Утром в понедельник ещё не успел толком сесть за свой стол, как в кабинет заглянула секретарша и, с кислой миной, будто только что проглотила лимон, бросила:

— Тебя Халид Аверьянович вызывает. Прямо сейчас!

В животе неприятно сжалось. "Мандавошник", как его все за глаза называли, просто так не дёргал. Кличку ему дали не зря. Халид был мелким, суетливым типом лет пятидесяти, с вечно бегающими глазками. А ещё он постоянно и везде, в отчётах, в договорах, даже в том, как сотрудники на него посмотрели в коридоре, выискивал подвох. От одного его присутствия начинало чесаться в самых неприличных местах, будто там действительно ползают мандавошки. Иногда казалось, он готов устроить разнос за то, что в офисе кто-то слишком громко дышит или моргает без разрешения.

Лично меня его высочество особенно недолюбливало. Пару раз пытался на меня повесить чужие косяки, но я отбился, доказав свою невиновность. Зато пострадали его любимчики...

Поднялся, одёрнул рубашку и потопал на третий этаж. Халид Аверьянович сидел за массивным столом, заваленным бумагами, и нервно перекладывал их с места на место. Его лицо было ещё более кислым, чем обычно.

— Круглов? — коротко бросил, не поднимая глаз, - Садись.

Открыв верхний ящик, он достал лист бумаги и начал читать текст. Мне почему-то показалось, что всё содержимое этой писанины Халиду уже знакомо и сейчас он просто играет мне на нервах.

— Поступила жалоба, — наконец проговорил Аверьянович, подняв на меня взгляд, — Анонимная, но очень конкретная. О твоём поведении на прошлых выходных. И ещё.... Якобы ты хранишь на рабочем компьютере видео... личного характера. Очень личного...

Сразу почувствовал, как внутри всё похолодело. Федя! Сука, быстро сработал! Утро понедельника, а донос уже на столе начальства!

— Ты понимаешь, что это может нанести серьёзный урон имиджу всей фирмы, — продолжал "Мандавошник", — Представляешь, что будет, если это всплывёт? Клиенты, партнёры... Мы тут не бордель, Круглов, а солидная компания! Ты понимаешь, чем это пахнет?

Голос становился всё более визгливым. Потом он, явно наслаждаясь моментом, сделал театральную паузу. В голове моментально нарисовалась яркая картинка - Федя и Верка, оба голые после очередного траха, сидят на диване. Этот членосос, ухмыляясь своей дебильной улыбкой, стучит пальцем по клавишам ноутбука — "Будучи в зюзю пьяным, избил мужа своей двоюродной сестры... Также регулярно просматривает и хранит на рабочем компьютере порно.. .". А Верка, заливаясь смехом, тычет его в бок — " Про имидж фирмы напиши, его начальник за такое любого угробит... Ещё про СВО добавь, это верняк!". Федя ржёт, допивает пиво и продолжает печатать, матерясь сквозь зубы — "Получи, сука! Теперь тебя выебут по полной!"

Халид Аверьянович наклонился вперёд, его глаза заблестели от предвкушения.

— Ну? Что скажешь в своё оправдание? Могу тебя, за дискредитацию компании, уволить прямо сейчас, без выходного пособия. И рекомендации такие настрочу, что ты хрен куда-нибудь устроишься. Ты это понимаешь?!

Глубоко вдохнул и попытался объяснить:

— Халид Аверьянович, это всё из-за того, что жена мне изменила...

— Молчать! — резко хлопнул ладонью по столу, обрывая на полуслове, — Не надо мне тут сказки рассказывать! Если жена изменяет, значит, муж виноват! Семья — это такое малое предприятие, а ты директор. Если у тебя "сотрудник", то есть жена, начала искать удовлетворение на стороне, значит, ты, как руководитель, провалил свою работу. Не мотивировал, не контролировал, не развивал отношения. Плохой менеджмент! А если ты плохой руководитель в собственной семье, то какого хрена делаешь в нашей фирме?

Халид ткнул в меня пальцем, лицо покраснело, голос опять сорвался на визг:

— Так что не надо мне тут про "жена изменила". Из-за твоих косяков под удар попала вся фирма. Решай свои проблемы сам, а не тащи их на рабочий компьютер!

Он откинулся на спинку кресла, явно довольный своей тирадой, и уже более спокойно, почти по-деловому произнёс:

— Значит так, я сегодня добрый, пиши "по собственному". Дела передашь Мансурову. Всё, свободен!

— ---

— Ну ты и болван! — произнес дядя Боря, тяжело опускаясь на стул напротив меня.

