ЗАЛОГ.СТО ТЫСЯЧ ДО ИНЦЕСТА 3 ЧАСТЬ

Автор: TvoyaMesti

Дата: 6 августа 2026

Шрифт:

ГЛАВА 7 — Приход парня

Суббота. Сергей должен был приехать в шесть. Катя начала готовиться к его визиту с утра — прибралась на кухне, загрузила посудомойку, даже протерла пыль там куда никто никогда не заходил. Илья наблюдал за этим с порога своей комнаты, опершись плечом о косяк, с чашкой остывшего кофе в руке.

— Ты чего суетишься? — спросил он. — Жених приезжает?

— Не твоё дело.

— Моё. Я тут живу.

— Вот и живи. В своей комнате.

Он усмехнулся, но ничего не сказал. Ушел обратно к компу.

В пять Катя закрылась в ванной. Стояла под горячими струями, смывала с себя день, напряжение, мысли. Мыла грудь особенно тщательно — гель с ароматом кокоса, мягкая мочалка, круговые движения. Соски затвердели от горячей воды — или от того, о чем она старалась не думать.

Она вытерлась полотенцем, встала перед мутным зеркалом. Смотрела на свое отражение — мокрые волосы разметались по плечам, капли стекают по ложбинке между груди, кожа после душа розовая, горячая.

Надо одеться. Сергей скоро придет.

Она натянула трусы — обычные, хлопковые, бежевые. Потом сняла их. Надела черные, кружевные — те, что купила на распродаже в «Инканто» и ни разу не носила. Покрутилась перед зеркалом. Трусы сидели идеально — высокая талия, полупрозрачные вставки по бокам, сзади почти ничего не скрывали.

Сверху — халат. Тот самый, лавандовый, махровый. Запахнула, затянула пояс тугим узлом. Посмотрела на себя еще раз.

— Кать, — раздалось из-за двери. — Ты там утонула?

— Иду.

Она открыла дверь. Илья стоял в коридоре, он был в джинсах и в своей растянутой футболке, с телефоном в руке.

— Сергей звонил, — сказал он. — Говорит, уже подъезжает.

— Поняла.

— Ты так и будешь в халате?

— А что такое?

— Ничего. Тебе виднее.

Он прошел мимо нее в зал, плюхнулся на диван, открыл ноутбук. Делал вид, что работает. Катя прошла на кухню, включила чайник. Достала чашки, заварку, печенье в вазочке. Руки дрожали. Она не боялась, что Сергей что-то заподозрит. Она боялась, что ничего не заподозрит.

Звонок в дверь прозвучал ровно в шесть. Катя глубоко вздохнула, поправила халат — еще раз затянула пояс, проверила, плотно ли запахнуты полы — и пошла открывать. Сергей стоял на пороге с букетом тюльпанов — желтых, ранних, уже раскрывшихся. Щеки разрумянились с мороза, шапка сбилась набок, куртка расстегнута.

— Зайка, привет! — Он шагнул внутрь, обнял ее, чмокнул в макушку. — Ты какая-то..А ты чего..Вроде продрогла вся? Чего в халате?

— Да.я....И прохладно у нас, — сказала Катя, забирая цветы. — Проходи.

Сергей прошел в прихожую, скинул куртку, разулся. Увидел Илью в зале.

— О, Илюха, здорово! — крикнул он. — Как дела?

— Нормально, — ответил Илья, не отрываясь от экрана.

— Работаешь?

— Ага.

— Ну работай, работай. Мы с Катей посидим, не будем мешать.

Катя заварила чай. Достала печенье, конфеты, нарезала сыр. Суетилась, как наседка — лишь бы не стоять на месте и не смотреть в сторону зала.

Сергей сел на диван, похлопал ладонью по месту рядом.

— Иди сюда, зайка.

Она села. Максимально близко к краю. Халат натянулся на коленях, полы разъехались — она быстро запахнула их.

— Тебе все еще холодно что-ли? — Сергей обнял ее за плечи, притянул к себе. — Да я замерзла вся.

— Да вроде нормально тут.

Он поцеловал ее в висок. Потом в щеку и попытался в губы. Катя повернула голову и уткнулась носом в его плечо.

