ТОРГОВЦЫ ОДЕЖДОЙ W-W ч.1\2 / Willer-Wild Outfitters Co. ©UtterlyUseless

Опубликовано на LE в разделе Loving Wives 04/22/2026

Пролог

— Дорогой, у меня срочные дела. Прости, но нам скоро придется прервать наш отпуск.

Лежа на шезлонге, я поднял глаза на свою жену Элис. Я хорошо ее знал. Если она выглядела огорченной, то это так и означало, что она действительно сожалеет. Что же могло случиться? Ну что ж, если ей пришлось объявить об окончании отпуска, значит, это реальная необходимость. Она бы не стала отменять наше празднование годовщины без действительно важной причины. Но, тем не менее, моя работа как пострадавшей стороны заключалась в том, чтобы немного помучить ее.

Мы с Элис вместе уже более двадцати лет, и это двадцать самых удивительных лет, о которых только может мечтать любая пара. Мы любили, понимали, поддерживали, терпели, были любимы, удовлетворяли друг друга и снова любили всеми возможными способами. Мы были более счастливы в браке, чем большинство людей, состоящих в законном браке (повидав множество женатых людей, я просто знал это).

Из-за того, что мы так и не зарегистрировали свой брак официально, мы так и не знаем точную годовщину совместной жизни. Вместо этого мы просто отмечаем "Наш день". Это приблизительная дата, потому как никто из нас точно не помнит, в какой именно день мы решили или осознали для себя тот факт, что мы будем вместе. Примерно через два месяца после нашего первого настоящего свидания мы заметили, что проводим больше ночей вместе, чем порознь, и что ее вещи распределены примерно поровну между нашими квартирами. Так что, в тот вечер (точная дата так и не установлена) мы решили, что я переезжаю к ней, и на этом все.

В конце концов мы поняли, что нам нужна дата, чтобы что-то праздновать, и это должна была быть дата моего переезда. Проблема была в том, что мы никогда не записывали ее. Мы пришли к выводу, что это была пятница, скорее всего, 15 августа, два года назад. Это и стало "Нашим днем". И мы ни за что бы его не пропустили.

Я получил академическую степень бакалавра по греческой истории и философии в UBC (Университет Британской Колумбии). По курсу философии мне пришлось изучать основы и конструкты человеческого мышления. Так к чему я веду... Вот такой пример. Вообще-то не в силах человека контролировать свою судьбу, во что большинство из нас склонны верить, и это не из-за руки Бога, предопределения или каких-либо других мистических концепций. Все дело в случайности. Людям трудно понять, что жизнь случайна, и мы - продукт случайных вероятностей. Допустим, вы были разработчиком программного обеспечения в одной из самых известных фирм. Вы в составе большой команды все сделали правильно, но проиграли, а какой-то гигант, допустим Google, - выиграл? Так это произошло оттого, что сотрудники Google умнее вас? Нет! Это потому, что выиграть может только один, и если Google выиграл..., то ему повезло?

Это называется "Предвзятостью выжившего" (искажение восприятия реальности, при котором выводы делаются только на основе «выживших», т.е. объектов или людей, которые прошли через определённый фильтр отбора, а те, кто не выжил, т.е. потерпел неудачу, исчезли, не дошли до конца, - игнорируются. Это приводит к искажённой картине реальности и неверным выводам. Прим. пер.), и мне нравится эта концепция.

Мне нравятся и другие концепции, такие как "Возврат к среднему значению" (статистический феномен, согласно которому переменная, значительно отклоняющаяся от среднего значения, со временем имеет тенденцию приближаться к этому среднему. Это означает, что после экстремального события следующее измерение с большей вероятностью будет ближе к среднему. Прим. пер.), "Черный лебедь" (концепция публициста, риск-менеджера и трейдера Т.Н.Нассима (США). Она описывает труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Прим. пер.).

Но моя самая любимая концепция – это "Теорема бесконечных обезьян" (концепция утверждает, что множество обезьян, ударяя случайным образом по клавишам пишущей машинки в течение неограниченно долгого времени, рано или поздно напечатают любой наперёд заданный текст, в том числе полное собрание сочинений Уильяма Шекспира. Прим. пер.). Я полагаю, что это можно трактовать так: - должно быть бесконечное множество обезьян, и все с пишущими машинками и столь же бесконечным запасом бумаги, и они должны печатать случайным образом в течение вероятно, около миллиарда лет или около того, и гарантированно, - одна из них в конце концов напечатает сонет Шекспира, слово в слово. Это неизбежно произойдет. Закон больших чисел применим ко всей Вселенной.

Так вот. Мы с Элис и были той самой счастливой обезьянкой с пишущей машинкой, которой удалось создать роман об идеальной любви.

Среди миллиардов супружеских пар, которые когда-либо жили, я был уверен, уверен, уверен и еще раз уверен, что мы с Элис - те самые счастливые обезьянки. У нас был единственный брак, в котором никогда ничего не шло наперекосяк. Мы никогда не ошибались в выборе клавиш: наша любовь не угасала. Мы никогда не изменяли друг другу. Мы никогда даже не думали об измене. Мы никогда не ссорились. Мы никогда не надоедали друг другу, даже физически. У нас никогда не было проблем с деньгами - у нас была противоположная проблема: что делать со всем заработанным? Мы всегда относились друг к другу с уважением. Мы даже стали знаменитостями в масштабе штата (ну, Элис стала, но я широко известен как ее муж и опора в жизни).

Сейчас мы были в середине нашей жизни без каких-либо проблем. Наша сексуальная жизнь никогда не прерывалась - мы по-прежнему часто занимались сексом, случайно и спонтанно. Нам это нравилось. Мы никогда не отходили друг от друга больше чем на несколько часов - за исключением моей работы в дневное время.

До сегодняшней успешной жизни мы потратили немало времени, чтобы построить ее бизнес. И по прошествии двадцати лет мы любили друг друга так же сильно, как и тогда, когда встретились. Мы, обезьяны с пишущей машинкой, напечатали даже не сонет, а целую "эпическую поэму о любви".

Хорошо. Я собираюсь снизить идеальность нашей "поэмы о любви" на ступеньку или даже на десять. Конечно, у нас были споры, недопонимание, случайные размолвки и неизбежный предменструальный период - когда я понимал, что лучше не беспокоить. Но я могу честно сказать, что не помню ни одного случая, когда какие-то дурные предчувствия проникли бы ночью в нашу спальню.

Мы просто были синхронны.

Но вернемся к текущему вопросу: мы хотели отпраздновать наше двадцатилетие с размахом. Двадцать лет вместе. Двадцать лет, за которые мы прошли путь от жизни в квартире с двумя спальнями (Элис) или в убогой съемной квартире (я) - до того, что стали известными мультимиллионерами, а затем и модельерами, и все еще были очень влюблены друг в друга. Мы планировали провести вместе целых три недели. Я еще являлся государственным служащим. Проработав более двух десятилетий, я имел право на довольно щедрый отпуск, но щедрый - это не то же самое, что гибкий график. Наш праздничный месяц пришлось планировать за полгода.

Итак, мы провели две недели в отеле "Ритц Карлтон" на пляже Мексики, а затем отправились в недельный поход по провинциальному парку Гарибальди в Британской Колумбии (охраняемая природная территория в Береговых горах, ок.70 км. К северу от Ванкувера. Основные достопримечательности: ландшафт и природа самого парка, стратовулкан высотой 2678 м., озеро с бирюзовой водой. Парк, гора и озеро названы в честь итальянского революционера Дж. Гарибальди. Прим. пер.). Это тот самый поход, который мы пообещали друг другу совершить вместе в день нашей первой встречи, еще до того, как мы стали самими собой. Двадцать лет спустя мы повидали весь мир, но так и не смогли подняться на гору Гарибальди, которая всегда оставалась рядом с нами.

Мы планировали провести наш двадцатый день на вершине этой горы. Я собирался сделать ей предложение там, подарив кольцо с огромным бриллиантом, даже если мы и договорились много лет назад, что нам не нужно вступать в законный брак.

— Так что же случилось, Элис? - я не скрывал своего разочарования.

— Мне снова надо быть через неделю в Новой Зеландии.

Вот уже несколько месяцев, с тех пор как появилась возможность распространить бренд Willer Wilderness на рынок Новой Зеландии, она каждый месяц примерно на неделю летала из Ванкувера (Канада) в Окленд (Новая Зеландия) и обратно. Это восемнадцать часов в самолете в одну сторону при перелете над половиной Земли. Для 42-летней женщины это было нелегким испытанием. Каждый раз она возвращалась домой такой уставшей, что после этого спала почти два дня. Она часто задавалась вопросом, как это пилоты авиакомпании справляются с этим. Я же отвечал ей, что все просто: как только они приземлялись, их работа считалась выполненной. А у тебя, Элис, наоборот, - как только прилетаешь, сразу должна приступить к работе.

— Элис, разве нельзя отложить твою поездку на неделю? Мы же так долго планировали! Кто знает, когда у меня будет еще одна свободная неделя!

Я потратил для этого отпуска все свои отпускные за весь год, и Элис тоже расчистила для нас весь месяц. Кто знает, когда у нас будет еще такой шанс.

— Боюсь, что нет, милый. В следующем месяце мы запускаем продажу весенне-летней коллекции в Юго-Восточной Азии; им нужна моя фотосессия на пляже и еще одна с интервью в горах. На кону крупный розничный контракт, и есть срочная возможность его заключения, нам удастся его подписать, если не упустим следующую неделю. Это местный бренд с хорошей дистрибуцией, и мы могли бы вывести его на мировой рынок.

— Приобретаете бренд? И почему я не слышал об этом раньше?

Это была ее компания, а я был "независимым" членом правления и возглавлял финансовый комитет. Обычно мы обсуждали такие вещи заблаговременно.

Она выглядела смущенной: - Прости, дорогой. Это действительно всплыло совсем недавно. Я и сама не знала, что этот бренд продается. Вот настоящая причина. Сама фотосессия могла бы подождать, но не это.

Я вздохнул: - Я все еще не понимаю, почему Новая Зеландия так важна. Да, это красивое место, но это крошечный рынок на краю света. Почему не Сиэтл или Портленд, расположенные прямо за границей? Рынки побольше и попросторнее. Я не деловой человек, но я понимаю ваш бизнес. Это вроде как очевидно.

Настала ее очередь вздохнуть: - Не "мое" дело, Пол. НАШЕ. И мы уже обсуждали это, любовь моя. Северо-запад Тихого океана котируется на рынке горного снаряжения и одежды в целом. Бренды спортивной одежды North Face, Columbia, Patagonia, REI, MEC, Mountain Warehouse. Даже Fjallrven выходит за пределы Швеции, и наш местный lululemon из Ванкувера пытается выйти на этот рынок. Слишком много сильных брендов и розничных продавцов. А Новая Зеландия - экзотика. Для европейцев она похожа на Швецию. Новозеландская аура распространяется далеко за пределы маленьких островов. А наш бренд Willer Wilderness (Willer – фамилия владельца бренда, Wilderness – дикие районы, англ. Прим. пер.) как раз воплощает в жизнь мечту о дальних странах.

— Тогда почему не Юкон? Он такой же дикий, как Аляска и находится совсем рядом с нами! Всего-то час езды к северу от Ванкувера.

— Это не одно и то же. Юкон - место золотодобытчиков, рыбаков и охотников. И почти каждое лето там лесные пожары. Это не наш целевой рынок.

Я знал, что она права: - Ладно, где ты остановишься?

— В Окленде, как обычно. Я пришлю тебе полный маршрут, как узнаю.

— Мне это не нравится, Элис. И не только потому, что это будет "Наш день". А потому, что эти поездки разрушают тебя. Ты должна поручить это кому из своей команды.

— Милый, пожалуйста. Я заглажу свою вину перед тобой, обещаю. И этот проект с Новой Зеландией закончится через несколько месяцев.

Так что это объявление она сделала заранее. Следующие пять дней мы были как молодожены: гуляли по пляжу, держались за руки, ласкали друг друга, обнимались, целовались, занимались сексом и разговаривали, как обычно. Я был немного разочарован, что проведу наш двадцатый день дома один, но должен был признать, что пребывание в Мексике прошло замечательно. Может, это и хорошо, что мы будем скучать по Гарибальди. Я даже не был уверен, что смогу туда сходить сам, не говоря уже о пешей прогулке, после всего того секса, который у нас был. Мне было больно. Элис не жаловалась, но ходила странной походкой.

Мы лежали в постели, дверь нашей комнаты была распахнута настежь, и океанский бриз освежал нас. Мы только что закончили заниматься сексом. Я просто лениво ласкал все ее тело, от шеи до кончиков пальцев ног. Я добрался до браслета, который она носила на левой лодыжке со времени своего второго визита в Новую Зеландию. Она объяснила, что это был почетный знак принадлежности, подаренный ей лидером общины маори в связи с удачной рекламной компанией, которую они вместе провели, что вывело эту общину на мировую туристическую карту. После того, как мы провели две недели на пляже, у нее на лодыжке появилась полоска под браслетом, свободная от загара. Мне не нравился этот браслет, просто вызывал у меня нехорошие чувства. У меня даже сложилось впечатление, что ей самой он тоже не нравился, но все-таки она его не снимала. Поди разберись.

— Что ты нашла во мне столько лет назад, Элис? - это был вопрос, который я иногда задавал ей по своим собственным причинам, о которых она никогда не догадывалась.

— Ты же знаешь, что у меня нет ответа на этот вопрос. Как только я встретила тебя, я сразу что-то почувствовала. И я знаю, что ты сам почувствовал то же самое.

— Это верно, не отрицаю. Между нами сразу возникло мгновенное влечение, о котором я и мечтать не мог... Как ты думаешь, почему мы до сих пор так хорошо ладим? Я имею в виду, сколько людей вокруг нас развелись или просто с трудом терпят друг друга?

— Уважение? Общение? Сопереживание? Общие дела? Компромисс, когда что-то важно для другого? Без этого любовь увядает и умирает.

Она, конечно, была права. Мы делали все именно так, как она и говорила.

Она продолжила: - Я считаю, что стала успешной, и больше, чем сама когда-либо ожидала, - во многом благодаря тебе. Где бы я была, если бы не ты, который стал моим якорем?

— Я разве похож на якорь?

— Хотя нет! Скорее, похож на скалу, опору. Благодаря тебе я стою на твердой почве и привязана к реальности. И именно с тобой я расту.

— Если бы кто-нибудь сказал мне двадцать лет назад, что я сегодня...

— . ..Где мы сегодня, Пол. Это мы, а не я. Но, пожалуйста, не переусердствуй. Лучше передай мне коктейль, а потом займись со мной любовью.

— У меня кое-что есть. Сначала, пожалуйста, сядь, - мой голос и вид были серьезными, и она сразу же убрала с лица улыбку.

— Элис, я знаю, мы уже проходили с тобой через это, но на этот раз я – серьезно, - я достал маленькую бархатную коробочку, которую прятал под матрасом. - Ты, наконец, выйдешь за меня замуж? По-настоящему? - я открыл коробочку и показал ей кольцо. Она потеряла дар речи. - Я собирался предложить его тебе на вершине горы Гарибальди на следующей неделе. Но наша постель тоже не самый плохой вариант.

Мне показалось, что на ее лице промелькнула тень грусти, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась самой широкой улыбкой, которую я когда-либо видел. Я надел ей на палец кольцо - там, где у нее уже было другое, которыми мы обменялись много лет назад (мы не были женаты, но, тем не менее, носили простые обручальные кольца). За бокалом игристого вина мы договорились, что не будем устраивать традиционную вечеринку. Вместо этого мы пригласим блюстителя порядка, который обвенчает нас на рождественской вечеринке WW в конце года, перед удивленной аудиторией.

Это быа моя идея, и Элис она понравилась.

— Представь, что подумают люди, когда я появлюсь на рождественской вечеринке в свадебном платье! Это будет грандиозно!

