Уважаемые читатели, вашему вниманию предоставляется продолжение историй

"Если хочешь девушку друга", "Если хочешь девушку друга еще раз" и "Если девушка друга тоже хочет".

Приятного чтения.

А Никита с Наташей были дома. Они тоже успели почувствовать разницу между краткими, порой нежданными встречами и совместным, пусть и временным проживанием, но, в отличие от Тани с Димкой, ничуть не тяготились сменой формата. Наоборот, им нравилась этакая, создающая иллюзию постоянства размеренность, осознание того, что завтра вечером повторится все, что между ними было сегодня и можно не прощаться с партнером-любовником на неопределенный срок. Это не значило, что они не скучали по своим отданным в «аренду» половинкам, просто их забавляла произошедшая смена состава. Они даже неделю совместного проживания решили торжественно отметить.

Организовали ужин с вином, к столу явились при параде. Никакой затрапезности, халатов, голых ног и растянутых футболок. Натка в провоцирующем, едва прикрывающем попу, облегающем платье. В обязательных к случаю, подчеркивающих стройность ее ножек колготках. Никита в отутюженных брюках и белой рубашке. Свою парень не догадался привезти, пришлось выдать ему Димкину, благо приятели ростом и сложением были схожи. Единственное, чтобы избежать излишней академичности и быть поближе, решили не садиться друг против друга за столом, а устроились рядышком на диване, подвинув к нему журнальный столик. И выпивать-закусывать удобно, и целоваться недалеко.

А уж без поцелуев на таком празднике никак нельзя было обойтись. Равно как и без Никитиной ладони, почти сразу же уютно устроившейся на Наташкиных коленках и поднимающейся все выше по мере того, как продолжалось застолье. Наташа, дразня парня, периодически сдвигала его руку обратно на колени и, посмеиваясь про себя, наблюдала за тем, как нахальная лапочка потихоньку взбирается обратно и начинает наглаживать ее ляжки. А потом снова ловила ладошку парня и, не пуская ее под подол, выдворяла обратно. Само собой, это была игра, и им обоим было ясно, чем она закончится. Просто время для этого еще не пришло. И вообще у Наташки на начало баловства были другие планы.

Натке давно хотелось сделать Никите минет не в постели, когда парень лежит голышом. А вот так, как сейчас. Полностью одетому. Расстегнуть брюки, приспустить трусы, добыть наружу начинающий оживать ствол и начать сосать. Работать над ним губами и язычком до тех пор, пока член, напрягаясь в преддверии финиша, не вздрогнет во рту и не выстрелит, наполняя ротик пикантной теплотой мужских сливок. А затем выпить все до капельки, вылизать увядающую игрушку дочиста, аккуратно упаковать ее обратно в трусы, застегнуть на парне брюки и, снова сев рядышком, как ни в чем не бывало взять свой бокал и продолжить разговор, словно они и не отвлекались на что-то другое.

Вышло и впрямь красиво. Наташка в какой-то момент, не дослушав парня, неожиданно встала и, отодвинув столик, опустилась на колени перед слегка озадаченным ее маневром Никитой. А дальше все было по сценарию. Расстегнутая молния брюк, оттянутая резинка трусов, извлеченный из них, выпрямляющийся в Наткиной ладони член и старательное, сопровождаемое тихими стонами парня сосание доставшейся девушке живой игрушки, завершившееся, как и положено, залпом теплой, густой спермы уже привычно отличающейся по вкусу от Димкиной.

Наташа, честно проглотив все, что ей досталось, и поиграв язычком с желающим отдыха бойцом, вернула его обратно в трусы. Аккуратно застегнула на парне брюки и поднялась на ноги. Придвинув на место столик, возвратилась диван, промокнула салфеткой испачканные спермой губы и невозмутимо, словно отвлеклась от разговора буквально на секунду, поинтересовалась у Никиты:

— О чем ты там говорить-то начал?

— Что? А-а да, я говорил … Блин, да не помню уже.

Судя по некоторой сумбурности речи, парень был слегка выбит из колеи. Разумеется, не самим минетом, этим бы Натка Никиту не удивила, а нежданно будничной, небрежной манерой его исполнения. Словно и не любовными утехами занялась девушка, а так, отвлеклась на секунду выпить глоточек сливок и вновь вернулась к прерванной беседе.