— Что с тобой? — спросил он.

— Устала?

— Ага. Неделя тяжёлая.

— Бедная моя.

Он гладил ее по волосам, плечу, спине — широкой ладонью, успокаивающе. Халат под его рукой сполз, оголил ключицу. Сергей поправил ткань, запахнул обратно.

— Замерзнешь, — сказал он.

Катя смотрела поверх его плеча. В зал на Илью.

Илья сидел вполоборота к дивану, положив локти на подлокотники. Ноутбук был открыт, экран светился, но он не смотрел в него. Он смотрел на нее.

В его глазах — тень улыбки. Она замерла. Его взгляд скользнул вниз — по ее лицу, шее, ключице, груди. Остановился там, где ткань халата расходилась, открывая ложбинку. Он смотрел. Медленно, откровенно, как будто Сергея не существовало.

Катя чувствовала, как под его взглядом тяжелеет грудь. Как соски набухают, трутся о махровую ткань. Как между ног становится влажно — кружево трусов промокает насквозь.

— Кать, — голос Сергея пробился сквозь туман. — Ты чего реально замерла?

— Нет, ничего, — выдохнула она. — Задумалась.

— О чем?

— О… о платье. Хочу на Вайлдбериз заказать, все руки не дойдут.

— О, платье — это хорошо. Покажешь потом?

— Ага.

Она смотрела на Илью. Он улыбался — едва заметно, одними уголками губ. Его взгляд спустился ниже — на ее ноги, на край халата, приоткрывающий голые колени.

«Он знает, — подумала Катя. — Он все знает. Знает, что у меня под халатом ничего нет. Он наверно уже думает...знает, что я и там уже....мокрая. Знает, что я хочу, чтобы он на меня....смотрел».

От этой мысли по позвоночнику пробежала дрожь.

— Ты точно не заболела? — Сергей потрогал ее лоб. —Хотя вроде не горячая.

— Ну я да.., — сказала она. — Просто чай горячий выпила.

— Точно все нормально? - Ну смотри.

Он обнял ее крепче, уткнулся носом в макушку. Катя смотрела поверх его плеча на брата — и чувствовала, как пульсирует клитор в такт сердцебиению.

Илья медленно провел языком по нижней губе. Она сжала бёдра.

Сергей ушел через час. Поцеловал в щеку, обещая позвонить вечером, просил не мерзнуть. Катя кивала, улыбалась, махала рукой в приоткрытую дверь. Когда замок щелкнул, она прислонилась спиной к двери и закрыла глаза. Тишина. Только гул процессора из зала. Она открыла глаза. Илья стоял в дверном проеме. Смотрел на нее.

— Ушел? — спросил он.

— Ушел.

— А ты че стоишь.

— Хочу и стою.

— Иди сюда.

Она пошла за ним.

Не в зал, а в его комнату. Он пропустил ее вперед, закрыл дверь. Она стояла посередине комнаты, на том же месте, где всегда. Руки висели вдоль тела. Пальцы дрожали.

— Ну? — спросил он.

— Что?

— Что ты хотела сказать?

Она смотрела на него. На его серые глаза, темные от расширенных зрачков. На кадык, дергающийся, когда он сглатывал. На пальцы, сжимающие край футболки.

— Я там кое-что присмотрела, — сказала она. — На Вайлдберриз.

— Что?

— Белье. И платье. Тысячи на четыре.

— Хорошо.

— Но деньги… — Она запнулась. — У меня сейчас нет.

— Ну я дам.Но....

— А, что надо взамен?

Тишина. Только их дыхание.

— Чего ты сама сможешь...? — чуть шепотом спросил он.

Она медленно развязала пояс халата. Полы распахнулись — она даже не придерживала их.

— Я...смотрела...Хочешь...Ну...Короче....Трахни мои сиськи — сказала она.

У него перехватило дыхание.

— Что?

— Трахни сиськи. Взамен на белье и платье. Ты же этого хочешь, да? Смотреть на них, трогать. А хочешь ну давай трахни их.Это же не измена...И не, ну ты понял..... Я видела, ты смотрел такое порно.

