Полетели похожие друг на друга летние дни. Наташа лежала на подушках, испытывая утреннее возбуждение и вспоминала свои встречи с Виталием, особенно в первый день. Она согнула ногу в колене и сунула руку под сорочку. 

Рука прошла по мягкой коже и до влажной промежности. Но тут послышались шаги. Наташа села и положила руки перед собой. Вошла Соня, в сорочке и легком халате. 

— Вот ты где! - насмешливо сказала она - Одевайся, невеста, жениха проспишь.

Соня сдёрнула с подруги одеяло а потом развернула шторы. Наташа подобрала ноги и улыбнулась, закрываясь рукой от света. Она не обиделась.

В последнее время она испытывала к Соне странное чувство. Ей нравилось наблюдать за подругой, восхищаться ей. Нравилось подчиняться и терпеть колкости, как во время купания, так и в обычной жизни.

"Это из-за её брата, из-за того что я в него влюблена" - объясняла себе Наташа, с покрасневшими щёками глядя на Сонечку. 

- Брат уже пошёл купаться, так что мы не успеем... Но всё равно, нам пора!

Наташа встала и молча пошла к комоду. Соня ещё в первый день уговорила её носить белую расшитую рубашку и юбку из льна, синюю. Сказала, что ей идёт и "нашему Виталию понравится".

Простонародное платье было действительно удобно для жизни в деревне. Но Наташа ещё в первый день закрепляла Соне цветок в причёску и заметила в зеркале, что её прекрасная грудь хорошо просвечивает под лучами солнца через тонкую льняную ткань.

Она хотела переодеться, но было пора обедать. Поздно искать что-то новое. А корсет под вышиванкой, это моветон, ещё хуже получится.

И Наташа вышла как есть. А вскоре привыкла так всё время ходить. Ей даже понравилось ловить на себе взгляды Виталия. А вот Соня тогда оделась в ярко красное платье с голыми плечами и с розой в волосах.

«Можно подумать, что она барыня, а я её chopka", — думала Наташа, когда разглядывала их отражения в зеркале.

Но и быть в тени подруги ей тоже понравилось. Ей вообще много необычных вещей полюбились в последнее время. Хотя вся эта история с отъездом из дома и сватовством ей казалась всё более странной, как и семейство, в котором она жила.

Мысли прервал голос Сони.

- Вот он идёт.

Наташа, досадуя на свою нерасторопность, поспешила натянуть юбку. Она успела увидеть только спину Виталия в дальнем конце аллеи. Он шёл весело поглядывая по сторонам с простынёй на плече. 

Наташа оглянулась на подругу, всё ещё не одетую стоявшую у окна. ("Ей можно, он её брат" подумала она). А Соня поймала её взгляд отошла одеваться.

— Кстати, я узнала, он ходит к реке, только когда нас там нет, а до этого сидит в доме.

- Не поняла, ты хочешь сказать... 

- Хочу сказать, что он за нами не подглядывает.  Я же говорила, он у нас скромный мальчик - Она перешла на ехидно-сладенький тон. 

– Ну и правильно! - Наташа покраснела и заговорила серьёзным тоном - Что ему, собственно, у нас смотреть? 

– Слушайте, мадмуазель, вы прекрасно знаете, что кавалерам в нас нравится - Соня выпрямилась и откинула волосы. Её полные груди стояли высоко - У них грубая мужская природа. Нам, приличным барышням, их не понять... – Соня зевнула и почесала мясцо пониже спины. А потом нашла в комоде рубашку и сарафан и задумчиво оделась. Бросила на Наташу внимательный взгляд и вдруг спросила:

 - Кстати, не хотите ли посмотреть на него во время купания?  

– Что вы имеете ввиду? - Наташа тоже перешла на "вы" но не от иронии, а от смущения.

– На берегу есть удобное место. Я тебя проведу - прошептала Соня, хватая подругу за руку.

– Погоди. Ты.. Хочешь показать мне своего брата...? Прямо сейчас?

– Да, а что такого?

– Ничего, кроме того, что мы, как ты сказала, барышни, а я к тому же почти невеста?

– И кого же ты имеешь ввиду? Вашего соседа Мещерского-старшего или моего скромного кузена?

– Я... не знаю...

– Ну, не придумывай. Мы же говорили, что Виталий к тебе будет свататься. Вот и оценишь его заранее. 

Она взяла Наташу за руку и повела из комнаты. А та пошла без сопротивления, потому что не могла поверить, что понимает подругу правильно.

