(Эта часть вышла побольше чем две предыдущие. Делить ее на две было бы не справедливо, ведь один акт - должен быть описан в одной главе, приятного чтения!)

Квартира Марка была воплощением минимализма и холодного стиля: темные тона, кожа, металл и идеальный порядок. Здесь не было ничего «домашнего», всё дышало властью и контролем. Я чувствовала себя здесь чужой, почти инородным телом в своей застегнутой на все пуговицы блузке.

— Пройдемте на кухню, - спокойно сказал он, и я заметила, как его взгляд на мгновение задержался на изгибе моей талии, обтянутой строгой юбкой. Это не был взгляд влюбленного, это был взгляд коллекционера, оценивающего ценность объекта.

Мы расположились за массивным столом. Марк с безупречными движениями открыл бутылку шампанского, и звук вылетающей пробки показался мне оглушительным в этой стерильной тишине.

— За знакомство и за то, что наша общая проблема с трубами наконец-то решена, - произнес он, поднимая бокал. Его глаза при этом смотрели не на Алису, которая уже буквально вибрировала от возбуждения, а прямо на меня.

Алиса тут же включилась в игру. Она слегка наклонилась вперед, так что вырез её платья стал опасно глубоким, и коснулась его предплечья кончиками пальцев.

— Марк, ты просто невероятный, - промурлыкала она, заглядывая ему в глаза - Я до сих пор не могу поверить, что ты такой... многогранный. Вика, ты только посмотри на него, он же настоящий идеал.

Я сжала ножку бокала так сильно, что пальцы побелели. Внутри меня всё клокотало. Я видела, как Алиса заигрывает с ним, и вместо того, чтобы почувствовать брезгливость, я ощутила острую, режущую ревность. Я хотела, чтобы эти пальцы касались меня. Я хотела, чтобы этот холодный взгляд сменился жаром, направленным только на меня одну.

И в этот момент я поймала его взгляд. Марк не смотрел на Алису, несмотря на её кокетство. Он внимательно наблюдал за моим лицом, за тем, как я сглатываю, как дрожат мои ресницы. Он считывал мою ревность, как открытую книгу, и в уголках его губ снова появилась та самая хищная улыбка. Он знал, что я думаю о Коле, который сидит всего в десятках метрах отсюда, и именно это знание, казалось, доставляло ему истинное удовольствие.

Шампанское действовало быстро. Голова стала легкой, а границы дозволенного размытыми. Алиса, окончательно потеряв всякое чувство меры, перешла к открытому наступлению. Она придвинулась к Марку вплотную, её рука бесстыдно скользнула по его бедру, сжимая плотную ткань брюк.

— Марк, ты просто сводишь меня с ума, - прошептала она, почти касаясь его губ своими 

— Слушай... Вике, наверное, уже пора домой? Коля ведь наверняка ждет свою идеальную жену, а нам с тобой столько всего нужно... обсудить.

Я вздрогнула, услышав имя мужа. Это было как ледяной душ, но в то же время это только сильнее раздуло пламя внутри. Я посмотрела на руку Алисы на его бедре и почувствовала, как во мне вскипает неконтролируемая ярость. Я хотела оттолкнуть её, закричать, чтобы она убрала свои руки от него.

Марк медленно, но решительно перехватил руку Алисы и аккуратно, но твердо убрал её от себя. Его взгляд в этот момент был направлен исключительно на меня, и в нем читался вызов.

— Я бы предпочел, чтобы обе прекрасные девушки остались в моей компании до самого утра, - произнес он низким, обволакивающим голосом, и его губы снова растянулись в той самой загадочной улыбке - Но, разумеется, Виктория может уйти в любую минуту, если чувствует, что её здесь чего-то не хватает... или если её совесть говорит ей, что пора возвращаться к мужу.

Он сделал паузу, давая мне возможность осознать каждое слово. Он буквально выставил мою верность на витрину, предлагая мне либо сбежать в свою серую жизнь, либо остаться и сгореть в этом огне.

Ничего не ответив и продолжая наблюдать за четными попытками подруги получить хоть каплю внимания, я и не заметила, как бутылка шампанского опустела. Алиса, чьи глаза уже блестели от алкоголя и предвкушения, с энтузиазмом предложила:

 — Давайте посмотрим какой-нибудь фильм! Марк, у тебя же есть огромный экран в спальне? - она бросила на меня многозначительный взгляд, в котором читалось торжество.