Кстати о напитках, у Наташки не налито! Спохватившись, Никита наполнил опустевший бокал и подал его девушке.

— Прошу, мадмуазель. Желаю выпить за вашу ласку, коя была столь элегантно подана. Готовь ручку целовать.

— Поцеловать можно и что-нибудь другое. – Насмешливо отозвалась довольная произведенным эффектом Наташка. – Долг, между прочим, платежом красен.

— Да с нашим удовольствием. – Никита с готовностью переместился на пол к коленям Натки и обеими руками скользнул по ножкам девушки, задирая платье. – Только сперва маленькая раздевательная процедура, а то я через трусы и колготки куни делать не умею.

Через минуту Наташка, откинувшись, полулежала на диване, а к открывшейся между ее раздвинутых ног красоте, склонилась голова парня. Нахальный и ловкий язычок Никиты дразнил вход в жемчужную раковину девушки. Пока легонько, но постепенно все сильнее обозначая свое присутствие.

В руке Наташка по-прежнему держала наполненный бокал. Желая продолжать начатое сегодняшним вечером «выпендреже», она не спеша прихлебывала из него, демонстративно совмещая сразу два удовольствия. Правда, кончилось все тем, что Натка едва не поперхнулась, рефлекторно втянув в себя воздух в момент особенно удачной «атаки» парня. После чего решила, что красивая жизнь до добра не доводит, прекратила валять дурака и, отставив вино, просто отдалась во власть приближающегося наслаждения.

А потом Наташины ножки уложили Никите на плечи, и в ее наполненную смазкой пещерку заглянул уже настоящий, полноправный гость. Не ласкающая створочки входа и пуговку клитора язычковая дразнилка, а твердый и упругий ствол, заполнивший Наташку до самого донышка. Тут уж Наталке точно не до понтов стало. Возбужденный член парня раз за разом входил в нее, вызывая сладкую, разбегающуюся от низа живота по всему телу дрожь, заставляя сбиваться все учащающееся дыхание. Попа девушки, словно сама собой, приподнималась Никите навстречу. Еще, еще. Глубже! Сильней.

Слетевший с губ Натки негромкий писк сообщил, что «скакун» парня довез ее до приятного финиша, и Ника, замедлив темп, остановился, не вынимая наружу игрушки.

— Может, по бокальчику перед продолжением?

— С удовольствием.

Так пить вино, лежа с задранными на мужские плечи ногами и членом внутри киски, Натке еще не приходилось. Но оказалось, что это вполне приятно. Тем более, что Никита, не замер совсем, а тихонько двигался в ней, волнуя скользящим стволом плотные стеночки ее тоннеля.

— Классно. – Натка вернула опустевший бокал, а затем поцеловала склонившегося к ней парня. – Едем на следующую остановку?

Вместо ответа Никита поправил соскользнувшие во время поцелуя с плеч ножки девушки и качнул задом раз, другой, третий, все увеличивая темп. Быстрее, быстрее. Еще! Член парня работал как отбойный молоток. Наташка, вскрикивая, вертелась под его достающими до самой матки ударами.

— Уй. Уй. Уй!

Экспресс Никиты уже не вез, а мчал Натку к желанному финишу, раз за разом привозя девушке все новые порции удовольствия. Летал туда и обратно, выходя почти на всю длину и снова с силой влетая во влажную, трепетную тесноту девичьей киски. Шлепки живота парня о голую попу Наташки разносились по комнате.

— Уи-и!

На этот раз пришедшая волна оргазма накрыла Наташку с головой, погасив свет и заставив днем вспыхнуть звезды. А следом в глубину девичьей пещерки пролился теплый дождь густых мужских сливок, и оба любовника, соединившись, замерли в блаженной неподвижности.

Никита открыл глаза первым, и когда Наташа, тоже вернувшись с небес на землю, распахнула свои гляделки, улыбнулся и лукаво подмигнул ей.

— Для продолжения переберемся в спальню?

— Да, в кроватке будет удобнее. Только я сначала в душ.