После юбилея он пришёл в себя только к обеду вторника. Глаза красные, лицо опухшее, голос ещё хриплый. Но как только ему рассказали про измену Феди с Веркой и как я отметелил этого урода, дядя моментально протрезвел.

— Почему меня не позвал, а? — сразу начал с упрёка, глядя исподлобья, — Я ж тебе не чужой человек! Пока ты один геройствовал, этот сучонок слишком легко отделался. Руки, ноги надо было поломать, ебальник отбить! А ты что? Пару раз дал по морде и отпустил! Добренький нашёлся!

Дядя достал пачку сигарет и нервно постучал ею по столу.

— Я бы ему не только рожу начистил, ещё объяснил по-взрослому, что бывает, когда чужую жену под себя подминаешь. А ты... — махнул рукой, — Всего то по морде заехал и прогнал. Добряк, блядь... Этой шлюхе подзаборной хоть пинок в зад дал?

Он хмыкнул, прикурил сигарету и выпустил густую струю дыма в потолок.

— Ладно... Что сделано то сделано. Теперь думай, как дальше жить будешь...

— Как Карина? - еле выдавил.

— Как... Как... - дядя затянул, - Он ещё спрашивает... Плачет не просыхая, вот как. Ни есть, ни пить не может. Лежит лицом в подушку и воет...

Дядя замолчал, глядя на меня тяжёлым взглядом. Потом вдруг резко хлопнул ладонью по столу.

— Короче, слушай сюда. Хватит сопли жевать, допивай кофе, бери куртку и поехали.

— Куда? — не понял я.

— К Феде, куда же ещё, — спокойно сказал, будто речь шла о поездке в магазин, — За добавкой. Один раз ты ему дал по-детски, теперь объясним по-взрослому. Чтобы он до конца жизни запомнил, что бывает, когда трахаешь чужую жену.

Всю дорогу дядя не закрывал рта и строил планы, один страшнее другого. С каждым километром они становились всё кровожаднее.

— Сначала ему пальцы на руках переломаю. А ещё можно яйца придавить монтировкой, чтоб до старости импотентом ходил. Или нет, лучше раскалённым ножиком хуй отрезать... медленно так, с чувством...

Когда подъехали к дому Феди, сердце неприятно сжалось. Во дворе стояла тишина. Ни машины, ни света в окнах. Дядя сразу направился к крыльцу и несколько раз сильно ударил кулаком в дверь.

— Сбежал, сука... — процедил сквозь зубы.

Через пару минут из соседнего дома вышел пожилой мужчина в старом свитере.

— Вы к Фёдору? — спросил он, — Так его нет. Утром ещё загрузил в машину кучу барахла и с какой-то бабой уехал. Сказал, что надолго.

Дядя выругался так громко, что сосед невольно отступил на шаг. Потом он вдруг резко развернулся и отвесил мне такую звонкую оплеуху, что в голове зазвенело.

— Это тебе для профилактики, — процедил, тяжело дыша, — Чтобы в следующий раз, когда жену с чужим хуем в пизде застукаешь, сразу звал меня, а не занимался самодеятельностью. Понял, болван?

Я молча потёр горящую щёку и кивнул. Боря ещё раз плюнул в сторону пустого дома и зло бросил:

— Ладно... Сегодня он ушёл. Но ничего, земля круглая. Найдём мы этого урода...

— --

Вечер тянулся бесконечно. Попробовал посмотреть новый сериал, который в последнее время все хвалили. Посидел десять минут и выключил, не зацепило. Герои на экране решали какие-то глупые, иногда совсем надуманные проблемы. Запустил свою любимую стрелялку, за которой раньше мог засиживаться до утра. Пять минут побегал по разрушенному городу, но мозг отказывался сосредотачиваться. Откинулся на спинку дивана, взял новый детектив, прочитал абзац, второй... Буквы плыли перед глазами, сюжет казался совсем глупым и высосанным из пальца.

Взял со стола телефон и набрал Гену. Длинные гудки, потом сброс. Набрал ещё раз, снова сброс... "Наверное, сидит в баре, — подумал с горькой усмешкой, — Или уже в бане с очередной длинноногой чикой".

Вдруг раздался громкий, неожиданный дверной звонок. Сердце мгновенно заколотилось. Кто это может быть в такое время? Неужели дядя Боря вернулся за добавкой? Подошёл к двери и посмотрел в глазок.

Там стояла Карина!

