Уважаемые читатели, вашему вниманию предоставляется продолжение историй

"Если хочешь девушку друга" и "Если хочешь девушку друга еще раз".

Приятного чтения.

Мелодия телефона оторвала Димку от игрушки в ноутбуке. Как оказалось, звонила Таня.

— Привет. – Раздался в трубке звонкий голос. – Наташка дома?

— Не-а. По магазинам бегает, подарки добывает. Родителям, родственникам. У нее поезд послезавтра днем. – Откликнулся Димон. – А у тебя какие новости?

В трубке слышимо ухмыльнулись. Невинный и казалось бы пустяковый Димкин вопрос таил в себе немалый подтекст. Они с Татьяной еще там на островке, во время их пересыпа по обмену договорились продолжить это приятное развлечение в городе. Только без привлечения остальных, вдвоем, воспользовавшись отъездом Наташки к родителям. В задачу Тани входило как-нибудь улизнуть из-под опеки Никиты. Желательно на подольше, чтобы можно было покувыркаться, как следует. Именно об этом и спрашивал ее Димон, и Танька, прекрасно понимая, что именно интересует парня, не удержалась от смешка.

— Все устроилось. Причем без малейших усилий с моей стороны.

— Это как? – Не понял Димка.

— Да дядька Никиту на рыбалку позвал, вот тот и подскочил. Завтра уже катится.

— Нафиг ему еще рыба? И так полбалкона вялиться завесил. Нам четверым за всю зиму столько пива не выпить.

— Да разве этих чокнутых рыбаков нормальному человеку можно понять? – Танюха Никитино увлечение рыбалкой не жаловала и даже сейчас, когда оно было ей на руку, не могла удержаться от недовольного брюзжания. – Им лишь бы упереться куда-то, да удочку закинуть. А про остальное думалка не работает.

— Зато ты свободной женщиной остаешься. – Придержал Танькино недовольство Дима. – А Ника надолго сваливает?

— В день Наткиного отъезда он уже у дядьки будет. – Отозвалась, прикидывая в уме Таня. – Дня три по своим озерам прошатаются да плюс дорога домой. В общем, пара ночей без риска влипнуть у нас точно есть. А потом разбежимся по домам и будем верно и преданно ждать своих любимых и единственных.

— Лицемерка. – Фыркнул Димон. – Кстати, на чьей территории будем встречаться?

— Давай на твоей. – После пары секунд раздумья решила Танька. – В Никитиной тьмутаракани связь такая, что он хорошо если смску прислать сможет. А вот Натка запросто может захотеть с тобой по видеосвязи пообщаться. И будет весьма удивлена наличием твоей рожи в чужом интерьере.

— Логично. Тогда до послезавтра. Помашу вслед Натахиному поезду и тебе позвоню.

— Договорились. Только не надо за мной заезжать. Ни к чему, чтобы нас тут и там соседи вместе видели. Жди дома.

Ждать пришлось до самого вечера. И лишь когда солнышко пошло совсем на закат, и любопытные бабки снялись с насиженных скамеек, разбредаясь по домам, а гуляющую во дворе с мамашами малышню сменили стайки не интересующихся посторонними подростков, раздался телефонный звонок.

— Иди, открывай дверь. Я уже к подъезду подхожу.

Почти сразу требовательно пиликнул домофон. А через минуту от лифта по площадке торопливо проскользнула стройная рыжеволосая фигурка, с разгона нырнув в открытую Димкой дверь.

— Ты как кошка, за которой гонятся. – Засмеялся Дима, целуя вошедшую девушку.

— Отстань. – Таня легонько ткнула парня кулачком в живот. – Я, между прочим, о нас обоих забочусь. Вдруг кто увидит.

— И что? – Недоуменно пожал плечами Димон. – Решат, что к Натахе в гости пришла. Я вообще думал, мы сначала погулять куда-нибудь вдвоем сходим. Может быть, в кафешке посидим.

— Это можно и на завтра отложить. – Татьяна, сбросив с плеч легкую курточку, осталась в облегающей грудь футболке с коротким рукавом и заканчивающихся чуть ниже колена обтягивающих штанишках. – А гулять лучше смыться куда-нибудь в пригород. Там меньше шансов на знакомых наткнуться.

