Лена Светлова в пуховике и джинсах пришла на рынок. Уже была весна и многие парочки на скамейках весело смеялись и ходили под ручку. Лена грустно опустила глаза и прошла мимо. Она только недавно оклемалась после очередной съёмки (порки). И до сих пор чувствовала боль и щипание на попе и ляжках и не могла сесть. Недовольно щурясь от яркого солнечного света она свернула от ворот направо. Здесь на столах были разложены DVD диски. Лена сразу увидела себя, на лавке, привязанную, голую и выпоротую. Эта была та самая, знакомая обложка. Но дисков с ней и с Таней было много, не меньше десятка только на прилавке. Она сама не заметила, как остановилась.

— Девушка, вас что-нибудь конкретное интересует? - спросил с усмешкой молодой продавец, которого она не сразу заметила. Парень даже не подозревал, как близок он был к истине.

— А? Нет, ничего... - Лена прошла в сторону, где лежали боевики и мелодрамы.

Сзади послышался смех. К столу подошли парни моложе неё, возможно даже старшеклассники. Лена не решалась на них взглянуть. И не решалась уйти сразу. Она только стояла у стола и скользила взглядом. Некоторые диски лежали внахлёст и были видны только её и Танина выпоротые задницы. Глядя на это, она чувствовала боль под джинсами и трусами. И слышала смех парней, для которых это было развлечением и удовольствием.

— О, что тут у нас, порнушка, порнушка? - послышался весёлый девичий голос. Лена подняла глаза. К парням подошла рыжая девчонка с чёрной помадой на губах. Она явно старалась выглядеть циничной и прожжённой блядью перед ними. Парни замолчали и сказали "Ладно". Рыжая девушка засмеялась: "Не, чё, давайте поглядим". Её интерес к "порнушке" явно был нарочитым. Ей хотелось показать, что она всё в этой жизни видела и ничего не стесняется.

Когда Лена училась в школе, она смотрела на таких девочек свысока и считала, что они сами себя обкрадывают. Не понимают счастья романтической жизни и чистоты юности. Но теперь эта незнакомка показалась ей очаровательной в своей невинности, как героиня классического романа перед первым балом. Для неё это восклицание про порнушку, как и чёрные губы, было забавной игрой, добровольным и весёлым побегом из надоевшего детства. Она могла обнимать плюшевых мишек и выбирать платьица. А может и делала до сих пор что-то такое иногда. Но ей нравилось нарушать границы, показывать, что современная девушка может быть грязной перед парнями и ей за это ничего не будет. И она, эта незнакомка, предавалась словесному бесстыдству с удовольствием. Лена услышала, как она сказала "а потом ебаться, о! о!" и опять засмеялась. Вероятно, грязные словечки на людях возбуждали её почти также, как и сам секс.

Лену никогда так не раздражал цинизм юных школьниц. Она понимала, что уже никогда не сможет стать такой же чистой и наивной, как эта юная нахалка. Она развернулась и увидела, как рыжая стоит между парнями, явно довольная своими выходками. Хотя был ещё холод, но она расстегнула куртку, под которой был чёрный топик и проколотый пупок.

Лена пошла быстрее и услышала её смех "блядь, от нас уже люди шарахаются". Сука, Лена же просто уходит, обычным вроде шагом, чего эта зелень ещё тут про неё комментирует... Светлова поговорила бы с ней по хорошему, но рядом стояли парни. Лена знала, что ничего с ними не сделает физически, да и морально сникнет от их окрика. К тому же они, на минуточку, стояли перед столом, где было с десяток её изображений с выпоротой попой... Смех девицы ещё раздавался в её ушах. "Отправить бы тебя к Георгию...." мстительно подумала Лена. Её снова одолел знакомый синдром и захотелось оказаться с Георгием на его стороне, как ассистент и получить от него похвалу.

