Автор - justplaincraig Категория: Loving Wives

Опубликовано на Literotica 10.10.2026, рейтинг 4, 58.

От автора рассказа...

Человек-птица из Гринвилла. Часть 2

Он находит новое гнездо и начинает расправлять крылья.

Это вторая часть из четырёх.

Надеюсь, вам понравится эта часть истории.

***

Пять утра — слишком рано. И снова Алекс чистил картошку, а заодно его учили готовить запечённую фасоль.

— Глэдис, а почему вы не пользуетесь автоматической картофелечисткой? — спросил он, провозившись час и очистив два мешка картошки.

— Пользовались, но она сломалась, — ответила Глэдис.

— А где она?

Глэдис сказала, что картофелечистка стоит в сарае за зданием. Алекс спросил, можно ли ему взглянуть на неё после смены. Глэдис пожала плечами и ответила, что не возражает.

Перед уходом на кухню заглянула Элли. Она обошла всех, здороваясь с сотрудниками.

— О, ты всё ещё здесь?

— Так просто от меня не избавишься. После смены попробую починить картофелечистку, — сообщил Алекс ей.

— Не трать время. Все уже пытались. Мы даже вызывали специалиста, чтобы он её осмотрел. Её не починить.

— Ну, если ты не против, что я потрачу время впустую... Мне всё равно больше нечем заняться. Что я теряю?

— Главное, чтобы ты занимался этим в своё личное время, — язвительно бросила Элли и ушла.

Когда Элли вышла, Марселла что-то сказала по-испански. Глэдис перевела её слова:

— Не вздумай ссориться с нашей принцессой.

— Буду иметь в виду, — заверил её Алекс.

После смены Алекс отправился в сарай. Тот был до отказа забит сломанным оборудованием. Алекс нашёл картофелечистку, вытащил её и отнёс обратно на кухню, где нашёл розетку в стороне от прохода. Он очистил аппарат от грязи и включил в сеть. Тот загрохотал, издавая скрежещущий звук.

Бутч показал ему ящик с инструментами. Алекс принялся разбирать аппарат. Он вспомнил, как в детстве вместе с отцом собирал электронные наборы, которые продавались в Radio Shack. Они даже участвовали в соревнованиях. Алекс пытался заинтересовать этим Стивена, но безуспешно.

(Примечание переводчика: RadioShack — американская сеть магазинов электроники и радиодеталей. Она продавала электронные компоненты, провода, инструменты, наборы для сборки электронных устройств и разные товары для радиолюбителей.)

Время от времени кто-нибудь подходил посмотреть, чем он занят. Через полтора часа Алекс решил, что понял, в чём неисправность. Он нашёл в Google нужную деталь, выяснил, где её можно купить, и отправился за ней. Появившейся на кухне Кейше Алекс сказал, что скоро вернётся.

Через полчаса Алекс вернулся с деталью и принялся собирать аппарат. Ещё через час всё было готово к проверке. Алекс включил картофелечистку — скрежета больше не было. Она работала плавно и ровно.

Алекс взял пару картофелин. За ним наблюдали Кейша, Элли, Бутч и Кэнди. Алекс положил одну картофелину в аппарат, и через несколько секунд она вышла уже очищенной.

— Ну надо же! Вот это да! — воскликнул Бутч.

Алекс положил внутрь ещё пару картофелин. Результат был тот же. Он сиял от гордости за свою работу и посмотрел на Элли. На её лице читалось пренебрежение. Алекс лишь улыбнулся ей.

Алекс отправился в своё временное жилище, прихватив в награду за труды сэндвич с грудинкой и немного запечённой фасоли.

Алекс уже привык выключать телефон на время работы. Когда Алекс снова включил его, на него опять обрушился поток сообщений и голосовых посланий. Большинство было от Трейси, несколько — от матери и одно — от отца Трейси.

Алекс позвонил матери и рассказал о том, как теперь живёт. Она по-прежнему не верила, что Трейси ему изменила.

Разговор с тестем дался ему немного труднее. Эрл ему всегда нравился. Он был хорошим человеком. Когда Алекс и Трейси начали встречаться, Эрл и его жена сразу приняли Алекса. Шесть лет назад жена Эрла умерла от рака, и он тяжело переживал её смерть.

— Алекс, какого чёрта происходит? Трейси позвонила мне вся на нервах и сказала, что ты уехал из города. Что ты натворил?

— Я ничего не натворил, Эрл. Ты же знаешь, как сильно я любил Трейси. Иногда всё меняется. Я понял, что мне нужно начать жизнь заново, — начал объяснять Алекс.

— Любил Трейси? — переспросил Эрл. Он был умным человеком, от которого мало что ускользало. — Что это значит? Ты встретил другую? — потребовал он ответа.

— Нет, это не я изменял, — ответил Алекс, не став развивать мысль и предоставив

тестю самому сделать выводы.

— Что? Ты хочешь сказать, что Трейси тебе изменила? Да она же тебя до безумия любит! — возразил Эрл.

— Эрл, Трейси уже давно не была любящей женой. В присутствии родных или на людях она разыгрывает спектакль. А дома всё совершенно иначе. Трейси не только обращалась со мной неуважительно, но и близости у нас не было уже несколько месяцев. Я узнал, что её любовник велел ей больше не спать со мной. На прошлой неделе я застал их в нашей постели. Подумай об этом, Эрл. Моя жена трахалась с другим мужчиной в нашей супружеской постели. Это высшая степень неуважения. Вместо того чтобы натворить что-нибудь, за что меня посадили бы в тюрьму, я ушёл. Трейси и дети всё равно не будут по мне скучать. Теперь она сможет быть с тем, кого хочет.

— Не могу в это поверить. Мы воспитали её совсем не такой. Я знаю, чёрт возьми, что она тебя любит! — почти прокричал Эрл в трубку.

— Я не могу заставить тебя поверить в то, во что ты не хочешь верить, пап. Я пытался воспитать Стивена достойным человеком. Посмотри, что с ним теперь. Ещё одно отстранение от занятий — и его исключат из школы. Как родители, мы можем лишь делать всё, что в наших силах, ради детей. Мне жаль, что приходится рассказывать тебе о Трейси. Думаю, ты знаешь, как сильно я её любил. Я переехал в Мемфис и оставил ей большую часть денег. Я не собираюсь поступать с ней по-свински. Пусть оставляет себе дом. Он почти выплачен. Если она не сможет одна платить ипотеку, то может рефинансировать кредит, чтобы уменьшить ежемесячный платёж. У меня новая работа, но платят там не так уж много.

Дальше разговор лучше не пошёл.

Двадцать минут спустя позвонила Трейси. Алекс не ответил и не стал прослушивать голосовое сообщение. Он и так знал, о чём оно. Она прислала эсэмэску, в которой назвала его последним подонком за то, что он рассказал её отцу об измене.

Некоторые люди просто не способны принять последствия собственных поступков.

***

На следующее утро, когда Алекс пришёл на работу, Глэдис и Марселла обрадовались, увидев, что картофелечистка снова работает. Хотя Алекс был рад ещё больше. Элвуд тоже был в восторге.

— Не знаю, что ты там сделал, молодой человек. Я уже давно махнул на эту штуку рукой, — сказал он.

Алекс улыбнулся в ответ на похвалу. Теперь, когда не приходилось часами чистить картошку, у него появилось больше времени, чтобы освоить подготовку продуктов. Глэдис показала ему рецепт кукурузного хлеба.

По утрам в ресторане было оживлённо. Алекс в основном работал на кухне, в глубине, и лишь мельком знакомился с теми, кто обслуживал посетителей за завтраком. В утреннюю смену в зале работали семь человек. Глэдис и Марселла начинали в пять утра и уходили одновременно с ним. Ещё две женщины работали с пятницы по воскресенье; одна из них была подругой Марселлы. Алекс прикинул, что всего у Элвуда работало почти тридцать человек — и на полную, и на неполную ставку. Бутч и Джунбаг по очереди выходили на утренние смены. Коптильни нужно было обслуживать с четырёх утра до шести вечера.

Элли, по-прежнему державшаяся отстранённо, сообщила ему, что в четверг и пятницу у него выходные. Дальше график должен был быть таким: в субботу и воскресенье — с полудня до восьми вечера, с понедельника по среду — с шести утра до полудня. Правда, его предупредили, что при необходимости расписание могут менять.

В среду около одиннадцати пришла Элли.

— Кто-нибудь знает, кому принадлежит красный Mustang, припаркованный сзади? Он там уже пару дней стоит.

Несколько человек сказали, что видели машину, но не знали, чья она.

— Это моя машина, — отозвался Алекс.

— Твоя? — переспросила Элли.

— Да, купил по дороге сюда. Ничего, если я буду там парковаться? — спросил Алекс.

— Ты купил новенький Mustang и при этом хочешь работать здесь? — Элли снова посмотрела на него прищуренными глазами.

— Какая разница, на какой машине я езжу? Она не новая, ей три года. Я выгодно обменял свою прежнюю машину на эту, — ответил Алекс. Ему уже надоело такое отношение к себе. Элли начинала напоминать ему прежнего начальника.

— Элли, оставь человека в покое. Какая разница, ездит он на Mustang или на автобусе, если добросовестно работает и приходит вовремя? Отдай ему должное: он починил эту чёртову картофелечистку. Больше никто не смог. А я не хотел тратить деньги на новую.

Элвуд вдруг словно что-то вспомнил.

