Этот, эта, кхм-это чудо!

Было, как бы это сказать, неким диссонансом действительности. Кусочком сказки, рвущим шаблоны реального, образом куклы или даже какой-нибудь героини топовой манги, уж поверьте, я знаю о чем говорю.

Распаленная старательной долбежкой, не сразу отошедшая от сексуального наваждения я, разглядев в сапфирах глаз ее неподдельное восхищение и страсть, не придумала ничего лучше, чем начать знакомство похабным унижением.

Войдя в мою каюту уже классическим методом, через двери, мелькнув идеальной попкой, одетая лишь в русоволосые струи ниспадающие чуть ли не до самых колен, нимфа, прикрыла двери и обернувшись ко мне своим кукольным личиком, да озорно торчащими меж прядей одеяния сосками, не больших, однако бесподобных формой грудей, с поклоном покорности, произнесла

— - Чего изволит госпожа?

Госпожа, однако изволила того, кого, увы здесь не было.

И не особо задумываясь, ляпнула:

— Удиви меня!

Эту гамму чувств, промелькнувшую впрочем вполне уловимым хороводом, не оценить было сложно. Так как исполненные искренности растерянность, удивление, осознание, желание разреветься и тут же озарение и счастье, в ее исполнении были тем ещё театром одного актера.

Буквально в мгновение ока преобразившись в нечто совершенно иное, стальным блеском глаз пригвоздившее эту реальность и заставившее ее прогнуться.

Чем изрядно меня ошарашив, буквально в миг введя в транс неопровержимой веры во все, чтобы не случилось далее. Она, направив свой взгляд куда-то очень далеко и то ли давно, то ли ещё не скоро. Голосом, неожиданно сильным для этого тела, запела так, что вырванная из глубин памяти, маленькая девочка, безоговорочно верящая сказкам и в магию, влекомая неведомой, но такой странно знакомой мелодией, неслась что было сил, не откуда-то и куда-то, а исключительно во имя самой возможности Нестись!

Очнулась я в улыбке и слезах. Чудо же снова стало скромно опустившим глаза, милым котёнком, удержатся от игры с которым было крайне сложно. И начавшаяся безобидно игра в "я тебя защекочу", непонятным образом перешедшая в акт нежнейших девичьих ласк, кончилась обоюдным оргазмом, слившихся в едином порыве тел и голосов.

Пробуждение было необычно. Меня вылизывали и целовали, всю, от ступней по ногам, бедра, животик, холмы груди и их навершие, ключицы, шею и обратно.

Дразнящим тело и разум зигзагом, ласковый некто желал мне доброго утра и стоило мне поддавшись этой игре, со сладким стоном раздвинуть ножки, подставляя ласке свое сокровище, как поцелуи сменились озорной струйкой выдыхаемой на клитор и губки воздуха.

Не в силах терпеть это издевательство, распахнув глаза и встретившись взглядом с лукавой синью глаз ее. В рыке неподдельной яри, схватив за волосы и влепив смачную оплеуху заигравшейся суке, я уткнула ее устами туда, откуда и следовало начинать!

Обильно забрызгав влагой своего восторга, личико этого очарования, я поднявшись на ноги, уперла ее лицом в оббивку стены так, чтобы она приняла необходимую мне позу. Звонко и смачно отшлепав ее аппетитную жопу, обильно смазала три пальца свободной руки в своем же лоне и засадила этой дырке так, что крик ее не слышали разве что глухие и мёртвые.

Ее сладострастное "Да, Госпожа", ответом на все мои оскорбления в ее адрес, будило во мне столь необузданное возбуждение, что этот наш секс, мне запомнился лиш урывками особо вкусных сцен, которые я, с вашего позволения оставлю себе и быть может вашей фантазии!

Сняв ее с кисти и немного дав придти в себя, в довершение истинно господской благодарности, закрепляя традицию мочеиспускания в рот опущенной соски, от чего признаться отдельно кайфонула, я решила сегодня все же сойти на землю и немного развеяться. Запланированная остановка в ОАЭ, как всегда не отличалась скоростью событий и как обычно дарила мне уйму времени, а уж куда себя подать, выбор здесь был огромный!