Олег считал, что не способен на семейную жизнь. Нельзя сказать, что это убеждение пришло к нему сразу… Он честно пытался и даже женился целых три раза! Но, все как-то не складывалось… С первой женой скандалы начались через пять лет счастливого брака — она была на пятом месяце беременности и каждый день кушала ложечкой его мозг, заставляя выполнять самые странные ее пожелания. То ей манго в два часа ночи приспичит поесть, то асфальт понюхать, а однажды, уже перед родами, ей захотелось понюхать росу на лугах. К слову, когда у них родился сын, первая жена стала еще истеричнее и требовательнее. Олег не выдержал таких отношений, он привык, что сам планирует свое время. Поэтому, его терпение довольно быстро лопнуло, и он развелся, не успев испытать сполна все прелести отцовства, потому что уже бывшая жена уехала жить в другую страну и запретила ему видеться с ребенком. К слову, Олег и не пытался побороться за право оставаться родителем, потому что сразу же вкусил свою свободу.

Но, свободная жизнь была у него недолго. Уже через пару лет он снова кинулся в омут с головой и начал отношения со своей секретаршей. Он знал, что Карина — так звали эту прекрасную блондинку, полюбила скорее деньги, чем его. Такие отношения его вполне устраивали и уже вскоре девушка сковала мужчину цепями брака. Олег довольно быстро обрюхатил женушку и у них родилась прекрасная дочурка, которую они назвали Анной. Но и в этой истории семейной жизни довольно быстро начались проблемы. Олега бесило все: детский плач по ночам, постоянные растраты. А главное — ему не нравилось, что Карина все время уделяет ребенку. Мужчина словно не понимал, что рождение новой жизни — это всегда хлопоты и переоценка ценностей, которые он в своем сознании менять абсолютно не хотел.

Впервые в жизни мужчине не хотелось возвращаться домой. По началу он просто снимал номер в гостинице на пару дней, там отходил от семейной жизни и, успокоив нервишки парой бутылок вискаря, возвращался домой. Но, такого запала хватало ненадолго. Затем ситуация усугубилась еще больше — он начал изменять жене. Не без удовольствия, конечно. Его даже не мучила совесть за такие поступки, и он возвращался домой, даже не пытаясь скрыть факт похода налево. Как должна была отреагировать Карина на неверность мужа? Конечно же, она подала на развод.

Олег был не против и, со спокойной душой, отпустив ее с ребенком на руках, снова стал жить счастливо и свободно. Его совершенно не заботила судьба бывшей супруги и их общей дочери. Он помогал, каждый месяц переводя определенную сумму на ее счет, но на этом все и заканчивалось. Угрызений совести мужчина совершенно не чувствовал, поэтому про родную дочь он вспомнил лишь через 20 лет.

Все началось с телефонного звонка. Услышав голос Карины, Олег опешил на мгновение. Они не общались уже несколько лет, и мужчине было удивительно, что бывшей жене что-то от него понадобилось. Оказалось, что Карина позвонила для того, чтобы попросить мужчину о временном пристанище для их дочери.

— Карина, — вызверился мужчина в динамик телефона. — Какое пожить на пару месяцев? У меня давно уже своя жизнь!

— Что, потрахиваешь на диванчике в гостиной очередную секретаршу? — язвительно спросила бывшая. — Это твоя дочь и у нее должно быть будущее. Так может, наконец-то, поучаствуешь в этом?

— А я не участвую? — возмутился мужчина, швырнув папку документов на стол. — Я вам бабло каждый месяц перевожу, хотя Аня уже взрослая девочка и сама могла бы зарабатывать! И вообще, Карина, тебя волновать не должно, с кем я трахаюсь, поняла?!

— Конечно! — захохотала женщина в трубку. — Это тебя должно волновать, обрюхатишь какую-то молоденькую девочку и кинешь, как ты обычно это делаешь.

— Да пошла ты!..

— Короче, — тон женщины не терпел никаких возражений. — Через несколько дней Аня будет у тебя, адрес она знает, и номер телефона твой у нее тоже есть. Поступит в университет и перейдёт в общагу, или снимет квартиру, долго тебя в твоем огромном доме стеснять не будет. Все, пока.