— Ну тогда давай дома кофейку попьем да слопаем чего-нибудь из оставленных Наташкой запасов.

— Я не голодная, но от кофе не откажусь. – Кивнула Таня, проходя мимо Димы на кухню. – Надо же маленько посидеть, обнюхаться, прежде чем в спальню поведут.

— Тебе это и вправду нужно? – Удивился Димка. – Мы вроде как друг с дружкой уже пробовали.

— На островке не в счет. Там пара на пару была, и никто не скрывался. А сейчас я Никите изменяю. Первый раз в жизни.

— Тогда привыкание предлагаю начать с совместного купания в ванне. С пенкой и всем положенным. – Заговорщически подмигнул Тане Димон. – Это куда приятнее, чем просто под душем ополоснуться. А ванна у нас с Наташкой большая, удобная.

— Искуситель. – Фыркнула Танька. – Тебе лишь бы девушку с пути сбить. Хотя предложение очень соблазнительное. Иди, наполняй. Кстати, кофе можешь прямо туда подать. Или лучше вина по бокальчику. Как-то больше для романтики подходит.

— Тоже вариант. – Отозвался Димка, топая исполнять поручение. – Будь по-твоему.

Через пятнадцать минут ванная комната была к услугам начинающих любовников. Над заполнившей ванну пахнущей лавандой водой воспарила толстенная шапка белоснежной воздушной пены. Бокалы, наполненные искристым вином, удобно устроились в специальной нише. Послушный регулятору свет уменьшился до приглушенного, маня своей легкой загадочностью и обещая прелюдию к приключениям. Шкаф в спальне гостеприимно раскрылся, принимая на хранение снятые Таней светлые брючки и футболку. А трусики с лифчиком, небрежно брошенные ею на стул, остались дожидаться свою голенькую хозяйку, которая, на ручках у Димы уехала в ванную комнату купаться, пить вино и развлекаться.

— Классно! – Таня, чокнувшись с Димкой, отхлебнула глоток вина и, чуть съехав, откинулась на спинку ванны. – Пожалуй, в прелюбодеянии есть своя прелесть.

Дима, улыбаясь, созерцал полулежащую напротив него девушку, чья выглядывающая из воды грудь и плечи были украшены белым пенным ожерельем. Ножки Тани лежали на его ногах, и Димкина ладонь тихонько поглаживала их от ступней до коленей. Но это пока было все, что они себе позволили. Им обоим была приятна эта легкая и почти невинная еще игра, и не хотелось слишком быстро переходить от нежной романтики к завершающему действию. Поглядывая друг на дружку, парочка не спеша потягивала вино. Иногда Таня, хитренько прищурившись, сгибала ножку и большим пальцем осторожно тревожила Димкин оживающий «интерес», явно пользуясь тем, что тот в ответ дотянуться до ее прелестей не может.

Но время шло, бокалы, опустев, вернулись на полочку. Таня с Димой, придвинувшись друг к дружке, взялись за руки, сперва просто глядя друг на друга, а потом потянувшись и встретившись губами. Сначала лишь чуть касаясь и отодвигаясь назад, а затем Димка сильнее привлек Таню, усадив к себе на колени. Теперь они целовались по-настоящему. Жадно, взасос. Ладони парня сминали влажные, белеющие остатками пены холмики девичьей груди, скользили по влажным плечам и спине, а между двумя животами живым стволом прорастал и скрывался в Таниной ладошке Димкин выпрямившийся член.

Наконец Танька, опершись на Димку, чуть приподнялась и, направив живой, упругий стержень прямо в глубину своей женской тайны, опустилась на него. Два длинных, больше похожих на стон выдоха слились в один. Димкин экспресс, пройдя вдоль влажных от желания стеночек девичьего тоннеля, прибыл на конечную станцию.

— Ум-м.

Таня вновь приподнялась, проехав вверх по Диминой игрушке, и вновь опустилась на нее, а затем обхватила парня ногами, словно ствол дерева, и заскользила попой по его бедрам взад и вперед, то надеваясь на мужской ствол, то выпуская его наружу.