— Сколько стоила деталь, которую ты купил для ремонта? Глэдис сказала, что ты заплатил за неё из своего кармана, — спросил он.

— Не беспокойтесь об этом. Кейша разрешила мне взять домой сэндвич с грудинкой. Считайте, что мы в расчёте, — улыбнулся Алекс. — К тому же мне нравится возиться с техникой. Давно уже не доводилось чинить что-то подобное.

— Ну, раз так, у нас одна из подогреваемых секций не всегда держит нужную температуру, — намекнул Элвуд.

— Пап, я уже договорилась с Southern Appliance. Они придут на следующей неделе и посмотрят, что с ним, — сказала Элли.

— Так ты хочешь заплатить им пару сотен долларов просто за то, чтобы они переступили порог, или угостить Алекса сэндвичем с грудинкой? Какой вариант, по-твоему, выгоднее для бизнеса? — спросил Элвуд, прищурившись точно так же, как она.

Теперь Алекс понял, в кого пошла Элли.

— Ладно, но я не буду отменять вызов мастера на случай, если он не сможет починить, — сердито сказала Элли.

— Может, всё-таки стоит дать специалисту взглянуть на неё. Не хочу создавать путаницу, — предложил Алекс.

— Да брось, парень! Давай, посмотри, что с ней. За починенную штуку сэндвича с грудинкой не жалко, — сказал Элвуд.

— На этот раз я не хочу сэндвич с грудинкой...

Алекс не успел договорить.

— Так я и знала! Теперь он захочет содрать с нас три шкуры! — сердито перебила его Элли.

— Нет, пока меня грубо не перебили, я собирался попросить на этот раз Egg and Debris, — сказал Алекс, сердито взглянув на Элли.

(Примечание переводчика: Egg and Debris — это открытый бутерброд на бисквите — традиционной американской несладкой пышной булочке, — с яйцами пашот, голландским соусом и кусочками мяса: говяжьей грудинки, свинины и рёбер.)

— Чёрт побери, парень, если починишь, получишь и то и другое! — с широкой улыбкой заявил Элвуд.

Закончив смену, Алекс отправился осматривать подогреваемую секцию. Это заняло немало времени: раньше ему не приходилось работать с подобным оборудованием. К тому же посетители продолжали приходить, и это усложняло задачу. Он проверил сливные трубки. Пришлось съездить и купить диагностическое оборудование. В итоге Алекс обнаружил, что термостат одного из мармитов неисправен. Он не поддерживал нужную температуру и оттягивал тепло от остальных секций. Алекс нашёл нужную деталь в интернете и заказал её. Он сообщил мистеру Элвуду, что деталь привезут завтра, и попросил позвонить ему, поскольку у него будет выходной.

— Молодой человек, я знал, что не зря тебя нанял. Словно сам Бог послал тебя мне на помощь! — просиял мистер Элвуд.

Алекс заметил, как Элли закатила глаза. Он понимал, что только что сэкономил Элвуду пару сотен долларов.

После еды Алекс не уходил до трёх часов дня. Вместо того чтобы возвращаться в гостиницу, он решил поискать сигарный лаунж. Выбирал между Cigar Haven и The Tinder Box. В конце концов остановился на первом. Он находился дальше, но Алексу всё равно было нечем заняться.

Он провёл там пару часов. Выкурил отличную сигару Rocky Patel ALR 2nd Edition. Вкус у неё был замечательный: лёгкие нотки какао, фруктовые оттенки и немного перца. Он разговорился с несколькими посетителями. Ему показалось, что они удивились, насколько хорошо он разбирается в некоторых темах. На нём была ещё одна рубашка из секонд-хенда, а сам он пропах табачным дымом.

Один из мужчин работал в маркетинге — так же, как когда-то Алекс. Он знал компанию и нескольких её сотрудников.

— И всё-таки почему ты ушёл? Насколько я знаю, у компании дела идут отлично, — спросил он.

Алекс глубоко затянулся и выпустил дым.

— Иногда в жизни мужчины наступает момент, когда ему нужны перемены, возможность начать всё с чистого листа. Вот я и оказался таким человеком, а это мой новый старт, — объяснил он.

Некоторые посмотрели на него с недоверием.

— Проблемы с женой, да? — бесстрастно спросил один из мужчин.

— Ага, проблемы с женой, — усмехнулся Алекс.

С этого начался целый поток историй о разводах и неверных жёнах. Перед уходом тот мужчина протянул Алексу свою визитку.

— Если подумаешь вернуться в эту сферу, мне всегда пригодится человек с опытом.

— Спасибо. Буду иметь в виду, если с барбекю у меня не выгорит, — ответил Алекс и вернулся в своё временное жилище.

***

В следующие два дня Алекс искал жильё на более долгий срок, но так и не нашёл ничего подходящего. Он понимал, что дело в его собственном настрое: он привык к тому, что может позволить себе жить практически где угодно. А теперь зарабатывал уже не столько, сколько прежде. Он подумывал принять предложение Боба Джонсона, того самого мужчины, с которым познакомился в сигарном лаунже. Но ему действительно нравилось работать в Elwood’s.

Трейси звонила теперь не чаще раза в день. Говорила, что им нужно поговорить и попытаться всё наладить. Она так и не поняла, что дело было не только в её измене. Ему нужно было вырваться из прежней жизни в целом. Кто-то мог бы назвать его трусом за то, что он сбежал. Возможно, так оно и было. Но теперь ему уже было всё равно, что о нём думают другие.

В пятницу Алекс лежал на диване и смотрел телевизор, когда ему позвонила Кейша.

— Алекс, Марвин только что позвонил и сказал, что заболел. Не хочешь сегодня выйти на смену?

Других планов у него не было.

— Для тебя, Кейша, что угодно — только машину водить не дам. Дай мне двадцать минут, и я буду на месте.

Через пятнадцать минут Алекс уже вошёл в ресторан и направился к стойке в глубине зала. Нишель и Карла уже работали там вместе с Элли.

Она посмотрела на Алекса.

— Ты что здесь делаешь? — резко спросила она.

Алекс почувствовал, как в нём закипает раздражение.

— И вам добрый день, мисс Элли. Кейша попросила меня выйти, потому что Марвин заболел и не смог прийти. Если я вам не нужен, могу вернуться домой, — столь же резко ответил он.

Элли снова одарила его тем самым взглядом.

— Ну, раз уж ты пришёл, можешь остаться.

Она отошла, и Алекс занял её место.

Когда Элли ушла, он спросил Нишель:

— Она со всеми так обращается или только со мной?

Нишель оглянулась через плечо, проверяя, что Элли не слышит.

— Ты про Принцессу? Со всеми, но с тобой она обходится ещё хуже. Не знаю, чем ты ей насолил. Я бы на твоём месте поостереглась, — предупредила она.

Карла согласилась с ней.

— И что самое страшное она может сделать? Уволить меня? Да я до конца недели найду другую работу, — заявил Алекс.

— Может, ты ей нравишься, — поддразнила его Карла.

— Ну и ладно. Мне это ни к чему, — ответил Алекс.

Пока они работали, разговорились о своей жизни. Карле было девятнадцать, и в следующем учебном году она собиралась поступать в местный муниципальный колледж на программу по деловому администрированию.

Нишель было двадцать шесть, у неё была пятилетняя дочь. Она рассказала, что мать помогает ей с ребёнком, пока она работает. В Elwood’s Нишель трудилась ещё со школы. Она говорила о том, что хочет добиться в жизни большего. Ей не хотелось всю жизнь прожить в социальном жилье по программе Section 8, и уж точно она не хотела, чтобы её дети росли там же. Она твёрдо решила разорвать этот порочный круг.

(Примечание переводчика: Section 8 — это американская государственная программа жилищной помощи для малоимущих семей и отдельных граждан. Государство оплачивает часть аренды жилья: человек снимает квартиру у частного арендодателя, а субсидия покрывает значительную часть арендной платы. Сам арендатор обычно вносит оставшуюся сумму, рассчитанную с учётом его доходов.)

— Кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — пошутил Алекс.

— Ветеринаром. Я всегда любила животных. Мне казалось, из меня вышел бы отличный ветеринар, — с гордостью сказала Нишель.

— Думаю, из тебя и правда вышел бы отличный ветеринар. Ты пробовала искать стипендии? Как ты училась в школе?

— Хорошо, но не на отлично. Хотя, думаю, для поступления в колледж моих оценок хватит. Стипендиями я особо не интересовалась. Между работой и заботами о дочери, Шарней, у меня почти не остаётся свободного времени.

— Если тебе чего-то по-настоящему сильно хочется, ты найдёшь на это время. Ты ведь делаешь это не только ради себя, но и ради дочери. Как ни удивительно, получить стипендию довольно легко. Просто люди не знают, где искать. Есть даже специальные приложения для поиска стипендий. Знаешь, многие организации, работающие в определённых областях, предлагают свои стипендии. Ты чернокожая женщина, так что, уверен, ты сможешь найти стипендию на обучение ветеринарному делу. Возможно, даже такую, которая полностью покроет расходы: учёбу, проживание, питание и учебники. Если хочешь, я помогу тебе поискать, — предложил Алекс.

— Конечно! Я была бы вам очень благодарна, мистер Алекс, — просияла Нишель.

— Просто Алекс. А то ты выставляешь меня каким-то стариком.

— Ну а что у вас за история, Алекс? — спросила Нишель, разрезая стойку рёбер.