Я открыл дверь. Карина, не сказав ни слова, прошла мимо меня в гостиную, сняла куртку, бросила её на кресло и присела на самый край дивана. Руки сильно сжимала на коленях, в глазах читалась какая-то странная смесь боли и решимости. Она долго смотрела в пол, потом тихо, почти шёпотом заговорила:

— Я долго решала... приходить или нет. Почти два часа, как дура, торчала у подъезда, — нервно сглотнула, — Прости меня за то, что наговорила на юбилее. Я была в шоке... Накричала на тебя, хотя ты ни в чём не виноват. Мне очень трудно... поэтому... просто выслушай, ладно?

Карина глубоко вдохнула и продолжила, не поднимая глаз:

— Уже давно подозревала, что Федя мне изменяет. Запах чужих духов, поздние "совещания", командировки, телефон, который он вечно прятал... Но я никогда бы не подумала, что этот мудак будет трахаться с Верой.

Горько усмехнувшись, Карина покачала головой.

— До сих пор не понимаю... Чем она лучше меня? У неё там мёдом намазано, что ли? Я ему позволяла всё, что он только задумывал. Всё, без отказов, без этих женских "не сегодня, у меня голова болит". А он всё равно полез к ней...

Сестрёнка на несколько секунд замолчала.

— За эти дни многое передумала и поняла одну страшную вещь... Я Федю никогда по-настоящему не любила. Была привычка, удобство, статус "замужем". А любви не было. Может, он почувствовал это и пошёл налево? Но это уже не важно...

Карина подняла на меня глаза.

— Они нас предали, — немного помолчала, а потом неожиданно тихо добавила, — Давай, отомстим им! Прямо сейчас! Займёмся сексом... Я знаю, ты давно меня хочешь... Если они это сделали, то и мы можем. По крайней мере, будет честно.

Не дождавшись моего ответа, Карина поднялась с дивана. На секунду замерла, словно ещё не решила, правильно ли поступает. Потом сделала шаг вперёд и жарко вцепилась в мои губы. Если у меня оставались какие-то сомнения, то они сгорели в первые же секунды. Её запах, дрожь тела ударили в голову. Руки сами легли ей на талию, потом спустились ниже, крепко сжав упругие ягодицы. Карина тихо застонала, когда прижал её к себе. Её пальцы торопливо расстёгивали пуговицы моей рубашки.

— Хочу тебя... — хрипло прошептала между поцелуями, — Прямо сейчас. Не думай ни о чём...

Её рука скользнула ниже, смело легла на ширинку джинсов и сильно сжала уже твёрдый член.

Мы быстро сорвали с себя остатки одежды. Повалив Карину на диван, навис сверху. Грудь у неё оказалась упругой, красивой формы, с большими тёмно-розовыми ареолами и твёрдыми, торчащими сосками. Я жадно припал к ним губами, нежно целуя и посасывая. Карина выгнулась и застонала, запустив пальцы мне в волосы.

— Не могу больше терпеть! — похабно прошептала и, схватив член, направила себе между ног.

Почувствовал, как, принимая меня, раскрывается горячая, совершенно мокрая киска. Карина закинула ноги мне на поясницу и сильно надавила, заставляя войти в неё одним глубоким толчком.

— Ааахх! — громко выдохнула, когда член полностью погрузился.

Киска громко хлюпала при каждом толчке.

— Дааааа... сильнее! - не сдерживаясь стонала сестрёнка, - Ещё! Глубже!

Её ноги крепко обхватили мою поясницу, а ногти впились в спину.

— Кончай в меня... — жарко прошептала Карина, — Кончай внутрь, слышишь?

Это было последней каплей. Сознание затуманилось, неимоверный кайф распространился по всему телу. Я начал извергаться глубоко внутри, заливая её густыми толчками. Карина закричала, сильно содрогнулась и тоже кончила. Её киска сжимала член, будто доила всё до последней капли.

— --

Утром проснулся от аромата кофе. Вышел на кухню и замер. Карина стояла у плиты, накинув на голое тело мою рубашку. Подол едва доходил середины её упругой попы, открывая гладкие бёдра и нижнюю часть ягодиц. От этого вида кровь мгновенно прилила к члену.

Сестрёнка обернулась, нежно улыбнулась и тихо спросила хрипловатым голосом:

— Хочешь кофе, яичницу или...

— Или, — подхватил Карину под бёдра и усадил на кухонный стол.