Ванна не самое удобное место для занятий сексом, но Димка с Таней разгоряченные желанием сейчас не замечали этого. Татьяна ездила на парне как на тренажере, а тот, положив девчонке руки на бедра, двигал ее от себя и к себе. Брызги пены летели в стороны, плеск и шлепанье воды смешивались с шумными, торопливыми вздохами, которые в один прекрасный момент перекрыл отразившийся от кафельных стен, дважды повторившийся вскрик кончающей Таньки.

— Уй-й! У-уй!

Нависая над Димкой, Таня вертелась на его игрушке, словно стремясь насадиться поглубже, вздрагивала в такт волнам наступающего оргазма и, наконец, миновав свой пик наслаждения, расслабленно осела, прижимаясь к парню и уткнувшись головой ему в плечо.

— Понравилась разминка? – Тихо шепнул Дима, легонько дразня язычком мочку девичьего ушка.

— Не то слово! – Скорее выдохнула, чем произнесла запыхавшаяся от скачки Танька. – Только продолжения жду в кроватке. Отнеси меня.

В спальне Димка аккуратно уложил девушку на кровать и Таня, тут же отбросив ненужное сейчас одеяло, протянула к парню руки.

— Иди ко мне. Хочу, чтобы ты был сверху, и я могла тебя обнимать и целовать.

Да кто бы был против? Димкино орудие, не успевшее выстрелить в ванне, было в полной боевой готовности. Оставалось только раздвинуть Танькины ножки и направить его в открывшуюся, увлажненную соком желания женскую красоту. Таня чуть охнула, когда Димкин ствол, «прорастая» в тесноте стеночек «садика ее наслаждений», заполнил его целиком. Замерла на мгновение, а затем, оплетая ноги парня своими, сильнее прижала Диму к себе. Они слились в тесных объятиях, взасос целуя друг друга и прерываясь лишь на мгновение, чтобы вдохнуть глоток воздуха. Губы в губы, глаза в глаза, мякоть девичьей груди расплющенная о твердую грудь парня. И только Димкин зад, белеющий в сгущающихся сумерках спальни, равномерно и часто поднимался над лежащей под ним девушкой и опускался обратно.

Был новый вскрик, переходящий в сладострастный стон и жаркий шепот:

— Димочка, еще. Не прекращай, пожалуйста.

И страстная просьба:

— Только не уходи сейчас, потерпи. Я уже вот-вот.

И открытый в ожидании ротик, когда Дима, все-таки покинув лоно девушки, поднес дрожащий от нетерпения ствол к Таниному лицу. А еще россыпь густых, теплых капель частично пролетевшая мимо рта и украсившая щеку девушки, перед тем как нежное колечко ее губ сомкнулось вокруг Димкиной игрушки, и ловкий язычок, благодаря за доставленное удовольствие, обласкал ее блестящую от женского сока и остатков спермы головку.

Тихие, похожие на нытье Димкины стоны сопровождали эту завершающую первый раунд игры ласку, а его прежде бодрый боец все больше понуривал голову, пока не загрустил окончательно и утомленный был отпущен Таней на заслуженный отдых. Какое-то время любовники лежали, не шевелясь и приходя в себя после бурного забега. Наконец, Танька провела ладонью по щеке украшенной Димкиным жемчугом и с шутливым недовольством толкнула парня локтем.

— Всю физиономию забрызгал. Мог бы просто сиськи разукрасить, если донести не успевал.

— И пришлось бы тебе мыться топать. – Парировал Димон. – Для продолжения сеанса на животик лечь нужно. А как бы ты со сливками на груди это делала?

— А и верно. – Татьяна негромко хихикнула. – Так приятной разминкой увлеклась, что забыла совсем про основную задачу. Мы же в первую очередь попку мою развращать собирались, а то я на островке так от анала и не кончила.

— Там обстановка не способствовала. – Пожал плечами Димон. – Чтобы в новые ощущения окунуться, надо сосредоточиться на них. А там? То в соседней палатке Наткины с Никитой охи-вздохи, то их вовсе в самый момент, когда ничто отвлекать не должно, купаться вынесет. И слушай, как они плещутся. А сегодня мы вдвоем, и все получится.

— Неплохо бы. – Отозвалась Танька, переворачиваясь на живот. – Мне нравится, и когда твоя штучка просто гуляет в моем заду, но хочется, чтобы удовольствие было полным.

