От автора

Привет, друзья!

Сегодня пятница, а это значит... Что «КИЛЛ – КЛУБ» вновь собирает гостей!

«Встреча вторая» набрала 405 баллов, – большое спасибо всем за голоса! Это значит, что Киллер №2 пришёл к вам с продолжением своей истории.

Голосуйте за все встречи – их уже пять в нашем клубе! Пишите в комментариях: о чём вы хотите прочитать в следующих встречах?

Мы здесь все свои. Мы – киллеры! Никто не осудит. Добро пожаловать на Вторую часть второй встречи!

Хранитель медленно обвёл взглядом присутствующих.

— Добрый вечер, киллеры. Его голос был спокойным, как всегда. – Прошла неделя и мы вновь собрались с вами, чтобы поделиться самыми грязными, самыми непристойными историями из вашей жизни. Рассказывайте, я помню всё. Сегодня мы слушаем продолжение истории Александра и его мамы, – Хранитель посмотрел на киллера №2: – Вы остановились на том, что ваша мама предложила попробовать что-то новенькое... Речь шла о новых игрушках и приглашение в гости тётю Свету. Продолжайте!

Саша, киллер №2, посмотрел на присутствующих в зале, потом поднял глаза к потолку, словно вспоминая горячие подробности, и продолжил:

Эта тётя Света – Светлана Александровна – была не просто нашей родственницей – маминой младшей сестрой – но и лучшей её подругой. Она была на шесть лет моложе мамы, и в свои тридцать семь лет выглядела ещё моложе: сказывались занятия по художественной гимнастике в детстве. Спортивная фигура, поджарая, с небольшими грудками второго размера, она была заводилой компании. Весёлая хохотушка, любительница выпить и пошалить.

И ещё как пошалить...

Однажды, когда мне было лет пятнадцать, я случайно наткнулся на семейный альбом, который не лежал со всеми другими фотоальбомами – в серванте – а был спрятан на чердаке, в старой коробке из-под маминой шляпки, в которой она ходила с отцом на ипподром.

Я понял с первых же фото, почему этот фотоальбом был скрыт от случайных глаз. Чёрно-белые фотографии, не очень высокого качества, явно отпечатанные в домашних условиях: никто бы не понёс в фотостудию снимки такого содержания. На них папа и мама занимались сексом в разных позах. Мне было неловко смотреть на секс родителей, но любопытство пересилило.

Меня почему-то особенно возбудила фотография, где мама сосала папе член, глядя прямо в камеру. Сначала я никак не мог понять, кто их снимает. Фотографии были сделаны не только с дальней точки – их можно было снять и со штатива с задержкой – хотя, бегать между фотоаппаратом и минетом, такое себе удовольствие, – но и с близкого расстояния.

На целой серии фото было показано крупным планом, как папин член воткнут в мамино влагалище: то на глубину головки, то до самых волосатых яиц. Фото анального секса не было, но – всё равно, никаким штативом не подлезть так близко под совокупляющиеся тела. Следующие фотографии дали ответ на этот вопрос: папу с мамой снимала мамина сестра, тётя Света. Как я это понял?

Было три фото, из-за которых я начал дрочить тогда, на чердаке: меня дико возбудило не мамино сношение с папой, а...

На первом фото, голая Светлана Александровна – на ней была только мамина шляпка и полосатые гольфы до колен – сидела на папином члене, лицом к камере, с ногами, широко разведёнными в шпагате. Руками она опиралась назад, на папину грудь. Да-да, тётя Света, оказывается, еблась с моим отцом, а мама снимала всё это! Вы можете себе такое представить?!

Глаза закрыты, на губах – похабная улыбка, носки вытянуты, словно тётя Света выступала на спортивных соревнованиях с булавой, торчащей у неё между ног.