Я не хотела идти туда. Мой разум кричал, что это конец, что за дверью спальни меня ждет бездна. Но тело, разогретое вином и запретным желанием, предало меня. Я пошла за ними, чувствуя себя обреченной.

Мы оказались в его спальне. Огромная кровать с темным бельем выглядела как алтарь, на котором мне предстояло принести в жертву свою мораль. Марк устроился посередине, вальяжно откинувшись на подушки. Алиса, не теряя ни секунды, прильнула к нему, буквально втискиваясь в его бок.

Марк медленно, почти лениво, закинул руку ей на плечи, приобнимая её и притягивая к себе. Он не смотрел на экран телевизора. Он смотрел на меня.

Я прилегла с другого края, стараясь оставить между нами как можно больше пространства, но эта дистанция только усиливала мою муку. Я видела, как его пальцы слегка сжимают плечо Алисы, как она довольно жмурится, чувствуя его близость. Я чувствовала, как внутри меня всё сжимается от невыносимой, жгучей зависти. Я хотела, чтобы эта рука была на мне. Я хотела, чтобы он так же властно притянул меня к себе, стирая все границы.

Марк едва заметно улыбнулся, поймав мой взгляд. Он видел всё: и мою дрожь, и моё отчаяние, и то, как я борюсь с желанием просто переползти через него к Алисе, чтобы занять её место. Он наслаждался моей пыткой, превращая этот вечер в изысканный сеанс доминирования над моей волей.

Фильм на экране превратился в невнятный шум. Всё моё внимание было сосредоточено на том, что происходило в нескольких сантиметрах от меня. Алиса, почувствовав мою скованность, решила, что пришло время окончательно закрепить свой успех.

Она начала с того, что медленно, с вызывающим видом, провела ладонью по груди Марка, задирая край его футболки. Я замерла, перестав дышать.

— Марк, ты помнишь, как ты делал это ночью? - прошептала она, нарочито громко, чтобы я слышала каждое слово.

— Твои руки... они такие сильные. Я до сих пор чувствую, как ты меня сжимал.

Она прикусила губу и, глядя мне прямо в глаза с торжествующим блеском, начала медленно спускать руку ниже, к его ремню. Она не просто ласкала его - она демонстрировала мне свою власть над этим мужчиной, выставляя мою «правильность» и мой брак с Колей как нечто ничтожное и скучное.

— Вик, ты чего такая бледная? - с ехидством протянула Алиса, в то время как её пальцы уже начали уверенно исследовать плоть Марка через ткань брюк.

— Тебе не кажется, что в комнате стало слишком жарко? Может, ты всё-таки пойдешь к своему Коленьке, пока он не начал искать свою «святую» жену?

Я почувствовала, как внутри меня что-то с треском лопнуло. Это была не просто ревность - это была первобытная, животная потребность. Видеть, как Алиса касается его, как она забирает всё внимание себе, было невыносимо. Я смотрела на лицо Марка - он оставался спокойным, почти равнодушным, но его взгляд, прикованный к моим расширенным зрачкам, говорил: «Смотри, как ты этого хочешь. Признай это».

 Я молча смотрела на руку Алисы, которая уже почти полностью освободила плоть Марка из плена ткани, и чувствовала, как внизу живота всё скручивается в тугой, болезненный узел. Моё дыхание стало рваным, а перед глазами всё поплыло от смеси стыда и дикого, неконтролируемого возбуждения.

Алиса вдруг замерла и медленно повернула голову ко мне. В её взгляде не было ни капли дружелюбия - только холодное, почти брезгливое превосходство.

— Знаешь что, Вик? - её голос стал резким, лишенным прежнего кокетства.

— Ты сидишь тут с таким лицом, будто ты выше всего этого. Но я же вижу, как ты течешь прямо сейчас. Твои глаза буквально кричат о том, как ты хочешь его. Но ты же «правильная», да? Ты же не можешь предать своего жалкого Коленьку.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить, но слова застряли в горле. Алиса вдруг усмехнулась и добавила, почти приказывая:

— Раз уж ты такая верная жена, что не можешь даже коснуться его... отвернись. Просто отвернись к стене и начни удовлетворять себя. Прямо сейчас. Пока мы с Марком будем заниматься своим делом. Сделай это для своего мужа - останься «чистой» в своих мыслях, но дай своему телу то, чего оно требует.