После этого мы занимались любовью, настоящей, заботливой любовью, а потом пошли на ужин. Во время ужина я заметил, что официантка спрашивала Элис о ее браслете на ноге. Я был в баре и не слышал разговора. Это напомнило мне, что мне он не нравится, и скоро мне придется, наконец, поговорить с ней об этом.

Когда я сел за наш столик, то заметил, что Элис прижимает палец к животу, как будто у нее что-то болит. Это было уже не первый раз за день.

— Что-то не так?

— Да нет, ничего особенного. Думаю, слишком много острой мексиканской еды.

Я не придал этому значения.

Проблемы со сном

В течение нескольких месяцев у меня были проблемы со сном. Я не мог заснуть. Потом это прошло. Но я стал просыпаться посреди ночи без всякой на то причины. Мой врач в шутку сказал, что я страдаю хроническим синдромом сна богатых людей: отсутствие каких-либо серьезных жизненных проблем может вызвать бессонницу, так же, как и их наличие. Он рекомендовал мне заниматься физическими упражнениями, но я и без него много занимался ими.

Сегодня вечером это повторилось, и это меня разозлило. Я знал, что буду без сна не меньше часа, пока сон снова не овладеет мной.

Я посмотрел на свою прекрасную, обнаженную и крепко спящую Элис и увидел этот браслет с маленькими серебристыми подвесками на ее лодыжке. в которых отражался лунный свет. Раньше я не обращал особого внимания на это украшение, в основном потому, что оно мне не нравилось. Но вдруг я поняла, что количество подвесок – сейчас их было пять - увеличилось с тех пор, как я увидел эти подвески впервые. И все это выглядело дорогим. Я не из тех, кто пренебрегает модой или культурными традициями, но эта штука у нее на ноге вызывала у меня нехорошие предчувствия. Я подумал, не наложил ли кто-нибудь на нее проклятие за то, что она нарушила покой на каком-нибудь священном месте предков.

Было ли это дурацкое украшение из платины и серебра как-то связано с моей бессонницей? Я не верил во все мистическое, но Элис верила...

Но так оно и оказалось. Я принял одно из немногих односторонних решений в наших отношениях. Осторожно, чтобы не разбудить, я снял ее браслет и выбросил его с балкона. Я услышал, как он с плеском упал в океан внизу. Если бы она спросила о нем, я бы все отрицал, что сделал это. "Знаешь, милая, я даже не помню, чтобы видел это на тебе вчера, когда мы уходили с пляжа"...

Мне также пришло в голову, что мне не понравилась ее промелькнувшая гримаса грусти, когда я сделал ей предложение. Я подумал, что она, вероятно, расстроилась из-за того, что я не смог сделать свое предложение на горе Гарибальди, как планировал. Однако ее эмоции по поводу планов нашей рождественской свадьбы было неподдельным.

Когда я снял браслет с ее ноги, у меня тут же улучшилось настроение. Сон одолел меня за несколько секунд, и я чудесно проспал остаток ночи.

Элис, похоже, тоже не заметила исчезновения браслета.

Прощание в а\п Ванкувер

Мы приземлились в Ванкувере и попрощались, она собиралась лететь дальше прямо сейчас. Одна из ее помощниц собрала сумку для ее следующей поездки и привезла ее в аэропорт. Я поддразнивал ее, когда мы прощались: - Ну, это обойдется тебе дорого, Элис, и я получу свой долг с процентами. В стиле акулы-заемщика. Так что, будь готова.

— Буду с нетерпением ждать возможности выплатить свой долг с процентами, моя акула!

Мы обнимались на прощание на минуту дольше и целовались на пару дюймов глубже, чем это было бы уместно для пары возрастом за сорок. Она направилась в зону вылета, а я помахал ей на прощание.

Я доехал на наземном метро до центра города, затем на пароме до Северного Ванкувера и на обычном такси до нашего дома стоимостью в несколько миллионов долларов в Западном Ванкувере, самом престижном районе Британской Колумбии на сегодняшний день. Дом, который мы смогли себе позволить благодаря успеху Элис в бизнесе. К тому времени, как я вернулся домой, Элис, по моим подсчетам, была уже в тысяче миль к юго-западу, на траектории полета где-то между Гавайями и Оклендом.

В ту ночь я плохо спал на пустой кровати и проснулся, чувствуя себя покинутым в пустом доме. Даже великолепный вид на пролив Джорджии и остров Боуэн не поднял мне настроения. Я пыталась дозвониться до Элис, но она либо еще не прилетела, либо ее телефон был выключен. От нечего делать я позвонил на работу и спросил, могу ли я подменить кого-нибудь и, возможно, перенести оставшуюся часть отпуска на потом. Безуспешно.

Прошло пять часов моего бездельничания в пустом доме, и я чувствовал себя очень беспокойно. Я ни за что не смогу провести так неделю. Какого хрена я вообще был здесь один? Я достал свой ноутбук и бумажник, зашел на веб-сайт Air New Zealand и купил билет бизнес-классом туда-обратно до Окленда, с вылетом из Ванкувера на следующее утро и обратный полет вместе с Элис через пять дней. Я в спешке начал собирать сумку, но потом вспомнил, что в Южном полушарии сейчас зима, и упаковал ее заново. Потом заказал такси на 4 утра.

Выдох. Все, что мы делаем, мы делаем ради любви.

Я проделал тот же трюк, что обычно проделывала Элис. Я не спал всю ночь, так что к 9 утра по Ванкуверскому времени, когда самолет уже был в воздухе, я уже почти засыпал. Я был счастливцем бизнес-класса В787, и предвкушал, как я проведу с Элис наш двадцатый день, и, в конце концов, смогу хоть немного посмотреть на ту прекрасную страну, о которой так много говорили Элис и Билли.

Я предавался воспоминаниям о своем жизненном пути, пока ждал, когда сон окончательно одолеет меня.

Поль Моро (это я, и единственное, что во мне французского, - это моя фамилия).

Мне было тринадцать лет, когда я впервые заметил, что у меня маленький член. Поправлюсь. Не я это заметил, а мои товарищи по команде по плаванию, - в мужской раздевалке, однажды после тренировки, когда наши члены были напряжены как минимум наполовину. Нет, мы не были сборищем гомосексуалистов (и нет, я не гомофоб). Наша эрекция возникла из-за того, что из-за каких-то проблем с расписанием мы весь день провели на дорожках у бассейна с женской командой по плаванию. Как и у всех подростков, в наших венах было больше гормонов, чем крови.

Я тоже был полон гормонов. Но, похоже, моих было достаточно, чтобы мой мужской член затвердел полностью на всю свою величественную длину в 3 1/2 дюйма (ок. 9 см.). Тем временем несколько других мальчиков демонстрировали... свои приборы... кто-то на пять, шесть, а то и больше дюймов (конечно же, я никого не измерял. Фу.)

[Отступление по этой теме]

Годы спустя, когда настал век мгновенных знаний с помощью CrapGPT (чат-бот искусственного интеллекта, в основном, юмористической направленности. Прим. пер.), я, наконец, решил разобраться в этом вопросе. Технически, у меня был микро пенис (такой размер реально бывает). Но я определенно принадлежал к нижнему децилю мужской популяции по размеру пениса (дециль - статистический термин для обозначения одного из девяти значений, разделяющих изучаемые данные на десять равных частей, по 10% от общего количества. Прим. пер.). Это означало, что девяносто процентов всех мужских пенисов были больше моего. Пытаясь почувствовать себя лучше, я попытался поднять свой рейтинг среди пенисов и сказал чат-боту включить в выборку всех мужчин с микро пенисами. Это переместило меня из нижнего дециля в нижний квантиль (квантиль – статистический термин, делящий массив данных на пять равных частей, каждая из которых содержит 20% данных. Прим. пер.). Затем я попросил чат-бота исключить все исследования, основывающиеся на самооценке размеров члена (я исходил из уверенности, что все парни лгут). Тут же я поднялся до нижней части квартиля (квартиль – статистический термин, делящий массив данных на четыре равные части, каждая из которых содержит 25% данных. Прим. пер.). Наконец, я попросил своего ИИ-мучителя исключить определенные этнические группы с заведомо генетическими преимуществами в размере пенисов. Но это уже было бы ненаучно, так как тогда нужно было бы исключать все этнические группы с заведомо большими пенисами.

В конечном итоге я запросил предоставить данные по исследованиям с профессионально измеренными размерами членов только у белых мужчин-англосаксов. Объем выборки оказался пустым. Какая досада! Никто этого не изучал.

Да пошли вы, ученые! Я, например, считал, что именно такое исследование имело бы первостепенное значение! По крайней мере, не менее важное, чем средства для похудения.

[Окончание отступления]

Тогда я шел домой с уязвленным мужским эго, полагая, что теперь мой позор станет достоянием всей команды по плаванию, поэтому на следующей неделе ушел из секции плавания, несмотря на протест моих родителей и тренера. Очевидно, у меня был олимпийский потенциал. Но мне было все равно. Если бы я остался, у меня был бы риск подраться с одним из хулиганов в скользкой душевой кабинке и попасть в тюрьму для несовершеннолетних.

Но я был неправ. Моя дурная слава не ограничилась бывшей командой по плаванию. Она быстро вышла за пределы бассейна и распространилась на всю среднюю школу нашего городка, где я имел несчастье родиться и вырасти. Травля, с которой я столкнулся в душевой кабинке, перешла и дальше. На занятиях по физкультуре, те же самые придурки однажды стянули с меня спортивные штаны с трусами, обнажив мой член и смеясь надо мной на глазах половины школьного класса. День был особенно холодный, и это никак не повлияло на мой публичный стриптиз: обычно холод не способствует размеру члена.

Плохо для меня, а еще хуже стало для моего обидчика: в это время у меня в руках был баскетбольный мяч и он тут же прилетел в нос лидеру моих обидчиков со всей возможной скоростью моего лучшего броска. И сжатый кулак последовал за мячом, что причинило моей руке адскую боль. Но затем мое колено нашло его челюсть (тут я ничего не почувствовал, но мог поспорить тогда, что он хорошо почувствовал), а моя ступня в кроссовке, возможно, попала ему в живот - или это были яйца? И снова моя нога осталась невредимой.

Его сверстники мгновенно ответили на проявление моей любви взаимностью, и все мы заслужили визит сначала в травмпункт, а затем домой на три дня. Хорошо, что в то время мобильные телефоны с камерами должны были появиться только через пару лет.

Мои родители были уже немолодыми людьми. Папе было пятьдесят, когда я появился на свет, а маме за сорок. Они были женаты двадцать лет и давно уже отчаялись иметь детей, когда появился я. В детстве у меня даже была мысль, что к тому времени, когда я появился, они уже были не очень рады мне. Хотя они участвовали в моем воспитании и не сделали ничего, за что я мог бы их винить. Но они также и не сделали ничего, за что я мог бы их похвалить. Мы просто сосуществовали.

Я не имел с родителями задушевных бесед и не чувствовал себя комфортно, обсуждая с ними личные проблемы. Однако мне пришлось обсуждать с ними мое поведение когда в результате драки я был отстранен от занятий в школе. Откровенного разговора о ее причинах так и не состоялось: меня просто отругали и заперли в моей комнате. В тот вечер я понял, что мои родители никогда не станут моими доверенными лицами. Они оплачивали счета, одевали и кормили, помогали добиваться успехов в учебе и спорте, но на этом - все. Если бы они прислушались ко мне тогда, мою проблему с размером пениса можно было бы исправить. Одним из аспектов разговора с чат-ботом ИИ по теме микро пенисов, было то, что размер пениса можно было скорректировать с помощью болезненных, но недорогих и эффективных гормональных инъекций. Но это должно происходить до пятнадцати лет! А к тому времени, когда я узнал о такой возможности, мне было далеко за тридцать. Спасибо вам, мои любящие родители!

А тогда я ушел в себя и смирился с этим. Вспоминая свое детство, считаю, что если до этого случая я был довольно экстравертным ребенком, то в течение недели моя самооценка была подорвана. Единственное средство защиты, которое смог придумать мой одинокий 13-летний разум, - это замкнуться в себе. Я начал заниматься некомандными видами спорта и физическими упражнениями в одиночестве, такими как бег и пешие прогулки, а школьные перемены проводил в библиотеке. В школе я был в основном замкнут и больше никогда в жизни не принимал душ в присутствии кого-либо. В том числе и Элис.

Учеба стала моим убежищем, что естественно привело к улучшению моих результатов. Моих оценок хватило, чтобы годы спустя я получил полную стипендию в университете Калифорнии в Ванкувере, и это же стало моим билетом на автобус, увозившим меня от моей несчастливой жизни подростка. Моя привычка к учебе сохранилась и в университете, и к концу учебы у меня был почти гарантированный входной билет на получение степени доктора философии либо в Гарварде, либо в Колумбийском университете. Я отказался от этих перспектив, будучи уверенным, что не заслуживаю этого и что никогда многого не добьюсь.

Вот как сильно то детское унижение в раздевалке повлияло на мою самооценку и уверенность в себе. Зеленоглазой богине потребовалось несколько лет упорного труда, чтобы помочь мне преодолеть это.

Как я познакомился с Билли Портер

Мне было четырнадцать, и прошел год, как я превратился в подростка-затворника, когда я повстречал Билли (настоящее имя Элизабет) Портер. Элизабет могла бы откликаться на Лиз или Бет, но ей это не нравилось.

Билли, была на год младше меня и был еще одной несчастной душой. Если у меня был маленький член, то она хотела, чтобы у нее был хотя бы такой. С четвертого или пятого класса она поняла, что ей больше нравятся девочки, и соответственно одевалась, красилась и носила прическу. Я раньше никогда не общался с Билли в школе, но знал о ее репутации очень агрессивной, уверенной в себе, жесткой и склонной к боевым действиям девушки. Забавно: будь она обычной девушкой, она была бы чертовски привлекательной.

Был погожий сентябрьский денек, занятия в школе только начались. До сезона дождей оставался еще месяц. Я решил пройти пешком те пять километров, которые отделяли школу от дома. Мой путь лежал через городской парк, и именно там я увидел, как трое самых тупых хулиганов нашей школы, в том числе и один из моей бывшей команды по плаванию, приставали к Билли. Нет, не приставали. То, что я увидел, было началом полномасштабного сексуального насилия.

— Мы собираемся научить тебя любить члены, ты, гребаная лесбиянка.

Я до сих пор не понимаю, какие заплесневелые макароны были у тех у хулиганов вместо мозгов. Чего они надеялись добиться, изнасиловав несовершеннолетнюю школьницу-лесбиянку, кроме того, что они сами стали бы юными шлюхами для всей мужской когорты ближайшей тюрьмы?

Восемь лет занятий плаванием дали мне два преимущества: первое, - я не утону, если паром пойдет ко дну со мной на борту; и второе, - у меня широкие плечи и рост 185 сантиметров (это 6 футов с лишним). Но трое против одного? Я должен был уравнять шансы.

Я поднял два булыжника размером с большой апельсин нанес им удар сзади. Легко.

Знаю это было трусливо, но они сами были настоящими трусами, нападая на девушку, так что я платил им тем же? Через несколько секунд два оглушенных хулигана стонали на земле. Третий как раз решал, вступить ли ему в кулачный бой, когда Билли, о которой я уже и забыл, сама подняла камень, который я выронил, и ударил третьего хулигана по голове.

Она не отправила его в нокаут, но он только согнулся и бросился бежать. Я пнул двух других в живот, чтобы подчеркнуть тяжесть сегодняшнего урока для них, а затем проводил потрясенную Билли домой. Она отчаянно цеплялась за мою руку, и дважды мне приходилось останавливаться, чтобы обнимать и утешать рыдающую девушку.

В тот день я узнал, что за ее жестоким поступком в парке скрывался милый, заботливый и противоречивый человек. Как и мне, ей не хватало общения и понимания. Как любил повторять владелец единственного в городе тайского ресторана, мы были "Такими же, как все, только разными". Или, скорее, "разными, но такими же, как все".

Я сразу начал испытывать к Билли своего рода привязанность, которая со временем переросла в настоящую любовь брата и сестры.