Второе фото повергло меня в шок: я не знал, что такое можно проделать с девушкой – на снимке тётя Света была ещё юной, не такой, как сейчас. Она стояла раком, высоко выпятив зад, а мой папа – тот ещё затейник! – вставил в тётю Свету бутылку из-под шампанского. Из-за не очень удачного ракурса невозможно было разобрать, во влагалище у неё бутылка, или глубоко в анусе, но половины бутылки видно не было, это факт.

Я представил, что бутылка в заднице у тёти, и быстрее задвигал рукой, приближаясь к финалу.

На последнем фото – цветном и очень солнечном – я стоял на морском пляже голый, в одной красной пилотке. Мне на снимке было не больше десяти лет. В руках я держал большой белый пластмассовый корабль, смахивающий на ледокол «Ленин». Сзади меня, на сколько хватало глаз, простиралось море. Но не это заставило меня дрочить с удвоенной силой: у моих ног полулежала Светлана Александровна без верхней части купальника, прикрывая груди рукой. Она, улыбаясь, широко раскрыла рот рядом с моим членом, который подозрительно стоял, «глядя» головкой прямо в камеру.

Кто меня снимал? Мама? И что это были за шутки? Я не помнил, когда это было снято, и на каком море: мы ездили на моря по два раза в год. Я представил, чтобы могло произойти, если бы тогда тётя Света опустила голову чуть ниже – и тут же кончил в полумраке пыльного подвала.

Эти яркие впечатления остались со мной на всю жизнь.

И вот эту самую тётю Свету мама, как-то вечером, пригласила к нам в гости. Светлана забегала к нам изредка и раньше – в основном, за деньгами – бросая на меня игривые взгляды, но в этот раз повод был совсем другим. Я немного нервничал, как всё пройдёт – тем более, мама совершенно не посвятила меня в свои планы: кто, кого, куда и как. Но всё произошло легко и непринуждённо. Тётя Света, как фурия влетела к нам домой и, прямо с порога, спросила:

— Ну что, Тома, (так зовут мою маму) – готов твой мальчик к труду и обороне? – и весело рассмеялась.

— Думаю, что ты будешь приятно удивлена, – улыбаясь, ответила моя мама в тон сестры, и пригласила нас к столу, заранее накрытому в общем зале.

Пока я украдкой поглядывал на тётю Свету – она пришла в умопомрачительной плиссированной юбке, наклоняться в которой было небезопасно, чтобы сразу не получить в туза, и полупрозрачной кофте, сквозь которую отчётливо проступали тёмные горошины сосков – Светлана рассказывала моей маме про какого-то очередного мужика, который «Ого-го-го!» в постели, и прочую чушь.

Мы ели, пили вино и смеялись над похождениями тёти Светы: сейчас она не была замужем, ранее сходив туда два раза – и оба раза неудачно. После второй бутылки вина разговор стал идти на более откровенные темы: в основном, говорила тётя Света и мама. Я помалкивал, поддакивая в нужных местах.

— До чего же у вас жарко! – вдруг воскликнула тётя Света и, я не успел моргнуть, как она сняла блузку и бросила её, не глядя, на диван.

Я уставился на обнажённые груди тёти Светы, поймав боковым зрением мамин взгляд: она словно проверяла мою реакцию на этот внезапный стриптиз. Тётя Света вдруг полезла целоваться к моей маме и остолбенел: мама ответила на поцелуй, со словами: «Светка, да ты опять нализалась!»

— Пока нет, сестрёнка, – смеясь, ответила тётя Света, – подставляй губы, сейчас будем лизаться!

Они перебрались на диван и стали целоваться, и это были совсем не сестринские поцелуи. Мне было так странно видеть маму, целующуюся с другой женщиной – пусть и родственницей – но это меня возбудило не на шутку. Я во все глаза смотрел, как мама мнёт груди тёти Светы, целуясь с ней взасос. Я опустил руку под стол и ста щупать свой твердеющий член. Светлана задрала мамину кофту, и вывалила её груди – прямо поверх лифчика. Она стала жадно сосать мамины соски, и я подумал, что сёстры не в первый раз занимаются этим.