На веранде сидела старая горбатая няня. Соня с самым любезным видом сказала ей, что есть они до обеда не будут, а хотят посмотреть цветы. Наташа, у которой с няней сложились самые лучшие отношения, тоже приветливо поговорила со старушкой, но почему-то на французском. Совсем в голове всё перепуталось. 

Бывшая крепостная пожала плечами и сказала, что гулять они могут где угодно, их дело господское. И барышни двинулись по крайней левой аллее в противоположную от цветочной оранжереи сторону. Наташа шла за подругой, полная смятения и любопытства 

А вскоре Соня свернула на дикую тропу и, раздвигая легкие ветки, привела Наташу на высокий береговой уступ. Их купальня была где-то неподалёку, не видная, за густой листвой. Соня присела под ветки и вгляделась куда-то вниз. 

Наташа попробовала постоять в стороне с улыбкой. Но Соня к ней обернулась и сердито сделала манящий жест. Пришлось подойти и занять место рядышком в колючих кустах. 

Отсюда были хорошо видны знакомый сруб перед мостками и спокойная голубая гладь реки. В тишине и томительном ожидании пролетело время. Наконец скрипнула дверь и у Наташи замерло сердце. 

На мостки вышел Виталий Мещерский с простыней на бёдрах. Наташа стала разглядывать его обнажённое до пояса тело, небольшие, но крепкие мускулы на руках и на груди. В груди стало тепло и приятно. 

А Виталий постоял над озером с самым беззаботным видом, и вдруг сбросил ткань со своих бёдер. И его предмет мужской гордости тут же вознёсся ввысь. Наташа не смогла отвести взора от неожиданного зрелища.

Ей было удивительно, что член Виталия без всякой видимой причины торчит колом. И что у этого стройного юноши, почти мальчика, предмет такой большой. И что она сама сидит и разглядывает его с самым бессовестным любопытством. 

А Виталий ненадолго оглянулся в их сторону и так со стоячим членом и нырнул в воду. И стал ловко и далеко плавать до другого берега и обратно. Временами он нырял или переворачивался на спину, а Наташа восхищалась его ловкостью.

И в тоже время не могла не думать о его, как она выразилась про себя, "телесных достоинствах". Странное возбуждение пробежало у неё между ног и она слегка увлажнилась. Стало стыдно и Наташа думала поскорей уйти.

Но Соня обняла её. Они дождались конца купания. И снова увидели Виталия Мещерского полностью обнажённым.

Его член уже слегка опустился к земле. Он поднял простынь и прогладил его, перед тем как убрать под повязку на бёдрах. Соня довольным голосом сказала "ну-ну" и Наташа вздрогнула, когда юноша бросил взгляд в их сторону.

Когда он зашёл одеваться в купальню, Соня встала.

– Всё, больше ничего интересного. Пошли.

Они стали выбираться к аллее. Наташа всё думала о своих мокрых панталонах и покраснела, когда Соня обняла её за талию:

– Ну как он тебе? 

– Красивый. - сказала Наташа пытаясь перевести разговор на Аполлонов торс Сониного брата.

– А не великоват на твой взгляд?

– Ты о чём?

– Натали... Ну сама подумай, о чём я могу тебя спрашивать?

– Я не...

– Ты же всё видела?

– Видела, только не поняла, почему он...

– Почему он что?

– Ну, так сделал...

– Почему он "стоял"? Откуда я знаю. Небось, подумал о чем-то приятном. - хитро поглядела в глаза, сделала паузу – Про тебя вспомнил...

– Софи...- с притворным упрёком протянула Наташа.

– Но теперь знаешь, что тебя ждёт, если согласишься на его предложение...

– Софи!       

– А что такого? Лучше быть готовой заранее. Это тебе не мценская колбасная лавка - Она перешла на притворно деловой тон - "Нет, нет, мне так много не надо, отрежьте, пожалуйста, лишнее“. 

– Софи!!! - Но Наташа с трудом сама не рассмеялась. Самые невинные девушки легко воспринимают шутку про "отрезать", поскольку мужское трепетное отношение к этой части тела им недоступно. 

– Слушай, ведь у нас в гимазии девочки и не так шутили. Добронравову, поповну, помнишь? Я от неё такого слыхала, что уши вянут.

– Странно, её батюшка у нас как-то закон замещал и был жуть каким строгим.

– Как видишь, одно другому не мешает. Но тебе-то Виталий понравился, в новом обличии? - Она весело взглянула в глаза подруги.

– А какая разница? Я ему всё равно не нужна..

