— ### —

Вечером, после разговора на пляже с Аней, Игорь валялся дома на диване, когда его окликнула мама:

— Игорёша, там к тебе какие-то вьюноши пришли!

— Кто? — удивился он, вставая с дивана и почёсываясь.

Накинув майку он вышел во двор и с удивлением увидел Ваню и Колю. Парни переминались с ноги на ногу. Ваня держал подмышкой несколько свернутых мешков.

— Привет, — суховато поздоровался Коля. — Пошли за дынями? Я же тебе обещал. Сейчас самое время — как раз стемнело.

Игорь кивнул и вернулся в дом отпрашиваться. Мнения женщин, как обычно, сразу разделились. Мама встревожилась: «Куда это ты собрался непонятно с кем в такую темень?». Арина только махнула рукой: «Да ничего страшного, все туда ходят. Иначе никаких денег не хватит дыни с арбузами по таким ценам покупать!». В итоге победил молчаливый уход Игоря. Он быстро переоделся, напялил кроссовки и выскользнул за калитку, пока мама не заслонила проход грудью.

Втроём они почти не разговаривая миновали последние дома и вышли на проселочную дорогу. Прошли мимо знакомой лесополосы, свернули.  Воздух был тёплый, густой, почти осязаемый. Пахло нагретой за день землёй, полынью, спелыми травами и сладковатым ароматом бахчи. Где-то в траве неистово стрекотали цикады, будто миллион маленьких моторов. Парни тихо двинулись за станицу, стараясь держаться тени тополей. Луна хорошо освещала путь. Иногда они замирали, прислушиваясь — не гудит ли вдалеке мотор УАЗа. Сторожа появлялись нерегулярно, но всегда неожиданно - лучше было не рисковать.

Когда они проходили мимо знакомого пригорка у края бахчи, Игорь невольно замедлил шаг. Именно здесь они с Олей ели дыню… Здесь он впервые поцеловал её. Сердце кольнуло. Сладко и тоскливо засосало под ложечкой — вспоминать эту хрупкую, нежную стройняшку в своих объятиях было отчего-то больно.

Вопрос вырвался сам собой:

— Слушай, Коль… — тихо спросил он, — а как там Ольга? Вы с ней встречаетесь вроде.

— Кто встречается? Я? — Коля вскрикнул громко, словно петух, которому наподдали под зад. Этот отчаянный вскрик разлился сладким бальзамом в душе Игоря.

— Ну да, она с тобой вроде… — оправдывался он, пытаясь скрыть резко поднявшееся настроение.

— Нет. Оля она не со мной! - Резко ответил Коля и задышал как взъярённый бык.

Сзади заржал Ваня, подтверждая слова друга:

— С родителями на море усвистала. В воскресенье вернётся, — сообщил он. — Тяжелая штучка!

— Оля она… она ни с кем, — продолжил Коля. — Я даже не знаю, кто ей вообще нужен. Местные парни ей рожей не вышли. Брезгует, наверно. Тобой заинтересовалась только потому, что ты приезжий, новенький. Ты же видел, какая она — фифа, цаца. И в школе такая, и на улице, и везде. Чуть с ней сойдёшься — сразу начинает мозг выносить: то не так, всё не так. Девка вся на мозгах, всё по расчёту. Не иначе бережёт свою целку для особого случая! Она себе потом богатого найдёт, в Москве, вот увидишь!

Парень в раздражении пинал дорогу, поднимая пыль, и, не на шутку распалившись, шумно собрал слюну и смачно харкнул в сторону.

— У неё даже нормальных подружек-то нет. Только Анька с Зиной прибились. Те вдвоём — им со всеми хорошо.

Игорь не ожидал такой тирады и надолго заткнулся. В тишине они дотопали до поля, углубились в него и стали выискивать зрелые плоды. Парни подсвечивали фонариком, выбирали самые желтые и спелые, а Игорь был на подхвате — держал мешки, куда складывали добычу.

— Хватит, жадность для вора верный приговор! — резюмировал Коля, взвешивая улов. — На, тебе побольше. Любишь дыни? Возьмите, здесь неплохие вроде!