— Саша, давай к нам, – позвала меня мама, – хочешь попробовать Светку на вкус?

— Я тебя хочу, мама, – сказал я и встал из-за стола, прикрывая пах руками.

— Смотри, как вымахал у тебя сынок, – сказала тётя Света, почему-то глядя на мой пах, – и маму любит – прямо, загляденье!

— Иди ко мне, – сказала мама и потянулась ко мне губами.

Тётя Света подвинулась, и я сел между женщинами. Мама взяла мою голову в руки и поцеловала прямо в губы. Мамины поцелуи были настолько сочными, такими обжигающими, что я захотел побыстрее снять штаны: члену стало тесно внутри. Словно прочитав мои мысли, тётя Света быстро расстегнула ширинку, стянула с меня штаны вместе с трусами и, не успел я закрыться руками, как она схватила член у корня, восхищённо разглядывая его со всех сторон.

— Что ж ты, мать, прятала от меня такое богатство! – воскликнула тётя Света и быстро всосала член наполовину, рукою расстёгивая рубашку на моей груди.

Я не мог видеть, что происходит внизу: я был поглощён поцелуями с мамой, но счастливая мысль вспыхнула у меня в голове, как только я почувствовал, что член вошёл во влажный и горячий рот родственницы: «Сбылась места идиота!»

Как часто я фантазировал о том, что я занимаюсь сексом с двумя женщинами: с одной целуюсь, а другая меня сосёт. А потом они меняются местами! Осталось воплотить в жизнь последнюю часть моей давней мечты.

Я оторвался от маминых губ, взял тётю Свету за подбородок и притянул к себе. Я тут же почувствовал солоноватый вкус слюны и её язык у себя во рту. Мне трудно было разобрать, кто из двух сестёр лучше целовался: мама или тётя Света. Вспомнив похабные фото в спрятанном альбоме, я подумал, что, возможно, у них был один и тот же учитель.

Пока я взасос целовался с тётей Светой, мама опустилась к моим бёдрам, и я почувствовал, как она меня сосёт: не так сильно и уверенно, как её сестра, а нежно и сладостно, словно растягивая удовольствие и не давая мне разрядиться. Мама зажала член у корня и лизала головку, иногда пробегая языком к мошонке и обратно. Тётя Света, быстро и коротко несколько раз поцеловав меня в губы, оторвалась от моего лица и опустилась на колени рядом с мамой.

Она взяла член в рот, вытащив его из маминых рук, и стала подниматься и опускаться губами вверх-вниз по стволу. Мама стала лизать и посасывать яйца, мягко перебирая их пальцами.

— Пусти меня к сладкому, – вдруг сказала тётя Света, и мама, словно ждала этой просьбы, шлёпнула меня по бедру.

— Подними ноги, – попросила она.

Ничего не понимая, я поднял ноги, и мама тут же руками пригнула их к моей груди. Тётя Света подползла к моему заду, наклонилась, и я почувствовал нежные прикосновения к анусу. Потом внутрь меня вошёл её язык. Я застонал от удовольствия и хрипло спросил у мамы:

— Что она делает?

— Обычный римминг, – мама пожала плечами, и вдруг всосала головку члена, не отрывая взгляда от моего лица, – нравится?

— Нравится! – воскликнул я, наслаждаясь оральными ласками двух женщин.

— Хочешь, мама тебе сделает то же самое? – спросила мама, и я лишь нашёл в себе силы только кивнуть.

Сёстры поменялись местами, и тётя Света стала делать горловой минет, заливая слюнями мой лобок, а мама ласкала анус, глубоко вводя в него влажный язык. Она словно трахала меня языком, доставая до каких-то умопомрачительно приятных мест внутри. Наконец, они оставили меня в покое – и вовремя: ещё минута, и я бы кончил кому-нибудь из них в рот.