Мы стали неразлучны. Билли была моим единственным другом, когда я нуждался в дружеском плече. Наши музыкальные вкусы совпадали, нам обоим нравилось кататься на велосипедах, мы оба любили бургеры с пивом (которые я в небольших количествах крал из холодильника моего отца, а он делал вид, что не замечает), и мы разделяли мечты сбежать из лишенной стимулов интеллектуальной пустыни, которой был наш родной город, где мы жили.

Слухи о моей ссоре с бывшими товарищами по команде распространились по школе со скоростью лесного пожара, и травля прекратилась (я был уверен, что они все еще подшучивали надо мной за моей спиной). Билли также завела парочку не очень близких друзей в женских группах ботаников в нашей дурацкой школе. Думаю, это было либо из жалости, либо потому, что пережитое ею испытание сделало ее немного более доступной. В любом случае, жизнь улучшилась для нас обоих.

Год спустя

Мне было шестнадцать, Билли - пятнадцать. Мы слушали Oasis и тогдашнюю новую группу Coldplay в моей спальне и мечтали о блестящем будущем, которое ожидает нас в большом городе (в реальности для нас это означало Ванкувер). А еще я думал о том, как раздобыть что-нибудь к пиву, которое я стащил из папиного холодильника. Билли пристально смотрела мне в глаза, словно набираясь смелости, чтобы что-то сказать.

— Билли, выкладывай.

— Пол, почему у тебя нет девушки? Или подруг, во множественном числе? Или других друзей, кроме меня?

Должно быть, она увидела, как мое лицо превратилось в холодную гранитную маску, потому что внезапно начала заикаться: - Я-я-я имею в виду, П-Пол, ты высокий, красивый, один из самых горячих парней в школе. Почему ты не встречаешься с этой сучкой Памелой или с кем-то вроде нее?

Я вздохнул: - Ты, наверное, не а курсе, - скорее это был не вопрос.

— По-видимому, нет.

Я глубоко вздохнул: - Только это должно остаться между нами, хорошо?

Она энергично закивала, и я, со своим стыдом, идущим из глубины души, рассказал ей об анатомической причине своего поведения. Она не знала, что и сказать, а только дважды открывала рот.

— И нет, я не собираюсь демонстрировать его тебе.

После этого последовало долгое и неловкое молчание, пока я не сломал лед.

— И, Билли, что касается моих друзей, - у меня и так есть лучший друг, самая умная и забавная девушка нашего города. Так что, я в порядке.

Она поблагодарила меня за то, что я польстил ей, а также за то, что я спас ее от хулиганов в прошлом году.

— О, я уверен, что ты уже благодарила меня два, а может, и десять раз.

— Не думаю, что этого хватит. Я люблю тебя, Пол; ты как тот брат, о котором я мечтала. Я никогда сознательно не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое, - она поцеловала меня в щеку, а я подавил желание поцеловать ее в губы, прощаясь с ней на ночь.

Интерлюдия: Краткий история Билли

Эта история с школьными хулиганами сильно потрясла меня. Они собирались меня изнасиловать. Я полагаю, что для женщины быть изнасилованной достаточно плохо. А для девушки-девственницы это, должно быть, ужасает. А для девственницы-лесбиянки? Когда я мысленно возвращаюсь к этой сцене, у меня сводит живот, даже спустя два года.

Спасибо Богу за Пола. Если бы его там не было... он спас меня, и как только я поняла, что я в безопасности, я просто... Я позволила прорваться плотине. Годы тоски и подавляемых чувств вылились в слезы, орошающие его плечи. Пол был первым человеком, которому я позволила увидеть себя настоящую. Что я такая же хрупкая, как и любая другая девушка. Он - хороший парень. Жаль, что он все-таки парень, иначе я была бы от него без ума.

В конце концов, я набралась смелости спросить его, в чем его проблема. Его собственные проблемы с неадекватностью и неуверенностью в себе были похожи на мои. Я чуть было не попросила его показать мне свой член (черт возьми, то, что я лесбиянка, не лишает меня любопытства), но потом он сказал мне, что никогда не покажет его, и я оставила эту идею. Я внезапно увидела его мужественное одиночество таким, каким оно было на самом деле: неуверенностью, замаскированной под эмоциональной отстраненностью. Мы были двумя одинаковыми уникальными, хрупкими душами, одинокими не по своей воле. У нас обоих были выработаны очень похожие механизмы самосохранения по разным причинам.

В тот вечер я решила, что сделаю все, что в моих силах, чтобы всегда быть рядом с ним. Однажды у меня будет шанс отплатить ему тем же. Мы с Полом никогда не будем физически близки, так как мы несовместимы буквально, но он был моим первым и, может быть, единственным другом.

Пол в школе

Через несколько месяцев у меня все наладилось. Небольшая горнодобывающая компания, бывшая закрытой с 70-х годов, возобновила работу рядом с нашим городом. В город приехали новые семьи. Появились и новые школьники, которые не знали моей истории. Тогда я начал встречаться со своей первой девушкой - Эмили. Мы не ждали, пока нам исполнится восемнадцать и не готовились к выпускному вечеру, чтобы заняться сексом. Во-первых, потому что у нас в Канаде нет выпускных вечеров, а во-вторых, потому что мы живем в 21 веке, а не в 50-х годах 20 века. У меня был первый сексуальный опыт с Эмили всего через два месяца после того, как мы начали встречаться, и, к моему удивлению, я был у нее не первый. В ее предыдущем родном городе у нее был парень.

Но и вторым у нее я долго не продержался. Меня сменил кто-то из баскетбольной команды, трахнул ее меньше чем через месяц после меня, и, насколько мне известно, они продолжили свою дружбу в старших классах, а потом и после школы.

А тогда, после моей краткой встречи с Эмили среди женского населения школы поползли слухи о скромных размерах моей волшебной палочки. И вскоре я уже вернулся к тому, чтобы пить краденое пиво и слушать Coldplay у себя в спальне.

Окончание учебы для меня прошло без каких-либо дальнейших контактов. Я не знал, было ли то же самое верно для Билли. Я подозревал, что она оставалась девственницей, если только каким-то образом не сменила свою сексуальную ориентацию. Это потому, что в нашем городе была одна лесбиянка. Это она, Билли. Однако я заметил, что по мере приближения даты нашего выпуска количество видимых - и, вероятно, невидимых - пирсингов и татуировок на ее прекрасном теле увеличивалось. Я должен был что-то сказать, пока она не перестаралась.

— Билли, я не могу утверждать, что знаю, как устроен женский разум, а ты лесбиянка, поэтому мне еще труднее понять тебя. Но я могу рассказать тебе, как мыслят парни. Пирсинг и татуировки на теле сексуальной девушки очень возбуждают... До определенного момента.

— Так ты думаешь, что это слишком?

— Нет! Ты все еще в самом разгаре событий. Но, надеюсь, ты возьмешь паузу в украшательстве своей недвижимости?

Она кивнула в знак согласия, но затем спросила меня: - Ты находишь меня привлекательной?

— Я и, вероятно, половина мужского населения нашего городка. Жаль, что ты играешь в другой команде.

Она покраснела. Она была очень милой, с раскрасневшимися щеками.

Университет Британской Колумбии

Я вкалывал на любой работе, возможной для меня летом, чтобы заработать денег на учебу в университете, а затем в конце августа попрощался с дедушкой-папой и бабушкой-мамой (моему папе тогда было уже семьдесят, а маме под шестьдесят, так что я их так называл). Я обнял Билли на прощание, сел в автобус до Ванкувера и начал учебу в университете Калифорнии с полной стипендией, о которой уже упоминал ранее. Я так и не вернулся в свой родной город. Мама и папа иногда приезжали навестить меня. Папа умер несколько лет спустя, а мама переехала в квартиру в Ванкувере, где жила до тех пор, пока не настала ее очередь примириться с создателем.

Билли догнала меня в Ванкувере через год после меня. Она изучала изобразительное искусство в Университете Саймона Фрейзера, где ей пришлось полностью оплатить обучение, но это не было для нее проблемой, так как у ее родителей были деньги. Как только Билли приехала в город, я выписался из не слишком чистого и дорогого университетского общежития и переехал к ней в ее съемную квартиру с двумя спальнями.

Она надеялась со временем заняться производством контента для фильмов или телепередач. В Ванкувере это имело бы значение. На втором курсе она проходила неоплачиваемую стажировку на съемочной площадке дополнительного выпуска шоу, в котором группа космонавтов использовала портал для путешествий в другие миры. По тем временам это было довольно круто. Я видел, что ей это нравилось, и она многому научилась.

Что касается меня, я понятия не имел, чем буду заниматься в этой жизни. Мои жизненные планы сводились к тому, чтобы "попасть в Ванкувер и жить там замечательно".

Моей "полной" стипендии хватило только на оплату обучения, проживание и питание. К февралю у меня закончились деньги, поэтому я устроился официантом на неполный рабочий день. Это была паршивая работа, но зато помогала оплачивать счета. Пару месяцев спустя мне пришлось обратиться в ближайший сервисный центр, чтобы переоформить свою медицинскую карту. Оказавшись там, я увидел, что они нанимают людей на неполный рабочий день. Повинуясь внезапному порыву, я подал заявление, и после нескольких недель экзаменов на профпригодность, проверок безопасности и тестов на наркотики, - я получил работу с возможностью стать государственным служащим на полную ставку после окончания учебы. Платили не так хорошо, как за обслуживание столов, но в дополнение к окладу я бы получал дополнительное пособие по медицинскому страхованию провинции Британская Колумбия, отчисления в государственную пенсионную программу провинции, и теперь мне не приходилось таскать тарелки с едой для капризных посетителей. Я не был уверен, что хотел бы всю жизнь печатать водительские права и служебные удостоверения в сервисном центре, но, по крайней мере, я не зависел от каких-нибудь придурков за столом ресторана!

Моя сексуальная жизнь в университете была... в порядке. Я знал, что хорошо выгляжу и привлекаю достаточно женского внимания. Поэтому я боролся со своей замкнутостью и неуверенностью в себе и начал свое самоутверждение. Я довольно часто добирался до первой базы, иногда до второй, иногда до третьей. Но повторить третью базу? Пока нет.

Я верил, что я неплохой любовник. Я смотрел порно и читал кое-что о том, как доставить удовольствие женщине. Кроме того, секс-бизнес в Британской Колумбии легален, и как только у меня появлялись кое-какие деньги, я получил доступ к выбору достаточно опытных секс-репетиторов с почасовой оплатой.

Все это должно было убедить меня в моей нормальности, что я действительно могу доставить удовольствие своей сексуальной партнерше. Тем не менее, я так и не перешел от свиданий к отношениям. Это меня угнетало, пока я не понял, что, как и любой представитель мужского пола, я был запрограммирован на то, чтобы получить как можно больше возможностей для распространения своего семени. Так что же, если у меня не было постоянной подружки? По крайней мере, у меня было разнообразие, и я должен быть счастлив, распространяя свое семя широко и далеко.

Повторяя эту мантру про себя достаточно долго, я и сам почти поверил в это.

Время в университете пролетело незаметно. Вскоре я уже заканчивал университет Калифорнии, и несмотря на то, что мои преподаватели практически обеспечили мне поступление в аспирантуру в Гарварде и Колумбии, я решил, что с меня хватит. В любом случае, какой от меня был толк? (Как я уже говорил, я почти поверил в свою мантру, но не совсем. У меня были серьезные сомнения в своей общей адекватности.)

За неимением лучшей идеи я заключил контракт на полный рабочий день с компанией ServiceBC (организация в провинциях Канады, отвечающий за предоставление правительственной информации и услуг гражданам. Прим.пер.). Я стал государственным служащим, состоящим в профсоюзе. Я говорил себе, что это временно, пока я не пойму, чем хочу заниматься в своей жизни. Но кого я на самом деле обманывал? Правда, которую я отказывался признавать, пока не смог провести самоанализ десятилетия спустя, заключалась в том, что размер моего члена навсегда подорвал мою уверенность в собственных способностях. Как в сексуальном, так и в любом другом плане.

Я все еще жил в одной квартире с Билли, которая заканчивала третий курс в университете Simon Fraser. Она подрабатывала, создавая видео и графику для влиятельных людей в социальных сетях, выпускала ролики для своих подписчиков Instagram и YouTube и даже немного для FaceBook (TikTok появился позже). Должен сказать, у нее это получалось все лучше и лучше. Кроме того, она уже больше года встречалась с девушкой, которая была на два года старше ее и которую я одобрял. Ее звали Эмили.

Эмили приобщила нас к серьезному туризму. Мы начали ходить по местным тропам к озерам, вершинам и ледникам почти каждые выходные. Внутренние районы Ванкувера стали нашей Меккой. Билли последовала за ней из чувства долга и любви. А, я. .. Я заметил, что люблю лес. Нет, я не интересовался различным туристическим снаряжением, и не имел походных принадлежностей... Только куртка и приличный бинокль. Но я нашел свою стихию. В конце концов, я начал путешествовать и самостоятельно, что побудило меня наконец-то получить водительские права категории G (право управления легковым транспортом в Канаде состоит из 3-х этапов: G1, G2 и G3. На первом этапе можно ездить за городом без пассажиров. Прим. пер.), чтобы я мог брать машину напрокат на выходные для поедки к тропам.

Встреча с Элис Уиллер (Willer)

Через два года после окончания университета меня перевели в филиал ServiceBC в крупном торговом центре в Бернаби, солидном пригороде Ванкувера, где проживает средний класс. Поездка на работу была не из приятных, но я получил за это прибавку к зарплате, некоторую денежную поддержку, а также возможность ездить на SkyTrain (система лёгкого метро в Ванкувере (Канада). Поезда управляются в автоматическом режиме (без машинистов). Прим. пер.). Мне нравилось наблюдать за городом сверху, добираясь до доступных маршрутов на метро. Часто я начинал свои походы из Бернаби (город в Канаде в провинции Британская Колумбия, третий по численности населения. Прим. пер.).

Билли окончила школу годом ранее, нотак и не смогла пробиться в индустрию кино/телешоу и продолжила продюсировать видео и другой контент для социальных сетей. Она почувствовала некоторое разочарование, но в целом она жила счастливой жизнью, даже если у нее всегда было туго с деньгами.

Моя рабочая смена подходила к концу, когда в зал вошла великолепная девушка с бланками в руках для получения разрешения на обучение (проработав несколько лет, я узнавал эти бланки по цвету и форме за несколько метров). Она выглядела немного взрослой для получения временного удостоверения (первое водительское удостоверение в Канаде можно получать с 16 лет), но это было не мое дело. У нее был выбор окошек из трех очень скучающих сотрудников центра.

Она выбрала меня.

С этой встречи началась моя вторая жизнь.

Мы обменялись приветствием. Она протянула мне свою анкету и документы. Я быстро просмотрел их. Элис Уиллер (Willer). Красивое имя для классической канадской красавицы. Двадцать два года, рост 178 см. Место рождения: Ванкувер. Цвет волос: Светлый. Глаза: зеленые. Черт возьми, я обожал зеленые глаза. Я не смог удержаться и посмотрел ей в лицо, чтобы рассмотреть их, но обнаружил, что она уже смотрит на меня. Мы оба покраснели, и я быстро вернулся к ее бумагам. Я ввел ее данные в систему и подтвердил ее документы о проживании и гражданстве. Затем отсканировал QR-код внизу формы и мы немного поболтали, пока ее данные загружались на центральный сервер данных. В воздухе витало какое-то гормональное напряжение, пока я делал ее официальную фотографию и показывал ей, а затем нам пришлось около двадцати секунд неловко ждать, пока принтер выдаст ей временные права - листок бумаги, который я ей вручил.

Настоящие права должны были быть отправлены позже почтой. Мы попрощались, и я мечтал о том, чтобы великолепная зеленоглазая богиня не ушла из моей жизни так же быстро, как и появилась. К сожалению, я скоро забуду эту эфемерную красоту.

