Утро долгожданной субботы было испорчено почти сразу. Нет, началось оно вполне неплохо: я сонный вылез из-под одеяла. Пахло свежесваренным кофе, и по звону посуды было понятно, что завтрак уже на столе. Дошаркав до кухни, я увидел Наташу, мою жену, в уютной, но приталенной пижаме, накрывающую на стол. Я прошел мимо, дежурно шлепнув ладонью по плотной жопке любимой, и опустился на стул, облокотившись локтями о столешницу.

— Что на завтрак? — сонно щурясь, спросил я, глядя на плиту.

— Яичница, гренки, кофе — всё как ты любишь, — ароматы витали вкусные, домашние и уютные.

— М-м-м, отлично, всё как я люблю.

Она поставила передо мной тарелку с яичницей на помидорках. В центре стола стояли гренки, а в кружке парил свежий кофе.

— Красота! — сказал я.

Наташа посмотрела на меня, её глаза странно блеснули.

— Ага, вкусно, — сказала она. — Слушай, у мамы стиралка поломалась, починишь?

Она глядела на меня с максимальной любовью, на которую был способен человек, который хочет от тебя одолжения.

— Эм, я не мастер вообще-то, по стиралкам-то. Может, спеца вызвать из центра? И вообще, выходной сегодня — заслуженный.

Наташа посмотрела более серьезно.

— Знаю, что выходной. Но она уже неделю на руках стирает. Мастера не вызывает, потому что её соседка напугала: мол, к ней приезжал специалист и за ремонт зарядил чуть ли не цену новой машинки. Ну сгоняй, ради меня, пожалуйста, — она положила ладонь мне на руку и заглянула в глаза.

— Ладно, блин. Но ты у меня в долгу, вечером отработаешь, — я лукаво посмотрел ей в глаза, и она вроде бы всё поняла.

Я доел и поехал.

Тещу зовут Лариса. Ей пятьдесят два, и мою Наташку она родила в 28 годков. Она крашеная блондинка, немного полноватая, всю жизнь работает бухгалтером и привыкла к строгим блузкам и костюмам. Не худая, но всё на месте: грудь большая, бёдра широкие, ноги полные. Лицо круглое, морщинки возле глаз и губ, но улыбается приятно.

Всегда в хорошем настроении. И ко мне относится хорошо — в отличие от моей родной матери, которая вечно недовольна. Лариса меня любит и Наташку свою обожает. Мы с ней всегда ладили, за исключением пары моментов, но кто старое помянет, тому... Она вкусно готовит, любит поговорить о жизни, никогда не лезет с советами, что редкость в этом возрасте у одиноких тёток. В общем, хорошая тёща. Я даже не злился, когда ехал. Более того, предвкушал, к чему можно будет соблазнить Наташку вечером за свой рыцарский поступок. Минимум — старательный минет она мне должна, а максимум — надо подумать.

Тёща жила в уютной однушке, но в новостройке — зарабатывала она всегда нормально, плюс определённые связи в разных инстанциях. Чисто, светло, пахнет ванилью и свежим бельём. Она встретила меня в лёгком халате — сиреневом, с цветочками. Волосы светлые, уложены в небрежный пучок, несколько прядей выбились и падают на лицо. Она улыбнулась, обняла меня, что было немного неожиданно. Я почувствовал запах её духов — цветочный, сладкий, но не приторный. И запах её тела — чистый, женский. Она только из душа, наверное. Кожа гладкая, лицо чуть влажное после крема. Блин, моё напряжение внизу живота стало ощущаться активней.

— Ой, Серёж, спасибо, что приехал, — сказала она. — Я уж думала, придётся Наташку просить, чтобы она мастера нашла толкового и при ремонте присутствовала. А ты — молодец, с мужчиной, конечно, проще.

— Да что там, — махнул я рукой. — Посмотрю. Только я не спец, честно.

— Ничего, — она погладила меня по плечу. — Главное — попробовать. Чайник уже вскипел, я пирог испекла, с яблоками. Твой любимый.

Я улыбнулся. Она всегда так — попробуй, поешь, садись. Приятная женщина. Я даже подумал: «Ну, починю — и хорошо. А не починю — вызовем мастера, я помогу деньгами». Без напряга.

