Первая новость, которую мне довелось услышать в баре - уволилась кухарка. Официантки, две неухоженные, полусонные женщины неопределимого возраста безучастно следили за моей реакцией и ни одна не согласилась занять место у плиты. Неспособность заняться чем-нибудь полезным они восполняли праздной болтовней. Даже для этой захудалой забегаловки нужны специальные поварские навыки, коими не обладали не только две эти ленивые особы, а вообще мало кто в нашем городке. Все поварихи, а их было напересчет, либо уже были трудоустроены и тщательно оберегались хозяевами заведений, либо уехали за долгим рублем в города побольше. 

Первой вызвалась помочь моя тетушка. Она взяла отгул, усилилась Лялей в качестве помощницы и энергично изучила кухню со всей её устаревшей посудой и пожелтевшим от потеков жира оборудованием. Однако, первые же часы работы выбили тётю Катю из строя, заказы проезжающих дальнобойщиков она не успевала выполнять, а качество приготовления блюд не удовлетворяло даже этих искушенных королей дороги. Не нужно объяснять, что к полудню тетушка демонстративно сорвала с себя фартук и с полным беспомощности взглядом уступила место за плитой следующей кандидатке. Ляля виновато подняла на меня взгляд и засеменила за тетей.

Первая неудача не сломила мой  оптимизм, я подошел к проблеме энергично, принялся искать поваров по объявлениям, но и здесь мои попытки не увенчались успехом - большинство соискателей проживали не в нашем городке и требовали гораздо большей оплаты, чем я мог предложить. Официантки безучастно следили за моими тщетными попытками и от безделья  вспоминали своих подруг и просто знакомых, но стоило мне обнадежиться, как выяснилось, что упомянутая ими кухарка либо переехала, либо просто скончалась. Так, за весь день я не сдвинулся с места и был уже близок к отчаянию.

Вечером за общим ужином, где собиралась вся моя немногочисленная родня, я был центром внимания, заслуживающим, однако, сожаления и сочувствия. В глазах мамы и тети я был тем самым неразумным мальчишкой, взявшимся за непосильную ношу. Но поскольку я не желал носить клеймо неудачника, я  предлагал все новые и новые кандидатуры. Среди них была и Лариса из нашего подъезда. Помнится, она в школе работала в буфете в старые времена. Но одно только упоминание нашей соседки вызывало реакцию, схожую с ударом молнии - родня начинала галдеж и в мою сторону сыпались укоры вперемешку с тяжелыми взглядами. В конце концов мама предложила последний шанс:

— Максим, кажется есть одна идея. У меня в больнице мужчина лежал, он в милиции работал до увольнения, так вот, его жена - повар по образованию, но сразу скажу, мужик он такой ревнивый, что вообще не пускает ее на работу.

— Это который? - Заинтересовалась тетя, отстраненная от забот бара по собственному желанию. - Который с большим хреном?

Мама сердито взглянула на сестру и перевела взгляд на меня:

— Попробуй его уговорить, если не сможешь, я попытаюсь сама. Они живут в частном доме, где-то на окраине, адрес я не помню, ты сам съезди и пораспрашивай у местных.

Мама ласково положила свою ладонь на мою и улыбнулась. Сердечно заулыбалась и сестренка, только тетушка безучастно поглощала салат, не поднимая лица. Радостное волнение овладело мной, я погрузился в свои мысли и весь вечер в постели строил планы насчет своего бизнеса. Я пропустил даже мамино вечернее представление у окна, а когда выключили свет, вместо разглядывания моих голеньких малышек, я сразу уснул. 

С самого утра, снедаемый нетерпением, я взял такси и отправился в захолустную окраину нашего городка. Бедные дома здесь даже в солнечное утро создавали гнетущее впечатление. Я прошелся по разбитой обочине, не зная с чего начать поиск. Без особой надежды я обратился к проходившей мимо меня пожилой женщине и к моей радости она узнала по описанию того мужчину, что лежал недавно в больнице, бывшего полицейского. Знает она и его жену, но при её упоминании женщина так неловко заулыбалась, что вызвала тревожное предчувствие. Я направился к указанному дому, с нехорошим предчувствием стал расспрашивать всех замеченных людей об этом доме и выяснил, что моя будущая кухарка - а другого выбора у меня не было - имеет весьма нелестную репутацию и потому ее ревнивый муж настолько строго ее держит, что не разрешает отлучаться даже на работу.

