От автора:

Трагическая история, рассказанная заказчиком этого романа (как я полагаю, он рассказывал свою жизненную ситуацию), оказалась недописанной: у заказчика кончились деньги.

Этот роман не предполагалось публиковать: он должен был остаться в частной коллекции - как и многие мои заказные произведения, - в силу описываемых в них перверсий, не предназначенных для печати.

Однако, мне показалось несправедливым бросать это произведение на полпути: во-первых, уже написано 9 глав из планируемых 12, объёмом более 110.000 знаков, во-вторых, у меня сохранился план романа со всеми подробностями и финалом, согласованным с заказчиком.

Поэтому я закончу этот роман и отправлю заказчику в качестве подарка.

Вкратце, - это роман о том, как, в силу трагических обстоятельств, и через сложные сексуальные отношения с матерью, мальчик становится девочкой (трансвеститом).

Любителям "перчинки" нужно будет прочитать добрую половину романа, прежде, чем они смогут заглянуть в постель к мальчику и его маме, поэтому, возможно, лучше и не начинать читать этот роман: этот сюжет - не дроч-история, а психологическая драма с элементами порно.

Спасибо за внимание.

Роман публикуется впервые.

Глава первая

Клеман, ты не забыл про нас? Со своей политикой ты запросто можешь уехать на La Fte Nationale даже не вспомнив про свою любимую Мари! И Стефану ты обещал показать фейерверк!

На пороге белоснежного поместья, утопающего в тени жимолости и кипарисов, показалась загорелая темноволосая женщина в розовых спортивных шортах и топе, на котором был вышит логотип «Club Med Gym». Она обиженно надула сочные губы и сердито посмотрела на мужчину в элегантном костюме, который садился в начищенный до блеска чёрный Мерседес.

Мари, посмотри на себя: ты даже не одета! – Клеман сел на пассажирское кресло и улыбнулся супруге. – Пока ты меняешь свою фитнес-форму на платье, достойное национального праздника, Анри быстро отвезёт меня в парламент и тут же вернётся за вами.

Да, но...

Мари не договорила, потому что вихрастый мальчишка вдруг пулей вылетел из дома, чуть не врезавшись в неё на полном ходу, и побежал к машине.

Папа! Папа! Не уезжай без нас на праздник! – малыш бросился к отцу и тот подхватил его на руки.

Анри, сидевший за рулём, понимающе улыбнулся и выключил двигатель.

Стефан, мы ещё не едем на праздник, Клеман снисходительно потрепал сына по голове. – Иди лучше поторопи маму. Не успеете оглянуться, как Анри заберёт вас, и мы вместе будем гулять на Елисейских полях.

А салют? Ты обещал показать салют! – не унимался Стефан, цепляясь за отца.

Салют будет поздно вечером, чтобы были видны огоньки. А сейчас посмотри: видишь, как светло?

Стефан задрал голову и прищурился: утреннее солнце золотило редкие облака, медленно плывущие на голубом небе. Клеман сделал знак Анри и тот вновь завёл двигатель.

Беги, малыш, папе пора на работу, Клеман чмокнул Стефана в нос и захлопнул дверь автомобиля. – И пусть тебя мама оденет получше: мы будем смотреть парад и нас могут показать по телевизору.

Ух ты! воскликнул Стефан и помахал отцу. – Хочу в телевизор!

Стефан попятился от машины и попал в мамины объятия. Мари подошла поближе, наклонилась и послала Клеману воздушный поцелуй. Анри скользнул взглядом по выдающейся груди мадам Мари и улыбнулся. Машина мягко покатилась по дороге навстречу открывающимся воротам, ведущим из поместья на основную дорогу.

А что за праздник мы пойдём сегодня смотреть? – спросил Стефан, держа маму за руку.

Это самый главный праздник нашей страны, ответила Мари и подхватила сына на руки. – День взятия Бастилии. В этом году ты у нас пойдёшь в школу и на уроках истории тебе подробно обо всём расскажут.

Что такое история? – спросил Стефан и неожиданно громко чихнул.

Это наше прошлое, ответила Мари и добавила: будь здоров, малыш!

Я всегда буду здоров! – гордо ответил Стефан и ткнулся носом в мамину щёку. – Мам, пошли одеваться на праздник Бастилии!