Мы прошли на кухню. Я выпил чаю, съел кусок пирога. Она сидела напротив, смотрела на меня, улыбалась. В раскрывшемся халатике, видна ложбинка груди. Она не кокетничала — просто так сидела. Но я замечал, какие у неё руки. Крупные, но ухоженные, с аккуратным маникюром. Кольца — серебряные, тоненькие. Она ими постоянно жестикулировала, когда говорила.

— Ну что, пойдём мучить технику? — спросила она.

— Пойдём, — кивнул я.

В ванной у неё стояла современная машинка — LG, с дисплеем, инверторным мотором, куча режимов. Белая, стильная. Машинка по виду совсем новая, странно, что поломалась, вроде и марка неплохая.

— Сколько ей? — спросил я, оценивающе оглядывая машинку.

— Третий год, — вздохнула Лариса. — Пять дней назад как зависла. Вода набралась, а дальше — ни в какую. Стоит, гудит, на дисплее ошибка какая-то.

Я посмотрел на панель — горит «ошибка 5». Я, конечно, понятия не имел, что это значит. Полез в телефон, начал гуглить. Лариса стояла рядом, скрестив руки под грудью. Халат натянулся, обрисовал её формы. Она выглядела уютной, домашней, совсем не напряжённой. Ждала, что я сейчас всё решу, а я в свою очередь уже не мог оплошать.

Поиск по форумам дал свой результат. Везде ссылались на то, что такая поломка возникает из-за поломки насоса или засора.

— Фильтр надо почистить, — сказал я уверенно, хотя вообще не был уверен.

— Ой, давай, — обрадовалась она. — Ты такой молодец! — она искренне улыбалась, глядя на меня, быстро сделала шаг в сторону, пропуская к аппарату.

Я начал возиться. Машинка стояла низко, чтобы добраться до нижней панели, пришлось почти лечь на пол — прямо на кафель. Я пододвинул её, открутил панельку, заглянул внутрь. Там куча проводов, трубок, какого-то пластика. Я не понимал, что куда идёт.

— Ну что там? — спросила она. В голосе ощущалась тревога и надежда.

— Ща, разберусь, — сказал я. Главное — сохранять уверенность, ну и делать умный вид. Постараюсь ничего не сломать, а в случае чего вызову мастера.

Я начал щупать шланги, дёргать провода. Она присела рядом на корточки. Халат задрался, я увидел её колени — полноватые, белые, голени гладко выбриты. Хоть у неё не было мужчины, о котором мы бы знали, женщина продолжала следить за собой. Она не обращала внимания. Просто смотрела на мои руки.

— Может, инструмент какой нужен? — спросила она.

— Да, отвёртка крестовая есть?

— Сейчас, — она встала, и на секунду я мог рассмотреть её бёдра и вроде бы даже трусики.

Женщина пошла в коридор за инструментами. Я остался лежать на полу, разглядывая внутренности машинки. Пахло сыростью, порошком, чем-то химическим. В голове крутились разные мысли, в основном о том, что я ничего не понимаю в стиральных машинках. Но и образ тещиных ножек крутился где-то рядом. Я крутил какую-то трубку. Она не откручивалась. Я дёрнул крепление сильнее — хрустнуло не по-доброму.

— Я сломаю, — сказал я, когда она вернулась. Мой голос прозвучал как-то слишком уверенно.

— Ничего, — улыбнулась она. — Если сломаешь, тогда точно мастера будем звать.

Она протянула мне отвёртку. Я взял её. Пальцы наши на секунду соприкоснулись. Её рука была тёплой, мягкой. Я посмотрел на неё снизу вверх. Она стояла надо мной в халате, полы которого чуть разошлись, обнажая ножки выше колен и давая насладиться видом внутренней части бедра. Светлые волосы падали на лицо, глаза — карие, тёплые, с лучиками морщин. Она улыбалась просто и открыто.

— Ты красиво выглядишь, — вырвалось у меня. Я сам смутился тому, что ляпнул, но как-то всё это крутилось в голове и просилось наружу.

Она чуть смутилась — отвела взгляд, улыбнулась шире.

— Ага, тётка я уже, — сказала она. Было видно, что комплимент приятен и, скорее всего, не так часто она их получает.