— Ничего такого интересного, как мечта стать ветеринаром. Я сбежал, чтобы вступить в цирк. А потом выяснилось, что все цирки закрылись, — пошутил Алекс.

— Ха-ха! Прямо вижу тебя клоуном. А теперь расскажи, как всё было на самом деле. Ну же, выкладывай! Хочу знать все сплетни, — подзадорила Нишель его.

Алекс выкладывал на блюдо кусочки сома, добавляя к ним макароны с сыром и печёную фасоль. Никто не знал, почему он оказался в Мемфисе. Алекс полагал, что все об этом гадали, и стоило ему рассказать кому-нибудь одному, как тут же узнают остальные.

— Да особо нечего рассказывать. Застал жену за изменой. Работа была паршивая, дети меня ни во что не ставили. Вот я и ушёл. И всё — никаких сложностей, раз плюнуть. И вот я здесь. Работаю бок о бок с будущим великим ветеринаром и будущей владелицей собственного бизнеса. Когда у тебя появится своё шоу на Animal Planet, не забудь нас, простых смертных.

— Ты правда застал жену за изменой? Чёрт, вот же дерьмо! Надеюсь, ты этому козлу морду набил, — горячо сказала Карла.

— Нет, никому я морду не бил. Мне просто стало на всё наплевать. На следующий день я пошёл на работу. Начальнику не понравилось, как я себя стал вести, и он отправил меня домой. Мне было всё равно. Меня обошли с повышением, так что я решил: да пошло оно всё. Уволился и поехал на запад. Я понятия не имел, куда направляюсь и где в итоге окажусь. Одному Богу известно, почему я очутился здесь, а не на пляже, как обычно бывает в таких историях.

— Может, Бог послал тебя сюда, чтобы проследить, чтобы я поступила в колледж, — с улыбкой сказала Нишель.

— Может быть. Говорят, пути Господни неисповедимы.

Некоторое время они работали молча. Из подсобки вышла Элли.

— Здесь всё в порядке? Как он справляется, Карла?

— Ага, он просто звезда! Работать с ним — всё равно что с Марвином, только этот ещё и разговаривает, — ответила Карла, ухмыльнувшись Алексу.

— Надеюсь, не слишком много разговаривает, — бросила Элли, смерив Алекса взглядом.

— Никак нет, босс. Работаю, босс, — саркастически отозвался Алекс с ухмылкой.

Он заметил, как Нишель отвернулась, чтобы скрыть смех.

— Ладно, хорошо, — ответила Элли и сердито удалилась.

— Да что с ней такое? Я ей что-то сделал, что ли? — спросил Алекс.

— Понятия не имею. Мы зовём её Принцессой из-за её манер. Никогда не видела, чтобы она с кем-то обращалась так, как с тобой, — сказала Карла.

— Вот увидишь, по-моему, ты ей нравишься, — добавила она.

Алекс покачал головой и продолжил работать.

***

Шли дни. Алекс арендовал абонентский почтовый ящик, чтобы ему могли пересылать туда корреспонденцию. Он перебрался в другой мотель. Из тех, где люди обычно живут подолгу, оплачивая номер понедельно. Особой общественной жизнью он не жил. Но это было временно.

В некоторые дни Алекс проводил время с Бутчем и Джунбагом возле коптилен. Он познакомил их с крафтовым пивом, а они его — с Jim Beam и Paul Masson. Раз в неделю он ходил в сигарный лаунж. Там он общался с людьми, которые вполне могли бы быть частью его прежней жизни, — корпоративными работниками и менеджерами. Иногда по вечерам Алекс сидел на улице у своего номера в мотеле и разговаривал с соседями.

Звонки от Трейси наконец прекратились. Сам Алекс время от времени звонил матери.

Несколько раз ему звонили бывшие коллеги. В основном спрашивали, что произошло. Алекс отвечал, что пришло время перемен. Они рассказывали, что его внезапный уход, да ещё и в такой манере, наделал немало шума.

Алекс получил первую зарплату. Последний раз бумажный чек ему выдавали лет двадцать назад. Алекс посмотрел на сумму и рассмеялся. Меньше он не зарабатывал со времён окончания школы. Ему было трудно представить, как люди живут на такие деньги.

Он задумался о своём положении. Подъехав к мотелю, где остановился, он оглядел стоявшие вокруг старые машины. Некоторые едва держались на ходу. Семьи из четырёх человек ютились в одном номере. Алекс не был религиозным человеком, но вспомнил слова: «Не судите, да не судимы будете». Он был благодарен за то, что у него оставался выбор.

Алекс познакомился с некоторыми постояльцами. В соседнем номере жила пожилая пара — Агнес и Герман. Каждый день после работы Алекс заставал их сидящими перед номером в пластиковых садовых креслах.

С другой стороны жила Долли с тремя детьми: двумя мальчиками — пятилетним Маркусом и семилетним Тариком — и двухлетней дочкой Жасмин. Пару раз Алекс подвозил её до продуктового магазина.

Люди спрашивали, почему он поселился здесь. Красный кабриолет Mustang, пусть и не новый, сразу бросался в глаза — словно маяк в тумане. Поначалу к нему относились с подозрением: никто не понимал, что он за человек. Иногда после работы Алекс выносил стул к своему номеру и сидел там, покуривая сигару. Постепенно по этому маленькому сообществу разошлась молва, что он вполне приличный парень.

***

Однажды Алекс подменил Карлу на смене, а в другой раз подвёз Нишель домой, потому что шёл дождь. Она жила в районе, который он позднее узнал как Парквей-Виллидж. Это был старый район, который пока ещё не стал престижным. Но лет через десять и до него доберутся перемены.

Нишель жила там вместе с матерью и дочерью, а иногда к ним присоединялся её брат, когда не сидел в тюрьме. Она пригласила Алекса войти, и он обнаружил, что дом внутри со вкусом обставлен. Её мать, Делорес, на вид была ровесницей Алекса.

Она предложила Алексу сладкий чай и спросила, не хочет ли он остаться на ужин. Алекс попытался отказаться, но Нишель и слышать ничего не хотела.

— Если ты думаешь, что в Elwood’s вкусно готовят, погоди, попробуешь, как готовит моя мама!

Алекс познакомился и с её дочерью — очаровательной пятилетней девочкой, настоящим сокровищем.

За едой мать Нишель принялась допросить Алекса с пристрастием.

— Давно ты работаешь в Elwood’s? Раньше я тебя там не видела.

Алекс замер с вилкой, полной риса с подливкой.

— Всего три недели, — ответил он.

— Для человека, который работает в барбекю-забегаловке, у тебя больно уж шикарная машина. Ты только там и работаешь? — продолжала допытываться она.

— Я купил её по дороге сюда. Сдал свою старую машину в зачёт и получил хорошую цену, — объяснил он.

— Хм, должно быть, и правда хорошую.

— Мам, не надо допрашивать его, будто его разыскивает ФБР. Он хороший человек. Он поможет мне найти стипендию, — вмешалась Нишель.

— И насколько же хорошо он с тобой обращался? — настаивала мать, бросив на Алекса недобрый взгляд.

— Мам, это уже лишнее. Мистер Алекс вёл себя со мной исключительно по-джентльменски. Сегодня он вовсе не обязан был подвозить меня домой. Но он это сделал, потому что не хотел, чтобы я промокла. Он постоянно говорит, что я способна добиться большего, что могу стать кем-то большим, чем сейчас, — ради себя и Шарни. Ты должна перед ним извиниться! — возразила Нишель.

— Нет, извиняться не за что. Будь я на твоём месте, ты бы тоже хотела знать, что за незнакомец привозит мою дочь домой. Как мать я это понимаю и уважаю. Столько родителей вообще не интересуются собственными детьми! Я бы хуже о ней подумала, если бы она не стала меня расспрашивать. Вот подрастёт Шарни — сама поймёшь, о чём я говорю.

После этого напряжение улеглось. Они поговорили о том, чем можно заняться в Мемфисе и где лучше всего жить. Делорес сказала, что, возможно, знает человека, который ищет соседа по дому. Она обещала поговорить с ним на этой неделе.

Алекс поблагодарил её за великолепный ужин и ушёл, обняв на прощание всех троих.

***

Алекс только что вернулся после вечера, проведённого с Агнес и Германом. Общение с ними помогало ему расслабиться после тяжёлого рабочего дня. Он начал понимать, насколько ему не хватало общения с людьми в прежней жизни. Алекс разговаривал не только с соседями по обе стороны от своего номера — со временем он познакомился почти со всеми, кто здесь жил. Кто-то поселился в мотеле пару месяцев назад, когда дела пошли совсем плохо. Другие жили здесь уже много лет. Большинство копили деньги, чтобы перебраться в другое место, как Долли с детьми. Она ждала, когда ей наконец предоставят жилищный ваучер по программе Section 8.

Герман вышел на пенсию после работы на железной дороге, а Агнес большую часть жизни проработала домработницей. Однажды Алекс спросил их, почему они живут в мотеле, а не снимают квартиру. Они объяснили, что так обходится гораздо дешевле. Кабельное телевидение и интернет уже включены в стоимость проживания. За электричество и воду платить не нужно. В итоге они тратили вдвое меньше, чем пришлось бы отдавать за квартиру. Алекс мог понять их логику.

Алекс уже почти заснул, когда телефон завибрировал — пришло сообщение. Алекс взглянул на экран: Трейси.

“Тебе нужно вернуться домой. Это уже слишком затянулось”.

