Я наклонился и поцеловал её.

— Пойдём внутрь? — спросил я.

— Ммм... Чёрт возьми, да! — выдохнула она и, сползая с меня, встала и повела меня внутрь.

Хотя она явно испытывала сильное желание, в её глазах я уловил нотку страха — едва заметную тень неуверенности. Она откинулась на кровать и слегка развела ноги в стороны, дыхание стало прерывистым.

— Давай поможем тебе расслабиться, — усмехнулся я, подползая к краю кровати.

Я осторожно коснулся её бедра, провёл ладонью вдоль внутренней стороны, чувствуя, как под кожей дрожат напряжённые мышцы. Мягко раздвинув колени чуть шире, я начал осыпать лёгкими поцелуями кожу на внутренней поверхности бёдер — от колена вверх, всё ближе к сокровенному.

Её тело отозвалось мгновенной дрожью — она глубоко вздохнула, пальцы непроизвольно вцепились в мои волосы. Я замедлил движения, перешёл на едва ощутимые прикосновения, кончиком языка едва касаясь нежной кожи, пробуя на вкус её киску.

В голове промелькнула мысль: сможет ли она принять на всю глубину мой толстый член? Я знал от Лу, что ей 22, а милой Тане — 20...

— А-а-а... Ты невыносимый! — простонала она, выгибаясь навстречу моим прикосновениям.

Она задыхалась и трепетала, когда я сменил тактику — стал ласкать более настойчиво, чередуя лёгкие касания с чуть более глубокими, исследуя каждый изгиб, находя точки, от которых её дыхание сбивалось, а пальцы сильнее сжимали мои волосы. Её грудь вздымалась в неровном ритме, на коже выступил лёгкий блеск пота, а глаза были плотно закрыты — она полностью отдалась ощущениям. Её соки были восхитительны и начали обильно течь, пока я дразнил и лизал её бутон.

— Аххх... аххх... сделай это ещё раз», — прохрипела она. Я замер и посмотрел на неё:

— Что, что? — переспросил я.

— Аххх, языком... на моей... попочке, — последнее слово прозвучало едва слышным шёпотом, и она покраснела. Я тихо усмехнулся и провел языком по ее промежности, медленно дразня, почти касаясь самого края, крепко сжимая ее бедра, пока она двигала тазом, постанывая от желания, прерывисто вскрикивая и извиваясь, пока я внезапно не добрался до тугой складочки и не смазал ее.

«Что ж, она готова настолько, насколько это вообще возможно... посмотрим, выдержит ли она», — подумал я и пополз вверх по ее телу, задержавшись, чтобы несколько раз сильно прикусить ее затвердевшие соски, поцеловал ее в губы и перевернулся на спину.

— Лучше сама забирайся на меня и трахни меня, милая, — тихо сказал я, когда Лу и Таня вернулись в комнату, чтобы посмотреть, что происходит. Алисия забралась ко мне на живот, тяжело дыша от возбуждения, прижалась своей киской к моему члену и скользнула вверх, чтобы насадиться на него своей пульсирующей дырочкой. Она прерывисто вздыхала и постанывала, а мой набухший член все никак не попадал в цель.

— Помедленнее, милая, а то поранишься, — предупредил я. Лу забралась на кровать, чтобы помочь Алисии, и придержала мой член, пока она делала несколько глубоких вдохов и пыталась снова.

Я был рад, что мы находимся далеко от остальных учеников, когда она начала растягивать свою невероятно тугую киску, прерывисто крича и ругаясь хуже, чем повариха у гуртовщика... она обмякла, тяжело дыша, а мой член чувствовал себя так, будто попал в гидравлический пресс, а не в ее упрямую маленькую киску.

— Он почти там, милая, просто расслабься и отдыхай, — проворковала Лу, поглаживая Алисию по попке свободной рукой. Через полминуты «гидравлический пресс», казалось, немного ослабел, Алисия глубоко вздохнула и снова надавила, палец Лу скользнул между ее ягодицами, поглаживая ее анус.

