Комментарии ЧАТ ТОП рейтинга ТОП 300

стрелкаНовые рассказы 100048

стрелкаА в попку лучше 14716 +4

стрелкаВ первый раз 6844 +5

стрелкаВаши рассказы 6823 +7

стрелкаВосемнадцать лет 5803 +5

стрелкаГетеросексуалы 11160 +7

стрелкаГруппа 17078 +15

стрелкаДрама 4584 +8

стрелкаЖена-шлюшка 5460 +11

стрелкаЖеномужчины 2765 +1

стрелкаЗрелый возраст 3859 +10

стрелкаИзмена 16657 +12

стрелкаИнцест 15453 +9

стрелкаКлассика 702 +1

стрелкаКуннилингус 4759 +1

стрелкаМастурбация 3369 +3

стрелкаМинет 16632 +7

стрелкаНаблюдатели 10786 +6

стрелкаНе порно 4218 +10

стрелкаОстальное 1483 +1

стрелкаПеревод 10798 +2

стрелкаПикап истории 1260

стрелкаПо принуждению 13044 +7

стрелкаПодчинение 10031 +7

стрелкаПоэзия 1749 +1

стрелкаРассказы с фото 4074 +7

стрелкаРомантика 6975 +5

стрелкаСвингеры 2730 +3

стрелкаСекс туризм 917

стрелкаСексwife & Cuckold 4551 +8

стрелкаСлужебный роман 2897 +1

стрелкаСлучай 12064 +8

стрелкаСтранности 3573 +1

стрелкаСтуденты 4553 +1

стрелкаФантазии 4192 +2

стрелкаФантастика 4506 +6

стрелкаФемдом 2340 +5

стрелкаФетиш 4172 +2

стрелкаФотопост 887

стрелкаЭкзекуция 3943 +2

стрелкаЭксклюзив 555 +2

стрелкаЭротика 2812

стрелкаЭротическая сказка 3055 +1

стрелкаЮмористические 1878 +2

Идеальная семья. Часть 4 - Вещь

Автор: SlaveForYou

Дата: 21 ноября 2026

По принуждению, Фетиш, Фемдом, Подчинение

  • Шрифт:

Картинка к рассказу

Макс проснулся не от будильника. Он услышал тихий звук двери и чьи-то шаги. Он медленно открыл глаза.

Несколько секунд Макс не понимал, где находится. Перед ним был знакомый потолок, светлая стена, край тумбочки. Он лежал в своей постели, под одеялом, а солнечный свет пробивался сквозь окно, оставляя на полу узкую полосу.

А потом память вернулась. Не постепенно. Не отдельными обрывками. Она обрушилась на него сразу. Разговор за дверью. Телефон. Рюкзак. Охранники. Удар. Комната без окон. Цепь. Голос Дианы. Её обещания. А потом...

Макс резко зажмурился. Его тело среагировало раньше, чем он успел подумать. Он сжал одеяло, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Дыхание стало прерывистым. В голове снова появились звуки, которых он не хотел слышать, а перед глазами — воспоминания, от которых невозможно было отвернуться. Это было на самом деле. Макс медленно приподнялся, опираясь на локти. Его взгляд упал на собственные руки. Они дрожали.

— Господи... — прошептал он.

Он не знал, сколько прошло времени. Не знал, что происходило в доме, вернулись ли Павел, Валентин и Маша.

Дверь открылась.

— Доброе утро!

Макс вздрогнул так сильно, что едва не упал обратно на подушки.

На пороге стояла Диана.

Она была одета в домашний костюм светлого цвета, волосы собраны, на лице — привычная спокойная улыбка. В руках она держала небольшой поднос с чайником, чашкой, тарелкой печенья и несколькими бутербродами.

— Ну что, солнышко? Уже проснулся?

Макс не ответил. Диана зашла, поставила поднос на тумбочку и огляделась.

— Отлично. Я боялась, что ты проспишь до обеда. Тебе нужно поесть.

Она подошла к кровати и села на край.

— Как себя чувствуешь?

Макс смотрел на неё, не понимая, что происходит.

Женщина заметила его взгляд.

— Что такое? Почему ты так смотришь?