Олег был вне себя от ярости. Карина угадала, когда сказала про секретаршу — он как раз взял себе восемнадцатилетнюю милашку Катю, темноволосую красотку с третьим размером груди, которая отдалась ему в первый же рабочий день несмотря на то, что ему было уже сорок три года. Разница в возрасте девицу не смущала, она мечтала о богатом спонсоре и карьерной лестнице, поэтому была готова на любые ухищрения для того, чтобы этого добиться.

К слову, Олега она вполне устраивала. Красивая внешне, весьма неглупая, работоспособная и дико сексуальная. Ему нравилось все, особенно минет в ее исполнении. Казалось, что эта офисная развратница была готова сосать его член часами и мужчина частенько позволял себе это удовольствие в весьма необычных ситуациях. Например, во время очередной онлайн — конференции с партнерами эта темноволосая развратница залезла под стол и сосала его толстый хер. Он чуть не застонал, рассказывая партнерам о новом контракте, который сулил им большую прибыль! Именно это Олегу и нравилось в девушке больше всего — ее готовность отдаться даже в самой необычной ситуации.

Через пару дней мужчина успокоился. Карина больше ему не звонила, от дочки тоже не было вестей, а сам он делать первый шаг не хотел, поэтому быстро решил, что планы поменялись и его оставят в покое. Во время обеденного перерыва офис опустел, и мужчина решил поразвлекаться с секретаршей. Позвав ее в кабинет, он сразу так возбудился, что забыл закрыть дверь на замок. Одаривая молоденькую развратницу страстными поцелуями и проникая рукой под ее коротенькую юбку, мужчина не услышал, как его телефон начал разрываться от вибрации. Ему было не до этого, Олег был полностью поглощен своим возбуждением. Его пальцы проскользнули под юбку разгоряченной красотки и быстро оказались в ее трусиках. Сердце Олега затрепетало от восторга, ведь киска Катьки была полностью мокрая. Его пальцы проникли между ее половыми губками, которые слегка покалывались. Раздвинув их, он провел пальцем по влажному и уже пульсирующему клитору девушки. Брюнетка застонала и выгнулась, словно намекая на то, что она уже хочет продолжения.

Поласкав ее клитор, мужчина засунул пальцы во влажную дырочку и оказался внутри красотки. Катя громко простонала, и ее рука заскользила к паху мужчины. Томно постанывая, она кое-как сумела расстегнуть ширинку его брюк. Почувствовав, что член начальника наливается, девушка соскочила с его пальцев и, встав на колени, освободила его из оков брюк и трусов. Ее взору тут же вывалился длинный и толстый хер. Похотливо облизнувшись, девушка стала нежно ласкать его своим язычком. Олег закатил глаза от удовольствия и, откинувшись на спинку стула, стал наслаждаться неспешным минетом.

Уже через несколько минут секретарша и босс, абсолютно голые, расположились прямо на столе. Скинув все документы на пол, они слились в позе 69. Олег обожал эту позицию, потому что мог сам получать удовольствие и медленно ласкать клитор девушки своим языком. Они оба были так увлечены процессом, что не услышали шаги за дверью. Через секунду она распахнулась, а на пороге кабинета появилась Анна.

Олег сразу узнал дочку — та была слишком сильно похожа на свою стройную, светловолосую мать. Ее голубые глаза были выпучены от удивления, а ротик застыл в гримасе отвращения. Но это совершенно не портило ее красоты. Кроме того, взгляд девушки был словно приклеен к большому, окаменевшему, члену отца.

— Что за черт! — выругалась она. — Фу, ты места лучше не нашел?

— Знакомься, Кать… — Олег с усмешкой слез со стола и стал в спешке надевать штаны и застегивать ремень. — Эта возмущающаяся особа — моя прелестная дочурка, которую я не очень рад видеть.

Сказав это, он оставил секретаршу в одиночестве, позволив той справиться со своим смущением и одеться. Затем, выпроводив Анну из кабинета, он зашипел на нее прямо в коридоре:

— Предупреждать надо о своем появлении, девочка! — он достал ключи от дома из кармана. — Иди вниз, я позвоню водителю, он отвезет тебя домой. Домработница, Варвара Николаевна, покажет тебе комнату и накормит. Не шали...

— А пообщаться? — нагловато спросила девушка. Олег сразу понял, что дерзости у нее не отнимать, точно вся в свою мамашу.

— Давай как-нибудь потом, вообще не до тебя. Проваливай!

