Самолёт мягко коснулся полосы, и по салону прокатилась волна облегчённых выдохов. Алексей потянулся в кресле, разминая затёкшую шею, и покосился на жену. Анна сидела у иллюминатора — идеально прямая спина, скрещённые длинные ноги, тёмные волосы собраны в низкий пучок. Даже после трёхчасового перелёта она выглядела так, будто сошла с обложки делового журнала. Облегающее серое платье подчёркивало каждый изгиб её поджарого тела, и Алексей поймал себя на мысли, что пялится на её грудь, как подросток.

— Любуешься? — Анна перехватила его взгляд и улыбнулась уголком губ.

— Всегда, — он накрыл её ладонь своей. — Две недели. Две недели только ты, я и этот город. Я уже счастлив.

Анна промолчала, но в её тёмных глазах мелькнуло что-то, чего Алексей не смог расшифровать. Предвкушение. Или расчёт. Или и то, и другое сразу.

***

Схипхол встретил их серым небом, запахом кофе и гулом сотен шагов по полированному полу. Алексей толкал тележку с чемоданами, Анна шла чуть впереди — уверенная походка от бедра, каблуки выбивают чёткий ритм. Мужчины в аэропорту оборачивались. Анна этого словно не замечала, но Алексей знал: она всё фиксирует. Она всегда всё фиксирует.

— Такси уже ждёт, — бросила она через плечо. — Я заказала бизнес-класс. Хочу, чтобы мы въехали в этот город красиво.

— Да, госпожа, — пошутил Алексей.

Анна резко остановилась и обернулась. Её взгляд на секунду стал серьёзным.

— Не называй меня так. Пока что.

И пошла дальше, оставив его в лёгком недоумении. «Пока что»? Это что за оговорка?

***

В такси пахло дорогой кожей и каким-то пряным освежителем. Водитель — пожилой голландец с седыми усами — молча вёл машину, изредка бросая взгляд в зеркало заднего вида. Анна села вплотную к Алексею, её бедро прижалось к его бедру, грудь упруго касалась его плеча. Она положила руку ему на колено и медленно, едва ощутимо, двинула ладонь вверх по внутренней стороне бедра.

— Наконец-то мы одни, — прошептала она ему на ухо, обжигая дыханием кожу. — Две недели только ты и я… и этот город, который не спит ночами.

— Главное, чтобы ты не затащила меня в какой-нибудь притон, — хмыкнул Алексей, пытаясь контролировать реакцию тела на её пальцы.

Анна тихо засмеялась. Её ладонь остановилась в опасной близости от его паха.

— А что, боишься? — она легонько сжала его бедро. — Или, наоборот, надеешься?

Она смотрела на него своими огромными тёмными глазами — невинно и порочно одновременно. Алексей почувствовал, как член начинает твердеть под её пальцами.

— Ты сегодня какая-то особенно… голодная, — выдохнул он.

— О, ты даже не представляешь насколько, — Анна приблизила губы к его уху и зашептала так тихо, что даже водитель не услышал бы: — Я хочу трахнуть тебя, как только мы закроем дверь номера. Хочу взять всё под контроль. Хочу, чтобы ты кончил так громко, что соседи вызовут полицию. Хочу… — она чуть прикусила мочку его уха, — …чтобы ты был моим. Полностью.

Алексей сглотнул. Член уже откровенно упирался в брюки. Анна это почувствовала и удовлетворённо хмыкнула.

— Вот так-то лучше, — она отстранилась и посмотрела в окно, где проплывали каналы, старинные фасады и бесконечные велосипедисты. — Смотри, Амстердам. Наш Амстердам.

***

Отель оказался именно таким, как обещали фото на сайте: небольшой бутик-отель на набережной канала, фасад из красного кирпича, увитый плющом, огромные окна с видом на воду. Их номер располагался на третьем этаже — просторная комната с высокими потолками, огромная кровать с белоснежным бельём, абстрактные картины на стенах и огромное зеркало напротив кровати. Во всю стену.

Анна бросила сумочку на кресло и медленно подошла к зеркалу. Встала, разглядывая своё отражение, потом перевела взгляд на Алексея через зеркальную гладь.

— Раздень меня, — произнесла она тихо и властно. — Медленно.

Алексей приблизился. Он чувствовал, как воздух между ними сгущается, становится почти осязаемым. Он положил руки ей на талию, развернул к себе лицом. Потянул молнию на спине вниз — медленно, зубчик за зубчиком. Платье соскользнуло с плеч, обнажая ключицы, кружевной бюстгальтер, плоский живот. Анна смотрела ему прямо в глаза, не мигая.

— Дальше, — скомандовала она.

Он стянул платье до бёдер, опустился на корточки, помогая ей выйти из него. Теперь она стояла перед ним в одном белье и туфлях — высокая, стройная, с идеальной грудью и длинными ногами, которые, казалось, никогда не заканчиваются. От неё пахло каким-то дорогим цитрусовым парфюмом и возбуждением.

— На колени, — тихо приказала Анна.

Алексей опустился на колени перед ней. Сердце колотилось где-то в горле. Анна завела руки за спину и сама расстегнула бюстгальтер, бросила его в сторону. Её соски уже набухли и затвердели — два тёмных камушка на бледной коже.