Он открыл рот, но не смог ничего сказать. Диана слегка улыбнулась и провела пальцами по его лицу.

— Ну-ну. Всё в порядке. Ты просто немного переутомился. Не нужно так волноваться.

Её голос был настолько обычным, настолько будничным, что Макс на миг усомнился в собственных воспоминаниях. Неужели она действительно могла сидеть здесь, гладить его по щеке и говорить о чае после того, что произошло?

— Выпей. Чай ещё горячий.

Он молчал. Диана поднялась, поправила край одеяла и взяла поднос, словно собиралась уйти.

— Я оставлю тебя немного отдохнуть. Позже поговорим.

— Я... — Макс услышал собственный голос и сам удивился, насколько он тихий.

Женщина повернула голову.

— Да?

Он сглотнул.

— Я хочу уйти.

Диана замерла. Макс почувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Он смотрел на неё, стараясь не отводить глаз.

— Я никому ничего не скажу. Я не буду говорить о том, что услышал. Я... я просто хочу уйти из этой семьи.

Женщина несколько секунд молчала.

— Макс, ты сейчас не совсем понимаешь, что говоришь.

— Я всё понимаю.

— Нет, — спокойно ответила она. — К сожалению, не понимаешь.

Она поставила поднос обратно на тумбочку.

— Ты до сих пор думаешь, что можешь просто собрать вещи и уйти. Что можешь выйти за дверь, вернуться к прежней жизни и сделать вид, будто ничего не произошло.

Макс покачал головой.

— Я не хочу ничего... Я не буду...

— С сегодняшнего дня ты больше не покинешь этот дом.

Он перестал дышать. Диана продолжила, словно сообщала ему об изменении расписания занятий:

— Телефон, компьютер и все средства коммуникации у тебя заберут. Пока я не решу, что тебе можно их вернуть, ты ими пользоваться не будешь.

— Но...

— Макс.

Её голос стал твёрже.

— Не заставляй меня повторять.

Он опустил голову. Диана снова улыбнулась, но на этот раз улыбка не коснулась её глаз.

— И ещё. Сними одеяло.

Макс насторожился.

— Зачем?

— Я сказала, сними.

Он медленно откинул одеяло. Диана указала на его ногу.

— Посмотри.

Макс опустил взгляд. На щиколотке был браслет. Небольшой, тёмный, почти незаметный под краем пижамных штанов. Он выглядел как обычный аксессуар, но металлический корпус и плотное прилегание не оставляли сомнений. Макс замер.

— Что это?

Диана поправила рукав.

— Средство контроля.

— Вы... вы что сделали?

— Не драматизируй.

Он попытался нащупать застёжку, но ничего не нашёл.

— Снимите его.

— Не сниму.

Макс поднял на неё глаза.

— Пожалуйста...

— Если ты вдруг решишь, что хочешь сбежать, я смогу тебя найти. Вот и всё.

Он несколько секунд просто смотрел на неё, а затем его лицо изменилось. Макс резко соскользнул с кровати. Он опустился на колени, схватил её за руку, но тут же отпустил, словно испугался даже этого жеста.

— Пожалуйста, не надо! — голос сорвался. — Я не сбегу! Я клянусь! Уберите его, пожалуйста!

Слёзы полились сами. Он склонил голову, пытаясь говорить, но слова путались.

— Я буду делать всё, что скажете. Я не буду никому ничего рассказывать. Я просто... я не хочу так жить. Пожалуйста...

Диана смотрела на него сверху. Её лицо стало холодным.

— Ты должен быть благодарен.

Макс поднял голову.

— Что?..

— Я могла бы избавиться от тебя совсем другими способами. Могла бы передать тебя людям, которые не задавали бы никаких вопросов. Но я этого не сделала.

Она наклонилась чуть ближе.

— Я оставила тебя в семье. Потому что, несмотря ни на что, считаю тебя одним из нас. И мне очень неприятно, что ты до сих пор не способен этого понять. Не заставляй меня разочаровываться в тебе ещё больше.