Позже, когда Натка вновь наелозившись под ловким язычком парня, а затем доскакав на его члене до трех сладких финишей, легла рядышком, уложив голову к Никите на плечо, она, вдруг вспомнив случившийся между ними тайный перепихон, спросила:

— Слушай, а ты не попробовал выяснить, пересекались Танька с Димкой, как мы с тобой? Втихаря потрахаться.

— Неа. А зачем? – Равнодушно отозвался Никита. – Рожки у нас с Димкой еще летом на островке выросли. А разом больше или меньше без разницы. Мне куда интереснее знать, насколько Таня по мне соскучилась и что в следующие выходные выберет: еще полмесяца развлечений с другим ебарем или меня.

— Да-а, это вопросик. – Протянула Наташка и, ехидно ухмыльнувшись добавила. – Мне двух недель загула, пожалуй, хватит. А вот Тане твоей не знаю. Ей Димкин поршень, похоже, весьма по вкусу пришелся.

— Как любому из нас запретный плод. Не больше того. – Отозвался несколько уязвленный ее замечанием Никита и, покосившись на хмыкнувшую Натку, запальчиво предложил. – А хочешь пари? На то, что Татьяна уже наигралась и захочет вернуть все, как было.

— Что ставишь? – Наташке, по-хорошему, следовало отступить, но проснувшийся в ней бесенок побуждал еще подразнить парня. – Только не кукареку под столом. Посерьезнее.

— Будь по-твоему. – Принял вызов Никита. – Ставлю неделю вечерних куни. Буду специально приходить, ждать, пока Дима тебя оттрахает, а потом ласкать твою разгоряченную киску. Я знаю, тебе нравится.

— Это круто. – Признала Наташка. – Принимается. А что захочешь с меня?

— Повторишь сегодняшнее показательное выступление с минетом. Только при всей нашей четверке.

— Ты с ума сошел!

— Тогда второй вариант минета. На полностью освещенной кухне, возле незашторенного окна. Так чтобы тебя всем желающим из дома напротив видно было. И не как сегодня, не снимая платья, а во всей натуральной красе, без одежды. Димка с Татьяной, само собой, присутствуют.

— Нехилые у тебя, однако, запросы. – Округлила глаза Наташка, живо представившая себе оба варианта публично-показательного секса.

— Ну не на щелбаны же нам спорить. – Ответно поддел девушку Никита. – Раз игры взрослые, то и ставки такие же. Так что выбираешь?

— Наверное, кухню. – Решилась Натка. – Это тоже жопа. Но вариант, что я при Димке вдруг залезу под стол и встану там на коленки, радостно причмокивая твоим членом, а потом выберусь наружу с полным ртом сливок и, как ни в чем не бывало, продолжу светскую беседу, мне вообще не представить. Точно не потяну.

— Значит, поспорили?

— Ну да. Но ты не должен Татьяну предупреждать, уговаривать и все такое.

— Можешь не сомневаться. Все будет по-честному. – Пообещал Никита. – Мне ведь и самому интересно знать, чего моей девушке захочется. У меня, кроме нашего пари, еще и маленький спор с самим собой имеется.

— Желаю тебе у самого себя выиграть.

Всю оставшуюся до прихода гостей неделю Наташка терзалась вопросом, то ли она выбрала и нужно ли ей вообще было участвовать в этом дурацком пари. По всему выходило, что нет. Прикидывая на себя, Натка честно признавала, что эта забавная поначалу игра с обменом вдолгую ей поднадоела, да и по Димке девушка соскучилась. Не то чтобы она засыпала и просыпалась с мыслью о нем. В конце концов, оставленный ей в качестве заместителя Никита так или иначе заполнял образовавшуюся рядом пустоту. И как спутник днем, и как мужчина в постели ночью. Но Наташке с каждым днем все больше не хватало именно Димы. И если у Татьяны сейчас примерно те же ощущения, то Натка здорово влипла.

Впрочем, был шанс и на то, что обойдется. Наташка не зря помянула, что Таньке приглянулся Димкин член. Это ведь подружка первая предложила повторить случившееся на островке приключение и на ура приняла Наткину полушутливую идею поменяться мальчиками на целый месяц. Вполне может оказаться, что лишь Наташа хочет покончить с развратным баловством, а Танюха только во вкус вошла. Посмотрим еще, как там повернется.