Она возбуждённо выдохнула, когда холодная столешница коснулась горячей кожи. Спешно развёл её ноги широко в стороны, полностью открывая киску. На лобке красовалась густая и широкая "взлётная полоса" тёмных волос. Невольно сравнил с Веркой, которая всегда брила там полностью. Причёска на лобке сестрёнки почему-то сильно меня возбудила. Её половые губки уже блестели от влаги и были слегка раздвинутыми, словно приглашали меня. Взял твёрдый, пульсирующий член в руку и медленно провёл головкой по мокрой щёлке снизу вверх. Карина тихо застонала. Прислонил головку к входу и слегка надавил. Скользкие половые губки послушно раздвинулись, обхватывая толстую головку. Зрелище было завораживающим, смотрел, не в силах отвести взгляд. Медленно, миллиметр за миллиметром, толстый член раздвигал её влажные губки и исчезал внутри. Чувствовал, как горячая плоть туго обхватывает моего дружка, как её киска нежно пульсирует, принимая своего гостя. Внутри было невероятно горячо, мокро и тесно. Стенки влагалища очень приятно сжимались, обволакивая член плотным, скользким теплом.

— Оооохххххх... как глубоко... — выдохнула Карина, когда вошёл до самого основания.

Начал медленно двигаться, наслаждаясь каждым толчком и видом, как блестящий от соков член выходит и снова полностью погружается в её киску. С каждым движением раздавались громкие хлюпающие звуки. Карина откинулась назад, опираясь на локти, и громко стонала. Я ускорился, вбиваясь в неё глубокими толчками. Стол скрипел и стучал.

— Дааааааааа! Сильнее! Глубже! - стонала сестрёнка.

Она кончила первой, сильно выгнувшись и дрожа всем телом. Я в последний раз глубоко вошёл и замер, извергаясь мощными потоками прямо в неё. Сперма вырывалась длинными густыми струями.

— Вот это... яичница получилась... - прошептала Карина запыхавшимся голосом.

— --

Прошло полтора месяца.

Жизнь постепенно входила в какое-то странное русло. Дела с поиском работы разрешились неожиданно успешно. В один день зазвонил телефон, какой-то незнакомый номер. Приятный женский голос представился HR-менеджером компании, с которой я успешно работал три года назад. Тогда мы вместе закрыли очень сложный и важный проект.

— Мы сейчас расширяемся и ищем специалиста на руководящую позицию. Ваша кандидатура была одной из первых, кого мы хотели бы видеть.

Я был приятно удивлён. После всей этой грязи с увольнением и репутационными потерями такое предложение выглядело настоящим подарком судьбы.

"Мандавошник", едва узнав об этом, решил напоследок напакостить. Он каким-то образом вышел на контакт с новыми работодателями и попытался меня очернить. Рассказывал о порнушке на рабочем компьютере, проблемах с алкоголем, о "репутационных рисках для компании" и так далее. Меня всё равно пригласили на собеседование, и оно прошло успешно.

Дядя Боря всё-таки нашёл Федю. По его рассказам, поймал того пидораса возле дома. Разговор был коротким и убедительным. Федя потерял два передних зуба, а дальше последовала красочная лекция про то, что будет, если он ещё хоть раз появится в поле зрения. Особо дядя подчеркнул, что лично отрежет ему яйца и заставит сожрать. Перепуганный говнюк в полицию не побежал. Более того, он неожиданно быстро и без лишних вопросов подписал все бумаги. Раздел имущества прошёл без боя. У меня даже возникло искреннее недоумение, как они так молниеносно всё провернули?

Карина после того утра на кухне исчезла из моей жизни так же внезапно, как и появилась. Ни звонков, ни сообщений.

А вот мой развод с Верой обещал превратиться в настоящую затяжную войну. Жёнушка упёрлась рогами по полной, наняла какую-то зубастую адвокатессу и теперь требовала половину квартиры, мой "Мерин", все сбережения и даже компенсацию "за моральный ущерб". Кстати, "зубастую" я сказал не зря.... Когда впервые увидел эту женщину, то испытал настоящий шок. У неё были просто огромные зубы. Когда она улыбалась (а улыбалась очень хищно), казалось, что вот-вот вцепится тебе в горло. Эти зубища придавали вид очень агрессивной акулы в деловом костюме. У меня сразу сложилось впечатление, что в судебном зале эти зубы играют далеко не последнюю роль, судьи, наверное, подсознательно тоже чувствуют угрозу. Вера явно выбрала её не только из-за профессионализма, но и из-за этого визуального эффекта.

— Всё из тебя вытрясу, до последней копейки! – жёнушка прямо заявила в одном из разговоров, - Будешь платить до старости лет, сука!

Слушал её истеричные крики и понимал, что меня ждёт долгая судебная мясорубка...