Женщина вышла, оставив дверь открытой. Макс ещё долго оставался на коленях. Он смотрел на браслет, на собственные руки, на чай, который медленно остывал на тумбочке. Ему казалось, что он попал в ловушку, которую сам не заметил, пока она не захлопнулась. И теперь он даже не знал, где искать выход.

Он долго стоял под душем. Вода текла по лицу, по плечам, по спине. Макс несколько раз закрывал глаза, пытаясь сосредоточиться только на её звуке. На чём-то простом. На чём-то, что не требовало от него думать. Но мысли возвращались. Он осторожно коснулся браслета. Потом ещё раз. Попытался рассмотреть его с разных сторон. Никакой застёжки. Никакого очевидного способа снять. В конце концов он прекратил.

Вытерся, оделся и, стоя перед зеркалом, несколько секунд смотрел на себя. Его лицо было бледным. Глаза покраснели. Он выглядел так, будто не спал несколько дней. Надо держаться. Он повторил это про себя.

Макс спустился на первый этаж.

В холле было шумно. Кто-то из персонала переносил вазы, другая работница разговаривала по телефону возле кухни. На столе стояли коробки с декорациями, а в гостиной уже раскладывали новые скатерти.

Маша сидела на диване, просматривая что-то в телефоне. Валентин стоял у окна и пил кофе.

— О, смотрите, — сказала Маша, заметив Макса. — Наш сонный красавец явился.

Макс остановился.

— Доброе утро.

Валентин обернулся.

— А ты чего такой помятый?

— Нормально выглядит, — сказала Маша.

— Наверное, — бросил Валентин.

Диана вышла из столовой.

— Вот и все. Отлично.

Она подошла к Максу, коротко поправила воротник его рубашки и повернулась к детям.

— Я хочу, чтобы вы знали: Макс теперь понимает, что некоторые вещи нельзя обсуждать за пределами семь. Макс узнал секрет нашей семьи. Он самонадеянно хотел бежать и рассказать обо всем, чем мог привести нашу семью к краху.

Маша отложила телефон.

— И не просто сбежать, — ответила Диана. — Он собирался рассказать о том, чего не понимает.

Макс почувствовал, как внутри всё сжимается.

Валентин медленно поднял брови.

— Серьёзно?

— Да, — сказала Диана. — Но я уже объяснила ему, что такое доверие.

Маша посмотрела на Макса.

— Мама слишком добра к тебе.

Валентин хмыкнул.

— Согласен. Я бы давно не церемонился.

Макс стоял неподвижно.

— Я не хотел...

— Не начинай, — перебила Диана. — Мы уже всё обсудили.

Маша встала и подошла к нему.

— Тебе следует поблагодарить маму.

Макс не шелохнулся. Валентин усмехнулся.

— Он, кажется, не понял.

Он схватил Макса за плечи и резко толкнул. Макс не успел удержать равновесие, упал на пол, ударившись ладонью.

— Валентин! — произнесла Диана.

Но в её голосе не было настоящего возмущения.

— Не на ковре. Здесь только что убирали.

Валентин засмеялся.

— Прости.

Макс поднялся, не глядя ни на кого. Маша скрестила руки.

— Мама действительно слишком добра. Таких, как ты, она обычно даже не оставляет рядом.

Диана кивнула.

— Возможно, я и правда была слишком снисходительной.

Она подошла к Максу.

— Так что теперь ты должен заслужить наше доверие заново.

Он молчал.

— Ты будешь выполнять любые просьбы Маши и Валентина. Любые. Без споров, без обсуждений, без попыток объяснить, почему ты не хочешь.

Макс смотрел в пол.

— И если ты докажешь, что способен быть послушным, — продолжила Диана, — я подумаю, можно ли снять твой браслет.

Маша улыбнулась.

— Ну, тогда начнём с благодарности.

Она посмотрела на Макса.

— Поблагодари маму.

Макс не смог вымолвить ни слова. Валентин подошёл ближе.

— Ты, похоже, не расслышал.

Он схватил Макса за одежду и толкнул его вперёд. Тот снова оказался на коленях перед Дианой.

— Простите... — едва слышно произнёс Макс.

Диана опустила взгляд.

— За что?

Макс закрыл глаза.