Похоже, трейси писала ему пьяной: в сообщении было несколько слов с ошибками. Как обычно, он ей не ответил.

Не в первый раз Алекс задавался вопросом, почему не злится на то, что с ним произошло. Казалось бы, он должен быть в ярости, но ничего подобного не чувствовал. Он лежал, глядя в потолок, и пытался разобраться в собственных эмоциях. Алекс понимал, что злиться — лишь напрасно тратить силы. Что сделано, то сделано.

Возможно, где-то в глубине души он подозревал, что за поведением Трейси скрывалось нечто большее, чем просто злость на него. Алекс где-то читал, что изменивший партнёр разочаровывается в своей второй половине не потому, что сам изменяет, а потому, что не замечает собственной измены. Не видит того, что должно быть очевидным. Может быть, именно это происходило с Трейси. И всё же Алекс не видел ни одной причины, по которой она могла бы ему изменить.

Возможно, однажды они сядут и поговорят, и тогда ему удастся получить ответы на свои вопросы. Но сейчас ему было всё равно.

Если быть честным с самим собой, измена Трейси причинила ему боль. Алекс чувствовал себя неудачником и как муж, и как отец. Иногда делаешь всё возможное, чтобы твой ребёнок вырос достойным взрослым человеком. Читаешь о том, какое тяжёлое детство было у убийц, прежде чем они пошли на преступление. А вот о преступниках, выросших в благополучных семьях, слышишь куда реже.

Как говорят французы, c’est la vie — такова жизнь.

***

Со временем Алекс всё больше узнавал о тонкостях барбекю. Бутч или Джунбаг приходил к четырём утра, чтобы разжечь коптильни. Когда огонь разгорался, они приправляли грудинку и отправляли её коптиться. Следом шла курица, затем рёбра. Когда Марселла заканчивала готовить колбаски, их закладывали последними. Грудинку, начатую накануне, снова отправляли в коптильню, чтобы довести до готовности к одиннадцати. Всё, что оставалось со вчерашнего дня, использовали для блюд на завтрак.

Работа у коптилен не требовала больших физических усилий, если не считать жары и дыма, от которого щипало глаза. Главное — знать, когда мясо готово. Передержишь всего на десять минут — и всё испорчено. Алекс усвоил, что нужно учитывать и то, что мясо продолжает готовиться даже после того, как его сняли с огня. Бутч и Джунбаг делились с ним разными хитростями. Такому учатся годами. Бутч проработал в Charlie Vergos пятнадцать лет. Джунбаг занимался тем же почти столько же, сменив несколько заведений. Им нравилось работать в Elwood’s, потому что Элвуд не мешал им делать своё дело. Пока мясо было готово вовремя и приготовлено как следует, он не вмешивался. Даже Элли не заглядывала к ним в заднюю часть кухни.

Через пару недель после того ужина у её семьи Нишель сказала Алексу:

— Мама о тебе спрашивала, — заметила она с улыбкой.

Алекс накладывал фасоль в контейнер.

— Да ну? И что же она спрашивала?

Нишель хихикнула.

— Спрашивала, почему ты в последнее время перестал подвозить меня домой. Думает, то ли тебе еда не понравилась, то ли она тебя чем-то оскорбила. Но на самом деле спрашивала она совсем не поэтому.

— О-о-о, — произнёс Марвин.

Для Марвина это была целая шекспировская тирада.

Алекс перестал работать и посмотрел на Нишель.

— Что ты имеешь в виду?

— Да ладно тебе, дружище, мне что, разжёвывать? Она хочет снова тебя увидеть. Считает тебя симпатичным — для белого мужчины. По крайней мере, я слышала, как она говорила это своей лучшей подруге. Хотя, если честно, сама я этого не понимаю, — сказала Нишель и расхохоталась от души.

— Может, и тебе стоило сбежать и податься в цирк. А я тебе скажу: многие женщины считают меня неотразимым. Значит, я ей нравлюсь? Любопытно. Получается, если мы начнём встречаться, а то и поженимся, тебе придётся называть меня папочкой, — Алекс громко рассмеялся. Даже Марвин присоединился к нему.

— Что у вас там происходит? — спросила Кейша.

Сквозь смех Карла выкрикнула: — Алекс станет отчимом Нишель!

И тут уже засмеялись все.

— Гляньте, Алекс покраснел! — заметила Кэнди.

— Да хватит вам! Никто мне отчимом не станет! — возмутилась Нишель.

— Отчимом не станешь, пока не начнёшь с ней встречаться. Ты уже пригласил её на свидание? — спросила Элис от стойки в передней части зала.

— Господи, Карла, ну и зачем ты это начала? — пошутил Алекс.

До конца дня Алексу и Нишель пришлось терпеть бесконечные поддразнивания.

***

Алексу позвонила мать. Он по-прежнему время от времени звонил ей сам, чтобы дать знать, что с ним всё в порядке. Она никак не могла понять, почему он не хочет попытаться наладить отношения с женой.

— Алекс, ты в последнее время разговаривал с Трейси?

— Нет, мам, не разговаривал. Нам больше незачем общаться, — фыркнул он.

— Не смей разговаривать со мной таким тоном. Я всё ещё твоя мать. Когда ты прекратишь заниматься этой глупостью и вернёшься домой? Ты нужен своей семье, — назидательно произнесла она.

— Мам, сколько раз тебе повторять? Я не вернусь. Дети уже достаточно взрослые, чтобы заботиться о себе самим. Им я нужен только для того, чтобы оплачивать их расходы. У Трейси достаточно денег, чтобы ещё долго ни в чём не нуждаться. А если ей понадобится что-то ещё, пусть обращается к своему бойфренду, — возразил он.

— Трейси сказала, что у неё нет никакого бойфренда. Она признала, что совершила ошибку. Она хочет, чтобы ты вернулся домой и вы попытались всё наладить..

— Значит, она наконец призналась тебе, что изменила мне, да? А ведь ты мне не поверила, когда я тебе об этом рассказал. Ну что ж, поверь мне и теперь, когда я говорю: наш брак больше не спасти, — устало произнёс Алекс.

Они ещё немного поспорили, а затем закончили разговор.

***

Два дня спустя Нишель попросила Алекса подвезти её домой. Он не придал этому особого значения. Он остановился перед симпатичным домом в коттеджном стиле.

— Ты не зайдёшь? Было бы невежливо не пригласить тебя, — сказала Нишель.

Алекс вошёл в дом. Шарни подбежала к нему.

— Привет, мистер Алекс! — Она обняла его.

— Привет, малявка! — ответил он на приветствие.

Из кухни вышла Делорес. На ней был светло-голубой сарафан и сандалии. Хотя, возможно, это сарафан носил её, а не она его.

Алекс впервые по-настоящему посмотрел на неё. Так, как мужчина смотрит на женщину. Волосы у неё были выпрямлены. Ростом она была такая же, как Нишель, но на этом сходство заканчивалось. При росте пять футов шесть дюймов она была, как сказали бы молодые, фигуристой. Бёдра у неё были широкие, но не слишком. Пышная грудь, глубокое декольте. Карие глаза искрились.

Алекс почувствовал толчок в руку.

— Что? — спросил он, посмотрев на Нишель.

— Закрой рот, Алекс, а то туда что-нибудь залетит, — усмехнулась она.

— Эй, Алекс, останешься на ужин? Я приготовила фаршированные свиные отбивные, тушёную листовую зелень и запечённый картофель, — застенчиво спросила Делорес.

— Э-э... да, конечно, если я не доставлю тебе лишних хлопот, — ответил Алекс.

Ему даже в голову не пришло, что еды она приготовила на четверых.

— Господи боже, вы двое можете прекратить? Алекс, садись. Я принесу ужин, а вы пока развлекайте друг друга, — сказала Нишель и ушла, уведя с собой Шарни.

Делорес и Алекс остались в гостиной.

— Нишель сказала, что вы работаете в больнице? — спросил Алекс, чтобы завязать разговор.

— Да, я там уже почти двадцать лет.

— Двадцать лет! Значит, вам нравится. Чем вы занимаетесь?

— Нравится... Ну, как и на любой работе, бывают хорошие дни и плохие. Я хирургическая медсестра-инструменталист. Звучит солидно, а на деле я просто мою инструменты, — пояснила она.

— Не принижайте свою работу. Звучит как очень важное дело. Нельзя же проводить операции грязными инструментами. Вы всегда жили в Мемфисе?

— Ага, всю жизнь. Жаловаться не на что. Пока город ко мне благосклонен. А вы? Нишель сказала, что вы жили в Гринвилле.

— Я тоже прожил там всю жизнь, если не считать колледжа. Но до Appalachian State всего три часа езды. Теперь мой дом — Мемфис, если только не найдётся по-настоящему веская причина уехать. Думаю, Нишель рассказала вам, почему я уехал.

— Нет, она сказала, что это твоя история и рассказывать её должен ты.

Прежде чем кто-то успел что-либо сказать, Нишель позвала всех к столу.

Они помолились и принялись за еду.

— Боже мой, как же вкусно! Нишель не преувеличивала, когда говорила, что ты отлично готовишь, — воскликнул Алекс.

— Спасибо, — улыбнулась Делорес.

— Я тоже помогала! — вставила Шарней.

— А ты тоже отлично готовишь, малявка, — добавил Алекс.

Девочка просияла от гордости.

За ужином они поговорили о том, как ему работается в Elwood’s.

— Всё нормально, кроме Элли. Не понимаю, что я ей сделал. Она так ко мне относится с самого первого дня.