Она вспомнила своё лицо на диске. "Блин, хотела же чёрные очки купить...- ей не хотелось возвращаться на рынок - Плевать, что теперь в них везде ходить что ли?" Но она понимала, что всё равно купит их когда-нибудь. Купит и будет носить. Также, как и Таня Зубова. Везде. Из страха быть узнанными.

Лена Светлова пришла в институт. Кожа на попе после очередной порки несмотря на обильное смазывание так до сих пор и не зажила. Сесть не получилось. Она передохнула, опёршись на стену и поднялась по лестнице. Было тихо и коридор заливало раннее весеннее солнце. Но Лена, не имея возможности как обычные девушки радоваться солнцу, в последнее время предпочитала пасмурную погоду, содействующую спокойствию и умиротворению. На втором этаже она увидела свою группу. Парни и девчонки стояли у окна и смеялись. Подойти к ним, что ли? Лена решительно двинулась по коридору.

— А расскажи-ка - со смехом говорил кому-то приколист Федя - какое порно ты вчера смотрел?

Девушки тоже слушали и смеялись. Лена замерла. Ну нет, они конечно говорят про порно как таковое, не про то, где они с Таней снимались. А вдруг всё-таки про неё и Таню? Она напряжённо вслушивалась, но уже не могла разобрать ни слова из-за громкого смеха. Она вдруг поняла, что не может стоять и ждать, пока её увидят.

Светлова развернулась и спустилась на первый этаж. Подошла к зеркалу, отдышалась. Как же хотелось посидеть, но садиться пока ещё было больно. Может вернуться к ребятам.... Лена чувствовала себя неловко. Что же теперь, от каждой шутки вздрагивать? Она понимала, что у всех (кроме неё и Тани Зубовой) весеннее настроение и что все будут общаться весело. Девушки нарочно будут вести себя глупо, чтобы вызвать у парней умиление. И только они с Таней будут сидеть (когда их выпоротые попы наконец-то начнут заживать) и думать, не знает ли кто, не расскажет ли кто? В общагу пойти, что ли... Таньку видеть уже не хочется. Ведь это из-за её длинного языка и привычки умничать они и оказались в такой ситуации (Лена Светлова была убеждена в этом и постоянно себя этим накручивала, усугубляя своё и без того тяжёлое эмоциональное состояние и создавая напряжённость в отношениях с подругой). Будут опять вдвоём скучать, как проклятые. А куда ещё идти? Сидеть она всё равно не может. Да и отдохнуть хочется, а где ещё можно полежать.

И Лена пошла в общагу. Опять, похоже, бесполезный день. Таньке то хорошо. Хотя и она после очередной порки тоже сидеть не может, зато ей на какое-то время выдали паспорт и она намылилась к своему парню или, как было модно говорить среди современных девушек, молодому человеку в другой город. Георгий сразу предупредил, что если Таня не вернётся, то Лену будут пороть за двоих. Таня, конечно, обещала вернуться, но кто знает... А вдруг она расскажет обо всём своему молодому человеку и они сбегут вместе или тот попытается отбить у студии свою девушку. И тогда... Лена помотала головой, отгоняя неприятные мысли. Да, если Таня соблазнится представившейся возможностью и сбежит вместе со своим молодым человеком либо тот отобьёт её у их нынешних хозяев, то Лене, конечно, не позавидуешь.

Но вот и общага. Таня Зубова, голая, с отупевшим озабоченным взглядом вертится перед зеркалом и рассматривает свою выпоротую попу. Больше она ничем в последнее время не занимается. Лена прошла мимо и стала снимать штаны.

— Не сходят... - озабоченно произнесла Таня, разглядывая свою голую попу, покрытую тёмными, запёкшимися рубцами - может ещё раз намазать?

Лена воздела глаза к лампочке. Похоже, её подруга уже помешалась на этом.

— Это средство мгновенно не действует, надо подождать. - Лена поморщилась от боли, отдирая присохшие к выпоротой попе трусы.

— Да знаю я, а что тогда делать?