— Тогда начнем готовиться. – Димка, выдвинув ящик тумбочки, добыл оттуда флакончик с гелем и забавного вида штучку чем-то похожую на растущую из плоского кругляшка шишечку на ножке. – Я вот для тебя специальный инструментик припас.

— Ты что это копье мне в попу засадить хочешь? – Подозрительно поинтересовалась Таня, глядя как Димка жирно намазывает шишечку гелем.

— Именно.

Дима, расцеловав поочередно обе половинки девичьей попки, осторожно нанес согретый на пальце гель прямо на расположенную между булочками дырочку и слегка надавил на нее пальцем, на капельку проникая внутрь. А затем проделал то же самое шишечкой, чуть-чуть зайдя острием в глубину Таниной попки. Отступил и вновь повторил, но уже немного глубже.

— Этой пробочкой дырочку удобнее расширять чем пальцами. И партнерше меньше беспокойства.

— Пожалуй. – Отозвалась Танька, раздумчиво прислушиваясь к ощущениям от входящей в ее попу все глубже силиконовой игрушки. – А целовать ты меня при этом можешь?

— Вполне.

Димка, продолжая не спеша заполнять шишечкой Танину попку, склонился над девушкой, целуя ее узенькую спинку и хрупкие плечики, округлые полушария ягодиц и слегка раздвинутые ножки. А наигравшись с поцелуями, скользнул ладонью между бедер к самой девичьей красоте и пальцем заглянул во влажную глубину киски. Туда-сюда, туда-сюда. А пробочка тем временем погрузилась уже до самой широкой своей части. Пара движений и «плечи» игрушки исчезли внутри, а силиконовая пробочка надежно запечатала отверстие Таниного запасного входа. Лишь круглый пятачок основания слегка светился в сумраке, словно приглашая желающих заглянуть и ознакомиться.

— Вот и все. – Димка лег рядом с повернувшей к нему лицо Танькой и поцеловал девушку сначала в щечку, а потом в губы. – Осталось только потихоньку вытащить эту штуковину и зайти в тебя по-настоящему.

— Тогда теперь моя очередь с тобой играть.

Танька, встав на колени, ладонью обхватила Димкин ствол, пребывающий пока не в самом бодром настроении. Поиграла с ним, скользя рукою вверх-вниз и глядя, как он выпрямляется. Склонившись, поводила головкой по кончикам сосков, поцеловала ее и вновь поводила себе по груди.

— Уже почти красивый.

Лукаво подмигнув Димке, она впустила расцветающий мужской стебель себе в ротик, а пальчиками начала ловко играть с яйцами парня.

— М-м-м! – Не сдержал возгласа Дима. – М-м-м.

Танька оторвалась от мужской игрушки и, ложась на живот, вытянулась рядом с ним.

— У меня из киски сок на ляжки вытекает. Я хочу. Люби меня куда-нибудь.

Не куда-нибудь, а именно в попочку. Зря что ли я старался, ее готовил. Димка, оседлав Таню, аккуратно извлек наружу влажно чпокнувшую шишечку и в освободившееся все еще широкое отверстие направил собственный живой и упругий ствол. Он, конечно, не ввел член одним толчком, как сделал бы это заходя в киску. Плавно и осторожно Димон углубился в тесноту тоннеля, в котором кроме него еще никто и не бывал, и остановился лишь тогда, когда вплотную прижался животом к попе девушки. А теперь потихонечку назад и вперед, назад и вперед, назад и вперед. Член парня равномерно скользил в глубине Танькиной попы, а сам Димка, лежа на девушке, целовал ее шею и плечи. Зарываясь лицом в волосы, касался губами затылка, дразнил языком украшенные сережками мочки девичьих ушек и чувствовал, как слегка вздрагивает Таня от его повторяющихся ласк, как учащается и прерывается ее дыхание.

Димка и в себе чувствовал некие намеки на приближение финиша, но ничуть не торопил его, заботясь прежде всего о партнерше. И его старания не пропали даром. Руку парня, на которую тот опирался, внезапно сжала Танькина ладонь.

— Продолжай. Продолжай. Чуть прибавь.

Димка качнул задом, увеличивая темп и входя быстрее и резче обычного. Еще несколько шлепков животом по голой попе, и лежащая под ним девушка вдруг с силой выгнула спину, а затем расслабленно плюхнулась обратно, утыкаясь физиономией в подушку.