Он смотрел на нее. На ее полную грудь уже набухшими сосками. На кружево трусов, просвечивающее сквозь распахнутые полы.

— Ты серьезно? — хрипло.

— А ты нет?

Вместо ответа он шагнул к ней. Его пальцы — длинные, худые, с холодными кончиками — легли ей на плечи. Скользнули вниз по ключицам. Остановились у основания груди.

— Можно?

— Я же сказала — ласкай и делай что хотел бы из своего того видео.

Он крепко обхватил её грудь, почти обе сразу, приподнял их ладонями и почувствовал, как они тяжелеют в его руках. Они были тёплыми и очень приятными на ощупь. Соски, твёрдые, как маленькие виноградины, слегка укололи его пальцы.

— Блять, — выдохнул он. — Какая же ты…

— Какая?

Вместо ответа он склонился и захватил сосок губами. Она издала громкий, искренний стон. Его язык скользил вокруг затвердевшей бусинки, лаская и поглаживая её. Его пальцы нежно, но уверенно массировали вторую грудь, задавая размеренный ритм.

— Еще, — прошептала она. — Не останавливайся.

Он не останавливался.

Он целовал ее грудь долго, смакуя каждый сантиметр. Водил языком по нижней полуокружности, покусывал чувствительную кожу у основания, втягивал соски по очереди, доводя их до влажного, пульсирующего состояния.

Катя запрокинула голову, вцепилась пальцами в его волосы. В голове было пусто, был только жар, только влажный рот на ее груди, только его руки, сжимающие, мнущие, не отпускающие.

— Хватит, — выдохнула она. — Давай уже.

Он выпрямился. Посмотрел на нее — на ее раскрасневшееся лицо, припухшие губы, грудь, покрытую его слюной.

— Ложись, — сказал он.

Она легла на кровать. Он встал над ней на колени, расстегнул джинсы. Член выскочил наружу — блядь, какой большой член, он уже был у него пиздец как возбужден, а еще у него при свете монитора компьютера его набухшая головка члена казалась прям багровой. Она видела член только у Сергея, он был меньше, аккуратнее. Этот выглядел почти пугающе.

— Не бойся, — сказал он. — Я аккуратно.

Она не боялась. Она хотела сама этого. Он взял ее грудь в ладони, сдвинул ее вместе — плотно, так что соски почти соприкасались. Приставил головку члена к ложбинке.

— Давай....зажимай, — сказал он. — Сильнее.

Она сжала грудь руками, помогая ему. Член скользнул в образовавшийся тоннель — горячий, влажный, пульсирующий.

— Ох, бля… — выдохнул он.

Он начал двигаться. Медленно сначала — входил в ложбинку между груди, выходил почти полностью. Его член скользил по ее коже, оставляя влажный след. Головка каждый раз показывалась сверху, почти касаясь ее подбородка.

Катя не могла оторвать глаз от происходящего. Его член, внушительный, с набухшими венами и влажный от смазки, ритмично двигался между ее грудей, словно поршень. Она ощущала, как ее соски касаются его поверхности, а кожа нагревается от этого трения.

— Быстрее, — попросила она. — Давай быстрее.

Он ускорился. Движения стали резче, глубже. Член входил в ложбинку до самого основания, головка показывалась у ее губ. Она приоткрыла рот — и когда в очередной раз головка вынырнула сверху, она сама непроизвольно лизнула ее. Она сделала это сама по инерции…

Он застонал сквозь зубы.

— Еще, — хрипло. — Ещееее еще.

Она медленно провела языком по головке, описывая круг. Слизнула с неё каплю смазки. Вкус показался ей солоноватым, острым, чужеродным.

— Глубже, — попросил он. — Возьми его в рот.

Она подняла голову и взяла его член в рот, продолжая держать грудь в своих руках. Он продолжал двигаться, его член скользил по её губам и вновь погружался в ложбинку между её грудей.

Это было грязно, неправильно. Это было самым возбуждающим, что она испытывала в жизни.