— Сними с меня трусики, — она повернулась к нему спиной, глядя в зеркало. — Зубами.

Алексей наклонился, захватил зубами резинку кружевных трусиков и медленно потянул вниз. Ткань скользнула по бёдрам, открывая аккуратные ягодицы, гладкую кожу. Анна наблюдала за процессом в зеркале, и её губы растянулись в довольной, почти хищной улыбке. Когда трусики упали на пол, она наступила на них ногой и отбросила в сторону.

— Ты сегодня доминируешь? — спросил Алексей, его голос прозвучал хрипло.

— А ты только сейчас заметил? — Анна повернулась, взяла его за подбородок и заставила поднять голову. — Я всегда доминирую. Просто сегодня ты будешь это осознавать. Каждую секунду.

***

Она толкнула его на кровать и оседлала, словно всадница, берущая барьер. Её мокрая киска прижалась к его члену через ткань брюк, и Алексей застонал от ощущения этого жара даже через преграду. Анна наклонилась, её тёмные волосы упали им на лица, словно занавес, отгораживая от всего мира.

— Ты чувствуешь, какая я мокрая? — прошептала она, двигая бёдрами вперёд-назад. — Я теку с самого аэропорта. Всё думала о том, как ты будешь во мне. Как я буду сверху. Как ты попытаешься взять контроль, а я не дам.

Она расстегнула его рубашку резкими движениями, почти рвала пуговицы. Затем принялась за ремень. Алексей попытался приподняться, но она толкнула его обратно ладонью в грудь.

— Лежать. Ты не двигаешься, пока я не разрешу. Понял?

— Да, — выдохнул он.

— «Да, госпожа», — поправила она, стаскивая с него брюки вместе с боксёрами. Его член вырвался на свободу — твёрдый, покрасневший, с каплей смазки на головке. Анна обхватила его рукой и медленно, мучительно медленно провела большим пальцем по уздечке.

— Боже, — Алексей зажмурился.

— Смотри на меня, — потребовала она. — Когда я делаю тебе приятно, ты смотришь мне в глаза. Всегда.

Он открыл глаза и встретил её взгляд — горящий, почти безумный от возбуждения. Анна приподнялась на коленях и одним движением опустилась на его член. Внутри было горячо, тесно и невероятно мокро. Она застонала — громко, не стесняясь, — и начала двигаться.

Сначала медленно. Раскачивая бёдрами, сжимая его внутри себя мышцами так, что Алексей каждый раз тихо охал. Её грудь покачивалась прямо перед его лицом, и он поймал губами один сосок, втянул в рот, провёл языком. Анна зарычала и ускорила темп.

— Вот так… да… соси мои сиськи, пока я трахаю тебя…

Её движения становились всё более рваными, жёсткими. Она прижала его запястья к кровати по обе стороны от головы и навалилась всем весом. Её киска хлюпала и чавкала, всасывая его член с влажными, непристойными звуками. Запах её возбуждения заполнил комнату — терпкий, мускусный, сводящий с ума.

— Представь, что за нами кто-то наблюдает, — прошептала она, замедляясь, когда почувствовала, что он близок. — Прямо сейчас. Стоит и смотрит, как я тебя ебу. Как ты лежишь подо мной, словно моя шлюшка.

Алексей застонал громче, и его бёдра дёрнулись навстречу.

— Тебе нравится эта мысль? — Анна остановилась совсем, оставив в себе только головку. — Скажи.

— Да… нравится.

— Что именно? — она слегка двинулась вниз, вбирая его чуть глубже, и снова замерла.

— Что кто-то смотрит… как ты… — он задыхался.

— Как я что? — Анна чуть улыбнулась, наслаждаясь его мучением.

— Как ты меня трахаешь… как я не могу ничего сделать…

— Умница, — она резко насадилась до самого основания и закричала — громко, сдавленно, с какой-то почти звериной интонацией. Её оргазм прокатился по телу судорогой, мышцы влагалища сжались в пульсирующем спазме, и Алексей почувствовал, как его член заливает горячей влагой. Анна кончала долго, с всхлипами, впиваясь ногтями в его грудь, оставляя красные полосы на коже.

Когда её тело обмякло, она перекатилась на спину, тяжело дыша, но через несколько секунд приподнялась на локтях.

— Ты ещё не кончил, — констатировала она, глядя на его всё ещё твёрдый, блестящий от её соков член.

— Нет, госпожа, — Алексей попробовал улыбнуться.

— Вставай, — Анна села на край кровати, широко раздвинув ноги, и поманила его пальцем. — Я хочу додрочить тебя. На себя. На мои сиськи.

Алексей встал перед ней. Анна взяла его член в обе руки — одна у основания, вторая обхватила ствол, — и начала двигать ладонями быстро, грубо, без нежности. Смазка хлюпала между её пальцев. Она смотрела ему прямо в глаза и говорила:

— Давай, кончай на меня. Залей мои сиськи. Покажи, какая я грязная шлюха от твоей спермы. Давай, Лёша… я хочу чувствовать, как ты пульсируешь… как твои яйца сжимаются… Дай мне всё, до капли.

