Всем главным действующим лицам исполнилось не менее 18 лет.

Во время этого столь откровенного повествования о сексуальных предпочтениях Анюты, я здорово возбудился. Мой член находился по-прежнему в её жопе, но уже в полной боевой готовности. А так как сил терпеть уже не было, я начал неспешно двигать им в заднем проходе девушки. Тем более он был основательно сжат и заглублен по самые яйца. Малейшее движение члена в упругой прямой кишке партнёрши доставляло мне неописуемое удовольствие. Не сравнить с самоудовлетворением такое плотное обжатие пениса крепкими девичьими анальными мышцами по всей его длине. Аня поначалу никак не реагировала на мои подвижки, но постепенно и она стала возбуждаться. То ли от моей стимуляции, то ли от собственной постыдной откровенности. Её повествование уже было не такое ровное, прерывалось небольшими паузами, а в голосе появилась легкая хрипотца. Наконец-то она заохала, стала едва заметно подмахивать мне, и я немного ускорился.

— Анют, ну расскажи, как тебя мама застукала, - попросил я умоляюще, всё больше распаляясь от взаимного контакта и предвкушения пикантное повествования о постыдном поступке Анюты. Девушка немного замялась, но ощутив уверенные толчки в своей жопе, решила продолжить. Её монолог прерывался небольшими передышками, когда она ойкала и хватала губами воздух.

— Я осталась одна дома, разделась, прилепила на полу этот пенис, немного покрутила свой клитор и своими выделениями смазала его. Я почему-то сильно теку, когда возбуждаюсь, да и не только при этом (Я, кстати, это тоже заметил). Ну и стала насаживаться на него. Одной рукой я массировала свои сисечки, а другой клитерок. Дело привычное и вскоре я скакала, как коза, на этой игрушке. Всё шло к финалу, и я уже визжала, как сумасшедшая, когда в комнату неожиданно вошла мама. Она вернулась домой, т. к. что-то забыла. А тут я такая вся потная, возбуждённая, оседлала своим очком резиновую игрушку и скачу, как сумасшедшая. Пизда моя настежь раскрыта, пол заляпан моим секретом, а я ещё и накручиваю свой распухший клиторок. Короче, скандал был необыкновенный. Отобрали у меня пенис и лишили многих благ. Полгода я терпела, а потом купила себе новую игрушку, чуть побольше.

В середине этого повествования я рукой задрал за коленку ногу Ани. Другой рукой я стал накручивать её распухший (как в повествовании) клитор. При этом я продолжал акцентированно чпокать её дупло. Девушка закрыла глаза и послушно принимала в себя мой писюн. Она уже не подмахивала, не разговаривала, а только постанывала с всё нарастающей амплитудой. Я же вожделенно наблюдал, как приподнимается её промежность и половые губки в такт перемещениям моего стержня в её прямой кишке. Уверенности, что она сейчас кончит, у меня не было, поэтому я решил не церемониться. Неимоверно ускорил темп своих фрикций и стал толчками выплескивать своё семя в её разъёбанном дупле. При этом стоны Ани постепенно переросли в бесконечное визжание, и она тоже задёргалась, оргазмируя. Одновременно её анальные мышцы стали сокращаться, сжимая и разжимая мой член. Я с уважением отметил, насколько они упругие и получил дополнительное удовольствие от невероятного зажима девичьим анусом своего пениса. Порой мне казалось, что я не смогу его вытащить из её пульсирующего очка – настолько сильны были его объятия.

Пару минут мы лежали молча, постепенно приходя в себя. Мой обмякший член по-прежнему находился в девушке, но я был выжат как лимон и я чувствовал, что сегодня уже точно не кончу. Аня не подавала признаков жизни, и мне почему-то стало жалко её. Ведь она полностью раскрылась передо мной, а я так беспардонно трахнул её два раза подряд в жопу на всю длину своего хуя, причем не вынимая его из дупла. Не каждая проститутка такое позволит, да и порнухи такой я, кажется, ещё не видел. От нахлынувших чувств, я стал поглаживать её по плечу, постепенно переходя к её подростковой груди. Аня неожиданно рывком вскочила и спешно направилась в ванную комнату.

Мой вялый член без проблем вывалился из её раздраконенного ануса. Посмотрев на свой писюн, я понял, что мне тоже необходимо срочно подмыться. Он был весь перепачкан слизью из смеси каловых масс партнерши, её выделений и моей спермы. В добавок, и запах был не очень приятный. В туалете я тщательно протер свой писюн, лобок и яйца (они тоже были испачканы) туалетной бумагой, но это мало помогло. Неприятный запах не прошёл. У меня появилось чувство брезгливости, и тяга к анальному сексу заметно поубавилась, пусть даже и с такой юной прекрасной девственницей. Это только в порнухе всё чистенько и красиво. На самом деле там актрис тщательно клизмируют перед такого рода съёмками. А тут я спонтанно соблазнил девчонку и присунул ей в задницу. Естественно, шанс обделаться очень велик и сильно зависит от того, как давно она посещала туалет и как глубоко ты проник. Сейчас было неприятное ощущение от такого соития с Анютой и совершенно не хотелось ковыряться в её пизде. Хотя десятью минутами ранее я всего этого страстно желал. Странная перемена настроений. Наверное, это потому, что я сегодня достаточно обкончался. Очевидно это ещё и от того, что мы мало знакомы. Чуть более суток!

