Охотник.

Написано без использования искусственного интеллекта.

Люблю выходить на охоту, когда на улице очень жарко и душно. Воздух на улицах вибрирует и густеет от температуры, а асфальт под ногами плавиться. Девчонки поражают своими телесами и одеваются все более откровенно...все эти короткие юбки, шортики и легкие платья. Я привык ходить в широких спортивный штанах или шортах, чтобы никто не заметил мой дикий стояк. Иногда приходиться придерживать его рукой в кармане (где я специально сделал дырку).

В свои 55 лет мой организм вырабатывает достаточное количество тестостерона, что бы я чувствовал себя как подросток, когда вижу все эти обнаженные ножки и груди. Природа одарила меня еще и внушительный половым органом, которым я, к сожалению, не пользовался в должной мере большую часть жизни.

В детстве, и будучи подростком, я был забит и нелюдим. Несуразный, сутулый и очкастый. Высокий, худой и прыщавый – девчонки обходили меня стороной, да и мальчишки не спешили завести со мной дружбу. Женат был всего один раз, но и эта женщина в итоге убежала к другому. Сказала, что он “настоящий” мужчина, в отличие от меня, и удовлетворяет все ее потребности. Я спорить не стал, весь этот спектакль мне уже давно не нравился и не приносил радости. Детей мы не успели завести, потому развелись без проблем, и она от меня съехала.

Так я и плыл по течению, как пустая пластиковая бутылка в грязном ручье. Жил по принципу “День за днем”.

И только приближаясь к почетному пенсионному возрасту, я стал замечать, как приятно смотреть на все эти обнаженные тела в метро, в автобусах, в очередях магазинов. Стоя за молоденькой 18 летней девочкой в вагоне, вдыхая ее нежный запах кожи (почти касаясь носом ее обнаженного плеча), заглядывая в декольте на ее невинные груди. Я чувствовал, как встает мой немаленький член и упирается в ее попку. Проходило пара минут, прежде чем она понимала, что происходит. Потом я получал по лицу, и она выбегала из вагона на следующей станции. Бывало, меня били и мужики, стоявшие рядом. Потому я стал более осторожным и внимательным. Старался чаще быть в толпе, чтоб было очень тесно.

Вот и в этот жаркий и липкий июльский день я стою на автобусной остановке. На мне широкие шорты до колен и легкое бежевое поло. Очки бликуют на солнце, я осматриваюсь, выискивая жертву. В городе час пик, дороги переполнены железными гробами с кондиционерами и музыкой. Автобусная остановка тоже битком, люди потеют и злятся. На небе ни облачка, воздух пропах выхлопными газами, духами и потом.

В толпе рядом со мной разные люди: бабульки с сумками на колесиках, пару алкашей с синими мордами, мамашки с орущими детьми...и она.

Особняком стояла девчонка. На вид ей было лет восемнадцать, худенькая, с маленькой, почти незаметной под красной майкой грудью, короткой юбочке чуть выше колен и кедах. На плече не большая подростковая сумочка с брелком в виде какой-то зверушки, Черные как смоль волосы разбросаны по плечам и немного намокли на лбу. В ушах капельки белых наушников, губки пухлые с легкой помадой, косметики по минимуму. И вся она такая нежная и невинная, что у меня аж дух захватило...

Стаю любуюсь, чувствуя, как встает член в шортах, придерживаю его рукой...смотрю на ее маечку, понимаю, что она без лифчика. Она слушает музыку и, с задумчивым видом, смотрит в даль. Я с усилием отвожу взгляд, чтобы не выглядеть подозрительно.

Подъезжает большой переполненный автобус и, прежде чем залезть в него, я убеждаюсь, что ей удалось в него забраться. Возбуждение во мне растет все больше. Я не церемонясь, локтями, распихиваю чертовых бабок и орущий детей, сквозь проклятия и мат влезаю в этот душный металлический склеп и автобус трогается.

Я достаточно высокий, потому быстро нахожу ее в толпе. Она протиснулась в середину и одной рукой ухватилась за держатель.

В автобусе очень тесно, душно и ужасно воняет духами, дизелем и потом. Все как я люблю. Я подобно ледоколу продираюсь через толщу людского льда к своей цели. Немолодое сердце бьется как у биатлониста, я взмок, очки вспотели, придерживаю свой член в шортах и стараюсь не потерять ее из виду. Интересно на какой станции она выходит?

И вот я у цели...она передо мной, стоит спиной. Одна бретелька маечки сползла, прекрасное плечико обнажено. Ее голова доходит мне до подбородка. Я осторожно нюхаю ее волосы, наклоняюсь к плечу и нюхаю кожу. От нее пахнет мылом, с которым она принимала утром душ, нейтральным дезодорантом и совсем немного потом. Дурманящий водоворот запахов моментально вскружил мне голову.

Автобус дернулся в пробке и ее на секунду бросило на меня. Ее попка в юбочке прижалась ко мне...Она почувствовала мое возбуждение?