Появление Тани под ручку с Димой в следующую субботу и в самом деле внушило Наташке некоторый оптимизм. Само собой Татьяна, войдя, первым делом повисла на шее у Никиты. Но едва закончив целоваться, напомнила про обещанную ей ванну и возможность искупаться с обоими парнями по очереди.

— Димке, как хозяину, право быть первым, но потом жду к себе Нику. Должна же я убедиться, что моему молодому человеку ничего за две недели не испортили и можно разрешить аренду и дальше.

— Ловко устраиваешься подруга. – Ехидно фыркнула Натка. – У тебя, значит, два мужика будет, а у меня ни одного?

— Все равно они на кухне только для хозяйственных нужд годны. – Резонно парировала Татьяна. – Ты же не планируешь, задрав подол, склониться к раковине и овощи мыть, пока тебя сзади имеют?

— Ладно, твоя взяла. – Признала поражение Натаха. – Но будешь должна так же поделиться. У меня на двух мальчиков вместе тоже есть свои планы.

Мысленно Наташка довольно потерла лапки. Уж она-то не пропустила мимо ушей Танины слова о продлении «аренды» Никиты. Значит, не наигралась еще Танюха, раз о продолжении говорит. Стало быть, есть шанс выиграть спор и заполучить Никитоса к себе на куни. Натка по-прежнему лелеяла идею поиграть ротиком с Димкиным членом, пока Никита язычком балует ее киску. Уж когда Ника в их с Димкой спальне за таким делом окажется, подбить парней на тройничок будет вовсе плевым делом. Если похитрей себя повести, то еще вопрос кто кого уговаривать станет. А потом, если начало хорошо пойдет, можно будет и по-настоящему развлечься, по кругу Натку пустить. Один имеет, у второго сосешь. И наоборот. Собственно, Натаха все препирательство с Танькой и затеяла лишь для того, чтобы выторговать себе шанс на развлечение с обоими парнями без Таниного носа. А то начнет еще жадничать.

Удовлетворенная таким развитием событий Натка без дальнейших разговоров выдала Тане большущее, с нее ростом пушистое полотенце и отправила раздеваться, а Диму, расцеловавшись с ним взасос, послала организовывать заказанное купание. Никита на время отсутствия Димки был назначен в кухонные мужики, поскольку прибывших гостей, хочешь не хочешь, а надо кормить.

Татьяна, уже завернувшаяся только в полотенце, тоже прибыла на кухню и, делано сочувствуя чистящему картошку Никите, болталась на пороге, пока явившийся Дима не объявил, что ванна к услугам мадмуазель.

— Иди, девушка. Знакомься с нашей ванной. Да не забудь экскурсовода поблагодарить. – Напутствовала подругу Наташка.

Честно говоря, она все же не без ревности относилась к предстоящему совместному купанию своего Димы с Танькой, но не показывать же это на публику. Пришлось прятаться за шутливостью тона, сохраняя лицо. Танюха, сделав остающимся ручкой, хихикнула в ответ, но, как показалось Натке, несколько смущенно. Да и кухню покинула как-то торопливо, и будто бы даже покраснев. С чего бы вдруг? То двух мужиков, не стесняясь, для себя требует, то от намека краской заливается. Не поймешь девчонку.

А Таня с Димкой, едва закрыв за собой дверь в ванную, переглянулись и, не сговариваясь, дружно прыснули со смеху.

— Экскурсовод. – Танька шутливо мазнула Димку пальцем по носу. – Надругался здесь над бедной девушкой, а ей теперь перед подругой стыдно.

— Не надругался, а нежно романтически соблазнил. – Улыбнулся в ответ Дима. – Сегодня, к сожалению, свечи и вино не предусмотрены.

— Переживем. – Откликнулась Таня, сбрасывая с плеч полотенце и оставаясь перед парнем в первозданной красоте. – Зато теперь, даже если случайно ляпнем про любовь в ванной, никто ничего не заподозрит. Так что начинай меня купать.

— Прошу.

