– Тимур, я...

– Я еще раз тебя спрашиваю. Ты хочешь все прекратить?

– Нет, я... Ни в коем случае...

– Тогда почему ты пытаешься меня наебать?

– Я...

– Я задал вопрос, Света.

– Я...

– Ну, быстрее, соображай!

– Я не знаю, что мне ответить.

Мысли судорожно метались в голове девушки. В чем она его обманула? Обманывала ли она его вообще? Или это очередная проверка? Или просто манипуляция, чтобы пошатнуть и без того шаткое психическое состояние наивной девушки?

– Ты ведь не одна выполняла второе испытание?

– Я... – опасения подтвердились, и Свету словно окатило ледяной водой. – Я... Нет.

– С Таней? Ты была с Таней?

Света, прижимая телефон плечом к щеке, замерла, и нарезаемая головка лука, планируемого в салат, выскользнула из ее рук.

– Да, – тяжело вздохнула она.

– Ну и вот что мне с тобой делать? Я ведь предупреждал тебя, я ведь не так много условий тебе поставил, но ты и их решила нахуй послать, да? Если тебе так похуй на нашу игру, чего ты вообще решила играть? М?

– Извини... – Света почувствовала противный ком в горле. – Я... Я испугалась.

– Так смысл этих заданий, что я тебе даю, как раз в том, чтобы ты перестала бояться, дурочка. Головкой своей думать когда начнешь? Или она у тебя для чего? Я ведь тебе ясно дал понять с самого начала, что такая, какая ты сейчас, ты меня не привлекаешь. Я согласен вступать в какое-то подобие отношений с девушками, Света, смелее. Решительней. А не с теми, кто будет сопли жевать от того, что у них край купальника на пляже сдвинется и сосок обнажится.

– Я понимаю.

– Закрой ебальник и слушай, когда я говорю.

Света хотела было еще раз по привычке поддакнуть, но тут же одернула себя. Каждое оскорбление, сказанное Тимуром в ее адрес расширял горький ком в горле, глаза уже начинали слезиться, и девушка была рада, что он ее не видит в данный момент. Хотя, может, ему бы это понравилось.

– Вообще прими за правило, что когда с тобой говорит мужчина, ты свой ротик закрываешь и внимательно слушаешь, чтобы ему не пришлось повторять. Моя девушка должна быть именно такой, одно одно из важнейших аспектов. Поняла? Теперь можешь ответить.

– Поняла.

– Умничка. А теперь насчет твоего наеба. В принципе мне понравилось, что ты привлекла свою подругу к разврату, но сам факт обмана мне неприятен. Так что я могу дать тебе шанс на искупление. А теперь расскажи, какую роль во вчерашних приключениях заняла Таня?

– Таня... Она снимала меня. Мы пытались делать вид, что телефон стоит на скамейке, но Таня его держала.

– А зачем вообще ты взяла ее с собой?

– Мне страшно было делать это... Одной.

– Что делать?

– Ну... – удивленно подняла брови девушка, но вспомнив недовольство Тимура, тут же опомнилась. – Показывать себя... Незнакомцам.

– Таня тоже показывала себя?

– Нет, только снимала.

– Она вообще не обнажалась?

– Ну... Когда мы готовились, она... Показала мне себя.

– Фотографий нет?

– Нет, я...

– Когда я задаю тебе вопрос, ответом на который могут служить только да и нет, отвечай только да и нет. Не болтай.

– Прости.

– Тяжко с тобой будет, – парень вздохнул. – Ну ничего. Ты ведь будешь стараться?

– Буду... – Света прямо ощущала, как ее самооценка падает все ниже и ниже.

– Дополнительное тебе задание будет. Сфоткать свою Танечку. Голышом.

Света тяжко проглотила слюну. Она почувствовала жар, которым тут же налились ее щеки.

– Поняла.

– Умничка. Видишь, как быстро ты учишься?

– Спасибо.

– Ты довольна нашим диалогом?

– Да.

– Ты довольна предыдущими испытаниями?

– Да.

– Ты готова продолжать?

– Готова.

– Чего ты хочешь?

– Стать... Стать твоей девушкой, – ее голова закружилась.

– Стать моей девушкой. А зачем?

– Потому что... Потому что я хочу быть с тобой.

– Почему?