Они распределили мешки и, пригибаясь под их тяжестью, отправились в обратный путь. У тёткиного дома парни скупо попрощались. Коля хотел что-то сказать напоследок, закурил, глубоко затянулся, но вымолвил только протяжное брутальное «да-а-а-а!» и вместе с Ваней скрылся в темноте.

Арина не спала, встретила у двери, помогла с мешком, пока Игорь взахлеб рассказывал о своем приключении.

— Ого, сколько приволок… — принимая тяжёлый мешок, похвалила она. — Теперь это всё съесть надо. На одних дынях будем сидеть, — шутливо посетовала она. — Тебе сразу порезать?

— Нет, спасибо. На сегодня мне всяких дынь уже достаточно, — отказался Игорь.

Он стоял напротив, не решаясь впервые сказать женщине то, что они так не любят слышать. И, как миллиарды мужчин до него, испытывал ровно те же чувства: неудобство, вину и стыд.

— Слушай… я, наверное, спать пойду. Устал жутко! — выдавил он, наконец, отводя взгляд.

— Утомился, милый, с дынями? — с язвительной ноткой откликнулась Арина. — Ну ничего, иди отдыхай, конечно!

Она резко развернулась и пошла в кухню, волоча за собой громоздкий мешок. А Игорь с облегчением юркнул к себе в комнату. "Ура! Ночь без секса! Можно выспаться!", - радовался он, как младенец.

— ### —

Утром тоже удалось избежать с тёткой близких контактов пятой степени. Мать встала рано, стирала и гладила вещи, которые брала в поездку. Тётка была хмурая, и Игорь постарался пораньше смыться из дома, пользуясь всеобщей суетой.

«Иду ли я ебаться? Я иду ли ебаться? Ебаться иду ли я? Я ли иду ебаться?» — бессмысленно проговаривал он на разные лады одну и ту же засевшую в голове фразу переставляя местами слова, от чего смысл иногда кардинально менялся.

Он принял душ, надел чистые трусы, помазал подмышками одеколоном, причесался. Теперь, по собственному мнению, полностью соответствовал заявленной цели. «Вот так просто: позвала — и я иду. Ебаться». Было в этом что-то неправильное. А как же стояние под луной, держание за ручки, вздохи, охи, ахи, затяжные лобзания, растянутые на долгие часы объятия?

«И как это будет? Я зайду, она ляжет? Я встану?» — прикидывал Игорь. К счастью, идти было недалеко, иначе он бы сломал не только язык, но и голову, повторяя свою бессмысленную чепуху.

Дом у Ани был компактный, но двухэтажный. Аня, похоже, ждала у двери и открыла мгновенно. Вся возбуждённая, порывистая, в лёгком сарафане в мелкий цветочек. Ткань тонкая, почти ничего не скрывала — обрисовывала упругую грудь и тонкую талию. Выглянула ему за спину на улицу — никого. Прижалась, скупо чмокнув в щёчку почти у самого рта, мотнула огненными волосами, обдав сладковатым парфюмом. Кажется, она пахла целым букетом моющих и умасливающих средств одновременно.

— Быстрее… — шепнула она и, схватив за руку, потащила внутрь.

Проведя через гостиную, она направилась к лестнице, и стала подниматься на второй этаж быстро перебирая голыми босыми ножками по лакированным ступеням: 

— Моя комната наверху, пойдём, я тебе покажу! Как здорово, что ты пришёл!

Игорь шёл следом, глядя на её голые икры и край сарафана, который слегка задирался при каждом шаге. Снизу он видел почти всё. Аня ждала,  приглашающе открыв дверь. Комната была довольно большой и светлой. На стенах плакаты K-pop, мягкие игрушки на столике и кровати. Кровать, кстати, узкая, односпальная, аккуратно застеленная однотонным бежевым покрывалом. Игорь взглядом знатока сразу оценил размеры спального места, мысленно прикидывая, как и куда лучше разложить девушку с таким оборудованием.

— Ну… вот… — голос Ани заметно дрожал, хотя она старалась выглядеть невозмутимой. — Ты садись… или ложись… как хочешь.

— Сразу ложиться? — поймал её на слове Игорь.

Аня заржала в полный голос. Сказывалась крайняя нервозность ситуации. Оба были на взводе.

