голове.

Мерт не выдержал и тоже подошёл. Он взял Леру за руку, когда Кемаль на секунду отошёл за вином, и начал кружить её быстрее, с улыбкой наглого мальчишки. Лера растерялась, но не вырвалась. Мерт был красивый, уверенный, пах дорогим одеколоном и табаком. Он что-то шептал ей по-турецки, она не понимала слов, но тон был откровенно флиртующий.

Явуз тем времени сзади обнял Дашу, прижался пахом к её ягодицам, давя своим бугорком, и начал шептать что-то на ухо, от чего она снова засмеялась и выгнулась. Рука полезла под платье, от чего девушка захихикала и начала слабо сопротивляться:

— Ну Явуз, не тут, твои родственники увидят!

— Они мои братья, а с ними деляться всем! Даже последним глотком в пустыне!

Он задрал ей подол платья до бёдер, пальцы вовсю хозяйничали между ног. Даша уже не сопротивлялась, даже раздвинула колени шире, откинула голову ему на плечо и тихо постанывала, пока он двумя пальцами трахал мокрую щель, а большим тёр клитор. Турок развернул сучку лицом к столу, нагнул вперёд. Платье задралось до талии. Явуз расстегнул ширинку, достал уже стоящий член. У Даши окончательно сорвало крышу:

— Ааааа, бляяяя, пофиг, трахай меня при всех!

Он начал долбить, шлёпая по ягодицам. Каждый удар отдавался звуком мокрой плоти и стонами развратной девицы.

Эмре сидел в кресле чуть в стороне, курил кальян и смотрел с ленивой отеческой улыбкой. Достал свой толстый шлюхорватель и начал подрачивать, думая про себя: "попортим девок, никакой жалости для шлюх!"

Лера стояла посреди двора, всё ещё слегка кружась от танца с Мертом, когда услышала громкий, влажный шлепок и протяжный стон Даши. Она обернулась и замерла.

Дашу нагнули, платье задрано до самых лопаток, трусики болтались на одной лодыжке. Явуз крепко держал подругу за бёдра и вгонял свою мясную машину, длинные волосы разметались по скатерти. Даша уже не сдерживалась, стонала в голос и иногда выкрикивая что-то бессвязное:

— Да… вот так… глубже, бля… не останавливайся…

Мерт, всё ещё держа Леру за руку, тихо хмыкнул и перевёл взгляд на нее. Его глаза блестели от возбуждения. Он наклонился к уху Леры и прошептал по-английски, с сильным акцентом:

— Your friend… very hot. You want same?

Лера не ответила. Горло пересохло. Она чувствовала, как между ног снова становится влажно, щечки покраснели и подумала: вот Дашка проблядина! Тоже так хочу!

Кемаль вернулся с бокалом в руке, увидел происходящее и только усмехнулся уголком рта. Подошёл к Лере сзади, обнял за талию, прижал к себе так, чтобы тереть своим бугорком промежность девушки. Мерт отпустил девушку и сразу достал своего бойца из под штанов, от чего Лера даже засмущалась...

— Не бойся, милая, тут все свои! С братьями надо делиться! Расслабься...

Он медленно задрал подол её платья... Вино или возбуждение, а может всё вместе — Лера не сопротивлялась, а даже наоборот выгнула спинку и выпятила попку, чтобы турку было удобнее. Кемаль затолкал пальцы в ее пизду, а затем поднес свои руку ко рту девушки. Лера инстинктивно облизала его пальцы, ощущая солоноватый привкус.

Кемаль не останавливался, во всю мял девушку и шептал пошлости на ушко. В Леру сзади проникли. Она выгнулась, вцепилась в его предплечья. Он начал трахать её стоя, каждый раз ударяя в самую чувствительную точку. Лера поскуливала в такт толчкам от кемальского обреза, который поимел не одну славянку в этом курортном городке.