– Потому что ты мне очень нравишься... – выдавила из себя Света.

– Ты тоже мне очень нравишься. Но только внешне. Пока что. Внешне ты, конечно, прям мой тип. Рождена для разврата. Для ебли. Ежедневной. Жесткой. У тебя тело шлюхи, Свет, ты в курсе?

– Наверное...

– Но вот твой характер... Он либо пугливый, либо закрытый для того, что я от тебя хотел бы. Чего я хотел бы от своей девушки. Понимаешь?

– Понимаю. Я... Я пытаюсь меняться...

– И я тебя поменяю. Улучшу. Соотнесу твою внешку к твоему внутреннему я. Но ты должна содействовать. И делать ровно то, что я тебе говорю. И если я пошлю тебя одну голышом по улицам, это значит, что ты пойдешь одна голышом по улицам. Да, Свет?

– Да... Конечно...

– Чудно. А теперь сделаем небольшое упражнение. Это не входит в наши испытания, это просто... Разминка. Что ты сейчас делаешь?

– Салат.

– Бросай. Закажешь себе потом что-нибудь.

– Да...

– Хорошо, я хочу, чтобы ты сейчас бросила все свои дела, полностью разделась. У тебя есть куда поставить телефон?

– Да... – девушка покосилась на тостер.

– Включай видео. Порадуешь меня немножко. Да, вот так, молодец. Подвинь телефон поближе, я все еще вижу столешницу. Ага, вот так. Теперь хорошо. Раздевайся.

Света как могла пыталась скрыть смущение, но дрожащие руки и ставшие вмиг мягкими колени выдавали ее. К счастью, одежды на ней было не так много: лишь легкий халатик и трусики под ним. Все это оказалось на полу в считанные секунды. Девушка хотела было поднять и отнести в ванную, или хотя бы устроить одежду на спинке стула, но передумала. Нужно делать РОВНО то, что хочет Тимур. Ни больше, ни меньше.

Света нерешительно встала перед телефоном, опустив руки вдоль тела, нерешительно поглаживая себя по бедру. Темное окошко вызова на экране ее телефона безответно наблюдало за ней. Молчание угнетало.

– Сразу тебе скажу, Светик, я буду записывать. И для себя, и тебе полезным будет привыкать... Да и в будущем поможет отслеживать наш... Прогресс. Ты же не против?

– Нет, – шепотом произнесла девушка.

– Ты можешь присесть. На стульчик за твоей спиной.

Света послушалась.

– Руки на коленках, Светик. Не закрывай свои сисечки, нечего такую красоту скрывать. Гордись ими. При твоей стройности такие дойки это редкость. Понравилось их показывать?

– Мне отвечать?

– А я задал вопрос?

– Да...

– Ну так отвечай, пизда ты тупая, – смешок, с которым было сказано оскорбление, лишь капельку сгладил грубость и обиду на нее.

– Мне больше было страшно и непривычно.

– Ничего, мы поколдуем над твоей головушкой, и ты так течь начнешь от этого, что ведро подставлять придется. Ладно, давай по порядку. Назови свое имя и возраст.

Света максимально старалась сохранить нейтральное выражение лица, что было достаточно тяжело в ее положении.

– Света, 22 года.

– Рост и вес.

– Примерно 175... На 50...

– Пусть будет 50, уговорила. Визуально не жируха, и хорошо. На сколько сама себя оцениваешь?

– Эм...

– По ебабельности, Светик. Насколько ты ебабельная? Характер твой оставим за скобками, там дебри целомудренные, чисто по телу.

– Я замечаю, что... Что нравлюсь... Мужчинам...

– То есть, ебабельная?

– Получается, да... Ебабельная.

– Ты чувствуешь себя глупо?

– Да, – не думая согласилась девушка.

– Привыкай. Тебе можно. Более того, тебе нужно. Такой сучке преступно быть умной. Поняла?

– Да.

– Что ты поняла?

– Мне с моим телом нужно быть... Глупой.

– Умничка. Глупой и какой?

– Эмм...

– Молодец, вот такое лицо у тебя мне нравится. Еще немного и слюнка повиснет. Нравишься. Ну если тело ебабельное, то какой ты должна быть?

– Ебливой?

– В точку!

