Ну что же. Надеюсь, у вас как у читателей уже сформировалось представление о главных героях, о людях, чьи судьбы сплелись в один тугой узел в одной точке пространства и времени. Но для полноты картины стоит заглянуть и в голову Бориса Олеговича. Он был не просто харизматичным айтишником с деньгами. Он был сложившейся, самодостаточной системой, отлаженной машиной по достижению желаемого. И в тот вечер Катя, сама о том не подозревая, стала его новой, очень увлекательной целью.

Борис был с детства балагуром и затейником, вечным искателем приключений на свою задницу. Учился он неровно, но увлечение компьютерами, начавшееся ещё в эпоху первых персоналок, сразу выделило его из толпы сверстников. Он говорил на странном, малопонятном для них языке, а компьютер был для него живым существом, послушным воле хозяина. Уже к восемнадцати он получал в одной из первых московских IT-контор зарплату, вдвое превышающую доход его родителей вместе взятых. Первая иномарка в двадцать лет, стремительная карьера, внимание девушек, всё это закружило его, но голову не затуманило. Холодный, аналитический ум, который и приносил деньги, не позволял ему окончательно потерять почву под ногами.

Со временем он начал воспринимать свою жизнь как сложную, но увлекательную компьютерную игру. Мир был полем, люди - NPC с разными уровнями сложности. Его задача - находить уязвимости в коде реальности, короткие пути, использовать их для прокачки своего персонажа. И у него отлично получалось. Деньги были не целью, а очками опыта, валютой для апгрейда.

Как только появилась возможность, он без сожалений укатил в Штаты. Силиконовая Долина была его Меккой. К тому времени у него уже были знакомые, готовые приютить на первое время. Потом - работа, год усиленной языковой муштры, адаптация к местным правилам игры. Через пару лет в нём сложно было узнать нашего человека. Спорт, постоянный загар, стиль одежды - всё делало его своим, местным, только с блестящим русским языком и гибкостью мышления, позволявшей обходить американскую прямолинейность.

Борис был карьеристом, но не подлым. Он был карьеристом-манипулятором. Он умел создавать вокруг своего имени и своей должности такой ажиотаж, такую ценность, что компании начинали за него драться сами. Он не искал работу - работы искали его. «Офферы» сыпались один лучше другого. Когда предложение становилось максимально выгодным, он, не сентиментальничая, переходил в новую компанию. Так за несколько лет он скопил состояние, позволявшее не работать вообще. Но не работать было скучно. Он купил отличный дом прямо на берегу океана в Калифорнии, собрал небольшой автопарк из престижных машин. У него была жизнь мечты. И он наслаждался ею, как гурман.

В отношениях с женщинами он был, по меркам нормальных людей, отвратителен. Он не воспринимал их всерьёз. Брак, семья - всё это было в самом низу его списка приоритетов. Но от женского внимания он никогда не отказывался. Более того, часто был инициатором. Женщины были для него приятным атрибутом успешной жизни, как дом у океана. Он любил их тела - молодые, ухоженные, загорелые. А их имена, мысли, мечты - всё это было для него фоном, который можно отключить. Соблазнять было просто, деньги, перспективы, намёк на возможный союз, фокус на их тщеславии. Молодые девушки, особенно приезжие, велись на эти обещания с пугающей лёгкостью. Через неделю-другую ему становилось скучно, и он шёл дальше.

У него было странное, почти патологическое хобби. На цокольном этаже его дома, рядом с тренажёрным залом, стоял большой шкаф из красного дерева. Охотники вешают на стены рога, рыбаки чучела рыб. А у Бориса была коллекция женского нижнего белья. Чистого, выстиранного, аккуратно сложенного. Каждый комплект, трофей. Шёлк, кружево, хлопок. О существовании этого шкафа знали только два человека, сам Борис и его немолодая уборщица-мексиканка, которой он платил так щедро, что она готова была забыть и не такое. Иногда он просто открывал дверцу, проводил рукой по складкам и улыбался. Это была его коллекция бабочек.

Приезд в Россию был для него сущим наказанием. Он не любил этот холод, эту серость, этих людей с их постсоветским флёром. Он жил другой жизнью, жизнью богатого цифрового кочевника. Но условия, которые ему поставили головные офисы, были настолько соблазнительными, что отказываться было глупо. Бонус после сдачи проекта покрывал любые моральные издержки. Борис, конечно, согласился. Деньги и возможности были его главными стимулами.

Здесь, в Москве, у него был свой любимчик - Вадик. Парень напоминал ему самого себя несколько лет назад. Талантливый, с феноменальными способностями, но абсолютно равнодушный к деньгам и карьерным гонкам. Вадик был как чистый, неиспорченный кристалл. Но было в нём что-то, что цепляло Бориса. Какая-то детская непосредственность. Полное отсутствие цинизма. Борису захотелось его изменить. Загрузить в него свою операционную систему. Он вынашивал план перетащить Вадика в Калифорнию, сделать своим правой рукой. Они идеально понимали друг друга в работе. Борис даже специально нагружал его, ждал, когда тот сломается. Но Вадик тащил. Молча, упорно. Это и восхищало, и раздражало.