В один из вечеров, когда я уже собирался открыть вторую бутылку пива, в дверь неожиданно позвонили.

На пороге, с ехидной улыбочкой на губах, стояла Вера.

— Туфли пришла забрать, — бросила вместо приветствия, — Не сдохли ещё в твоём свинарнике?

Пока рылась в шкафу, стоял в коридоре и смотрел на неё. Вера выглядела просто прекрасно, макияж, новая стрижка, дорогие духи, модные туфли.

Когда вышла с коробкой в руках, явно не спешила уходить.

— Ты серьёзно думаешь, что я тебя просто так отпущу? — процедила с открытым презрением, — Нет, милый. Моя адвокатесса тебя в порошок сотрёт. У неё два главных принципа: "Мужик всегда должен" и "Мужик всегда виноват, потому что уже родился с хуем между ног". Так что готовься, я из тебя всё вытрясу, до последних трусов. Будешь меня содержать, как последний лох.

Сделала паузу, явно наслаждаясь моментом.

— Хочешь, честно скажу, почему пошла трахаться с Федей? Потому что ты в постели полное говно. Ноль без палочки. Две минуты покряхтишь, подёргаешься и сползаешь. Я притворялась, что мне хорошо, а на самом деле было просто противно.

Она презрительно скривилась, наслаждаясь моментом.

— А Федя! Ох, Федя... - Вера мечтательно закатила глаза и продолжила уже совсем похабно, - Вот это мужик! А какой у него член! Толстый, длинный, всегда твёрдый как камень. Настоящий мужской хуй! Не то, что твоя вялая сосиска. Он меня так драл, что кончала по три-четыре раза, два дня нормально ходить не могла. Как он меня раком ставил и вбивал по самые яйца! С ним наконец-то почувствовала себя женщиной, а не скучной женой. А ты... что ты мог мне дать? Серую, скучную жизнь и вялый стручок раз в неделю!

Вера взяла коробку с туфлями и направилась к двери. Уже на пороге обернулась и бросила напоследок:

— Так что копи денежки, импотент. Будешь мне платить за то, что я столько лет терпела твою жалкую пипетку и скучную жизнь. Пока, неудачник.

Дверь громко захлопнулась.

Стоял посреди комнаты, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Внутри всё кипело. В этот момент очень хотел её ударить. Просто размахнуться и влепить по этой наглой, красиво накрашенной роже, схватить за волосы, швырнуть на пол и выместить всю накопившуюся боль.

Но я стоял и не двигался. Сдержался...

Резко развернулся и со всей силы ударил кулаком по стене. Костяшки ободрались, но боли почти не почувствовал.

— Сука... — процедил сквозь зубы.

Подошёл к бару, достал бутылку вискаря, которую берег на "особый случай", и плеснул себе щедрую порцию. Потом ещё одну. Хотелось напиться до беспамятства, чтобы хоть на несколько часов забыть эту гнилую реальность.

Неожиданно зазвонил телефон.

— Алло... - ответил не глядя.

— Привет... — в трубке раздался тихий, чуть неуверенный голос Карины.

Я замер с бутылкой в руке.

— Извини, что пропала, — продолжила после короткой паузы, — Развод, бумаги, куча неприятных разговоров... Не хотела тебя дёргать, пока сама не разберусь.

Молчал, слушая её голос. После всего, что произошло, он звучал странно успокаивающе.

— Слушай... — Карина вздохнула, — У меня есть хороший знакомый, очень сильный адвокат по семейным делам. Он уже трижды сталкивался с адвокатессой Веры и каждый раз ставил её на место. Если хочешь, могу с ним свести. Не бесплатно, конечно, но он нормальный мужик, не дерёт три шкуры.

— Спасибо... — хрипло ответил, — Я подумаю.

— И ещё... — она немного помолчала, — Ты совсем забыл тётю и дядю. Они переживают за тебя. Особенно дядя Боря. Хоть бы позвонил...

— Да... виноват, — честно признал, — Обещаю, завтра же приеду к вам в гости.

Карина тихо засмеялась, но как-то нервно.

— Хорошо. И... готовься. Тебя ждёт небольшой сюрприз.

— Какой? — насторожился.

Она помолчала пару секунд, потом произнесла с лёгкой дрожью в голосе:

— Примерно шести недель.

Повисла тишина. Не сразу понял смысл сказанного. Шесть недель! Как раз после той самой ночи и утра на кухне.

— Карина... ты серьёзно? — тихо спросил.

— Да, — ответила почти шёпотом, — Сама в шоке. Но... это так...

Конец