Десять минут спустя я закончил работу и ушел домой. Я проходил через холл мимо магазина туристических принадлежностей в торговом комплексе. Я рассчитывал кое-что приобрести, так как Эмили организовала для нас троих (Билли в том числе) трехдневный пеший поход к леднику в провинциальном парке Гарибальди. У нее была запасная палатка, которую я собирался у нее одолжить, но все же мне самому нужно было купить все остальное: рюкзак, приличные ботинки, носки, брюки, куртку и спальный мешок.

Я, должно быть, очень долго слонялся между стеллажами и полками, не в силах ни на что решиться, когда мое внимание привлек голос ангела: - Похоже, вам нужна помощь.

Я обернулся и увидел, что моя зеленоглазая богиня смотрит на меня. Я покраснел и не сразу собрал мысли "в кучку". Она решила спасти меня.

— Эти вещи – моя стихия. Могу я помочь вам с выбором?

— Я... Хммм. Извините. Мои манеры. Пол. Моро. Вы - Элис Уиллер. Я помню. И да, мне нужна помощь. Моя подруга, она берет меня в поход на Гарибальди, и мне нужно купить много вещей. А я не могу выбрать.

Я заметил разочарование на ее лице, когда, видимо, до нее дошли слова "моя подруга" и "она". Не знаю почему, но я быстро и отчаянно исправился: - Эмили - девушка Билли, Билли - мой сосед по комнате. Эмили берет нас с собой в поход.

Девушка тут же широко улыбнулась, взяла меня за руку и потащила в отдел обуви.

— Давай начнем с этого, - сказала она, спрашивая меня о моем бюджете. Когда она заметила, что я колеблюсь - на ней была одежда, которая была явно не моей ценовой категории, - она успокоила меня. - Не волнуйся, мы найдем правильные вещи, здесь есть хорошие вещи во всех ценовых категориях.

С ее помощью я потратил один час и 350 долларов, чтобы соответствующим образом подготовиться к выходным.

Когда мы вышли из магазина, Элис пригласила меня поужинать в тайское заведение, расположенное прямо напротив. В ее устах это прозвучало так... просто и непринужденно, что-то вроде "Не перекусить ли нам по-быстрому? Я знаю подходящее местечко", - что я смутился из-за смены ролей (разве не мужчина должен приглашать девушку на свидание?). Я просто последовал за ней, и мы отлично провели время за тайским карри, пивом Сингха, клейким рисом и манговыми десертами. Тогда мы многое узнали друг о друге.

Элис происходила из "старых денег", и ее история ее семьи восходила к компании Гудзонова залива, занимавшейся торговлей мехами. Ее родители погибли в авиакатастрофе на частном самолете, когда ей было тринадцать, и их адвокат стал ее опекуном. По ее словам, у нее было не так уж много денег, но достаточно, чтобы иметь собственную небольшую квартиру, никаких студенческих долгов и небольшое ежемесячное пособие из семейного фонда, которое в конце концов иссякло. Она ясно дала понять, что она не считает себя обеспеченной - ей придется работать и зарабатывать на жизнь, как и всем нам, смертным.

Она изучала архитектуру в университете. Мы никогда не пересекались в кампусе, но он был настолько огромен, что это и не удивительно. Она надеялась стать выдающимся архитектором, проектирующим красивые общественные здания, офисы, музеи и жилые дома. Но отказалась от этого, как только поняла, что жизнь женщины-архитектора в основном заключается в том, чтобы покупать кофе и позволять мужчинам-шовинистам залезать к ней в штаны - то, чего она никогда бы не смогла позволить с ней, сказала она, и отвращение на ее лице подтвердило это.

Она была фанаткой пешего туризма и знала о нем все - поэтому она и помогла мне подобрать снаряжение; она пыталась свое увлечение связать с творчеством, о чем она расскажет мне позже - и да, у нас будет еще одно свидание, месье Моро. Когда я произносил свою фамилию, она всегда звучала грубо и уродливо по-английски. Когда она произносила ее, в ее устах моя фамилия звучало восхитительно по-французски. Боже мой! Она тоже говорила по-французски?

Она объяснила, что ее трастовый фонд оплачивал ее обучение в York House - лучшей частной школе Ванкувера, - а также двухлетние программы обмена во Франции и Германии, так что она в достаточной степени владела обоими языками. Когда я выразил ей свое уважение, она просто пожала плечами и ответила, что в Ванкувере китайский и хинди были бы лучшим вложением ее времени и нервов. В конце концов, - она оказалась права.

Элис также рассказала мне, что она практикующая буддистка. Она воспитывалась в англиканской конфессии, но никогда не чувствовала близости к христианству и не разделяла его ценности. Но когда она познакомилась с учением Будды, прониклась его идеями. Я же вообще не был религиозен, но изучал философию, лежащую в основе буддизма, в университете Калифорнии. Философия буддизма и стоицизм были теми жизненными принципами, которым я пытался следовать, но не всегда преуспевал. Моя история как мужчины заставляла меня быть стоиком. Поэтому я понимал ее буддизм.

Она узнала обо мне все, что только можно было узнать, включая то, кем была Билли. Но мои откровения с ней не включали мои анатомические особенности и связанные с ними проблемы уверенности в себе. Когда я объяснил ей, кем на самом деле была Билли и чем она занималась, она достала свой телефон, нашла Билли в Instagram и тут же подписалась на нее. Я не увидел ни намека на разочарование, осуждение или упрек, когда объяснил ей, что зарабатываю на жизнь работой в ServiceBC.

Мы расстались через три часа, обменявшись номерами телефонов и договорились о следующей встрече через неделю, когда я должен был рассказать ей о своем походе в парк Гарибальди.

— А что, если я не появлюсь? - поддразнил я.

— Единственное оправдание, которое у тебя было бы для этого, - это если бы вас всех съели медведи. Если это случится, я об этом узнаю из новостей. В противном случае я сама вас выслежу, месье Моро. Я знаю, где вы работаете, помните?

Мне не нужно было ехать на SkyTrain, чтобы быть в облаках в этот вечер.

Я почти ничего не помнил о своей поездке в Гарибальди в те выходные. Мой мысленный взор постоянно возвращался к некой зеленоглазой белокурой богине, с которой я познакомился пару дней назад. Я просто знал, что мы сблизились.

Я считал минуты, но в то же время боялся встретиться с ней снова. Элис была настолько не в моей лиге, что, даже если бы у меня был член обычного размера, она явно жила в совершенно другом мире. Ее внешность, обаяние, происхождение, утонченность, сексуальность. Но я чувствовал, что ее так же необъяснимо влекло ко мне, как и меня к ней. Я не знал, что она во мне нашла. Я просто знал, что влюблюсь в нее, и добром это для меня не кончится. Я мог видеть крушение поезда, но, казалось, мне было все равно.

Я снова встретился с Элис, и, по ее просьбе, рассказали о нашей экспедиции. Она хотела посмотреть фотографии, но у меня было всего три фотографии. Я показал ей свой iPhone - iPhone 2 с плохой камерой, когда мир уже был на iPhone 8 или 10. Она сказала, что это не беда, давай скоро съездим туда, только вдвоем, и сделаем кучу фотографий и видео.

Мы скоро снова поедем туда, только вдвоем? Я правильно расслышал?

Так у нас все и началось. Я был безнадежно влюблен в эту непосредственную женщину, которая так легко завладела моей жизнью. Вскоре одного-двух раз в неделю стало недостаточно. Она стала приходить ко мне каждый день перед закрытием филиала, чтобы вместе выпить пива. Я не спешил тащить ее в постель по понятным причинам, но моя тактика оттягивания ни к чему не привела. Через четыре недели после того, как я впервые встретил ее, и через две недели после того, как мы впервые поцеловались, она привела меня в свою квартиру с видом на Фолс-Крик - лучший вид Ванкувера - и мы занялись сексом, вернее - любовью, трахались, мылись, потом повторяли это, немного спали, что-то ели и начинали сначала. Снова и снова. Это были очень длинные выходные.

Она не была тугой. Для меня все женщины не были тугими, даже миниатюрные, а Элис не была миниатюрной. Но и "растраханной" она тоже не была. Я был доволен, но была ли довольна она? Я позаботился о том, чтобы Элис осталась довольной покупательницей, как с помощью моей мужской волшебной палочки, так и без нее; для этого понадобились рот, язык, пальцы и все остальные приемы, которые я смог применить, включая синюю таблетку. Тогда мне это было не очень нужно, но все же помогло сделать мой прибор немного толще.

Тем не менее, наш секс-марафон приближался к завершению в воскресный вечер, и я становился все мрачнее, так как был уверен, что вот-вот услышу знаменитое "Не звони мне, я сам позвоню тебе" на прощание.

Она заметила мое душевное состояние: - Что случилось, милый?

Милый?

— Ничего. Это просто. .. Было так приятно, а теперь пора уходить...

— Тогда не уходи. Останься со мной.

— Ты не хочешь, чтобы я уходил?

Элис была высокой. Ей почти не пришлось вытягиваться, чтобы поцеловать меня в губы: - Нет. Я хочу тебя прямо здесь.

— Серьезно?

— Да.

Я поискал в ее глазах хоть какие-то намеки на обман. Их не было.

— Я не могу остаться. У меня здесь нет никакой одежды, а завтра мне нужно на работу.

— Тогда можно я пойду с тобой? Могу я пожить у тебя?

— Возможно, но тогда тебе придется познакомиться с Билли и Эмили. Если ты, конечно, не возражаешь...

— Я с удовольствием!

Элис собрала в походную сумку одежду на две-три ночи, взяла рюкзак с компьютерным оборудованием и фотоаппаратами, которых я раньше не видел, и поехала со мной. Моей соседки по квартире нигде не было видно. Я позвонил Билли, чтобы сообщить ей, что у нас дома гость. Она не возражала, только сказала, чтобы я не ждал ее раньше следующих выходных. Я подумал, что при таком развитии событий у нас скоро будет на одну квартиру больше, чем нужно.

В течение следующих нескольких дней Элис играла роль старомодной домохозяйки, пока я был на работе. Наша квартира никогда еще не была такой чистой; каждый вечер мы ели домашнюю еду и занимались любовью, как кролики. В среду Элис постирала белье, а потом купила чистую одежду, которой хватило еще на неделю. В тот вечер она спросила меня, не хочу ли я пройтись с ней по туристической тропе в Мэннинг-парке. Я прикинул расстояние и понял, что нам понадобится арендовать машину.

— Мы можем взять мою, если ты умеешь водить. У меня все еще пока только ученическая лицензия.

У нее была машина. Это было новостью. Я согласился на поездку.

Она посерьезнела: - Пол, можно я тебе кое-что покажу?

Я кивнул, она достала телефон, открыла Instagram и зашла в свой аккаунт, набрав @WillerWild. Первое, что мне бросилось в глаза, это количество ее подписчиков.

Более 300 000!

— Сорок дней назад их было 200 000, - сказала Элис.

— На что же они все клюют? - я спросил с любопытством и некоторой озабоченностью.

— Пожалуйста, не расстраивайся, - сказала она.

Я не знал, что и думать о таких ее словах. В ее тоне сквозило что-то не совсем уместное. Неужели - она была девушкой из эскорта, которая давала объявления в Instagram? Это вообще было законно? Как оказалось, мне не о чем было беспокоиться. У Элис появилось множество подписчиков из поколения миллениалов, интересующихся контентом о природе, горах и походах, при условии, что контент также включал в себя красивые снимки с Элис, на которых были достаточно ее видов, в ом числе и в спортивной одежде, но все - с ее гипнотическими зелеными глазами.

Она разрешила взять свой телефон, и я просматривал десятки и десятки сообщений, в то время как она нервно, ожидала моей реакции. Ее контент был вариациями на ту же тему. Красивые пейзажи Британской Колумбии - горы и пляжи, с Элис в центре или в углу, обычно хорошо одетой, иногда в бикини, майках или одежде для занятий йогой. Обычно она не стремилась к сексуальности или эротике. Она подчеркивала невинность школьницы, слегка поддразнивая читателя. Ее бикини были подобраны со вкусом, сексуально, а не распутно. Я думал, что мне будет приятно увидеть ее в бикини... хотя я уже увидел ее совсем без него...

Затем я прочитал множество комментариев пользователей. Иногда попадались мужчины-тролли - она блокировала их, когда бы у нее было время. Но большинство комментариев были от женщин, которые хвалили ее внешность, пейзажи и спрашивали, где она купила бикини или другие вещи. И снова она сказала мне, что откликалась на все сообщения, на какие только смогла.

Затем я просмотрел список подписчиков, и там были в основном женщины. Я нашел одну тролльшу, и, когда она кивнула, я сам заблокировал ее. Я не увидел ничего, что не прошло бы тест для меня, как ее парня. Еще я заметил, что ее видео и визуальный контент были хороши - более чем хороши, на самом деле. Но не в профессиональном плане. Билли, например, могла бы добиться большего.

— Где ты научилась этому?

— В UBC. На последнем семестре, после того как я бросила заниматься архитектурой, я записалась на несколько курсов по созданию медиаконтента. Я делаю, что могу, Пол. Я хотел бы иметь профессиональное оборудование, но мой предел в трасте составляет только 1000 долларов в месяц. И даже его хватит недолго.

Тогда мы перешли к денежной стороне: - Ты же не можешь прожить на тысячу долларов, даже если за твою квартиру заплачено. Ты зарабатываешь этим деньги?

Она кивнула: - В прошлом месяце я наконец-то заработала две тысячи долларов. Пока что некоторые бренды одежды предоставляют мне свои образцы товаров для примерки и рекламы. Instagram платит мне за участие в доходах от рекламы. Я надеюсь, что однажды бренды будут платить мне за то, чтобы я рекламировала их, и тогда я смогла бы зарабатывать больше. Мой бывший опекун помог мне создать компанию, чтобы я получала налоговые вычеты на расходы. А также я иногда продаю одежду подписчикам. Например, эта куртка... Она показала мне пост, где на ней было модную лыжную куртку французского бренда, - встала мне в 600 долларов, а через несколько недель после публикации я продала ее за 1100 долларов.

— Интересно.

— Я надеюсь, ты не расстроился из-за этого. Если да, то мы можем придумать что-нибудь другое.

Я смотрел на нее, не веря своим глазам. Мы были вместе всего два месяца, и она хотела бросить свою работу, если мне она не нравится! Конечно, я бы не стал ограничивать ее, но все-таки предпочел быть осторожным.

— И это все, чем ты занимаешься?

— Что ты имеешь в виду?

— Никакого полного обнажения, никакого общения с мужчинами, никаких заигрываний с мужчинами, секс-видео. Ничего этого?

— Никогда. Я имею в виду, я бы с удовольствием когда-нибудь представила своего парня своим подписчикам...

— Значит я твой парень? Значит ли это, что у нас эксклюзивные отношения?

— Я был исключительной с тех пор, как встретила тебя. А ты?

— Для тебя? Был бы я дурак, если бы не оправдал твои надежды. Но ты не в моей лиге. И тут мне в голову пришла мысль: - Значит, поездка на предстоящие выходные – это не отдых, а работа?

— А разве нельзя работать и отдыхать одновременно?

В пятницу она поехала домой и приехала за мной на работу на старом, но очень крутом праворульным Land Rover Defender. Она сказала, что это был автомобиль 1970-х годов выпуска и принадлежал ее покойному отцу. Он был наворочен, включая багажную корзину на крыше, лесенку к нему, лебедку на бампере, с которой, по ее признанию, она понятия не имела, как обращаться. Машина была увешана дополнительными баками, запасным колесом сзади, и даже оборудована для плавания через глубокие реки. Эта женщина была полна сюрпризов. Действительно, не из моего круга.

Мне пришлось сесть за руль, поскольку ее водительские права еще не позволяли ей ездить по шоссе. Как только мы выехали из города, она озорно ухмыльнулась и начала играть с моей молнией. Я оттолкнул ее руку.

— Не надо этого веселья, пока я веду машину. Я чертовски боюсь встречной полосы.

Она настаивала.

— Элис, я серьезно, прибереги это для отеля.