Я замерла, ошеломленная этой наглостью. Моя лучшая подруга только что предложила мне самое унизительное, что можно вообразить. Я хотела возмутиться, закричать, уйти... но алкоголь и эта удушающая атмосфера власти Марка пригвоздили меня к месту. И где-то в глубине души я поняла: она права. Я действительно хотела этого. Я хотела чувствовать себя грязной, раздавленной и полностью подчиненной этой ситуации.

Я застыла в полном оцепенении, не в силах ни уйти, ни подчиниться Алисе. Мой разум был парализован, а сердце колотилось в горле, когда я почувствовала, как сзади ко мне придвинулось обжигающее тепло.

Внезапно сильная, тяжелая рука Марка легла мне на шею, обхватив её сзади. Я вскрикнула, но звук вышел приглушенным, почти стоном. Его пальцы властно сжали мою кожу, фиксируя меня на месте, а затем его ладонь медленно, с мучительной неспешностью, начала скользить вниз по моей белой блузке.

Я чувствовала, как ткань натягивается, как его рука пробирается под воротник, касаясь моей кожи. Мои глаза расширились от ужаса и восторга. Когда его ладонь достигла моей груди, он не стал церемониться. Он с силой сжал мою плоть, сминая её сквозь тонкую ткань блузки, грубо и требовательно, заставляя меня выгнуться в его руках.

— М-мм... - вырвалось у меня, и я зажмурилась, чувствуя, как остатки моего сопротивления тают.

Я должна была оттолкнуть его. Должна была вскочить и выбежать из этой квартиры, крича о своем отвращении. Но я не сдвинулась с места. Я только сильнее прижалась спиной к его груди, чувствуя, как его рука продолжает бесстыдно мять мою грудь, заставляя соски затвердеть от этого грубого прикосновения. Моя мораль, моя верность Коле, всё, что я считала собой - всё это рассыпалось в прах под давлением одного этого жеста. Я была сломлена, и это приносило мне почти экстазическое облегчение.

 Чувствуя, как рука Марка продолжает грубо мять мою грудь, прижимая меня к себе, мой взгляд переместился на Алису, которая вдруг медленно отстранилась от него. В ее глазах сразу же что то поменялось.. в них больше не было злости, только странное, почти сестринское возбуждение.

— Тише, маленькая... - прошептала Алиса, оказываясь передо мной на коленях.

— Тебе больше не нужно притворяться. Мы поможем тебе сбросить всё это лишнее.

Её пальцы, всё ещё пахнущие шампанским, уверенно легли на верхнюю пуговицу моей блузки. Я вздрогнула, когда она медленно, одну за другой, начала расстегивать пуговицы, обнажая мою кожу. Я смотрела на неё, не в силах пошевелиться, пока блузка сползала с моих плеч, открывая взору Марка и Алисы моё кружевное белье.

— Посмотри на себя, Вик... ты же просто горишь, - прошептала Алиса, и вдруг она подалась вперед, мягко, но властно накрыв мои губы своими. Её язык коротко и дразняще облизал мои губы, оставляя после себя влажный след.

Я всхлипнула, чувствуя, как меня зажимают в тиски: сзади - стальная хватка Марка, спереди - горячее дыхание и провокационные ласки Алисы. Я была полностью обнажена в своих чувствах, развращена и готова на всё. Мой мозг всё ещё пытался вспомнить о Коле, но эти мысли теперь казались далеким, нелепым сном.

 Когда блузка окончательно сползла с моих плеч, обнажая дрожащую кожу, Марк больше не стал сдерживаться. Он резко придвинулся всем торсом, буквально отталкивая Алису от меня и вжимая в матрас неподвижное тело, словно игрушку для своих утех.. Я почувствовала его твердость, которая теперь не оставляла сомнений в его намерениях.

Он впился в мои губы с такой силой, что я едва не вскрикнула. Это не был поцелуй - это был акт показа.. Показа того, что мое тело теперь принадлежит не моему разу, а моей похоти и его желанию здесь и сейчас. Его язык грубо и властно ворвался в мой рот, исследуя его, словно забирая всё моё пространство, всё моё право на голос. 