Игорь осмотрелся и действительно сел на край кровати — банально больше было и некуда, единственное кресло на колёсиках у стола с открытым ноутбуком было завалено вещами. Аня подошла ближе и замерла рядом, потупив взор. Он в свою очередь разглядывал её коленки и гадал, есть ли под юбкой трусики. По опыту тётки, избавившись от этой надоедливой детали, женщины становились чуть доступнее.

Он протянул руки и притянул девушку к себе. Полез ими под сарафан, поглаживая гладкие, прохладные бёдра. Кожа была бархатистой и нежной, даже сухой. Аня тихо ахнула, но осталась стоять, слегка подрагивая. Не встречая протестов, Игорь наклонился и стал целовать коленки, забираясь руками выше. Девушка часто и шумно дышала.

«Интересны эти поглаживания, — пронеслось у Игоря в голове. — Вроде самые обычные прикосновения. Между друзьями или родственниками они не вызывают никаких особых ощущений. А вот стоит только положить ладонь на ногу девушки — и эффект испытывают оба! Да ещё какой…»

Он сам себе усмехнулся: «Хотя я никогда не клал руку маме на коленку. Так что ещё не факт…»

Руки Игоря медленно скользнули выше, и пальцы наткнулись на тонкую преграду трусиков. Сердце бухнуло сильнее. Недолго думая, он зацепил края и потянул их вниз по гладким бёдрам. Ткань легко соскользнула, и Аня сама, чуть дрожа, отбросила их ногой в сторону. Мельком Игорь заметил: красивые, ажурные, ослепительно-белые, почти как у невесты. Эта невинная белизна на полу почему-то особенно сильно ударила по голове.

Теперь ничто не мешало. Его ладони снова поднялись и жадно обхватили её ягодицы — крупные, тугие, удивительно упругие для такой хрупкой девушки. Кожа была горячей, бархатистой, с лёгкой дрожью. Игорь крепко сжал их, притягивая Аню ближе, и уткнулся лицом в её лобок прямо через тонкую ткань сарафана. Глубоко вдохнул — и чуть не застонал сам. От неё пахло сладко, горячо, молодо — возбуждённой девушкой, свежим душем и особым ни с чем не сравнимым запахом естества, который пробирал до дрожи. Он ударил ему в голову, лишая, вытесняя из неё все мысли..

Аня тихо, прерывисто стонала, запустив пальцы ему в волосы и, чуть сжав их. Они побыли так несколько минут, пока Игорь, как одурманенный кот лазил по ее телу руками, потом выдохнула дрожащим голосом,  то ли несмело, то ли вкрадчиво:

— Может, пойдём на кровать?

— Сейчас пойдём, — не двигаясь, ответил Игорь.

Игорь полностью отдался ощущениям — он жадно ощупывал её тело, такое непривычно лёгкое, упругое и аккуратное по сравнению с тяжёлыми, зрелыми формами тётки. Каждый сантиметр этой юной кожи сладостно сводил его с ума. Насладившись тугими, прохладными булочками сзади, он медленно, почти благоговейно запустил руку между сжатых ног Ани спереди. Ладонь скользнула по гладким бедрам и наконец коснулась тёплого, возвушенного холмика. От этого прикосновения у обоих одновременно перехватило дыхание.

Намявшись булочек сзади он полез рукой между ног спереди, коснувшись ребром ладони замечательного теплого холмика. Указательный палец нащупал и провалился в нежнейшую складку, задев там что-то чувствительное, от чего девушка ойкнула и повела попкой, прижимаясь к его руке.

— Вот теперь пойдём, — скомандовал Игорь, вставая.

Но Аня не двинулась с места, обняла его, когда он встал и припала к его губам жадным влажным поцелуем.

— Как здорово, что ты пришел! Я так давно об этом мечтала!

Им потребовалось ещё долгих десять минут, пока они смогли оторваться друг от друга. Сегодня в ней не осталось и следа той робкой, дрожащей девочки на пляже, которая стыдливо признавалась ему почти в любви. Теперь она целовалась жадно, широко раскрывая рот, смачно встречаясь языком с его языком, облизывая, посасывая, почти захлёбываясь слюнями. Она горела, нагревалась прямо в его руках, кожа пошла горячим румянцем, на груди и шее проступили возбуждённые пятна.