Несмотря на общую неловкость, обиду и стыд, новая эмоция ненавязчиво протискивалась в разум девушки. Или не эмоция, скорее чувство... Чувство, которое было бы странно не испытывать человеку, будучи голышом... И текущее полугипнотическое состояние только добавляло этому чувству красок.

– А ты считаешь себя ебливой? – продолжал свой бредовый расспрос Тимур.

– Я... Думаю, нет...

– А чего тебе не хватает?

– Смелости...

– Продолжай. Этот вопрос предусматривает попытки рассуждения с твоей стороны, – снисходительно позволил парень.

– Решимости. Может, желания... Я не должна была пугаться тех, кому показываю себя...

– Еще.

– Я должна смотреть в глаза и улыбаться, когда...

– Понятно, молодец. А что насчет секса?

– Я должна... Наверное...

– Внятно, блять! Четко отвечай!

– Я должна больше хотеть секса!

– А ты разве не хочешь?

– Я... Хочу...

– Со мной?

– Да.

– А с другими?

– Я не знаю...

– Если бы сейчас с тобой на кухне оказался абсолютно незнакомый мужчина, ты бы как? Как бы ты себя чувствовала?

– Я бы... Испугалась?

– Да похуй на твой испуг. Он видит тебя голую. Он возбужден. Что ты чувствуешь?

– Я не знаю...

– Ну, с твоей внешкой тебе нужно просто раздвинуть ноги и сделать его счастливым. И этого хватило бы большинству мужчин. Но не мне. Мне нужно, чтобы ты сама накинулась на него, чтобы ты знала, что делать. Чтобы ты так его выдоила, что он до смерти о тебе вспоминал. О тебе, о твоих жадных дырочках, о твоей похоти и твоем желании сделать ему приятно.

Света не знала, что ответить. Даже подыгрывая явно разгоряченному парню, она вообще не могла найти слов для ответа. Она никогда не думала об ЭТОМ с другими парнями, даже в воображении, в фантазиях, у нее всегда были определенные... Личности для этого. Она никогда не думала о мужчинах за пределами имен, характеров, социальных отношений. Она никогда не думала о мужчинах как о кусках мяса, как этого, видимо, хотел Тимур. Так же, как она не думала в этом ключе и о своем собственном теле. Как его, судя по всему, и видел ее возлюбленный.

– Сколько у тебя вообще было мужчин? – после непродолжительной паузы спросил он.

– Двое...

– Ого. Я думал, только я. Это где ты еще успела блядануть?

С трудом сдержав новый комок в горле от неуважения и грубости, Света вновь посмотрела на телефон.

– За год до... До тебя. Мы встречались...

– Как его зовут?

– Илья.

– Где познакомились?

– В универе... Он на один курс меня старше.

– Чего расстались?

Либо Свете показалось, либо в голосе у парня послышались слабые нотки ревности.

– Просто... Не сошлись характерами...

– Трахалась хуево?

– Я... – подавилась воздухом Света. – Вроде бы все было хорошо...

– Я скажу тебе, что случилось. Этот Илья, клюнув на твое блядское тело, пользуясь твоей неопытностью, уломал тебя, наивную глупышку, трахнул пару раз, но какой бы красивой ты ни была, мужчине рано или поздно это наскучит. Если за красотой у тебя ничего нет, то с тобой неинтересно. Ты ему сосала?

– Да...

– И как?

– Это было только один раз, быстро закончилось, мы начали, ну... По-обычному...

– Плохо сосала?

– У меня не было опыта до этого...

– Как мужчина, которому ты тоже сосала, скажу, что сосешь ты погано. Я еле сдерживался чтобы тебе хороший горчишник отвесить, постоянно зубами цепляла. Это технический момент, это можно натренировать, но стержень твоей проблемы в рвении и желании. Нет запала – не будет и восторга от тебя в постели.

Света молчала, опустив голову. Сказать, что Тимур зашел слишком далеко – ничего не сказать. Он рвал, резал по живому, вообще не беспокоясь о ее чувствах, о ее боли. Да и вообще о ней. Она была для него лишь объектом получения удовольствия, она готова была поспорить, что он трогал себя во время этого разговора, насмехаясь при этом, не ставя ни во что... Как это вообще может перерасти в здоровые отношения? Почему она еще не прервала звонок? Он ведь не только наслаждается ее беспомощностью, он еще и записывает... Для себя ли, для кого-то еще? Будет смотреть с друзьями под пиво и смеяться? Или чего круче... Действительно пошлет кого-то из них к ней? Хватит ли ей сил отказать?