— За то, что... хотел уйти.

— И?

— За то, что подслушал.

— И?

Он не знал, что ещё сказать.

— За то, что подвёл вас.

Диана улыбнулась.

— Вот теперь лучше.

Она отошла.

— Вчера ты уже извинился. И уже получил наказание. Поэтому не будем возвращаться к этому. Я хочу, чтобы ты просто помнил: теперь у тебя есть шанс всё исправить.

Маша зевнула.

— Надеюсь, он не испортит ещё и сегодняшний ужин.

— Не испортит, — ответила Диана. — У нас сегодня гости.

— Кто? — спросила Маша.

— Несколько знакомых семей. Павел уже договорился. Будут родители и дети.

Маша сразу оживилась.

— Ольга тоже будет?

— Да.

Валентин усмехнулся.

— Тогда вечер точно не будет скучным.

Диана бросила взгляд на Макса.

— Именно поэтому я хочу, чтобы всё прошло гладко. Никаких сцен. Никаких недоразумений. Ты меня услышал?

— Да.

— Хорошо.

Она повернулась к Маше и Валентину.

— А вы можете идти. Отдыхайте.

Дети развернулись и ушли, обсуждая будущих гостей. Диана осталась ещё на миг.

— Макс, — сказала она.

Он поднял голову.

— Сегодня поможешь персоналу с подготовкой.

Диана ушла. Макс ещё несколько секунд стоял на месте, прежде чем медленно подняться.

Подготовка к ужину оказалась бесконечной. Сначала Макс переносил коробки с декорациями. Потом помогал расставлять свечи, раскладывать салфетки, переносить стулья. Персонал работал быстро, но напряжённо. Каждый знал, что сегодняшний вечер должен быть безупречным. Макс почти не думал. На несколько минут ему даже стало легче. Не потому, что он забыл, что происходит. Просто работа позволяла не думать об этом каждую секунду. К вечеру большой зал преобразился.

Макс раскладывал приборы, когда услышал шаги. Маша.

Она спустилась по лестнице в тёмном облегающем платье. Её волосы были уложены, на запястье блестел браслет. Она остановилась у стола и несколько секунд наблюдала за Максом.

— Ты всё ещё здесь?

— Помогаю.

— Я вижу.

Она подошла к стулу, взяла вилку и вдруг выронила её. Металл звякнул о пол.

— Ой.

Маша даже не наклонилась.

— Макс, подними.

Он молча подошёл. Когда Макс наклонился, Маша поставила каблуком ногу на его руку. Он резко замер.

— Маша...

— Что?

Она немного надавила.

Макс стиснул зубы. Боль была резкой, но он не осмелился выдернуть руку.

— Я сказала поднять вилку.

— Я... сейчас.

— Тогда не отвлекайся.

Она продолжала давить ещё несколько секунд, а затем убрала ногу, словно ничего не произошло.

— Спасибо.

Маша развернулась и ушла. Макс остался наклонённым, глядя на вилку. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы заставить себя поднять её. Он вернулся к столу, разложил приборы и продолжил работу. Но на этот раз руки дрожали сильнее.

Когда вечер начался, Макс получил приказ от Дианы оставаться в своей комнате.

— Сегодня ты не будешь присутствовать среди гостей, — сказала она. — Тебе лучше отдохнуть.

Он даже не спросил почему. Просто кивнул. В комнате было тихо. Макс лёг на кровать, не снимая одежды, и смотрел на потолок.

Мне нужно найти выход. Но как?

У него не было телефона. Не было ключей. Не мог даже свободно выйти из комнаты. Браслет на ноге напоминал об этом каждый раз, когда он шевелился. Прошло, наверное, несколько часов. Он уже начал дремать, когда услышал тихий звук двери. Макс приподнял голову.

В комнату вошла Маша. За ней — Ольга.

— Привет, — сказала Маша, словно они пришли проведать его после обычного дня.

Макс медленно сел.

— Что вы здесь делаете?

— Мама попросила принести тебе еду, — ответила Маша. — Ты же целый день ничего не ел. Я долго не задумывалась.