В этот же миг его рука переместилась с моей груди выше, на шею. Сначала его ладонь просто лежала там, обжигая кожу, но затем пальцы медленно, с пугающей уверенностью, начали сжиматься. Я почувствовала, как кольцо его руки перекрывает мне кислород. 

— М-ммм! - я попыталась вдохнуть, но его хватка стала стальной, отсекая воздух.

На несколько секунд мир вокруг меня потемнел, в ушах зашумело, а всё моё существование сжалось до одной точки - точки соприкосновения с ним. Этот ужас в сочетании с диким, животным возбуждением вызвал во мне настоящий взрыв. Когда он наконец разжал пальцы, позволяя мне сделать первый, жадный глоток воздуха, я почувствовала, как по телу прошла мощная судорога, а между ног стало невыносимо мокро. Я была полностью его.

Пара секунд потемнения в глазах не прошла спокойно.. Придя в себя на миг, я тут же оказалась на  животе, пока Марк вжимал мое лицо в подушку. Я едва успела вдохнуть, как почувствовала, как он одним резким движением сдирает с меня белье, разрывая кружево в клочья. Я всхлипнула, чувствуя себя абсолютно беззащитной, обнаженной и грязной.

 Пока Марк молча смотрел на мою оголённую сзади кожу, Алиса, тяжело дыша, задрала свое платье и резко скинув с себя нижнее белье, уместилась между изголовьем кровати и мной... Она села на подушку, которая была единственной защитой от внешнего мира.. Марк взял мои волосы грубым хватом и приподняв голову, заставил мое тело изогнутся и тут же опустил назад так, что теперь вместо подушки мои губы утыкались в клитор моей подруги.. Ее уже насквозь мокрая промежность буквально ныла от отсутствия внимания так, что она с силой убрала руки мужчины от моей головы и положив на нее свои, начала практически приказывать

— Лижи. Лиже мне так, как никогда и никому не лизала. - прикрикивая говорила Алиса и с дрожью по всему телу, начала буквально водить моим лицом по своему клитору, получая удовольствие.

 Я лежала, прижатая лицом к горячей, влажной плоти Алисы, вдыхая её интимный аромат, который теперь стал для меня единственным кислородом. Марк замер сзади, и в этой внезапной тишине я слышала только наше сбитое, тяжелое дыхание.

Я почувствовала, как его раскаленный, твердый член коснулся моей промежности. Он не спешил. Он начал медленно, дразняще тереться головкой о мои набухшие, пропитанные смазкой губы, собирая мои соки. Это прикосновение было почти невыносимым; я задрожала, вжимаясь лицом в Алису, чувствуя, как внутри меня всё сжимается в отчаянном ожидании.

— Потерпи, Виктория... - его голос прозвучал низко словно с издевкой над падением верной жены до бесплатной путаны всего за пару часов.

Затем он начал входить. Медленно. Мучительно. Я почувствовала, как его массивная головка раздвигает мои плотно сжатые мышцы, сантиметр за сантиметром проникая в мою девственную чистоту, которую я всегда хранила для Коли. 

— А-а-ах! - вскрикнула я, когда он вошел на треть, растягивая меня до предела.

Каждый новый толчок был как вспышка боли и экстаза одновременно. Я чувствовала, как он заполняет меня, как его плоть раздвигает всё внутри, заставляя меня выгибаться и буквально кричать от этого невыносимого, всепоглощающего ощущения полноты.

— Вот так... чувствуй меня, - прошептал он, окончательно вбивая в меня чувство удовольствия от беспомощности. 

Когда Марк окончательно заполнил меня, наступила короткая, звенящая пауза. Я лежала, задыхаясь, прижатая лицом к Алисе, чувствуя, как внутри меня пульсирует его огромный, раскаленный стержень. А затем он начал двигаться.

Сначала это были медленные, тягучие толчки. Он выходил почти полностью, оставляя лишь головку у самого входа, а затем с силой вбивался обратно, заставляя меня всхлипывать от невыносимого удовольствия. Я чувствовала, как его член сдирает все мои внутренние защиты, как он втирается в самую глубину моей утробы.