— Нет, — ответил я и продолжил ковырять. В голове крутились разные образы, связанные с тещей. Я старался сосредоточиться на ремонте, вспоминая инструкцию по разборке.

Я открутил нижнюю крышку. Под ней оказался насос. С него капала грязная вода. Я подставил тазик. Вода текла медленно, мутная, с ворсинками от ниток. Открутил два болта — вроде бы этого должно было быть достаточно. Потянул на себя, ощутил небольшие подвижки и дёрнул сильнее.

— Тяжело? — спросила Лариса. Я и позабыл про неё, сосредоточенный на битве с куском пластика.

— Неудобно просто, — сказал я. Ещё бы, какое удобство, когда ты по локти в мыльной воде на холодном кафельном полу. Бывали у меня субботы и поинтересней.

Я попытался подлезть глубже, приподнял машинку с одной стороны, упёрся плечом. В этот момент она тоже нагнулась, чтобы помочь. И в тесной ванной моя спина прижалась к её груди. Прикосновение было неожиданным, но весьма приятным. Грудь большая и тёплая. Конечно, нас разделяла ткань халата и моей футболки, но ситуация была пикантная.

Я замер. Она тоже.

— Извините, — сказал я. Постарался сделать голос невинным.

— Ничего, — выдохнула она как-то громче, чем могла бы.

Секунду мы так стояли. Потом я попытался отодвинуться — она положила руку мне на поясницу.

— Стой, — сказала она. — Не ударься головой, я сейчас помогу.

Она подвинула стиралку, я подставил плечо, чтобы она не упала. Моя рука скользнула по её ноге. Всё произошло случайно, я по крайней мере был в этом уверен... Я чувствовал тепло её бедра через ткань халата. Она не отодвинулась, наоборот — чуть подалась вперёд. Моя спина снова прижалась к ней. Я чувствовал, как её грудь давит на мои лопатки. Белья на ней не было, поэтому я мог ощутить всю мягкость её груди.

— У тебя спина мокрая, — сказала она шёпотом, потом наконец отстранилась от меня.

— Жарко, — ответил я. У меня действительно немного пересохло во рту, но не от жары, а от ситуации. Я машинально поднялся и повернулся к ней лицом.

Женщина провела рукой по моей груди и животу. Пальцы медленно скользили, ощупывая рельеф моего тела. Её глаза были чуть мутными от нахлынувших ощущений.

— Давай, — прошептала она. — Сними майку, неудобно в мокрой, наверно. — Было сразу понятно, что ей сейчас не до моего удобства.

Я не сопротивлялся. Она стянула её через голову, оставив меня голым по пояс. Потом провела рукой по уже голой груди и животу. Было понятно, что она возбуждена. Помешкав секунду, она приблизилась и поцеловала моё плечо.

Я вздохнул.

— Лариса, — начал я.

— Не надо слов, — оборвала она. — Ты мне нравишься. Давно. Наташка столько про тебя рассказывала... Как ей повезло с тобой в постели, — она перешла на сбивчивый шёпот.

Я слегка обалдел от происходящего и не мог ничего возразить. Стоило бы, конечно, но эта женщина, её горящие глаза и томный шёпот возбуждали желание за секунды. Ещё и эта грудь в распахнувшемся халате, немного в морщинках, с маленькой красивой родинкой около ложбинки. Сейчас я мог думать только об этом.

Тем временем она прильнула ко мне, а её рука скользнула в мои брюки.

— Ну что, — прошептала она мне в ухо. — Помочь тебе?

Мы стояли в тесной комнате, явно не предназначенной для активных действий и нахождения сразу двоих человек. Я смотрел на неё сверху вниз. Её лицо — круглое, мягкое, с морщинками у глаз. Губы пухлые, без помады, просто розовые, тёплые. Волосы выбились из пучка, светлые пряди падали на плечи. Она выглядела одновременно по-домашнему уютно и соблазнительно.

Я почувствовал, как она обхватила мой член, а из-за движений её руки штаны сами начали сползать вниз. Через пару секунд она полностью возбудила меня и неловко надрачивала головку члена.