Нишель сказала:

— Мы это обсуждали. Никто не знает, почему она так с тобой обращается. Может, ты напоминаешь ей бывшего мужа. По крайней мере, так говорят Элис и Кэнди.

— Её мужа? — переспросил Алекс.

— Я его никогда не видела. Насколько я слышала, в ресторан он заглядывал нечасто. Он белый. Говорят, он изменил ей с какой-то мексиканкой с работы. После этого она изменилась. Стала не то чтобы злее... Наверное, лучше сказать, менее приветливой, — объяснила Нишель.

Алекс спросил: — И давно это было?

— Два года назад. Кажется, развод у них был скандальный. Он пытался отсудить часть ресторана. Но всё оформлено на мистера Элвуда, так что ничего у него не вышло. К счастью, детей у них не было. Элли долго сюда не приходила. Поэтому Кейша и стала помощницей управляющего. Пока Элли отсутствовала, всем заправляла она.

— Я заметил, что мистер Элвуд не особо участвует в делах ресторана. В основном просто болтается здесь.

Нишель рассмеялась.

— Ага, ресторан сам по себе работает. Он всё ещё приходит, потому что ему больше нечем заняться. То спит у себя в кабинете, то болтает с посетителями в зале. Мы даём ему думать, что он по-прежнему всем заправляет. На самом деле почти всей работой занимаются Элли и Кейша, а остальные подключаются, когда нужно.

Они ещё немного поговорили о том, чем можно заняться в городе. Алекс всё ещё осваивался в Мемфисе. Тут Нишель предложила:

— Алекс, почему бы тебе как-нибудь не позволить маме показать тебе город? Если подумать, наверняка ты сможешь выкроить время в одну из суббот. Завтра поговорю с Кейшей.

Делорес и Алекс одновременно посмотрели на Нишель. Та широко улыбалась. Они переглянулись.

— Ну что, Делорес, как ты на это смотришь?

— Я не против, если и ты не против, — ответила она.

— Значит, свидание! В эту субботу можешь заехать за ней в четыре. У вас будет время покататься по городу до ужина. Только не задерживай её допоздна: в воскресенье ей в церковь, — вставила Нишель.

— Простите, но я ведь даже не просил выходной на субботу, — возмутился Алекс.

— В пятницу ты работаешь вместо Марвина, а в субботу он подменит тебя. Разве я тебе раньше не говорила? — спросила Нишель с лукавой улыбкой.

— Алекс, похоже, нас с тобой подстроили друг под друга, — сказала Делорес, глядя на дочь. По её лицу было видно, что она рада такому повороту событий.

— И не только в этом смысле, — отозвался Алекс и посмотрел на Нишель. — Значит, теперь тебе придётся называть меня папой, да?

Делорес изумлённо раскрыла рот.

— Не волнуйся, это наша внутренняя шутка.

После ужина Делорес проводила Алекса до двери. Нишель уже уложила Шарни спать.

— Прости, что Нишель поставила тебя в неловкое положение. Ты вовсе не обязан приглашать меня на свидание, если не хочешь, — сказала она с некоторым смущением.

Алекс улыбнулся ей.

— С чего бы мне не хотеть пригласить на свидание самую красивую женщину из всех, кого я встретил в Мемфисе? Ты можешь помочь мне, показав город, как и предложила Нишель. Я всё ещё ищу, где поселиться, и пока ничего толком не знаю о городе. Обычно я так не поступаю, но... Не могла бы ты забронировать столик на субботу в том ресторане, куда тебе давно хотелось сходить? Для меня будет честью пригласить тебя туда.

— Правда? Я всегда хотела побывать в Flight или Paulette’s. В Мемфисе ведь либо барбекю, либо что-то изысканное. И то и другое дорого. Почему бы тебе не посмотреть меню обоих ресторанов и не решить самому? — предложила Делорес.

— Нет, выбирать должна ты. Мне подойдёт любой из них. К тому же, кроме двух восхитительных ужинов у вас, я всё это время питался одним барбекю. Я не против чего-нибудь изысканного.

Они обнялись, и Алекс с улыбкой отправился домой.

***

В четверг у Алекса был выходной, и он, как обычно, отправился в сигарный лаунж. Там он столкнулся с Бобом Джонсоном.

— Эй, Алекс! Я надеялся, что ты мне позвонишь. У меня есть вакансия, если тебе интересно. Скажу честно: я связался с парой знакомых из твоей прежней компании. Они отзываются о тебе исключительно хорошо. Говорят, ты внезапно ушёл, даже не предупредив. Думают, всё дело в том, что тебе не дали повышение, на которое ты рассчитывал.

Алекс затянулся сигарой Asylum 13 Oblongata, которую курил. Их было трудно достать, и он покупал несколько штук при любой возможности.

— Да, именно поэтому я и ушёл. Нельзя бесконечно работать на одну компанию и терпеть неуважительное отношение. Вот я и ушёл. У меня накопилось более чем достаточно неиспользованных отпускных дней. К тому же мне надоела эта ежедневная рутина.

Боб кивнул.

— Понимаю. Бизнес этот бывает непростой. Всё время что-то меняется, требования высокие. А ещё приходится иметь дело с клиентами, которые никак не поймут: сколько ни вкладывай в маркетинг, если продукт — дерьмо, его никто не купит.

Оба рассмеялись.

— Должен тебе сказать, Боб: я пока не готов возвращаться в эту сферу. Сейчас я не смогу работать с полной отдачей. Я ведь не просто ушёл из компании — я уехал из города. Узнал, что жена мне изменяет, и ушёл из семьи.

Алекс заметил выражение лица Боба.

— Но я не бросил их без средств к существованию. Детям пятнадцать и семнадцать, они уже достаточно взрослые, чтобы всё понять. Жена зарабатывает более чем достаточно, а я забрал только треть наших сбережений и половину денег, отложенных на учёбу детей, — всё равно, скорее всего, ни один из них в колледж не пойдёт. Даже если бы жена бросила работу, ей хватило бы денег ещё на несколько лет. Я просто хотел уехать подальше от всего этого.

— Алекс, я тебя понимаю. Я и сам сейчас во втором браке. Первая жена обвиняла меня в том, что я изменяю ей с работой. Она не понимала, сколько сил нужно, чтобы обеспечивать ей тот уровень жизни, к которому она привыкла. Мне повезло встретить вторую жену. Она сама строит карьеру и понимает, чего стоит успех.

Они на минуту замолчали, наслаждаясь каждый своей сигарой и потягивая односолодовый виски.

— Я понимаю, что ты не хочешь сразу бросаться в омут с головой. Как насчёт для начала зайти на мелководье и посмотреть, как пойдёт?

Боб улыбнулся Алексу и принялся объяснять свой план. Алекс мог бы работать три дня в неделю и посмотреть, как всё сложится. Алекс сказал, что ему придётся обсудить с начальником возможность изменить график. Идея ему понравилась, но он попросил дать ему пару недель на размышления.

***

В пятницу Алекс вышел на работу, чтобы завтра у него был выходной. Пятница была у них третьим по загруженности днём недели. Когда он вошёл, ему показалось, что все смотрят на него как-то иначе.

— Что это со всеми сегодня? — наконец спросил он.

Женщины за стойкой спереди принялись смеяться.

— У Алекса свидание! — пропела Кэнди нараспев, и остальные тут же подхватили смех.

— Ха-ха, очень смешно, — сказал Алекс и показал им язык.

До конца дня его не переставали поддразнивать. Даже Джунбаг заглянул и спросил, знает ли Алекс, как вести себя на свидании. Единственный совет, которому Алекс последовал, найти хорошего парикмахера.

***

В субботу утром Алекс встал пораньше. Ему подсказали, где можно купить хороший костюм, — в магазине мужской одежды James Davis. Там ему подобрали отличный синий костюм, жёлтый галстук, белую рубашку, носки и туфли. С тех пор как он уехал из Гринвилла, Алекс ни разу не надевал костюм.

Затем он отправился к парикмахеру, которого порекомендовала Карла. Сначала Алекс решил, что ошибся адресом. Оказалось, это был двоюродный брат Карлы, который стриг клиентов у себя дома. Алекс постучал в дверь, и ему открыл высокий, худощавый мужчина лет двадцати пяти.

— Вы, должно быть, Алекс, — сказал он, протягивая руку.

— Э-э, да, — немного неуверенно ответил Алекс.

— Не переживайте, я умею стричь белых. Я учился на парикмахера, — рассмеялся тот.

Он провёл Алекса в глубь дома. В задней комнате стояло парикмахерское кресло. Там же сидели ещё несколько мужчин. Одна компания играла в карты.

— Какую стрижку хотите? — спросил парикмахер по имени Дион.

— Такую, чтобы я хорошо выглядел, — ответил Алекс.

— Я стригу волосы, а не чудеса творю, — заявил Дион, вызвав всеобщий смех.

Алекс впервые оказался в парикмахерской для чернокожих. Раньше он слышал о том, что там происходит, а теперь сам во всём этом участвовал. К тому времени, когда стрижка закончилась, он уже успел подружиться со всеми присутствующими.

Посмотрев в зеркало, Алекс удивился, как хорошо выглядит. С тех пор как он уехал из Гринвилла, он ни разу не стригся. К тому же он отрастил бороду, которая придавала ему сексуальный пиратский вид. Работой Диона он остался очень доволен. Он определённо придёт сюда ещё.

