1.

Летний вечер был душным, воздух в старом гараже на окраине города пропитан запахом бетона, машинного масла и лёгким ароматом женских духов. Три подруги — Валентина, высокая блондинка с озорной улыбкой и упругой грудью, Ирина, шатенка с волнистыми волосами и игривым взглядом, и Екатерина, стройная брюнетка с длинными тёмными волосами, собранными в небрежный пучок — только что вернулись с велосипедной прогулки. Их щёки раскраснелись от жары и усилий, тела блестели от тонкой плёнки пота, а одежда прилипла к коже.

Они закатили велосипеды в гараж: два горных байка с широкими шинами и один ярко-красный, с корзинкой спереди — Екатеринин. Дверь гаража с грохотом закрылась, отрезая внешний мир. В углу стояла старая сумка с "сюрпризами", которую Валентина принесла заранее, но пока никто не обращал на неё внимания. На потрёпанном столе — бутылка охлаждённого розового вина и три пластиковых стаканчика.

— Ну что, Катюша, последний вечер свободы! — воскликнула Валентина, разливая вино. Её голос был полон задора, она подмигнула подругам. — Завтра ты станешь почтенной замужней дамой. А сегодня... сегодня мы устроим тебе такой девичник, что ты будешь вспоминать его с дрожью в коленках!

Екатерина засмеялась, принимая стаканчик. Она была немного смущена — свадьба через день, жених ждёт дома, а здесь, в этом заброшенном гараже, всё казалось таким запретным и возбуждающим.

— Вы серьёзно? — спросила она, отпивая глоток. Вино было сладким, прохладным, оно приятно скользнуло по горлу. — Я думала, мы просто посидим, поболтаем...

Ирина подошла ближе, обняла Екатерину за талию сзади, прижавшись грудью к её спине. Её руки скользнули по бедрам подруги, легко, но многозначительно.

— Просто посидим? — прошептала Ирина ей на ухо, её дыхание было горячим. — Нет уж, милая. Мы хотим, чтобы ты запомнила, каково это — быть полностью свободной. Без правил, без завтрашнего "надо". Только мы трое.

Валентина поставила бутылку и подошла с другой стороны, её пальцы коснулись щеки Екатерины, потом спустились ниже, по шее, к ключице.

— Жарко здесь, правда? — сказала она с улыбкой. — Давайте снимем эту мокрую одежду. Не стесняйся, мы же свои.

Сначала они помогли Екатерине: Валентина стянула с неё майку, обнажив полные груди с твёрдыми сосками, уже напряжёнными от возбуждения и прохладного воздуха. Ирина расстегнула шорты, спустила их вниз вместе с трусиками, открыв гладко выбритую кожу и лёгкий блеск влаги между бёдер. Екатерина стояла голая, чувствуя, как взгляды подруг скользят по её телу — по стройным ногам, плоскому животу, округлым ягодицам.

— Боже, ты такая красивая, — прошептала Валентина, проводя ладонью по груди Екатерины, слегка сжав сосок. — Он счастливчик, твой жених. Но сегодня ты наша.

Подруги быстро разделись сами: Валентина сбросила топ и шорты, её длинные светлые волосы рассыпались по плечам, тело было загорелым, с идеальными пропорциями. Ирина стянула майку через голову, а затем медленно спустила блестящие чёрные велосипедки, которые плотно обхватывали её бёдра и ягодицы, подчёркивая каждый изгиб. Ткань с лёгким шорохом соскользнула вниз, обнажив гладкую кожу и упругие формы.

Они стояли голые среди велосипедов, обнимаясь и смеясь. Валентина прижалась к Екатерине спереди, их груди соприкоснулись, соски тёрлись друг о друга, вызывая мурашки. Ирина обняла их сзади, её руки скользнули по животу Екатерины вниз, легко касаясь клитора, заставив невесту тихо застонать.

— Смотрите, как мы классно смотримся, — сказала Валентина, поворачивая их к старому зеркалу в углу гаража. Они позировали: то обнимаясь в "сэндвич", где Екатерина была в центре, прижатая с двух сторон; то поднимая ноги, опираясь на велосипеды; то целуясь — сначала нежно в щёку, потом глубже, языки сплелись в поцелуе троих.

Тела блестели от пота, кожа была горячей, дыхание учащённым. Вино допито, стаканчики отброшены в сторону. Атмосфера накалилась: лёгкие ласки перешли в более смелые — пальцы скользили по влажным складкам, губы сосали соски, стоны эхом отражались от бетонных стен. Екатерина, сначала робкая, теперь полностью отдалась, чувствуя, как возбуждение разливается по телу волнами.

