... блять, опять возвращая своё повествование от разврата к конкретной описываемой мною теме, на счёт ломающегося моего с моим взрослением, моего уже бывшего Робертино-Лоретиевского голоса, то хрипловатый голос моей блядовитой училки вокала (видимо от холодных минетов, как экзаменаторам при поступлении в консерваторию, так и, в дальнейшем, преподам консерватории дабы успешно её закончить), и потому не подходившей под стандарты той бывшей советской сцены, неожиданно начал гармонировать с моим подвозмужавшим уже голосом подвзрослевшего уже пубертата так, что уже как-то весной перед летними школьными нашими каникулами, в отчётной какой-то очередной концертно-танцевальной программе, в концертном зале нашего же Дома культуры (с тем глубоким подвальчиком, где мы, в смысле я, и моя училка так смачно блядовали, конечно же, и с не менее сочными вдохновенными пениями и музицированиями на невесть от куда периодически сваливающихся на наши головы, электромузыкальных инструментах), я конечно же, как уже подвозмужавший пубертат, и с таким же подвозмужавшим голосом, пропел конечно же уже под аккоппанимент фонограммы, несколько уже не столько уже тех бывалых моих пионерских детских песенок, сколько уже вполне взрослые, нипадецкие песни коммунистическо-патриотического толка, под конец которой я на ура спел ещё и модняцкий тогда шлягер от чешского социалистического певца Карела Гота, и даже умудрясь воспроизводить ещё и его шикарное голосище.

И тут и опять прокреативила, моя любимая блядовитая училка вокала, когда я едва кончив свой патриотически-коммунистический контент, неожиданно вне программы того концерта, вдруг втихаря за кулисами врубила на весь концертный зал, магнитофонную запись, нашего инструментала от Дип-Пёрплов "High way star", которую мы столь мучительно дрочили и записывали на бобины магнитофона, целый год, так и не добившись совершенства оригинала от гитариста Ричи Блэкмора&Co. ..

... и, вдруг, впервые, явно тож по пьяни приняв явно уже завышенную дозу водки для раскрепощения своего вокала, сама же, впервые в её жизни, и вылезла на сцену сама же и петь на публику, впервые в жизни !!!, и покуда фонограмма барабанила долгий вступительный бас, моя любимая училка вокала, начала в микрофон взвывать такой вступительный бэлтинг а-ля Робертино Лоретти, и который фронтмэну и вокалисту группы Дип Пёрпл, Яну Гиллану, как мужику, и не снился (кстати, и тож ныне здравствующему, дай Бог ему здоровья).

И я тоже оторопел от такого взвыва моей любимой училки вокала, что аж мои глаза, рядом по-прежнему стоящего у микрофона, аж повыпучивались, как у рака.

И тут ещё моя училка прихватив меня за жопу подтянула к микрофону подбелтивать ей ещё и дуэтом в один микрофон этот вступительный бэлтинг хита британской группы Диппурпле "Звезда шоссе", эту совершенно мужскую песню, в словах которой говорится и про некую классную тёлку, которую видимо сам певец Ян Гиллан и любит, и нуждается в ней, и за это даже готов её осеменить. ..

Но тут неотвратимо надвигалась длинная сольная гитарная партия, во время которой мы с моей училкой должны были замолкнуть, и от того что запись моего соло ни в какие ворота не лезло, по сравнению с великой сольной партией великого гитариста Ричи Блекмора, я плюнув на свой беквокал, поскольку моя училка и без того и так класно пела, я сгонял за кулисы, рванул первую попавшуюся мне под руки электрогитару и втыкая в него шнур от усилка, ещё и так смачно перданула на весь зал, а потом ещё и начала всю дорогу заметно и фонить от ещё её и древней примитивности её единственного синглового звукоснимателя. Но пох..., я выскочив обратно на сцену уже не подпевал своей училке, явно поверившей в свой вокал и поэтому и вовсе пела так заебато, что у неё аж самой, аж её собственные трусы помокрели, и я спокойно мог уже без угрызений совести прицеливаться по ладам подвернувшейся мне этой гитарушки.