Вернувшись в мотель, Алекс принял душ и оделся. Когда он вышел на улицу, Герман и Агнес, как обычно, сидели у входа.

— Эй, молодец, куда это ты собрался, такой щёголь — хоть сейчас в гроб клади? — спросил Герман.

— На свидание, — с улыбкой ответил Алекс.

— На свидание, значит? А выглядишь ты и правда отлично, Алекс. Рад, что ты наконец постригся. Давно пора. Куда поведёшь свою даму? — спросила Агнес.

К ним уже подошли и другие жильцы, сидевшие снаружи.

— Она хочет сходить в Flight. А перед этим покажет мне кое-какие районы города, чтобы я мог присмотреть квартиру, — рассказал им Алекс.

— В Flight? Ничего себе! Вот это размах! Это самый дорогой ресторан в городе. Надеюсь, потом тебе что-нибудь перепадёт, — сказал Андре.

(Примечание переводчика: “Flight” – это самостоятельный ресторан высокой кухни Flight Restaurant & Wine Bar, расположенный по адресу 39 South Main Street в центре Мемфиса. Он специализируется на изысканной американской кухне и подаче нескольких небольших порций разных блюд за один визит. Будете в Мемфисе, обязательно зайдите...)

— Ой, да замолчи ты, Андре! Не всё же сводится к этому, — одёрнула его Агнес. — Ты лучше просто хорошо проведи время. Ты ведь никуда не выбираешься. Тебе полезно иногда выходить в свет, — добавила она по-матерински заботливо.

По дороге к дому Делорес зазвонил телефон. Алекс увидел, что звонит Трейси, и удивился: она уже давно ему не звонила.

— Алло.

— Алекс, это Трейси. У нас проблема... — начала она.

Первое, что пришло ему в голову, — что-то случилось с детьми.

— Что случилось? С детьми всё в порядке? — спросил Алекс.

— Да, с детьми всё хорошо. Они скучают по тебе. Я звоню, потому что с моей машиной что-то не так, а я не знаю, что делать, — объяснила Трейси.

Алекс уже собирался посоветовать ей обратиться к Ирвину, чтобы тот починил машину. Но он уже перерос мелочные придирки.

Он раздражённо выдохнул.

— Господи, Трейси... — Алекс расспросил её, в чём проблема, и выяснил, что ничего серьёзного не случилось. — Запишись в OurTown Car Care на Уэст-Франклин. Скажи, что я тебя направил. Они всё починят, ладно? Ещё что-нибудь?

— Да. Когда ты вернёшься домой? Это уже слишком затянулось. Я думала, ты давно перебесился и вышел из своей детской истерики, — сердито выпалила Трейси.

Алекс снова с раздражением шумно выдохнул.

— Я дома, Трейси. По крайней мере, пока не появится веская причина уехать. В Гринвилле меня больше ничто не держит. То, что ты называешь истерикой, я называю концом брака. И в этом виновата ты, потому что изменила мне. Денег на счету у тебя достаточно. У тебя есть любовник. Я тебе больше не нужен.

Трейси принялась возмущаться, кричать и повторять всё то же самое, что они уже не раз обсуждали. Алекс перебил её:

— Трейси, мне пора. Я сейчас занят.

И повесил трубку. Он не собирался позволять ей испортить ему вечер.

Алекс подъехал к дому. Было без четверти четыре, и на улице сидело множество людей — разговаривали, играли. Красный «Мустанг» Алекса с опущенным верхом всегда привлекал внимание. Алекс заметил, что люди поглядывают на машину, припаркованную перед домом. Но когда он вышел из неё в новом костюме, взгляды всех присутствующих обратились уже на него.

К нему подбежали несколько детей.

— Вы везёте мисс ДиДи на свидание? — спросила маленькая девочка.

— Да, везу, — ответил Алекс собравшейся вокруг него детворе.

— Она что, встречается с белыми мужчинами? — спросил мальчик.

— Он же сказал, что приглашает её куда-то, значит, встречается, тупица! — возразил другой.

Алекс подошёл к входной двери и позвонил. Через несколько секунд дверь открыли Нишель и Шарни.

— Привет, мистер Алекс! — радостно закричала Шарни, протягивая к нему руки, чтобы он взял её на руки.

— Привет, малявка, — сказал он и обнял эту очаровательную пятилетнюю девочку.

— Бабушка уже собирается! Я пойду её позову.

И она побежала вверх по лестнице.

— Эй, мистер Алекс, да вы сегодня просто красавчик! — похвалила его Нишель. — Хорошо вы умеете себя подать, когда захотите.

— Спасибо. Мне сказали, что я выгляжу так, будто меня хоть сейчас в гроб клади. Что бы это ни значило, — рассмеялся Алекс.

— Это значит, что ты хорошо выглядишь. Мама сейчас спустится. Только не говори ей, что я тебе рассказала. Она весь день мучается, выбирая, что надеть, — доверительно сообщила Нишель.

— Уверен, она будет прекрасно выглядеть в любом наряде, который выберет.

Нишель улыбнулась. — Хороший ответ, мистер Алекс.

Вскоре они услышали, как каблуки стучат по деревянному полу. Первой появилась Шарни, широко улыбаясь.

Делорес спускалась по лестнице плавно, почти скользя. Только так Алекс и мог это описать. Сначала он увидел её ноги в босоножках на каблуках с открытым носком. Ногти на пальцах были накрашены красным лаком. Алекс обожал красный лак на ногтях ног. Чулок на ней не было. Её ноги в них и не нуждались.

Затем Алекс увидел мерцающее синее платье, едва доходившее до колен. По мере того как Делорес спускалась, она открывалась его взгляду всё больше, словно рождественский подарок, который разворачиваешь слой за слоем. И чем больше он видел, тем сильнее она ему нравилась.

У платья был глубокий вырез, подчёркивавший пышную грудь и соблазнительную ложбинку между грудями. Макияжа было достаточно, чтобы выделить скулы и глаза. Красная помада подчёркивала полные губы. Алекс обожал красную помаду.

Вместо распущенных выпрямленных волос теперь у неё были косы. Алекс мог только смотреть на неё, не отрывая глаз.

— Разве моя бабуля не красавица? — воскликнула Шарни.

Алекс мог лишь молча кивнуть. Он услышал, как засмеялась Нишель.

— Кажется, ему нравится, как ты выглядишь, мам, — добавила она. — Ну что, мистер Алекс, нравится? — спросила она, слегка толкнув его локтем.

— На вашем фоне я чувствую себя одетым не по случаю. Вы прекрасны, Делорес, — наконец произнёс Алекс.

Делорес смутилась, и кожа на её щеках цвета какао потемнела.

— Благодарю вас, любезный сэр. Вы и сами выглядите весьма недурно.

— Что ж, ваша карета ждёт, — сказал он, широким жестом указывая на дверь.

Нишель остановила их.

— Подождите, мне нужно вас сфотографировать!

Делорес отмахнулась от неё.

— Это не выпускной вечер для пенсионеров. Нам не нужны фотографии.

— Ещё как нужны! Если он тебя похитит, мне понадобится что-то показать полиции, — пошутила Нишель, подталкивая их друг к другу.

Алекс громко сказал:

— Я же говорил тебе, что назвался чужим именем, так что награды за мою поимку тебе не получить.

— Ой, замолчи и встаньте рядом! — Нишель поманила их поближе.

Она сделала несколько снимков. Разумеется, Шарни тоже захотела попасть на некоторые из них.

Когда Нишель осталась довольна, они вышли на улицу. Казалось, их выхода ждёт половина квартала. Люди стояли на крыльцах и ступеньках своих домов. Собравшиеся встречали их одобрительными возгласами:

— Вот так, красотка!

— Ну, мисс, вы сегодня даёте!

Алекс открыл перед Делорес дверцу машины. Когда Делорес садилась, он мельком увидел её бедро. Ноги у неё были великолепные.

Когда они устроились в машине, Алекс спросил:

— Ты не против, если я оставлю крышу опущенной?

— А зачем покупать кабриолет, если не ездить с открытым верхом? Я ведь не зря заплела волосы в косы.

— Ладно, сегодня ты мой проводник. Куда сначала?

Делорес достала телефон и рассказала ему о жилом комплексе примерно в миле отсюда, который мог бы ему понравиться. Они тронулись с места и заметили, что люди машут им вслед.

Алекс усмехнулся:

— Тебя каждый раз так провожают, когда ты отправляешься на свидание?

Женщина рассмеялась.

— Уже и не помню. Давно у меня не было свиданий.

— Тогда я чувствую себя особенным, — улыбнулся он.

Делорес объяснила ему, как добраться до жилого комплекса. Приехав, они объехали территорию. Комплекс выглядел ухоженным. Алекс заметил, что довольно много машин на парковке были новыми. На игровой площадке резвились дети — самых разных рас.

Алекс припарковался, и они посмотрели цены на жильё и отзывы.

— Ну что думаешь? — спросила Делорес, когда они закончили изучать расценки.

Алекс оглядел комплекс.

— Мне нравится. Я никогда раньше не жил в квартире. Наверное, придётся привыкнуть. Сейчас я живу в мотеле. Вряд ли квартира будет сильно отличаться.

— В каком мотеле? — с любопытством спросила Делорес. Ей казалось, что он остановился в одном из более приличных мотелей города.

— В «Старлайте», на шоссе 21. Место так себе. Я остановился там только до тех пор, пока не найду что-нибудь постоянное.

Делорес выглядела потрясённой.