Дальше по дороге я действительно нашел нужный дом, осмотрелся и через забор позвал хозяина. Коренастый мужчина лениво поднялся и подошел ко мне, облокотившись на забор, он склонил вперед шею и посмотрел на меня исподлобья.

— Чего тебе? 

— Здравствуйте, - с располагающей улыбкой начал я, - я купил бар на шоссе и хочу пригласить вашу жену на должность шеф-повара.

— Надьку? Нет, она не работает. Особенно на всяких гомиков. - Как и полагается бывшему полицейскому, в выражениях он не стеснялся.

— Постойте, не уходите, - от отчаяния я перешел на мольбу, и воспользовался тем последним шансом, который мне подсказал сам оппонент. - Я приехал из Москвы и я правда нетрадиционной ориентации, поэтому ваша жена у меня будет в безопасности. А в зал ей выходить не придётся, это работа официанток. Да и деньги ей лишними не будут.

— Тьфу, - брезгливо сплюнул мужик, - сожгут твой бар, не любят здесь таких. Деньги нам действительно лишними не будут. Говоришь, на кухне будет?

Мужик призадумался. Мое предложение оказалось заманчивым, но решающим аргументом послужила моя унизительная хитрость относительно ориентации.

— Пообещай, что не позволишь Надьке выходить из кухни!

Мужик хотел через забор затвердить сделку рукопожатием, но вдруг передумал. По его лицу было видно довольство - лишних денег здесь не водилось и баба без работы, как видно, сходила с ума. А под моим нетрадиционным надзором она будет как наложница султана в надежных руках евнуха. 

На следующее утро мужик сам привез Надежду в бар и буквально вручил ее под мою опеку, проникшись доверием к лицу нетрадиционной ориентации. Печально, что он так легко поверил моей хитрости, но в тот момент для меня важней всего было найти повара и оживить бизнес. Внешность Нади не имела ничего общего с нелицеприятными отзывами о ней - тщедушная, малорослая, женщина с блеклыми глазами и серым, землистого цвета лицом. Даже волосы ее бесцветные и редкие не придавали ей той влекущей женственности, которой обычно обладают сердцеедки. Однако, даже это жалкое существо смотрело на меня со снисхождением, будто я был в ее глазах не то, что неполноценный мужчина, а неполноценный человек.

Конечно, мой обман помог мне заполучить кухарку, но теперь меня беспокоило, с какой скоростью слухи о моей ориентации распространятся в городке. Надя деловито осмотрела кухню и уже через час к моей радости жизнь в баре закипела - грузовики начали останавливаться на обширной стоянке и усталые шофера постепенно заняли все столики. Надина стряпня вызывала похвалы шоферов, а её энергичная работа не заставляла голодных мужчин долго ждать обеда.

Я ликовал. Приятно было смотреть, как сонные официантки забегали по залу. Они с испуганными глазами разносили шоферам подносы с дымящими  тарелками, путали столики и от суеты проливали суп из тарелок. Одним словом, эти две сонные курицы ещё не видели в этой забегаловке такого наплыва клиентов, даже в лучшие времена ассортимент строился на алкоголе и легких закусках, а это не то, что привлекает дальнобойщиков. Да и изобилие лиц мужского пола  пробудило у них чрезмерную активность и внезапный прилив энергии. Надя за окном раздачи с увлеченным лицом творила волшебство на кухне. И вот, когда уже все складывалось прекрасно, она прямо на моих глазах сдернула с себя фартук, вытерла об него лоб и мокрые руки и вышла в зал с бегающими глазками. Я поспешил к ней на встречу, с силой сжал ее предплечье и вперил негодуюший взгляд.

— Надежда, что произошло? Почему ты бросила работу?

— Босс, я больше не могу! Мне срочно нужен мужик. Я же вижу, сколько их здесь! Я не могу больше терпеть!

— Я обещал твоему мужу, что ты не выйдешь в зал к посетителям.

— И что мне делать? У меня все зудит, я не могу терпеть, у меня мысли путаются. - Кухарка с трудом подбирала слова, но ее затруднение так ясно отразилось на лице, что не вызывало сомнения.

— Пойдем за мной, - я взял её за руку, боясь, что кухарка вырвется, отвел в кладовку и плотно запер дверь. - Давай, я сам тебя трахну и ты пойдешь работать?