Но а как началась сама сольная партия, то уже не просто джбарил соло в унисон по нотам, а включил уже грув, когда ноты то начал то притормаживать, то начал куда-то улетать по нотам то в терции, то в квинты от оригинала, начал где попадя и не попадя бендить, вибратить дёрбая как сам рычаг тремоло электрогитарки, так и растрясывая и саму гитару. И единственный её сингл оказался тут не промах, - издавал резкий пронзительный звух, нах... отправивший ту гунявую магнитофрнную гитарную партию в беки.

И моя училка, и тут тоже не промах, резко рванув развернувшись к кулисам так, что аж юбка её подлетела, смачно так свеканув своими беленькими труселями восторженному залу (слава Богу, что со стороны её попы, бо помокревшая её пизда - всё таки больше как спереди), и кряхтя, пердя, и чуть ли не усираясь с выпадением её матки, начала выпихивать этот её тяжеленный электроорган от советского музпрома, на сцену и прям к микрофону, где когда подошла сольная партия органа, мы уже пиликали эту партию с моей училкой в четыре руки, где я чётко лишь брал на клавишах ноты, а моя училка как профессионалка клавишница, конечно же уже могла позволить себе играть чем угодно, ладонями, как и прочими частями своего тела (разве что не своей жопой, ещё и с белыми её труселями), и получилось весьма круто, - родной органист виртуоз Дип Пёрлов, Джон Лорд, наверно бы уже точно бы отдыхал.

А когда возвращалась вокальная партия, я смачно так от восторга, хлопнув ладонью, прям под юбочку по белым трусам жопы моей училки, опять переместился к своей электорогитаре

мы уж как-то с моей училкой, как-то уж да поуместились у микрофона совместно вокалить, с нашими же электроинструментами, на которых мы уже продолжали играть аж до самого конца песни.

... песня закончилась, но зал молчал, а когда пошли следующие выступления, танцюристов, певцов и рифмоплётов, в зале продолжала стоять гробовая тишина, после услышанного бэлтинга моей любимой училки вокала, аж пока скоропостижно и не закончился и весь тот концерт.

... правда, спустя считанные недели, совершенно нежданно негадано, с чего-то пришло предложение, мне и моей училке вокала, попеть и поиграть на одном из круизных кораблей, плававшего по Великой русской реке, от нашей столицы, и аж до одного из курортов Чёрного моря, и тут тоже не обошлось без сексуальной интрижки, бо нашей всей вокально-инструментальной той банде, для ночлега выделили лишь маленькую четырёхместную каютку типа купе поезда, где помимо меня и моей любимой училки вокала, должны были спать и мой друг с детского сада барабанщик Валерка, который по-жизни любил музыку, и любил под неё, чем попадя под руку, стучать по чему попало, и бас гитарист по кличке Петя (поскольку имя его было Дима Петров) и по совместительству, моего однопартника, и которого мне подсунули сидеть рядом со мной за одной партой, как оставленного учиться на второй год в мой класс нашей средней школы, помимо меня же, любимого, примитивного трёхаккордного гитариста, еще и с подохрипшим уже от зрелого моего возраста вокалиста, и моей училки вокала, но по-прежнему моей бэк-вокалистки (не смотря на её неожиданно прорезавшееся во истину Вокалище, но, видимо уже нах... не нужного для неёперной сцены), и которая перекрывала как супперпрофессионалка мои трёхаккордные гитарные домогания, уже своими клавишными электромузыкальными инструментами.

И в итоге, мы все дружно, чтобы нам всем спокойно уснуть в этой нашей четырехместной тесной маленькой каютке, с круглым иллюминатором вместо окна у самой ватерлинии у воды, что порой и захлёстывают вместе с волнами и виды на подводное царство, мы все втроём весьма продвинутым на те советские времена т.н. "вертолётиком", чтобы по-быстрому весело и дружно чпокали её перед сном (но, как правило для музыкантов уже под утро) мою любимую училку вокала. А именно: я великодушно, на правах её практически мужа и отца её ребёночка, как правило ложился на коврик на пол нашей каютки, насаживая мою любимую вокала на свой член, как правило, торчащий колом, как всегда перед сексом, по рефлексу собаки Павлова, а уж мои друзья как Петя, как уличный хулиган, полюблял мою любимую училку вокала натягивать на клык, что в те годы СССР было даже уголовно наказуемо, а Валерка, тож искренне влюблённый в мою училку, чаще любил натягивать её в попку, чем в два смычка, в одну её пиздюшку, что и, кстати, тож было весьма революционно в те годы СССР.