Девушка молча развернулась на высоких каблуках и медленно, с высоко поднятой головой, отправилась к лифту. Этих секунд хватило для того, чтобы мужчину охватило сильное возбуждение. Оказалось, что его дочь весьма привлекательна и сексуальна — широкие бедра, круглая попка, небольшие сиськи. Он бы с удовольствием трахнул ее… Отцовских чувств у него не было и в помине, но все же, он откинул эту мысль куда подальше из своей головы и решил все же снять возбуждение с помощью секретарши, которая все еще ждала его в кабинете.

Несмотря на то, что он несколько раз поимел секретаршу, похотливые мысли про дочку не оставляли его ни на минуту. Член Олега стоял колом, и ему очень хотелось заняться с ней сексом. Он понимал, что это неправильно и даже невозможно. Но, все нарастающее возбуждение нужно было как-то снять, и мужчина решил отправиться в стриптиз-бар, а уже потом, налюбовавшись сексуальными красотками и успокоившись, отправиться домой, где его ждала Аня.

В здании бара было практически пусто — лишь несколько угрюмых мужиков лениво потягивали алкоголь из своих стаканов и любовались красотками, которые исполняли танцы на шесте. Олег заказал себе немного виски и уселся на большой, кожаный диван. С минуты на минуту должно было начаться шоу, посмотрев которое, мужчина надеялся успокоить разбушевавшийся член и спокойненько отправиться домой.

Но все снова пошло наперекосяк. Свет стал более приглушенным, заиграла медленная, эротическая музыка и на сцене появилась девушка. Посмотрев на нее повнимательнее, Олег чуть не поперхнулся — перед ним, в одних практически прозрачных трусиках, стояла копия его дочки. Светловолосая, с выразительными глазами, схожими чертами лица и чертовски сексуальная. Она так сексуально двигалась, показывая каждый изгиб своего тела, что Олег невольно стал снова задумываться о сексе с дочерью. Его мнение словно разделилось на две части — с одной стороны он понимал, что его желание неправильное, а другая сторона просто трепетала от желания.

Затея не удалась. Стриптиз красивого двойника дочери совершенно не утихомирил разбушевавшуюся похоть мужчины, и он решил уехать домой. Его вторая сторона победила. Ворвавшись в дом с безумными глазами, он шумно запер дверь и, убедившись в том, что домработница уже ушла, пошел в комнату Анны.

Распахнув дверь, он застал интересную картину — его дочка лежала на кровати абсолютно голая. Ноги Ани были широко раздвинуты, а сама девушка ласкала свою киску с закрытыми глазами. Она не сразу заметила, что в комнате есть кто-то, кроме нее. Лишь услышав звук расстегивающейся ширинки, светловолосая развратница открыла глаза и с ужасом обнаружила, что перед ней стоит голый отец с ремнем в руках.

— Решила доставить себе удовольствие? — с ехидной улыбочкой спросил он. — Не обо мне ли мечтала, доченька? Можешь даже не отвечать. Удовольствие тебе я доставлю сам.

Сказав это, он накинулся на девушку и, оказавшись сверху, связал ее руки своим кожаным ремнем. Аня пыталась вырваться, но все ее попытки лишь больше возбуждали мужчину, который уже точно решил, что хочет взять ее насильно. Девушка кричала, но развратного отца это ни грамма не смущало. Он привязал руки девушки к спинке кровати так, чтобы она не могла ими двигать, но при этом оставалась довольно поворотлива. Затем он залез на кровать прямо с ногами и вставил свой хер в ее ротик. Она понимала, что можно прикусить его хозяйство, из которого когда-то была зачата, белокурая красавица. Но что тогда? Как этот извращенец может себя повести?.. Побить, изуродовать, выкинуть из дома и помешать поступлению? Анька сопротивлялась, как могла, но ни одна ее попытка не принесла нужного результата. Всё обдумав, ей пришлось смириться и, открыв ротик, поглотить большой член отца. Она все еще не могла поверить в то, что он решился насильно овладеть ее молоденьким телом, но все же начала лениво ворочать своим язычком.

Олегу и этого хватало для того, чтобы получать удовольствие. Через несколько минут ленивого минета в исполнении доченьки, он понял, что не добьется от ее рта большего и решил взять инициативу в свои руки. Обхватив ее голову и натянув волосы, он стал грубо трахать светловолосую красотку в ротик. Его член ловко проскальзывал в самую глубь ее горла, он отчетливо чувствовал, как головка пениса проскальзывает между гланд. Она давилась, текли слёзы, слюна и сопли. Зубы царапали член насильника, а он не прекращал. Ане это явно не нравилось — она пыталась сомкнуть губы, но член папаши был слишком велик.