— А-а-а, бля-я-я! — Алексей кончил с рыком, который вырвался откуда-то из глубины живота. Сперма выстрелила длинной белой струёй, заливая её грудь, живот, соски. Вторая струя — короче, но гуще — потекла по её пальцам. Он стоял, сжимая простыню в кулаке, и дрожал, пока последние капли стекали по её коже.

Анна медленно, демонстративно облизала пальцы, испачканные его семенем.

— М-м-м, — промурлыкала она. — Обожаю твой вкус. А теперь иди сюда, обниму.

***

Позже, когда они лежали на смятых простынях, всё ещё влажные от пота, Анна положила голову ему на грудь и начала медленно водить пальцем по его животу. Круги становились всё шире, ниже, пока её ноготки не коснулись мошонки. Алексей чуть напрягся, но не отстранился.

— Тебе ведь нравится, когда я немного… контролирую? — прошептала Анна. Её пальцы спустились ниже, к промежности. — Когда мои пальчики заходят чуть глубже?

Она легонько надавила на точку за яичками, и Алексей издал сдавленный стон — смесь удовольствия и напряжения.

— Нравится, — признался он. — Но… не больше двух. Ты знаешь.

— Знаю, — Анна поцеловала его в плечо. Её средний палец мягко прочертил линию вверх по его промежности и замер на сжатом анусе. Она не надавливала, просто держала подушечку пальца на этой пульсирующей точке. — А если я захочу больше? Если я захочу увидеть, как ты полностью сдаёшься? Как ты открываешься для меня целиком?

— Анна… — в его голосе послышалось предупреждение. Или страх. Или возбуждение. Он сам не знал.

— Ш-ш-ш, — она приложила палец к его губам. — Не сегодня. Не сейчас. Но скоро.

Её пальчик всё ещё лежал на его анусе, слегка вибрируя от напряжения. Алексей не отталкивал её руку. Он замер, боясь спугнуть этот момент — и боясь того, что она скажет дальше.

— Я нашла одно место, — Анна заговорила тихо, почти шёпотом, её дыхание щекотало его кожу. — Очень особенное. Закрытый клуб. Для пар. Для тех, кто хочет попробовать… больше.

Она приподнялась на локте и заглянула ему в глаза. В полумраке номера её зрачки были огромными, почти чёрными.

— Там безопасно. Там никто не сделает того, чего ты не захочешь. Но я хочу, чтобы мы туда сходили. Я хочу увидеть тебя в этом контексте. Хочу увидеть твои глаза, когда ты переступишь через свои «не больше двух». Хочу увидеть, как ты становишься по-настоящему моим.

Алексей молчал. Его член, вопреки всем правилам физиологии, уже снова начал наливаться кровью — и Анна это заметила. Она улыбнулась и легонько надавила пальцем.

— Твоё тело уже ответило «да», — она поцеловала его в губы, на этот раз глубоко, влажно, проталкивая язык ему в рот. — Осталось дождаться, когда ответит голова. Думай об этом, пока мы гуляем по городу. А теперь спи.

Она повернулась на другой бок и через несколько минут уже дышала ровно, словно ничего сверхъестественного не произошло. Алексей лежал без сна, глядя в потолок, и чувствовал, как между ног всё ещё пульсирует от её прикосновений. А где-то на границе сознания уже пускало корни то самое предчувствие, которое посетило его в аэропорту: она что-то задумала. Что-то большое. Что-то, что перевернёт их жизнь.

За окном Амстердам мерцал оранжевыми огнями. Ветер гнал рябь по тёмной воде канала. И город, который не спит ночами, ждал их.

***

Солнце пробивалось сквозь тонкие шторы, рисуя золотые полосы на смятых простынях. Алексей проснулся первым — на несколько секунд раньше, чем её пальцы нашли его утренний стояк под одеялом.

— Доброе утро, — прошептала Анна, не открывая глаз. Её ладонь медленно скользнула по стволу, большой палец обвёл головку. — Ты всегда такой твёрдый по утрам. Я скучала по этому.

— Ты спала в тридцати сантиметрах от меня, — хмыкнул Алексей, но дыхание уже сбилось.

— Этого недостаточно, — она наконец открыла глаза и перекатилась на него сверху — одним текучим движением, словно кошка. Её голая грудь прижалась к его груди, тёплое бедро раздвинуло его ноги. — Я хочу начать этот день правильно.

Она приподнялась на коленях и медленно, мучительно медленно опустилась на его член. Без прелюдий, без подготовки — внутри было всё ещё влажно после вчерашнего, и она вошла легко, с тихим влажным чмоканьем. Анна застонала и начала двигаться — не быстро, не агрессивно, а плавно, как волна, накатывающая на берег.

— Вчера ты так сладко стонал, — прошептала она, наклоняясь к его уху, пока её бёдра выписывали медленные круги, — когда мой пальчик был в тебе. Я всю ночь думала об этом. Представь, что будет, если мы зайдём чуть дальше.

— Анна, мы же договаривались… — начал он, но она прижала палец к его губам и одновременно сжала его внутри себя — сильно, прицельно.