— Засунь этот хрен внутрь, маленькая шлюха... Я знаю, ты очень этого хочешь, — настаивал Лу. Алисия издала хриплый, надрывный крик, когда мой твердый как камень член раздвинул ее дырку. Я крепко держал ее дрожащее, стонущее тело, пока она извивалась и визжала.

— Хорошая девочка, дальше будет только лучше, — тихо сказал я, заметив несколько слезинок, стекающих по ее щекам.

— Ебать... нахуй надо... сейчас не очень-то хорошо, — тихо пробубнила она, задыхаясь от сильного подергивания моего члена.

Ей стало лучше, конечно, не так хорошо, как могло бы быть, но она испытала оргазм, когда мой член вошел в нее примерно на 15 сантиметров. Лу, наверное, очень помогла, лаская ее бутончик. После того как она кончила, мне пришлось сделать еще десяток толчков, чтобы выплеснуться в нее, я прижимал ее к себе, пока мой член не обмяк.

Она тихо вскрикнула, когда мой член выскользнул из нее, и ее соки потекли мне на живот. Поскольку ее ноги все еще практически не слушались, я отнес ее в душ, чтобы помыться, прежде чем отнести обратно и усадить ее у изголовья кровати, а сам сел рядом с ней.

Я был рад видеть Таню все еще голой, и она, казалось, чувствовала себя гораздо комфортнее, когда принесла мне пиво из холодильника... предоставив мне восхитительный вид на ее толстенькую молодую пиздёнку, выпирающую между ее бедер... она забралась на противоположную сторону, чтобы сесть со мной, сделала глоток из бутылки и протянула ее мне.

— Походу, было сильно больно, — тихо сказала она, наклонившись, чтобы нежно сжать бедро Алисии.

— Да, поначалу было немного больно... но потом стало приятно, — усмехнулась Алисия, опуская руку и нежно поглаживая бедро. Её щёки пылали румянцем, а кожа в самых сокровенных местах всё ещё хранила едва заметную припухлость и отливала нежным розовым оттенком.

Мы немного поболтали, а потом Лу предложила оставить меня отдохнуть.

— У Джека был долгий день, и завтра будет то же самое, — сказала она.

— Ах, да, звучит как план. Думаю, я обработал примерно половину газонов. Спортивные поля я обработаю трактором — это будет немного быстрее. Газоны мне нужно будет обработать ещё раз, так как в первый раз я их стригу немного выше, — ответил я.

Я поцеловал трёх девочек на ночь, Лу — последней. Прервав поцелуй, я опустился на колени и с улыбкой произнёс:

— Теперь — другие губы.

Я легко коснулся губами каждой её губки, вкладывая в этот жест всю нежность, на которую был способен. Алисия отступила назад, хихикая и тихо вздыхая от удовольствия, когда я целовал её половые губы.

Пока я продолжал дарить лёгкие, почти невесомые поцелуи, Таня нерешительно подошла ближе. Она слегка приподняла подол ночной рубашки, всё ещё держа трусики в руке. Её дыхание участилось, она едва заметно задрожала, когда мои губы коснулись её пухлых половых губ.

— Сладких снов, дамы, — тихо произнёс я, когда они спустились с веранды и растворились в ночной темноте.

— Нет, спасибо. В местной газете и так полно всякой ерунды — зачем же читать ещё и из других источников? — усмехнулся я и принялся за завтрак.

Лана повернулась, чтобы уйти внутрь и оставить меня есть в покое.

— Эй, если тебе нечего делать, сядь и поболтай, — сказал я наугад.

— О... Ах... Я думала, ты любишь тишину и покой во время еды, — ответила она.

— Обычно да... Но люди не обладают монополией на постоянство — иногда и мнение меняется, — усмехнулся я.