— Потерпи, заживёт. Лишних пару дней проживёт твой Коля без своей любимой попы. А если он действительно в тебя влюблён, то будет любить тебя и поротую.

— Мы итак сто лет уже не виделись. С момента, как мы с тобой вляпались. Знаешь, как мужики могут изголодаться по сексу?

— Не знаю, у меня голодных мужиков нет.

— Слушай, а почему ты такая злая? Я же как только вернусь, снова сдам им паспорт, а тебе тогда твой выдадут, тогда и ты сможешь уехать на время.

— Ага... - Лена вдруг подумала, что пока пройдёт "отпуск Зубовой" хозяева могут и передумать - сама сияет от радости, что уезжает, а меня упрекает в чем-то.

— Ну что мне теперь, не ехать?! У нас же всё пополам должно быть, неправда ли?! Что мне теперь, отдохнуть нельзя?!

— А я что говорю разве? Да отдыхай на здоровье! Что ты орёшь то?!

Зубова отвернулась к зеркалу и ещё какое-то время недовольно разглядывала свою выпоротую попу, а затем и фигуру в целом. При этом она вертела попой, поправляла груди и проводила ладонями по животику, покусывая губу. Наконец она отошла и стала что-то искать.

Светлова тем временем улеглась животом на диван.

— А где мой паспорт? – испуганно воскликнула Таня и начала рыться в комнате. - Нет, я серьёзно?!

— Сама ищи, я только легла!

— Ты не брала?!

— Зачем он мне?! - Лена подняла голову. Неужели Таня думает, что она из зависти (или из страха, что подруга сбежит) готова украсть её паспорт?

— Тогда где он?! - раздражённо спрашивала Таня.

— Да откуда я знаю?! – обиженно отвечала Лена.

Зубова перерыла всю комнату и несколько раз подходила к дивану Лены, будто хотела устроить обыск лично ей. Наконец Светлова не выдержала, встала и нашла Танин паспорт в её же куртке.

— На, вот, сама же положила, чтобы ходить с ним повсюду...

Зубова взяла паспорт и молча отошла куда-то его убирать.

— Хоть бы спасибо сказала....

— Спасибо...

— Не за что, дорога ложка к обеду.

— Слушай, что ты говоришь, как Георгий?!

— А что ты всё Георгий, Георгий... Больше поговорить не о ком?! - снова взорвалась Лена.

— Ну про Николая тебе тоже говорить не нравится - пожала плечами Таня.

— Ну да, мой Коля, мой Коля... Только где он, твой Коля, когда тебя по голому заду стегают и за волосы таскают?! Почему он до сих пор не заступился за тебя?! Почему он до сих пор не вытащил тебя отсюда?!

— На самом деле, он хороший парень, но не сильно мужественный. Я не хочу втягивать его во всё это.

— Ой, ну да, девочка Коля слишком хрупкая для этого. Надеюсь, он чувствует себя надёжно защищенным за твей голой попой, особенно когда та выпорота.

— Слушай, что тебе далась моя голая попа и особенно выпоротая?! – голая Таня вернулась к зеркалу, снова начав разглядывать свою выпоротую попу. - Коля нормальный парень и мне с ним будет легче, когда я к нему приеду. По крайней мере, морально он меня точно поддержит.

Лена промолчала. Ну да, Тане хорошо, спору нет, пусть у неё хоть такой, а всё же есть молодой человек...

— Ты заниматься будешь? - спросила голая Лена, снова ложась животом на кровать.

— Нет, не хочу - Таня продолжала разглядывать свою нагую красоту (омрачённую только поротым задом) в зеркале.