А прям с начала осени, как летние крузы на море закончились, нашему музыкальному коллективу пришло предложение и поиграть вечерами в ресторанчике, что мне было удобно, как ученику пока уже старших классов средней школы, и уж моей училочке тем более, как уже аспирантке консерватории, ещё и с явно прорезавшимся её голосом репертуара народной песни, то ли Лидии Руслановой, то ли даже Людмилы Зыкиной, с характерным её расщеплённым двухголосьем, что кстати мне уже было недоступно, при всей моей уже продвинутости всяческих техник вокала на которые натаскивада меня моя училочка почти каждодневными своими уроками. Но что было особо классно, от этих вечерних концертов в ресторане, что помимо неахти какой зарплаты, у нас ещё и появились чаевые от песен на заказ, которые были популярные, как правило русскоязычные, и которые все, и уж точно мы, уже как полупрофессионалы, знали почти наизусть, и уж тем более на тонике, и паре-тройке доминантных простеньких аккордов, уж точно могли и исполнить на наших электромузыкальных инструментах, и у нас в итоге появились ДЕНЬГИ !!!. .. ну а у моей училочки появился и свой кооперативный дачный участочек в 6 соток, на окраине нашей столицы, в уютном местечке дачного кооператива, ещё и совсем рядом с общественным дачным пляжем, ещё и с построенной по дешёвке какими-то алкашами-шабашниками маленькой такой пока ещё избушкой на курьих ножках, с огромной уже такой двуспальной кроватью, но превращенную тоже, традиционно скорее в нашу уже независимую студию, от Дома культуры, где мы всё-таки были на птичьих правах, но в отличие от нашей комнатушечки моей квартиры, где мы уже могли свободно уже тоже вокалить во весь голос, без неудобств соседям. Да и у меня тож, к моему совершеннолетию появился такой смешной, пока ещё бэушный горбатенький Запорожец, но которым мы пользоваться особо-то и не могли, так как по окончании моей средней школы, у нас ещё и началась практически безвылазная жизнь на колёсах по нашей необъятной стране Матушке, но как правило пока ещё каким-то глухим деревенькам необъятной Сибири, куда нас мог доставить разве что тракторец с прицепленой к нему теплушкой с печкой буржуйкой на санных полозьях, и где мы уже могли отрываться по полной, нашим Западным англоязычным контентом, не опасаясь советской той той тогдашней цензуры, крупных городов, и за что были ещё и как правило щедро награждаемы, особенно в посёлках каких-то старателей, да шабашников-вахтовиков. И собственно от чего, как-то начала разрастаться и разблагоустраиваться как наша дача-хуяча, так и мои последующие автомобили, в плане размеров и литражности. И армия, ещё и с Афганом, меня как-то подозрительно обминула, пока я был в разъездах, что мне даже как-то и позабылось о моём священном долге служить Советскому союзу, аж пока тот и вовсе здох.

... конечно же, барабанщик Валерка, и басист Петя, к тем нашим счастливым временам в разъездах по мере своего совершеннолетия вполне успешно попереженялись, и их проницательные ну оч. даже красивые их жёны, конечно же со времееем поотдирали их мужей от блядства нашего музыкального коллектива, на какие-то уже нормальные человеческие работы со стабильной надёжной зарплатой. А вот я со своей любимой училкой музыки, до сих пор мыкаемся, по морям и океанам, правда уже всего целого цивилизованного, демократического, сытого и благополучного мира, в шикарных круизных лайнерах, в шикарной огромной нашей роскошной постоянной любимой каюте, на самой верхней пассажирской палубе, ещё и с шикарнейшим балконом с креслами качалками и круглым стекляным столиком на которой ваза с различными фруктами, и с просто огроменной, как для нас двоих, ученика и училки, двуспальной кроватью, как по-жизни ну оччень даже классных музыкантов, оччень даже, весьма, востребованных в самых различных музыкальных международных коллективах, всего нашего такого огромного и необъятного Земного шара.. .

(продолжение не следует)

Ещё: как наставление молодёжной категории моего проницательного читателя моего мемуарно-литературного творчества, - я аж до сих пор полюбляю, где не попадя петь эту мою ту ещё первую, пионерскую песню, с мудрыми такими словами:

"Кто весел - тот смеётся.

Кто хочет тот добьётся.

Кто ищет, тот всегда найдёт."