— В «Старлайте»?! Господи боже! Тебя ещё не ограбили? Там же опасный район.

— Я вижу, что это не лучшая часть города. Но там чисто и недорого. Пока никаких проблем не было. Правда, вскоре после моего приезда пара парней пыталась продать мне наркотики. Потом я услышал, что по округе пошёл слух, будто я полицейский под прикрытием, так что теперь меня не трогают. По соседству со мной живут пожилая пара и женщина с тремя маленькими детьми. Просто люди, которые стараются прожить как могут и обходиться тем, что у них есть.

Делорес посмотрела на него. По её лицу Алекс ничего не мог понять.

— Что ж, мистер Алекс, вы полны сюрпризов. Не ожидала бы, что такой мужчина, как вы, сможет чувствовать себя комфортно в подобном месте.

— Почему мне всё время говорят что-то в этом духе? Каким мужчиной вы меня считаете? — с вызовом спросил Алекс.

— Спокойнее, Алекс. Мы не хотим тебя обидеть. Ты производишь определённое впечатление. Всю жизнь проработал в офисе — это видно по тому, как ты держишься, как разговариваешь. Пусть ты и носишь одежду из секонд-хенда, но всем заметно, что в костюме ты чувствуешь себя гораздо увереннее. Не воспринимай это как оскорбление, — спокойно объяснила она и положила руку ему на руку.

— Ладно, понял. Я здесь как рыба, выброшенная на сушу.

— Нет, ты просто рыба в другом пруду, вот и всё. Надо было сначала выяснить, что именно ты ищешь. Тебе ведь необязательно снимать квартиру. Есть немало недорогих домов в аренду.

Делорес открыла приложение для поиска жилья и начала искать дома. Спросила Алекса, сколько ему нужно спален и ванных комнат, а также подойдёт ли ему одноэтажный дом или он предпочитает двухэтажный. Поскольку жить он собирался один, Алекс хотел одноэтажный дом с двумя спальнями и одной ванной комнатой.

Делорес нашла два подходящих варианта неподалёку. Они успевали осмотреть оба до поездки в ресторан. Второй дом Алексу понравился больше. Делорес сказала, что район хороший.

Затем они отправились в ресторан. По дороге разговаривали мало. Один из недостатков кабриолета — в нём бывает трудно разговаривать на ходу.

У ресторана была услуга парковки автомобиля служащим. Прежде чем выйти, Алекс поднял крышу, затем открыл дверцу для Делорес. Они вошли, и Делорес держала его под руку.

Хотя столик бронировала она сама, имя метрдотелю назвала за Алекса. Почему-то ему было приятно, что она так поступила.

Алекс отодвинул для Делорес стул. Оглядевшись, Алекс отметил, что интерьер здесь очень красивый. Ресторан напоминал ему заведение во французском стиле, хотя он знал, что здесь подают изысканные блюда американской кухни. Последние несколько лет ресторан занимал первое место среди заведений города.

— У тебя отличный вкус, Делорес. Очень приятное место.

— Спасибо. Зови меня ДиДи. Все меня так называют, — сказала женщина.

— Хорошо, ДиДи.

К ним подошёл официант и спросил, готовы ли они сделать заказ. Они попросили дать им ещё немного времени и заказали напитки. Делорес выбрала белое вино, а Алекс — безалкогольный коктейль.

Когда Алекс заказал себе напиток, Делорес посмотрела на него.

— Ты не пьёшь алкоголь?

Алекс ухмыльнулся.

— Не хочу напиться и дать тебе возможность воспользоваться моим состоянием.

Делорес рассмеялась.

— Неужели мне и правда пришлось бы тебя напоить, чтобы воспользоваться тобой? — кокетливо спросила она.

— Нет, но сегодня я не собираюсь так просто сдаваться. Я не из таких парней.

Оба рассмеялись.

Алекс взглянул на меню.

— Место шикарное. Напоминает мне пару ресторанов в Шарлотте.

— Не слишком дорого для тебя? Я помню, что ты говорил, но все хорошие рестораны в Мемфисе дорогие. Можем каждый заплатить за себя, если хочешь.

— Нет, ДиДи, всё в порядке. Заказывай что хочешь. По дороге к тебе я выиграл кучу денег на лотерейном билете, — с улыбкой сказал Алекс.

— Ладно, мистер Денежный Мешок, — пошутила Делорес.

Они заказали сет Ocean Flight с новоорлеанскими креветками в соусе барбекю, миниатюрными крабовыми котлетами из отборного кускового крабового мяса и равиоли с лобстером, а также запечённый костный мозг на закуску. На основное блюдо Алекс выбрал бараньи отбивные, а ДиДи — стейк рибай.

Когда официантка ушла с заказом, Делорес спросила:

— Ну что, мистер Алекс, расскажешь свою историю? Нишель мне ничего не говорит.

Алекс отпил безалкогольный коктейль и начал рассказывать. В подробности он не вдавался — не хотел её отпугнуть. Когда он закончил, на лице Делорес застыло изумление. Она не знала, что и думать о его рассказе.

— То есть ты просто ушёл? Уволился и домой больше не вернулся? Даже не поговорил с женой об измене?

— А что мне оставалось? Вломиться и избить его? Если бы я победил, он подал бы на меня в суд, и я угодил бы за решётку. А если бы он избил меня, получилось бы, что он переспал с моей женой, да ещё и меня избил. В любом случае я бы проиграл. В глубине души я чувствовал, что что-то происходит, но предпочитал закрывать на это глаза. Или думал, что она ни за что не станет мне изменять. Это последнее, о чём супруг должен думать. Во всяком случае, так должно быть. В тот день всё сошлось разом, как во время идеального шторма. Измена, дети, работа — с меня хватит. Повышение досталось подхалиму. Я не собирался уезжать навсегда. Чёрт, я даже не думал об отъезде, пока начальник не велел мне идти домой. Всё как-то само собой получилось. Я продолжал ехать и в итоге оказался здесь. Сижу перед самой красивой женщиной в Мемфисе.

— Только в Мемфисе? — спросила Делорес, бросив на Алекса кокетливый взгляд.

— По крайней мере, в Мемфисе, Гринвилле и Пиджен-Фордже.

Делорес швырнула в Алекса салфеткой.

— Я всё ещё пытаюсь осмыслить, как ты мог вот так взять и уехать. Я понимаю, что жизнь могла тебе осточертеть. Но как ты мог бросить своих детей? — спросила она.

Теперь Алекс пожалел, что не заказал себе чего-нибудь покрепче. Он понимал, почему ей трудно принять его решение.

— Я ушёл, но не бросил их. У Трейси столько денег на счету, что ей даже работать необязательно. Она и сама хорошо зарабатывает. Детям пятнадцать и шестнадцать. Это я чувствовал себя брошенным. Мужчина может терпеть неуважение лишь до определённого предела. Я пытался воспитывать Стивена, а мать за моей спиной всё ему спускала с рук. Он ни в чём не виноват. Его уже дважды отстраняли от занятий. Один раз за курение, другой — за наркотики. В третий раз его исключат. Не знаю, что Трейси сделала, когда его отстранили за наркотики. Она сказала, что поговорила с директором. Теперь я думаю, что она не просто поговорила. Что касается моей дочери Мэллори, для неё я всего лишь банкомат. По дому она ничем не помогает. Как, впрочем, и остальные. Упаси боже, чтобы Стивен подстриг газон! Трейси говорит, что из-за этого у него обостряется аллергия. Но я-то знаю, что никакой аллергии у него нет.

ДиДи покачала головой.

— Значит, жена позволяет им помыкать тобой и садиться тебе на шею, да? Я могу понять, что ты чувствуешь. И что же ты собираешься делать дальше?

— Не знаю. То есть, с Трейси я точно не останусь в браке. Слишком многое нужно было бы пережить и преодолеть, чтобы всё наладить. Когда я уехал, я не знал, куда направляюсь и где в итоге окажусь. Просто так вышло, что я приехал сюда. Помню, как застал Трейси. Я сидел на задней террасе, пил пиво и курил сигару. Поднял глаза и увидел птицу, парящую в воздухе. Она скользила на воздушных потоках.

Алекс откинулся на спинку кресла, улыбаясь воспоминанию.

— Я подумал, каково это — быть настолько свободным. Позволять ветру нести тебя куда захочется и ни о чём не беспокоиться. Мне захотелось стать птицей. Я просидел там несколько часов. Кто-то, узнав об измене жены, мог бы почувствовать, будто его жизнь кончилась. А я почувствовал себя свободным, — задумчиво произнёс он.

— Ничего себе.

— Ага. Ничего себе.

Официантка принесла закуски, и они принялись за еду молча. Алекс понимал, что вывалил на Делорес слишком много всего сразу. Но ведь она сама хотела знать. Ему было неловко из-за своего решения уехать.

— Ну как костный мозг? — наконец спросил Алекс.

— Восхитительно! Я давно хотела его попробовать. А ты раньше ел? — спросила Делорес, положив на поджаренный хлеб ещё немного жирного, нежного костного мозга.

— Много лет назад. Желудок его не очень хорошо перенёс. А вот вкус мне понравился.

Женщина рассмеялась.

— Ой, надеюсь, ты меня не сглазил.

Делорес стащила креветку с тарелки Алекса.

— Это что, женская особенность?

— Ага. Это прописано в правилах свиданий. Ты разве не знал? — сказала она, проглатывая креветку.

Когда официантка принесла основные блюда, Алекс заказал скотч с тоником. Делорес долили вина.