Лена тоже раздумывала, открывать учебники или нет. Дело в том, что в последнее время девушки потеряли интерес к учёбе из-за обиды. Им не нравилось, что Георгий, Гухман, да и все работавшие в студии мужчины постоянно говорили им о том, что они, девушки, могут достичь успехов и вообще, быть правильно воспитанными, только благодаря порке, а также жёсткой мужской руке, предполагающую тотальный контроль, унижение и подчинение, что они потом ещё и спасибо им за это скажут. Поэтому Лена и Таня из упрямства не хотели учиться, а только как капризные красавицы всё наводили красоту, насколько это было возможно в их положении.

Только была проблема. Среди требований со стороны воспитывающих их мужчин, была и отличная успеваемость. Не только за двойки, но и за тройки полагалось наказание, заключавшееся не только в дополнительных ударах по голой попе розгой или скакалкой на съёмках (либо сразу по их завершении, то есть, что называется, “за кадром”), но и продление срока их пребывания на воспитании у студии. Скидка делалась только на посещаемость, когда девушки не могли посещать занятия, залечивая выпоротые попы, но потом, они обязаны были всё отработать и отчитаться.

Режиссёр Никита Гухман лично контролировал успеваемость девушек, а также их поведение в институте, запрашивая оценки и характеристики Лены и Тани у преподавателей их группы и декана факультета, с которыми он был знаком лично и которые, конечно же, даже не догадывались для чего ему нужны эти данные, чем он вообще занимается и в каком положении находятся девушки. Поэтому, как бы горько, обидно и тяжело им не было, девушкам приходилось превозмогать и лень, и боль, и обиду и стараться хорошо учиться и прилежно вести себя.

И, как уже неоднократно отмечалось, “воспитание” Лены Светловой и Тани Зубовой со стороны студии носило комплексный характер и не заканчивалось с завершением съёмок очередного сюжета. Всё то обращение, что демонстрировалось на камеру, продолжалось и в их повседневной жизни. Это обстоятельство в корне отличало их положение от положения других девушек студии, тех же Яны Дубининой, Ксюши Довлатовой, Лены Бондаренко, Дины Зориной и других, для которых, весь этот кошмар заканчивался с командой режиссёра "Стоп! Снято!".

Зубова продолжала стоять голая у зеркала и раздражаться и расстраиваться из-за вида своей выпоротой попы. И только это раздражение помогало ей скрыть внутреннюю радость. Ведь Таня с таким нетерпением ждала поездки и встречи со своим молодым человеком.

На самом деле, Таня никогда не собиралась полагаться на своего молодого человека в трудные моменты. Она была серьёзная, уверенная в себе красавица и не хотела зависеть ни от одного мужчины. С Колей она сразу обозначила, кто лидер в их паре. Будучи стильной красавицей, она часто ловила его на неряшливости, небрежности. И делала ему замечания, иногда обидные и при всех. Рохлей её парень не был, скорее напоминал веселого раздолбая. Он даже был, и это ей нравилось, душа компании. Если он говорил, то часто задвигал какие-то идеи веселым уверенным тоном. Но в её присутствии он легко уходил на второй план.

Зная свои недостатки, Николай боготворил Татьяну и на её публичные замечания в свой адрес хотя и обижался, но вида не показывал. Молодой человек, по видимому, считал, что ему очень повезло получить доступ к её телу, включая горло для оральной долбёжки и анальное отверстие для проникновения, что позволяла далеко не каждая девушка, с Татьяной же в этом плане проблем не было никаких (непонятно, откуда об этом узнали мужчины студии, но данный факт они считали ещё одним аргументом в пользу того, что Таня Зубова нуждается именно в таком воспитании, какому они её сейчас подвергают). Во многом благодаря этой доступности в сексе, она и держала своего молодого человека на поводке, ей же нравилось, что он подчиняется, а большего Таня от него и не ждала. И даже не искала в нём особых достоинств. И даже любила его недостатки, например излишнюю самоуверенность. Ей нравились моменты, когда можно было его поставить на место. Например, его разговоры о том, чтобы её защищать или содержать она сразу пресекала, как хвастовство. И на его мужество в случае опасности Зубова особенно не рассчитывала. Зато, если она из-за чего-то расстраивалась, Коля сразу же пытался её успокоить, целовал и обнимал. Теперь она вспоминала об этом с теплотой. И думала, как одарит его ласками и конечно же, даже не смотря на запрет Георгия и Гухмана - горячим сексом в те самые отверстия и в тех самых формах, которые так нравились её молодому человеку, а что до запретов, так в доме у Коли камер нет, так что в студии не узнают.