Насладившись минетом в исполнении прелестной дочурки, мужчина полапал ее за сиськи и, повыкручивав ей соски, стал тереться залупой об ее киску. Олег чувствовал, что клитор девушки набух, хотя она всячески пыталась скрыть свое возбуждение.

— Ах ты, сучка! — рассмеялся он. — Так тебе нравится, когда тебя дерут насильно. Я понял. Ты вся в маму.

Резко раздвинув ее ножки, он грубо вошел в ее киску. Влагалище Анны сжалось, и она застонала от боли. Из ее глаз брызнули слезы, но это не вызвало у мужчины чувства жалости. Он лишь еще больше возбудился и принялся грубо трахать девушку в узенькую киску. Его член скользил по ее мокрому лону, доставая головкой до матки. Анька ойкала и все время пыталась вырваться. Девушка все никак не могла смириться со своей ролью в этот вечер и не хотела даже попытаться расслабиться. Олегу было только лучше от такого сопротивления — чем больше она брыкалась, тем сильнее сжималось ее влагалище, а для него это значило только одно — уже скоро он финиширует.

Поняв, что конец реально близок, папаша перевернул любимую дочурку и, поставив ее раком, снова резко вошел в ее киску. В этот раз проникновение было еще более глубоким, и он перевозбудился настолько, что у него закололо внизу живота. Шлепнув дочь по упругой попке, он провел рукой по животику девушки и, добравшись до ее клитора, стал ласкать его и нещадно долбить Аню в вагину. В этот раз блондинка застонала не от боли, а от нереального удовольствия, которое вдруг атаковало ее тело. Она затряслась, и сама стала насаживаться на член отца, все больше приближая себя к оргазму. Это возбудило Олега настолько, что он стал долбить дочурку, громко ругаясь матом. Уже через несколько минут девушка стала бурно кончать. Мышцы раздолбанного отцом влагалища стали очень быстро сокращаться, и Олег сам не понял, как стал изливать сперму внутрь родной дочери.

На мгновение его тело оцепенело от ужаса. Он понял, что вполне вероятно, обрюхатил дочку. Но вместо того, чтобы остановиться, он продолжил жестко трахать ее киску уже опадающим членом, приближая ко второму оргазму. Как ни странно, Аня получила его и на этот раз. Олег поднялся, развязал руки дочери и молча направился в ванную.

— Ублюдок, извращенец что ты наделал? - услышал он в след проклятия Ани. - Мало тебе юной секретарши? Зачем ты в меня накончал?.. Ведь я не на таблетках...

Но папик, улыбаясь, ничего не ответил и скрылся за дверью ванной комнаты. "Кажется её зацепила, моя Катя. Она ревнует что ли?.." - пронеслось у мужчины в голове. Когда Олег выходил из ванны в одном полотенце, почти у двери чуть не столкнулся с дочерью. В одной короткой футболке, держа ладонь на промежности, она шла в ванну. Лицо заплаканное, глаза размазанные, Аня метнула стрелы зла на родителя, с воплем:

— Зачем ты меня изнасиловал, да еще без резинки? Я посажу тебя на пожизненно! - Рыдала дочь, скрываясь за дверью.

"Вот как... а мне показалось ей понравилось. Ведь я точно чувствовал, девочка кончала!"- размышлял "насильник". Но вот если и правда "залетит", придётся на ней жениться! Как когда-то на её маме. Олег принял для себя правильное решение, как он считал и разлёгся снова на постель дочери.

Он ждал. Лежал на её кровати, смотрел в потолок и ждал. Минуты тянулись как часы — он слышал, как шумит вода, как она плещется, пытаясь смыть с себя его запах, его прикосновения, его семя. А потом вода стихла. И он услышал шаги.

Дверь открылась. Аня вошла — всё в той же футболке, босая, с мокрыми волосами и заплаканным лицом. Увидев его на кровате, она застыла на пороге.

— Ты ещё здесь? — голос её дрожал. — Ты не ушёл, как ты мог так со мной?

Олег медленно сел на кровати, опершись локтями о колени. Он смотрел на неё в упор — не зло, не грубо, а как-то странно... словно впервые видел не дочь, а женщину.

