В хрущевке было лучше, часть перваяВсе персонажи и события являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или ситуациями – случайны. Текст содержит грубую лексику и не предназначен для широкого круга читателей.

Анна и Сергей поженились десять лет назад — ей было двадцать три, ему двадцать семь. Свадьба скромная, сразу после ЗАГСа они въехали в старую двушку на окраине, которая досталась Сергею от бабушки. Хрущёвка стала их маленьким грязным раем. Тесная кухня, где Анна готовила в одном фартуке, а Сергей прижимал её к столу, задирал фартук и входил резко, пока она стонала и роняла ложку. Узкий коридор — идеальное место для быстрого минета перед работой. Ванная — там она садилась на него верхом под шум душа, вода стекала по их телам, и они кончали почти одновременно. Детей не заводили. «В хрущёвке детей не надо — места нет, да и жить тесно. Потом, когда встанем на ноги». Секс был почти каждый день, иногда по три раза. Молодые, голодные, без тормозов.

Потом подвернулся кредит и ЖК «Надежда» — новостройка с громким названием, просторные комнаты, балкон, своя парковка. Продали хрущёвку, добавили все накопления и въехали в трёхкомнатную. Анна радовалась: «Наконец-то нормальное место для маникюрного стола, клиенты пойдут потоком». Сергей только кивал. Он всегда был слабохарактерным — конфликтов боялся как огня, предпочитал промолчать, проглотить и уйти в себя. Поэтому когда встал вопрос об ипотеке, он без споров пошёл на вахту: две недели там, две дома. «Потерпи, Ань, год-два — и закроем большую часть. Потом вернусь к нормальной жизни».

Первое время ещё держались. Сергей приезжал уставший, но обнимал, целовал в шею и шептал: «Ты всё такая же красивая». Но секс почти умер. Все, о чем думал Сергей — это выспаться, набраться сил и опять на вахту. Ему хватало сил только на быстрый куни на диване или пару минут в миссионерке, после которых он сразу извинялся. Анна понимала: «Он вкалывает ради нас», — но внутри копилось глухое раздражение. Клиентки на маникюре трещали без остановки: «Мой — молодой, три раза за ночь», «А я своему вообще не даю, он и так всё покупает». Анна улыбалась, но вечерами, когда Сергей был на вахте, лежала в ванне и думала: «А если бы кто-то другой... кто не устаёт».

Анне уже было тридцать три, и она всё ещё выглядела очень соблазнительно. Грудь четвёртого размера, тяжёлая, слегка обвисшая от времени, но всё такая же аппетитная. Попа округлая, бёдра стройные, талия всё ещё заметная. Кожа гладкая, ухоженная, длинные тёмно-русые волосы обычно собраны в хвост. Мужчины оборачивались, но Анна всегда оставалась верной. Сергей был у неё первым и единственным. Даже в самых смелых фантазиях она не позволяла себе заходить слишком далеко.

Другой наш персонаж: Борюсик! Жил он в старой однушке как раз рядом с новым ЖК «Надежда». Низенький — метр шестьдесят пять, огромное пузо нависало над ремнём, седые сальные волосы, красный нос в прожилках и вечно мутные глаза. Пятьдесят шесть лет, руки золотые, хоть и тряслись с похмелья. Долго был свободным волком и бабником, но все же женился, хоть и поздно, двое детей, почти совершеннолетних, однако брак не был долгим. Бывшая жена не сжилась с его гулянками и выбила алименты, приставы не давали проходу, дети с ним не общались. Он хватался за любую подработку. Сейчас он делал сантехнику и плитку в пустой квартире этажом ниже Анны. Этот заказ был для него настоящим спасением — если сдаст вовремя и без косяков, можно будет закрыть хотя бы часть долгов.

Трезвый Боря был тихим и бурчал себе под нос. Но стоит чуть выпить — превращался в совершенно другого человека: злобного, агрессивного, без всяких тормозов.

В тот вечер Сергей был на вахте, Анна набрала полную ванну горячей воды с пеной, включила музыку и легла. Последние дни её сильно раздражали разговоры клиенток. Она поймала себя на том, что правая рука уже скользнула между ног. Пальцы медленно, потом всё быстрее гладили клитор. Тело начало выгибаться, стоны стали громче, музыка уже почти не заглушала их. Она была совсем близко к оргазму...