Через день Зубова собралась и с утра впервые после очередной порки смогла натянуть трусы. С неудовольствием оглядела тёмные полосы на коже ягодиц, торчащие из под белой ткани белья. Надела бюстгальтер. Вздохнула и влезла в платье. Вещей она много не брала, только сумку. Лена лежала лицом к стене. Таня ушла не прощаясь. Комнату в общаге она покинула с облегчением. А Лена понимала, что она не хочет ей показывать свое веселье. Но всё равно, было обидно, что подруга ушла не прощаясь. Впрочем, теперь у неё будет Коля, а она осталась одна, никому не нужная. А завести новые отношения скорее всего не получится, да и опасно это, учитывая запрет студии.

А Таня провела день и ночь в поезде и приехала, наконец, в город на юге России. Здесь было тепло и хорошо. Неужели придётся его покинуть? А может решиться и сбежать вместе со своим молодым человеком, пока есть такая возможность? Или попробовать уговорить его как-нибудь отбить её у студии? Она тяжело вздохнула. Лену всё-таки нельзя бросить.

Таня прошла знакомыми улицами и оказалась возле дома своего молодого человека. Позвонила в домофон.

— Привет, это я!

— Привет, заходи! - послышался знакомый голос.

Таня, улыбнулась, она оправила платье, потрогала попу, немного поморщившись от боли, но всё же довольная тем, что её уже можно было трогать и поспешила наверх.

— Ну, здравствуй, любимая - сказал молодой человек, открывая дверь и окидывая её оценивающим взглядом с головы до ног.

— Привет! - Зубова покраснела, прижимаясь к нему щекой - сто лет тебя не видела. Давай скорее обниматься.

— Я тоже. Давай не только обниматься и тоже скорее.

— Придурок! - засмеялась Зубова и подала ему пальто. Но он его не взял. “Наверно о чём-то задумался” – подумала девушка. Таня повесила верхнюю одежду на крючок, сбросила сандали, оставшись босиком и оглядела себя в зеркале.

— Конечно, чего ещё мужикам надо - произнесла она прежним нагловатым тоном. - Как ты хоть жил без меня?

— По разному - Коля достал с полки резиновую скакалку. Зубову, конечно, слегка кольнуло, но она не стала на это обращать внимание. Что с него возьмёшь?

— Ладно, - снисходительно сказала она - я готова угостить тебя вкусненьким. - она поспешно стянула с себя платье, оставшись в бюстгальтере и трусиках и добавила - за хорошее поведение.

— А ты сама хорошо себя вела?

— По разному - усмехнулась Таня и тут же нервно сглотнула - давай потом об этом. Я сейчас к тебе приду.

Парень оглядел её и ушёл в комнату. А Таня ловко и быстро отстегнула бюстгальтер и стянула трусики. "Ну, сейчас ты увидишь на что я способна!" - подумала Зубова, отбрасывая мысли о том, где именно она научилась быстро раздеваться.

Оставшись полностью голой, Таня заглянула в комнату. Ник сидел на диване с расстёгнутыми штанами и поглаживал возбуждённый член.

— Не подглядывай! - сказала она озорным голосом, положив ладонь на попу и подвигав бёдрами. Затем, положив ладони чуть ниже пояса, прошла в комнату, кокетливо двигая тазом и раскачивая свои прекрасные налитые груди.