— Ну что думаешь? — спросил он.

— Стейк восхитительный. Здесь вообще отлично готовят.

Алекс покачал головой.

— Нет, я о том, что тебе рассказал.

— А-а... — Женщина положила вилку. — Это всё-таки лучше, чем то, что придумала Нишель. — Делорес ухмыльнулась. — Сначала она решила, что ты, наверное, ограбил банк.

— Какого чёрта?! — воскликнул Алекс.

— Потом решила, что ты бухгалтер, который скрывается от мафии.

Алекс недоверчиво покачал головой.

— Она ничего не смогла о тебе найти, поэтому теперь считает, что ты бывший секретный агент, которому пришлось сменить личность, — хихикнула ДиДи.

— Секретный агент? По-моему, этому ребёнку нужна помощь. С чего она вообще такое взяла?

— Может, из-за машины. Я сказала ей, что секретный агент не стал бы разъезжать на такой броской машине. Кстати, почему ты вообще её купил? На тебя не похоже.

— Не похоже? Может, именно поэтому я её и купил. Я всегда хотел двухдверный кабриолет. Ехал через Пиджен-Фордж, и меня вдруг осенило: жить нужно сейчас. Так что я сдал свою старую машину в зачёт и купил эту. Самым выгодным вариантом оказалась красная. Почти без доплаты обошлось. Но ты так и не сказала, что думаешь обо всём, что я тебе рассказал.

— Это немало. Я могу примерно представить себя на твоём месте, особенно если говорить о том, что происходит с моим сыном. Знаю, Шелл рассказывала тебе, что он то и дело попадает в тюрьму. Сейчас он в Бледсо, и ему сидеть ещё два года. Торговал наркотиками, да ещё и оказался настолько идиотом, что взял на себя чужую вину, — с досадой сказала ДиДи.

(Примечание переводчика: Бледсо (Bledsoe) — это тюрьма Bledsoe County Correctional Complex — исправительное учреждение в городе Пайквилл, штат Теннесси.)

— А что с её отцом?

— Он до конца жизни в тюрьме в Западном Теннесси. Уже пятнадцать лет там сидит. Мир стал лучше оттого, что он там. Он ведь и отец Нишель. Она — единственное хорошее, что осталось от нашего брака. У меня сердце разрывалось, когда она забеременела на последнем году школы.

— Она кажется очень хорошей девушкой. И, судя по всему, прекрасно справляется с Шарни. Тебе стоит ею гордиться, — улыбнулся Алекс.

— Ещё как горжусь. Она трудолюбивая, ни одного рабочего дня не пропускает. Каждый день читает Шарни. А теперь, благодаря тебе, только и говорит о том, что хочет пойти учиться на ветеринара. Надеюсь, она не слишком воодушевилась, а то потом может разочароваться.

— Нет, я совершенно серьёзно насчёт стипендий. Есть стипендия Чарльза Шелтона — она поменьше. Есть ещё стипендия Лоури для представителей разных социальных групп и много других. Возможно, ей удастся получить полную стипендию, которая покроет все расходы на учёбу, — объяснил Алекс между кусочками.

(Примечание переводчика: Charles Shelton Scholarship — стипендия Фонда Чарльза Шелтона. Фонд поддерживает афроамериканских студентов, которые изучают ветеринар-ную медицину или ветеринарные технологии. Размер стипендии, согласно опубликованным условиям, может достигать 2000 долларов. Cтипендия Лоури – вероятно имеется в виду Patricia M. Lowrie Diversity Leadership Scholarship — стипендия для студентов-ветеринаров, которые способствуют расширению представительства разных групп в ветеринарной профессии и поддерживают принципы равенства и инклюзивности. При этом вторая стипендия предназначена именно для студентов ветеринарных программ, поэтому не факт, что Нишель могла бы получить её сразу после школы.)

Делорес посмотрела на Алекса и спросила:

— То есть ты действительно серьёзно? Это не просто слова?

— Совершенно серьёзно. Я не всем советую поступать в колледж. Мои дети не собираются учиться, потому что у них нет ни мотивации, ни желания. Я бы не стал тратить деньги на некоторые специальности. А ветеринарная медицина — совсем другое дело. У неё есть будущее. Знаешь, страхование домашних животных — самый быстрорастущий сектор страхового рынка. Некоторые люди позаботятся о своих питомцах раньше, чем о членах собственной семьи.

За едой они много разговаривали и постепенно узнавали друг друга всё лучше. За последние несколько лет Делорес нечасто ходила на свидания. Оказалось, им приятно проводить время вместе. В конце вечера Алекс отвёз ДиДи домой.

— Алекс, я прекрасно провела вечер. Я уже почти забыла, каково это — вести умный разговор, — с воодушевлением призналась Делорес.

— Могу сказать то же самое. Было приятно войти в ресторан и увидеть, как все мужчины мне завидуют. Надеюсь, мы повторим это, — намекнул Алекс.

Они договорились встретиться в следующую пятницу вечером. Алекс проводил её до двери. Пока они разговаривали, огни на крыльце замигали.

— Я эту девчонку убью, — сказала Делорес, хотя на лице у неё играла улыбка.

Они обменялись номерами телефонов, после чего ДиДи одарила Алекса поцелуем в щёку и скрылась в доме.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Конструктивная критика моего перевода (именно перевода) воспринимается спокойно.

Обсуждение сюжета рассказа также приветствуется. Я понимаю, что я всего лишь переводчик. Но никак не АВТОР и даже не СОАВТОР этого рассказа.))

Напоминаю, что в данной категории рассказов "Перевод" оценка ставится в большей степени именно за перевод.))

После моего нежелания переводить дальше Рабов мне стали приходить комментарии. Разные.

Кто-то понимал, почему я принял такое решение и принял его. Я ранее уже объяснил причины и повторяться не хочу.

Кто-то, как например читатель с ником wad142260, выкатил мне претензию в том, что по его мнению "Если взялся за дело надо доделать до конца а уж потом переходить на другое." Для таких читателей я просто приведу статистику моих публикаций переводов. Просто для того, чтобы такие как он оценили сколько труда было вложено в эти переводы и чего мне это стоило.))

Итак. Я публиковал переводы: 22.08, 24.08.26.08, 28.08, 03.09, 12.09, 15.09, 17.09, 20.09, 24.09, 05.10, 07.10, 10.10. Каждая публикация это от 30-ти до 45-ти страниц текста (формата А4). Это чтобы было представление об объемах переводимых глав. Про иллюстрации я не говорю, хотя их генерация тоже отнимает время.

Те из читателей, кто не поленился и перед чтением моих переводов сначала просматривал тексты глав сначала на LE, а потом на reamstories.com видели в каком формате Metro давал свои главы. И понимали, что переводить эти тексты одно мучение. Тем, кто считает, что переводить тексты Metro легко, рекомендую заглянуть на перечисленные мною сервисы и ознакомиться с оригиналами текстов.))

Продолжаю. Я непрофессиональный переводчик. И я не зарабатываю деньги на переводах. У меня для зарабатывания денег есть основная работа, которую вообще-то нужно работать.)) А еще есть семья, которой нужно уделять время. Есть домашние дела, которые нужно делать. Да и вообще, я имею право отдыхать или нет? Или я должен тратить свое личное время и переводить до полуночи чтобы потом меня хейтили за то, что мне просто надоело переводить этот бред?

Переводы рассказов, это скажем так для души. И я перевожу то, что мне нравится и что меня цепляет. Если мне не нравится и меня не цепляет - я уже не хочу переводить. Думаю, что многие все же согласятся со мной, что выполняемая работа должна приносить радость. Если не приносит, то зачем мне себя насиловать?

У меня есть на примете очень (на мой взгляд) интересные рассказы, которые я переведу с гораздо большим желанием. Ну и потом, хотелось бы больше времени уделять и собственному творчеству. Потому как Рабы реально выбили меня из этой колеи и я забросил несколько своих проектов.

Я нашел переводчика, который согласился попробовать доперевести оставшиеся 4 главы Рабов. Он обещал попробовать, хотя и предупредил, что тесты очень объемные и это будет сложно. Формат подачи Metro своих текстов и объем.

Если у этого переводчика получится с переводами, то они будут публиковаться под моим именем (чтобы не нарушать хронологию публикаций), НО С ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ УПОМИНАНИЕМ настоящего переводчика.

Если же у этого переводчика не получится доперевести Рабов. Значит когда у меня появится достаточно свободного времени я допереведу эти главы.

По старой традиции приглашаю всех заинтересованных в мой канал на Boosty (https://boosty.to/crazy_wolf)

В своем канале на Boosty (https://boosty.to/crazy_wolf) я создал навигацию по библиотеке рассказов CrazyWolf.

В закрепленном посте (открыт для всех) есть теперь информация о всех циклах моих рассказов со статусами (Завершен/Продолжается/В стадии написания/В планах).

Чтобы было удобно читать, каждый цикл оформлен отдельно (в навигации Библиотеки имеется ссылка на цикл) и содержит собственное оглавление с порядком глав.

Каждый месяц в моем канале публикуется 5-6 новых рассказов (часть из них в открытом доступе).

Продолжается публикация очередных глав из циклов "Милана. Каникулы в Ницце." и "Настя. Анатомия падения."

Появилась новая категория рассказов - Рассказы вне серии.

Также сообщаю, что пишу рассказы на заказ. Заинтересованных прошу в личку. Возможно соавторство (было бы интересно попробовать)