– Ты прекрасно видишь, что это не так. Просто мальчишки глупые. Очевидные вещи, вроде "позвать замуж" приходят им в голову в последнюю очередь. 

Они уже пришли к усадьбе и замолчали. Предстоял обычный, но по новому волнительный день. Обед. Тихий час, который лёгкая малоежка Наташа предпочла прогулять в крайней правой аллее, посреди белых, как лесные колонны, берёз. 

Потом они с Соней варили варенье, а Виталий читал им вслух роман Гончарова. Наташа вспоминала утренние события и испытывала странную гордость из-за того, что владела тайной Виталия. И в то же время она не решалась с ним заговорить. Но это было на неё похоже и никого не удивило. 

 Ближе к закату они сыграли в крокет. Они всегда играли вдвоём либо против Сони либо против её брата. Сама Наташа не продержалась бы даже против одного, а сегодня она и вовсе играла из рук вон плохо. Всё время промахивалась. То сама смотрела на Виталия, то думала, что Виталий на неё смотрит в тонкой рубашке. Виталий вскоре тоже стал мазать. А вот Соня двигалась все увереннее, забивала всё больше голов, торжествовала и насмехалась над незадачливыми соперниками.

Но её насмешки не задевали Наташу, нет, она наоборот восхищалась подругой и находила её прекрасной. И это обожание ещё больше отвлекало.

Наконец они прекратили игру и сели на траву глядя на закат под степью. Беседовать ни о чём не хотелось. Виталий любовался розовеющим небом и молчал. Наташа глядела на него исподтишка и поневоле вспоминала слова его сестры про "скромного мальчика".  

А Соня молча переводила взгляд то на брата, то на подругу. Наконец почти стемнело и стало прохладно. Соня сказала своё обычное "Всё, спать" и молодые люди разошлись.

И вот Наташа снова у себя в спальне. С облегчением сняла юбку и панталоны. В одной рубашке села на кровать и перевела дыхание.

Наконец ей никто не помешает думать о Виталии и о них двоих. Она стала перебирать дневные впечатления. Среди них были обычные (Виталий смотрит на её тело через тонкую ткань), так и новые, когда они сами подглядывали. 

Новых впечатлений было много, но перейти к ночным приятным мечтаниям оказалось трудно. Всё же член молодого человека это слишком грубое впечатление для барышни, привычной к деликатным мыслям. Но само приключение с подглядыванием заводило и было ясно, что без ласкания себя уснуть не получится.

И тут Наташа вспомнила, что юноша с ней на одном этаже. Что если пройти к нему в комнату самой, без Сони, и просто поглядеть на него в спальне? Мысль пришла к ней неожиданно, но сразу овладела всем телом.

Наташа поняла, что это будет и дерзко, и чем-то напоминать их первую утреннюю встречу и поможет сбросить возникшее вожделение. 

Наташа встала. Прислушалась к тишине усадьбы. Одёрнула малороссийскую рубашку с вышивкой, доходившую чуть выше колен. 

С сердечным трепетом вышла в коридор. У них в степи не бывает белых ночей, про которые рассказывал Виталий. Зато на редкость светло от лунного света на ночном небе. 

Наташе шла без свечи и хорошо видела коридор. Незадолго до комнаты Виталия барышня остановилась и прислушалась. Решится всё-таки она подойти или нет? 

Но тут она услышала то, что ещё сильнее разожгло её любопытство и сделало невозможным возвращение в спальню. Из-за двери раздался тихий стон,, похожий на вздох. А потом звуки, похожие на поцелуи.

Вся трепеща от неприятного предчувствия, Наташа подошла к спальне юноши. Дверь была приоткрыта и Наташа заглянула в проём.

Ей хорошо была видна залитая солнцем комната. А в ней стояла её подруга в том самом ярко-красном платье с голыми плечами. Также она оделась в первый день приезда Виталия, только розы в причёске не было, волосы были распущенные. 

Соня стояла лицом к двери, но глаза были прикрыты и Наташи, стоявшей в тёмном коридоре она не видела. А позади барышни стоял её брат и целовал её полные плечи.

Вот его зубы коснулись девичей шеи и замерли, мягко покусывая её. Соня сжала губы, потом приоткрыла рот и глубоко вдохнула. А Виталий оторвал губы от шеи, развернул её к себе и покрыл поцелуями белую грудь. Его пальцы проникали под ткань декольте, там, где девушки скрывают соски. 

Наташа смотрела на это, как заворожённая. Она сразу поняла, что Соня испытывает удовольствие от нескромных прикосновений юноши. 