Теперь она видела не только тот конец дивана, на котором сидел Ник, но и противоположный. А над ним висел постер с ней самой, где она шла голая, выпоротая и зарёванная на заплетающихся ногах, сверкая раскрасневшимся, кровоточащим задом и грязными пятками, а сзади её вёл Георгий, крепко держа за волосы. Фоном служила опустевшая лавка с брошенными под ней верёвками и голые девушки, стоящие на коленях с руками за головой. Зубова вздрогнула. Она бросила взгляд на стол и увидела тот самый DVD диск. Чуть левее, на другой стене висел плакат, на котором было изображено, как она лежит привязанная к скамейке с окровавленной задницей и орущая от боли.

Таня бросила взгляд на своего молодого человека. А тот явно был доволен. Её испуг и смущение доставили ему удовольствие, при этом его член резко встал колом. Таня не знала, что сказать. Она открыла рот, чтобы возмутиться, но слова так и застряли в горле. В конце концов это она во время разлуки снималась в порно. Она сжала пальцы у висков и прошептала: "Только не это, только не это..." Нет, этого не может быть. Парень, который был, можно сказать, у неё под каблуком, теперь видел её позор и возбуждался от её страданий и унижений.

— Да ладно - сказал Ник. На самом деле всё отлично. Я реально горжусь тобой.

Она подняла на него взгляд и вопросительно вскинула брови.

— Я считаю, что ты и твоя подруга, Лена Светлова её кажется зовут, должны стать примером для всех современных девушек. Ты же знаешь, что в наше время все они считают себя королевами. И хотят повелевать парнями за короткий доступ к своим телам. А вы показываете пример покорности, получаете наказание, хотя и не испытываете удовольствия, это, кстати, сразу видно. Так что именно высвоим примером показываете, как надо наказывать девушек, как надо воспитывать девушек и как вообще надо обращаться с девушками – не сговариваясь, выдал он дословно постоянно повторяемую им Гухманом, Георгием, да и всеми мужчинами студии такую ненавистную для неё фразу.

— Ты... Понимаешь, что мы это не сами... Что нас поймали на определённых обстоятельствах... Что нам не оставили выбора... Что сами мы никогда не позволили бы творить с собой такое... И что всё, что ты смотрел на видео, на самом деле не постановка... Всё это проделывают с нами реально!!!

— А я сразу так и понял, но это ведь круто и именно в этом весь смысл. Иногда девушки подают своим парням тапочки и называют их по имени отчеству, но делают это с таким самодовольным видом, что вот мол, какая я хорошая, а меня не ценят. А в вашем случае сразу видно, что это не вы себе такую жизнь устроили. И что вся ваша покорность - результат сурового мужского воспитания.

Таня стояла голая перед своим молодым человеком и слушала его речи, готовая сквозь землю провалиться. И как она раньше не замечала его отношения к девушкам, его истинной сущности.

— Знаешь, когда я смотрел это видео, мне очень хотелось оказаться на месте Георгия. - он сжал руку со скакалкой, сразу же вызвав паническую дрожь у Тани - Но поскольку ты моя девушка, я жду от тебя большего.

Зубова отступила и подняла руки перед собой.

— Погоди... Чего большего? Объясни пожалуйста....

— Теперь, когда ты понимаешь, что такое страх перед мужчиной, я хочу, чтобы у нас были особые отношения. И прописать это в договоре. У нас будет всё не на DVD, а в реале. Ты будешь ходить по квартире голая и с ошейником и прислуживать мне и моим гостям. Получать наказание за провинность и непослушание. Если мы куда то идём вместе, то ошейника и обнажения конечно, не будет. Зачем привлекать лишнее внимание ментов? Но ты демонстративно подчиняешься мне и ни в коем случае не строишь из себя довольную таким положением. Другие девушки будут смеяться, нести чушь, наглеть перед парнями, а ты нет. Пусть все видят, что ты другая и живёшь другой жизнью.

Таня прикрыла грудь руками и стояла, тяжело дыша. Она то бросала на парня взгляд из под ресниц, то опускала обратно.