— Похоже, своего мы все-таки добились. – Удовлетворенно усмехнулся про себя Димон, снижая скорость, и для проверки тихонько шепнул девчонке на ушко. – Танюша, ты как?

— Представляешь, я и вправду кончила. – Танька оглянулась через плечо, ища Димкиного поцелуя. – Так классно! В попке твой член, в киске оргазм. Я еще хочу.

— Я тоже. – В тон ей отозвался Димка, вновь начиная свой плавный и ритмичный своего «альпиниста» в темном и тесном проходе. – Скоро я тебя сливочками наполню.

— Давай! – Танька, чуть приподняв зад, скользнула ладошкой к киске и принялась ласкать ее пальчиками то заглядывая внутрь, то дразня чувствительный бугорок клитора. – Давай.

Ну теперь, раз результат достигнут, можно и о себе позаботиться. Димка перестал растягивать удовольствие, поджидая подружку. Теперь моя очередь финишировать. Прямо в эту кругленькую, аппетитную задницу. Вот. Вот еще немножко. А-а-а! Напрягшийся член с силой выстрелил порцией густых сливок в глубину Танькиного запасного входа. А затем еще и еще. Девчонка резко взвизгнула, встречая Димкин залп, и с силой заработала пальцами внутри киски.

— Ой, ой. О-ой!

Танька, явно еще раз кончив, вновь расслабленно растеклась по кровати, а балдеющий Димон навалился на нее сверху. Долго ему так лежать, конечно, не дали. Татьяна, отдышавшись, пихнула парня локтем.

— Хватит на мне зря валяться. Слезай. Тяжело.

— Момент.

Димка, вставая на колени, аккуратно освободил от своего присутствия вторую Танину дырочку и собрался, было, повторно запечатать ее анальной пробкой, но Танька остановила его.

— Хватит туда. Дай попке отдохнуть от впечатлений.

— Мы что, уже все? – Разочарованно удивился Димон. – Я, признаться, еще на один заход рассчитывал.

— Ну и заходи, кто тебе не дает? Только с правильной стороны. – Таня, спустив ноги на пол, поднялась с кровати. – И вымой, пожалуйста, своего дружка самым тщательным образом, чтоб я не волновалась на предмет гигиены.

— Так поехали вместе в ванную. Лично проследишь.

— Нет, Димка. Дай мне себя в порядок привести, не стесняясь тебя. Подходи попозже. – Танька, развернувшись к дверям, вдруг замерла оловянным солдатиком и стиснула, как могла, ягодицы. – Блин, твои сливки уже вытекать начинают.

Пытаясь не расслабиться, и оттого смешно семеня ногами, девчонка торопливо покинула спальню, а Димка остался выжидать положенное время, чтобы прийти на помывку, уже не мешая Танюхе. Как ни странно, но, выполнив только что два захода, он ощущал в себе непогасшее желание и быструю готовность выйти на третий. Надо же как ему сегодня Танькин зад понравился. А может быть, ее оргазмы от анала так возбудили. Но факт оставался фактом, Димке хотелось, а член оживал. И даже в ванную, удивив Таньку, его боец прибыл в уже «приподнятом настроении», а обласканный Таниными намыленными ручками, а потом для проверки чистоты и ротиком вовсе воспрял и глядел уже строго параллельно полу.

И снова повторилась поездка в кроватку. Поцелуи, жадные объятия, смятая Димкиными ладонями Танькина грудь и ждущая ласки Диминого язычка, влажная от желания киска. Раздвинутые в сладком нетерпении девичьи ножки и входящий между ними упругий мужской стержень. Смешивающийся с прерывистым шумом дыхания ритмичный скрип кровати. И неразборчивый тоненький вскрик – сигнал прибытия девчонки на пик удовлетворения.

А потом Танины ножки подняли Димке на плечи, и парень, нависнув над ней так, что колени девушки оказались почти прижатыми к груди, направил свой ствол в самую глубину ее тайны. Танька тихо ойкнула, когда живой ствол, пройдя вдоль стеночек пещерки, целиком заполнил ее, коснувшись головкой матки. Не сдержалась и во второй раз. И почти каждый новый Димкин «удар» встречала тихим, невнятным возгласом. Повторяющиеся «поцелуи» матки дразнили легкой, переходящей в наслаждение болью, каждое прибытие мужского экспресса в тесноту женского тоннеля несло с собой новый всплеск удовольствия. А чудесный живой поезд раз за разом прибывал, прибывал и прибывал. И, наконец, был встречен сладкой дрожью Таниного тела и обильно полит рожденной оргазмом смазкой.