Игорь понял — пора брать.

Аня схватила его за руку и потащила в соседнюю комнату — родительскую спальню. Там стояла огромная кровать, застеленная нежно-розовым покрывалом. Девушка заботливо сдернула его в сторону.

— Ну вот… тут лучше, — неловко усмехнулась она. — Я свежие простыни постелила.

«Я бы тебя и в поле трахнул», — подумал Игорь, но вслух сказал только:

— Иди ко мне!

Аня снова оказалась в его объятиях. Он поймал её горячие, мокрые губы, боясь провалиться в этот широко раскрытый, жадный рот.

— У тебя… был кто-нибудь? — вдруг спросила она, отрываясь на секунду.

— Был, — скупо ответил Игорь.

— Тогда… нужно… — Аня потянула его руку в сторону.

Он проследил взгляд. Девушка ловко выскользнула, наклонилась к тумбочке и достала из нижнего ящика золотистый квадратик презерватива.

— Вот, на, надень, — протянула она, чуть краснея.

— А родители не хватятся?

— У них там много, — хихикнула Аня.

Игорь забрал презерватив и отложил его на кровать — позже. Сейчас его тянуло совсем к другому.

Он осторожно уложил Аню на спину. Сарафан задрался, полностью обнажив её юное тело. Игорь жадно пробежался взглядом по плоскому животику, широким полновесным бёдрам и гладко выбритому выпуклому лобку с редкими рыжеватыми волосиками. Ниже уже набухли и слегка приоткрылись ярко-розовые, почти пунцовые малые губки, влажные и горячие. А над ними, гордо выступая из нежных складочек, торчал крупный, твёрдый клитор.

«Значит, нам туда дорога…» — пронеслось у Игоря в голове.

Он зарылся лицом между её ног. Когда язык впервые коснулся горячего, торчащего бугорка, Аня громко ойкнула и резко напряглась всем телом. Игорь начал медленно, жадно лизать — пробуя на вкус её сладковатую влагу, обводя языком затвердевший клитор приличного размера, слегка посасывая его за кончик. Ноги Ани сами собой разъехались шире, открывая его взгляду всё. Попка приподнялась, подаваясь навстречу его рту, задавая ритм.

Размер этого чувствительного местечка позволял не только лизать, но и по-настоящему сосать его. У тётки всё было куда скромнее и скрытнее. Здесь же Игорь испытывал странное, двойственное возбуждение.

— Как хорошо… — зачарованно выдохнула Аня, сжимая в кулаках простыню.

Сначала она тихо поскуливала, потом стоны стали прерывистыми. Дыхание девушки перехватывало. Она то замирала совсем, напрягаясь всем телом, то вдруг расслаблялась и тяжело, шумно выдыхала. Игорь подтянул руку, стал мять нежную плоть у входа и медленно ввёл внутрь палец, не прекращая работать языком по клитору.

Аня резко взвилась, задергала тазом, чуть не ударив его лобком по носу. Пальцы девушки вцепились ему в волосы, сильно натянули их. Она принялась натужно и долго кончать — громко, почти болезненно вскрикивая:

— Ой… ой… я… а-а-а-а!

Тело выгнулось, сочная складка потекла прямо на его палец. Горячая, обильная влага покрыла губы, подбородок, даже щёки Игоря. Он продолжал ласкать её, пока Аня не обмякла. Обтер лицо рукой, приподнялся и заглянул девушке в лицо. Та встретила его взгляд затуманенным взглядом, тяжело дыша.

— Прости… я тебя не зашибла коленкой? — смущённо выдохнула она. — Когда кончаю, плохо себя контролирую…

Она закусила нижнюю губу и добавила уже тише, почти шёпотом:

— Ну… я готова. Если ты не передумал, — тихо сказала Аня.

Она села, одним движением стянула сарафан через голову и осталась совсем голой. В этот момент девушка вдруг показалась Игорю серьёзнее и взрослее.

Он встал на колени между её широко раздвинутых бёдер. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках. Аня сама потянулась рукой, обхватила его твёрдый, горячий член и медленно провела головкой по своей влажной щели, размазывая сок. Потом приставила его ко входу и чуть приподняла бёдра, помогая войти.