Лана рассмеялась и села напротив.

— Ну, как прошёл твой первый рабочий день? — спросила она.

Проглотив кусок и сделав глоток чая, я ответил:

— Да, хорошо. Моя начальница — девушка по имени Луиза. Она довольно приятная... И очень симпатичная, — усмехнулся я.

— Как и девушка, с которой я сижу за ужином... Ммм... Алисия. Хотя во время еды особо болтать не приходится, — улыбнулся я и сделал ещё один глоток.

— О, я знаю Луизу — она преподавала на одном из моих занятий в прошлом году. Она классная. Алисия... Ммм, да, кажется, я её знаю. Не уверена, чем она занимается — она моложе Луизы.

Я кивнул, отпил чаю:

— Да, она моложе на несколько лет. Думаю, она показала мне территорию — приятная и общительная девушка. Ах да, и Таня — ещё моложе. Я бы сказал, она была на ресепшене, словно охраняя логово дракона.

Лана от души рассмеялась. Я невольно залюбовался тем, как дрожат ее маленькие груди под блузкой.

Она вскочила и направилась внутрь, когда подъехал пикап. Вскоре Лана вернулась со свежим чайником чая и забрала мою тарелку.

— Ах, чёрт... Я сегодня так занята, — усмехнулась она.

— Да, похоже, работа непростая... Но ктото должен её делать, — отозвался я, всё больше проникаясь симпатией к её забавному чувству юмора.

— Ну, думаю, мне пора работать. Не делай ничего такого, чего бы я не сделал, — пошутил я.

— О, пффф, а я-то надеялась на бурный и безбашенный день, — сказала она с улыбкой, и глаза её заблестели, когда я собрался поставить чашку на стол.

Я слегка помедлил: она потянулась за посудой, а я в шутку снова поднёс чашку к губам, затем, усмехнувшись, поставил её обратно.

— О, ты даже не представляешь, как я могу повеселиться, — произнёс я и легонько шлёпнул её по попке, чуть сильнее, чем обычно — в тон нашей игривой перепалке.

— Ха... Мечтай дальше, старик, — игриво подколола она, отворачиваясь.

Лана тихонько вскрикнула и побежала к двери, а я быстро отодвинул стул, словно собираясь вскочить и догнать её.

— Хорошего дня, Лана, — рассмеялся я и направился обратно к работе.

— И тебе, Джек, — помахала она рукой, широко улыбаясь.

«Хороший завтрак и немного добродушных шуток — отличное начало дня», — размышлял я, возвращаясь к работе. Ровно в семь я снова завёл газонокосилку и трудился без перерыва на обед, лишь ненадолго отложив дела — минут на пятнадцать. Это меня не беспокоило: как раз в тот момент, когда я заправлял технику, появилась Лу.

— Хочу проверить твой прогресс, — с улыбкой пошутила она.

Мы нашли укромное место неподалёку, и несколько мгновений спустя между нами вспыхнула та самая близость, что всегда наполняла нас теплом и радостью. Лу нежно улыбнулась, протянула мне пятьдесят долларов и попросила:

— Купи, пожалуйста, водку Cruisers в следующий раз, когда пойдёшь в магазин за пивом.

Вскоре небо нахмурилось, и умеренный дождь положил конец моей работе. Я решил воспользоваться случаем и отправился в магазин: купил упаковку пива для себя и Cruisers — для девочек.

К ужину дождь немного стих, но всё ещё шёл достаточно сильно — мне пришлось надеть непромокаемую одежду, чтобы дойти до дома. Алисия тихонько шепнула мне:

— Мы не сможем прийти сегодня вечером, если дождь продолжится.

Я сидел на веранде, курил и слушал, как дождь неустанно стучит по крыше.

«Похоже, он будет идти всю ночь», — подумал я.

Затем я зашёл внутрь, снял шорты, забрался в постель и заснул.