— Я ждал тебя, — сказал он спокойно. — Нам нужно поговорить.

— О чём?! — взвизгнула она, но не двинулась с места, вцепившись пальцами в косяк. — Ты изнасиловал меня! Ты, мой отец, сделал это, и ты хочешь о чём-то говорить?! Ты чудовище!

Она сорвалась на крик, но Олег не перебивал. Даже не вздрогнул. Он просто сидел и ждал, пока истерика схлынет.

— Успокойся, — сказал он, когда она замолчала, хватая ртом воздух. — Я знаю, что я сделал. Я знаю, что это неправильно. Но я не могу вернуть время назад. Я просто очень захотел такую красавицу...

— Ты даже не извинился! — прошипела она.

— Извинения ничего не изменят, — он пожал плечами. — И ты это знаешь. Я хочу предложить тебе... решение.

Она вскинула голову, и в глазах её вспыхнула злая искра:

— Какое ещё решение? Обратиться в полицию?

— Нет, — он усмехнулся. — Я предлагаю тебе замужество. Законное!

Аня замерла, словно её ударили током. Сначала она просто смотрела на него с полным непониманием. А потом до неё дошло — и лицо её перекосило от омерзения.

— Я предлагаю тебе сделку. Ты остаёшься у меня на совсем. Ведёшь хозяйство, учишься, рожаешь ребёнка — моего или нет, мы не будем проверять. А я — я даю тебе всё, что ты захочешь. Но ты никогда не скажешь об этом, никому ни слова.

— Ты... ты сошёл с ума?! — прошептала она. — Ты хочешь жениться на собственной дочери?

— Если ты забеременеешь, то да, — спокойно продолжил Олег, не отводя взгляда. — У ребёнка должен быть отец. Официальный. А я не хочу, чтобы мой внук рос без отца, как росли мои другие дети. Так будет правильнее. Я наконец осознал это...

Анна стояла, прижавшись спиной к стене, будто пыталась провалиться сквозь неё. Её руки дрожали, губы тряслись.

— Мы... ты даже не знаешь, беременна ли я! — выдавила она.

— Проверим, — он улыбнулся той самой усмешкой, от которой она чуть не задохнулась злостью. — Но я должен быть готов. Если залетела — значит, так распорядилась судьба. Ты станешь моей законной женой, и у ребёнка будет всё. Дом, деньги, наследство. Я не брошу вас никогда!

Аня закрыла глаза. Казалось, она сейчас упадёт в обморок. Но она сдержалась. Она открыла глаза и посмотрела на него с такой ненавистью, что Олег на мгновение даже опешил.

— Зачем? — спросила она тихо. — Зачем ты это делаешь? Ты просто хочешь меня? Или ты действительно думаешь, что так будет правильно?

Олег встал с кровати и сделал шаг к ней. Она не отшатнулась, но её тело напряглось.

— Я хочу, чтобы ты была рядом, — сказал он. — Чтобы мы были семьёй. Настоящей семьёй. Я много лет искал что-то настоящее, и теперь... я чувствую, что это — оно.

Аня смотрела в его глаза, и что-то в её взгляде менялось. Ненависть оставалась, но к ней примешивалось что-то ещё — растерянность, страх... или даже любопытство?

— Ты понимаешь, мы с моим парнем всегда пользовались защитой! Мало того, что ты вероломно изнасиловал свою дочь, так еще и нагло наполнил своим семенем. Специально, да?

Олег не ответил, только молча развёл руками.

— Значит, ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж? — переспросила она, и в голосе её зазвучала странная, почти злая усмешка.

— Да, — на этот раз твёрдо сказал он.

— А если я откажусь? — она прищурилась. — Если я скажу нет и уеду в другой город?

Олег пожал плечами:

— Значит нет - твоя воля. Я не буду держать тебя силой. Но тогда ты будешь жить одна, без моей поддержки. Без моего имени. Без денег. Как твоя мать.

Она замерла. В глазах её вспыхнула искра. Олег не знал наверняка — это была злость или решение?..

— Ты думаешь, я испугаюсь? — тихо сказала Анна.

— Нет, — усмехнулся он. — Ты — моя дочь. Ты никого не боишься. Но я даю тебе выбор. И время. Завтра утром ты скажешь мне свой окончательный ответ.

Он подошёл к двери и остановился на пороге. Обернулся.