— Я сейчас, — выдохнул он. — Бля, Катя, я сейчас…

Она сжала грудь сильнее, ускорила движения руками. Он задвигался быстрее, почти неистово — и вдруг замер, выгнувшись дугой. Сперма ударила толчками — горячая, густая, белая. Первая струя попала ей на подбородок, вторая — на грудь, третья — в раскрытый рот.

Она сглотнула. Не задумываясь. Просто сделала это. Он рухнул рядом с ней, тяжело дыша. Лежал, запрокинув голову, и смотрел в потолок. Она лежала рядом. Сперма медленно стекала по ее груди на живот, впитывалась в кружево трусов.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально.

— Не жалеешь?

Она повернула голову, посмотрела на него.

— А должна?

Он не ответил.

— Белье, — сказала она. — И платье. Тысячи на четыре.

— Я перевел уже.

— Когда?

— Пока ты с Сергеем чай пила.

Она усмехнулась.

— Заранее, значит.

— Заранее.

Она встала с кровати, запахнула халат. Подошла к двери, остановилась.

— Илья.

— Что?

— У меня еще корзина на ВБ. Там лифчик есть, красивый. Красный, кружевной.

— Сколько?

— Две с половиной.

— Переведу.

Она улыбнулась.

— Спасибо.

— Не за что.

Она вышла в коридор и, прислонившись спиной к стене, закрыла глаза. На груди, стягивая кожу, засыхала сперма, издавая острый, чуждый запах. Она провела пальцем по животу, собрала остатки и поднесла к губам. Вкус его спермы не был ей противен...Хотя родной брат...Он быть чуть солененьким и горьковатым, словно вкус....Ой блин...ее парень...Да это был вкус предательства. Лизнув палец, она почувствовала странное удовлетворение.

ГЛАВА 8 — Просьба

Она пришла к нему уже в понедельник вечером. Без стука, халата — в короткой шелковой майке на тонких бретельках, которую носила дома, и трусах-шортах. Волосы собраны в небрежный пучок на затылке, несколько прядей выбились, падают на лицо. Под глазами — тени. Она не спала двое суток.

Илья сидел за компом, как всегда. Обернулся на звук шагов, замер.

— Надо поговорить, — сказала она.

— Говори.

— У меня это... Мне нужно пятнадцать тысяч.

Он откинулся в кресле, сцепил пальцы на затылке. Смотрел на неё снизу вверх, щурился от света монитора.

— Зачем?

— Учёба. Восемь с половиной. Плюс абонемент в спортзал — три с половиной, мне к лету надо форму подтянуть. И кератин для волос — две с половиной. У меня волосы как мочалка стали, смотреть страшно.

— Не страшно.

— Тебе не страшно. Мне — страшно.

Он молчал. Думал. Она стояла перед ним, переминаясь с ноги на ногу, теребила край майки.

— Пятнадцать — это много, — сказал он наконец.

— Да...Я знаю, но...если. .ну мы...также....

— Это как ? — По пять за показ — три сеанса. Всего три раза раздеться?

— Что? А да, так? Я это согласна.

— Нет..после того...И я не про то.

Она замерла.

— А про что?

Он встал с кресла. Подошёл к ней — близко, слишком близко. Она не отступила.

— Условия меняются, — сказал он. — Пять тысяч — за один подход с моим членом к твоим.... Но не за показ.

— А за что?

Он посмотрел на её грудь. Майка на ней была прям оч сильно тонкая, почти прозрачная, под ней угадываются очертания сосков — они явно уже набухли, хотя он ещё не прикасался.

— Я хочу снова потрахать твои сиськи, — сказал он.

— Не потрогать руками трогать, не ртом. Снова...между ними моим членом. Пока не скажу, что хватит. Пять тысяч — за один раз.

Она сглотнула. В горле пересохло.

— Блин...ну ты чего....Ты же брат...В тот раз...мы...Я была же....

—Блин, блин.Ладно. Точно только сиськи?

— Только сиськи.

— Ничего больше?

— Ничего. Если сама не попросишь.

— Нет.Я не попрошу.

— Посмотрим.

Она смотрела на него пять секунд.

— Хорошо, — сказала она.