Когда головка раздвинула горячие, податливые губки и медленно погрузилась в неё, Игорь невольно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Ощущение было совсем другим, чем с тёткой. Аня внутри оказалась мягкой, рыхлой и невероятно мокрой — член скользил легко, словно в тёплом, густом масле, задевая бесчисленные нежные складки. Но уже через несколько толчков он упёрся в самую глубину, в тугую матку.

Аня тихо ойкнула и слегка поморщилась, инстинктивно напрягшись.

Игорь замер, тяжело дыша, чувствуя, как её горячие стенки пульсируют вокруг него, то сжимаясь, то расслабляясь. Это было одновременно и очень приятно, и немного слишком — слишком мокро, слишком мягко, слишком глубоко по сравнению с тугим, жадным объятием Арины.

— Тише… глубже не надо, — попросила она.

Игорь стал двигаться осторожнее, засовывая лишь до середины, зато хорошо чувствуя, как вагина сжимает его почти у самого входа. Это тоже было для него ново. Он наслаждался каждым ощущением: как её рыхлые, горячие стенки обволакивают его, как много слизи, как легко и мокро внутри. Грудь Ани была мягкой, чуть отвисшей, с маленькими розовыми сосками — совсем не такой тяжёлой и упругой, как у Арины. Но именно эта юная мягкость, эта лёгкость и обилие влаги сейчас сводили его с ума.

Он смотрел вниз, где его член ритмично входил и выходил из её блестящей от соков киски, и понимал: опыта у Ани уже явно был. Ни капли крови, ни особой тесноты. Но говорить об этом он не собирался. Сейчас ему было важно только одно — это горячее, мокрое, дрожащее тело под ним.

— Обалдеть… — шептала Аня, часто дыша. — Какой ты большой…

Игорь старался двигаться медленно и глубоко, но уже через несколько минут почувствовал, как всё меняется. Возбуждение девушки начало угасать. Её киска, только что такая горячая и скользкая, постепенно становилась липкой. Каждый выход члена теперь сопровождался непривычным сопротивлением — нежные стенки словно прилипали и выворачивались следом. Это было странно и немного неприятно.

Он запаниковал.

— Тебе… хорошо? — хрипло спросил Игорь, замедляясь.

— Да… нормально… — ответила Аня не очень уверенно.

Но чем сильнее он психовал, тем быстрее эрекция слабела. Ещё несколько неловких толчков — и член, всё ещё в презервативе, просто выскользнул из её тела.

Игорь замер. Холодный пот мгновенно покрыл спину. Он в панике упал рядом с Аней и закрыл лицо рукой, сгорая от стыда.

— Прости… — едва слышно прошептал он.

Аня несколько секунд лежала неподвижно, будто пытаясь убедиться, что всё действительно кончилось. Потом, как ни в чём не бывало, протянула руку и тронула его опавший член, всё ещё в презервативе.

— Ой… ты же не кончил! — искренне удивилась она.

Игорь обидчиво хмыкнул. Но Аня и не думала расстраиваться или возмущаться. Наоборот, она восприняла произошедшее как продолжение игры. Ловко стянула презерватив, потянув за кончик. Тот звонко шлёпнул по её ладони. Аня тихо хихикнула, откинула его в сторону и, наклонившись, мягко поцеловала головку тёплыми губами.

— Устал, работник? — надула она пухлые губки. — Сейчас мы его полечим!

Игорь удивлённо поднял голову.

— У, нет! Я стесняюсь! Не смотри на меня! — быстро залепетала Аня, густо краснея. — Я тебя поцелую, только… Можно я тебе глаза завяжу? Ты не подглядывай, хорошо? А то я совсем стесняюсь!

«Стесняется она, после всего…» — мелькнуло у Игоря.

Он всё ещё был в лёгком шоке от внезапного облома, но спокойная реакция Ани и перспектива новых ласк уже начали возвращать ему возбуждение. Поэтому он был согласен практически на всё.

Аня радостно соскочила с кровати, убежала и через несколько секунд вернулась с тонким шёлковым шарфом. Забравшись на кровать, она села у его головы и тщательно завязала ему глаза, несколько раз проверяя, чтобы ничего не было видно. Игорь успел только жадно схватить её за обнажённую грудь и помять упругие «дыньки».