И вот в тот день они впервые встретились лично в московском офисе. Деловая часть закончилась. И тогда Борис, развалившись в кресле, задал прямой вопрос.

— Ну а места в Москве, где девушек можно зацепить, знаешь?

Вадик моргнул, сбитый с толку.

— Девушек? Места?

— Ну да. Трахаться хочу, просто дико. Уже несколько дней никого не было.

Для Вадика эта постановка вопроса была абсолютно чужеродной. Единственная женщина в его жизни была Катя. А чтобы куда-то специально ходить и «зацеплять» - он такого даже представить не мог. С одной стороны, такое доверительное общение от Бориса льстило, с другой - пугало. Навыков соблазнения у Вадика не было вообще.

— Ты молодой парень, - продолжал Борис, - а я уже старый. У тебя шансов зацепить молоденьких - море. Пошли куда-нибудь. Разомнёмся.

Так Вадик, под давлением обаяния и авторитета начальника, впервые в жизни пошёл знакомиться с девушками. Выглядело это жалко и нелепо. Они были в дорогом бизнес-центре. Вадик подходил то к одной, то к другой. Его речь была деревянной, взгляд бегал. Фразы звучали как из плохого учебника. Девушки смотрели на него с недоумением или просто отворачивались.

— Ну ты даёшь, Вадик, - покачал головой Борис после очередного провала. - Как же мне теперь быть? Тебя выебать, что ли, чтобы желание пропало? Ха-ха-ха!

Вадик попытался засмеяться, но ему было не смешно. Он чувствовал себя ничтожеством. Он подвёл Бориса.

— Ну ладно, - вздохнул Борис. - Ты говорил, живёшь недалеко.

— Да, пешком минут десять.

— С кем? С родителями?

— Нет, - покраснел Вадик. - С девушкой.

И вот тут в глазах Бориса что-то вспыхнуло. Щелчок. Интерес. Новая ветка в квесте.

— А что молчал? Веди, знакомить. Надо же посмотреть, как наш гений в личной жизни устроился.

Катя ему понравилась сразу. Она была одним из тех типажей, которые действовали на него безотказно. Схожесть с молодой Анджелиной Джоли - его давней, почти подростковой страстью - была поразительна. Не просто общие черты, а именно тот самый типаж, хищные глаза, пышные волосы, фигура. А эти губы... новые, пухлые. Они были в точности как у неё. Губы, которые он всегда хотел видеть. Но помимо внешности, его, как опытного охотника, сразу насторожило и привлекло другое. Характер. Он учуял его за секунды. Эта смесь показной гостеприимности, меркантильного блеска в глазах и явной, не скрываемой сексуальности. Она была не просто красивой картинкой. Она была живой, амбициозной и, что главное, понятной. Он почувствовал в ней того же хищника, только младшего и менее опытного. То, как она подносила бокал к губам, как ловила каждое слово о деньгах, - всё это будило в нём азарт. Он смотрел на неё и уже знал, её трусики должны оказаться в том шкафу. Это будет достойный трофей.

— Как давно вы вместе? - спросил он за ужином.

— Ну, давненько, - ответила Катя. - Вадик предложил мне выйти за него. Скоро свадьба.

— Свадьба? - Борис кивнул. - Это хорошо. Очень ответственный шаг.

Он чувствовал, как Катя изучает его с не меньшим любопытством. Её вопросы были аккуратными, но за ними читался живой интерес. Не к нему как к личности, а к нему как к явлению. Как к воплощению той жизни, о которой она грезила. Он чувствовал в ней ту же меркантильность, ту же падкость на блеск. Задав несколько вопросов, он понял, какой ключик к ней подобрать. Самый простой.

— А я вот говорю Вадику, - продолжил он, обращаясь скорее к ней, - переезжай ко мне, в Калифорнию. Работай рядом. Всё будет. И деньги - в разы больше. И машины. И дом на берегу океана, как у меня. Только представь, Катя, ты просыпаешься, а за окном не эта серая муть, а пальмы, жёлтый песок и океан. Тишина, только шум волн.

Он видел, как при этих словах она преобразилась. Выпрямилась, глаза загорелись. Он срисовывал картину прямо с её мечты. Жёлтый песок, голубой океан, огромный дом. Пробежка с утра, свежий сок, кабриолет, салон красоты... Пока он говорил, Катя просто улетела в свои фантазии.

— Но он упрям, - вздохнул Борис. - Говорит, что и здесь у него всё хорошо. Может, ты, Катенька, поможешь мне его переубедить?

— Ну, я думаю, всему своё время, - сказала Катя, но в голосе звучала слабая попытка сохранить лицо. - Но я бы с удовольствием поехала на берег океана, конечно.

— Ну вот, Вадик, - Борис повернулся к нему. - будущую жену я уже увёз на свою сторону. Осталось тебя уговорить. Ха-ха-ха!

Вадик сидел хмурый, ковыряя вилкой в тарелке. Он чувствовал, что Борис немного сердится на него. Из-за девушек. Из-за того, что он не смог помочь. И теперь это напряжение висело в воздухе. Вадик слышал про эскорт. Он решил, что предложит Борису это решение. Чтобы загладить вину.