Проснулся я непонятно когда. «Дождь прекратился», — первая мысль, что пришла мне в голову. Вслед за ней я уловил мягкий аромат духов — и почувствовал, как ктото осторожно ложится на кровать рядом.

— Ах, кто это? — тихо спросил я.

— Просто я, — ответила Алисия. — Извини, что разбудила тебя. Просто хотела немного пообниматься — не могла уснуть, — пояснила она, прижимаясь ко мне. Её рука и нога мягко обхватили меня, тепло её тела ощущалось даже сквозь полусон.

Я повернулся к ней, слегка улыбнулся и обнял в ответ.

— Ты не могла уснуть... или твоя злая киска не могла уснуть? - с улыбкой спросил я, опустив руку, чтобы сжать и погладить её упругую попку.

— Ах... ну, наверное, и то, и другое. Она захихикала и заёрзала, прежде чем забраться сверху. Её твёрдые груди, ощущаясь божественно, прижимались к моей груди, мой член быстро ожил и набух.

— Чёрт, как давно у меня не было такой красивой и молодой девушки, — я улыбнулся и глубоко поцеловал её. Мой член быстро затвердел, когда я опустил руку на её ягодицы, чтобы нежно погладить её анус, отчего она заёрзала и тихонько взвизгнула.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я когда-нибудь трахну эту узенькую дырочку, — прошептал я ей на ухо.

— Ага, только попробуй! — взвизгнула она.

— Там движение только на выход.

— Извини, я хотел сказать, что когда-нибудь ты попросишь меня сама трахнуть тебя в попку, — усмехнулся я и нежно обнял её, мой член напрягся и ещё раз коснулся её ануса и провёл рукой по её спине.

— Вот ты извращуга, я точно такого не попрошу, — взвизгнула она, её ягодицы были напряжены и сжаты, пока мой член лежал на них.

— Время покажет, — пробормотал я, приподнимая ее, чтобы страстно поцеловать. Алисия откинулась назад и прижала головку моего члена к своей истекающей соками и жаждущей дырочке. Она двинулась мне навстречу, и мой член вошел в нее чуть легче, чем прошлой ночью. Она тяжело дышала, постанывала и вздыхала, извиваясь всем телом, пока 15 сантиметров моего толстого члена проникали в ее лоно.

— Сегодня ты примешь его полностью, — тихо сказал я.

— Ого, боже мой... боже... этого и так хватает, — тяжело дышала она и извивалась, ее влагалище подергивалось и крепко сжимало мой член, мои руки сжимали её тугие ягодицы, я держал ее и нежно двигал бедрами.

— АААА... черт... о боже», — пронзительно вскрикнула она, дрожа и извиваясь, когда я вошел ещё на пару сантиметров, мой член упирался в ее шейку матки.

— Хорошая девочка... уже скоро... почти уже всё, — прошептал я, медленно покачивая ее ягодицами вперед и назад, спазмы пробегали по ее животу, пока она стонала и пищала, задыхаясь. Я приподнял её так, что внутри оставалось всего около пяти сантиметров моего члена, и, напрягая бёдра, начал трахать её короткими движениями.

— Ах... пожалуйста... вставь его обратно, — простонала она, сопротивляясь моей хватке, пытаясь насадиться глубже... Я позволил ее киске постепенно завладеть моим членом. Она издавала странные и восхитительные звуки, пока я снова не уперся в ее шейку матки. Казалось, ее соски вот-вот пробьют мне грудь.

Замерев, тяжело и прерывисто дыша, сразу после того, как ее влагалище сжалось, я напрягся и вошел в нее на последние шесть сантиметров, приподняв ее шейку матки, и крепко сжал ее, пока мой член дергался в ответ на сильные и частые сокращения ее влагалища, которые словно пытались вытолкнуть меня обратно. Она на мгновение перестала дышать, затем сделала глубокий прерывистый вдох, несколько раз дернулась и забилась, а потом снова обмякла, издавая хриплые стоны и попискивания, пока ее влагалище сжималось и пульсировало как сумасшедшее.

