Марьяна и Алексей работали в одной маркетинговой фирме уже два года. Она — креативный директор, двадцать девять лет, длинные рыжие волосы, собранные в хвост, зелёные глаза, фигура, которая привлекала взгляды на всех встречах. Он — аналитик, тридцать один год, мускулистый от тренировок, короткая стрижка, татуировка на предплечье, которую прятал под рубашкой. Они часто сотрудничали над проектами, обменивались идеями за кофе, но никогда не переходили в личное. Марьяна жила с парнем, который был больше другом, чем любовником. Алексей был холост, но полностью погружён в работу. Командировка во Львов на семинар по цифровому маркетингу должна была быть обычной — лекции, знакомства, вечерние прогулки по старому городу. Но отель всё изменил.

В аэропорту они встретились рано утром. Марьяна в удобных джинсах, белой блузке и кроссовках, рюкзак за спиной. Алексей в рубашке, брюках, ноутбук в руках. Полёт прошёл в разговорах: она жаловалась на начальника, он шутил над её идеями. Во Львове такси довезло их до отеля «Старый Львов». У стойки администратор развёл руками.

— Простите, ошибка в бронировании. Два номера забронировано, но один занят. Остался только один — стандарт с одной большой кроватью. Других свободных нет, семинар, туристы.

Марьяна почувствовала, как щёки горят. Алексей пожал плечами.

— Ничего страшного. Мы взрослые люди, переспим.

Она кивнула, но внутри всё сжалось. Они поднялись в номер. Комната уютная: большая кровать с пуховыми подушками, деревянная мебель в старинном стиле, окно с видом на Ратушу, ванная с душем. Марьяна бросила вещи на полку.

— Я первая в душ, ладно? День был длинный.

Алексей кивнул, открыл мини-бар. Пока она мылась, он сидел на кровати, слушал шум воды и старался не представлять её голой под струями. Когда она вышла в коротком халате отеля, волосы мокрые, капли на шее и ключицах, он быстро отвёл взгляд. Она легла, взяла телефон. Он пошёл в душ, включил холодную воду, чтобы успокоиться.

Вечер прошёл за прогулкой по городу. Они ели вареники в маленьком кафе, пили львовское пиво, обсуждали семинар. После второго бокала Марьяна сказала:

— Мой парень милый, но секс у нас раз в месяц, как по расписанию.

Алексей улыбнулся:

— У меня вообще никого. Работа всё съедает.

Она коснулась его руки:

— Ты заслуживаешь большего.

Они вернулись в номер молча. Напряжение висело в воздухе.

— Я лягу слева, — сказала она, переодеваясь в майку и шорты.

Он увидел, как ткань облегает её грудь, как длинные ноги блестят после душа. Лёг справа.

Свет выключили. Кровать мягкая, но расстояние между ними казалось слишком маленьким. Марьяна лежала на боку, чувствуя тепло его тела. Алексей слышал её дыхание, запах её шампуня. Сон пришёл не сразу.

Ночью, около трёх, Марьяна проснулась. На её бедре лежала тяжёлая тёплая ладонь — рука Алексея. Во сне он перевернулся. Она замерла. Сердце заколотилось. «Убери руку», — подумала она. Но тело отозвалось иначе: жар разлился внизу живота, соски напряглись под тонкой майкой. Она вспомнила пиво, его взгляд, смех. «Только один раз. Никто не узнает». Вместо того чтобы отодвинуться, она медленно раздвинула ноги. Рука скользнула выше, пальцы коснулись края шорт. Марьяна прошептала еле слышно:

— Только тихо, чтобы никто в коридоре не услышал.

Алексей мгновенно проснулся. Глаза привыкли к темноте. Он увидел её — ноги раздвинуты, дыхание сбилось. Рука лежала на её коже — горячей, гладкой. Она не отстранилась. Он сжал пальцы чуть сильнее. Она вздохнула.

— Марьяна… ты уверена?

— Да. Но тихо. Очень тихо.