— Вот так… Лежи и ни о чём не думай. Просто наслаждайся, — ласково прошептала она и легонько толкнула его обратно на кровать.

Игорь оказался в полной темноте. Все ощущения мгновенно сосредоточились внизу. Чья-то тёплая рука гладила его бёдра, пальчики легко пробегали по коже, вызывая мурашки. Потом ладошка осторожно обхватила мошонку, слегка сжала. Горячее дыхание коснулось головки, а следом — мягкие, влажные губы нежно её поцеловали.

Он отчётливо почувствовал, как губы разошлись и медленно обхватили головку. Юркий язычок сразу принялся за дело, обводя её кругами. Щёки Ани втянулись, создавая приятный вакуум.

— Ох… — вырвалось у Игоря.

Его член быстро вернулся к жизни, напрягся и плотно заполнил её ротик. Аня дышала глубоко и неторопливо, ласково обрабатывая его плоть скользящим языком, одновременно помогая себе рукой у основания.

Потом губы вдруг исчезли. А через мгновение вернулись… но ощущения изменились.

Игорь дёрнулся.

— Тихо… не снимай повязку… пожалуйста… — мягко, но настойчиво прошептала Аня, прижимая его за бёдра.

Он напрягся, пытаясь понять, что происходит. Горячий рот, ловкий язык, мягкие губы… но это был явно другой рот. Глубже. Смелее.

Игорь не удержался — слегка мотнул головой, сдвигая повязку. И обомлел.

С другой стороны от Ани, в лёгкой маечке и короткой юбочке, над ним склонилась Зина. Именно она сейчас жадно сосала его член — глубоко, влажно, с тихим чмокающим звуком, чередуясь с подругой.

От неожиданности у Игоря перехватило дыхание. Член мгновенно налился до предела, став твёрдым и горячим, как камень.

Это было нереально. Две девушки одновременно ласкали его ртами: мягкие, влажные губы, юркие язычки, горячее дыхание — всё это сливалось в одно сплошное, сводящее с ума ощущение. Аня нежно облизывала головку, а Зина глубже брала в рот, слегка посасывая и тихо постанывая. Их груди мягко касались его бёдер, волосы щекотали кожу. Игорь не мог отвести глаз от этого зрелища.

Зина вдруг оторвалась, быстро стянула через голову маечку. Тяжёлая, полная грудь светло-кофейного цвета с тёмными сосками колыхнулась перед его лицом. Она смахнула юбку и трусики, оставшись полностью голой, и, приложив палец к губам, чтобы Аня молчала, грузно, но решительно забралась на Игоря сверху.

Он протянул руки, помогая ей. Зина обхватила его раздувшийся член ладошкой, слегка помяла и начала медленно насаживаться. Её вагина оказалась невероятно узкой и тугой. Головка с трудом раздвигала горячие, упругие стенки. Зина закусила губу, покраснела от натуги и тихо зашипела, но продолжала опускаться всё ниже.

— Ох, Аня… ты теперь такая узкая… — выдохнул Игорь, поддерживая розыгрыш.

Аня, зажав рот руками, беззвучно давилась от смеха.

Зина наконец села до конца, полностью приняв его в себя. Её горячая, тесная глубина плотно обхватила член, пульсируя. Она наклонилась вперёд, и Игорь сразу поймал в ладони её тяжёлые, тёплые груди.

— О… и грудь у тебя будто стала больше… — уже почти стонал он.

Зина не выдержала, хмыкнула и хрипло прошептала:

— Ну и как… нравится?

Игорь сорвал повязку.

Прямо перед ним, тяжело дыша и глядя ему в глаза, сидела Зина — полностью голая, насаженная на его член по самые яйца.

— Удивлён? — спросила она с лукавой улыбкой.

— Не то слово… — выдохнул Игорь, не в силах отвести от неё взгляд.

— Мы… давно уже вместе экспериментируем, — тихо призналась Аня, всё ещё краснея. — И решили… что с тобой можно попробовать втроём. Ты не против?

— Я не против, — хрипло ответил Игорь. — Но у меня один вопрос, даже два: почему без резинки? И как вы можете быть сёстрами? — спросил он.