– Как ты вообще оценишь свой секс с бывшим? Без синдрома утенка, попробуй напрячь свой мозг немножко и оценить. Нравилось?

– Думаю, да... Мне... Было приятно.

– В какой позе вы трахались?

– В разных... Больше в обычной... Миссионерской вроде...

– Сосала часто?

– Вот тот раз... И все... Ему вроде как было не интересно...

– Делал вид. Чтобы тебя не обидеть. Настоящий мужик давно бы пробил тебе горлышко, научил делать папке приятно. Со мной в отношениях ты бы научилась. И быстро. Анал был?

– Нет.

– Душил тебя? Шлепал по лицу? Плевал в рот?

– Разве что немного... Шлепал по попе... И все...

– Эх, такой материал, а использовал тебя процентов на 10 только... А ты не молодеешь. Может он у тебя изменщик был, а? Может, остаток энергии он кому на стороне отдавал?

– Нет, он не изменял.

– А чего ты так уверена? Куда он кончал?

– В презерватив...

– В гондон? Серьезно? Вы же встречались!

– Да, но...

– И ты даже сперму его не пробовала?

– Ну, пару раз... У нас не было презервативов... И он... Кончал мне просто на живот...

– Пиздец вы скучные. И тебе даже не было интересно пальчик макнуть, попробовать?

– Я как-то об этом не думала...

– Ладно. Я усну сейчас от твоих рассказов. Когда вы расстались?

– Год назад... В мае.

– Подожди, то есть... Когда мы с тобой переспали, прошел лишь...

– Три месяца.

– Видимо, не сильно ты его любила, раз тут же прыгнула на мой хуец. Или настоящего мужчину почувствовать захотелось после своего педика?

– Я...

– Это риторический вопрос, не нужно на него отвечать. Хорошо. Ладно. Расскажи мне вот что. Расскажи, что нового я дал тебе в сексе после твоего... Единого родимого. Я дам тебе пару минут, даже не буду перебивать. Расскажи на камеру, как это было. По твоим ощущениям.

– Все как было?

– Все как было, глупышка. Я бы уточнил, если что. Давай, слушаю, как это было с твоей стороны.

Света вздохнула, обращаясь к глубинам своей памяти, на фоне волнения спрятавшимся подальше, обновляя воспоминания о том вечере, когда она узнала Тимура... И по какой-то непонятной, неестестественной причине влюбилась в него...

– Это был праздник... День рождения однокурсника... И на нем был ты, я правда не помню, кто тебя пригласил, ведь там были все наши... Я помню, что ты пришел с другой девушкой, я тоже ее не знала. Я помню, что вы были близки, ты целовался с ней на балконе, пока курили... А потом вы поругались, и она ушла. А ты сел один на кухне и начал курить прям там. Тебе пытались что-то сказать, но ты так грозно себя поставил, что с тобой решили не связываться.

– И тут на сцену выходишь ты, – видимо, не выдержал Тимур.

– И тут появляюсь я. Мне... Мне стало интересно, как ты.

– Жалость испытала?

– Отчасти. Но в целом мне хотелось с тобой познакомиться, успокоить, поговорить.

– Доброта, значит, тебя и сгубила.

– И ты набросился на меня прямо там, на кухне. Я помню, как сильно от тебя пахло сигаретами и водкой...

– А ты не сильно отбивалась.

– Я растерялась... Да и... И ты мне уже начинал нравиться... Я, наверное, в какой-то степени отдавала себе отчет, чем мой к тебе интерес может закончиться.

– То есть ты готова была к тому, что я могу тебя трахнуть?

– Я была пьяная, я недавно рассталась со своим первым парнем в жизни, наверное я готова была к... Безрассудному приключению.

– Дальше. Рассказывай. Ты хорошо рассказываешь.

– Ты набросился на меня. Ты схватил меня за волосы, сильно задрал голову и поцеловал.

– Как поцеловал?

– Жадно. Сильно. У меня синяк на губе был, но я не уверен, что он от этого... Может и позже. Я помню, что ты сразу запустил руку мне под майку. Помню, как больно ты... Сжал меня.

