Пятое сентября встретило Марка мелким дождём и запахом мокрого асфальта. Корпус три нашёлся быстро — трёхэтажное здание из серого бетона, утыканное антеннами и тарелками спутниковой связи. Аудитория двенадцать оказалась большим залом, разделённым на кабинки прозрачными перегородками. В каждой — кресло, экран, стойка с оборудованием. Человек двадцать его ровесников сидели на скамьях у входа, кто-то листал телефон, кто-то тихо переговаривался. Никто не выглядел смущённым или напряжённым — обычная учебная рутина.

Вошла женщина лет сорока, с короткой стрижкой и спокойными глазами.

— Добрый день. Меня зовут Ирина Сергеевна, я куратор вашего потока. Дальше вы будете работать самостоятельно. Инструкции получите на индивидуальные терминалы. Если возникнут вопросы — нажмите кнопку вызова, я подойду. Если захотите прерваться — кнопка паузы справа от кресла.

Она спокойно села в кресло за столом. В кабинках зажёгся мягкий свет.

Марк зашёл в ближайшую. Кресло здесь было проще, чем на тестировании, — обычное медицинское, с регулируемой спинкой. Рядом на стойке — устройство, похожее на прозрачный цилиндр с мягкими стенками и датчиками внутри. Искусственная вагина. Он взял её в руки — тёплая, чуть шершавая, с едва заметным рисунком фактуры, имитирующим живую плоть. На ощупь напоминало силикон высокого качества, но с какой-то внутренней упругостью, которой не бывает у простого силикона.

Терминал загорелся, выдав текст:

«Добро пожаловать на курс «Основы телесной гармонии». Первое занятие: знакомство с тренажёром и базовое управление возбуждением.

Инструкция:

1. Разденьтесь ниже пояса, сядьте в кресло.

2. Наденьте тренажёр на пенис. Для комфорта используйте смазку из дозатора справа.

3. Запустите программу «Базовый ритм».

4. Следуйте подсказкам на экране.

Время занятия: 45 минут».

Марк разделся, сел. Кресло под ним мягко загудело, подстраиваясь под тело. Он выдавил смазку из дозатора — прозрачный гель без запаха, прохладный на пальцах — нанёс на тренажёр и надел его. Стенки плотно обхватили член, но не сдавливали — скорее массировали, подстраиваясь под форму.

На экране появились три шкалы: «Возбуждение», «Удовольствие», «Контроль». И кнопка «Старт».

Марк нажал.

Тренажёр ожил — мягкие, ритмичные сокращения пошли по всей длине. На экране шкала возбуждения поползла вверх. Марк откинулся в кресле, наблюдая за показателями. Член наливался кровью, головка увлажнялась естественной смазкой, смешиваясь с гелем. Было приятно, но странно — он ничего не делал, просто сидел, а тело реагировало.

Через минуту тренажёр изменил ритм — сокращения стали чаще, интенсивнее. Шкала удовольствия поднялась до тридцати процентов, возбуждение — до шестидесяти. Контроль держался на восьмидесяти — Марк специально сдерживал дыхание, не позволяя себе уйти в волну.

На экране появилась подсказка:

«Дышите в таз. На вдохе представляйте, как воздух опускается в низ живота. На выдохе — расслабляйте мышцы промежности».

Марк попробовал. На вдохе — живот чуть напрягся, на выдохе — он специально расслабил то, что обычно сжимается. И волна пошла иначе — не резким толчком, а плавным нарастанием. Удовольствие поднялось до сорока, возбуждение — до семидесяти. Контроль упал до семидесяти пяти.

Он поймал ритм. Движения тренажёра совпали с его дыханием, и тело само начало двигаться навстречу — мелкие, почти незаметные толчки бёдрами. На экране загорелось зелёное: «Синхронизация 60%».

Марк сосредоточился на ощущениях. Трение внутри, пульсация стенок, тепло, которое разливалось от члена по всему тазу, поднималось выше, к пояснице. Яички подтянулись, стало тесно и горячо. Он чувствовал, как приближается оргазм — знакомое напряжение в основа:нии члена, которое растёт и требует разрядки.

Тренажёр на мгновения замер и на экране появилась подсказка: «Теперь попробуйте продлить эти ощущения. Дышите глубже, но медленнее».