Танька еще раз успела взлететь на вершину удовольствия, пока Димон подрастративший за первые два захода свой боезапас накапливал средства для выстрела. И финишировала совсем на чуть-чуть опередив парня. А едва успела отдышаться и вернуться с небес на землю, как Димка, слегка подавшись назад, вынул свой ствол наружу и, помогая себе рукой, украсил Танину грудь белыми, клейкими жемчужинами.

— Становится доброй традицией мне напоследок сиськи сливками заливать. – Хихикнула девчонка, с облегчением вытягивая уставшие висеть в задранном положении ноги. – Хочешь не хочешь, а придется мыться идти. Правда у меня и в киске хлюпает.

— На островке это тебе уснуть не помешало. – Насмешливо отозвался, вытягиваясь рядом, Димка. – Ни сок в киске, ни сперма на сиськах.

— Здесь не в походе. Я хочу сегодня и завтра лежать в чистой постели, а не среди следов собственного грехопадения. Так что не валяйся зря, а меня на ручки и в ванную.

— Эксплуатация. – Мысленно вздохнул Димон. – Вот так и садятся на шею.

Но вслух возражать не посмел, а, послушно поднявшись с кровати, поднял обнявшую его девчонку и, поцеловав так, будто всю жизнь мечтал носить ее на руках, повез купаться. А потом обратно. И заботливо укутал засыпающую Танюшку одеялом.

Утром Димка проснулся от ощущения, что кто-то на него смотрит, и открыл глаза в тот самый момент, когда его собирались нахально потянуть за нос.

— А-а, сам глазенки открыл. – Засмеялась Танька, убирая руку от Димкиного лица. – Понял, что хватит дрыхнуть.

— Да с вами жаворонками разве можно утром поспать? – Фыркнул Димка, обнимая лежащую рядом девушку. – Не Наташка, так ты разбудишь.

— Любишь кататься, люби и саночки возить. – Вновь засмеялась Таня, подставляя парню губы для поцелуя. – Спал бы сейчас один, как порядочный. Вот и не будил бы никто.

— Не мог же я начатое на полдороге бросить. – Притворно вздохнул Димон. – На островке-то ты от захода в попочку так и не кончила.

— Ишь ты какой обязательный. – Послышался ехидный ответ. – А разве при этом обязательно было меня в остальные дырочки до полночи любить?

Татьяна веселым чертенком глянула на парня. Но внезапно озорные огоньки в ее глазах потухли, насмешливая улыбка исчезла с лица, и девчонка, пряча лицо, уткнулась лбом в плечо Димы.

— Танюшка, что с тобой? – Встревожился парень.

— Не знаю, Дим. Мне вдруг так стыдно стало перед Никитой. По-свински мы все-таки с ним и Наташкой поступаем. От них честности ждем, а сами? Спровадили подальше и в койку.

— Да перестань ты себе комплексы выдумывать. – Димка, как маленькую погладил по голове прижавшуюся к нему девчонку. – Между прочим, сейчас каждый осуществляет то, что планировал. Наташка навестить родителей и прежних подружек, Никита покормить комаров на любимой рыбалке, а мы с тобой полежать рядышком. И никакого обмана. Все исполняют свои желания. Кто ж виноват, что они у нас разные?

Успокаивая девушку, Дима еще и пообещал, что этой ночью они, как договаривались на островке, займутся исключительно любовью в попу. И получится, что их пересып это уже и не измена вовсе, а всего лишь встреча для обучения Тани радостям анального секса. По большому счету просто их маленький секрет. И не более.

В Димкиных рассуждениях было порядком лукавства. Но и он, в свою очередь, был бы немало удивлен, доведись ему знать какие именно планы реализуют сейчас двое оставшихся из их четверки. Действительность весьма и весьма отличалась от Диминых представлений об этом.

Окончание рассказа в следующей части.