— Как? Вы? - Надя удивленно захлопала глазами.

— Да я. Мне пришлось обмануть твоего мужа. Я могу тебя трахнуть, но ты должна вернуться к работе. 

Кухарка радостно закивала, не способная подобрать слов от неожиданной радости.

— Только муж ведь сразу поймет, что я сорвалась, он меня каждый раз проверяет. Придется нам потрахаться через задний проход. Там он точно ничего не поймет, что у меня был мужчина. Вы же не против?

Надя с волнением ждала моего согласия, как видно, она нашла способ обходить контроль ревнивого мужа, но не была уверена, что её своеобразный путь не отпугнет меня. Я махнул рукой и огляделся в кладовке. Старый затертый пыльный  стул с подлокотниками подходил лучше всего. Я стряхнул с него пыль, проверил устойчивость и придвинул в середину помещения. Я вовремя догадался проверить обстановку в баре, пока Надя готовилась. Сам вышел, осмотрел зал и даже выглянул на улицу в страхе встретить там грубого Надиного мужа. Всё было спокойно и на ближайшую четверть часа ничто не обещало нарушить мое уединение с кухаркой. Официантки осилили наплыв гостей и теперь раскрасневшиеся переводили дух, а сытые шофера лениво разбредались к своим грузовикам.

Надя так спешила удовлетворить свою нечеловеческую похоть, что сразу задрала  платье, коленками устроилась на стуле и уже в такой позе нашла опору рукам, предоставив мне самому стянуть с её оттопыренного зада фиолетовые хлопчатые трусы. Я даже слышал как она нашептывает что-то неразборчивое от нетерпения, стащил ее трусы и удивился, как может быть привлекательна задница дурнушки - в этой позе упругие ягодицы имели самый аппетитный вид, а щелка и дырочка между ними жадно пульсировали в предвкушении моего вторжения. Припухший светло-фиолетовый  сфинктер в такт сердцебиению слегка втягивался, а потом выпячивался, готовый раскрыться под напором члена. Надя наслюнявила палец и для подготовки  похабно засунула фалангу в анальное отверстие, покрутила, растянула края сфинктера и опустила руку. В этом и состояла вся её подготовка к сношению с незнакомым мужчиной.

- Босс, я готова, сплюньте на член и начинайте. - В голосе женщины чувствовалось нетерпение. - Только не глубоко суйте, не больше половины. А когда я кончу, можете делать всё, что угодно.

После предупреждения, Надя сильнее прогнула спину и  сложила голову на скрещенные поверх спинки руки. А я приставил торчащий член к цели между упругих булок, неуклюже измазал головку слюной и задрожал от возбуждения - впервые дама так горячо умоляла использовать её задний проход. Сначала я приставил член между ягодиц Нади и затаил дыхание, но первый же толчок оказался удачным - растянутый сфинктер легко принял моего дружка и головка сразу погрузилась в теплое, несжимающее жерло. Анус совершенно не выталкивал меня и был также послушен, какой бывает вагина гостеприимной женщины.. 

Вот тут-то я понял смысл ее просьбы - стоило члену неглубоко вторгнуться в Надину эластичную дырочку, стоило ему слегка растянуть края кольцевой мышцы, как женщина проявила все признаки своего горячего темперамента. И трудно вообразить её реакцию, если бы член целиком оказался внутри её ануса. Сначала Надя просто заохала и громко задышала, а когда я начал мелкие фрикции, Надя страстно замотала головой и даже членом я ощущал жар ее тела и волнообразные сокращения внутри. Запах возбужденной женщины смешался со специфическим запахом анального секса и сама эта грязная похоть закружила нам головы.

— Да, мальчик, трахай меня! - Больше не владея собой, захрипела кухарка.

Мне даже пришлось убрать руку с её мягкой задницы, чтобы зажать Наде рот. Но как бы страсть кухарки не заражала меня, я старался контролировать себя и не вгонять свой болт на всю глубину. Приходилось осторожно толкать головку, чтобы встречным движением жадный Надин зад не насадился на штырь до упора, а  порой головка выскальзывала наружу, тогда я сдабривал ее слюной и без труда возвращал в теплое жерло.

— Ой, ой, я кончаю! 