Но ведь он её кузен, и она сама всё время говорит о нём, как о женихе Наташи, как такое возможно? Обида, гнев и новое яркое вожделение овладело барышней. И в то же время неодолимое желание не прерывать этой сцены, досмотреть её до конца, допить чашу своего унижения. 

А бессовестные брат с сестрой на этом не остановились. Виталий стал плавно опускаться на колени, покрывая поцелуями Соню сквозь платье. Соня провела рукой по его волосам и сказала тихо что-то вроде "можно...".

Виталий провёл ладонями по её голым рукам и стоя на коленях, задрал её красное платье. Сонечка и сама ему помогла, прихватив края и показав юноше свои голые ножки. Брат глубоко дышал и покрывал колени и ляжки своей сестры шумными поцелуями.

Наташа сама была вся красная от стыда за свою подругу, которая так позволяла себя вести и за себя, обманутую разговорами про скромного юношу. И в то же время ей не терпелось увидеть, что будет дальше. Сонечка закрыла глаза, откинула голову и ровно, с удовольствием дышала.

Виталий тем временем отпустил её платье, которое бесстыдница сама придержала, а сам стал стягивать с неё панталоны. И одновременно касаться губами в самой запретной части женского тела. 

Тут уже вожделение Наташи достигло предела. Она стояла, прижимаясь спиной  к стене и незаметно для себя собрала подол рубашки в плотные складки ткани и стала прижимать к своей влажной промежности. Стыд и обида только усиливали удовольствие от прикосновений к возбуждённому телу. 

Из комнаты послышалось шуршание. Это Соня, склонившись набок, стянула через голову платье и осталась перед своим братом почти полностью обнажённая. Если не считать приспущенных панталон чуть выше коленей. 

Виталий восхищённо поглядел на неё снизу. Потом прижался губами у неё между ног, что заставило Наташу затрепетать всем телом. Она стала сильно прижимать складки рубашки к промежности. 

Виталий продолжал ласкать губами нижние губки Сонечки. А барышня зажмурила глаза и тихо застонала.  Она вцепилась брату в затылок и прижимала его голову к своим бёдрам. 

Руки Виталия поглажавали её плотный зад. Второй рукой Соня подхватила ладонь Виталия и подняла к своей груди. 

Сама помогла брату нащупать её сосок и тот стал пальцами ласкать её тёмные зёрнышки, прижимая к себе сестру за задницу. А губы его так и продолжали соединяться с Соней в страстном поцелуе по французски. 

Дыхание брата и сестры перерастало в тихие стоны наслаждения. Наташа глядела на них и всё сильнее проводила сжатой тканью по запретному месту. Она тоже старалась не шуметь и дышала глубоко. 

Наконец она почувствовала, как тёплая тягучая влага утяжелила ткань под её пальцами. В ноздри ударил тяжёлый рыбный запах. Барышня некоторое время стояла расслабленная и переводила дыхание. 

Между тем Соня прерывисто выдохнула и отошла на шаг. Виталий поднялся с колен. И Наташа снова увидела, как из-под штанов поднимается его большой член. 

Соня села на кровать. Теперь она подвела к себе брата и чуть склонившись коснулась языком его плотной красной головки члена. Затем она легла, а Виталий стал обходить кровать с другой стороны.

Теперь Наташе было ничего не видно в дверной проём. Она одёрнула рубашку, просунула руку под воротник и погладила возбуждённые соски. А потом всё же подошла ближе к двери.

Соня теперь лежала поперёк братниной кровати головой от входа. А Виталий склонился над своей кузиной м медленно лег на неё сверху. Он стал крутить поясом, прижимая член к мягкой поверхности её бёдер.

Наташа никогда до этого не видела секса, но интуитивно догадывалась, что это у брата и сестры не настоящее соитие, что они стараются получать удовольствие, но при этом избежать того, что называют жутким словом  "кровосмешение". И всё же ревность к жениху и обида на Соню вызывали желание досмотреть до конца. Однако стоят переминаясь с ноги на ногу и уставясь на задницу Виталия было тяжело.

То ли её дыхание, всё ещё частое, то ли игра лунного света, потревожили Соню. Барышня скосила взгляд в, сторону двери. Она продолжала сладостно извиваться под своим кузеном, который ничего не заметил. 

Соня встретилась взглядом с Наташей и смущённо улыбнулась подруге. Она откинула голову, издала вздох наслаждения, поцеловала Виталия. Потом опять бросила извиняющийся взгляд в сторону стоявший за дверью Натали.