Мы выспались (едва) в первую ночь в придорожном мотеле и в субботу продолжили путь. Я заметил, что она была одета в очень сексуальную походную одежду. Она шла впереди, и я мог часами любоваться ее великолепной задницей. Боже, ее задница была просто божественной! По пути мы много раз останавливались, чтобы сделать фотографии, селфи и короткие видеоролики. Видеоролики, в которых запечатлена окружающая природа, а также благословенная природа моей подруги.

Затем мы добрались до места назначения - ледникового озера на фоне заснеженных вершин. Она переоделась в бикини и начала снимать видео с помощью селфи-палки. Я напомнил ей, что теперь у нее есть шерп, который может ей помочь, то есть я, и она с радостью согласилась. Я взял на себя фотографирование, следуя ее указаниям.

В конце концов, она попросила меня заснять, как она будет нырять в ледяную воду. Она дала мне очень конкретные инструкции о том, как она хочет сделать это видео. Как только она вышла (дрожащая и с очень возбужденными сосками), она проверила видео на своем телефоне и объявила, что оно достаточно хорошее. Остаток дня мы провели, наслаждаясь прохладой и сухим горным солнцем.

В тот вечер, вернувшись в отель, я увидел ее за работой. Создавать профессионально выглядящий пост в социальных сетях было нелегкой работой. Ей пришлось загрузить видео, потом обрезать его, отредактировать с учетом освещенности, других фильтров, добавить звук, изменить звуковые дорожки, снова изменить их и, наконец, вернуться к первой песне. Добавить субтитры, озвучку, описание, ссылки на спонсоров, хэштеги... Три тридцатисекундных поста заняли у нее два часа напряженной работы.

Закончив, она отправилась спать. Она предложила мне заняться любовью, но я знал, что она устала. Вместо этого я сделал ей массаж.

Элис знакомится с Билли

Прошел месяц, и я уже практически жил у Элис. Я хотел отказаться от аренды своей квартиры, но не хотел оставлять Билли в затруднительном положении - финансовом или ином. Я написал Билли, и мы договорились встретиться в субботу за ужином. Мы собирались быть только втроем, потому что Эмили уезжала из города навестить родственников.

В тот день мы с Элис отправились на водном такси через Фолс-Крик на рынок Гранвилл. Она хотела сделать серию постов с городскими пейзажами в невероятно сексуальных штанах для йоги. Меня раздражало внимание, которое привлекала к себе ее задница. Казалось, все мужчины в возрасте от тринадцати до девяноста пялились на нее. Ну, добавим к этому мужчин в возрасте от десяти до тринадцати лет, а также приличный процент женщин. Элис, похоже, это совершенно не волновало. Полагаю, мне придется к этому привыкать.

Едва мы сошли с маленькой лодки, как я заметил подругу Билли - Эмили, держащуюся за руки с... парнем? Я сказал Элис начать съемку. Мы следили за парой минут десять и решили, что с нас хватит.

Потом я позвонил Билли и встретились с ней через полчаса. Мне очень не хотелось сообщать плохие новости, но это было необходимо. Эмили была первой любовью Билли, и Билли возлагала на нее большие надежды... В прошедшем времени... по состоянию на пять минут назад. Проблема для меня, помимо того, что я увидел свою лучшую подругу опустошенной, заключалась в том, что она не зарабатывала достаточно денег, чтобы жить одной. Она едва могла оплачивать половину наших расходов, поэтому я сам субсидировал ее с тех пор, как она закончила школу.

Я был знаком с Элис чуть больше двух месяцев и уже видел, что ее напряженная работа приводит к стрессам и переутомлению. У нее было уже до полумиллиона подписчиков; она ежедневно получала запросы на поддержку и не справлялась со всеми требованиями: отправлять сообщения поклонникам, спонсорам, заниматься управлением доходами с Instagram и TikTok, блокировать троллей, следить за банковскими делами, бухгалтерией и налогами. Она знала, что ей также нужно регулярно заходить на YouTube и даже на старый Facebook, но у нее просто не было времени. Я пытался помогать, чем мог, - например, занимался ее почтой и через почту отправлял одежду, которую она перепродавала. Я предложил ей отвечать и на сообщения электронной почты, когда у меня будет время. Однако самым важным для нее было создание контента, а с этим я помочь не мог.

Но Билли смогла!

Мы вернули ключи от нашей съемной квартиры и совсем переехали к Элис. Я остался рядом с Элис на ее кровати с матрацем, к которому я уже привык, а Билли заняла ее вторую спальню. Билли также был нанята в качестве помощника Элис на испытательном сроке.

Имея за плечами восемнадцать лет совместной работы и несколько миллионов на счетах, - я слышал, как Билли трогательно спрашивает Элис, когда же, наконец, закончится ее испытательный срок. Я только усмехнулся.

С этого момента рабочие будни Элис и Билли стали единым целым (и нет, они никогда не вступали в отношения. Это не та история.) У Элис было приличное фотооборудование и чутье на контент - для фотографа-любителя. Билли же, владела своим ремеслом хорошо.

@WillerWild сменила модели Nikon Z50 начального уровня на современные Z9, Leica и Hasselblads. Она добавила дроны для верхних съемок применила инновационные световые и звуковые технологии. Как только появилось достаточно денег - а теперь, когда у нас было три сотрудника и не было арендной платы, деньги действительно начали поступать, - компания Элис - WW- приобрела первоклассное видео- и фотооборудование стоимостью более 100 тысяч долларов.

Качество видео значительно улучшилось, количество подписчиков увеличилось, спонсоры обратили свое внимание, и вскоре к Элис пришел успех. Она стала нашей знаменитостью провинции в Instagram.

Я был благодарен Билли еще кое за что еще. Для лесбиянки Билли оказалась невероятно хороша в подборе контента и сообщений для женщин, несмотря на то, что ролики продолжали демонстрировать прекрасное тело Элис. Через некоторое время троллей-мужчин уже не нужно было блокировать и сообщать о них, они просто потеряли интерес к аккаунту, который явно принадлежал девушкам, и занялись троллингом в другом месте.

Я был доволен таким развитием событий.

Год спустя Билли переехала из нашей квартиры в свою собственную. Поскольку Элис была кормильцем семьи, с чем у меня не было проблем, я откладывал восемьдесят процентов своей чистой зарплаты. Я решил вкладывать свободные средства в недвижимость. Я использовал свои сбережения для первоначального взноса за инвестиционную квартиру в соседнем здании, также выходящем окнами на Фолс-Крик. Для меня это оказалось фантастической инвестицией. Арендная плата с лихвой покрывала расходы на ТСЖ, налоги и ипотеку, и моя квартира была полностью оплачена менее чем за пятнадцать лет.

К третьему году нашей совместной работы Элис зарабатывала два миллиона в год в Instagram, YouTube, TikTok и бог знает в каких еще социальных сетях. Даже устаревший Facebook приносил немного денег. WillerWild Co, Inc. становилась очень прибыльной компанией. Из этих двух миллионов 200 тысяч долларов достались Билли, еще 400 тысяч - небольшой армии продюсеров контента и различным другим помощникам, а также на аренду офисов и студий. Налоги нанесли нам свой удар, и в итоге прибыль Элис составила чуть меньше миллиона. Наш семейный бюджет был минимальным, поэтому Элис, по рекомендации наших бухгалтеров, увеличила часть своей прибыли за счет отсрочки уплаты налогов внутри своей компании. У нас действительно все шло как по маслу.

Мы ладили все лучше, и со временем наши личные привычки улучшились. То небольшое количество алкоголя, которое я еще употреблял иногда, исчезло - я просто не чувствовал в нем необходимости. Наши блюда - в основном домашнего приготовления - стали полезнее и вкуснее, чем когда-либо; у нас обоих появилось время немного заняться спортом, так что тот небольшой вес, который я набрал за время учебы в университете и первые пару лет работы, исчез (Элис, тем временем, казалось, никогда не теряла свою фигуру. Она хорошо тренировалась, но ее красивое тело казалось естественным. И раньше и сейчас.)

Вместе с нашей энергией появилось сексуальное влечение, которое и до этого никогда не ослабевало. Я просто чувствовал себя потрясающе и был уверен, что то же самое можно сказать об Элис.

Тем не менее, в течение нескольких лет я заигрывал с неуверенностью в себе. Я сам спрашивал себя, почему она выбрала меня. Ее ответ всегда был таким: - Мы созданы друг для друга. Мог ли ты сам представить себя счастливым с кем-нибудь еще, кроме меня?

Конечно, я должен был ответить "нет", на что она поддержала бы меня "я тоже". Но, независимо от того, сколько привязанности проявляла ко мне моя жена, какой бы сплоченной командой мы ни были, какой бы активной и насыщенной ни была наша сексуальная жизнь, я боялся того дня, когда она придет домой, чтобы сказать мне, что она нашла кого-то более подходящего.

Со временем эти опасения рассеялись, и я не думал, что Элис когда-нибудь их замечала.

Тем временем я получил перевод обратно в офис в центре города. Как только часы показывали окончание моего рабочего дня, я бросался помогать Элис, Билли и всем их помощникам, выполняя их просьбы и случайные задания. Я освоил основы корпоративного бухгалтерского учета и налогообложения, занимался банковским счетом и начислением заработной платы компании, пока мы не выросли настолько, что смогли нанять финансового менеджера. После этого я продвинулся до "правления", став председателем и единственным членом финансового комитета WW. Клэр, наш финансовый директор, отчитывалась передо мной, хотя сам я никогда не владел ни одной акцией WW.

Наличие любящего партнера на протяжении стольких лет сыграло, наконец, свою роль в том, что я в конечном итоге преодолел проблемы с уверенностью в себе. Принятие на себя важной управленческой роли в WillerWild Studios Inc закрыло, наконец, этот гроб тяжелой крышкой. Все, что беспокоило меня в подростковом возрасте и в начале взрослой жизни, перестало иметь какое-то значение для меня.

Тем не менее, я не решался оставить свою обычную работу по многим причинам. Мне нравилось встречаться с людьми. У работы государственного служащего были некоторые преимущества, в том числе и щедрая полная пенсия. Но главное: что, если я живу довольно давней несбыточной мечтой? Наличие собственной работы давало мне хоть какую-то психологическую безопасность. Я еще не был готов отказаться от всего, даже несмотря на то, что в дополнение к большим деньгам в компании у нас также был совместный незарегистрированный инвестиционный счет (в отличие от зарегистрированных счетов RRSP, TFSA, он не предоставляет специальных налоговых льгот, но позволяет снятие-внесение средств без ограничений) в 1 миллион долларов на случай, если что-то случится со средствами компании.

Четыре года спустя

К четвертому году произошло несколько событий.

Во-первых, мы купили дом, рассчитывая расширить свою семью. Сначала мы подумали о "доме для начинающих" в ближайшем пригороде, но однажды нас пригласили в гости к известному акционеру крупной компании по производству одежды для йоги со штаб-квартирой в Ванкувере, популярной для женщин во всем мире. Это были и одни из спонсоров Элис. У него был удивительный дом на западе Ванкувера с видом на океан. Место, где не требовалось никаких причудливых рисунков на стенах, потому что вместо стен в доме были окна от пола до потолка, открывающие вид на океан на все 180 градусов.

Мы подумали: а почему бы и нет? У нас были средства. Дом напротив него был выставлен на продажу. Он стоял на небольшом мысу, и, хотя и не был таким шикарным или дорогим, как дом нашего старшего друга, но его расположение было лучше: с трех сторон дома были открытые окна, выходящие на океан внизу.

Три месяца спустя он стал нашим, а еще через четыре месяца студия WillerWild переехала в более просторное помещение в соседнем северном Ванкувере. В чем минус? Нам не хватало оживленного центра Ванкувера. В чем плюс? Мы были ближе к лесам, тропинкам и, по крайней мере, на час ближе к Уистлеру (Whistler, город-курорт к северу от Береговых хребтов вдоль тихоокеанского побережья в провинции Британская Колумбия, Канада, примерно в 125 км севернее Ванкувера). Билли последовала за нами и поселилась в соседнем северном Ванкувере через год после нас.

Затем Элис забеременела. Это было в наших планах. Мне было 27, ей - 26, мы не хотели ждать и рисковать стать родителями-дедушками, как это было с моими родителями. У нас все было хорошо, наши отношения были настоящими. У нас не было проблем с деньгами, у нас не было проблем со временем, потому что наша жизнь и наша работа были одинаковыми. Так зачем ждать? Элис перестала принимать таблетки, и наша будущая дочка Тиффани "отправилась в духовку".

В тот вечер, когда мы подтвердили ее беременность, я спросил Элис, не стоит ли нам официально пожениться.

— Ты бы хотел жениться на мне? - был ее встречный вопрос с осторожным тоном.

К тому времени я уже очень хорошо ее знал: - А чего ты боишься?

— Того же, чего и ты.

(Никто из нас не хотел раскачивать лодку. Лодка была на плаву, двигалась в правильном направлении, не давала течь, не показывала износа. Зачем играть с судьбой?)

— Тогда мы сможем носить кольца! Терпеть не могу, когда мужчины пристают к тебе, думая, что ты одинока. Она всегда их быстро отшивала, но меня это все равно раздражало.

Она широко улыбнулась, как будто эта идея ей понравилась, и на следующих выходных мы обменялись кольцами.

И тут случилась катастрофа. Через три месяца у Элис случился выкидыш. Врачи сказали нам, что из-за аномалии развития матки вероятность успешной беременности составляла менее десяти процентов. После бесчисленного количества повторных заключений, в том числе от врачей в США и Германии, мы смирились с тем, что мы семья из двух человек. У нас были эмоционально тяжелые полгода, но потеря "нашей Тиффани" еще больше сблизила нас.

Другим эмоциональным фоном нашей потери была радость за наших близких друзей. Примерно в это же время Билли и Стелла, к этому времени уже прожили вместе два года, забеременели одновременно. Мы были искренне рады за них (и нет, мы не интересовались, как они исхитрились положить эти булочки в свои духовки). Они повторили такой же двойной трюк пару лет спустя, и к тому времени мы уже не сомневались, что наша старость будет скрашена множество надоедливых детей и подростков.

Восемь лет спустя

В начале того же года я официально взял фамилию Элис, с написанием через дефис после моей собственной. Теперь мое полное имя Пол Роберт Моро-Уиллер (Moreau-Willer). Я сделал это в качестве подарка на ее день рождения. Знаю, что некоторые закатывают глаза, слыша мое полное имя. Ради Бога. Не то чтобы у меня была своя большая семейная история, связанная с фамилией, но зато я получил один из лучших видов и типов секса за всю нашу совместную (безбрачную) жизнь, удивив ее этим подарком.

Но восьмой год был неудачным для бизнеса. Доходы @WillerWild упали по ряду не связанных между собой причин. У обычных спонсоров Элис в том году не было ничего особенно привлекательного для продвижения; число ее подписчиков старело вместе с ней - у многих ее подписчиков, так называемых "горячих цыпочек" появились свои дети, и, следовательно, у них оставалось меньше времени на природу и меньше денег тратилось на такие вещи, как модное туристическое снаряжение или пляжная одежда. И не все матери становились мамочками. Некоторые могли бы стать матерями, но я бы не хотел... ну, вы понимаете. Я думаю, напоминать об этом было бы подло с моей стороны. Но жизнь есть жизнь.

Мы были далеки от банкротства, по-прежнему зарабатывая полмиллиона в год, но без хороших идей наше банкротство было бы вопросом времени. Хорошо, что у нас оставалось достаточно денег на жизнь.

— У меня просто нет идей, - это была Билли. - Может, мы просто будем продолжать до тех пор, пока наша работа совсем не будет в цене.

— Значит, это все? - нахмурилась Элис.

Мы сидели за нашим столиком на заднем дворе. Я потягивал свое пиво и был очень раздосадован тем, что меня игнорируют. Обычно в подобных дискуссиях я высказывался на равных, но на этот раз они вели разговор без меня, как будто я не мог бы сказать ничего полезного о том, что явно касалось женской аудитории. О, они были неправы...

— Вот, что я вам скажу, обоим... Так вот. Во-первых, вы перестаете игнорировать меня, а во-вторых, у вас шоры на глазах.