— Ой, простите, - сказала она, чуть повернув голову в мою сторону.

Потом она отстранилась, но люди в автобусе то и дело двигаются, передвигаются. Движение в пробке рваное, автобус то и дело резко останавливается. Ее юное тело нет-нет, да и прижмется ко мне.

Я больше не держу член, он оттопырил шорты, головка уперлись ей в попку. По моему телу пробежала дрожь, мою плоть от ее отделяла только тонкая ткань. Она не сразу поняла, что происходит. Видимо задумалась или слушала музыку. Девочка машинально поправила юбку, задела рукой мой орган и вернула на место бретельку маечки. От ее прикосновения меня пробила маленькая молния.

Автобус снова качнуло, она прижалась ко мне, и я положил мозолистую, большую руку на ее попку. Слегка сжал. Вижу, как она задержала дыхание и замерла поджав плечи. Потом ее рука нырнула за спину, нашла мою и оттолкнула в сторону. Я коварно улыбнулся. Выждав пару минут, я опять положил руку на ее прекрасную попку и не сильно сжал. Упругая, маленькая...мой член пульсировал.

Она опять дернулась, оттолкнула мою руку и стала продираться через толпу в сторону. Я улыбаясь последовал за ней. Она не кричала, не просила о помощи...меня это безумно заводило.

Девчонка пробралась в самый угол к окну, она тяжело дышала и изрядно взмокла. Затравленно осмотрелась и уставилась на пыльный пейзаж за окном. Я снова настиг свою жертву и встал у нее за спиной. Автобус тронулся, я навалился всем телом на ее хрупкую фигурку. Она ахнула, почувствовав мой каменный стояк, упершийся ей между ягодиц. Моя ручища снова сжала ее мягкую ягодицу. Я жарко дыхнул ей в шею, азарт достиг пика, мне было уже плевать на остальных, для меня существовала только она и моя восставшая плоть.

Немного задрав юбочку, я сжал ее попку, ощутив бархатистость кожи. Оперившись рукой в стену над окном, я любовно погладил ее попку под юбкой. Она положила свою руку на мою и попыталась ее оттолкнуть, но я не позволил.

— Пожалуйста..., - еле слышно прошептала она в стекло перед собой.

Я с удовольствием мял ее упругую попку, терся членом о ткать трусиков, чувствуя, что шорты изнутри уже мокрые от смазки. Провел языком по ее юной щеке, ощущая соль и страх. Она не прекращала попыток убрать мою руку, но я не сдавался.

Автобус остановился на остановке и к нам зашли еще люди. Толпа уплотнилась, мокрые тела прижимались друг к другу. Все психовали и нервничали, видимо пробка увеличилась. Во всем автобусе рад был только я.

Оттянув трусики чуть вниз, я проник в них рукой. Девушка всхлипнула, попыталась их натянуть обратно. Ее коленки подогнулись, она пыталась улизнуть, но я прижал ее к окну и не отпускал.

Убрав левую руку от стены я залез к ней под маечку и нашел маленькие грудки. Нежно, но сильно сжал одну, сосочек попал ко мне между пальцев, и я покрутил его, чувствуя, как она задрожала.

— Перестаньте...не надо...- шептала она и я почувствовал, как она заплакала.

Звериное возбуждение взяло надо мной верх. Я задрал ее юбку, стянул трусики ей на колени и дотронулся до ее киски. Она сжала ноги, но я успел просунуть ладошку. Пися ее была гладко выбритая и нежная на ощупь. Я гладил ее своими грубыми руками. Она пыталась убрать мою руку и подтянуть трусики, слезы текли по ее щекам, но все попытки были тщетны. Раздвинув ее ножки, я нашел маленький бугорок клитора и начал его массировать. Через минуту ее дыхание изменилось. Оно стало прерывистым и дерганым...на своих пальцах я почувствовал горячую влагу, ее киска увлажнилась.

— Течешь малышка, - прошептал я в ухо и по-звериному улыбнулся.

— Нет...это не правда... - шептала она, ее голова запрокинулась, она смотрела в потолок. Я задрал майку до горла, девичьи грудки появились на свет, соски стояли как вишенки и, если бы водители в пробке посмотрели бы сейчас на автобус, были бы сильно удивлены. Но стекло было мутным и с уличной стороны на него приклеили, потому эту прелесть никто не видел.

Жертва еще сопротивлялась, но уже вяло. Я ласкал ее киску, размазывал соки по клитору, ее рука легла сверху на мою. Второй рукой я ласкал ее груди, щипал соки, облизывал шею и лицо. Она извивалась и терлась обнаженной попкой о мой стояк. Мир вокруг перестал существовать. Я видел, как пот стекал между ее сисичек, слышал, как чавкает ее киска, как она прерывисто дышит.

— Маленькая шлюшка, - шептал я ей в ухо, - Какая же ты горячая...

— Не говорите так...- шептала она.