— Я знаю. Но разве тебе не хочется иногда просто отпустить контроль? Хотя бы раз в жизни почувствовать, каково это — сдаться?

Она ускорилась. Теперь она скакала на нём по-настоящему — с влажными шлепками, с хлюпаньем её мокрой киски, с её прерывистым дыханием. Грудь подпрыгивала перед его лицом, и он поймал губами сосок, втянул в рот. Анна вскрикнула и сжалась вокруг него — почти до боли.

— Вот так… да… но не кончай, — она вдруг остановилась и слезла с него, оставив член влажно блестеть в утреннем свете. — Я ещё не закончила разговор. Завтрак. Потом продолжим.

Они заказали завтрак в номер. Столик у окна с видом на канал: свежие круассаны, фрукты, кофе. Анна сидела напротив в коротком шёлковом халате, который при каждом движении распахивался ровно настолько, чтобы Алексей видел: под ним ничего нет. Она ела клубнику, обмакивая её в сливки, и смотрела на него своими тёмными, слишком умными глазами.

— Ты напряжён, — заметила она, облизывая пальцы. — Расслабься. Мы просто поговорим.

— После такого утра «просто поговорить» звучит угрожающе, — Алексей отпил кофе.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — Анна отодвинула тарелку и взяла планшет. — Я хочу тебе кое-что показать. Место, которое я нашла.

Она развернула планшет к нему. На экране — тёмный, минималистичный сайт с золотым логотипом: «Velvet Veil». Никаких фотографий, только текст. «Закрытое заведение для пар. Только по приглашениям. Для тех, кто ищет глубину, а не декорации».

— Это не обычный свингерский клуб, — Анна провела пальцем по экрану, перелистывая страницы. — Это закрытое место для пар, которые хотят настоящих эмоций. Только по приглашениям. Полная конфиденциальность. Там есть отдельные комнаты, есть зеркала, через которые можно наблюдать за партнёром… или чтобы партнёр наблюдал за тобой.

— И что там делают? Групповуха? БДСМ? — Алексей откинулся на стуле, скрестив руки на груди.

— Можно смотреть, можно участвовать. Можно делать что угодно в рамках ССК — ты знаешь, что это такое?

— Согласованная сексуальная коммуникация, — пробормотал Алексей. — Ты меня уже просвещала.

— Умница, — Анна улыбнулась, явно довольная. — Там безопасно. Там ничего не происходит без твоего прямого согласия. Ничего, что мы не сможем остановить в любой момент. Стоп-слово — и всё прекращается.

— Ты так уверена, что я соглашусь, — он покачал головой. — С чего ты взяла?

Вместо ответа Анна встала, обошла стол и медленно опустилась к нему на колени. Раздвинула полы его халата, провела ногтями по бёдрам. Её ладонь легла на его всё ещё полувозбуждённый член и мягко сжала.

— Я так сильно этого хочу, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза, пока её пальцы медленно двигались вверх-вниз по стволу. — Хочу увидеть тебя в ситуации, где ты не можешь всё контролировать. Хочу, чтобы ты увидел меня такой, какой я бываю только в самых смелых фантазиях.

— А если мне не понравится?

Анна наклонилась и поцеловала его — глубоко, влажно, проталкивая язык между губ. Её рука продолжала дрочить его член, теперь быстрее, жёстче. Она оторвалась от поцелуя и зашептала ему прямо в губы:

— Тогда мы сразу уйдём. Но я знаю тебя. Ты возбудишься. Ты всегда возбуждался, когда я рассказывала, как меня хотят другие мужчины… или когда я играла с твоей попкой.

Она провела пальцем по его промежности, легонько надавила. Алексей дёрнулся, но не отстранился. Член в её руке стал каменно-твёрдым.

— Вот видишь, — Анна победно улыбнулась, — твоё тело уже хочет. Осталось убедить голову.

Она снова поцеловала его и одновременно взяла его руку, поднесла к своей промежности. Без трусиков, как он и предполагал. Мокрая, горячая, пульсирующая. Анна сама ввела два его пальца в себя и застонала ему в рот.

— Чувствуешь? — прошептала она, отрываясь от губ. — Чувствуешь, какая я мокрая только от мысли об этом? Представь — я, ты, и место, где мы можем всё. Где никто нас не знает. Где мы можем стать кем угодно. Это наш отпуск. Мы в Амстердаме. Когда ещё у нас будет такой шанс полностью отпустить тормоза?

Она взяла его за запястье и заставила двигать пальцами внутри себя — быстрее, глубже. Её бёдра начали подрагивать. Глаза закатились. Она стонала громко, не стесняясь, и её киска хлюпала вокруг его пальцев.

— Скажи «да», — выдохнула она, насаживаясь на его руку. — Скажи «да», и я кончу на твои пальцы… прямо сейчас…

Алексей молчал, но его пальцы сами собой ускорились, загибаясь внутри неё, находя ту самую точку. Анна вскрикнула и сжалась вокруг его руки в оргазме — быстро, сильно, с дрожью в бёдрах.

— Хороший мальчик, — прошептала она, когда спазмы отпустили. — Значит, мы идём.

— Я не сказал «да», — выдохнул Алексей.