— Ой, да, точно! — спохватилась Зина и быстро соскочила с него. Член, освобождённый от тугого плена, влажно шлепнулся о его живот. — Совсем забыли!

«Зря спросил», — мысленно ругнул себя Игорь.

— Мы же не родные, двоюродные, — пояснила Аня, открывая тумбочку родителей и доставая новый презерватив. — У Зины папа армянин, вот у неё и загар такой круглый год.

Вдвоём девчонки довольно потешно и долго возились с презервативом, пытаясь надеть его на напряжённый член. Но сам вид двух голых, сосредоточенных барышень, которые так серьёзно и старательно выполняли эту задачу, поддерживал эрекцию Игоря в полном, почти болезненном порядке.

Он повалил Зину на кровать, уложил на лопатки и жадно схватил её тяжёлую, упругую грудь. Забравшись сверху, впервые поцеловал. Вкус был другим — горячим, чуть солоноватым, незнакомым. Зина отвечала скованно, почти робко, будто только знакомилась с мужским ртом.

Но стоило Ане наклониться и жадно присосаться к губам подруги, как Зина мгновенно растаяла. Она застонала в поцелуй Ани, выгнулась и страстно ответила — так, словно именно Аня была для неё главным источником удовольствия. Игорь почувствовал это сразу: Зина целовалась с Аней так, будто давно и сильно её хотела.

Это было странно и невероятно возбуждающе.

Немного побыв сверху, он перевернул Зину раком. Перед ним открылся её большой, гладкий, идеально подтянутый зад. Игорь вошёл в неё медленно, наслаждаясь тугим, горячим захватом. Аня тут же оказалась рядом: одной рукой она гладила Игоря по груди, а другой запустила пальцы между ног Зины, ласково теребя её клитор прямо у основания члена. Зина громко застонала, толкнувшись назад, и в этом стоне было гораздо больше желания к Ане, чем к нему.

Аня же разрывалась. Она то жадно целовала Зину, то тянулась к Игорю, целуя его в губы, то смотрела вниз, где его член ритмично входил в подругу. В её глазах горел настоящий голод — и к Зине, и к нему одновременно.

Их единение превратилось в горячий, влажный, дышащий клубок. Шесть рук без остановки гладили, сжимали, ласкали. Чьи-то пальцы теребили соски, чья-то ладонь скользила по мокрой киске, чей-то язык обводил клитор. Зина стонала громче всего — особенно когда её целовала или ласкала подруга. Она прерывисто дышала, словно не могла насытиться ни им, ни подругой. 

Парочка была на удивление бесстыдной и увлекающейся. Игорь так увлёкся ласками обеих девушек, что совершенно забыл о себе. В конце концов, устав физически, он вернул податливую Зину на спину и жадно зарылся лицом между её ног.

Он старался изо всех сил — лизал медленно и глубоко, посасывал крупный клитор, вводил пальцы. Зина постанывала, гладила его по волосам, но оргазм к ней так и не приходил. Она была слишком спокойной с ним, слишком сдержанной.

— Хорошо лижет! — похвалила Аня.

— Да, способный… — выдохнула Зина, но в её голосе не было уверенности.

Но высечь из Зины настоящий оргазм у него так и не получилось. Она постанывала, гладила его по волосам, но до пика так и не дошла.Пришлось ем отступить, измученный, он откинулся на спину, в то время как Аня тут же заняла его место между ног подруги, словно только об этом и мечтала.

Она набросилась на Зину с жадным, почти голодным желанием. Так широко раздвинула бёдра и пустила подругу глубоко зарыться лицом между её ног. Она даже застонала совсем по-другому, не так как с Игорем. В этом стоне было столько настоящей страсти, что у Игоря перехватило дыхание.

Он смотрел на милуюхиъся девушек, отопыерный белых зад Ани, и не выдержал и вскочил на колени позади Ани. Девушка, продолжая жадно вылизывать подругу, проследила его перемещение и сама приподняла попку, приглашая его. Игорь пошарил рукой, убедившись что там все мокро, вошёл заполнив девушку. Аня глухо застонала ему в киску Зины, но не оторвалась от своего занятия. Ее смуглая подруга высоко задрав ноги пребывала в полнейшей нирване, отрешившись от реальности.