Около часа пополудни Мари и Клеман, держа за руки Стефана, который всё время вертелся по сторонам, шли по плавящемуся от июльской жары Парижу в толпе таких же весёлых и счастливых горожан. Мари была одета в белое платье свободного кроя такое короткое, что даже лёгкий ветерок, иногда снующий в толпе отдыхающих, норовил продемонстрировать всем окружающим крепко сбитые формы её спортивной фигуры. Клеман шёл чуть впереди, в парусиновом костюме светло-серого цвета, и был совершенно не похож на представителя государственной власти – скорее на праздно гуляющего жуира в поисках приключений.

Стефана нарядили в морской костюм и берет, с неизменным помпоном сверху, как у настоящих французских матросов прошлого. «История, это наше прошлое», запомнил малыш новое для себя знание, в надежде блеснуть эрудицией, как только представится возможность.

Они свернули на Rue Saint-Honor, к серому старинному зданию с небольшими колоннами, и Стефан радостно закричал, глядя на большие витрины:

О! Мамина работа! – и показал на бело-оранжевую вывеску «Club Med Gym» над входом.

Да, малыш, в этом фитнес-клубе я работаю, сказала Мари и улыбнулась.

Хотя могла бы спокойно сидеть дома, иронично заметил Клеман. – Ты прекрасно знаешь, что моих доходов хватит с лихвой на нас троих.

Не начинай, дорогой, с ноткой усталости ответила Мари. – Ты прекрасно знаешь, что я работаю не из-за денег. Мне также необходимо общение, как и тебе.

Я не общаюсь ради общения, а занимаюсь политикой, а это не одно...

Договорить он не успел, потому что Стефан радостно заорал, показывая на другую сторону улицы:

Пап-мам, смотрите: какой большой!

Мимо них, в окружении толпы ряженых с разноцветными воздушными шарами в руках, прошёл на ходулях рыжий клоун.

Ты так кричишь, словно Маугли из дикого леса, поморщилась Мари. – Что ты, клоуна не видел?

А я и есть Маугли, приосанился Стефан. – Вокруг нашего дома как раз растёт дикий лес!

Он не дикий. Это наш лес, Клеман самодовольно улыбнулся и кивнул Стефану: я его прикупил вместе с поместьем. Полторы тысячи акров плодородной земли...

Клеман! Стефану всего шесть лет, ты, надеюсь, не забыл? Какие акры?

В общем, малыш, это много деревьев и много земли, снисходительно закончил Клеман, но Стефан его уже не слушал.

Хочу есть! – провозгласил он, провожая взглядом тележку с хот-догами, возле которой собралась небольшая очередь.

В самом деле, пора обедать, поддержала Мари и кивнула на вывеску Le Montegrosso. – Вот отличный ресторан, и не надо далеко ходить.

Тебе купить его, дорогая? – с ноткой превосходства сострил Клеман.

Сперва просто пообедать, в тон ему ответила Мари, и они рассмеялись.

В этот праздничный день они нагулялись вдоволь. Стефану больше всего понравился военный парад, который они смотрели на Елисейских полях. Солнце уже клонилось к закату, когда Мари и Клеман оказались на Марсовом поле. Вокруг негде было яблоку упасть: туристы и парижане стояли плотной стеной вокруг Эйфелевой башни.

Стефан, смотри туда, сказал Клеман, поднимая сына и усаживая его на закорки. – Залпы начнутся со стороны бассейна на Трокадеро.

Уже одиннадцать вечера, сказала Мари, посмотрев на IPhone. – Сейчас начнут бабахать. – В её глазах светился неподдельный восторг. – Кстати, а где ты оставил машину, дорогой?

Здесь недалеко. – Клеман устроил Стефана на плечах поудобнее. – Я же планировал, где закончится наш сегодняшний день.

Правильно сделал, что отпустл Анри. – Мари прижалась губами к щеке мужа. – Пусть тоже отметит праздник с семьёй.

Конечно, кивнул Клеман и обнял Мари. – Я сам прекрасно вожу автомобиль.

В этот момент громыхнуло да так, что Стефан вздрогнул от неожиданности, и в тёмном небе раскрылся первый светящийся цветок.

Пап, смотри! – крикнул Стефан.

Да-да, малыш, это действительно прекрасно!

Мари восхищённо смотрела в полыхающее небо. Потом обняла мужа и прижалась к нему всем телом.

На обратном пути Стефан, сидящий в своём кресле на заднем сидении автомобиля, болтал без умолку, делясь впечатлениями с родителями, словно их не было на празднике. Потом он затих, вглядываясь сонными глазами в темноту дороги. Мари тревожно смотрела по сторонам: до их поместья, расположенного в Иль-де-Франс, менее пятидесяти километров, и не на всех участках трассы горели фонари. Клеман, сидевший рядом, вёл машину уверенно, выхватывая яркими лучами фар обочину дороги почти из кромешной темноты.