Я дёрнул поясок халата, и он разошёлся в стороны. Её тело оказалось даже соблазнительней, чем я думал. Груди были полными и чуть обвисшими, что только добавляло пикантности. Небольшой животик выглядел мило и приятно, бёдра пышные и белые, отлично контрастировали с чёрными трусиками.

Я провёл рукой по её животу. Кожа была мягкой и тёплой. Она вздрогнула от моего прикосновения. Я поднялся выше, к груди. Сжал её. Осторожно, нежно. Она застонала — тихо.

— Не тяни, — прошептала она. — Я ждала так долго.

Я помог ей избавиться от трусиков — чуть спустил их, и они сами упали на пол. Она перешагнула через них. Села на край ванны, раздвинула ноги. Я стоял перед ней со спущенными до колен штанами. Член был в полном боевом положении. Она снова взялась за него рукой, подалась навстречу головой и быстро взяла его в ротик. Меня пронзило электрическим разрядом от моментального удовольствия. Ротик был горячий, мягкий, мокрый. Видно, что тещенька была не специалистом в отсосах, но свою пятёрку за старания заслуживала. Я засопел от удовольствия. Видно, что она истосковалась по члену и очень рада встрече.

Я мягко обхватил руками её голову. Пролетела мысль о том, что сегодня вечером я хотел трахать ротик её дочери, но сейчас получаю куда больше удовольствия. Я чуть надавил на затылок тещи, давая понять, что хочу войти глубже. Она сразу всё поняла и постаралась насадиться на хуй до горла. Было очень хорошо. Почему я никогда не думал о Ларисе как о женщине? А ведь она вполне в моём вкусе. Наблюдать женщину с отличным зрелым телом было очень приятно. Она такая мягкая и нежная, член только твердел от этих мыслей и горячих слюней зрелой сиськи.

Вдруг зазвонил телефон. Я посмотрел на экран — подпись контакта: «Наташенька». Чёрт, нельзя не ответить, она ведь знает, где я и чем занят. Посмотрел вниз: теща глядела на меня, не выпуская член изо рта. Она одобрительно кивнула, и я нажал «принять».

— Да, Наташ, — дыхание чуть не сбилось от ситуации, но я сохранил твердость голоса.

— Да, у Ларисы. Чиню, пока не особо получается, наверное, придётся подождать. — Теща вытащила член изо рта, начала быстро дрочить рукой и облизывать головку. Она явно завелась от ситуации.

— Нет, маму дать не могу, у неё руки заняты. Чем? Инструментов, Наташ, инструментом. Помогает она мне. — А ведь ни слова лжи не было сказано.

— Ладно, давай, я кончу, эм, закончу и перезвоню. — Я отбил вызов и уставился на тещу, которая снова с увлечением присосалась к моему члену.

— Какая любознательная у тебя дочка, ха, — она вытащила член изо рта и улыбнулась в ответ. Я помог ей подняться и прижал попкой к стиральной машине.

— Не могу больше, хочу твою киску. — Я помог ей приподняться и сесть пышной попкой на стиральную машину. Осмотрел её ещё раз: пышные груди, пухлые разведённые в стороны бёдра — эта женщина просто создана для секса. Не теряя времени, я вошёл в неё одним резким движением. Киска была мокрая насквозь — ей очень нужен этот секс, прямо сейчас и прямо здесь.

— Ох, давай, зятёк, выеби меня, трахни как ебёшь мою дочь. — Её понесло, и останавливаться она не собиралась. Я был удивлён, что Наташка рассказывает ей подробности из нашей постели. Но вместе с тем и благодарен. Вот что значит хорошая репутация. Достойно ебёшь дочь, а потом к этому подключается и её мать.

Лариса обхватила меня ногами — полными, мягкими, сжимающими мои бёдра. Я наклонился к ней. Мои руки на её плечах, её голова запрокинута. Глаза закрыты. Морщинки у глаз собрались в гармошку. Она улыбалась.

— Да, — выдохнула она. — Да, вот так, входи до конца.

Я начал медленно двигаться, глубоко входя в её киску. Чувствовал, как горячо внутри, как она сжимает меня. Она стонала — тихо, хрипло, с придыханием. Её пальцы запутались в моих волосах. Она тянула меня к себе, целовала мою шею, плечи. Её язык то оказывался у меня во рту, то скользил по моим щекам и шее.