Его рука поднялась выше, под шорты. Пальцы нашли трусики — мокрые насквозь. Он потёр клитор через ткань. Она выгнулась, прикусила губу. Он стянул шорты вниз, она подняла бёдра, помогая. Губы нашли её шею, покусывая кожу. Рука ласкала — палец вошёл внутрь, второй, движения медленные, глубокие. Марьяна схватила подушку, чтобы заглушить стон. Он спустился ниже, целуя живот, потом снял майку. Соски твёрдые — он взял один в рот, посасывая, покусывая. Она вцепилась в его волосы:

— Ниже…

Он раздвинул её ноги шире. Язык коснулся клитора — сначала нежно, потом жадно, глубоко. Марьяна задрожала, волна удовольствия нарастала. Она кончила тихо, тело сжалось, сок потёк по его подбородку. Он поднялся, стянул боксёры. Член стоял твёрдый, головка блестела. Она взяла его рукой, провела по всей длине.

— Войди в меня.

Он лёг сверху, вошёл медленно — тесно, горячо. Она ахнула, обхватив его спину ногами. Они двигались в одном ритме — медленно, чтобы кровать не скрипела слишком громко. Каждый толчок глубокий, он целовал её губы, заглушая стоны. Она встречала его бёдрами, клитор тёрся о его лобок. Второй оргазм накрыл её сильнее — она впилась ногтями в его плечи, чтобы не закричать. Он ускорил темп, кончил внутрь — горячо, пульсируя, рыча тихо в её шею.

Они лежали, тяжело дыша. Пот смешался. Марьяна подумала: «Что мы наделали?» Но сожаления не было — только тепло и удовлетворение.

Утро пришло с лёгкой неловкостью, но и с возбуждением. Они проснулись в объятиях. Марьяна улыбнулась:

— Доброе утро, коллега.

Алексей поцеловал её плечо:

— Это было лучше любого сна.

Они приняли душ вместе. Её руки скользили по его груди, его пальцы — между её ног. Но остановились: семинар ждал. На лекциях они сидели рядом, переглядывались. В перерыве, в коридоре отеля, она шепнула:

— Вечером — больше.

Вечер наступил быстро. Дверь закрыта на замок. Она толкнула его на кровать:

— Теперь моя очередь.

Стянула его брюки, боксёры. Член полутвёрдый. Она взяла в рот — медленно, языком по венам, заглатывая глубоко. Он стонал тихо:

— Марьяна…

Она сосала жадно, рукой массируя яйца. Он кончил в рот — она проглотила, облизала губы.

Потом села сверху, направила его в себя. Двигалась медленно, потом быстрее, грудь подпрыгивала. Он держал её за ягодицы, толкая вверх. Она кончила, сжимаясь вокруг него. Он перевернул её, вошёл сзади — раком. Шлёпал по попе, трахал сильно. Она стонала в подушку. Кончил на спину.

Командировка длилась три дня. Вторая ночь — в ванной: он трахал её стоя под душем, рукой на клиторе. Третья — на полу: она попробовала анал. Смазка из мини-бара, вошёл медленно, она кричала тихо от боли и удовольствия:

— Медленнее… да… глубже.

По возвращении в Киев тайна осталась с ними. В офисе — взгляды, случайные касания в коридоре. После работы — мотель на окраине. Она пришла в чулках без трусиков. Он ждал голый. Они набросились друг на друга. Он лизал её между ног, она стонала:

— Там… да…

Потом она села на лицо, тёрлась. Он вошёл раком, шлёпая по ягодицам:

— Ты моя шлюшка.

— Да… трахай меня как шлюшку.

Она развелась через месяц. Сказала парню:

— Я люблю другого.

Он ушёл молча. Марьяна переехала к Алексею. Их секс стал ежедневным: на кухне, в лифте, на балконе. Эксперименты — наручники, ролевые игры, игрушки. Страсть не угасала.

Год спустя они вернулись во Львов — в тот же отель, тот же номер. Ночью рука снова легла на бедро. Она раздвинула ноги, прошептала:

— Только тихо…

И всё началось заново — как в первый раз, но уже с любовью. Через девять месяцев родился сын. Они назвали его в честь города, где всё началось.

Конец.