— Блядь... блядь... блядь... блядь... ты мудак... уууу, бля! Я тихонько усмехнулся, когда у неё закончились слова.

— Признай, солнышко, твоя пиздёнка сейчас в полном восторге! - я тихо засмеялся, перекатился на ее стройное тело и начал трахать ее тугую подергивающуюся пизду длинными медленными движениями, после первых нескольких ее ноги взметнулись вверх и обхватили мою спину, она выгнула бедра навстречу моим толчкам, визжа и осыпая меня матами.

— Еби меня, мудак, еби сильнее, еби мою пизду... кончи сука в меня! — пронзительно визжала она, её ногти царапали мою спину, её жаждущая члена пизда бешено подёргивалась и сжималась, в то время как я начал кончать, она хрипло кричала и дёргалась и через несколько конвульсий расслабилась, став похожа на желеобразную массу.

— Всё... пиздец... хватает!» — пискнула она.

— Я помолюсь за тебя позже, попрошу господа дать тебе силы умерить свои похотливые выходки и перестать приставать к моей попке, — она хихикала и извивалась, лежа на мне после того, как мы вернулись из душа.

— Да, конечно, удачи тебе с этим, — усмехнулся я и продолжая нежно поглаживать анальную дырочку пальцем, ее едва заметные толчки не оставались незамеченными.

— Слушай, тебе же надо не много дать поспать, да и мне нужно дремануть, — выдохнула она, нежно поцеловала меня и слезла, чтобы надеть ночную рубашку. Я натянул шорты и взяв на руки пронёс половину пути на руках.

— Спасибо, — прошептала она и поцеловала меня, прежде чем я поставил ее на землю и осторожно проводил до ее комнат. Анальный секс никогда не был для меня чем-то обязательным, но я чувствовал, что это ее фантазия, и был рад ее поддержать.

«Время покажет», — размышлял я, лежа в постели и быстро засыпая.

Проснувшись около пяти, я принял душ. Как только я вышел из ванной, зазвонил телефон.

На экране высветилось сообщение от Ланы: «Просто проезжала мимо по дороге на работу и подумала, не нужна ли тебе помощь, чтобы слезть с кровати и пересесть в инвалидное кресло, старина» — и в конце несколько смеющихся смайликов.

Я усмехнулся и нажал на кнопку вызова: говорить было проще, чем тратить время на набор текста. Прежде чем она успела чтото сказать, я произнёс:

— Наглая проказница, я знаю, где ты работаешь, помнишь? И я тебе ещё покажу, кто тут главный! — с улыбкой добавил я.

Подойдя к окну над кухонной раковиной, я увидел Лану: она сидела на велосипеде, прислонившись к калитке, в мягком свете зарождающегося рассвета. Её лицо озарила широкая улыбка — она помахала мне рукой и плавно тронулась с места, набирая скорость.

— Мечтай, старик! — донёсся до меня её звонкий смех, и в трубке раздались гудки: она сбросила вызов.

Я ещё немного постоял у окна, глядя ей вслед и чувствуя, как настроение с каждой секундой становится всё лучше. Утро определённо задалось.

Я вышел из дома и направился завтракать, заставляя себя сосредоточиться на предстоящем дне, а не на образе Ланы — на её упругой попке и стройных ножках, и как утренний свет подчёркивал линию её силуэта...

«Может, через пару лет я и сам туда загляну», — размышлял я, невольно вспоминая Алисию и её узенькую киску. В голове мелькали образы вчерашнего вечера, но я отбросил лишние мысли и усмехнулся про себя.

Зайдя в кафе, где на витрине всё ещё висела табличка «Закрыто», я взял газету. Вскоре из кухни вышла Лана.

— А, ты уже здесь — немного рановато... Я как раз жду, когда разогреется гриль, — хихикнула она.