Он не стал ждать. Его пальцы легли на бретельки майки — тонкие, шёлковые, едва держащие тяжесть груди. Он потянул их вниз, ткань сползла по плечам, зацепилась за соски, оголила грудь — сначала правую, потом левую. Она стояла, не дыша.

Его пальцы коснулись нижней полуокружности правой груди. Провели по коже, оставляя дорожку мурашек. Подхватили тяжесть, взвесили на ладони.

— Ты даже не дышишь как будто, — сказал он.

— Я...я...я.Не могу.

— Расслабься.

— Не могу.

Он сжал грудь сильнее его пальцы впились в мягкую плоть, оставляя белые следы. Большой палец провёл по соску. Он отреагировал мгновенно — набух, затвердел, выпрямился, как натянутая струна.

— Красивые, — сказал он. — У тебя очень красивые сиськи.

Она молчала. Смотрела, как его пальцы мнут её грудь, как соски твердеют под его прикосновениями, как кожа покрывается мурашками.

— Ложись, — сказал он.

Она легла на кровать, вытянувшись на спине, руки вдоль тела. Её грудь, такая вся мясистая и полная, раскинулась в стороны, а соски смотрели в потолок. Он встал над ней на колени. Расстегнув джинсы, глядя на неё, на ее ротик... на ее сиськи... он быстро снял трусы, в которых уже с трудом удерживался его возбуждённый член. Он, конечно же, подготовился — выбрил всё в области паха, чтобы его мужское достоинство было особенно заметным. Он явно в размере члена выигрывал конкуренцию у ее парня... Она пыталась на это всё не смотреть... Но ее взгляд так и падал на его член, а губки непроизвольно то и дело облизывались ее язычком.

— Давай, зажимай, — сказал он.

Она взяла грудь в ладони, сдвинула ее вместе. Плотно, почти до боли. Соски соприкоснулись.

Он приставил головку к ложбинке.

— Смотри на меня, — сказал он.

Она подняла взгляд и встретилась с его глазами. Его член все дальше погружался. Его член соскользнул уже глубже к ней между её грудей, весь такой горячий, влажный и пульсирующий. Она ощущала каждый миллиметр его твёрдого члена, каждую вену и биение пульса.

— Ох, чёрт… — выдохнул он.

Он начал двигаться. Сначала медленно и постепенно прибавляя ритм, входя в ложбинку до конца, а затем почти полностью выходя и снова входя. Головка его члена каждый раз оказывалась у самого её лица и снова.... почти касаясь подбородка и рядом с ее нежными губками рта.

Она смотрела, как его член снова и снова двигается между её грудей. Как вся кожа блестит от смазки, вены вздуваются на стволе всего члена и головка набухает и как будто темнеет с каждым толчком.

— Мне скоро мой....

—Давай быстрее, — прошептала она. — Давай. ...

Он ускорился.

Движения стали резче, глубже. Член входил в ложбинку с влажным, хлюпающим звуком. Головка выныривала сверху, касалась её губ. Она приоткрыла рот и лизнула её.

Он застонал сквозь зубы.

— Ещё, — хрипло. — Лизни ещё.

Она облизала головку — медленно, по кругу. Слизнула каплю смазки, провела языком по уздечке. Вкус — солоноватый, острый, и такой чужой и одновременно родной для неё. Но уже знакомый.

— Глубже, — попросил он. — Давай....открой....Возьми уже. ..в свой ротик.Сестренка

Она снова подчинилась...Как в трансе..приподняла свою голову и очень медленно открыла ротик и взяла его член в рот. Ритм сбился. Он дышал тяжело, с хрипом. Пальцы впились ей в плечи, оставляя синяки.

— Я сейчас….Катя — выдохнул он.

Она сжала грудь сильнее, ускорила движения руками. Он задвигался быстрее, почти неистово — и вдруг замер, выгнувшись дугой. Сперма из его головки ударила толчками и белые сгустки даже ударили ей в ротик и остались на ее язычке . Он рухнул рядом с ней, тяжело дыша. Лежал, запрокинув голову, и смотрел в потолок. Она лежала рядом.

— Ты как? — спросил он.

— Ммм....Я...я..Нормально.

— Понравилось?