Тем временем Эмре поднялся с кресла и неспешно подошел к совокупляющейся паре Явуз и Даше... Девушка увидела, но никак не отреагировала, так как полностью сосретодочилась на ощущениях бомбардировку ее раковины сзади, как заполняют и растягивают — в такие моменты девушка пыталась сокращать мышцы влагалища, чтобы обеспечить больше удовольствия им обоим... Ведь не зря спортом занимается, надо удивить турка, таких проказниц у него точно не было!

Эмре что-то сказал Явузу... Турок медленно повернул девушку и руками согнул в спине, чтобы старшему братцу было удобнее... Даша посмотрела на вперед торчащего исследователя женских шахт и офонарела от толщины! Да этот монстрище разорвет ее милый ротик! Эмре начал тыкаться туда, но девушка сопротивлялась и отнекивалась, от чего толстый турок дал пощечину, несильно, но чтобы сучка поняла что сопротивление бесполезно... Даша приоткрыла рот — туда сразу нырнул мясистый твердый шланг, расстянув до невозможности. Свело челюсти судорогой, из уголка начала капать слюна, девушка что-то замычала и попыталась сказать, но член неумолимо прошел дальше и Даша просто закатила глаза попыталась поплотнее сомкнуть свои губки, стараясь не касаться зубками. Рефлекторно выступили слезки из-за рвотного рефлекса, но девушка сдержалась!

Не хватало еще опозориться! Я им покажу какая я классная! Вот так, принимай полностью колбаску — мелькнула мысль Даши.

Лера уже не думала. Тело само двигалось навстречу Кемалю. Мерт сказал что-то. От чего ухажер Леры взял ее на руки, пытаясь не вытаскивать член из лона, подошел и лег на диванчик, и снова начал трахать, прижимая к своей груди. Девочка повизгивала при резких движениях, тепло зрело между ног. В этот момент другой турок попытался пристроиться сзади, но не получилось из-за неудобства и что-то проворчал на своем языке. Кемаль остановился и развернулся так чтобы ноги свисали с дивана у обоих, и при этом вынув член, девушка взмолилась:

— Ну Кемаль, верни свой хер в меня! Пожалуйста...

— Погоди, сейчас брат Мерт, хочет оценить тебя! И скажет достойную ли я выбрал жену... Терпи.

Девушка даже не поняла о чем идёт речь и угукнула удовлетворительно, просто полностью сосредоточилась на желании пизды вернуть своего законного владельца в дупло!

Мерт снова попытался пристроить своего смазанного разорителя девичьих нор в дыру повыше! Девушка почувствовала давление в анусе, от чего тихо заскулила... Кемаль резко вернул своего жеребца, сношая жестко! Лера застонала от удовольствия — такая сладкая пытка! Уже никаких мыслей стыда, только полное растворение в разврате! Другой турок все-таки смог проткнуть ее анал, создавая двойное давление на перегородку между пиздой и прямой кишкой! Мерт потихонечку толкал пинус глубже, наслаждаясь теснотой запасного дымохода, в котором практически никогда не было такого турецкого захватчика!

— Сейчас, получай шмурдень! — Балякал Мерт на своем языке, девушка поняла по интонации что он говорит нечто похабное, это усилило ее удовольствие.

Лера от такого двойного разврата бурно начала кончать! Влагалище захлюпало, девушка пискнула от охвативших эмоций...

Двойной секс! Группа! Как в фильмах! Меня ебут в два смычка как последнюю шлюху! Ох уж эти турецкие традиции давать своим родственникам...

А в этот момент Даша, всё ещё стоя на коленях перед столом, издавала приглушённые, влажные звуки вокруг толстого члена Эмре. Её челюсть уже ныла, губы растянуты до предела, слюна стекала по подбородку и капала на грудь, прямо на смятое платье. Явуз не останавливался и продолжал вгонять свой ствол в её раковину сзади, каждый раз с хлюпающим звуком, от которого по двору разносились влажные шлепки.