— Девочки... это безумие... — прошептала она, но в голосе была не протест, а желание.

Валентина и Ирина переглянулись с хитрыми улыбками. Пора было перейти к главному сюрпризу.

2.

Воздух в гараже стал ещё гуще — смесь пота, вина и нарастающего желания. Екатерина стояла в центре, голая и дрожащая от возбуждения, её тёмные волосы слегка растрепались, прядь прилипла к влажной шее. Валентина и Ирина, тоже полностью обнажённые, окружили её, их тела плотно прижимались: Валентина спереди, её упругие груди тёрлись о грудь Екатерины, а Ирина сзади, её бёдра прижаты к ягодицам невесты, руки скользили по бокам.

Валентина отстранилась первой, её глаза блестели от предвкушения. Она подошла к старой сумке в углу, расстегнула молнию и с торжественной улыбкой достала два розовых силиконовых страпона — гладких, реалистичных, с ремнями из мягкой кожи и внушительными венами по всей длине. Они блестели в тусклом свете лампочки, висящей под потолком.

— Вот наш главный сюрприз, Катюша, — произнесла Валентина хрипловатым голосом, подмигивая. — Мы решили, что перед свадьбой тебе нужен... особый подарок. Чтобы ты знала, каково это — быть в центре внимания.

Ирина рассмеялась, подойдя ближе и взяв один из страпонов. Её волнистые волосы качнулись, когда она начала надевать его: сначала пристегнула ремни вокруг бёдер, затянула на талии, так что розовый фаллос гордо встал перед ней, контрастируя с её загорелой кожей. Валентина сделала то же самое — её страпон качнулся, когда она повернулась, демонстрируя подругам.

— Ого... девочки, вы серьёзно? — выдохнула Екатерина, её глаза расширились, но в голосе сквозило не удивление, а любопытство и лёгкий трепет. Она уставилась на розовые игрушки, чувствуя, как между ног становится ещё влажнее. — Это... это слишком...

— Слишком круто, да? — перебила Ирина, подходя сзади и обнимая Екатерину за талию. Её страпон упёрся в ягодицы невесты, твёрдый и прохладный на ощупь, заставив Екатерину вздрогнуть. Ирина наклонилась, поцеловала её в шею, потом ниже, по плечу, её язык оставлял влажные следы. — Расслабься, милая. Мы будем нежными... сначала.

Валентина встала спереди, её страпон теперь прижался к животу Екатерины, скользнув вверх по коже. Она поцеловала девушку глубоко, страстно — языки сплелись, стоны смешались. Пока Валентина целовала, её руки ласкали груди Екатерины: пальцы крутили соски, сжимали, тянули, заставляя их твердеть ещё больше.

Ирина не отставала: её ладони скользнули вниз по спине Екатерины, по ягодицам, раздвинули их слегка, и один палец нежно коснулся ануса, дразня, но не проникая. Другой рукой она гладила внутреннюю сторону бедра, поднимаясь выше, к мокрой вульве. Екатерина застонала, её тело изогнулось, ноги слегка раздвинулись сами собой.

— Смотри, как она уже течёт, — прошептала Ирина Валентине через плечо Екатерины, её палец скользнул по клитору, собрал влагу и размазал по половым губам. — Готова для нас, правда, Катюша?

Они поставили Екатерину в классический "сэндвич": Валентина спереди, прижимаясь всем телом, её страпон тёрся о клитор невесты, дразня вход, но не входя. Ирина сзади — скользя страпоном между ягодиц, упираясь в задний проход, а руки обхватили грудь Екатерины спереди, сжимая вместе с руками Валентины. Три тела слились в одно: груди тёрлись, губы встречались в поцелуях — то Валентина с Екатериной, то Ирина поворачивала голову невесты к себе.

Екатерина была в центре, зажатая, ласкаемая со всех сторон. Пальцы Ирины теперь проникли внутрь — два в влагалище, круговыми движениями, пока большой палец тёр клитор. Валентина опустилась ниже, взяла сосок в рот, пососала, прикусила слегка, потом спустилась ещё — язык коснулся живота, пупка, а страпон всё дразнил, надавливая на вход.

— Пожалуйста... — простонала Екатерина, её руки обхватили Валентину за шею, ноги дрожали. — Девочки, я... я хочу...

— Хочешь нас? — спросила Валентина, поднимаясь и целуя её снова. — Тогда потерпи ещё чуть-чуть. Мы только разогреваем тебя.