Они посмотрели на меня так, словно у меня выросло две головы.

— Ладно, Элис. Девять лет назад ты была юной красоткой. Юные красотки продают себя другим юным красоткам. Теперь ты горячая мамаша, - я прикусил язык, видя, что она шокирована. - Нет, ты не можешь притворяться, что не понимаешь, что это значит. Проблема в том, что мамочки не продают мамочек другим. Мамочки продают возбужденным мужчинам. Так значит вы должны продавать мужчинам...

Обе в ужасе покачали головами.

— Хорошо, потому что я бы, и сам, наверное, наложил на это вето, - я сделал глоток и продолжил. - Тогда вам нужно сменить направление. Вот что я думаю.

Первое: вы берете на борт одну или пару помощниц Элис. Я не знаю, есть ли у них общий аккаунт WW в Instagram или только свой, но они явно как-то ассоциированы с вашим брендом. Найдите таких же молодых "Элис", которые пытаются начать прямо сейчас, у которых есть потенциал, но они испытывают трудности. Не у каждого новичка есть доступ к талантам и возможностям таких людей, как Билли.

У Билли теперь была съемочная группа, состоящая исключительно из женщин.

— Ваши новые девушки должны быть в состоянии общаться с современными горячими цыпочками.

Я видел, как крутятся шестеренки в их головах. - В этом есть смысл...

Но я еще не закончил: - Второе: запустите свою собственную линию одежды.

— Что?

— Ваша студия, как и аккаунт называется @WillerWild. Как насчет того, чтобы создать, скажем, родственный бренд?.. Например, Willer Wilderness Outfitters, или Willer Wild Mountain Gear, или даже Willer Wild Beach Gear.

— Это может быть и сексуальное белье Willer Wild, которое только можно представить. И в неограниченном количестве. Что угодно. У нас есть необходимые средства, чтобы с умом вложить в дело. В Ванкувере, должно быть, есть достаточно людей, которые работали на наших друзей из lululemon (канадско-американский транснациональный ритейлер спортивной одежды со штаб-квартирой в Ванкувере, Британская Колумбия. В продаже: спортивная и повседневная одежда, обувь, аксессуары и средства личной гигиены. У компании 767 магазинов по всему миру. Прим. пер.) и знают, как разрабатывать дизайн одежды и поставлять ее из Азии. Вы начинаете сначала с онлайн-продаж, а затем открываете концептуальный магазин в Пасифик-центре (торговый центр с 100 магазинами модной одежды). Нет, лучше на Робсон-стрит, рядом с магазином Zara. Или в районе Китсилано, или в Уистлере. Элементарно.

— Нет, это не элементарно. Это блестяще! Как ты до этого додумался?

— Однажды я слышал кое-что на коктейльной вечеринке у друзей через дорогу. Это заставило меня задуматься, и ты знаешь, я слежу за нашими показателями, и... Но кто я такой? Простой простофиля, государственный служащий.

Она встала и запечатлела на моих губах, языке и всем лице несколько поцелуев, к явному отвращению Билли.

— Дорогой, ты кто угодно, но только не простофиля, и ты это знаешь. Прости, что я не пригласила тебя к разговору. Ты, возможно, спас нас всех.

Та ночь была незабываемой. Не думаю, что мы вообще спали.

Следующий год был не менее эпичным. Мы тоже почти не спали, потому что было очень много дел. Мы никогда в жизни не работали так усердно, как в тот год, - кроме моей службы, была работа в студии, создание и размещение базового контента WW, а также наем новых влиятельных лиц, модельеров и дизайнеров одежды, создание канала сбыта и запуск компании по производству одежды. Были целые недели, когда мы спали на матрасах в офисе. Но мы преуспели.

Первым делом нужно было определиться с названием, и мы решили сделать его немного более официальным, чем @WillerWild. Моя первоначальная идея прижилась, и на свет появилась компания Willer Wilderness Outfitters Co. Два года спустя Элис Уиллер была признана новым лицом уличной моды Британской Колумбии, во всей Канаде и на северо-западе Тихого океана. Доходы снова выросли, и мы были счастливы, как никогда.

Элис теперь была настоящей знаменитостью в нашем уголке света. Вскоре нас (т.е. Элис и еще одну девушку) пригласили во внутренний круг экономической элиты Ванкувера. Мы принадлежали к местным "кто есть кто" и должны были вести себя соответственно. В месяц мы должны были посещать два или три общественных мероприятия. Моя дремавшая во мне прежняя неуверенность вспыхнула с новой силой. К Элис неизбежно приставали бизнесмены, политики и лощеные наследники местных нуворишей. Я был напуган, но мне не следовало об этом волноваться. На таких мероприятиях она почти не отходила от меня, никогда не флиртовала и даже не давала малейшего повода кому-нибудь, что готова поддержать что-то, кроме обычной беседы. При э том она не теряла своей очаровательной улыбки, но язык ее тела был предельно ясен. Она была недоступна.

Через несколько месяцев я снова расслабился. Мне казалось, что уже нечего бояться.

Наше второе десятилетие

В течение следующих десяти лет мы почти не спали раздельно. Да, Элис время от времени уезжала в командировки на одну-две ночи, часто с Билли или с кем-то из менеджеров по закупкам (женщин). И она по-прежнему позировала для видеоконтента. Мы всегда старались делать это по выходным, чтобы это была хорошая семейная прогулка, но мы не могли контролировать погоду. Иногда ей приходилось уезжать на выходные. К этому дню у уверен, что мало кто знает дикую природу Британской Колумбии так же хорошо, как и мы. Но мы так и не дошли до Гарибальди.

В конце концов наш корпоративный механизм стал настолько хорошо отлажен, что нам больше не приходилось проводить ночи в офисе. Мы начали наслаждаться нашим замечательным домом.

Прошло девятнадцать лет, и все образовалось. Компания Элис получала более тридцати миллионов долларов прибыли в год после уплаты налогов. Две трети из них мы реинвестировали. К нам часто обращались фонды прямых инвестиций и инвесторы, которые хотели либо выкупить нашу долю, либо инвестировать в ускорение нашего роста, либо помочь нам разместить наши акции на бирже NASDAQ или в Торонто. До сих пор мы - под "мы" я подразумеваю Элис, поскольку она была владелицей – не хотели раскрывать структуру бизнеса для участия в фондовом рынке.

Я по-прежнему работал на своей скромной дневной работе. Мы путешествовали по миру, обычно всего неделю, но нищим выбирать не приходится. Но, боже мой, мы ни в коем случае, - не нищие. В фирме Элис за мной сохранялась официальная должность Председателя правления курированием финансового состояния фирмы. Но мне был интересен и бизнес в целом. Тонкости онлайн-маркетинга и человеческой психики очаровали меня. Мы даже наняли специалиста по обработке данных, чтобы лучше изучить нашу клиентскую базу.

Мы с Элис вели нашу холостяцкую жизнь, нашими лучшими друзьями были Билли со Стеллой, и мы стали крестными родителями всех их четверых отпрысков, и, конечно, наши отношения оставались такими же близкими, как и прежде.

Элис по-прежнему была моим лучшим другом, возлюбленной и опорой.

Так же, как я был ее опорой.

Перспективы бизнеса в Новой Зеландии

Это произошло случайно. Билли и Стелла взяли двухнедельный отпуск и провели его, путешествуя по Южному острову (больший, но менее населенный из двух островов Новой Зеландии. Прим. пер.). Нам тогда пришлось присматривать за их четырьмя детьми... что было бы невозможно, если бы не две девушки-помощницы по хозяйству, которые постоянно работали у них в штате. Как настоящий предприниматель, Билли почувствовала возможность и воспользовалась возможностями отпуска, чтобы изучить сайты с видео и фото-контентом, каналы распространения, контакты, местных авторитетов и местные вкусы. Она вернулась домой с сумкой, полной одежды нового дизайна, и множеством идей.

Как часто потом я буду жалеть, что они поехали туда?

Две недели спустя моя жена впервые уехала с Билли в Новую Зеландию на десять дней. За всю нашу совместную жизнь мы с Элис никогда так надолго не расставались, и перед ее отъездом мы оба были очень сентиментальны. В тот вечер, когда мы обсуждали ее поездку, я впервые усомнился в целесообразности посещения такого небольшого рынка с точки зрения соотношения цены и качества, а она впервые выдвинула аргумент, что дело не в размере рынка, а в имидже страны. Я принял этот аргумент.

Мы были на связи по видео каждый день. Должен сказать, я до смерти боялся, что она потеряет ко мне интерес, пока ее не будет дома. Для моего хрупкого и неуверенного эго это было серьезной проблемой. В конце концов, у меня был маленький член, и наши отношения, какими бы прочными они ни были, никогда еще не подвергались испытанию временем и расстоянием.

Интерлюдия: Элис размышляет о своей жизни

Я считала минуты до посадки этого проклятого самолета. Десять дней вдали от Пола - это было слишком. Какой же я была дурой, когда позволила Билли убедить себя в том, что нам нужна эта Новая Зеландия. Зачем я должна усложнять себе жизнь? Все шло так гладко...

Но дело в том, что Билли была права. Совмещение возможностей фирмы и студии в рассказах о Новой Зеландии и Британской Колумбии обладает огромным маркетинговым потенциалом. Не для Новой Зеландии, и не в Британской Колумбии, а везде! Это может означать следующий рывок для WillerWild. Я довела нашу прибыль до 1 миллиона долларов. Пол, любовь всей моей жизни, подал блестящую идею, которая позволила нам выйти на уровень 30 млн долларов. Следующий наш скачок может стать - до 300 млн долларов, а может быть, даже до миллиарда! Европейцы и американцы любят Новую Зеландию. Если люди не могут поехать в Новую Зеландию, я привезу ее к ним!

Мне просто нужно научиться имитировать акцент. Далеко, да?

Пол... Просто невероятно, как хорошо мы ладим. Я до сих пор краснею, когда вспоминаю, как впервые увидела его за стойкой ServiceBC. Наша связь установилась мгновенно. Я никогда не верила в любовь с первого взгляда, или в пары, созданные на небесах, или во все эти сказки.

Но тут я сразу во все поверила! Я не застенчивая, но у меня не хватило смелости спросить у него его имя или номер телефона. Я вышла из этого сервисного центра, придумывая предлог, чтобы вернуться на следующий день. К счастью, мне не пришлось этого делать. Я столкнулась с ним в магазине рядом буквально через несколько минут! Мне захотелось сразу же затащить его в постель, но девушки не должны быть такими скорыми...

Поначалу секс с Полом был... странным. Его пенис был довольно маленьким. Именно так. Но все остальное в нем было просто идеально, включая все остальные способы, которыми он доставлял мне удовольствие в постели и везде еще. Он был гораздо лучшим любовником, чем два моих предыдущих бойфренда, хорошо обеспеченные придурки, которые считали себя Божьим даром для женщин. Нет, нет! Пол был более чем в порядке, даже в постели.

Я так и не узнала, осознавал ли Пол, что у него маленький член, и беспокоило ли его это вообще. Я никогда не спрашивала, а он никогда не вызывался. И мы не заводили разговор о наших прошлых отношениях. Мы говорили о стольких вещах. На самом деле обо всем! Хотя иногда я чувствовала и до сих пор чувствую в нем какую-то хорошо скрываемую неуверенность. Но никогда не допытывалась. И мне было так комфортно с ним в постели, что, честно говоря, размер его члена перестал иметь какое-то значение после второго или третьего раза в наше первое занятие любовью. Как там говорят? Важен не размер волшебной палочки, а то, что волшебник умеет с ней делать.

Пол - основа моей жизни. Я не могу представить, кем бы я была без него. Если родственные души существуют, то я нашла свою. Я просто надеюсь, что найду его снова в своей следующей реинкарнации. Да, знаю, что он абсолютно не верит во всякую мистику, но я просто знаю, эта история с перевоплощением - абсолютно реальна. Это связано с буддизмом и спиритизмом. Мне только нужно будет найти способ находить его и жить с ним снова и снова. Каждый раз, когда я думаю об этом, я прихожу к выводу, что мы, должно быть, прожили вместе уже бесчисленное количество жизней. Ничто другое не могло бы объяснить, насколько синхронно мы себя чувствовали.

Я ненавидела себя за то, что мне придется разочаровать его новостями о моем будущем графике поездок. Раз в месяц в течение года ездить в Новую Зеландию, пока все не наладится, будет для нас непросто. Но я была уверена, что мы справимся с этим.

Я посмотрела на расписание рейсов. Двадцать минут до посадки. Затем пятнадцать минут на руление, десять минут на высадку, наверное, двадцать минут в очереди на паспортный контроль, пятнадцать на ожидание багажа. Боже мой!

Почти два часа, прежде чем я смогу обнять Пола. Какое бесконечное путешествие!

Пол в Ванкувере

Оказалось, что я зря беспокоился. Мы ужасно скучали друг по другу и снова соединились, как только она вышла из зоны прилета. Все было хорошо, и казалось, что совсем не прошло времени. Мы возобновили наши повторяющиеся упражнения для нижней части тела в постели уже на следующий день, после того как она оправилась от смены часовых поясов.

Однако она сказала мне, что в обозримом будущем ей нужно будет регулярно летать в Окленд. Но постарается отсутствовать не более чем на неделю каждый месяц.

— И как долго?

— Полагаю, на год. Как только мы завершим весь цикл производства сезонных коллекций, свяжемся с местными звездами моды и дизайна, а также приобретем местный бренд, бизнес должен набрать обороты. Так что это двенадцать поездок.

Я был недоволен, но вынужден согласиться. Многие пары по всему миру успешно переносят разлуку даже подольше, чем пять-шесть дней в месяц. Я подумал об офицерах военно-морского флота, инженерах нефтяных вышек, пилотах авиакомпаний, солдатах, находящихся в командировках за границей...

— Только, пожалуйста, убедитесь, что это не более того. И чтобы ты не пропускала наши свидания и дни рождения, пожалуйста! - я был расстроен, что в кои-то веки не смогу работать с ней бок о бок. У меня оставалась моя дневная работа, и я не мог бросать ее на неделю в месяц. Я всерьез подумывал о том, чтобы уволиться с работы, но меня сдерживала близость возможному сроку выхода на пенсию.

Так начались ее ежемесячные поездки в Новую Зеландию. Поездки были продуктивными. Я быстро понял, что наш бизнес в Новой Зеландии будет быстро расти, несмотря на небольшой размер рынка. Но это были разрушительные поездки: начиная со второй поездки, Элис в течение двух-трех дней после возвращения домой была слишком уставшей, чтобы заниматься чем-либо, кроме сна и еды. Слишком много работы, которую нужно было выполнить за несколько дней, изнурительное время в пути и разница во времени в часовых поясах. Я даже предложил ей задерживаться там подольше, зато увеличить перерывы ее поездок.

— Может быть, проводить по десять дней там каждые шесть недель?

Она тут же отвергла эту идею. Она не могла смириться с тем, что проведет десять дней вдали от меня. Мы утешали себя надеждой, что меньше чем через год она может сократить свои поездки до одного раза в квартал, и мы вернемся к нормальной жизни.

Я сделал последний глоток игристого вина, откинулся на спинку кресла и заснул где-то на полпути между Ванкувером и Гавайями.

Приземление в Окленде

Я приземлился в 19 часов вечера по местному времени, прошел иммиграционный контроль и сел в такси. Я дал водителю адрес отеля, расположенного примерно в сорока пяти минутах езды, и открыл электронное письмо с расписанием Элис на неделю. С тех пор как семь месяцев назад начались эти поездки, у нее вошло в привычку делиться со мной подробным маршрутом.

Сегодня вечером она должна была быть на деловом ужине с владельцами и инвесторами местной розничной сети, вероятно, до 22 часов. Я должен был быть у нее в отеле в 20:20. Я планировал найти ее номер, зайти и принять душ, переодеться и ждать ее. Надо было купить цветы, но что же поделаешь. Я бы купил их завтра, пока она будет заниматься своими делами.