Макс приподнялся, чтобы взять поднос. Но Ольга, словно случайно, задела его локтем — и бутерброд соскользнул с подноса и упал под ноги.

- Ой, - сказала Ольга с притворным сожалением. - Как досадно. Но ведь не выбрасывать же пищу.

Макс смотрел на бутерброд на полу. Он был подавлен и разбит. Он наклонился, чтобы поднять его.

И тут Ольга резко поставила ногу на хлеб и надавила. Макс замер на коленях. Он смотрел на ее ногу – на то, как ее нога в грязном носке впивается в хлеб, как она вдавливает его в пол. Ольга самодовольно улыбалась. Она подняла ногу. На хлебе остался отчетливый отпечаток ее стопы — контуры подошвы и пальцев.

Макс посмотрел на Машу. Она стояла и смотрела на него.

– Диана говорила, что с тобой могут сделать, – напомнила Маша. — Так будь покорным. 

Она напомнила ему слова Дианы. О доверии. О браслете. О том, что любой отказ может стать поводом для нового наказания.

Он чувствовал, как его собственные мысли начинают путаться. Просто сделай. Просто переживи это. Не спорь. Ольга наклонилась.

— Вот так. Ты же умный мальчик.

Она указала на хлеб.

- Ешь. Как собачонка.

Макс был разбит, в его голове вертелось столько мыслей, но все сводилось к тому, что ему остается быть покорным. .Он бессознательно даже для себя, опустился на четвереньки и стал есть хлеб — с отпечатком ноги Ольги, с прилипшей к нему пылью и грязью. Он ел медленно, механически, не ощущая вкуса.

Девушки были довольны.

- Поскольку теперь он в доме практически как прислуга, - сказала Маша, - то прислужит сегодня нам. Я сейчас приду.

Она быстро вышла.

Ольга осталась. Она наблюдала, как Макс ест. Потом начала говорить – тихо, издевательски, унизительно. Она поставила свою ногу ему на голову и прижала, продолжая говорить. Она говорила, что он ничтожен, что он никогда не был ничем иным, и что единственное, на что он способен, – это лежать под ногами.

Вернулась Маша. В руках у нее была коробка. Она захлопнула дверь на ключ и поставила коробку на пол.

Ольга с интересом наблюдала, как Маша открывает коробку и достает фаллоимитатор с кожаными застежками, наручники и еще несколько вещей.

– Что ты планируешь? – спросила Ольга.

— Этот хлам, — Маша кивнула на Макса, — должен хоть какую-то пользу приносить в этом доме.

Она посмотрела на Макса.

– Раздевайся.

Она достала кнут и протянула его Ольге. Макс не двигался. Он смотрел на них снизу вверх, и в голове было пусто. Ольга встала. Без лишних слов она изо всех сил ударила кнутом Макса по ногам. Он беззвучно упал.

– Это действенный способ принуждения, – сказала она спокойно. – Раздевайся.

Макс начал раздеваться. Он снял футболку, штаны – но не снял трусы. Маша посмотрела на него.

- Терпение заканчивается.

Ольга поняла это без слов. Она начала избивать Макса кнутом по всему телу – по спине, по рукам, по ногам. Он вскрикнул и сделал то что они просили. 

Ольга стояла посреди комнаты и смотрела на Макса. Он сидел на полу и смотрел на нее снизу вверх. Она была в темных джинсах и свитере, с распущенными волосами, и выглядела так, словно только что зашла на вечеринку — расслабленная, улыбающаяся, немного скучающая. В ее глазах не было ни злобы, ни жалости. Только любопытство — то самое, с каким она смотрела на него в день, когда он стоял на коленях. Она оглянулась к Маше и подошла к вещам, которые та принесла. Макс смотрел, и у него стыло внутри. Кнут. Наручники. Дилдо с ремешками. Ольга выложила все на пол и посмотрела на него.

– Не смотри так, – сказала она. – Это просто вещи. И они здесь не для того, чтобы я тебе что-то приказывала. Приказывать будут другие. Я просто хочу развлечься.

Маша рассмеялась и поддержала ее. Она подошла к нему, держа наручники.

– Тебе просто нужно делать то, что мы скажем, – сказала она. – У тебя и так нет другого выбора.