— Ты и не сказал «нет», — Анна слезла с его колен и потянула его за руку к кровати. — А теперь иди сюда. Я хочу, чтобы ты вылизал меня. И пока ты будешь там, я расскажу тебе подробности.

Она легла на кровать, широко раздвинув ноги, и похлопала ладонью по простыне между своих бёдер.

— Лицом сюда. Языком в меня. И слушай внимательно.

Алексей забрался на кровать, лёг на живот и приблизил лицо к её промежности. От неё пахло мускусом и сексом, её половые губы раскрылись, блестя от смазки и его слюны. Он провёл языком снизу вверх, собирая её вкус — солёно-терпкий, пьянящий.

— М-м-м… да… — Анна положила ладонь ему на затылок и прижала крепче. — Теперь слушай. Там будут люди. Опытные доминанты. Они знают, как обращаться с такими, как мы. С такими, как ты.

Он провёл языком вокруг клитора, и она вздрогнула.

— Я хочу увидеть тебя на коленях перед кем-то, — продолжила Анна, её голос стал ниже, интимнее, почти хриплым. — Хочу увидеть, как ты открываешь рот для чужого члена. Хотя бы раз. Хотя бы попробовать. Ты ведь сделаешь это для меня?

Алексей застонал в её киску, и вибрация прошла через её клитор. Анна выгнулась навстречу.

— Бля-я-я… да… так… — её пальцы вцепились в его волосы. — А потом… потом я хочу трахнуть тебя по-настоящему. Не пальчиками. Не «не больше двух». Я хочу надеть страпон — большой, толстый, — и войти в тебя полностью. Чтобы ты стонал подо мной, как шлюшка. Чтобы ты принял меня целиком. Чтобы я трахала твою попку.

Она тянула его за волосы, вдалбливаясь киской в его рот, пока говорила. Алексей не мог ответить — его язык был глубоко внутри неё, челюсть болела, но член стоял так, что, казалось, готов был порвать простыню.

— Я хочу увидеть твои глаза, когда ты кончишь от того, что кто-то имеет меня в задницу, — Анна уже почти кричала, её бёдра тряслись на грани оргазма. — Хочу, чтобы ты смотрел, как мой рот набивают членом, пока твою задницу расширяют пробкой. Хочу, чтобы мы оба стали грязными, использованными шлюхами — вместе. Ты и я. Муж и жена. Семейная пара дырок.

Она дёрнулась в последний раз и кончила — бурно, с криком, заливая его лицо. Её соки текли по его подбородку, по щекам. Алексей продолжал лизать, пока она не оттолкнула его голову — слишком чувствительно.

Она лежала, раскинувшись, тяжело дыша, с блестящим от пота лицом. Потом приподнялась на локтях и посмотрела на него — мокрого, со стоящим членом и красными губами.

— Ладно, — выдохнул Алексей. — Но только смотрим и лёгкие игры. Никакого анала для меня. Обещаешь?

Анна улыбнулась — той самой улыбкой, которую он не мог до конца прочитать. Слишком широкая. Слишком голодная. Слишком победная.

— Посмотрим, — она наклонилась и поцеловала его в лоб, слизывая каплю собственной влаги с его брови. — Мы просто посмотрим, что там. А дальше — как пойдёт.

Внутри, в той части сознания, которую она никогда не показывала мужу, Анна уже знала: он не просто посмотрит. Он встанет на колени. Он откроет рот. Он раздвинет ноги. И она будет там, чтобы увидеть каждую секунду.

Она встала с кровати, потянулась — обнажённая, влажная, довольная — и направилась в ванную. На пороге обернулась.

— Сегодня вечером. Я уже написала им. Нас ждут. А сейчас иди выбирай костюм. Хочу, чтобы ты выглядел как настоящий мужчина… — она сделала паузу, и её голос упал до шёпота, — …перед тем, как тебя им сделают.

Алексей остался сидеть на кровати, глядя на закрытую дверь ванной. Сердце колотилось. Член всё ещё болезненно пульсировал. Где-то внутри боролись ужас и возбуждение, и он не мог сказать, которое из них сильнее. Он посмотрел на планшет, всё ещё лежащий на столе. Логотип «Velvet Veil» мерцал на тёмном фоне, словно приглашение в бездну.

Он встал, подошёл к окну. По каналу скользила лодка, на мосту целовалась парочка, где-то звенел велосипедный звонок. Обычный амстердамский день. И только в этой комнате воздух сгустился до состояния перед грозой.

— Костюм, — пробормотал он себе под нос. — Она сказала выбрать костюм.

И пошёл к чемодану, понимая, что обратной дороги уже нет.

***

Чемодан щёлкнул замками. Анна выпрямилась и бросила на кровать два комплекта одежды — свой и его. Алексей стоял у окна, глядя на закат над каналом. Оранжевое солнце тонуло в чёрной воде, и город зажигал первые огни. Где-то вдалеке звенел трамвай.

— Надень это, — Анна протянула ему тёмно-серый костюм, белую рубашку без галстука. — Будешь выглядеть как мой личный банкир. Которого я собираюсь разорить.

Алексей усмехнулся, принимая вещи.

— А ты?

— Смотри.