— М-ммм... Марк... пожалуйста... - простонала я, не в силах даже сформулировать, чего именно я хочу.

— Пожалуйста, что, Вика? - его голос стал жестким, почти приказным.

— Хочешь, чтобы я ебал тебя так, как никто никогда не смел?

Он резко сменил темп. Медлительность исчезла, уступив место животной, беспощадной скорости. Теперь он вбивался в меня короткими, мощными ударами, от которых всё моё тело содрогалось. Я чувствовала, как моя голова с силой впечатывается в промежность Алисы при каждом его толчке, и этот двойной стимул - грубость сзади и влажный жар спереди - доводил меня до безумия.

— А-а-ах! Мхм.. - мои крики перешли в яркие стоны, когда темп стал запредельным.

Я теряла связь с реальностью. Мир сузился до ритмичных ударов, до запаха пота и секса, до ощущения того, как Марк буквально вытряхивает из меня остатки рассудка. Я чувствовала, как внутри меня нарастает огромная, сжимающаяся волна, которая грозила разорвать меня на части.

Марк почувствовал, как мои мышцы начали судорожно сжиматься вокруг него. Он не замедлился, а напротив, начал двигаться куда быстрее. Серия последних, самых мощных и глубоких ударов, которая вбивала меня в Алису, открывала что то новое во мне.. Я не знала этого чувства. 

— Кончай, сука! Кончай для меня! - прорычал он, и этот приказ стал детонатором.

Мир взорвался белым шумом. Я почувствовала, как внутри меня вспыхнул пожар, который волной прошел по всему телу, заставляя меня закричать в голос, захлебываясь в плоти Алисы. Это был первый в моей жизни настоящий оргазм - дикий, грязный, выжигающий всё внутри. Я забилась в конвульсиях, теряя связь с реальностью, время и пространство перестали существовать. Я просто тонула в этом экстазе, не осознавая ничего вокруг.

Но когда волна начала спадать, я почувствовала, как Марк сделал пару коротких, почти равнодушных движений и с влажным хлюпаньем вырвал свой член из моего тела.

Я осталась лежать, обмякшая и пустая, глядя в пустоту остекленевшими глазами. Я слышала, как он отстранился, как его тело отодвинулось от меня, оставляя после себя лишь холод и липкость.

— Алиса. Сюда. - его голос прозвучал сухо и властно.

Марк сел на край кровати, и я, всё ещё находясь в полузабытьи, увидела, как он поманил её пальцем к себе на пол. Его член, всё ещё блестящий от моих соков, стоял в полную силу, вызывающе пульсируя.

— На колени. Живо. - приказал он, указывая жестом вниз.

Алиса, с жадным блеском в глазах, мгновенно подчинилась, опускаясь перед ним на колени, чтобы забрать то, что только что принадлежало мне. А я так и осталась лежать на простынях, раздавленная своим удовольствием и осознанием того, что я больше никогда не буду прежней.

Я лежала, глядя на них сквозь пелену затуманившегося сознания. Вид Алисы, которая с жадностью обхватила губами член Марка, вылизывая с него мои соки, вызвал во мне не ревность, а странное, болезненное желание. Я чувствовала себя обделенной, словно меня лишили чего-то жизненно важного, когда он вышел из меня.

Я хотела снова почувствовать его вкус. Я хотела доказать ему, что я тоже могу быть грязной, что я готова на всё, лишь бы он снова посмотрел на меня тем властным взглядом. 

Дрожа всем телом, я медленно приподнялась на локтях. Мой голос звучал жалко, почти неразличимо, срываясь на шепот.

— Марк... - я сглотнула, чувствуя, как сердце колотится в горле.

— Пожалуйста... можно мне... тоже? Я хочу... помочь.

Я видела, как он медленно перевел на меня взгляд — холодный, оценивающий, полный торжества. Он не ответил, но едва заметно кивнул. 

Я, никогда в жизни не опускавшаяся до подобного, медленно сползла с кровати на пол. Мои колени коснулись холодного покрытия, и я почувствовала, как по спине пробежал озноб от осознания собственного падения. Я встала на колени рядом с Алисой, глядя на его пульсирующий член. 