— Я хочу, чтобы ты выбрала меня, — сказал он. — Не потому, что я тебя изнасиловал, это был порыв... А потому, что я предлагаю тебе жизнь, которую ты заслуживаешь. Сейчас эта ночь кажется тебе ужасом. Но когда-нибудь ты поймёшь: я сделал это, потому что не мог по-другому. Я полюбил тебя в тот момент, когда ты застала нас с Катей. Ты как искра, как лучик солнца ослепила меня в тот миг.

Он вышел, закрыв за собой дверь. Аня осталась стоять посреди комнаты, прижимая руки к груди, и смотрела на закрытую дверь.

— Полюбил... — прошептала она. — Ты всего лишь хотел трахнуть меня, папа.

Она подошла к кровати, где только что лежал он, и провела рукой по ещё тёплой простыне. И долго стояла так, глядя в никуда. А потом её лицо чуть изменилось. Гнев застыл в уголках губ, но в глазах загорелось что-то другое... странное. Она ничего не сказала. Никому не позвонила. Не заплакала. Она легла на ту же простыню, прижала подушку к лицу и, наконец, облегчённо вздохнула.

Завтра она скажет ему "да".

...... Три года спустя. Бали.

Они проснулись почти одновременно — от крика местных птиц за окном, от солнца, которое уже вовсю пробивалось сквозь лёгкие шторы, и от тихого сопения в детской кроватке рядом. Сын, которого они назвали Олегом (Аня настояла — «в честь отца, но пусть будет лучше, чем ты»), ещё спал, раскинув ручки и сжимая во сне край простыни.

Она повернула голову и увидела его — своего мужа, своего отца, единственного мужчину, который был ей нужен. Он лежал на спине, одной рукой забросив за голову, и смотрел в потолок с той самой улыбкой, которую она научилась читать за последние три года.

— Доброе утро, — шепнула она, касаясь пальцами его плеча.

Он повернул голову, посмотрел на неё — и его глаза потеплели.

— Привет, красавица, — сказал он тем бархатным голосом, от которого у неё всё ещё ёкало внутри. — Ты рано проснулась.

— Ты меня разбудил, — усмехнулась она. — Ты дышишь слишком громко.

Он рассмеялся и Анна почувствовала, как его рука скользнула под одеяло, нащупала её талию, притянула ближе.

— Я соскучился, — прошептал ей в ухо Олег.

— Ты видел меня вчера весь день, — фыркнула она, но не отстранилась.

— Я всегда по тебе скучаю, — ответил он и, приподнявшись на локте, заглянул ей в глаза. — Даже когда ты рядом. Потому что я не верю, что ты — моя.

Она подняла руку, коснулась его щеки, провела пальцем по морщинке у глаз — той самой, которая появилась за последний год.

— Я — твоя, — сказала она просто. — Я сама так решила. Помнишь?..

Он помнил всё. Он помнил ту ночь, когда она вошла в его кабинет, и испытала скорее всего шок, от увиденного. Когда она кричала и плакала, когда он брал её силой. И он помнил то утро после — когда она стояла на пороге его спальни и смотрела на него так, как сейчас смотрит ребёнок, который наконец понял, что его не бросят. Она прошла на средину комнаты и долго собираясь с мыслями, выдохнула: "Я попробую принять твои условия, но это не значит, что уже сразу полюбила тебя."

Потом был разговор, слёзы, объяснения почти до полдня. Олег её убеждал, что любит теперь не просто дочь, а самую дорогую для него женщину. С очередным "приступом" секса, он решил повременить до вечера. На вечер заказал столик в хорошем ресторане и дальше началось истинное проявление любви и заботы. Когда вернулись домой, Аня хоть и была сильно взволнована, но все же действие алкоголя расслабило её изнутри. В ту ночь она уже не сопротевлялась и до утра смогла испытать несколько оргазмов.

С той ночи они стали жить вместе. Почти сразу отказались от домработницы. Следующая исчезла "секретутка" Катя. Аня заменила её полностью во всём...

...... — Я помню, — прошептал он. — И я никогда не забуду.

Он наклонился, поцеловал её в лоб, потом в переносицу, потом в кончик носа. Она прикрыла глаза и выдохнула — глубоко, расслабленно. Его губы скользнули по её губам — мягко, без давления. Аня ответила, сначала робко, потом увереннее, и её рука легла ему на затылок, запутавшись в волосах.