Эмре, старший, держал Дашу за волосы у корней и направлял её голову так, как ему было удобно. Он не торопился, наслаждался каждым сантиметром, который девушка брала в рот. Иногда вытаскивал почти полностью, давая ей глотнуть воздуха, и тут же снова входил, наблюдая, как её глаза слезятся, а зрачки расширяются от смеси удушья и возбуждения.

— Хорошая девочка… — пробормотал он по-английски, оттягивая своим похотником щеку девушки.

Даша уже не сопротивлялась. Напротив — когда Эмре на мгновение ослаблял хватку, она сама подавалась вперёд, стараясь взять ещё глубже, заглатывая до горла. Её стоны превратились в булькающие, мокрые всхлипы. Явуз шлёпнул её по ягодице, оставляя красный отпечаток ладони.

— Слышишь, как она старается, аби? — усмехнулся он. — Наша новая ханим хочет угодить всей семье.

Эмре только кивнул, не отрывая взгляда от Дашиных губ, обхватывающих его толстый ствол. Он начал двигаться быстрее, уже не давая ей отдышаться. Даша замычала, вцепилась пальцами в бёдра мужчины, чтобы ей удобнее было быть насаженной на 2 мясистых кола сзади и спереди!

Даша кончила резко, бурно, с протяжным мычанием прямо на члене Эмре. Пиздень сжалась вокруг Явузова осквернителя нор, что тот выругался сквозь зубы и ускорился, долбя еще жестче. Эмре не выдержал и начал бурно заполнять своим белковым концентратом распахнутый ротик, не вытаскивая. Даша давилась, кашляла, но глотала, слёзы текли по щекам, смешиваясь со слюной и спермой, которая уже вытекала из уголков рта.

Явуз кончил следом! Рыкнул и начал выплёскивать внутрь сперму горячими толчками. Даша чувствовала, как её заполняют с двух сторон одновременно — спереди горло, сзади уютно распаханную пизду. Тело сотрясалось в оргазменных судорогах.

Когда мужчины наконец отстранились, Даша осела на колени, тяжело дыша. Грудь ходила ходуном, платье задрано, между ног всё блестело от спермы, пота и её собственных соков. Она посмотрела мутными глазами на остальных...

— Ну что… я понравилась твоему родственнику? — сказала она, вытирая рот тыльной стороной ладони.

Мужчины засмеялись, Эмре что-то сказал. Явуз потрепал её по голове, как хорошую собачку.

— Он говорит: Отличная девочка. Добро пожаловать в семью.

Тем временем Лера кончала долго, судорожно, все тело подрагивало. Влагалище сжималось вокруг завоевателя Кемаля, тот тоже зарычал и сильнее начал долбить, чувствуя скорую готовность. Еще несколько минут интенсивной двойной бомбардировки дырищ девушки. Турок начал кончать внутрь, глухо застонав. Девушка тоже почувствовала тепло внутри, как заполняют ее пиздень — по организму прокатился снова оргазм, Лера потеряла сознание...

Мерт почувствовал как его брат кончил через тонкую перегородку, ускорился, вгоняя в анал своего наездника славянских дырочек. Через несколько фрикций затолкал на всю длину в уже не аккуратную дырочку, а в настоящее раздолбленное дупло, кончая пульсирующе...

Парни вынули свои похотливые орудия из девушки и оставили на диване со стекающими спермой и секретом из двух разоренных дыр... Они посмеялись и сделали фото на телефон на память.

Лера начала приходить в себя на диванчике. Она лежала на боку, ноги всё ещё раздвинуты, из обеих дырок медленно вытекала белая густая смесь. Глаза полузакрыты, губы приоткрыты, дыхание тяжёлое. Кемаль присел рядом, нежно погладил её по мокрому от пота лбу.

Даша к ней подошла и страстно поцеловалась с ней, как бы передавая пережитые эмоции... Что же им предстоит дальше?

Спустя время Явуз сказал Кемалю на турецком:

— Эти шлюхи даже не поняли, что они даже не наши родственники, такие наивные дурочки! Что может продадим их в бордель?