Стыд всё ещё был где-то там, в глубине, но он был полностью подавлен животным вожделением. Я робко, почти с благоговением, придвинулась ближе, чувствуя запах секса и чужого возбуждения. Когда я впервые в жизни приоткрыла рот, чтобы коснуться его плоти, я почувствовала, как внутри всё сжалось от восторга. Я больше не была женой Коли. Я была просто женщиной, которая жаждала доставить удовольствие своему господину.

Как только я коснулась его головки своим языком, я почувствовала, как Алиса резко толкнула меня плечом, пытаясь вытеснить из пространства. Она не собиралась делиться. Это пробудило во мне что-то темное, агрессивное, чего я никогда не знала в себе раньше.

Я не отступила. Напротив, я с жадностью обхватила его член, стараясь заглотить его как можно глубже, чувствуя, как он упирается мне в горло. Я хотела, чтобы он почувствовал мою одержимость, мою готовность захлебнуться им. 

— М-ммм-пф.. - издала я приглушенный звук, когда Марк внезапно схватил меня за волосы, заставляя двигать головой в его ритме.

Алиса, видя мою активность, начала ласкать его яички и основание члена, используя свои губы и язык, чтобы создать максимально интенсивный стимул. Мы работали в команде, но в каждом движении сквозило соперничество. Я видела, как Алиса смотрит на меня - с вызовом и торжеством, и это заставляло меня стараться еще сильнее. 

Я чувствовала вкус его смазки, смешанной с моими соками. Мои щеки горели, слюна текла по подбородку, а в голове пульсировала одна единственная мысль: «Пусть он выберет меня. Пусть он почувствует, что я принадлежу ему больше, чем она».

Марк издал низкий, утробный рык, его пальцы в моих волосах сжались сильнее, почти до боли. Он доминировал над нами обеими, превращая нас в два послушных рта, которые жаждали его семени.

Время тянулось и одновременно летело слишком быстро.. Я хотела как можно дольше чувствовать аромат его плоти, пота и секса, который был совсем недавно.. Как неожиданно в комнате, которую наполняли лишь чавкающие звуки - прогремел вопрос.

— Кто из вас, сучек, не против, чтобы я запечатлел этот момент на камеру? - прорычал он, и в его голосе слышалась насмешка. 

— Та, что согласится, получит всё моё семя.

Я не успела даже подумать. Мой разум, отравленный оргазмом и жаждой его внимания, сработал рефлекторно. Я не вспомнила о Коле, о своей репутации, о будущем. Всё, что имело значение - это желание почувствовать его финал внутри себя.

— Я! - вырвалось у меня между прерывистыми вдохами, и я с надеждой и отчаянием посмотрела на него снизу вверх, готовая на любое позорище.

Марк коротко усмехнулся, и я услышала, как он потянулся к тумбочке. Вспышка камеры ослепила меня на мгновение, запечатлев моё лицо, перепачканное слюной, и мой взгляд, полный рабской преданности, в то время как я всё ещё обхватывала его плоть.

— Хорошая девочка. - его голос стал хриплым, и в следующее мгновение он с силой вбил свой член мне по горло.

Я почувствовала, как он взорвался. Горячая, густая струя семени ударила мне прямо в глотку, заставляя меня захлебнуться. Я сглатывала жадно, почти с религиозным экстазом, чувствуя, как вязкая жидкость заполняет мой рот, обжигая и клеймя меня. Я получила почти всё, и это принесло мне странное, извращенное чувство победы над Алисой.

Когда он наконец вышел, оставив меня обтекать его соками, Марк холодно приказал:

— А теперь... поцелуйтесь. Покажите мне, как вы любите друг друга.

Я медленно повернулась к Алисе, и наши губы встретились в поцелуе, который был пропитан вкусом Марка. Я чувствовала, как в этот момент рушится последний кирпичик моей прежней жизни, и я с радостью позволила этому случиться.

Когда наши губы встретились, я почувствовала, как Алиса с жадностью пытается забрать остатки вязкого, солоноватого вкуса семени.

Марк зафиксировал и этот момент, превратив наш позор в вечный архив в своем телефоне.

После этого всё затихло. Мы с Алисой, полностью опустошенные, без сил и воли, просто облокотились на край кровати, тяжело дыша. Я чувствовала себя выпотрошенной, грязной, но странно спокойной. Мой взгляд был устремлен в одну точку, а в голове всё ещё пульсировал ритм его толчков.