К удивлению Таньки Дима не стал сразу забираться внутрь вслед за нею, а, усадив девушку, в самом деле начал мыть ее, наполняя ладони пеной и нежно скользя ими по гладкой, влажной коже. С гладких плеч на юную, упругую грудь, с двух податливых, увенчанных сосками холмиков на плоский животик, со светлого треугольничка волос внизу живота на вытягиваемые по очереди ножки. Легкие касания Диминых губ обозначались на волосах, на щечках, на подставленных в ответ губах Тани. Выпрямившийся, упругий ствол парня, не отрываясь «смотрел» на девушку, изредка случайно касаясь ее плеча или щеки. Танька ловила эти моменты, касаясь в ответ губами или язычком блестящей красной головки.

Но вот Димкины руки, закончив приятное путешествие по телу девушки, замерли на ее плечах, и она, повернув голову, увидела прямо перед лицом прямой и напряженный член парня. Осторожно взяв его ладонью, Таня поводила головкой по лицу, чувствуя, как остаются на щеках влажные дорожки мужской смазки. А потом, придвинувшись ближе, поцеловала доставшуюся ей игрушку и начала сосать, слыша сверху явно сдерживаемые, приглушенные Димкины стоны. Парень стоял перед нею, закрыв глаза, слегка раскачиваясь навстречу Таниным ласкам и, похоже, желал только, чтобы они продолжались. Танькой на минуту овладело искушение довести дело до оргазма одним только ртом без полноценного секса, но мысль о сменяющем Димку Никите остановила ее. Не целоваться же с любимым, едва проглотив сливки любовника. Да и свежей зубной пастой благоухать ничуть не лучше. Вот Никите будет приятно понять, что она перед ним у Димки отсосала. Из любви, так сказать, к оральному искусству. Нет уж, пусть Димон ее в киску любит и туда кончает. Об этом Никита, по крайней мере, заранее догадывается.

— Забирайся ко мне. – Позвала она парня, выпустив разочарованно вздрогнувший член, и подвинулась, освобождая Димке место. – Садись, вытягивай лапы.

Танька не стала поворачиваться к Диме лицом, как в прошлое купание, а оставаясь спиной к парню, опустилась на его глядящий вверх стержень. Направила венчающую мужское копье головку точно внутрь своей жемчужной раковины, уперлась ладонями в Димкины колени и начала раз за разом насаживаться на член. Сперва плавно и потихоньку, а затем все резче и быстрее. Ладони парня поначалу тискали Танину грудь, а потом, когда поспевать за скачущей всадницей стало труднее, опустились чуть ниже талии, туда, откуда начинается попа, и начали помогать девушке ездить по члену. Вниз-вверх, вниз-вверх. С легким плеском воды и брызгами разлетающейся пены. С хриплыми резкими выдохами Димки и старательно сдерживаемым писком самой Тани.

Все-таки очень хорошо, что кухня от ванны отделена коридором. Таньке очень не хотелось, чтобы Никита слышал, как она балдеет, вертясь на Димкином члене и кончает уже второй раз подряд. А кажется, будет и третий. Точно. Таня, на несколько секунд опередив парня, сладко замерла на напряженной игрушке и до боли прикусила губу, когда та с силой выстрелила в глубину киски теплым, почти горячим залпом спермы.

— Уй-м. – Мурлыкнула она, когда с трудом удержанный вскрик согласился стать почти нормальным выдохом. – Ум-м!

— Класс. – Согласно шепнул, целуя ее затылок, Димка. – Ну что, причаливаем или еще заплыв?

— Причаливаешь ты, а я поплыву дальше с другим капитаном. – Отозвалась Танька, слезая с насиженного места и подвигаясь, чтобы Дима смог встать. – Целуй меня и высаживайся на берег.

Что же, любой даже самый приятный круиз когда-нибудь заканчивается, и Димка отправился на кухню, где Никита с энтузиазмом передал ему вахту вместе с ножом и не дочищенной луковицей.

— Теперь ты реви, а я пойду получать удовольствие.

— Правильно. Не все коту масленица. – Поддержала любовника Наташка.

Ну от любимой сейчас сочувствия ждать бесполезно. Мысленно вздохнув, Дима принялся за работу.