— Доброе утро, красотка, — улыбнулся я, как всегда, прежде чем вынести столик.

Лана последовала за мной с парой стульев. На её губах играла полуулыбка, а в глазах читалась лёгкая настороженность — словно она ожидала какойто шутки или неожиданного жеста с моей стороны.

Я раскрыл газету и на время сосредоточился на чтении, почти не обращая на неё внимания. Тем временем Лана уходила и возвращалась через несколько минут — принесла другой стол, скатерти и столовые приборы.

— Вчера вечером прошёл хороший дождь, — заметила она.

— Ага, — коротко ответил я, мельком взглянув на неё, прежде чем снова уткнуться в газету.

К тому времени, как она принесла мне еду и чай и поставила их на стол, её движения стали более спокойными, но она всё же слегка вздрогнула, когда я потянулся за солью и перцем.

— Присаживайся, если хочешь, милая, — предложил я и приступил к завтраку.

Мы немного поболтали.

— Я читал, что вчера вечером грузовик с фруктами и овощами съехал с дороги, — сказал я, прежде чем снова откусить кусок.

— Боже, неужели водитель пострадал? — встревоженно спросила она.

— Нет, с ним всё в порядке, — ответил я, прожевав.

Я не стал шутить с ней, как обычно, доел завтрак, дочитал газету, поблагодарил Лану и ушёл.

День выдался насыщенным: я провёл его за газонокосилкой, а под конец очистил её от скошенной травы с помощью шланга — завтра предстояло работать на тракторе, и нужно было всё подготовить заранее.

Вечером за ужином атмосфера стала чуть более игривой: Алисия вела себя особенно оживлённо и непринуждённо. Я почувствовал, как член напрёгся в моих штанах, когда нёс свою тарелку на кухонную стойку — по пути до меня донеслись тихие смешки.

Девочки пришли почти в восемь тридцать — как раз в тот момент, когда я уже собирался ложиться спать. Я подумал, что, наверное, им не удалось освободиться раньше по какой-то причине. Я вошёл следом за ними и закрыл дверь. Лу остановила меня, опустилась на колени и сняла с меня шорты, после чего прильнула губами к моему быстро набухшему члену.

— Бля-я, как же я по нему соскучилась, — сказала она с улыбкой, на секунду выпустив его из своих губ. Я поднял ее на ноги, стянул с нее ночнушку и легонько подтолкнул к кровати.

— Вставайте раком девушка, — усмехнулся я. Алисия и Таня сняли ночнушки, закурили и захихикали, когда Лу забралась на кровать и соблазнительно покачивала бедрами, ее киска уже текла. Алисия и Таня присели на скамейку, держа в одной руке сигарету, а другой — они гладили и ласкали друг друга... после того как Алисия приказала Тане снять трусики.

— В холодильнике есть всё, угощайтесь, - сказал я, прежде чем нацелить свой твердый член и медленно ввести его в жаждующую киску Лу.

— Бляяять, у меня еще до сих пор писька болит, — простонала она, взвизгивая и дрожа, когда я вошел до конца, держа ее за бедра, пока она медленно покачивала ягодицами. Медленными короткими движениями я трахал её дырочку, слегка наклонился вперёд, обхватил её грудь и сжал её толстые, твердеющие соски, вызывая у неё дрожь и тихие стоны, а дыхание становилось всё более прерывистым. Я дал ей возможность задавать темп на несколько минут. Но вскоре она начала подаваться мне навстречу, ее тело дрожало, а из груди вырвался пронзительный крик. Тогда я тоже ускорился, входя в нее с силой и глубиной. Ее плечи опустились на кровать, и она издала прерывистые стоны. Ее тело сжалось, влагалище пульсировало в оргазме.

Для меня это было слишком быстро. Я вышел из нее, и она рухнула на постель, тяжело дыша и постанывая.