Они продолжали дразнить: страпоны скользили по коже, но не входили, языки и пальцы ласкали каждую складку, каждый чувствительный участок. Екатерина извивалась между ними, её стоны становились громче, эхо в гараже добавляло действу интимности. Тела блестели от пота сильнее, воздух наполнился запахом возбуждения.

Валентина и Ирина переглянулись снова — глаза горели. Пора было перейти к настоящему.

3.

Екатерина уже не могла сдерживаться — её тело горело, влага стекала по внутренним сторонам бёдер, стоны вырывались сами собой. Валентина и Ирина, с розовыми страпонами, плотно пристёгнутыми к бёдрам, почувствовали момент. Они мягко, но уверенно развернули невесту, ставя её в центр их "сэндвича" по-настоящему.

Валентина встала спереди: её руки обхватили бёдра Екатерины, приподняли одну ногу, закинув её себе на бедро для удобства. Розовый фаллос скользнул по мокрой вульве, дразня клитор, а потом медленно, но уверенно вошёл в влагалище — полностью, до упора. Екатерина ахнула, её стены сжались вокруг силикона, ощущение полноты было ошеломляющим.

— Да, вот так, детка, — прошептала Валентина, начиная двигаться: медленно, глубоко, каждый толчок сопровождался шлепком бёдер о бёдра. Её груди тёрлись о груди Екатерины, соски скользили по коже.

Сзади Ирина не медлила: она смазала свой страпон слюной и влагой Екатерины, раздвинула ягодицы и прижалась. Головка упёрлась в тугой анус, надавила — и вошла, сначала медленно, давая привыкнуть, а потом глубже. Екатерина выгнулась, её рот открылся в беззвучном крике удовольствия и лёгкой боли, которая быстро сменилась волной наслаждения.

— О боже... обе... сразу... — простонала она, зажатая между подругами, полностью заполненная. Валентина и Ирина синхронизировали движения: когда одна входила глубже, вторая чуть отступала, создавая ритм, от которого у Екатерины кружилась голова. Их тела блестели от пота, страпоны скользили легко благодаря обильной смазке. Гараж наполнился влажными шлепками, стонами и тяжёлым дыханием.

Они держали её так несколько минут — Екатерина в воздухе, ноги дрожали, одна нога опиралась на велосипед рядом, чтобы не упасть. Валентина целовала её в губы, глуша стоны, Ирина покусывала шею сзади, её руки сжимали груди невесты.

Потом они изменили позу: поставили Екатерину на четвереньки прямо на бетонный пол гаража, рядом с красным велосипедом. Она опёрлась руками о седло байка, высоко подняв ягодицы. Ирина встала сзади, вошла в влагалище одним уверенным толчком — глубоко, быстро, её бёдра шлёпали по ягодицам Екатерины с громким звуком. Валентина легла спереди на спину, подвинувшись так, чтобы её страпон оказался у лица невесты сначала — Екатерина жадно взяла его в рот, облизывая, посасывая, пока Ирина трахала её раком.

— Хорошая девочка, — мурлыкнула Валентина, гладя волосы Екатерины. — А теперь садись на меня.

Они поменялись: Валентина легла на пол, опираясь спиной о колесо велосипеда. Екатерина оседлала её сверху, лицом к Валентине — медленно опустилась на страпон, чувствуя, как он заполняет влагалище. Она начала двигаться сама: вверх-вниз, круговыми движениями бёдер, её груди подпрыгивали в такт. Валентина держала её за талию, подталкивая, их губы снова встретились в поцелуе.

Ирина встала сзади на колени: раздвинула ягодицы Екатерины и вошла в анус — теперь двойное проникновение в позе наездницы. Екатерина закричала от удовольствия, её тело задрожало — два страпона внутри, двигающиеся в унисон, тёрлись через тонкую перегородку, усиливая ощущения в разы. Ирина трахала сзади сильно, её руки обхватили Екатерину спереди, пальцы нашли клитор и начали тереть быстро, кругами.

— Да, Катюша, да! — кричала Валентина снизу, её бёдра поднимались навстречу. — Ты такая тесная... такая мокрая для нас!

Екатерина извивалась между ними, её стоны перешли в крики, тело покрылось мурашками. Они менялись ролями: то Ирина была снизу, Екатерина скакала на ней, а Валентина трахала ее сзади; то Екатерина снова вставала раком, опираясь на велосипеды — один байк даже слегка покачивался от толчков. Смех перемежался со стонами — когда Екатерина слишком громко кричала, подруги затыкали ей рот поцелуями или пальцами.