Этажом ниже Борюсик как раз заканчивал затирать швы на плитке. Управился на три дня раньше и был доволен. Достал из сумки две банки пива и плоскую ладошку водки, быстро смешал «коктейль» и выпил. Потом вторую банку. Пошёл в ванную поссать — и замер: по свежему потолку расползались мокрые тёмные разводы, вода уже капала на только что уложенную плитку.

— Твою мать... — прорычал он.

Заказчик заранее предупреждал: в этой секции почти все квартиры пустые, заселена только одна — прямо над ним, на пятом этаже. Значит, течь могла прийти только оттуда.

Борюсик, будучи уже в подпитом состоянии, тяжело поднялся наверх и начал колотить кулаком в дверь Анны.

Анна вздрогнула на самом пике, едва не кончив. Сердце заколотилось. Накинула халат и, ещё плохо соображая от возбуждения, открыла дверь.

Борюсик влетел внутрь, оттолкнув её плечом.

— Ты чё, блядь, натворила?! — заорал он, сразу направляясь в ванную. — Этот заказ — мой единственный! Приставы на хвосте, а ты мне всё затопила, сука! Материалы накрылись, всё переделывать!

Анна стояла в коридоре, прижимая халат к груди. Голос дрожал:

— Я... случайно... простите... я заплачу за ущерб, сколько скажете...

Борюсик медленно повернулся. Опьянение и ярость полностью сорвали с него все тормоза. Он смотрел уже не на лицо — на мокрую грудь, которая тяжело выпирала из-под распахнувшегося халата, на стройные бёдра, блестящие от воды, на тонкие струйки, что стекали по внутренней стороне ног. Его мутные глаза сузились, дыхание стало тяжёлым и хриплым.

— Заплатишь? — прохрипел он низким, пропитанным перегаром голосом. — Щас заплатишь, сучка.

Анна попятилась, но упёрлась спиной в стену.

— Пожалуйста... не надо... я всё компенсирую... — прошептала она, уже понимая, что слова бесполезны.

Борюсик шагнул ближе. От него резко пахло потом, дешёвым алкоголем и мужским телом. Одной рукой он грубо схватил её за волосы на затылке, второй рванул пояс халата. Ткань распахнулась полностью. Анна попыталась прикрыться руками, но он легко отвёл их в сторону и прижал её к стене всем своим тяжёлым, потным телом.

— Нет... пожалуйста... — её голос сорвался.

Он не ответил. Просто развернул её лицом к стене, сильно нагнул за волосы, так что она упёрлась ладонями в стену. Халат сполз на пол. Борюсик спустил штаны одним движением. Его толстый, тяжёлый член уже стоял колом. Без единого слова, без прелюдий он приставил головку к её мокрой щели и одним мощным толчком вошёл до самого конца.

Анна громко вскрикнула. Было больно и очень глубоко. Но уже через несколько резких движений боль смешалась с жаркой, непривычной волной удовольствия. Он ебал её тяжело, жадно, шлёпая толстым волосатым животом по её мокрой попе. Каждый толчок сопровождался влажным шлепком и его хриплым рычанием.

Анна кусала губу, пытаясь не стонать, но тело предало её полностью. Прерванное возбуждение, неожиданная грубость, запах чужого мужчины — всё это накрыло с головой. Ноги начали дрожать, внутри всё сжималось.

Борюсик ускорился, сильнее дёргая её за волосы, и через пару минут зарычал, как зверь. Он вонзился в неё особенно глубоко и начал кончать — долго, обильно, заливая горячим семенем прямо внутрь. Анна почувствовала каждый мощный толчок спермы и сама сорвалась в оргазм. Она завыла, тело сильно затряслось, пальцы скользили по стене. Оргазм был таким ярким и долгим, какого у неё не было уже много лет.

Борюсик ещё несколько раз дёрнулся, выжимая из себя последние капли, потом резко вышел из неё. Анна, не удержавшись на ногах, медленно сползла по стене на пол. Между её ног густо текла его сперма, смешиваясь с её собственными соками.

Он тяжело дышал, глядя на неё сверху вниз. Быстро застегнул штаны, сплюнул на пол и, не сказав больше ни слова, развернулся и почти выбежал из квартиры, громко хлопнув дверью.

Анна осталась сидеть на мокром полу ванной, голая, с дрожащими ногами и чужой спермой, вытекающей из неё. Сердце колотилось как бешеное.

Впервые за десять лет брака она кончила так сильно, что в глазах потемнело...

https://t.me/+e9D71VbTXXkzZjU8 – здесь рассказы выходят чаще!