Она застегнула наручники у него за спиной. Металл щелкнул, и Макс почувствовал, как руки стягиваются за спиной. Он дернулся, но это было бесполезно.

Ольга толкнула его на пол. Он лежал на спине, глядя в потолок, и слышал, как она рядом раздевается.Она не торопилась. Сначала стянула свитер через голову - ткань зашелестела, и он увидел, как она осталась в тонкой майке. Затем расстегнула джинсы и спустила их по ногам, ступая с одной ноги на другую. Джинсы легли на пол. Она осталась в белых трусиках и майке. Потом сняла майку. Под ней не было бюстгальтера.

Она стояла над ним, и Макс смотрел на нее - на ее тело, на ее кожу, на то, как свет лампы ложится на ее плечи и грудь. Она была красива — стройна, с гладкой кожей и уверенными движениями. И это делало все хуже.

Она сняла трусики – медленно, глядя ему в глаза. И осталась только в коротеньких белых носках. Они были грязными.

– Вот так, – сказала она. – Так мне удобнее.

Она села над ним на колени. Ее лицо было над его лицом. Она смотрела ему в глаза.

– Сейчас я кое-что сделаю, – сказала она. – И тебе это не понравится. Но мне все равно.

Она взяла фалоимитатор с ремешками и принялась завязывать его ему на рот. Макс дернулся, попытался отвлечься, но она держала его голову руками и затягивала ремешки. Он почувствовал, как силикон касается его губ, как ремешки впиваются в щеки.

– Пожалуйста, – сказал он. - Пожалуйста, не надо...

Она не обращала внимания. Она затянула ремешки и укрепила их. Дилдо был в его рту. Тяжелый, гладкий, с привкусом силикона и чего-то еще.  Он не мог говорить. Он мог только дышать носом и смотреть.

 Ольга отстранилась и посмотрела на него.

– Вот так, – сказала она с улыбкой. – Такого я еще не пробовала.

Она медлено начала седлать его. Макс почувствовал, как ее вес давит на игрушку, как она упирается в небо, как челюсть начинает ныть от давления. Она села так, что фалос было между ее ног, и принялась двигаться.

Сначала медленно. Она качалась на нем, как на качелях, и смотрела на Макса сверху вниз. Ее глаза были полузакрыты, на губах – едва заметная улыбка. Она не торопилась. Она наслаждалась.

Макс лежал под ней и чувствовал каждое движение. Силиконовый член давил на язык, на небо, на внутреннюю сторону щек. Слюна собиралась во рту и не могла вытекать - она застряла между силиконом и горлом, и он едва сдерживал позыв к рвоте. Он дышал носом — коротко, часто, — и от каждого движения выходил из него как бы через силу.

Она ускорилась. Ее бедра сжимали его голову по бокам, и он чувствовал, как ее кожа скользит по его щекам. Она качалась ритмично - вперед-назад, вперед-назад, - и с каждым движением делдо упиралось в его небо сильнее. Он чувствовал, как его челюсть начинает болеть, как глаза слезятся, как горло сжимается.

И тогда он ощутил влагу.

Сначала — легкий, как дождь на лице. Потом – сильнее. Ее выделения стекали по игрушке, по его губам, по подбородку. Они были теплыми, скользкими, с солоноватым запахом. Она двигалась быстрее, и жидкость уже стекала струйками — по щекам, за шиворот, на шею. Его лицо было мокрым от нее, и он не мог ничего поделать. Он не мог даже вытереться. Он лежал под ней, и ее выделения покрывали его лицо, как маска.

Она смотрела на него. Все время.

– Ты не можешь говорить, – сказала она. – Но ты можешь смотреть. И я хочу, чтобы ты смотрел.

Она не отводила глаз. И он смотрел на нее - на ее лицо, на ее тело, на то, как она двигается. Он не мог отвести глаза. Он не мог закрыть их. Он был прикован к ней взглядом.

Она ускорилась еще больше. Ее дыхание стало более частым, отрывочным. Она закрыла глаза и откинула голову. Ее движения стали жестче, и Макс почувствовал, как дилдо упирается, как он едва сдерживает рвотный рефлекс.