— Мне очень стыдно за всё то, что творили со мной на съёмках - сказала она - Если ты меня такую примешь и возьмёшь замуж, я буду тебе верной женой, но ты должен помочь мне забыть о пережитом кошмаре и вернуться к нормальной жизни.

— Ну, это общие слова. Это ты собираешься торговаться, чтобы потом соскочить.... Верная, это хорошо, но мне нужна покорная. - Ник подошёл к ней и встал за спиной. Его голос теперь слышался у неё над ухом.

— Я хочу, чтобы ты не забыла сразу же всё, что сумел вбить в тебя Георгий. Кстати, я от него в восторге и хочу познакомиться с ним. Давай-ка пригласим его на нашу свадьбу? Он может быть свидетелем со стороны жены, вместе с твоей подругой. Потому что всяких там мамушек подружек мы всё равно в наши дела вмешивать не будем. А потом мы будем приглашать его в гости, для обмена опытом и для совместного обучения. Всё-таки, именно Георгий сделал тебя нормальной девушкой и ты должна быть благодарна ему за это по гроб жизни.

И тут Таня не выдержала. Она вся дрожала и сжимала кулаки. Наконец она развернулась и влепила своему молодому человеку звонкую пощёчину. Плечи её задрожали. Она окинула взглядом комнату со своими изображениями и поспешно ушла. Собрала одежду в охапку и выбежала голая на лестничную клетку. Здесь она почувствовала резкий холод и остановилась. Потом махнула рукой и вышла из подъезда. Оделась она на улице, прямо перед окнами своего теперь уже бывшего молодого человека, на зло лично ему и всем окружающим. Пусть видят. Всё равно жизнь не мила и спасения ждать неоткуда.

****

Таня Зубова вернулась в комнату в общежитии. Лена Светлова сидела на кровати голая и надутая и посмотрела на неё с интересом. Рассказ подруги вызвал у неё тайную радость. Получалось, что никаких преимуществ у Зубовой перед ней теперь нет. И вообще она, Лена оказалась умнее, потому что ни на что не надеялась.

— Звонил Георгий - неожиданно спокойно сказала она, обнимая плачущую подругу - спрашивал, как здоровье, зажили ли уже наши попы.

— И что ты сказала?

— Сказала, что здоровье не очень и попы ещё не зажили. Он велел приехать на проверку, потому что очередная съёмка уже на носу и режиссёр торопит.

— И ты поедешь?

— А ты?

Лена посмотрела Тане в глаза. Та опустила взгляд. Она прекрасно понимала, чем закончится эта “проверка” и что ей в ближайшее время предстоит очередная порка, которой она ещё может избежать, если прямо сейчас откажется ехать на “проверку”, сославшись на свой отпуск, который формально у неё ещё продолжался. Но также она понимала, что будучи скованными одной цепью, они не могли халтурить и прятаться друг за друга. Только если бы Светлова сама предложила остаться под видом отпуска. Но она не предложила.

— Поеду - мрачно сказала Таня Зубова.

Лена Светлова не стала её отговаривать. После рассказа Тани она улетела мыслями в воображаемый мир, где она с Георгием будет свидетелем во время бракосочетания с девушками, вроде той рыжей нахалки с рынка. Ей снова овладел синдром желания близости с Георгием и его одобрения. Светлова дошла уже до того, что начала считать, что порка может принести пользу жизнерадостным дурочкам. А себя она видела если не женой Георгия, то верной его помощницей. Такие мысли придавали ей уверенность, отчего Зубова, подавленная разговором со своим молодым человеком, легко ей подчинилась и даже не подумала отказаться от поездки к Георгию, воспользовавшись своим правом на отпуск.

Они помолчали.

— Значит, завтра опять будет съёмка и нас снова будут пороть? – обречённо спросила Таня Зубова.

— Опять... съёмка. Снова... будут пороть... - мрачно подтвердила Лена Светлова.