И Надя действительно задрожала всем телом, её анус плотно сжал мой член и через несколько секунд  нечеловеческого напряжения женщина вдруг обмякла и окончательно затихла. Я испуганно наблюдал сзади, не вынимая члена из зажатого спазмом ануса.

— Теперь можешь делать со мной всё, что хочешь, - усталым и опьяненным от секса голосом разрешила женщина.

Только тогда я позволил себе расслабиться и загнал член в расслабленную дырочку так глубоко, что животом прижался к взмокшим ягодицам кухарки. 

— Мне не больно, можешь быстрее двигаться, - благодарно напомнила Надя.

И я последовал её совету, начал движения бедрами так активно, сколько требовала чувствительность пениса, чтобы из трения чувствительными участками под головкой извлечь настоящее наслаждение. Часто я вытаскивал член почти полностью, сплевывал, чтобы придать скорости, но и так стимуляция была достаточной, чтобы выплеснуть семя в глубину Надиной дырки.

— Я всё. - Устало сообщил я, когда сперма одной волной выплеснулась из тестикул.

— Я чувствую, - ласково ответила кухарка, - осторожно вытащи, чтобы на мои трусы ничего не капнуло, а то муж убьёт, если следы найдет. Есть платок?

Я достал свой платок из заднего кармана и вложил в пальцы женщины и та со знанием дела приложила его снизу между ягодиц, оттопыренными пальцами другой руки заставила меня плавно отстраниться, чтобы опавший член вышел достаточно плавно и, когда мы разъединились, заткнула им свою незакрывающуюся, натруженную дырочку. Поверх платка Надя осторожно натянула трусы и сползла со стула, встала на ватные ноги. Неспеша она поправила свое простое голубое платье.

— Ещё есть платок? - Спросила она, глядя на мой повисший сопливый член.

Не обнаружив, чем вытереть его, Надя наклонилась, пальцами обтерла светло-коричневое колечко у основания и без всякой брезгливости обсосала  орган, а потом заботливо заправила его в трусы.

— В следующий раз, босс, запасайтесь салфетками.

— В следующий раз? - Удивленно переспросил я. - Я могу презики взять.

— Нет, презервативы мне не нравятся, у меня на них аллергия. - Надя поморщилась, но её тусклые глаза теперь обрели живой блеск. - Босс, меня нужно трахать каждый божий день и если вы будете это делать, я согласна работать без выходных. Вас же мой муж считает гомиком и совершенно не подозревает, поэтому с другими мужиками он меня здесь не застукает.

— А если он нас двоих застигнет врасплох?

Надя содрогнулась от одной только мысли об этом и опустила взгляд, муж не оставил бы от неё и мокрого места, но пока ее мокрое место было моей заботой.  Однако, трудно было скрыть её преображение после секса, она буквально лучилась и только походка выдавала наше недавнее занятие. По одному мы вышли из кладовки и разошлись каждый в свою сторону: Надя пошла в кухню, а я занял столик в конце зала и наблюдал за энергичной работой кухарки.

Какое-то блаженное спокойствие охватило меня. За дальним столиком с чашечкой крепкого кофе  я наблюдал за своим бизнесом. Клиенты, входя в закусочную,   деловито осматривались и группками, а кто и по одному, присаживались за свободными столиками, а официантки от наплыва незнакомых мужчин буквально расцвели, они как-то незаметно превратились из апатичных провинциальных бабёнок в озорных и приветливых кудесниц, обе так ласково обслуживали шоферов, что  их уставшие лица озарялись улыбками. Эти две невзрачные феи буквально из кожи лезли, чтобы привлечь мужское внимание, соперничая друг с другом. Заметно преобразилась их униформа - нехитрым подворотом расширились области декольте и укоротились юбки. Вырез на груди позволял видеть даже край бюстгальтера, а снизу платья оголяли бедра почти до самых ягодиц, отчего каждый наклон официантки привлекал взгляды всего зала.

Кухарка же, наоборот, так старательно занималась у плиты и так размеренно двигалась между кастрюль, что вызывала восхищение своим мастерством. Не будь шофера так скупы на слова, они бы отмечали вслух превосходный вкус Надиных блюд и теплое обхождение двух милых вертихвосточек. В этом приподнятом настроении меня и застала мама. Она неуверенно вошла в зал со стороны шоссе, осмотрелась по сторонам и, завидев меня в конце зала, широко улыбнулась. За ней вошла и Ляля. Та с неменьшим удивлением рассматривала безнадежную некогда забегаловку, после провальной попытки тёти Кати увидеть здесь столько посетителей было совершенной неожиданностью для неё.