— Сильнее, — попросила она. — Ну давай, выеби как следует, ты же умеешь.

Вдохновлённый её словами, я ускорился. Инстинктивно я сжимал её полные бёдра руками. Её ноги сводили с ума — полноватые и красивые, просто созданные для того, чтобы держаться за них во время секса. Я несколько раз шлёпнул её по ляшке, она только застонала в ответ. Бедная машинка ходила ходуном — она явно не была рассчитана на такие испытания. Ну что же, доломаем её до конца. Я потянулся к ней губами и поцеловал взасос. Она тяжело дышала при каждом моём толчке и глубоком проникновении в её киску. Влага из неё уже размазалась по бёдрам и стекала к её попке. Я чувствовал, что с каждой секундой мы всё ближе. Наконец она выгнула спину, протяжно застонала.

— Да, да, мой хороший, вот так, еби меня, трахай мамочку. — Она явно не контролировала себя и получала долгожданное удовольствие. Я начал ебать ещё быстрей, прижал её к себе. Она напряглась как струна и рычала мне в ухо, потом с последней волной оргазма обмякла в моих объятиях, постанывая и тяжело дыша.

— Я сейчас кончу, — сказал я.

— Внутрь, — прошептала она. — Не вынимай, кончай в меня.

Уговаривать меня не нужно было. Я давно не кончал вот так, в киску, без презерватива, чтобы не прерывать своё удовольствие. Начал трахать быстро, не сдерживаясь, и всего через несколько секунд мой член уже бил фонтаном внутри её киски. Я крепко сжал её, прижимая к себе. С каждым ударом я просто чувствовал, как вгоняю своё семя в её самые потаённые уголки. Ещё несколько движений, и я затих, не вытаскивая член из киски.

— Молодец, — сказала она. — Хороший парень, мне очень понравилось.

Она поцеловала меня в угол губ. Я облизал её слюну. Пахло сладким чаем и её духами.

Я вышел из неё. Она поправила халат и встала. Провела рукой по своим волосам, заправляя их за уши. Посмотрела на меня. Улыбнулась снова. Так просто, как будто ничего не случилось.

— Ну что, — сказала она. — Пойдём чай пить? Пирог остыл.

Я стоял голый по пояс, пытаясь отдышаться. Смотрел на неё и не мог поверить, что это случилось.

— А стиралка? — спросил я хрипло, не найдя ничего лучше.

Она посмотрела на машинку. Дисплей мигал. Ошибка 5.

— Ай, ерунда, — махнула она рукой. — Завтра мастера вызову. Пойдём.

Я натянул майку, подтянул штаны и вышел за ней на кухню. Она разливала чай, разрезала пирог. Делала всё, улыбалась, так будто совсем не она только что стонала под членом зятя, как шлюха, требуя ебать её сильней и глубже. В свете кухонной лампы её лицо казалось мягче, морщинки — не такими заметными. Она была неотразима, и мне хотелось её снова, а потом ещё раз и так каждый день.

— Наташке не говори, — сказал я.

— Конечно, — ответила она. — Я же не дура.

Мы пили чай, ели пирог. Разговаривали о погоде, как ни в чём не бывало. И только когда я уходил, она обняла меня на прощание. Крепче, чем обычно. И шепнула в ухо:

— Приезжай ещё. Стиралка-то сломалась.

Я закрыл дверь. Спустился в машину. Набрал Наташку.

— Ну что? — спросила она.

— Ну, знатно поебался, с машинкой... Но ничего не вышло, серьёзная поломка. Мастер нужен.

— Жалко, — вздохнула жена. — Ну ладно, приезжай. Я соскучилась.

— И я, — ответил я, отбивая звонок.

Ох и семейка, как мне, оказывается, повезло. По голосу жены было понятно, что дома меня ждёт вознаграждение. Надо только в душ сходить, а то я весь пропах духами тещи. Духами и всем, что вылилось на меня из её киски.
______________

Приглашаю в свой закрытый ТГ канал: https://t.me/+mdGnxzwdoI5lZTY6. Там голосуем за лучшие форматы, выбираем какие рассказы продолжать в ближайшее время.