— Как отдохнул без меня, купальщик? – Поинтересовалась Натка, помешивая что-то на сковородке.

— Приятно и аморально. – Пожал плечами Димка. – Думаю, также как и ты.

— Не буду спорить. – Наташка, заглянув в духовку, убавила температуру. – Домой не тянет?

— Да я бы хоть сегодня вернулся. Если, конечно, взаимное желание есть.

— Есть. И сильное. – Честно призналась Наташа. – У Никоса, по-моему, тоже. А про Таньку что скажешь?

— Думаю, как и у всех. – Пожал плечами Димон. – В последние дни она Никиту только что в постели не вспоминала. Сейчас, поди, нацеловаться не может.

— Во-от как. А мне-то казалось, что она не наелась еще. – Раздосадовано протянула Наташка, с тоской осознавая, что выполнять условия пари придется не Никите, а ей. – Фортуна, видно, ко мне задницей. Облом.

И, встретив заинтересованный, непонимающий взгляд парня, смущенно пожала плечами.

— Сейчас расскажу, Дим. Только ты не злись и не смейся. Тут такое дело вышло …

А пока Натка краснея повествовала Димке о том, как ее имели на столе перед незашторенным окном, и о том, что она, кажется, проспорила, Таня и в самом деле самозабвенно целовалась с Никитой. Усевшись сверху, прижималась к нему, с возбуждением чувствуя, как сминаются полушария ее бюста о крепкую грудь парня, как под попой твердеет, набирая силу его упругий, живой ствол. Здорово же она, оказывается, по своему Нике соскучилась. И вообще, и как по мужчине. Двухнедельный секс с Димкой был по-своему хорош, отличаясь от повседневного аморальной новизной, особенно в тайном для Никиты анальном варианте. Но в нем был один неустранимый недостаток. Дима не был Никитой. А сейчас и объятия горячее, и поцелуи слаще, и низ живота наливается зовущей тяжестью только от одного прикосновения к любимому парню. И киска едва ли не сама раскрывается навстречу его вставшему члену, только ручкой подправь. Вот сюда, головкой прямо в приоткрывшиеся дверцы девичьего секрета.

— М-м-м. – Таня словно разнежившаяся кошка мурлыкнула, ощутив внутри себя мужскую красоту Никиты. – М-м. Хочу тебя!

— И я!

А потом они нетерпеливо и страстно любили друг друга. Забыв про все, соединялись в желанной близости, не замечая ни мешающей тесноты, ни оскальзывающихся в неподходящий момент Таниных коленок, ни летящих в лицо брызг воды с остатками пены. Танька, не разжимая объятий, торопливо раскачивалась, катаясь по прорастающему в глубине ее пещерки упругому, живому стволу. Вскрикивала, когда головка члена на полном ходу упиралась в матку, замирала в сладостной неге, целуя парня, и снова мчалась вперед на своем «коньке» подгоняемая страстью. Переместившиеся с девичьей груди на бедра руки Никиты помогали Тане, гоняя девушку вверх-вниз по члену.

— Уи! Уй, уу-й!

Это был уже второй или третий Танькин финиш. И она точно знала, что этим не закончится. Экспресс Никиты довезет ее до станции наслаждения еще раз, а то и два.

— Ой! О-о!

Танины пассажи становились все громче, а сама она, крепко обнимая, возлюбленного все быстрее раскачивалась на нем, торопя столь желанную для обоих кульминацию. И вот, наконец, в глубине девичьей киски содрогнулся заполнивший ее напряженный мужской ствол, орошая сомкнувшиеся вокруг него нежные стеночки густым и теплым дождем спермы. А вслед за этим кружащая голову волна пришедшего следом собственного оргазма накрыла и Таню.

Последний, самый громкий вскрик девушки на этот раз долетел даже до кухни, где сконфуженная Натка «каялась» в своих невольных прегрешениях хихикающему над ней Димке.

— Смотри как захорошело подружке. – Наташка, услышав Танькин возглас, не преминула воспользоваться им, чтобы перевести стрелки со смущающей ее темы на другое. – С тобой она так не вопила.