— Доставай свои игрушки, – деловито сказала тётя Света, – а то я так не дождусь, пока вы наебётесь друг с другом.

Я офигел от её слов: она первый раз говорила в моём присутствии такие грубые выражения. Мама достала пакет, предусмотрительно припасённый рядом с диваном – я сначала подумал, что там было вино – и протянула сестре двойной вибратор, предназначенный для двух отверстий. Потом извлекла из пакета упругое кольцо и ловко надела его на мошонку, стянув яйца у основания члена.

— Это ещё зачем? – возмутился я, но мама быстро заткнула мне рот поцелуем:

— Ты хочешь, чтобы у тебя хватило мужских сил на Светку? – прошептала она мне в рот.

— В смысле? – спросил я, краснея.

— Разве тебе не хочется выебать мою младшую сестру?

Я не нашёлся, что ответить, а мама стала быстро снимать с себя одежду, наклоняясь ко мне, и целуя то в губы, то в головку члена. Тётя Света села рядом со мной на диван, раздвинула бёдра и стала водить вибратором по половым губам. Под её плиссированной юбкой не оказалось нижнего белья, и она стала похожа на развратную чирлидершу, которая ласкала себя, сидя голая, в одной юбке перед парнем.

Мама разделась донага и села на мои бёдра, зажав член между ног. Она обняла меня за плечи и стала грудями прижиматься к моему лицу, одновременно двигая бёдрами, стараясь вобрать член в себя. Я ловил губами её соски, сосал их, но мама всё время вытаскивала груди из моего рта, дразня и играя со мной, как будто меня нужно было возбуждать: да я был готов трахнуть всё, что шевелится – минут десять назад!

Я взял мамину голову и притянул к себе, впившись в её губы, прошептав:

— Хочу тебя...

Мама привстала, взяла рукой член и ввела во влагалище, плотно прижавшись ко мне и отвечая на поцелуи.

— Давай, трахни свою мамочку, – хрипло сказала тётя Света и включила вибратор.

Я скосил глаза и увидел, как тётя Света глубоко вставила его в обе дырки, и двигает им туда-сюда.

Мама стала буквально скакать на члене, подмахивая моим встречным движениями и вращая бёдрами для разнообразия ощущений. Я держал маму за попу и насаживал на себя, задыхаясь от её горячих поцелуев. Сладострастный стон двух женщин слился с моим: нашими голосами можно было озвучивать самое крутое порно.

Мама вдруг приподнялась и слезла с члена.

— Светка, давай, подвинься, – сказала мама, становясь раком рядом со мной на диване.

Тётя Света со стоном вытащила из себя вибратор, весь покрытый слизью, и бросила его на диван.

— Наконец-то! – воскликнула она, становясь рядом с сестрой в ту же позу.

Я встал и посмотрел на двух сестёр, которые стояли раком и крутили бёдрами, ожидая, когда их выебут по полной программе.

— В жопу? – коротко спросил я.

— Да! – ответили они хором, и я невольно улыбнулся.

Мамин анус был разработан: мы довольно часто практиковали сношения в зад, и я начал с любимой дырочки. Взяв вибратор, я уверенно вставил его в маму, смазав её отверстия смазкой тёти Светы, которая осталась на вибраторе. Мама закрыла глаза, отдаваясь ласке, потом повернулась ко мне и сказала:

— Хочу живого! Вставь уже свой хуй, да побыстрее!

Меня не надо просить дважды. Мгновение – и вот я уже натягиваю мамин анус на свой жилистый елдак. Если бы не мамино кольцо – я бы давно кончил, ещё на римминге и минете. Я немного потрахал маму в задницу, потом вытащил член и подошёл к тёте Свете. Она тут же раздвинула ягодицы руками, уперев голову в спинку дивана для устойчивости.

— Давай, не тяни! Выеби уже, – сказала она и зло посмотрела на меня.