— О боже, я бы и сама не отказалась от такого, — хихикнула Алисия.

— А ты, Таня? — ухмыльнулась она.

— А-а-а, нет... этот член вылезет у меня изо рта! — рассмеялась она.

Я отодвинулся от кровати и встал, чтобы взять пиво, подошел к Тане, прижался к ней всем телом и крепко обнял. Мой член упирался ей в грудь, она прерывисто взвизгнула и заерзала.

— Он не такой уж и длинный, — усмехнулся я, немного отстранился и свободной рукой обхватил ее пухлую, бритую киску, просунув указательный палец в ее скользкую щелку. Она прерывисто выдохнула и непроизвольно подалась вперед

— Ммм...Эта милая маленькая киска говорит о другом, — ухмыльнулся я, наклоняясь, чтобы крепко поцеловать ее. Таня застонала мне в рот, пока я водил пальцем туда-сюда.

— Я собираюсь посидеть на улице, сегодня чудесная ночь, — сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь, когда вышел со своим пивом и табаком.

Алисия и Таня последовали за мной и сели по обе стороны от меня на ступеньку. Я сделал глоток пива, поставил бутылку и принялся сворачивать сигарету.

— Вау, как ты можешь сворачивать её в темноте? — воскликнула Таня, посмеиваясь.

Я прикурил и затянулся.

— Легко, — усмехнулся я. — Всё равно что на ощупь найти мокрые киски в полной темноте.

Мы рассмеялись. Я опустил руки и мягко коснулсяпромежностей девушек, затем провёл ладонями вдоль их расщелен — легко, почти невесомо.

Таня чуть вздрогнула и слегка развела колени, а Алисия, напротив, подалась ближе, накрыла мою руку своей и чуть сжала, словно приглашая продолжить. Её дыхание участилось, а взгляд стал чуть более томным. Таня же замерла на мгновение, потом тихо вздохнула, и по её телу пробежала лёгкая дрожь.

Я на секунду замер, разрываясь между желанием сделать глоток пива и продолжить эти лёгкие, дразнящие прикосновения. В конце концов я сосредоточился на Алисии — её тепло, её близость манили сильнее. Она улыбнулась, когда мои пальцы скользнули чуть ниже, притронувшись к дырочке ануса, а затем снова поднялись выше, едва касаясь кожи.

Положив сигарету на ступеньку, я сделал глоток пива.

— Дай мне подержать... чтобы тебе не пришлось убирать руку, — хихикнула Алисия и взяла у меня бутылку.

Она довольно вздохнула, когда я вновь коснулся её клитора, затем провёл пальцами вдоль киски — медленно, с лёгой лаской. Таня наблюдала за нами, её глаза блестели в свете луны, а губы чуть приоткрылись, будто она хотела что-то сказать, но передумала.

Я улыбнулся, чувствуя, как воздух вокруг нас наполняется чем-то неуловимым — смесью смеха, тепла и сексуального напряжения. Ночь действительно была чудесной.

Таня тихо вздохнула и прижалась ко мне, раздвинув ноги пошире. Она тихо постанывала, пока мой палец скользил по ее скользкой пухлой киске, а по ее юному телу пробегала легкая дрожь.

— О-о-о... как приятно, — выдохнула она. К нам вышла Лу, только что вышедшая из душа, и села рядом с Алисией.

— Пахнет так, будто кто-то наслаждается, — хихикнула она.

Я не спешил возвращаться в дом, зная, что Алисия никуда не денется, пока я не оттрахаю ее до потери пульса. Я хотел сосредоточиться на Тане, надеясь, что ее киска станет такой горячей и влажной, что она сама сядет на мой член... она уже была на пределе, ее рука накрыла мою и сильнее прижала ее к своей киске, ее дыхание стало прерывистым, а дрожь участилась, ее запах стал сильнее, а соки потекли рекой. Алисия тоже обильно текла и все чаще подносила мне пиво.