Устраивать скандал было поздно. Соня уже видела, как она спокойно подглядывает, да и первая обида прошла. Поэтому Наташа просто развернулась и ушла к себе, не мешая больше любви между родственниками.

В комнате своей она вновь испытала обиду и стыд. Обиду за то, что её обманули, как наивную барышню и стыд за то, что сама подглядывала. Она с возмущением отбросила влажную сорочку, напоминавшую о собственном неприличном поведении. 

"С кем поведёшься, от того и наберёшься. Странная всё таки семейка. Или это у русских так принято?".

Наташа никогда не отделяла себя от соседей, но сейчас поневоле думала, что она нормальная из-за польского происхождения, а эти молодые развратники всё же помещики, потомки крепостников, а рабство, как известно, развращает.

С этими прогрессивными мыслями Наташа одела сорочку и залезла под одеяло. Хоть она и пыталась думать об этой семейке свысока, но не могла не признать, что секретная усадебная жизнь и нарушение запретов кажется ей привлекательной. К тому же она не могла забыть свою страстную любовь к Виталию и обожание Сони. И вдруг поняла, что больше всего хотела бы оказаться на месте подруги и без трепета общаться с красивым юношей.

В коридоре послышались шаги. Наташа отвернулась к стене. Вошла Соня, в панталонах, прижимая к груди помятое красное платье.

- Виталий уснул, а ты не спишь, я знаю - она бесцеремонно подошла к подруге и присела совсем рядом на край кровати - Слушай, я понимаю, что должна была признаться...

— В чём?  - резко спросила Наташа. В комнате с закрытыми шторами её голос раздавался из темноты - В том, что не рассказала про вашу с ним любовь?

— Слушай, но ты же понимаешь, что это всё несерьёзно? 

— Согласна, ты надо мной хорошо посмеялась. 

— И вовсе нет. Я действительно хочу тебе помочь и планирую вашу свадьбу. А то, что ты видела, с этим никак не связано. 

— То, что ты делаешь с моим женихом, не связано с планами свадьбы? 

— Конечно нет. Ты пойми, он уже взрослый юноша. Студент. Он бы непременно кем-нибудь соблазнился. Не мной, так дворовой девкой, а скорее всего тобой. А получив своё удовольствие, он бы мог решить, что вы оба развлекались в своё удовольствие и теперь друг другу ничего не должны. И можно ещё пожить свободно, пока не захочет жениться в 35 лет, как его родственник, который спохватился к тебе свататься. Чтобы он тебе сделал предложение, ты должна быть для него неприступна. И он уже влюблён в тебя по уши, это видно. А я просто помогаю ему снять напряжение. Ну и не скрою, это мне приятно, потому что мы с ним уже давно... Но это чистая забава. Жизнь сложнее чем твои любимые романы. Тебе ещё многое предстоит осознать, чтобы выжить в этом мире.

— Спасибо, мадам Софи, за науку.

— Слушай, я ведь тоже была не права. Побоялась тебе признаться. Но представь себя на моём месте - призналась бы? Да и зачем тебе быть первой у моего брата? Всё, что можно от него получить, ты получишь.

— А может я ему и не интересна вовсе?

— Опять начинаешь? Мы с кузеном не можем жениться по закону, а насчёт тебя мы удвоим усилия. Я прямо скажу, чтобы он за тобой ухаживал, чтобы отвести от нас подозрения. Придумаю, что мой батюшка нас подозревает. Пусть он занимается тобой серьёзно, а там как пойдёт. Может быть наоборот, заманим его в ловушку, что ему придётся жениться. 

Они помолчали.

— Ну что, согласна?

— Странная всё-таки у вас семейка - вздохнула Наташа.

— Но тебе же мы нравимся? - Соня обняла Наташу.

— Очень нравитесь. Не знаю, правда, за что. Ладно, давай спать.

- Давай. Завтра будем строить заговор против нашего кавалера.

Девушки поцеловались и разошлись. Наташа ещё долго лежала в темноте и думала про то, что она видела между сестрой и братом и про последний поцелуй, который, тоже выглядел необычно, если вспомнить, к чему её подруга прикасалась губами. С трудом она заснула, в нетерпении дожидаясь завтрашнего дня. Она с усмешкой и тайным волнением говорила себе, что впуталась в историю. И что не удивится, если и на её долю выпадут необычные любовные похождения. 

Однако последующие обстоятельства на какое-то время задержали реализацию её планов.