Дорогой, остановись, пожалуйста, я хочу пи-пи, сказала Мари и посмотрела в зеркало заднего вида: Стефан благополучно спал в детском кресле, уронив голову на страховочные ремни.

Мари, нам до дома осталось совсем немного, Клеман покосился на супругу. – Может, дотерпишь?

Зачем терпеть, когда в лесу темно и кругом не души? Мари указала на ближайший поворот. – Остановись сразу за этим поворотом, я сбегаю, и быстро орошу ближайшие кусты.

Женщины, неопределённо пробурчал Клеман и остановил машину там, где попросила Мари.

Я мигом, шепнула она и выпорхнула из машины.

Идти оказалось дальше, чем она предполагала: вокруг было открытое поле и Мари не хотелось это делать прямо у дороги. Она посветила себе телефоном и, наконец, набрела на чахлые кусты. Быстро стянула с себя трусики и присела. «Не буду потом надевать», мелькнула игривая мысль и она скомкала бельё, зажав его в кулаке. Мари уже собиралась подняться, как вдруг услышала вдалеке шум приближающего автомобиля. Через мгновение показался мощный свет фар.

«Наверняка это TIR, подумала Мари, вставая и поправляя платье, хорошо ещё, что я не сверкала голым задом на обочине!» Мимо пронеслось что-то громадное, усеянное множеством габаритных огней и скрылось за поворотом, где ждал Клеман. Через мгновение Мари услышала бешеный визг тормозов и страшный удар. Она покачнулась и оцепенела от ужаса, разжав руку и выронив трусы. В том месте, где должен стоять автомобиль, повалил дым, подсвеченный синими лучами множества фар.

Клеман! Стефан! – как безумная закричала Мари и бросилась к машине, судорожно сжимая в руке телефон.

Она бежала не разбирая дороги, почти в полной темноте, не спуская перепуганных глаз со столба дыма, в свете фар похожего на клубные спецэффекты. Вдруг взревел двигатель, свет стал удаляться и изображение пропало, оставшись прыгать перед глазами синим фантомным пятном.

Стой! – закричала Мари в темноту и выбежала на проезжую часть.

Лунный свет слабо освещал дорогу вслед удаляющимся огням. Мерседеса не было. Мари лихорадочно пыталась включить фонарик и, наконец, ей это удалось. Она выставила руку с мобильником вперёд и... на обочине дымилась бесформенная груда чёрного металла, отдалённо напоминающая автомобиль: чудом сохранившаяся трёхлучевая звезда не оставляла никаких сомнений в том, что это её Мерседес.

Медленно, словно двигаясь в вязком сиропе, Мари приблизилась к искорёженному автомобилю. Задней части не было, лишь смятый кузов указывал на принадлежность к транспортному средству. Из-под капота шёл дым. Очнувшись, Мари бросилась к водительской двери и дёрнула её. Не поддаётся! Мари посветила фонариком через стекло и отшатнулась, зажав рот в безмолвном крике.

Клеман сидел, неестественно откинув голову назад и словно улыбался. Вокруг рта растекались кровавые пузыри, из ушей и глаз струились красные ручейки. Сработавшие подушки безопасности и костюм Клемана были бордовыми от крови. Но не только эта картина привела Мари в ужас. Совершенно необъяснимым образом детское кресло оказалось на переднем сидении, где десять минут назад сидела Мари. Кресло было перевёрнуто вверх ногами.

Мари бросилась с другой стороны авто и рванула пассажирскую дверь что было сил. Она распахнулась и Мари вцепилась в детское кресло. Обезумев от горя, она рвала его наружу, ломая ногти и сдирая ладони в кровь. Неожиданно искорёженный Мерседес отдал свою добычу и Мари упала навзничь вместе с креслом, больно ударившись о камни. Мгновение она лежала в непристойной позе, раскрыв голую промежность Луне и звёздам, потом перевернулась.

Стефан, пристёгнутый ремнями к креслу, словно спал. Мари лихорадочно пыталась отстегнуть его от этой ловушки и через минуту ей это удалось. Она прижала обмякшее тельце сына к себе и замерла, не зная, что думать и что делать теперь дальше. Мари прислушивалась к дыханию Стефана, но не улавливала ничего.