Я приспустил шорты и выпустил на свободу свой красный от возбужденья член. Поводил мокрой головкой по ее попке и просунул между ягодиц. Он у меня такой большой, что головка показалась с другой стороны. Девушка посмотрела вниз.

— Боже...он огромны, - выдохнула она.

Я начал тереться членом о ее мокрую киску, она инстинктивно зажала его бедрами, создавая еще большее трение. Я тихо зарычал от удовольствия, чувствуя, как мой орган покрывается ее соками. Я навалился на нее все телом и прижал к грязному окну. Груди расплющило о стекло, соски заныли от его прохлады. Она уперлась руками в стекло, и я почувствовал, как она оттопырили попку.

Взял двумя руками ее за бедра, я, пуская слюни, гоняю мокрый член меж ее бедер. Чувствую головкой ее набухший клитор, горячие половые губки обхватили мой каменный ствол. Я царапаю ногтями ее упругие бедра, глажу ее попку, мне хочется ее укусить.

Терпения иссякло...я раздвигаю ее ножки, провожу головкой по киске, и она меня без проблем впускает в горячее и влажное нутро. Рукой зажимаю ей ротик, и вовремя, она хотела вскрикнуть. Сначала вхожу на половину размера и замираю, понимаю, что почти кончил. Ее киска узкая, мокрая и горячая...она от страха и шока обхватила мой ствол сладкой хваткой. Проходит пара секунд, чувствую ее дыхание из носа на пальцах. Вижу выпученные глаза в отражении стекла...она смотрит на меня. Начинаю медленно двигаться в ней, она стонет мне в руку. Я понимаю, что надолго меня не хватит.

Автобус то и дело трясется, нас бросает из стороны в сторону...я понятия не имею заметил ли нас кто-то или нет, да и мне без разницы. Есть только здесь и сейчас и наши сплетенные тела. Мы оба мокрые от пота и страсти, ее волосы взлохматились, соски трутся о прохладное стекло. Я вижу в отражении, как закатились ее глаза, кусаю ее в нежную, горячую шею и продолжаю медленно трахать.

— Ты невероятная...- шепчу я, не слыша себя от удовольствия, - Я хочу проткнуть тебя насквозь.

Мой немаленький член входит в ее узкую, гладкую киску на всю длину, и я опять собираю все силы, лишь бы не кончить раньше времени. Мы одно целое, два тела ставшие единым. Я нежно и медленно вхожу в нее, чувствуя свои набухшие яйца на ее попке. Она тихо стонет в мою мокрую, от ее слюны, ладонь и подмахивает мне попкой в такт. В исступлении я глажу рукой ее бедра, она практически висит на моем члене, как на вертеле...еще немного и оторвется от земли.

Но этот рай не может длится вечно. Спустя минуту или час (я потерялся во времени) она дернулась пару раз, хныкнула как ребенок и ее пробила мелкая судорога...я понял что она кончила...И как только я почувствовал ее маленький язычок на моей ладошке, которой я закрывал ей рот, я тоже не выдержал. Она так нежно облизывала изнутри мою старческую руку, что я стал кончать. Но за те несколько минут что мы были вместе, я преисполнился к ней какой-то специфической любовью. Я не стал кончать в нее или пачкать ей одежду, как делал с другими жертвами...мне на них было наплевать...Но она.

В последний момент я, с сожалением, вынул член. Головка опять оказалась между ее ножек, покрасневшая и все в ее соках. Я стал бурно кончать и потоки семени полетели на стенку и окно автобуса, заливая все подобно краске. Я дергался в конвульсиях секунды, а казалось часы...сильнее оргазма у меня еще не было. Она смотрела на то, как сперма покрывает стену, как стекает густыми каплями вниз и тяжело дышала. Ее щеки покрывал густой румянец.

Автобус дернулся, она повернулась лицом ко мне, и я впервые посмотрел ей в глаза. Они были цвета весеннего луга, с густыми натуральными ресницами. В уголке правого глаза висела слезинка, я смахнул ее дрожащей рукой. Быстро убрав обмякший член в шорты, я поправил ей юбку и одернул маечку. Соски предательски проступили сквозь ткань.

— Спасибо, - выдавила она еле слышно, потупив взор.

— За что милая? – опешил я.

— За то, что “не испачкали” меня.

Она поправила волосы. Небрежный жест, но в этот момент я понял, что она для меня особенная. Я ничего подобного не испытывал за 55 лет своей жизни. Невысокая, худенькая...восемнадцатилетняя девчонка.

Автобус дернулся и остановился.

— Моя остановка, - тихо сказала она и с частью толпы выскочила.

Я остался один, облокотился в чистом углу к стене. Вот так вот. Хотел позабавиться в очередной раз, а тут такое...Я ведь даже не спросил, как ее зовут.

Душный автобус тронулся, наше с ней место заняли две какие-то бабки.

— Господи, в чем тут окно? – ворчала одна из них, - Обхаркали что ли, свиньи?

Остаток пути я ехал физически удовлетворённый, но пустой в душе.