Кате же было легко с этим руководителем. Его взгляд сначала смущал, потом будоражил, а к концу ужина превратился в лёгкий флирт. Перед ней был живой билет в мир её грёз. И она старалась изо всех сил, быть любезной, интересной. Показать себя с лучшей стороны.

А Борис тем временем испытывал её. Он сменил тему.

— А я рассказывал тебе, Вадик, про туры на больших лайнерах? - спросил он, снова обращаясь скорее к Кате. - Я вот как-то поехал в такой тематический круиз. Тема была... свободные отношения. Своего рода секс-тур. Попасть могли только люди до 35 лет, с хорошей формой. И я вам скажу... это было нечто. Лайнер, полный молодых, красивых людей. И там было много пар. Замужних, женатых. И все... играли. Легко менялись партнёрами, наблюдали друг за другом. Я неплохо там погулял. Столько замужних красавиц перетрахал, что счёт потерял.

Катя засмеялась, едва не поперхнувшись вином.

— В смысле, они не ревновали? Их мужья?

— Нет, конечно! - Борис махнул рукой. - Это такая... особенность. Многим нравится смотреть, как их жён любят другие. Им нравится наблюдать даже больше, чем участвовать. Естественно, там жёсткие правила, никаких фото, никаких видео. Но разврат... на грани фантастики. Очень раскрепощает.

Катя сидела, улыбаясь, и вино в бокале слегка подрагивало от дрожи в её руке. Она представляла. Себя, Вадика на таком лайнере. Белую палубу, тёплый ветер. И к ней подходит Борис, такой загорелый, сильный. И начинает целовать её, ласкать на глазах у Вадика... а Вадик сидит и смотрит, и ему это нравится. От этих мыслей ей стало душно, жарко. Между ног возникло знакомое, щемящее желание. Борис, казалось, угадывал её самые тайные фантазии. Он нащупывал точки её неудовлетворённости, её жажды сильных ощущений - и давил на них.

Время было уже поздно, бутылка вина опустела. Катя, собрав волю в кулак, поднялась и сказала, что приготовила гостю комнату. Борис поблагодарил с той же бархатной улыбкой. Вадик и Борис остались в кабинете - посмотреть ещё один момент в коде проекта.

Катя, закончив на кухне, пошла в спальню переодеваться. Проходя мимо приоткрытой двери кабинета, она услышала обрывки разговора. Голос Бориса был тихим, но внятным.

— . ..да не бойся ты, предложи в начале. Сам видишь, как я хочу. А этих шалав за деньги мне не надо, я не хочу потом лечиться. Это грязь.

— Но она моя девушка, это как-то... не правильно.

— Что не правильно? Я же не собираюсь её у тебя отбирать. Так, удовлетворить желание и всё. Ты же видишь, как она хочет уехать, как мечтает. И ты, я знаю, тоже хочешь расти. Я могу вам помочь. Я могу выбить тебе визу, помочь с переездом. Ты даже не представляешь, как ты вырастешь за два года рядом со мной. Это же твой шанс, Вадим. Наша сделка. Простая мужская договорённость.

Катя замерла у стены, прижав ладонь к груди. Она всё слышала. Каждое слово. И её тело, уже возбуждённое рассказами, отозвалось новой волной. Он хотел её. Просто хотел. Честный, грубый обмен. Секс в обмен на помощь, на путёвку в рай. Может, там, в его мире, так принято? Но здесь... здесь всё иначе. Вадик... Как он сможет ей такое предложить? И если предложит... как он будет на неё потом смотреть?

С дрожащими руками она дошла до спальни, закрыла дверь. Стала скидывать платье. Взгляд её то и дело скользил к двери. Она надела простую хлопковую пижаму. Как будто этим могла защититься. Минут через двадцать дверь открылась, и вошёл Вадик. Один. Лицо у него было странным - задумчивым, возбуждённым и испуганным.

Они легли в кровать. Выключили свет. Лежали в тишине. Вадик заговорил в темноте.

— Интересно Борис рассказал про тот круиз... Представляешь, такое бывает.

— Да уж... - отозвалась Катя, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Там, видимо, свои порядки.

— Ага... - он помолчал. - А ты бы... смогла? С другим мужчиной? Если бы он был... ну, красивым. Спортивным. И если бы я... разрешил.

Катя затаила дыхание. Он был очень аккуратен. Обходил тему, как минное поле. Но она-то понимала, куда он ведёт. И на удивление, вместо отвращения, всё её тело снова вспыхнуло жарким, стыдным возбуждением. Сердце застучало в висках. Неужели? Неужели он решится?

— Ну, не знаю... - выдавила она из себя. - Это же... ненормально как-то. Но если... если только с твоего разрешения. И если это как... эксперимент. Один раз. Чтобы попробовать.

В темноте она услышала, как Вадик резко перевернулся на бок, лицом к ней. Она различала только смутный силуэт и блеск его глаз.

Любимые мои "извращенцы" выложила 3 и 4 часть на https://boosty.to/cuckoldpornstory

Ставьте больше оценок рассказу и я сразу выложу продолжение.