Мне больно, неожиданно сказал Стефан не раскрывая глаз и, странно дёрнувшись, тоненько захрипел.

Мари быстро ощупала его и наткнулась на мокрое пятно на шортах. «Описался! с надеждой подумала она, направляя свет окровавленного телефона на сына, о, господи! – выдохнула она и замерла».

По ножкам Стефана текла кровь. Синие матросские шортики стали бурыми, белые носочки тоже потемнели от крови. Мари на автомате набрала 112 и ей тут же ответил оператор. Мари не понимала, что от неё хотят, о чём спрашивают и только шептала: «Помогите, помогите, помогите».

Через вечность на дороге замелькали гирлянды автомобилей полиции и скорой помощи. На неё накинули плед и куда-то повели, хотели отобрать сына, но она не отдала.

Мы вам поможем, услышала Мари голос, полный участия и заботы.

И тогда она закричала.

Мадам Мерлен, вынужден с прискорбием сообщить, что ваш супруг, Клеман Мерлен, получил травмы, не совместимые с жизнью и скончался на месте аварии.

Красивый доктор с седыми висками, выглядывающими из-под голубой шапочки, с сочувствующим лицом зачитывал Мари результаты вскрытия. Она сидела в приёмном покое больницы, заклеенная пластырем в трёх местах – на спине и на боку и слушала дежурного врача.

Мои соболезнования, добавил врач и Мари кивнула.

Она беззвучно заплакала: слёзы просто струились по её лицу, сплетаясь в причудливые ручейки и капали на грязное платье, которое когда-то было белым и летящим.

А Стефан, одними губами произнесла Мари, но доктор понял её.

Ваш сын жив и ему ничего не угрожает. – Доктор замолчал, словно собираясь с мыслями. – Мы продержим его ещё дней десять. Максимум две недели.

Зачем? – осипшим голосом спросила Мари и перевела заплаканный взгляд на врача. – Зачем держать в больнице, если с ним всё в порядке?

Я не сказал, что с ним всё в порядке. – Доктор старался подбирать правильные слова. – Я лишь отметил, что его жизни ничего не угрожает.

Отметили? Вы отметили?! – Мари вскочила. – Не тяните: что с ним?

В результате полученных травм... Вследствие аварии, которая, как вы знаете, произошла из-за столкновения...

Прекратите мямлить! – Мари сжала кулаки. – Что. Со. Стефаном?!

Ваш сын получил травму промежности, сухо продолжил доктор. Его мошонка раздроблена. Мы были вынуждены кастрировать вашего сына по медицинским показаниям.

У него теперь нет... Яиц? – тихо переспросила Мари, не в силах поверить в услышанное.

Да, мы провели орхиэктомию – операцию по удалению яичек. Но его пенис не пострадал, – поспешно добавил доктор. – Но вы теперь должны...

Мари медленно опустилась на колени и завыла, задрав голову к серому потолку. Она качалась из стороны в сторону с закрытыми глазами и скулила, как раненый зверь. Слёзы струились бесконечно, заливая платье, пропитанное потом и кровью. Потом Мари повалилась на пол и закричала.

– Дайте нашатырь, – распорядился врач, кивнув подбежавшей на шум сестре.

Не успел он приблизится к Мари, как она вцепилась ему в полы халата и завопила:

– Что вы сделали с моим мальчиком? Зачем?! Как он будет жить теперь? Кому он будет нужен такой?

– Пожалуйста, успокойтесь, – доктор сунул ватку под нос Мари, и она отшатнулась, закашлявшись. – Мы спасли ему жизнь, – добавил он и пристально посмотрел на Мари: – А нужен он, прежде всего, вам. Это ваш сын.

Мари на четвереньках отползла к стене и замерла, тихо всхлипывая. Рыдания душили её, мысли накатывали волнами, рождая новые слёзы. Потом она подняла заплаканное, опухшее лицо:

– У него теперь никогда не будет детей? – спросила Мари, цепляясь за последнюю надежду.

– Он жив. Это главное, – доктор уклонился от прямого ответа. – А будет ли он счастливым в этой жизни, или нет, зависит от вас. Надо жить дальше, Мари, – тихо добавил он.

– Надо жить дальше, – эхом отозвалась Мари и кивнула.

Она поспешно вытерла слёзы, встала с пола и повернулась к врачу.

– Отведите меня к сыну, – твёрдо сказала она.

Все 9 глав из 12 уже выложены по ссылке: https://boosty.to/giftedwriter

GW©2026