Она сбросила халат и осталась перед ним обнажённой — высокая, стройная, с острыми ключицами и маленькой родинкой под левой грудью. Не торопясь, она надела чёрное кружевное боди, которое больше открывало, чем скрывало. Затем — узкое платье из матового чёрного шёлка. Глубокий вырез спереди спускался почти до солнечного сплетения, открывая внутренние стороны грудей. Разрез на бедре заканчивался где-то у талии. Анна покрутилась перед зеркалом, оценивая вид сзади — платье обтягивало ягодицы как вторая кожа.

— Как я выгляжу? — она обернулась через плечо. — Достаточно шлюховато для первого раза?

Алексей замер с рубашкой в руках. Слова застряли в горле.

— Ты выглядишь… опасно.

— Хорошо, — Анна подошла вплотную, её грудь коснулась его обнажённой груди. Соски проступили сквозь тонкую ткань. — Потому что сегодня я хочу быть именно такой.

Она взяла его руку и положила себе на бедро, туда, где заканчивался разрез. Под платьем не было ничего — только горячая, гладкая кожа. Алексей провёл ладонью вверх, и Анна чуть раздвинула ноги, позволяя его пальцам коснуться влажных складок.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, — прошептала она. — Туда. На удачу.

Алексей опустился на колени. Задрал край её платья, открывая аккуратно выбритую киску, уже блестящую от смазки. Запах её возбуждения ударил в ноздри — густой, мускусный, родной и одновременно чужой в этом новом контексте. Он прижался губами к её половым губам, провёл языком по всей длине — от ануса до клитора. Анна застонала, схватившись за его плечи.

— Достаточно, — она отстранила его через минуту, тяжело дыша. — Иначе мы опоздаем. Или вообще никуда не пойдём. А я очень хочу туда пойти.

Она поправила платье, одёрнула подол и бросила последний взгляд в зеркало.

— Идём. Такси уже ждёт.

В машине было темно и пахло кожей. Анна села вплотную, её бедро прижалось к его бедру. За окном проплывал вечерний Амстердам — огни витрин, толпы туристов, звон велосипедных звонков. Где-то в районе Red Light District уже зажигались красные фонари, и в окнах появлялись первые девушки в белье.

Анна положила руку ему на колено. Медленно, дразняще, двинула ладонь вверх.

— Ты нервничаешь? — её голос звучал тихо и интимно, словно они были не в такси, а в собственной спальне.

— Конечно нервничаю, — Алексей смотрел в окно, стараясь контролировать дыхание. Её пальцы уже добрались до внутренней стороны бедра. — Мы даже не знаем точно, что там будет.

— Будет то, что мы захотим, — Анна расстегнула его брюки одним ловким движением и просунула руку внутрь. Её прохладные пальцы обхватили уже твердеющий член. — Но я хочу, чтобы ты отпустил себя. Хотя бы на один вечер. Представь, что никто не знает нас. Можно быть кем угодно.

Она начала двигать ладонью — медленно, мучительно медленно, едва касаясь. Большой палец обводил головку по кругу, собирая выступившую смазку. Алексей вцепился в сиденье.

— Анна… здесь же водитель…

— Ему плевать, — она кивнула на зеркало заднего вида. Водитель — пожилой голландец с каменным лицом — смотрел строго на дорогу. — Он видел и похуже, поверь. Амстердам вообще многое видел.

Она ускорила темп, её кулачок теперь плотно скользил по стволу. Алексей закусил губу, пытаясь не застонать.

— Если там начнётся что-то слишком жёсткое — мы сразу уходим, — выдохнул он, цепляясь за последние островки самоконтроля.

— Конечно, милый, — Анна улыбнулась и вдруг остановилась, отпустила его член совсем. Алексей тихо заскулил от разочарования. — Но я думаю, тебе понравится. Особенно когда ты увидишь, как на меня смотрят другие мужчины.

Она наклонилась к его уху, обжигая дыханием:

— А если я захочу, чтобы тебя немного потрогали? — её рука снова скользнула в его штаны, на этот раз пальцы обхватили мошонку, мягко перекатывая яички. — Или чтобы ты потрогал кого-то?

Алексей молчал. Его член дёргался в её ладони, предательски отвечая за него.

— Я уже мокрая насквозь, — продолжила Анна шёпотом, её язык скользнул по краю его уха. — Всю дорогу думаю о том, как ты сегодня встанешь на колени. Как большой чужой член упрётся тебе в губы. Как ты откроешь рот и примешь его.

— Анна…

— Представь, Лёша, — её ладонь снова задвигалась по его стволу, теперь быстрее, жёстче. — Представь, как толстая красная головка раздвигает твои губы. Как ты давишься, а слюни текут по подбородку. Как я смотрю на это и ласкаю себя.

Он кончил. Резко, неожиданно для самого себя. Сперма залила её пальцы, брызнула на брюки, на сиденье. Он застонал сквозь зубы, сжимая её бедро до синяков. Тело билось в коротких судорогах.

Анна медленно вытащила руку, посмотрела на свои блестящие пальцы и облизала их один за другим.

— Хороший мальчик, — прошептала она. — Размялся перед главным. Но учти — это был последний раз, когда ты кончаешь без разрешения. Дальше всё будет иначе.