– Я хотел проверить, упругие ли у тебя дойки с таким размером. Или вата. Признаюсь, не был разочарован. Ты задышала, Светик, я слышу. Хочешь потрогать себя?

– Я не знаю... Правда, не знаю...

– Я разрешаю тебе потрогать себя. Но без проникновения. Снаружи.

– Спасибо... – неуверенно отозвалась Света, медленно опуская руку и пальчиком нащупав заветный бугорок.

– Но не затыкайся. Если будешь теряться – сядешь ровно. Рассказывай.

– Ты... Ты долго меня мял, я иногда даже не могла дышать, так сильно ты прижимал меня к себе. И когда я хотела что-то изменить, ты сильно дергал меня за волосы.

– Тебе понравилось?

– Это было грубо и...

– На вопрос отвечай, дура.

– Наверное да. Тогда я этого не понимала... Но шея после этого болела еще пару дней. И синяки на ней долго не проходили...

– Давай ближе к делу, ближе к телу. Куда я тебя потащил? Опусти подробности, для тебя, овечки, это было впервой, понимаю, но мне такие вещи уже скучны и воспринимаются стандартом.

– Ты за волосы повел меня в ванную, я молилась, чтобы никто нас не видел...

– А что, узнали бы, какая у них одногрупница ебливая. Не хотела?

– Мне с ними еще последний курс доучиваться...

– Но ты ведь понимаешь, что они могут знать об этом, просто вежливо молчать? Хм, ну ладно, продолжай.

– Ты запер меня в ванной, буквально бросил на стиральную машину и рывком снял джинсы. Вместе с трусами. Я помню, еще пыталась ноги пошире развести, но долго не могла, потому что джинсы не хотели хотя бы с одной ноги спадать... Но тебя это особо не волновало... Я помню, как ты засунул свои пальцы мне в рот, заставил послюнявить как следует... От них очень сильно пахло сигаретами... А потом...

– А потом эти же пальцы вошли в тебя как родные. Твой Ильюшка так тебе не делал? Или он дожидался, пока ты сама намокнешь?

– Он... Он был терпеливее...

– Настоящие мужчины не ждут. Не готова – твои проблемы. Но тебе ведь понравилось, судя по тому, что было дальше. Стонала как шлюха, подмахивала своей попкой моей руке. Нравилось же? Лучше, чем когда с тобой нянчатся?

– Я...

– Можешь не отвечать, мне похуй. И ты должна это принимать. Похуй на то, что ты чувствуешь. Повтори.

– Похуй, что я чувствую... – Света ускорила движения своего пальчика внизу.

– Что важно?

– Важно, чтобы мужчине было хорошо...

– Умничка. А потом я тебя выебал. Да?

– Да. Потом ты сменил руку...

– Ну, что замолчала?

– На свой член... И он был без презерватива...

– Знаешь, почему?

– Потому что его не было?

– Потому что мне было похуй. По тебе я сразу понял, что ты непуганная овечка с нулевой половой жизнью, вряд ли от тебя что-то можно было подцепить. А насчет тебя – мне было похуй. Я знал, что я чист. А что ты думала, мне похуй. Я просто брал свое. Ты текущая сука, я беру тебя без вопросов и ебу. Когда хочу. И как хочу. Ты понимаешь?

– Понимаю...

Света слегка прикрыла глаза, отдаваясь теплоте внизу, позволяя своему телу взять контроль над разумом. Плоти над умом. Стать той самой сучкой, как того хотел Тимур.

– Именно такую девушку я хочу видеть рядом с собой. Какой ты была там, на вечеринке. Готовой дать мне в любой момент. Неважно, дома мы, в гостях у кого-то, на улице, на пляже, в клубе, вообще насрать. Я захотел – ты тут же нашла возможность сделать мне хорошо. Ясно? Захотелось мне, чтобы ты светанула сиськами другим мужикам назло – ты без промедления их светишь. Захотел смачный отсосик в кино – а ты уже на коленках у меня между ног. Поняла?

– Поняла...

– Ноль раздумий, ноль промедлений. Ты просто функция. С охуенным телом, со смазливой мордашкой. Без воли. Просто послушная игрушка. Ничего больше от тебя не требуется. Просто инструмент, который делает приятно. Своими ручками, ротиком, киской. Попкой, если мне захочется. Личная шлюшка. Готовая на все. Расскажи мне, как я тебя трахнул?