— А у тебя начинает получаться, - заметила мама, присев за мой столик.

Ляля молчала, она присела возле меня и с широко открытыми глазами вертела головой.

— Мы просто так зашли, решили посмотреть твой бизнес, - с радостным оживлением пояснила мама и заметила оживленную работу официанток. -  Ой, а Светка, ты посмотри, так и крутит жопой перед мужиками, вот что значит одинокая женщина. Максик, ты бы хоть им костюмы выдал поприличнее, у Натахи того гляди сиськи выпрыгнут.

Я не ответил, просто молча улыбался маминому восхищению, довольный собой, я посмотрел и на Лялю, но сестра стыдливо опускала глаза и за всё время не произнесла ни слова. 

— Да, Света и Наталья сначала вообще не проявляли себя, а как пошел наплыв гостей, они сразу зашевелились, эти дамочки за хорошие чаевые не только титьки наружу выставят.

— Макс замолчи! - Тревожно прошипела Ляля и стукнула меня локтем в бок.

Я сконфузился и смолк. Не стоило при маме упоминать  нелицеприятный способ  заработка при помощи титек.

— Мам, извини. Тебе, наверно, теперь можно отказаться от подработки, бар принесет нам хорошие деньги.

— А если я сама не хочу отказываться? - Мама горделиво приподняла подбородок и с вызовом посмотрела прямо мне в глаза. - А если я не хочу бросать? Осуждать будешь? А я, между прочим, тоже хочу как Светка, чтобы мужчины мной любовались и хотели меня!

Мама раскраснелась и на ее звонкий голос в этом сонливом царстве обернулись клиенты. Я молчал, а Ляля с укором покачала головой.

— Тебе нас никогда не понять, - уже снизив тон, продолжила мама, - в этом городе столько одиноких баб и всем хочется мужской ласки. А откуда ей взяться? Не выходить же нам на трассу.

Гнетущую тишину за нашим столом нарушил вошедший в зал Надин супруг. Рослый мужчина с грубым лицом обвел взглядом присутствующих, прищурил взгляд и заглянул через окно раздачи на Наденьку. Лишь после этого вальяжной походкой приблизился к нашему столу.

— Я же обещал, что Надюху буду проверять каждый день.

Мужчина присел на свободный стул возле мамы, протянул было мне руку через стол, но одумался и отдернул. Он широко улыбнулся моей маме.

— Ну привет, ангел! Как успехи на медицинском поприще? А это твой знакомый что ли?

— Сын! - Не без гордости заявила мамочка.

— Даже не знаю, поздравлять тебя или сочувствовать.

От удивления мамины глаза расширились, она молча хлопала ресницами, не понимая, о каком сочувствии может идти речь при таком успехе заведения. Я накрыл ее ладонь своей и очень тихо сказал:

— Я потом тебе всё объясню.

Больше Надин муж не омрачал своей беседы моей персоной, между ним и мамой завязался пространный разговор, который внес заметное оживление  в мамин голос, а мы с сестрой молча посматривали друг на друга. Мама смеялась каждой грубой шутке мужчины и желала своему бывшему пациенту больше  не попадать в больницу.

— Ну а как моя Надюха? Хорошо справляется?

— Да, она прекрасно справляется, готовит хорошо, клиенты довольны. - Я постарался придать голосу директорский тон.

Мужик обернулся и еще раз взглянул на жену через широкое окно раздачи.

— Скромная она у меня, не то что эти две шаболды! Ты смотри, официантке  задницу мнут, а она спокойно тарелки на поднос ставит. Директор, тебе надо построже с ними, а то  с такими официантками придется комнаты для разврата пристраивать.

Мужик захохотал собственной шутке и как бы невзначай притянул маму за талию, но спохватился и отодвинул свой стул от неё.

— Ляля, мне надо бежать в больницу, вызвали срочно, а ты посиди здесь с братом, может ему какая-нибудь помощь понадобится.

Мама как пружина сорвалась из-за стола и скорым шагом направилась к двери и уже на ходу обернулась и добавила Ляле, нервно жестикулируя пальцами: 

— Минут сорок, может час… и приходи домой. 

Следом с бравурным видом вышел и муж Нади.