«Ишь ты, как тебя разобрало», – мысленно усмехнулся я, и – не церемонясь – загнал член в её анус. Тётя Света вскрикнула и попыталась вывернуться, но я крепко держал её за бёдра. Трахать её было одно удовольствие: анус был тесный – уже, чем у мамы – и я с наслаждением насаживал тётину попку на член. Постепенно тётя Света перестала вырываться и брыкаться – наоборот, стала подмахивать мне.

— Что, нравится, сучка, когда тебя в жопу ебут? – набравшись смелости, выпалил я.

— Ты мне всё, жопу разорвал, скотина! – ответила тётя Света, тяжело дыша и двигая бёдрами мне навстречу.

— Мне остановиться?

— Не вздумай! – тётя Света сомкнула бёдра и высоко подняла их, меня угол моего вторжения, – ещё немного... Совсем немного... Вот... Вот... Да-а-ааааа!

Она съехала с члена и забилась на диване в мелких судорогах.

— Что же ты делаешь, гад, – простонала она, содрогаясь от острого оргазма, – я же теперь не отлипну от тебя! Будешь теперь драть тётю во все щели с утра до ночи!

— Хуй тебе, а не мой сын, – сказала мама, и я чуть не подпрыгнул от удивления, – хорошего помаленьку. – Потом мама просительно посмотрела на меня и сказала: — Хочу так же жёстко, как ты Светку только что драл!

— Опять в жопу?

— Нет, в... Пизду. Хочу, чтобы ты мне всю матку обкончал!

Я заревел от этих маминых слов и вонзился в её пизду до самых яиц. Я драл маму так, словно мстил ей за что-то или наказывал за страшный проступок. Я чувствовал себя инквизитором, который казнил непокорную ведьму, выбрав жёсткую еблю вместо сожжения на костре.

— Погоди, милый, остановись на секунду, – сказала тётя Света, и вытащила мой член, пылающий от напряжения.

Она осторожно сняла кольцо, сжимающие член и, сочно поцеловав малиновую головку, вставила обратно в мамино влагалище.

— Добей её, – сказал она и нырнула под меня, между моих расставленных ног.

Я стал трахать мать, уже не задумываясь, хорошо ей, или нет. Я просто использовал раздолбанную пизду, чтобы кончить и снять, наконец, напряжение этого вечера. Я хлестал ладонями по потным маминым ягодицам, и она сладко вскрикивала при каждом ударе. Чувствовал, что тётя Света лижет мои яйца, лаская их одновременно губами и руками, и это помогло мне разрядиться так, как никогда до этого не было.

Я протяжно застонал и стал кончать, плотно прижавшись к маминым ягодицам. Я тянул их на себя и толкал бёдрами, нанося короткие удары, хотя казалось, двигаться уже некуда.

— Да-а-ааа! Как же хорошо, сука! – запричитала мама, и я понял, что она кончила вместе с со мной одновременно.

Мы стояли, слепившись телами около минуты, потом я вышел из неё и устало плюхнулся на диван рядом с моей любимой мамочкой. Тётя Света стала слизывать остатки семени с моего вздрагивающего члена. Через мгновение к ней присоединилась мама. Сёстры вылизывали меня в два рта, и это было восхитительно.

Когда мама, наконец, поднялась на ноги, я заметил, как по внутренней стороне её бёдер течёт густой белёсый ручеёк. Светлана протянула руку, зачерпнула пальцем тёплый сгусток с маминого бедра и сунула себе в рот, жмурясь от удовольствия.

— Когда в следующий раз? – спросила тётя Света и посмотрела на маму снизу-вверх.

— Что «Когда»? – не поняла мама.

— Когда можно прийти в следующий раз, чтобы поебаться с твоим сыном? – будничным голосом уточнила тётя Света, словно она спрашивала расписание автобусов.

— Посмотрим на твоё поведение, – улыбнулась мама.

— Я буду плохой девочкой, – лукаво ответила тётя Света и нежно погладила мой член, – обещаю.

(Конец второй части)

GiftedWriter©2026