— Анюта, — прошептал он между поцелуями. — Я люблю тебя.

— Я знаю, — ответила она. — Я тоже, и теперь это точно!

Олег начал раздевать её. Не торопясь, не грубо, как тогда. Сейчас он снимал с неё ночнушку как драгоценную упаковку — с благоговением и трепетом. Его руки помнили каждый изгиб её тела, но каждый раз, когда он касался её, это было словно впервые.

Она не сопротивлялась. Сама тянулась к нему, подавалась вперёд, оглаживая его плечи, грудь, живот. Её пальцы нащупали уже твёрдый член, и она сжала его с тем самым вызовом, который он так любил.

— Я тоже соскучилась, — шепнула она и прикусила его нижнюю губу.

Он усмехнулся и, перевернув её на спину, накрыл своим телом. Их дыхание смешалось, и когда отец вошёл в неё — медленно, до самого основания — она выдохнула его имя. Не «отец», не «папа», а «Олег». Именно так она звала его все три года. Именно так он сам хотел, чтобы Аня его звала.

Они двигались в ритме, который знали только они — неспешно, тягуче, как волны, которые бились о берег за окном. Она обхватила его ногами, прижимая к себе, и Олег чувствовал, как её влажность пульсирует вокруг члена. Её глаза были открыты, и она смотрела на него без тени страха — с доверием, с нежностью, с желанием, которое никуда не ушло, а только усилилось за три года.

— Ты — моя жена, — прошептал он, ускоряя темп. — Моя девочка. И я никогда не отдам тебя никому.

— И не надо, — выдохнула она, чувствуя приближение оргазма. — Я никуда не хочу. Только с тобой.

Он наклонился и поцеловал её в шею, туда, где билась жилка. Она выгнулась, прижимаясь к нему всем телом, и он почувствовал, как её мышцы сжались — сначала слабо, потом всё сильнее. Он вошёл глубоко и замер, а она кончила, содрогаясь под ним, сжимая его внутри себя и тихо, протяжно выдохнула в его плечо.

— Ещё хочу, — прошептала она, когда первая волна схлынула. — Я хочу тебя ещё!

Он улыбнулся — той самой усмешкой, от которой у неё всегда подкашивались колени. И, не выходя из неё, перевернулся, усаживая Аню сверху.

— Садись, — сказал он. — Покажи мне, как ты меня любишь.

Дочь села на него, насаживаясь так, чтобы чувствовать каждое его движение. Он лежал, глядя на неё снизу вверх, и любовался её растрёпанными волосами, блестящей от пота кожей, полуприкрытыми глазами. Она двигалась медленно, ритмично, как та самая танцовщица из стриптиз-бара, которая когда-то свела его с ума своим сходством с дочкой. Только сейчас это была настоящая, любимая дочка. И она была его, полностью!

— Ты красивая, — выдохнул он и Анна ускорилась, заставляя его чувствовать, как влагалище сжимает его плоть всё сильнее.

— Кончай, — шепнула она. — Кончай внутрь. Я хочу чувствовать твоё семя глубоко во мне.

Он сжал её бёдра и кончил, изливаясь в дочь со стоном, который заглушил крики птиц за окном. Она содрогнулась ещё раз — уже вместе с ним — и упала ему на грудь, тяжело дыша.

— Я никогда не думала, что буду этого хотеть, — тихо сказала она, касаясь губами его ключицы. — Но теперь я не представляю жизни без этого...

— И я, — ответил он, гладя её по спине. — Мы — семья. И нам никто не нужен.

Маленький Олег завозился в своей кроватке, но не проснулся. Аня улыбнулась, посмотрела на сына, потом на мужа.

— Когда он вырастет, — сказала она, — он узнает, что его родители — немного странные люди.

— Пусть знает, — усмехнулся Олег. — Главное, чтобы он знал, что мы любим его. И друг друга тоже!

Она поцеловала его в губы — крепко, по-хозяйски — и сказала:

— Завтра мы поедем на пляж. Я хочу, чтобы ты намазывал меня кремом, весь день.

— Договорились, — он улыбнулся. — Но сначала — завтрак.

Дочь рассмеялась и, наконец, слезла с него. Олег посмотрел на неё — голую, расслабленную, счастливую — и подумал: «Я не заслужил её. Но она — моя. И я сделаю всё, чтобы она никогда об этом не пожалела.