Я приехал в отель, подошел к стойке регистрации и предъявил свой паспорт. Как Пол Моро-Уиллер, я без проблем получил второй ключ-карту от номера Элис. Я поблагодарил портье, направился к лифтам и вышел на верхнем этаже, где находились королевские апартаменты. Это фантастика. Обычно мы путешествовали с шиком, но не настолько. Не переусердствовала ли она? Это была ее компания и ее деньги, но все же... Позже я спрошу ее, разумно ли было тратить столько денег.

Я нашел ее номер люкс "Оклендер". На этом этаже номера были с названием, без нумерации. Я приложил свою карточку, открыл дверь и вошел в вестибюль люкса. Я увидел маленькую кухню со столешницей, затем гостиную прямо передо мной и полуприкрытую дверь в спальню справа от меня. Действительно, необычно.

Я ожидал увидеть пустой номер, но услышал приглушенные звуки, доносящиеся из спальни. Безошибочно узнаваемые звуки полового акта. Мой мозг застыл. Мои уши подавали ему сигналы, которые он отказывался воспринимать.

Когда наконец мозг осознал эти звуки, меня затошнило.

Звуки продолжались, и мои ноги угрожали подкоситься. У меня началось учащенное дыхание, поэтому я прислонился к стене и заставил себя глубоко дышать, чтобы прийти в себя. Должно же быть какое-то объяснение.

Ошибся номером комнаты? Да, возможно. Может нужно спуститься вниз и проверить?

Но что, если... Нет. Я должен был знать. Нужно войти и проверить, и если это не ее номер, вина администратора в моей оплошности.

Я на цыпочках подошел к двери спальни.

К сожалению, я не ошибся номером. На кровати действительно лежала Элис, и я видел спину обнаженного мужчины, который крепко сжимал ее и энергично долбил ее. Но это было еще не все. Она была связана, распростерта на кровати, с завязанными глазами и кляпом во рту. На голове у нее были наушники; они громко играли какой-то тяжелый металл, который я слышал даже с расстояния четырех метров. Должно быть, для нее это было оглушительно. Затем я разглядел зажимы на ее сосках. Они должны были причинять боль, потому что ее груди были фиолетовыми. Она была вся в синяках, а на бедрах были полоски от ударов плетью. Я увидел на земле хвостатую плетку.

Изнасилование.

Моя жена подверглась ритуальному насилию.

Я должен был что-то предпринять.

Мужчина меня так и не увидел. Я на цыпочках вышел из комнаты и схватил первое, что попалось под руку, - стальной тостер из мини-кухни. Затем вспомнил, что нам рассказывали на занятиях по действиям в чрезвычайных ситуациях, который проходили на работе. Начинайте записывать любое взаимодействие, как только оно покажется подозрительным, говорили нам наши инструкторы (и для этого у нас на прилавках были камеры). Совершается преступление, или ты собираешься применить насилие, даже защищая жертву, но тем не менее. Нужны были доказательства. Я включил камеру своего телефона, чтобы записывать видео. К счастью, у меня была куртка с передним карманом, в котором отлично помещался телефон.

Я вернулся в спальню. Мужчина все еще продолжал душить и тискать ее. Ее лицо уже было фиолетовым. Я размахнулся тостером так сильно, как только мог, ударил его по левой стороне головы, и тут же увидел кровь. Когда он упал с кровати, его член - огромный, как я мог видеть - выскочил из влагалища моей жены, забрызгав ее спермой и, что было отвратительно, мои брюки и туфли тоже. Он приземлился на пол, дезориентированный и дергающийся. Я не стал терять времени и снова ударил его по яйцам, животу и голове. Он потерял сознание.

Я мельком взглянул на Элис. Она заворочалась в постели, пытаясь освободиться. Лишенная какой-либо сенсорной информации, она, должно быть, была в ужасе. Я хотел подойти к ней, но сначала мне нужно было разобраться с угрозой. Я увидел пару наручников, лежащих на полу, и воспользовался ими, чтобы пристегнуть мужчину к батарее отопления в комнате.

Должен ли я позаботиться о своей жене или мне следует сразу звонить в 911? Я посмотрел на нее. Она только покачала головой и сначала пыталась что-то сказать, но теперь была неестественно неподвижна. Музыка все еще лилась из этих дурацких наушников. Я решил сначала позвонить в 911, но это не сработало. В Новой Зеландии номер телефона экстренной помощи должен был быть каким-то другим. 999? 123? 101? Откуда мне знать? Я позвонил в приемную со стационарного телефона в номере и сказал им, что нет, приказал вызвать полицию и одну, нет, две машины скорой помощи. Гребаному насильнику тоже понадобится медицинская помощь. И нужна полиция.

Служащий отеля хотел узнать как можно больше, прежде чем что-либо предпринять. Вероятно, он был обучен избегать привлечения ненужного внимания к отелю. Я потерял самообладание, чего со мной никогда не случалось раньше, но часто случалось позже. После того, как я проклял его три своих прошлых и два будущих поколения, я приказал ему: - Скажи им, что я только что прекратил изнасилование. Прямо сейчас моя жена привязана к кровати, обнажена и покрыта синяками. Он чуть не задушил ее до смерти. Я вырубил его. О, и я снимал и записывал на пленку все, включая этот разговор. Так что вместо того, чтобы беспокоиться о репутации своего отеля, зови на помощь прямо сейчас, черт возьми, иначе у вас будут поводы для беспокойства и похуже!

Я закончил разговор и подошел к своей жене. Я не знал точно, почему, но решил вынуть кляп из ее рта, прежде чем снять повязку с глаз.

— Ричард, почему ты остановился? Что происходит? И почему я не могу...

Вот и все. Мой мозг замер, и я оцепенел. Во второй раз менее чем за две минуты сработал брандмауэр отрицания и заблокировал противоречивые внешние данные, поступающие в мой мозг. Компьютерщики назвали бы это ошибкой ввода-вывода. Разрешение этого конфликта заняло у меня секунд десять, которые показались мне вечностью.

А потом брандмауэр был отключен, мой мозг заработал, и я понял, что предотвратил не изнасилование.

Ее несколько слов разрушили иллюзию, что у меня была идеальная жизнь, что у меня была любящая и верная жена-спутник жизни, что я был таким же хорошим парнем, как и все остальные. Затем я снял с нее наушники. Под наушниками с шумоподавлением и громкой музыкой у нее были затычки для ушей. Что за дурацкую игру затеяли эти два ублюдка? Я их тоже вытащил. Я заметил, что у нее на шее был большой синяк, и что она все еще не двигалась.

— Нет, Элис. Это не Ричард. Это Пол. Ты помнишь Пола? Который из Ванкувера? Который считается твоей единственной настоящей любовью? С которым ты помолвлена и за которого наконец выйдешь замуж на Рождество?

— П-П-Пол... Что ты здесь делаешь?

Я усмехнулся: - Это первое, о чем ты спрашиваешь? Это красноречиво! Что ж, отвечая на твой вопрос, ты, двуличная скользкая шлюха, Пол, наивный, невежественный, доверчивый идиот, которого ты выбрала в спутники жизни, думал, что спасает тебя от изнасилования. Но это ведь не изнасилование, не так ли? Ты ведь не умоляла Ричарда остановиться, не так ли? Ты, наверное, просила его качать тебя еще сильнее. Ты гребаная грязная шлюха!

Я кричал, почти бессвязно.

— Я не могу... Этого не может быть! В наш день! Ты не просто развлекаешься на стороне, ты разыгрываешь какой-то унизительный ритуал подчинения в нашу гребаную двадцатую годовщину! Шлюха!

Наконец я снял с нее повязку, чтобы она могла видеть мою боль и ярость.

— Наконец-то до меня дошла твоя одержимость Новой Зеландией. В задницу эту ауру этой страны. Это был просто какой-то ублюдок с большим членом, - я кричал так сердито, что забрызгал ее лицо слюной. Она никак не могла ее вытереть, но это ее гребаная проблема.

— Должно быть, ты действительно наслаждаешься его членом размером с фут и всеми этими дурацкими игрушками, раз ты отменила наш день и пролетела полмира, только чтобы тебя трахнули. На наш гребаный двадцатый день. НАШ ДЕНЬ, Элис. Какое неуважение! Я умолял тебя остаться, но ты просто обязан была уехать. Приобретение бизнеса, черт возьми. Единственное, что ты приобрела, - это этот член.

Я был в ярости.

— Гребаная пизда, - я чуть не плюнул ей в лицо. - Мистер. Большой член Ричарда зовет тебя, и ты бросаешь все дела, чтобы прийти и раздвинуть для него ноги. Пошла ты к черту, Элис. Как долго, Элис?

— Нет, Пол, это не то, что ты подумал, - она плакала. - Помоги мне, пожалуйста!

К тому времени я отступил на шаг и не делал ни малейшего движения, чтобы освободить ее. Я также не трогал зажимы для сосков. Я хотел, чтобы полиция увидела сцену во всей ее трогательной красе. Да пошла она.

— Это не то, о чем я подумал? Ты трахалась с незнакомцем, Элис. На нашу годовщину. Садизм, мазохизм, что бы это ни было. На НАШЕМ. ЧЕРТОВОМ. ДНЕ. Скажи мне, о чем еще я могу думать?

Я сделал паузу, чтобы перевести дыхание, пока она всхлипывала.

— Сколько, черт возьми, еще, Элис?

Но она больше не слушала меня: - Пол, я не могу... Почему я не могу пошевелить ни ногами, ни руками? Пол? Я НЕ ЧУВСТВУЮ СВОЕГО ТЕЛА!

Блядь. Хорошо, что все еще шла видеозапись.

— Какого черта я должен знать, Элис? Это ведь не я тебя душил до смерти, не так ли?

— Пол, пожалуйста, помоги мне. Я все объясню. Я люблю только тебя, ты должен мне поверить. Я не могу пошевелиться. Я ничего не чувствую. Я, я, я.... Я не могу дышать.

Я видел, что она в панике и у нее проблемы с дыханием. Это плохо.

— Элис?

Она была в бешенстве.

— ЭЛИС? - я повторил настойчиво, но с любовью. Ей пришлось успокоиться.

— Сделай глубокий вдох и посмотри на меня.

Она послушалась и немного успокоилась.

— Хорошо. Продолжай дышать. Вдохни, выдохни. Теперь успокоилась?

Она с надеждой кивнула. Я разрушил ее надежды.

— Хорошо. А теперь сделай мне одолжение. Отвали и умри. Я плюнул ей в лицо, на этот раз по-настоящему. Вот тебе и стоик, который симпатизировал буддизму. Я покинул спальню и весь номер, захлопнув обе двери, а она рыдала, звала меня по имени, молила о пощаде и жаловалась, что ничего не чувствует ниже шеи.

Последствия

Полицейские - мужчина и женщина - прибыли через пять минут в сопровождении охраны отеля. Они нашли меня сидящим на полу у входа в номер, оплакивающим конец своей жизни, какой я ее знал. Они спросили меня о чем-то, но я просто указал на номер и ключ-карту, которая лежала на полу. Они достали табельные пистолеты и осторожно вошли внутрь. Мужчина вышел не более чем через две минуты и попытался задать мне вопросы.

— Вот. Посмотрите это. Наверное, все еще идет запись, - я протянул ему свой телефон.

Он назвал себя на видео, затем попросил разрешения остановить запись и начал просмотр. Тем временем его коллега-женщина была с моей женой, пока не приехала "скорая". К ней сразу же подошел один из медиков, который, как я слышал, повторял кому-то, что она ничего не чувствует.

Полицейский показал видео второму парамедику, и они поставили видео на паузу на сцене удушения. "Это жесткое БДСМ", - услышал я слова одного из них. Он посмотрел на меня: - Сэр, если бы вы его не остановили, кто знает? Он мог задушить женщину до смерти.

— Жаль, что он этого не сделал, - вот и все, что я смог сказать. Парамедик был шокирован, а пожилой полицейский выглядел печальным.

Мою жену переложили на каталку и вывезли из номера мимо меня. Молодой медик попросил меня подтвердить, что я ее муж.

— Был. Всего десять минут назад. Почему?

Это заставило Элис всхлипнуть. Сука.

— Куда нам отвезти ее? У вас есть предпочтения?

— Есть. На дно канала под мостом Харбор-Бридж. Вам даже не нужно парковаться, просто откройте дверцу и сбросьте ее.

— Сэр, это ужасно подло с вашей стороны говорить такое тому, кто, возможно...

— Пошел ты, придурок! И трахни ее и ее подонка-любовника. Вот что они со мной сделали. У тебя есть жена, которая променяла вашу двадцатую годовщину на возможность трахнуть кого-то другого? Нет? Я так и думал. Когда она это сделает, найди меня, и мы обсудим, что правильно, а что нет.

Элис все слышала и отчаянно рыдала, умоляя меня поговорить с ней. Я в последний раз крикнул, чтобы она катилась к черту, и на этом все закончилось. Один из парамедиков крикнул полицейскому, чтобы тот увез меня, в то время как другой сказал, что она вводит Элис транквилизатор.

Затем медики сказали нам, что отвезут ее в городскую больницу Окленда.

— Как хотите, - крикнул я, и добавил: - Не жди, что я буду навещать тебя, шлюха! Ты теперь сама по себе.

— Пол, пожалуйста! Прости меня. Помоги мне!

Я подошел к ней и снял свои кольца с ее пальца: - Лучше я сдам их в ломбард за деньги. Слезы ярости катились по моим щекам: - Счастливого тебе двадцатого дня, Элис. Жаль, что он будет последним.

К тому времени ей ввели транквилизаторы, и медики увезли ее. Когда драма закончилась, полицейский повернулся ко мне: - Сэр, нам понадобится ваш телефон в качестве улики.

— Вряд ли, но я могу скинуть видео прямо сейчас, если у вас есть iPhone.

Этот мужчина понятия не имел, что такое обмен видео по воздуху, но вмешалась его более молодая коллега, и они быстро получили свои улики.

— Мистер Уиллер, возможно, это было по обоюдному согласию, но в зависимости от степени ее травмы и наличия этого видео мужчине может быть предъявлено обвинение в халатности и нанесении телесных повреждений, возможно, даже в умышленном причинении телесных повреждений. Проблема, сэр, в том, что существует небольшая вероятность того, что наша королевская прокурорская служба решит предъявить обвинение и вам. Это как окружной прокурор в...

Молодая коллега: - Мы называем прокуроров просто "Корона".

— Ладно. Ну, зная их, я думаю, что это маловероятно. Но все-таки другой мужчина тоже может решить выдвинуть свои обвинения.

В этот момент мы услышали стон - Ричард Придурок приходил в себя.

— Не волнуйтесь. Второй экипаж скорой и наши коллеги заберут его, вам не придется с ним встречаться.

Мы отошли в дальний конец гостиной, чтобы избежать столкновения, когда они увозили этого придурка.

— Мистер Уиллер, нам действительно нужно, чтобы вы проехали с нами в участок и дали официальные показания.

— Зовите меня Моро, пожалуйста. Ее фамилия Уиллер. А еще лучше, просто Пол. Мне нужен адвокат?

— Нет, но мы можем организовать его, если хотите. На данный момент вы являетесь свидетелем. Возможно, в вашу пользу будет сделать официальное заявление для протокола, на всякий случай...

— На случай, если этот придурок выдвинет обвинения. Да, я понимаю.

Я впервые в жизни ехал на заднем сиденье полицейской машины. Невозможно не почувствовать себя виноватым, когда сидишь на заднем сиденье полицейской машины, особенно в моем нынешнем психическом состоянии. Я начал плакать. Марк, полицейский, попытался завязать светскую беседу, но потерпел неудачу. Когда мы выходили из машины, он извинился, отвел меня в сторону и сжал мое плечо: - Пол, нечто подобное случилось со мной десять лет назад. Это не конец света, вот увидишь. Время все лечит.

Он снова извинился и повел меня в комнату для допросов, предназначенную для запугивания подозреваемых, а не для утешения убитых горем мужей. Он предложил кофе, но я попросил виски. Он усмехнулся и вернулся с тем, что оказалось очень вкусным кофе: - Мы скинулись всем участком, чтобы купить хорошую кофеварку, иначе нам пришлось бы пить воду из ведра, - сказал он, представляя меня еще одному коллеге и заручившись моим согласием записать интервью на пленку.