Марк, напротив, выглядел бодрым и собранным. Он начал неторопливо одеваться, совершенно не обращая на нас внимания, словно мы были просто использованным инвентарем. Когда он застегнул последнюю пуговицу рубашки, он подошел к нам и с металлическим звоном положил ключи от квартиры на простыню рядом со мной.

— Вика, возьми их, - бросил он, даже не глядя мне в глаза. — Я заберу их тогда, когда решу, что мне снова понадобится твоя помощь.

Он развернулся и вышел из квартиры, плотно закрыв за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как точка в конце предложения. Мы остались вдвоем в этой звенящей тишине, две изломанные женщины, связанные общим грехом и запахом одного мужчины, который только что распорядился нашими жизнями.

 Тишина в квартире стала давящей. Я медленно опустила взгляд на свои руки, в которых сжимала ключи, а затем посмотрела на свои бедра. Я видела клочья своего кружевного белья, разбросанные по полу, и чувствовала, как между ног всё ещё течет липкая смесь из моих соков и семени Марка.

Похоть, которая только что сжигала меня изнутри, внезапно испарилась, оставив после себя ледяную пустоту и тошнотворный запах секса. Я вздрогнула, осознав, в каком состоянии я нахожусь.

— Господи... что я наделала... - прошептала я, и мой голос прозвучал чужим, надтреснутым.

Алиса, всё ещё полулежа на кровати, посмотрела на меня с какой-то странной, почти понимающей усмешкой.

— Ты теперь одна из нас, Вика. Добро пожаловать в ад, - сухо бросила она, начиная медленно опускать свое платье.

Я вскочила, охваченная внезапной паникой. Мои мысли забились в голове, как пойманные птицы. Я пьяна, от меня пахнет чужим мужчиной, мое белье уничтожено, а на шее и бедрах наверняка красуются отметины от пальцев Марка. Как я вернусь к Коле? Что я ему скажу? 

— Мне нужно... мне нужно привести себя в порядок, - лихорадочно заговорила я, оглядываясь в поисках ванной. - Если он почувствует этот запах... если он заметит...

Я почувствовала, как к горлу подступает комок. Я должна была придумать легенду, найти способ отмыться от этого греха, но понимала: какой бы чистой я ни стала снаружи, внутри я теперь навсегда отмечена Марком.

— Помоги мне, - почти умоляюще посмотрела я на Алису. - Пожалуйста, скажи, как мне это скрыть.

— Скрыть это невозможно, дорогая, - Алиса встала, поправляя одежду. - Можно только надеяться, что он слишком слеп, чтобы заметить.

Я буквально влетела в ванную, срывая с себя остатки одежды. Включив ледяную воду, я залезла под струю, чувствуя, как озноб прошибает всё тело. Я терла кожу мочалкой с какой-то неистовой силой, почти до крови, стараясь смыть с себя липкий след семени и запах чужого пота. 

 - Господи, пусть всё исчезнет... просто исчезнет... - всхлипывала я, заглатывая воздух.

Пока вода стекала по моему телу, я лихорадочно конструировала ложь. Сказать, что засиделась с подругами? Что выпили слишком много и я уснула у Алисы? Да, это сработает. Главное - не смотреть Коле в глаза и надеяться, что он не заметит моего сбитого дыхания и странного блеска в глазах.

Я надела одежду, совершенно забыв про трусики, которые так и остались разорванными валятся у кровати Марка, стараясь скрыть синяки на бедрах, и вышла из ванной. Алиса ждала меня в прихожей, её взгляд был спокойным и почти насмешливым. Мы вышли из квартиры вдвоем, и холодный воздух ударил мне в лицо, немного протрезвляя.

Когда я подошла к своей двери, мои ноги стали ватными. Я замерла, не решаясь нажать на ручку. Сердце колотилось так сильно, что казалось, Коля услышит его через дверь. Я стояла в темном коридоре, сжимая в кармане ключи от квартиры Марка — этот металлический ошейник, который теперь связывал меня с ним.

— Ты сможешь, - тихо прошептала Алиса, но в её голосе не было поддержки, только предвкушение моего краха.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, стараясь унять дрожь, и медленно, с бесконечным страхом, повернула ключ в замке.

Продолжение следует..!!!