Она кончила — тихо, довольно, с закрытыми глазами. Ее тело дрогнуло, и она застонала – коротко, горлом. Потом она остановилась и открыла глаза. Она посмотрела на него. Он лежал под ней - мокрый от ее выделений, с покрасневшим лицом, с фалосом во рту. Он не мог говорить. Он не мог даже дышать нормально.

Ольга встала и посмотрела на Машу, которая тоже уже была голой и снимала все. Маша молча и быстро передала телефон и сама решила воспользоваться Максом для удовольствия.

Но она не сняла игрушку с лица Макса. Вместо этого она села так, что силиконовый член оказалось в ее попке, а влагалище прижалось к его носу Она медленно опустилась, и Макс почувствовал, как оно входит в нее – глубже. Он не мог дышать. Она улыбнулась с игривой улыбкой.

– Вот так, – сказала она. 

Она начала двигаться — медленно, ритмично, — и Макс чувствовал, как ее тело скользит по его лицу, как влагалище прижимается к его носу, как воздух становится все меньше. Он пытался вдохнуть, но вместо воздуха чувствовал только ее запах — густой, соленый, с чем-то кисловатым. Он задыхался.

Она смотрела на него сверху вниз и смеялась.

– Ты не можешь дышать? – спросила она. – Ничего. Я скоро кончу.

Она ускорилась. Ее движения становились жестче, и Макс чувствовал, как ее тело давит на его лицо, как игрушка в ее попке двигается в ритме с ней. Он задыхался, но не мог ничего поделать. Он лежал под ней и ждал, когда это закончится.

Она кончила - громко, со стоном. Ее тело дрогнуло, и она остановилась. Но когда она остановилась, что-то случилось. Ее выделения – густые, скользкие – стекли по ее телу и попали Максу прямо в нос. Он почувствовал, как жидкость заливает ноздри, как она течет в горло. Он задохнулся. Тело дернулось рефлекторно, и он едва не опрокинул Машу - она успела соскочить с него в последний момент, приземлившись на пол рядом. Она наклонилась и сняла с него фалос.

Он кашлял, отплевывался, пытался вдохнуть. Нос горел, в горле стоял соленый привкус. Он отдышался – медленно, тяжело, – и только тогда поднял глаза.

Маша стояла над ним. Ее лицо было спокойным, но в глазах горел огонь.

– Ты чуть не опрокинул меня, – сказала она тихо.

Она не кричала. Это было ужаснее.

Искусственный член был покрыт выделениями — блестящее, скользкое. Но там было и другое. Остатки кала – темные, густые – размазались по силикону.

Она посмотрела на игрушку, затем на Макса.

– Вот, – сказала она. — Это ты должен убрать.

Она просто сунула фаллос ему в рот - резко, глубоко, - и придержала рукой.

– Лыжи, – сказала она. – И не пропускай ничего.

Он ощутил на языке вкус — горький, землистый, с соленым привкусом выделений. Запах был тяжелым, удушающим. Он хотел отвлечься, но она держала его во рту и смотрела сверху вниз.

– Вот так, – сказала она. - тебе подходит.

Она вытащила и посмотрела на него. 

- Молодец.

Ольга посмотрела на Макса. Он лежал на полу, тяжело дыша, с ртом, полным слюны и горького привкуса.

– А теперь, – сказала она, – я хочу, чтобы ты кое-что сделал и для меня.

Она подошла поближе и подняла ногу. На ней все еще были те же короткие белые носки — грязные, с темными пятнами на подошве. Она резко ударила его по щеке – не сильно, но достаточно, чтобы он почувствовал. Она не ждала, пока он пошевелится. Она просто села ему на лицо – так, что ее попка очутилась прямо над его ртом.

– Вылижи все, – приказала она. — Чтобы там было чистенько.

Макс не двигался. Он смотрел на нее снизу вверх, и в голове было пусто.

– Я не шучу, – сказала она.

Он медленно высунул язык и коснулся ее кожи. Она была теплой, влажной, с запахом, который он уже знал — землистый, соленый, немного кисловатый. Он начал лизать – медленно, механически, – и она довольно вздохнула.

