Предупреждение

Все возможные совпадения выдуманы, все персонажи случайны.

В ходе работы над мемуаром не пострадал ни один подрядчик.

Это было на переломе тысячелетий. Двухтысячный и две тысячи первый год... Молодая амбициозная компания развернула строительство по всей стране.

Подрядчики - народ себе на уме: подешевле сделать, побольше получить. Так что построенные объекты надо не просто принимать, а в полной готовности к эксплуатации.

Ясное дело, на приёмочную комиссию оказывали давление. Не всегда силой, нет. А иногда совсем даже наоборот...

Прилетаем в крупный город Южного Урала. Встречают с помпой, как первых лиц если не державного, то уж точно - регионального уровня. У самого трапа усаживают в лексус и комфортабельный микроавтобус. Председатель комиссии и я, его зам - в лексусе. С баром!

Охмурёж начинается немедленно. Зам генерального сходу предлагает поднять за приезд дорогих гостей, и сразу ехать обедать. Председатель плотоядно облизывается, а я ломаю ему кайф:

— Сан Юрич, давай сначала с гендиректором встретимся. Если сейчас накатим, нас всерьёз уже не примут.

Надо заметить, подрядчиками у нас - наши же «дочки»! Это сильно добавляет пикантности ситуации. Юрич с постной физиономией выносит вердикт:

— Андрей Викторович, надо ж генеральному визит вежливости нанести, ознакомить с планом работы. За приезд успеем выпить. Позже.

Андрей Викторович, с сожалением упомянув про многолетнюю выдержку курвуазье, велит водителю ехать в офис.

Недолгий разговор с генеральным. Да-а, он уверен, что комиссия объективно подойдёт к ситуации. Конечно, есть недоделки, но это пустяки. Не стоят бумаги, на которой их можно упоминать. Сославшись на занятость, гендиректор отдаёт нам в «рабство» Андрея Викторовича и всех присных. Ну, не совсем в рабство, но в полное распоряжение. Отказать генеральному в принятии «писярика» за приезд и успешную сдачу-приёмку выше наших сил. Остограммились.

Благословлённые таким образом, едем заселяться в гостиницу. Свобода местных нравов сразу бросается в глаза. Во всей красе. На нас скрестились взгляды пяти или шести девушек, мирно попивающих кофе в баре напротив стойки администратора. Весьма заинтересованные взгляды, надо признать. И девушки одеты не только легкомысленно, но и легко, несмотря на позднюю осень.

Не успел я открыть дверь в номер, зазвонил телефон.

— Здравствуйте, - зажурчал до невозможности интимный женский голос, - не желаете ли отдохнуть с девочками? Мы подводим на выбор...

— Знаете, я ещё не устал. Сейчас же ухожу уставать.

— Ну, вы всё-таки не сильно уставайте! – хихикнула собеседница. – До вечера!

Возвращаемся в офис. Там уже кипит работа с документацией.

Юрич, как председатель, вальяжно общается с замом генерального на высокие, но отвлечённые темы, я, как зам председателя, занимаюсь делом. Организацией приёмки то есть. Дело председателя – поставить свою высокую подпись, моё – получить от подрядчика работоспособные узлы.

— Андрей Викторович, едем смотреть объекты. Два ближайших узла вполне успеем до восьми проверить. Завтра с утра продолжим. Ещё шесть узлов, потом акт готовить.

— Дмитрий Олегович, в шесть мероприятие, не успеем. Сауна уже остужена, водка вызвана, девочки греются.

— Андрей Викторович, сами же время тянете. Объекты готовы? Готовы. Пробежимся, может, и замечаний не будет. До шести и обернёмся. А если нет, пусть без нас начинают, мы по любому не опоздаем.

— Можем опоздать!

— Не... Начальство не опаздывает! Классика!

Юрич и зам генерального кисло улыбаются.

— Олегыч, ты поезжай с ребятами, а я тут...

Что «он тут», Юрич не уточнил. Я собрал ребят и сказал, что по завершении работы можно предаться неге согласно расписанию. Но если кто завтра поутру окажется в неработоспособном состоянии, в следующую командировку поедет от другой компании.

— Сорокин, бери ноутбук и фотоаппарат, едешь с нами вместо Шумелова, - завершил я совещание. Большой любитель халявного питья, Сорокин с убитым видом потянулся на выход.