– Грубо... Ты был... Грубым. Каждый раз, когда ты пропихивал... Член... В меня, ты делал это на всю длину, ты...

– Вообще не волновался о том, комфортно тебе или нет, да?

– Да... Просто ты делал то, что доставляло тебе удовольствие. А потом, когда ты... Окреп окончательно, ты резко за волосы дернул меня на себя, поцеловал меня еще раз и поставил перед собой на колени, так, что затылком я ударилась о стиралку... И заставил меня открыть рот... Мне было тяжело, потому что ты был очень твердый и очень... Грубый.

– Сосала ты, конечно, хуево, – рассмеялся Тимур. – Я думал тебя обратно поставить и заправить тебе полный бак, но меня уже, честно, подташнивало от выпитого и... Моих активных действий...

– У меня получилось бы лучше, если бы ты дал мне немного свободы... – начала оправдываться Света. – Я даже не успевала...

– Помнишь наше главное правило? Мне в кайф было тебя в горлышко подолбить. Если бы я хотел расслабиться и дать тебе поработать самостоятельно, я бы разлегся на диванчике, взял бы телефон в руки и предоставил тебе инициативу. А так – надо было темп не сбивать. Кончить не могу долго, если часто менять темп. Запомни. Своего мужчину ты должна знать полностью наизусть. Что нравится. Что не нравится. Чем поднять настроение. Если я злой – как эту злость помочь выплеснуть. Ну ладно. К этому мы еще придем. Я кончил тебе в рот, верно?

– Да.

– И как это было?

– Ты стал дрочить перед моим лицом и когда начал... Стрелять, мне пришлось подставлять рот, чтобы сперма не выпачкала мою майку... И что-то в этой ванной.

– И как тебе сперма?

– Мне было противно.

– Но ты все проглотила.

– Потому что ты мне уже нравился. Очень сильно.

– Это хорошо. Ты должна преданно улыбаться, глядя в глаза, даже если там пиздец какой тухлый вкус. Все ради удовольствия, да?

– Все ради твоего удовольствия.

– Хорошо. Так. Очень даже хорошо. Поговорили даже лучше, чем я думал. Ты понятливей, чем я ожидал. Очень хорошо... Так, подними руки. На колени. Смотри в камеру. И давай, сама подведи итог нашей беседы. Будешь этот отрезок пересматривать каждый вечер, чтобы не забыть ничего важного.

Света вздохнула. Пристально посмотрела в камеру, стараясь не замечать блестящей лужицы под собой на кухонном стуле.

– Я Света, мне 22 года. Я студентка 4 курса филологического факультета МГУ... Я прохожу испытания, для того, чтобы стать такой же ебабельной ментально, как и мое ебабельное тело... – Света сделала паузу, с трудом переваривая свою же речь. – Чтобы стать образцовой шлюшкой для своего мужчины, приносить ему удовольствие в любой момент, когда он пожелает... Я буду стараться выполнять задания, шаг за шагом... Разрушать свой разум, становясь развратней и... Свободней от моих предрассудков...

– Надо же... Лучше и не скажешь. Хорошо, Свет, мне надо бежать. Помни про свое дополнительное задание... Потому что основное, третье, ты уже выполнила. Я решил, что тебе все же нужна небольшая передышка, но... Но больше передышек не будет. Будет тяжело, будет стрессово, будет опасно. Опасно и для твоей репутации, и где-то, может быть, и для твоего здоровья. Но ты уже не сольешься. Не с этим видео. Но ты ведь и не собиралась, верно?

– Я готова делать все, что ты пожелаешь.

– Молодец. Все, отбой, Светик. Жди. Задание придет в любой момент.

Света продолжала сидеть на стуле, боясь пошевелиться перед отключенным телефоном еще минуту. Пять минут. Десять. Полчаса. И лишь тогда осмелилась подняться, взять луковицу, нож и, не обращая внимания на сложенную на полу одежду, продолжила нарезать ее. В голове у нее было пусто. Вообще пусто, мыслей не было вообще, лишь терпкий остаток былого возбуждения и прохлада высохших бедер находились в ее опустошенном сознании. И, что самое страшное, такая тишина в голове была ей приятна.