Мне не хотелось сейчас пересечься с Аней в таком виде с вонючими перепачканными гениталиями. Поэтому я остался в туалете ожидать, когда она покинет ванную комнату. Ждать пришлось долго. Очевидно у неё так же были аналогичные проблемы, не лучше моих. Наконец ванная комната освободилась. Я немного подождал и зашел в ванную. Мылся я долго и тщательно.

Когда вернулся в родительскую спальню, застал Анюту в полудрёмном состоянии. Она не выразила никаких эмоций по поводу нашего анального совокупления, а только попросила побыстрее провести необходимые процедуры с ее ранками на половых губках. Слишком долго они оставались без внимания. Я предложил наложить лечебные патчи на воспалённые места и закрепить их лейкопластырем, как рекомендовал хирург из поликлиники. Девушка согласилась и приняла традиционную для себя позу лежа на спине с широко раздвинутыми ногами. Я растянул в стороны её половые губы, ещё раз полюбовался входом во влагалище прикрытым девственной плевой с небольшим отверстием, вытер ватным диском немного выделений, обработал ранки дезинфицирующим средством и занялся патчами. Странно, но мой член оставался совершенно равнодушным при этом. Да и Аня не текла. Наверное, наелись мы секса!

Патчи представляли из себя тонкое желеобразные кружочки диаметром около сорока миллиметров. Я разрезал один такой патч напополам и каждая его половинка идеально разместилась на воспалённой части половых губок девушки. С лейкопластырем оказалось сложнее. Письку надо было заклеить, так, чтобы Аня могла сходить в туалет, не удаляя патчи. После некоторого раздумья я один конец узкого лейкопластыря приклеил в зоне промежности девушки, а другой чуть выше клитора. Непривычно, что Аня на это никак не реагировала, хотя я касался её клитора и под конец даже оттянул его капюшон, так ради баловства. Почему бы и не поиграться со столь доступной пиздой. До этого, при малейшем прикосновении к её бусинке, она дёргалась как ненормальная. А сейчас лежит равнодушная, как бревно. Очевидно, задрочили мы с мамой девку. Спросил её всё ли в порядке? Ответила, что всё хорошо, просто безмерно устала и хочет спать.

Я оставил её в покое, а сам направился в свою комнату. Немного посидел за компьютером, а затем и сам лег спать. Проснулся от ужасного чувства голода. Заглянул в спальню Ани. Она спала на животе, немного раздвинув свои ножки. Девушка была прекрасна в своей наготе, и я сделал несколько её фоток. Пообедал. Пошёл к себе, сел за компьютер. Вскоре меня позвала Аня. Девушка сидела на кровати с раздвинутыми ногами, а на её письке были зелёные разводы от рамякнувших патчей. От тепла тела Анюты они превратились в желеобразную массу и расползлись по всей её пизде. Значит, надо будет продумать иную технологию их фиксации на теле девушки. Простыня так же была перепачкана патчами. Я отнёс её в стирку. Девушка направилась в ванную смыть с себя это безобразие.

Из ванной комнаты она вышла окрыленная – патчи сделали своё дело: боль почти ушла и воспаление заметно уменьшилось. Мне захотелось это увидеть, да и письку её я не прочь сейчас был бы полапать. Отдохнул, и во мне опять проснулся похотливый интерес к Анютиным причиндалам. Не насытился я ими еще!

— Анют, пошли на процедуры, - предложил я ей.

— Только после туалета, а то моча туда попадёт, - попросила она.

— Да, ты говорила, что хирург объяснил, что твои ранки воспалены от мочи и выделений.

— Ну, да.

— Тогда надо сделать так, чтобы моча на них не попадала.

— Да, а как тут сделаешь? Это просто невозможно.

— Я что-нибудь придумаю. Только мне надо понять, как Вы девочки писаете.

— Ты хочешь присутствовать при моём мочеиспускании?

— Ну, да. А что тут такого?

— Совсем рехнулся, извращенец. Может и посрать при тебе?

— Нет, этого мне не нужно. Просто я хочу тебе помочь. Я учусь на техническом факультете и много чего уже изобрёл. Даже патент имею. Вот посмотрю, как ты это делаешь, и что-нибудь придумаю. Какое-нибудь приспособление или технологию.

— Какая на хрен технология? Поссал и забыл.

— Но всё можно изменить. Прикрыть твои ранки чем-то или ещё что-то придумать. Я только хочу помочь, а не пялиться на тебя ссущую. Я и так у тебя уже все видел и трогал. Чего меня стесняться? (про то, что я и нутро её гениталий лицезрел, и засовывал кой-куда не только свои пальчики, но и член, я тактично не упомянул).

— Ну, не знаю. Это как-то непристойно. Всё-таки это интимный процесс...

— Да, что тут такого. Это вполне естественный процесс. Люди это делают по нескольку раз в день. И что тут такого непристойного, если это кто-то увидит.