Он замедлил дыхание, ослабил ритм движений, просто позволяя тренажёру работать дальше. Шкала удовольствия замерла на семидесяти, возбуждение — на восьмидесяти пяти. Оргазм отступил, но не ушёл — остался где-то рядом, тёплым фоновым напряжением.

Через минуту тренажёр снова сменил программу — теперь волны шли с перерывами, нарастая и спадая, как прибой. Марк поймал этот ритм, двигаясь в такт, позволяя себе почти достигать пика и снова отступать.

На тридцать пятой минуте программа выдала финальную волну. Марк уже знал, что это финал — напряжение копилось слишком долго, тело требовало разрядки. Да и подсказок больше не было. Он перестал сдерживаться, быстро и глубоко всаживая член в тренажёр, чувствуя, как стенки сжимаются в ответ на каждое движение.

Оргазм ударил неожиданно сильно — член дёрнулся раз, второй, третий, выпуская сперму в тёплую силиконовую полость. Марк выгнулся в кресле, зажмурившись, чувствуя, как пульсация проходит по всему телу — от члена вверх, к груди, к горлу.

Потом всё стихло. Он открыл глаза, тяжело дыша.

На экране горела статистика: «Пик удовольствия: 94%. Общее время удержания: 3 минуты 14 секунд. Синхронизация: 78%. Рекомендация: работать над контролем дыхания».

Тренажёр мягко отсоединился сам — стенки расслабились, и устройство соскользнуло с уже полумягкого члена. Изнутри оно было абсолютно чистым — видимо, сработала система самоочистки.

Марк сидел, восстанавливая дыхание, и смотрел на шкалы. Он и не знал, что так можно. Теперь он начал понимать, что всё то, что было на тестировании, реально достижимо.

Вечером он написал Алисе. Коротко: «Норм курс. Тренажёр учит в основном дыхание контролировать. У тебя как?)»

Она ответила через полчаса: «Жёстче, чем думала! У нас с первого дня с обратной связью работаем. ИИ партнёра симулирует, надо подстраиваться. Я сегодня полчаса уговаривала тренажёр возбудиться, он как будто специально тормозил. Потом дошло — надо не просто двигаться, а ритм ловить. Кончила так, что искры из глаз. Завтра снова в бой)»

Марк улыбнулся. Набрал: «У нас проще. Я своё тело только начинаю понимать. Оказывается, можно не кончать по полчаса, если дышать правильно».

«Везёт)) Для меня удержание пика — высший пилотаж, пока секунд двадцать могу»

Октябрь пролетел в ритме занятий. Три раза в неделю Марк приходил в корпус три, садился в кресло и работал с тренажёром. Программы усложнялись — появились сценарии с разными типами стимуляции, с визуализацией на экране, с задачами на удержание.

Он научился чувствовать своё тело иначе. Раньше возбуждение было простой реакцией — встал, кончил, всё. Теперь он различал оттенки: вот напряжение в основании члена, вот пульсация в яичках, вот тепло в промежности, вот лёгкое покалывание в анусе. Он мог вызвать эти ощущения дыханием, мог гасить их, мог растягивать.

К ноябрю он уже свободно удерживал пик по семь-десять минут, дыша в такт тренажёру и двигаясь ровно настолько, чтобы не сорваться в оргазм. Кончал только в конце занятия, когда программа выдавала финальную волну, — и каждый раз это было сильнее, чем в прошлый раз.

Однажды он попробовал закрыть глаза и представить, что тренажёр — это не машина. Просто эксперимент. Он представил девушку — без лица, просто тело, тёплое, живое, дышащее в такт с ним. И вдруг синхронизация на экране скакнула до девяноста процентов, хотя обычно держалась на восьмидесяти. Оргазм накатил такой волной, что Марк задохнулся. Время удержание было позорное — тридцать секунд. Алиса к этому моменту хвасталась, что может продержаться три минуты, а она-то начинала с двадцати секунд.

После он сидел и думал: почему так? Решил, что какая разница. Главное — он учится.

Алиса писала то каждый день, то пропадала на пару недель, но когда писала — всегда с восторгом.

«Сегодня был сценарий "Завоевание". Тренажёр ставил блоки, надо было их почувствовать и обойти. Я двадцать минут подбирала ритм, глубину, угол. Когда наконец пошли его шкалы вверх — я чуть не заорала от радости. И кончила сразу, как только он синхронизировался. Препод сказала потом, что у меня дар к эмпатии. Могу чувствовать партнёра. Говорит, с этим или в спорт, или в мастера-терапевты. Я пока не знаю. Спорт заманчиво, выступления, публика. Но и терапия... Надо подумать».