Возбуждение нарастало: Екатерина была на грани, её тело сжималось вокруг страпонов, влага капала на пол, пот стекал по спинам всех троих. Валентина и Ирина ускорили темп, их собственные клиторы тёрлись об основание игрушек, приближая и их двоих к пику.

— Ещё чуть-чуть, Кать... — выдохнула Ирина. — Мы доведём тебя... вместе...

4.

Темп стал неистовым — гараж наполнился громкими стонами, влажными шлепками тел и скрипом велосипедов, которые слегка покачивались от их движений. Екатерина приближалась к оргазму: на спине, лежа на старом коврике, который Валентина предусмотрительно постелила на бетонный пол. Ноги её были широко раздвинуты и закинуты на плечи Ирине, которая стояла на коленях между ними, глубоко входя страпоном в влагалище — быстро, мощно, каждый толчок заставлял тело Екатерины подпрыгивать. Валентина оседлала лицо невесты сверху, её страпон скользил во рту Екатерины, пока она сама тёрлась клитором об игрушку, приближаясь к своему пику.

— Да, Катюша, соси его... как будто это последний раз, — хрипела Валентина, её бёдра двигались вперёд-назад, длинные светлые волосы прилипли к потной спине. Её руки сжимали груди Екатерины, пальцы впивались в кожу, крутили соски.

Ирина ускорила ритм: её волнистые волосы разметались, лицо покраснело от усилий. Она вошла особенно глубоко, задержалась, покрутила бёдрами, а потом одной рукой нашла клитор Екатерины и начала тереть его быстро, безжалостно — кругами, надавливая, пока большой палец не стал скользить от влаги.

— Кончай для нас, детка... кончай сейчас! — выдохнула Ирина, её собственное тело дрожало — основание страпона тёрлось о её клитор идеально, доводя до края.

Екатерина не выдержала: её тело напряглось как струна, стены влагалища сжались вокруг страпона Ирины в спазмах, анус пульсировал от предыдущих проникновений. Она закричала — крик глухо вышел вокруг силикона во рту, тело выгнулось дугой, ноги задрожали на плечах Ирины. Оргазм накрыл волной: мощный, длительный, она билась в конвульсиях, влага хлынула обильно, капая на коврик и бёдра Ирины. Глаза закатились, дыхание прервалось, только стоны и слёзы удовольствия на щеках.

Это подтолкнуло подруг: Валентина застонала громко, её бёдра задрожали — она кончила, трясь киской о страпон, тыкаясь в лицо Екатерины, её соки смешались с потом. Ирина последовала почти сразу — последний глубокий толчок, и она замерла, сжав зубы, тело сотряслось в оргазме, страпон ходил всё ещё внутри Екатерины.

Они замерли на миг, тяжело дыша, тела их слиплись от пота. Валентина первой слезла с подруги, отстегнула страпон и отбросила его в сторону — розовый силикон блестел от влаги. Ирина сделала то же, медленно выйдя из Екатерины, вызвав последний слабый стон.

Екатерина лежала обессиленная, ноги её всё ещё дрожали, грудь вздымалась. Валентина легла рядом с одной стороны, обняла её, нежно целуя в губы — теперь мягко, ласково, без спешки. Ирина легла с другой, её голова покоилась на плече Екатерины, рука гладила живот невесты круговыми движениями.

— Ты была потрясающей, Катюша, — прошептала Валентина, её пальцы переплелись с пальцами Екатерины. — Это был самый лучший девичник.

Екатерина улыбнулась слабо, глаза полуприкрыты, тело расслабленное как никогда.

— Девочки... это было... невероятно. Я никогда... спасибо. Вы лучшие подруги на свете.

Ирина поцеловала её в щёку, потом в шею.

— Мы всегда будем с тобой. И эта ночь — наша тайна. Навсегда.

Они лежали так трое на коврике среди велосипедов: голые, уставшие, счастливые. Пот постепенно высыхал на коже, дыхание выровнялось. Валентина достала из сумки влажные салфетки, они нежно вытерли друг друга — лаская, а не просто очищая. Потом просто обнимались, болтая тихо о всякой ерунде, смеясь воспоминаниям.

Когда силы вернулись, они медленно оделись — шорты, майки прилипли к ещё влажной коже. Велосипеды ждали у двери. Екатерина обняла подруг крепко, по очереди поцеловала в губы — уже по-дружески, но с теплом.

— Завтра я уже буду замужем. Но сегодня... сегодня я была вашей. И это лучший подарок.

Они вышли в ночь, дверь гаража закрылась за ними. Тайна осталась внутри — вместе с розовыми страпонами в сумке и воспоминаниями, которые будут греть их всю жизнь.