— Наедине, у нее дома запросто. – Усмехнувшись, пожал плечами Дима. – Думаю, и соседи порой слышали. А здесь она Никиту стесняется. Пищит и губы кусает, чтобы только снаружи слышно не было.

— А-а, ну тогда скажи, как специалист, это у них промежуточный финиш или окончательный? На стол уже можно ставить или еще подождать маленько?

— В любом случае могут не сразу выйти. Мало ли что в голову придет. – Откликнулся Димка. – Вино по бокалам сейчас разолью. А с горячим погоди. Первую, если что, и салатиком закусить можно.

Дима оказался пророком. Отдышавшиеся Таня с Никитой еще какое-то время целовались, потом просто сидели, соприкасаясь лбами и глядя друг на дружку. Наконец оба, не сговариваясь, засмеялись.

— Классное купание. – Подытожил Никита. – Будем выбираться и пойдем к хозяевам?

Татьяна кивнула, но вместо того чтобы приподняться, вылезая из ванны, вдруг вновь обняла парня, словно боясь с ним даже на секунду расстаться.

— Ты чего, Рыжик? – Никита удивленно и даже чуть встревоженно глянул на прижавшуюся к нему девчонку и ласково, как маленькую, погладил по отливающей медью головенке. – Что с тобой?

— Я соскучилась. Очень. – Танька уткнулась лбом парню в плечо. – Возвращайся домой, а? Не хочу без тебя.

— А мне казалось, тебе нравится с Димоном развлекаться. Ты вот и сегодня про продолжение «аренды» говорила.

— Да это я только чтобы Наташку подразнить. С Димкой хорошо разок-другой для разнообразия трахнуться. Как и тебе, наверное, с Наткой. Для новизны ощущений. А жить я хочу с тобой и только с тобой. Засыпать вместе, просыпаться, тебя рядом чувствовать …

Танька оборвала фразу, не выпустив просившееся наружу: «И замуж за тебя выйти». Это только парень должен предложить, а она набиваться не станет. Не дождетесь!

— А знаешь, – неожиданно улыбнулся Никита, – я загадал, что если ты сегодня меня домой позовешь, мы с тобой обязательно поженимся. Теперь тебе не отвертеться.

— Да я и не собираюсь. – Татьяна, продолжая обнимать парня, чуть отодвинулась, чтобы видеть его глаза. – А когда?

— Сразу быка за рога. – Уже в голос расхохотался Никита. – Давай с официальным предложением руки и сердца подождем до той поры пока в более подходящей обстановке не окажемся. Я, конечно, люблю оригинальничать, но звать девушку замуж сидя с голой жопой в чужой ванне даже для меня перебор.

Таньке пришлось подавить собственный смешок и вновь прикусить язычок, чтобы не ляпнуть лишнего. Уж больно двусмыленно звучало про «быка за рога» с учетом того, что рожки у Никиты как явные, так и тайные действительно имелись. И Димка их только что обновил. Но она, конечно, удержалась от всяких ехидных намеков. Не хватало еще Нику обидеть. Он ведь тоже мог ее уколоть, сказав, мол, вернуться зовешь, а у самой еще сперма любовника из киски не вытекла. Однако этого не сделал, наоборот, про свадьбу заговорил. Да и насчет решающего объяснения Никита, безусловно, прав. Хочется, чтобы оно прошло романтично и запомнилось уж никак не тем, что Таню два мужика по очереди в ванной отымели.

В общем, после легкой паузы парню достался благодарный затяжной поцелуй и обещание подождать до подходящего момента. Недолго! После чего парочка все-таки покинула остывшую купель и вскоре появилась на кухне уже во вполне цивилизованном виде.

— Чем кормить будут? – С порога поинтересовалась Татьяна.

— Неужто любовью не сыта? – Насмешливо откликнулась Наташка. – Вид у тебя довольный, как у кошки сливок натрескавшейся.

— После любви еще больше кушать хочется. – Ничуть не смутилась Танька, умолчав, впрочем, об истиной причине своего нескрываемого довольства. – А сливок мне сегодня не досталось.

— Сливки сегодня Натахе положены. На десерт. – Вдруг прыснул смехом Никита. – Она мне проспорила.

— Да это я поняла, едва ты в кухню вошел. – Недовольно фыркнула Наташка. – Уж больно рожа у тебя стала хитрая.