— Умеете Вы с мамой уговаривать. Ладно, пойдём. Но только при условии, что и я могу смотреть когда ты писаешь. В любое время.

— Да, сколько угодно!

В туалете девушка уселась на сидушку и немного раздвинула свои ноги. Вначале ничего не произошло. Затем её слипшиеся внутренние половые губки чуть шевельнулись и между ними показалась небольшая струйка мочи, и почти сразу пропала. Через пару секунд всё это повторилось, а затем из Анюты хлынул мощный поток золотого дождя. Такой мощный, что её половые губки настолько раздвинулись, что я даже смог рассмотреть расширившееся отверстие Анютиной уретры, откуда этот поток изливался. Жидкости было много, и покрасневшая от смущения девушка беспомощно смотрела на меня эти долгие двадцать секунд. Униженное положение Ани и её полная беспомощность подействовали на меня возбуждающе. Мой писюн уверенно поднялся и, немного подрагивая, теперь находился в десяти сантиметрах от лица девушки. Возникло непреодолимое желание, чтобы она мне сейчас же отсосала.

Ведь интимное знакомство с любой девушкой начинается вначале с окучивания её одной дырочки, затем другой и финишируют обычно в её третьем отверстии. Начал я сближаться с Анютой нетрадиционно, с последней женской дырочки. Некоторые возлюбленные пары даже и не добираются до этой стадии отношений. А мне-то как повезло: за сутки знакомства со столь привлекательной девушкой, я успел досконально исследовать не только её прекрасное тело, но и все её интимные недра. И даже оросил своим семенем девственное девичье дупло! Я придвинулся к ней вплотную и упёрся своим достоинством в её пухленькие губки, рассчитывая на безотказность партнёрши.

Но не тут-то было. Аня плотнее сжала губы и замотала своей головой, давая понять мне, что я ничего не добьюсь таким способом. Я вопросительно посмотрел на неё.

— Не буду я тебе отсасывать, - возмущенно произнесла девушка.

— А что тут такого? Все этим занимаются, - удивился я.

— Все? Тебе часто отсасывали?

Я немного помялся, не зная, что ответить.

— Ну, вот и успокойся. У меня никогда не было во рту этого вонючего отростка и никогда не будет, - твёрдо произнесла Анюта.

— А ничего, что этот вонючий отросток недавно побывал в твоём вонючем очке.

— Вот именно – вонючее в вонючем. Я сама этого хотела. Вот и позволила тебе войти. Сильно возбудилась и решила кайфануть. Мне нравится такое проникновение.

— Понятно, - обречённо произнёс я и отступил.

Девушка подтёрлась туалетной бумагой, смыла унитаз и направилась в ванную комнату. Я был шокирован. Мне казалось, что если подруга дала в попку, то уж в рот-то возьмёт без проблем. А тут такой казус приключился. И кто их поймёт этих баб? В порнухе всегда тёлки сосут мужикам, и даже интим начинают с этого. А тут малая сучка, которая без проблем раздвигает ноги и демонстрирует всем подряд свои вечно мокрые причиндалы, неожиданно меня отшила. Меня это сильно задело, и я решил во что бы то ни стало добиться от неё минета. Ещё более недели нам предстоит совместное сосуществование в голом виде. Просто надо уловить момент, когда она будет в расслабленно-возбуждённом состоянии и ненавязчиво присунуть ей в рот. А так, получается, это она меня использовала. Оказывается, она прётся от анального проникновения! Захотела получить такое удовольствие и раскрутила меня. И я, как дурачок, засунул свой хуй в её гостеприимное очко! И ещё постоянно приходится умасливать её вечно мокрую пизду и ради её прихоти приходится постоянно ходить дома голяком. И даже при матери! Вот так сучка! Как поимела меня...

Стоп, стоп... Я ведь сам давно мечтал увидеть «в живую» пизду, а уж полапать её и пощупать девственную плеву мне и не снилось. А тут такое удовольствие – целыми днями забавляться с юной писькой, рскрывать её створки, обнажать трепещущий клитор, играться с ним и наблюдать импульсивную реакцию девочки и даже видеть её, испытывающую несколько оргазмов сразу. И это с полного одобрения моей матери! Да это предел мечтаний любого подростка! И чего это я тут разобиделся? Ну, не взяла в рот, ну и хуй с ним. Девчонка и так доставляет мне массу необычайных удовольствий! Причём не надо прилагать никаких усилий. На раз раздвигает свои ноги. И быстро соглашается на всякие похотливые эксперименты. Вот и сейчас её долго не пришлось уговаривать для демонстрации мочеиспускания. И как мило она при этом стесняется...

— Ну что, придумал, чтобы не мокли ранки на письке, когда я писаю, - прервала мои противоречивые размышления Аня.

— Да, есть мыслишки. Как надумаешь по малой нужде, зови меня, - ответил я сбивчиво, хотя голова была занята другим, а не её ранками.

— Ты тоже зови. Хочу посмотреть, как пацаны ссут! Ладно, пошли обрабатывать мою киску.

Продолжение следует.