– Вот так, – сказала она. – Вот так.

Она сидела на нем и смотрела в потолок, словно разговаривала сама с собой.

– Знаешь, – сказала она, – мне, в принципе, нет дела до тебя, но иногда вспоминала о тебе после нашей первой встречи, – продолжила она. – Не думай, что ты мне понравился. Просто... ты был таким жалким. И в то же время таким послушным.

Она погладила его по голове – почти нежно.

— Я уверена, что это не последняя наша встреча, — сказала она.

Она замолчала. Макс продолжал лизать – механически, не думая, не чувствуя ничего, кроме вкуса и запаха. Он был в растерянности. Подавлен. Он не знал, что чувствовать. Он не знал, чувствует ли он что-нибудь вообще. Ольга сидела на нем еще несколько минут, прежде чем встать.

– Достаточно, – сказала она.

Она поднялась и посмотрела на него.

– Ты молодец, – сказала она. – Я довольна.

Ольга оделась – быстро, без лишних движений. Но прежде чем подойти к двери, она остановилась и обернулась.

– И еще кое-что, – сказала она.

Она подошла к Максу, который так и лежал на полу, и приподняла ногу. На ней все еще были те же короткие белые носки — грязные, с темными пятнами на подошве и серыми полосами на пальцах. Они были уже не белыми — скорее серо-желтыми, пропитанными потом и пылью, с несколькими темными пятнами, которые уже успели высохнуть.

Она провела ступней по его лицу – медленно, от подбородка до лба. Ткань была шершавой, теплой, и Макс почувствовал, как она оставляет на его коже влажный след.

– Нюхай, – сказала она.

Он вдохнул. Запах был густым, тяжелым — смесь пота, кожи и чего-то кисловатого, что въелось в ткань. Он чувствовал его всем лицом, когда она водила ступней по его щекам, по губам, по носу. Она делала это медленно, словно рисовала что-то на его лице.

– Вот так, – сказала она. – Чувствуешь? Это я ходила у них целый день. По дому, по двору, по улице. И не снимала.

Она остановилась на губах и слегка нажала.

– Открой, – сказала она.

Он открыл рот. Она засунула ступню внутрь — медленно, осторожно, — и он почувствовал на языке шершавую ткань носка, пропитанную потом и пылью. Вкус был ужасный. Она пошевелила пальцами, и он почувствовал, как ткань трется об язык.

– Лыжи, – сказала она.

Он принялся лизать. Ткань была влажной от его слюны, и вкус становился все насыщеннее — соль, пот, что-то горькое, что въелось в волокна. Она смотрела на него сверху вниз и улыбалась.

– Вот так, – сказала она. 

Она вытянула ногу и посмотрела на носок - он был мокрым от его слюны, с темными пятнами. Она засмеялась.

– Ты его весь обслюнявил, – сказала она. – Но ничего. Тебе же убирать.

Она сняла носок и бросила его ему на лицо..

Он не двигался. Она наклонилась и засунула носок ему в рот - глубже. Ткань растянулась, и он почувствовал, как она касается задней стенки горла.

– Держи, – сказала она. - И не смей выплюнуть.

- Ну что, - сказала Маша, - хватит.

Ольга уже одевалась. Она подошла к двери и обернулась.

– В следующий раз, – сказала она, – я хочу попробовать кое-что другое. 

Маша задержалась на мгновение. Она посмотрела на Макса, и в ее глазах не было ни жалости, ни злобы, только усталое безразличие. 

Макс так и лежал на полу. Он чувствовал себя не человеком. Не даже животным. Вещью. Предметом, который передают из рук в руки, который используют и откладывают в сторону, пока он не понадобится снова. И хуже всего было то, что он начал к этому привыкать. Он уже не сопротивлялся. Он уже не умолял. Он просто лежал и ждал, когда это кончится.


148   26380  9  
В избранное
  • Пожаловаться на рассказ

    * Поле обязательное к заполнению

Оцените этот рассказ:

Оставьте свой комментарий

Зарегистрируйтесь и оставьте комментарий

Последние рассказы автора SlaveForYou

стрелкаЧАТ +1577