— Ребята, вы это о чем? – Непонимающе завертела головой Танька.

— Давайте-ка за стол, у Наташки стынет все. – Прервал их диалог Димка. – Выпьем за встречу, а там и разберемся, кто к кому дальше идет и кто когда у кого сосет.

За дружескими посиделками единогласно было решено признать эксперимент удачным, но затянувшимся, а потому подлежащим завершению. И на будущее, если такая блажь им опять придет в голову, устраивать баловство не дольше чем на пару дней. Великое воссоединение семей было назначено на завтра, поскольку Димке все равно нужно было съездить к Тане, забрать свои вещи. Да заодно уж и попрощаться, как следует. А Наташку с наступлением темноты ждала проспоренная Никите популяризация минета среди особо любопытных зрителей из дома напротив.

— Жаль попкорна не захватили. – Заявила Танька, узнав условия состоявшего пари. – Сидели бы с Димкой как в кино в первом ряду.

— Свиньи вы, а не друзья. – Обидчиво отозвалась Наташка. – Облизываетесь на зрелище, а мне, между прочим, реально стыдно.

Но крик ее души остался не услышан. На девчонку по-прежнему смотрели три насмешливые физиономии, на которых, как она вообще-то и ожидала, не было ни стыда, ни сочувствия.

Меж тем вечерело. В окнах дома напротив стал все чаще вспыхивать свет. Наступало то самое время, когда люди, вернувшись с работы и покончив с неотложными делами, садятся ужинать, пить чай и иногда поглядывать в окошко. Наташка, оттягивая час неизбежной расплаты, сварила еще кофе, но вскоре допили и его.

— Давайте, мальчики, отодвигайте стол, расчищайте площадку. – Скомандовала Танька, перебираясь на стоящий у стены диванчик. – Димка, иди ко мне. Нас ждет сеанс живого порно.

— Штору пока задерните. – Потребовала Натка, приподнимая подол домашнего платья. – Про прилюдный стриптиз уговора не было. И вообще, люстру можно бы и погасить, от нижних бра света вполне достаточно.

— По условиям спора освещение должно быть полным. – Напомнил Никита, тоже начиная раздеваться. – Давай, не прячься.

— Ага, сам-то, небось, темные очки нацепил. Специально, чтобы не узнали. Еще и моську от окна отвернешь. А я?

— Так кто проиграл, тот и расплачивается. – Засмеялся парень, снимая трусы и оставаясь совершенно голым. – Дамы и господа, я готов к употреблению.

— Вставай вот сюда. Тут вас желающим шикарно видно будет. – Указал место Димка. – Ната, твой выход. Даю занавес.

Закрывавшая оконный проем штора съехала вбок. Стоящая в глубине кухни в чем мать родила Наташка прошла вперед, словно и в самом деле выходящая на сцену порноактриса. Остановилась перед окном так, что любой желающий снаружи мог полюбоваться на ее не прикрытую ничем красоту, постояла несколько секунд, показывая себя, затем повернулась боком и опустилась перед Никитой на колени. Начинающий оживать ствол парня оказался прямо перед ее лицом. Наташа поймала его рукой и, чувствуя, как выпрямляется и крепнет член в ее ладони, начала играть с ним.

Блин, если сейчас кто-то смотрит …

Но бояться этого было уже поздно, равно как и звать маму, папу и прочих родственников. Выпрямившийся, упругий, живой стержень парня уже маячил прямо перед нею, едва не касаясь губ, и ждал положенной ласки. Оставалось одно – пропадать. В смысле начинать сосать. И надеяться на минимум посторонних зрителей. Хватит ей и того, что она на виду у Димки с другим упражняется. Наташка невольно покосилась в сторону сидящих на диванчике Димы с Танькой и, поймав их заинтересованные взгляды, мысленно пожала плечами. А потом вновь повернулась к стоящему перед ней в ожидании парню и, стараясь не думать о том, что за ней кто-то сейчас наблюдает или того хуже снимает на телефон, взяла у Никиты в рот.

Рассказ окончен, ноу героев вся жизнь впереди. Возможно мы с ними еще встретимся.