Она достала из сумочки влажные салфетки и привела в порядок его брюки. Такси замедлило ход.

— Приехали, — объявил водитель на ломаном английском, по-прежнему не оборачиваясь.

Здание выглядело непримечательно. Старый кирпичный фасад, узкие окна с тёмными стёклами, массивная дубовая дверь без вывески. Только маленькая золотая табличка с гравировкой «VV» и крошечный глазок камеры над звонком. Если бы Анна не знала адрес заранее, они бы прошли мимо, даже не заметив.

Она нажала кнопку звонка. Через несколько секунд замок щёлкнул, и дверь открылась внутрь. За ней стояла высокая женщина в строгом чёрном костюме — хостес. Ей было около сорока, светлые волосы собраны в тугой пучок, на лице — профессиональная полуулыбка.

— Добрый вечер, — произнесла она по-английски с лёгким акцентом. — Ваши имена?

— Анна и Алексей, — ответила Анна, протягивая две чёрные карточки, которые она получила по почте за неделю до поездки.

Хостес провела карточками по сканеру, сверилась с планшетом и кивнула.

— Всё верно. Прошу за мной.

Они вошли в небольшой холл, отделанный тёмным деревом и бархатом. Приглушённый свет, запах сандала, где-то далеко играла спокойная электронная музыка. Хостес проводила их в отдельную комнату для регистрации — небольшую, с кожаным диваном и столиком, на котором лежали два планшета.

— Прежде чем вы пройдёте дальше, — заговорила хостес, — несколько формальностей. Подпишите соглашение о конфиденциальности. Всё, что происходит внутри этих стен, остаётся здесь. Никаких телефонов, никаких фото, никаких записей. Ваши устройства нужно сдать.

Она указала на металлический шкафчик с ячейками. Анна первая вытащила телефон из сумочки и положила в ячейку. Алексей, поколебавшись секунду, последовал её примеру.

— Теперь общая информация, — продолжила хостес, пока они подписывали документы на планшетах. — Добро пожаловать в Velvet Veil. Здесь вы можете наблюдать, участвовать или разделиться для индивидуального опыта. Всё по взаимному согласию. Слово «стоп» — красный сигнал. Вас услышат в любой комнате. Персонал следит за безопасностью удалённо.

— Разделиться? — Алексей повернулся к Анне. Его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Ты об этом не говорила.

— Это просто опция, — Анна сжала его руку, её пальцы были горячими и спокойными. — Если захотим — попробуем. Если нет — будем вместе. Доверься мне.

Хостес выдержала паузу, убедилась, что вопрос исчерпан, и продолжила:

— Клубная одежда по желанию. Вас могут попросить снять обувь или верхнюю одежду в некоторых зонах. Бар и лаунж — общие. Игровые комнаты — за бронированной стеклянной перегородкой. Если вы решите разделиться, вас проводят в разные помещения. Это распространённая практика для пар, которые хотят исследовать границы.

Она снова улыбнулась — на этот раз чуть теплее.

— Вопросы?

Вопросов не было. Только сумасшедший стук сердца где-то в горле.

— Тогда прошу за мной.

Они прошли через вторую дверь — массивную, обитую звукоизолирующей тканью, — и оказались в главном зале. Первое, что бросилось в глаза — полумрак. Второе — запахи. Дорогой алкоголь, кожа, чей-то мускусный парфюм и что-то ещё, едва уловимое: запах возбуждённых тел, спрятанный под ароматическими свечами. Третье — музыка. Низкие басы вибрировали где-то в груди, ритм был медленным, тягучим, словно сердцебиение огромного зверя.

Основное пространство представляло собой лаунж-зону: бархатные диваны, низкие столики, бар с подсветкой цвета янтаря. Люди — около двадцати человек — сидели небольшими группами, разговаривали, пили. Некоторые были в вечерних нарядах, как они. Другие — в более откровенной одежде. Одна женщина прошла мимо в латексном костюме, который блестел в полумраке. Её вёл на поводке мужчина — голый по пояс, в кожаных штанах и ошейнике.

Алексей сглотнул.

— Расслабься, — Анна прижалась к нему, её грудь упруго легла на его локоть. — Посмотри на меня.

Он посмотрел. Её глаза горели. Она не нервничала — она предвкушала. Анна взяла руку Алексея и положила себе на бедро — туда, где заканчивался разрез платья. Его пальцы коснулись горячей обнажённой кожи. Она была влажной. Она была мокрой уже сейчас.

— Я очень хочу попробовать, — Анна заговорила тихо, её голос вибрировал от сдерживаемого возбуждения. — Для меня это важно. Ты даже не представляешь, как важно.

— Мне некомфортно, — Алексей покачал головой. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то происходило без меня.

— А я хочу, чтобы с тобой происходило, — Анна подалась вперёд, её горячие губы почти касались его уха. Она зашептала — так тихо, что хостес не могла разобрать слов, но так, что у Алексея волосы на затылке встали дыбом. — Я хочу знать, что тебя трогают чужие руки. Хочу представить, как ты стоишь на коленях. Как тебя поставят на колени и засунут толстый член в рот. Как твои губы растянутся вокруг чужой плоти. Как ты будешь давиться и пускать слюни.