Я потратил два часа на то, чтобы очень подробно рассказать им обо всем, что произошло, в том числе о нашем прошлом и о том, почему мы оказались в Новой Зеландии. Затем я показал им свой посадочный талон, подтверждающий дату и время моего прибытия, всего несколько часов назад.

Они задали несколько уточняющих вопросов. У меня не было ощущения, что меня допрашивают. В конце концов, я был измотан, но у меня хватило ума попросить официальную распечатанную стенограмму интервью. Они были раздражены, потому что на составление стенограмм уходят дни. Но их технический специалист пропустил аудиозапись через какой-то сервис расшифровки с помощью искусственного интеллекта, и через тридцать минут я вышел из полицейского участка с дословным текстом интервью, напечатанным на официальном бланке, подписанным мной и офицерами, которые взяли у меня показания, и заверенным печатями. Спасибо, ChatGPT.

Я вернулся в отель на такси. По пути я воспользовался приложением авиакомпании, чтобы перенести обратный рейс на следующий день. Я поднялся в ее номер в отеле, но отказался даже заходить в спальню. Нашел запасное одеяло с подушкой и лег на диван в гостиной. Был час ночи по местному времени. К 11 утра я должен был вернуться в аэропорт. Чтобы сбежать от этого кошмара, вернуться в привычную обстановку, собраться с силами. Но перестроиться на что? Человек, который должен был стать моей жизненной опорой, попал в больницу, пострадав от своего гребаного любовника!

Я должен был догадаться. Жизнь была слишком хороша, чтобы быть правдой. Такая полубогиня, как Элис, выбрала меня, мистера Мелкого Придурка, человека ниже ее уровня... Я должен был догадаться! Как долго она мне изменяла? Должно быть, это продолжалось целую вечность. Только так можно объяснить, что она мирилась с моим состоянием. Почему такая женщина, как Элис, должна была довольствоваться моим маленьким членом? Теперь я знал ответ: она не была такой. Она все это время изменяла мне.

Но когда она находила время изменять мне, если мы практически все время были вместе?

Но были ли она верна мне на самом деле? У меня была своя работа с девяти до пяти... А у Элис было достаточно времени, чтобы сделать это. Долгие обеды, дневные встречи и походы по магазинам. В рамках своей карьеры ей приходилось часто покупать одежду. Это часто бывало в течение дня, так что была масса возможностей для другого вида "шоппинга".

Но зачем ей это? Почему бы просто не бросить меня, если меня было недостаточно? Мы не были обычной семьей, для которой развод был бы разрушительным. Черт возьми, мы даже не были женаты. И при всей ее привлекательности... а также богатстве и некоторой известности. Она могла бы заполучить любого, кого пожелает... Зачем мириться с простым государственным служащим?

Если не... если только я не был ее горничной. Услужливым партнером, которого можно обвести вокруг пальца. Но с ее деньгами она и в этом не нуждалась. У нее могли быть горничные получше меня и мальчики-игрушки. Более того, она не была трофейной женой, зависящей от богатого мужа. Она сама была богачом в нашей паре, а я, конечно, не был мужем-трофеем. Все это не имело никакого смысла. У нее не было причин заводить роман и скрывать его от меня. Независимо от того, как я это анализировал, я приходил к одному и тому же выводу: почему она просто не бросила меня? Мои мысли продолжали вращаться по кругу, пока усталость наконец не взяла верх. Моей последней мыслью перед тем, как заснуть, было то, что у меня все еще есть мой хороший друг Билли. Двадцать с лишним лет спустя я возвращался к своим одиноким школьным дням.

Появление Билли

— Элис, мы опаздываем! Надеюсь, ты выставила отсюда этого придурка Ричарда, потому что у нас куча работы, которую нужно сделать, чтобы... - она замолчала на полуслове, когда я в испуге проснулся.

— Пол?

Не знаю, кто был шокирован больше, - она, обнаружив меня здесь, или я, проснувшись и обнаружив, что она все знает.

— Боже мой, Пол, что ты здесь делаешь?

— Я приехал прошлой ночью. Скажи мне, кто такой этот Ричард?

— Никто. Какой-то парень, с которым мы должны были встретиться сегодня утром, - это было ее лучшее оправдание?

— Чушь собачья, Билли. Кто этот ублюдочный сукин сын, которого я застал врасплох прошлой ночью, трахающим мою жену, и как я вижу, с твоего благословения? КТО ТАКОЙ РИЧАРД?

— Боже мой, Пол!

Я бесстрастно смотрел на нее: - Сколько еще, Билли?

— Я бы предпочла...

Моя кровь снова закипела:

— КТО ТАКОЙ РИЧАРД, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, И КАК ДОЛГО ЭТА ШЛЮХА РАЗДВИГАЛА ДЛЯ НЕГО НОГИ, ТЫ, ГРЕБАНАЯ ВЕРОЛОМНАЯ СУКА?

Да. У меня определенно пропал инстинкт самоконтроля.

Она вздрогнула, то ли из-за моего крика, то ли из-за того, что я подобрал слова для описания двух самых важных женщин в моей жизни.

— Шесть месяцев. С тех пор, как мы приехали сюда во второй раз. Это не ее вина, Пол. Ричард - альфа-тип, и он жестко с ней вел себя.

— Ну и блядина, если она легла с ним в постель во время своего второго визита. И сколько их было до него?

— Что?

— Сколько у нее было любовников с большими членами до него?

— НИКОГДА! Она никогда не изменяла, она любит тебя!

По ее лицу я понял, что это правда. Или, по крайней мере, Билли сама верила, что это правда. И все же я настаивал: - Я тебе ни хрена не верю. Так кто он такой, Билли?

— Тебе не кажется, что лучше спросить Элис?

— Билли, я больше никогда не буду с ней разговаривать. Она говорила тебе, что мы собираемся наконец пожениться в декабре? Хорошо, что я узнал об этом раньше, это избавит меня от мучений, связанных с разводом. К тому времени, как ее выпишут из больницы, меня уже здесь не будет. А теперь, в последний раз спрашиваю, ты, сука и лесбиянка, кто тот ублюдок, который забрал мою жену, моего бывшего лучшего друга, и разрушил мою жизнь?

Она вздохнула: - Его зовут Ричард Роджерс. Он частный инвестор из Австралии. Его фонду принадлежит Alef.Co, компания, которую мы, возможно, приобретем. Несколько месяцев назад он услышал о нашем интересе к Alef. Генеральный директор поговорил с нами, он навел о нас справки и решил, что должен присутствовать на всех переговорах. Это было слишком важно, чтобы оставлять решение руководству, по крайней мере, так он сказал.

Я усмехнулся: Ага, слишком важно, черт возьми. Скажи мне честно, что бы изменил для него наш бизнес? Пара миллионов, так или иначе? Он охотился за Элис, вот что. И она, очевидно, тоже охотилась за ним, и ты, очевидно, помогла в этом!

— Но я не помогла. Я сказала ей держаться от него подальше, Пол. Я все сделала. Но он был... настойчив, - затем она резко сменила тему: - Пол, ты сказал, она в больнице?

— Да. Ее милый любовник чуть не задушил ее до смерти. Возможно, он сломал ей позвоночник или что-то в этом роде. Она жаловалась, что не может ни чувствовать, ни двигать конечностями.

— Боже мой, Пол! В какой больнице? И почему тебя нет рядом с ней?

Я не мог поверить своим ушам: - Лесбиянка, ты бредишь или просто поглупела? Она променяла нашу двадцатую годовщину на большой член. Это ее рук дело. Я говорил медикам, чтобы они просто сбросили ее с моста, но они меня не послушали.

Она придвинулась, чтобы дотронуться до меня: - Пол, эта горечь - не твоя суть. Пожалуйста, не будь...

— Не прикасайся ко мне, тварь. Ты знала об этом дерьме шесть месяцев и ничего не предпринимала. Так вот какая ты! И пошла ты!

— Пол, это несправедливо! Я говорила ей, что она не должна этого делать... Что это опасно, что это причинит тебе боль. Она сказала, что это всего лишь безобидная игра, всего на несколько месяцев, а потом...

— НЕСПРАВЕДЛИВО?!? Я скажу тебе, что чертовски несправедливо. Несправедливо то, что у моей жены был шестимесячный роман, из-за которого она отдалила меня на несколько недель, включая нашу гребаную годовщину! Несправедливо, что моя лучшая подруга, моя единственная подруга, подруга, которая однажды пообещала мне, что сделает все, что в ее силах, чтобы помочь мне... Помнишь это обещание, Билли? - она поморщилась. - Ну, это несправедливо, что тот друг - нет, тот БЫВШИЙ друг - знал об этом и выбрал мою вероломную сучку-жену вместо меня. Вот что несправедливо. Она может задохнуться насмерть, мне все равно. Вы обе.

Я кричал прямо ей в лицо. Она не плакала, но была в отчаянии, как будто хотела, чтобы ее поглотила черная дыра.

— Ты понимаешь, . ..друг..., что если бы ты рассказала мне о ее первом свидании, как только оно произошло, возможно, мы могли бы все исправить? Но ты не сказала мне, гребаный ты ублюдок. Мне, твоему лучшему другу, который, по твоим словам, дважды спас тебе жизнь. Который был единственным человеком, которому я доверял. Черт, Билли! Я был твоим другом, но вместо этого ты стала ее сутенером.

— Я никому не сутенер!

— Да, ты именно такая!

— Это несправедливо, Пол. Я пыталась остановить ее. Я просто не хотела причинять тебе боль. Она пообещала, что все закончится, как только она перестанет летать сюда, это должно быть безвредно и не причинить тебе вреда, - она пыталась сдержать слезы.

Я усмехнулся: - Ага, так безвредно, так безвредно, что она может навсегда остаться прикованной к инвалидному креслу. Вот, посмотри на досуге, - и отправил видео на ее iPhone, - Развлекайся. Я ухожу.

Встав с дивана, я сунул руку в карман брюк и нашел кольца Элис. Добавил свое к кучке, я бросил их в Билли. Одно попало ей в лицо: - Отдай это своей шлюхе, сутенер.

Стоя в дверях, я посмотрел на свою бывшую подругу, у которой к тому времени по лицу текли слезы: - Помнишь тот день в парке, тебе было тринадцать? - риторический вопрос, конечно, она помнила.

— Я должен был позволить им изнасиловать тебя. Нет, лучше: я должен был присоединиться к ним. - Это было так жестоко сказано, что я почти пожалел об этом. Почти. Но в конце концов я причинил ей боль, потому что она рухнула на диван и заплакала. Сука.

Потом я взял свою сумку, спустился, выехал на такси, перекусил и принял душ в зале ожидания аэропорта.

Возвращение домой

Я держал свой телефон выключенным, пока не вернулся домой в Ванкувер.

Дом. Что за шутка. Это был уже не дом. Место, где у нас с друзьями и детьми Билли было столько приятных воспоминаний, теперь вызывало у меня мурашки по коже. У нас на стене было полно фотографий из путешествий. Это были не совсем обычные семейные фотографии, потому что нас постоянно окружали профессиональные фотографы. Даже наши семейные фотографии были сделаны на обложках журналов.

Во внезапном приступе ярости я открыл большую дверь во внутренний дворик и начал швырять их вниз по склону, как будто это были фрисби. Большинство из них приземлилось на подъездную дорожку к дому, расположенному ниже по склону. Хорошо, что соседей не было дома целый месяц. Это было приятно.

Я включил свой телефон, и на него посыпались сообщения от Билли. Прокрутив страницу вниз, я просмотрел ее дурацкие объяснения и извинения.

— Так просто попросить прощения, - напечатал я в ответ. - Сложнее было бы поступить правильно с самого начала. Прекрати писать и иди нахуй. Кстати, Стелла знает о твоем предательстве?

Я попросил ее прекратить писать сообщения, и она это сделала. Но вместо этого решила позвонить мне. Я отказался от звонка, но телефон зазвонил снова. Я колебался. Я был обижен и зол, но также беспокоился о состоянии Элис. Я принял вызов, но продолжал хранить молчание.

Прошло две или три секунды полной тишины, прежде чем собеседник нарушил ее.

— Пол?" Это была Элис на громкой связи, и в комнате был кто-то еще. Билли, наверное, потому что, в конце концов, это был ее телефон.

— Пол мертв. У него была жена, которая была двуличной сукой, и она убила его.

— Пол, пожалуйста, не говори так. Где ты? Пожалуйста, прости меня, пожалуйста, вернись. Ты нужен мне, Пол.

Я ничего не сказал.

— Пол, я парализована.

— И кто в этом виноват?

— Прости меня, любовь моя.

— Прости за что...?

— Я не хотела причинять тебе боль.

— Значит, ты не жалеешь, что трахалась с мистером Ричардом Большим Хуем Роджерсом, всемогущим владельцем Alef.Co. Ты сожалеешь только потому, что я узнал, и это причинило мне боль. Это все?

— Пол, я не знала, что...

Я посмеялся над ней: - Брось эту чушь, Элис. Ты точно знала, что делаешь. В конце концов, ты захотела большой член. Оказывается, ты такая же, как все, с которыми я встречался до тебя. Моего члена им было недостаточно. Я просто хотел бы, чтобы ты поняла это и дала мне пинка до того, как я отдал тебе двадцать лет своей жизни. Я хотел бы, чтобы ты сделала это, когда я был еще достаточно молод, чтобы начать все сначала, когда у меня был шанс найти верную жену, а не развратную покорную шлюху.

Тогда я решил еще немного провернуть нож: - О, на самом деле все еще хуже. Ты развратная, покорная шлюха с бесплодной маткой. Да пошла ты, сука! Ты украла у меня все. У меня могла быть настоящая семья, законная жена и дети. Теперь я умру в одиночестве. Это твоя вина, сука! Что за чертова шутка в жизни, и все из-за бесплодной шлюхи.

Я услышал хлюпанье носом: - Пол, пожалуйста... Наша жизнь - не шутка, она настоящая. Просто я допустила ошибку.

Я усмехнулся: - Никакой ошибки, Элис. Обдуманный роман - это не ошибка. Это было осознанное решение.

— Да, но все равно это было ошибкой. Это была глупая фантазия, которую я создала в своей голове, и твой приезд вырвал меня из нее. Боже, я была такой глупой. Мне так стыдно. Пол, поверь мне, пожалуйста, я люблю тебя и только тебя. Пожалуйста, дай мне шанс.

— Какой шанс, сучка? Снова изменять мне? Ни за что на свете.

— Пол, это не ты...

— Ха! Откуда ты знаешь, бесплодная пизда? Ты удивлена, что я умею ругаться? Ну, знаешь что, я тоже был удивлен, что ты умеешь изменять, грязная сучка! Он трахал тебя без седла. Дерьмо! У тебя не хватило порядочности попросить его надеть презервативы. Теперь мне придется сдавать анализы на ВИЧ и Бог знает на что еще. Ебать! Ебать! Ебать! Сколько еще таких было до мистера Мудака Роджерса? Ребенок, которого ты потеряла, мог ли он вообще быть моим ребенком?

Она ахнула, услышав это, но я продолжал: - Что меня удивило больше всего, так это то, что я был тебя покорным слугой. Я думал, что знаю тебя. Наконец-то я увидел тебя настоящую. Какая же ты, однако, блестящая актриса, раз все эти годы играла роль любящей жены. Или, может, это не ты была такой, а я был дураком. В следующий раз тебе стоит попробовать себя в порно, Элис. О, подожди. Ты не можешь. Ты теперь гребаная калека. Калека и бесплодная. Пошла ты, Элис. Я надеюсь, ты проведешь остаток своей жизни в этой постели.

— Пол, есть кто...

— О, и передай этой чертовой суке, моей бывшей подруге, что она может даже выебать себя стойкой от капельницы прямо в твоей комнате, ладно? Спасибо тебе за то, что ты была моей лучшей подругой. Вы стоите друг друга, - я закончил разговор и выключил телефон.