4

Стемнело.

Иван Петрович возвращался с дачи. Его старенький «Жигулёнок» выжимал из себя всю возможную скорость. Пожилой водитель отчаянно торопился, мысленно представляя, как дома на него будет ворчать жена. Именно поэтому, когда в наступающих сумерках он заметил стоявшую на обочине машину с выключенными фарами и распахнутой прямо в сторону проезжей части задней дверью, он резко сбросил газ, вовсю матеря про себя нерадивых ездоков.

«Думают, раз иномарка, так им всё можно!» — гневно размышлял старик, медленно объезжая препятствие и мимоходом заглядывая в тёмный проём открытой двери.

Однако увиденное там заставило его резко ударить по тормозам. Выскочив из салона «Жигулей», Иван Петрович бросился к стоящему автомобилю.

— Вот же ж ё-о-о!.. — только и смог выдохнуть старик.

Дрожащими руками он извлёк из кармана старенький телефон и торопливо набрал номер полиции.

***

Вызванный дежурным на место происшествия криминалист Сидоров остановился возле припаркованной у края дороги «Тойоты».

— Что тут у нас? — спросил он у оцеплявшего территорию полицейского.

— Да вот, сами посмотрите, товарищ капитан, — сержант послушно отступил в сторону.

Криминалист заглянул в салон через открытую дверь.

— Ничего не трогали?

— Никак нет, товарищ капитан. Сразу вас вызвали.

— Угу, — проворчал Сидоров, протискиваясь внутрь. — Так, запаха алкоголя в салоне нет... — тихо бормотал он себе под нос, фиксируя детали. — А это что такое?

Сидоров аккуратно поднял с резинового коврика под сиденьем заляпанный грязью клубок шерстяных ниток с торчащей из него спицей.

— Странно, — протянул он, осматривая находку. — А вот, кажется, и вторая...

Вторую спицу капитан разглядел сразу — она глубоко ушла в глазной канал парня, полулежавшего на заднем сиденье. Сидоров уже протянул руку, чтобы осмотреть рану, но тут же резко отдёрнул её назад, заметив слабое движение грудной клетки раненого.

— Степан! — крикнул он.

— Да, товарищ капитан? — полицейский просунул голову в салон и тут же ошарашенно присвистнул. — Ого... Товарищ капитан, вам бы ещё туда взглянуть...

— Вызывай скорую! Живо! У нас тут выживший, кажется. Что там у тебя?

— Да здесь, на капоте, — Степан уже доставал рацию, настраивая волну.

Капитан обошёл машину спереди и в луче карманного фонарика прочитал выведенную на металле багровую надпись:

«По делам вашим да воздастся вам»

— Вот только народного мстителя нам тут не хватало! — вполголоса выдохнул капитан, оборачиваясь. — Степан, ускорь медиков!..

***

Максим, вновь выслушав монотонный голос автоответчика про абонента вне сети, со злостью закрыл вызов и открыл телефонную книгу.

— Так, где-то здесь это было... — бормотал он, листая список контактов. — Ага, вот она.

Он торопливо нажал на вызов и замер, вслушиваясь в длинные, тревожные гудки.

— Алло, — наконец ответил приятный женский голос на том конце провода.

— Зинаида Васильевна? — быстро спросил Максим.

— Да, я вас слушаю.

— Тёть Зин, это я, Максим! Не узнали?

Женщина на секунду замолчала, очевидно, сопоставляя голос, а затем облегчённо вздохнула:

— А, Максимка! Ты? Привет.

— Да, я. Тёть Зин, а почему у Ирки телефон выключен? Не могу до неё дозвониться.

— Как выключен?! — в голосе женщины мгновенно прорезалась острая тревога. — Разве она не у тебя? Она же... Я думала, вы вместе, поэтому и не беспокоилась...

— Нет, — Максим почувствовал, как лицо у него начинает медленно каменеть. — Она что... домой ночевать не приходила?

— Нет. Она ещё вчера вечером к тебе ушла. И всё, с тех пор связи нет.

— Ко мне?! Но мы вчера так и не встретились. Она не пришла, — тихо, почти шёпотом произнёс парень.

— Господи... Но она мне ничего такого не говорила! — голос Зинаиды уже откровенно дрожал от подступающей паники.

— Тёть Зин, если она объявится или хоть как-то подаст знак — позвоните мне сразу же. Хорошо? В любое время!

— Конечно, Максим... Но ты и сам ей звони, не прекращай, ладно? Вдруг включит.

— Ладно, — глухо отозвался Максим и нажал отбой.

***

Следователь, майор Грачёв, вежливо поздоровался с дежурным врачом, вышедшим к нему в больничный коридор.

— Добрый день. Не подскажете, в какой палате лежит доставленный к вам ночью пострадавший? Тот, которого с загородной трассы привезли.

— А, этот... Ну пойдёмте, покажу, — вздохнул доктор.

Врач открыл тяжёлую дверь палаты интенсивной терапии и пропустил следователя вперёд.

— Вот ваш подопечный, — доктор кивнул на кровать, где лежал человек с полностью забинтованной головой.

— Что с ним? Каковы прогнозы? — негромко спросил майор Грачёв.

— Ну, скажем так: дорогу он перешёл кому-то очень опасному. Изувечили его профессионально и страшно, но, как ни странно, жить будет.

— А если конкретнее? — следователь недовольно нахмурился, требуя фактов.

— Если конкретнее... Левый глаз полностью уничтожен вязальной спицей. Снаряд прошёл сквозь орбиту и задел лобную долю мозга. Парень навсегда останется полупарализованным. Ходить, может, со временем и начнёт, но с огромным трудом и под себя. Но самое примечательное в его травмах другое.

— Что именно?

— Ему провели полную ампутацию пениса.

— Как?! — на лице опытного следователя на мгновение отразилась смесь профессионального удивления и чисто мужского сострадания.

— Предположительно — орудовали большими портняжными ножницами. Их, кстати, ваши эксперты нашли там же, в салоне машины.

— Отрезали целиком, под корень? — Грачёв не договорил фразу, сделав характерный жест рукой.

— Именно. И самого органа на месте преступления не оказалось. По крайней мере, нам его не доставляли, так что пришивать было просто нечего. Да и вряд ли это помогло бы при такой рваной ране.

— М-да... Бедолага, — невольно вырвалось у следователя. Он подошёл ближе к кровати и склонился над изуродованным Шамилем. — Кому же ты, парень, так жутко дорогу перешёл?..

Продолжение следует...