Её рука скользнула вверх по его бедру и легла на пах. Через ткань брюк она нащупала его член — уже твёрдый, уже пульсирующий. Она сжала его сквозь ткань и продолжила шёпотом:

— Я хочу, чтобы тебя оттрахали в жопу, пока я буду смотреть. Твоя попка наконец-то станет настоящей дырой. Настоящей, Лёша. Не для моих двух пальчиков, а для большого, толстого члена. Или страпона. Или и того, и другого сразу.

— Анна… — он попытался отстраниться, но её рука держала его член крепко, как в тисках.

— Ты уже твёрдый, — она легонько двинула ладонью вверх-вниз, заставляя его застонать сквозь зубы. — Значит, хочешь этого. Твоё тело уже всё решило. Осталось только, чтобы голова догнала. Я уже давно об этом фантазирую. Я довожу себя до оргазма этой картинкой уже полгода. — Она взяла его лицо в ладони. — Сегодня я хочу увидеть это вживую. Ты сделаешь это для меня?

Алексей не успел ответить. К ним подошла хостес — та же женщина, что встречала их у входа.

— Ваши комнаты готовы, — произнесла она. — Вы решили, будете вместе или раздельно?

Анна посмотрела на Алексея. В её взгляде читался вопрос, но ответ она уже знала.

— Раздельно, — сказала она твёрдо, не отводя глаз от мужа. — Мы попробуем раздельно.

Хостес кивнула и жестом подозвала двух ассистентов — мужчину и женщину в чёрной униформе.

— Тогда следуйте за мной, — сказала женщина-ассистент Алексею.

— А вы — за мной, — мужчина повернулся к Анне.

Они стояли друг напротив друга в коридоре перед расхождением. Анна взяла его лицо в ладони и поцеловала — глубоко, влажно, проталкивая язык глубоко в рот. Он чувствовал её вкус, её жар, её дрожь — теперь она тоже дрожала, но не от страха.

Она оторвалась от его губ и посмотрела прямо в глаза. Зрачки — огромные, чёрные дыры, в которые он падал.

— Что бы ни происходило сегодня — я тебя люблю, — произнесла она медленно и чётко. — И очень-очень хочу увидеть, как ты ломаешься.

— Что ты имеешь в виду?

Она улыбнулась. Её рука скользнула вниз, погладила его пах через брюки — нежно, почти по-матерински.

— Скоро поймёшь. — Её пальцы легонько сжали его член, потом отпустили. — Смотри в зеркало.

Она повернулась и пошла по своему коридору — высокая, прямая, с плавной походкой от бедра. Шёлк платья струился по её телу как тёмная вода. Мужчина-ассистент открыл перед ней дверь, и она исчезла внутри.

— Прошу за мной, сэр, — голос женщины-ассистента вывел Алексея из оцепенения. — Ваша комната здесь.

Он пошёл за ней на ватных ногах. Сердце колотилось где-то в горле. Член стоял колом, несмотря на недавний оргазм в такси — или благодаря ему. В голове крутилась одна фраза: «Смотри в зеркало». Что, чёрт возьми, это значит?

Он вошёл в комнату, и дверь закрылась за ним с мягким, окончательным щелчком.

Комната была небольшой, но роскошной. Стены обиты тёмно-бордовым бархатом, на полу — мягкий ковёр. В центре стояло большое кожаное кресло с подлокотниками и отверстием для лица — гинекологическое, понял Алексей с холодком в животе. Рядом — стойка с инструментами, но он не успел рассмотреть детали.

Его внимание приковала стена напротив входа. Она была полностью зеркальной — от пола до потолка. Тёмное стекло, в котором он видел собственное отражение: растрёпанный, с расширенными зрачками, в расстёгнутой рубашке.

— Раздевайтесь, пожалуйста, — произнесла ассистент. — Оставьте одежду в корзине у двери. Когда будете готовы, сядьте в кресло. Госпожа Маргарет и Господин Виктор скоро присоединятся к вам.

Она вышла. Алексей остался один перед зеркалом. Его отражение смотрело на него с ужасом и возбуждением. Где-то за этим стеклом была Анна. Он не видел её, но чувствовал каждой клеткой тела.

— Смотри в зеркало, — прошептал он её голосом в своей голове.

Он расстегнул рубашку и бросил её в корзину. За ней последовали брюки, боксёры, носки. Обнажённый, дрожащий, с твёрдым как камень членом, он сел в кресло лицом к зеркалу. Холодная кожа коснулась ягодиц. Он смотрел в тёмное стекло и ждал.

За стеклом что-то двигалось. Или ему показалось?

Продолжение следует...

!!!

Пожалуйста, поддержите меня через бусти: https://boosty.to/bw_story

Новые части серии рассказов и другие рассказы будут выходить там раньше, чем здесь. Кроме того там будут публиковаться эксклюзивные части, которых нет на сайте. Надеюсь они вам тоже понравятся! :)

***

Подписывайтесь! https://boosty.to/bw_story

Донаты приветствуются! ;) Ваша поддержка очень важна для меня!