...К месту культурного отдыха мы прибыли около восьми, встреченные нечленораздельными, но явно одобрительными возгласами. В том числе и женскими.

Четверо ещё сидели за столом, по которому пронеслась конница Мамая, повалив бутылки и стаканы, раскатав по скатерти уцелевшие помидоры и растоптав в тарелках холодные и горячие закуски. Окурков накидали... Нет, не Мамай прошёл, тогда ещё не курили... Батька Махно! Остальные, оглашая помещение пещерными воплями, гонялись за голыми девицами в столь же голом виде, звучно шлёпая гениталиями по бёдрам, и плескались в бассейне.

Юрич в простыне, аки патриций в тоге, возлежал на диванчике, покуривая сигару и поглаживая сочные перси льнущей к нему гетеры местного разлива.

— Олегыч, ну ты, бля, ваще! Чего из людей душу вынимаешь? Генеральный звонил, говорит, ты недоделок нарыл сверх всякой меры! Уймись, раздевайся и приступай к отдыху.

Зазывно виляя тугой попкой, подошла рыжая вакханочка и принялась расстёгивать на мне рубашку.

— Уйди, грешница... Я сам. Андрей Викторыч, где раздеться?

— Дима, давай по соточке за успешную комиссию! – Сан Юрич показал глазами на бутылку курвуазье и пузатые фужеры на столике рядом.

— Не, Юрич, я сначала в парную. Не обессудь. После соточки париться тяжеловато.

Попарился я, надо сказать, хорошо. И курвуазье с коллегами накатил. Но участвовать в вакханалии отказался, хотя девицы и были штучные, как на подбор. Не смог пересилить чувство брезгливости к этой... «осетринке второй свежести».

— Андрей Викторыч, дай машину, поеду баиньки.

Зам помялся, почесал в затылке, и сказал:

— Микроавтобус не дам. Он здесь нужен. Начальник административного отдела отвезёт. На своей машине. Сейчас позвоню.

Через полчаса я вышел из вертепа. У входа стояла белая тойота, в ней курила миловидная женщина. Других машин не наблюдалось, кроме микроавтобуса нашего подрядчика. Стою, жду, когда подъедет обещанный замом товарищ. Дама в тойоте спросила в отрытое окошко:

— Дмитрий Олегович? Добрый вечер, я Валерия, начальник административного отдела.

Тронулись. Непривычно и не очень по себе ехать пассажиром на левом переднем кресле. Стиль вождения Валерии заставлял то и дело сучить ногами в поисках тормоза и сцепления. Рулила она рискованно, но очень уверенно.

Удержаться от комплиментов было выше моих сил: Валерия оказалась хороша не только водительским мастерством. Не теряя контроля над тойотой, мелодичным голосом вела светскую беседу ни о чём. Вела так увлекательно, что, когда, остановившись, выключила двигатель, я не сразу понял - гостиница моя совсем не рядом. Но сразу понял, что сейчас поддамся на все её провокации.

— Это квартира для дорогих гостей, - пояснила Валерия, пропустив меня в уютное гнёздышко и захлопнув за нами дверь. Взглянула зелёными глазами. – Помогите мне раздеться...

Что ни говори, а всякой стойкости есть предел. К тому же виденные в сауне местные нимфы о’натюрель уже запустили процесс возбуждения, до поры до времени подавляемый волей. Воля окончательно иссякла рядом с Валерией... Короче, я помог ей снять не только пальто...

В девять утра мы плавно подкатили к офису.

Утро ознаменовалось маловысокохудожественным явлением Серёги Шумелова в состоянии, близком к коматозному. Да ещё с опозданием почти на час.

— Доброе утро... - прокаркал Шумелов, падая на стул. Из-под пиджака торчат полы рубашки, галстук повязан на голой шее под расстёгнутым, белым когда-то воротником.

— Ты где зависал, Сергей? На 6лядках? – накинулся на него Юрич. – Тебя битый час ждут. По узлам ехать!

— Кому доброе, а кому утро стрелецкой казни, Серёга! – влез я. – Ты не едешь... Об остальном будешь говорить со своим начальником управления. Дома.

Скажу в заключение, что на перечень недоделок и несоответствий, попавших в акт, исключительное гостеприимство подрядчика не повлияло. Правда, повлияло на срок их устранения. Посовещавшись с Юричем, мы добавили им недельку.