«А у меня сегодня первый раз в запястьях защекотало, прямо как на тестировании. Значит, я на верном пути)»

В начале декабря выпал снег. Марк шёл на последнее в триместре занятие и ловил ртом снежинки — дурачился, как в детстве. Настроение было хорошее: за три месяца он научился управлять своим телом так, как раньше и представить не мог.

Занятие было итоговым. Программа длилась час и включала всё, что они проходили: дыхание, удержание, работу с разными ритмами, финальный контролируемый оргазм. Марк прошёл её почти идеально — синхронизация 92%, удержание пика 9 минут 30 секунд, пик удовольствия 97%.

После занятия он сидел в раздевалке, переодевался и прокручивал в голове ощущения. Тело было лёгким, расслабленным, но при этом собранным — как после хорошей тренировки в спортзале. Он знал, что может больше, но и этого было достаточно.

Телефон пиликнул. Алиса: «Ты сейчас свободен? Мне тут новую кафешку посоветовали. Составишь компанию?»

«Давай, на углу через 15 минут?)»

— Привет, философ, — она улыбнулась. — Как курс?

— Нормально. Научился дышать правильно. Почти десять минут пик держу.

— Ого, — Алиса уважительно подняла брови. — Я пока только пять, но у нас другие задачи. Рассказывай подробнее.

Он рассказал про тренировки, про то, как учился различать оттенки возбуждения, про эксперимент с закрытыми глазами. Алиса слушала внимательно, кивала, задавала уточняющие вопросы.

Тем временем они дошли до нового кафе в полуподвале старого здания. Внутри было тепло, пахло кофе и выпечкой.

— У нас сложнее, — сказала она, когда он закончил. — Тренажёр не просто стимулирует, он реагирует. Надо подстраиваться под его программу, угадывать, что ему нужно. Иногда ползанятия уходит, чтобы просто понять характер. Но когда понимаешь — кайф нереальный. Как будто не с машиной, а с живым человеком.

— А с людьми вы не занимаетесь? — спросил Марк.

— Нет. Это если поступлю в институт, что на мастера, что на спорт. У вас ведь тоже парных занятий нет?

— Тоже нет. Я вообще не знаю даже, как девочки занимаются на стандартном курсе.

Они помолчали, попивая кофе. За окном падал снег, в кафе играла тихая музыка.

— Слушай, — сказала Алиса, отставляя чашку. — Я тебя позвала не просто так. Мне правда нужно понять, идти в спорт или нет. Препод сказала, что у меня дар, но я не знаю, мой это или нет. Спорт — это рекорды, публика, соревнования. А терапия — это работа с людьми, помощь. Я и то, и то могу, но что выбрать? Хочу вот сходить завтра на выступление, составишь компанию?

— А выступление чем поможет? — спросил Марк, казалось бы, пропустив вопрос мимо ушей

— Увижу профи в деле. Как они двигаются, как взаимодействуют, как публика реагирует. Может, пойму, хочу я так же или нет. Сходишь со мной?

— Логично, — кивнул Марк. — А я зачем?

Алиса улыбнулась:

— А ты просто за компанию. И потом, тебе же интересно? Философ должен смотреть на мир, а не только в тренажёр дышать.

Марк усмехнулся:

— Ладно, уговорила. Во сколько?

— В семь. Встретимся в шесть на углу?

— Договорились.

По дороге домой они ещё болтали о пустяках — о погоде, об учёбе, о том, что делают на каникулах. Алиса сказала, что будет тренироваться, Марк — что почитает и отдохнёт.

Марк к подъезду по свежему снегу и думал о завтрашнем вечере. Секс-выступление. Он никогда такого не видел. Было интересно, как это выглядит со стороны — когда двое занимаются любовью не для себя, а для зрителей. Или когда один работает со случайным человеком из зала.

Странный мир, подумал он. Раньше это было интимным, скрытым. А теперь — вид спорта, искусство, публичное зрелище. Но, с другой стороны, почему нет? Если тело умеет так много, почему не показывать это?

Он вспомнил свои ощущения на тренажёре, когда закрывал глаза и представлял живое тепло. Это было сильнее, чем просто механика. Может, в выступлении дело не в технике, а в том, как люди чувствуют друг друга?

Завтра узнает.