Игорб было на что посмотреть: выбирай картинку на любой вкус! Он принялся насаживать Аню с животной силой и нетерпением, сильно подкидывая её зад ударами своего тела. Каждый толчок заставлял её лицо сильнее прижиматься к Зине. Зина стонала всё громче, извивалась и тянула Аню за волосы, полностью отдаваясь подруге. Аня же дрожала между ними — и от языка, которым она ласкала Зину, и от мощных толчков Игоря сзади.

Игорь чувствовал, как внутри Ани всё пульсирует и течёт. Он ускорялся, крепче сжимая её бёдра, и наконец не выдержал. С низким стоном он прижался к ней всем телом и кончил — долго, горячо, мощными толчками, заполняя презерватив.

Аня тихо, протяжно застонала, чувствуя его внутри, и почти сразу Зина тихо и сдержанно испустила вздох, чуть заметно дрогнув напрягшимся телом. Вот такой у неё был оргазм, и его ещё нужно было добывать..

Все трое оказались на разорённой кровати — мокрые, тяжело дышащие, с раскинутыми руками и ногами.

Аня, лежа с другой стороны от Зины, приподняла голову, заглядывая на парня и довольно спросила:

— Ну что… сибиряк, у вас там также развлекаются?

Игорь попытался придумать остроумный ответ, но не смог и только невнятно промычал в ответ.

Следующие несколько дней для Игоря превратились в сплошной сладкий туман. Утром он едва успевал позавтракать, как приходило сообщение от Ани или Зины: «А и З сидели на тебе…». И он, чмокнув печальную Арину и стыдливо отводя глаза от её молчаливого укоризненного взгляда, бежал к ним. 

Установился своеобразный распорядок: сначала девчонки занимались Игорем, потом он был с каждой из них внутри, перебираясь с одной лежащей девушки на другую. Они были такие разные во всём, но одинаково энергичные и податливые, лёгкие и упругие во всех нужных местах, которыми делились щедро и без сожаления. Потом они поочерёдно забирались сверху и прыгали, как на батуте — груди ритмично подпрыгивали, попки шлёпали по бёдрам, а сами они заливисто смеялись и краснели.

Между ними была скорее игра, лёгкое и весёлое развлечение, а не тот отчаянный, страстный секс, каким он был у него с тёткой. Для Арины каждый раз становился важным, почти серьёзным событием — на самом пределе чувств, словно прыжок с головой в омут. А здесь всё происходило легко, со смехом и шутками — как приятная, беззаботная забава.

— Ой, как глубоко… — шептала Аня дрожащим голосом, когда он входил в неё сзади, крепко держа за тонкую талию. — Мне так нравится… Сначала было больно, а теперь… боже, как хорошо…

Игорь не мог поверить, что это происходит с ним. Эти две голые, горячие, смеющиеся девчонки были его. Каждый день. И это счастье всё не заканчивалось.

— А мне сзади нравится! — тут же заявила Зина и перевернулась раком, призывно виляя упругой попкой. Она быстро освоилась с его размером, но всё равно оставалась намного уже Ани, и от этого тесного, жаркого захвата Игорь в глубине души предпочитал именно её.

За неделю ежедневных «упражнений» они перепробовали почти всё. То Игорь стоял, а девчонки по очереди жадно сосали его «сибирского героя», хихикая и соревнуясь, кто возьмёт глубже. То он укладывал их рядышком на кровати и поочерёдно входил то в одну, то в другую, наслаждаясь тем, как по-разному они обхватывают его и стонут. Зина была громче, грубее и требовательнее, Аня — мягче, нежнее и невероятно мокрой, когда по-настоящему распалялась.

Особенно запомнился день, когда они решили попробовать «всё сразу». Зина легла на спину, широко раздвинув ноги, Аня села ей на лицо, а Игорь вошёл в Зину. Девчонки жарко целовались над ним, гладили друг друга по груди, и от этого зрелища у Игоря кружилась голова. Он двигался внутри Зины и не мог отвести глаз от того, как Аня сладко постанывает, тёршись о рот подруги.

Потом они поменялись местами, и Игорь снова почувствовал себя самым счастливым парнем на земле.

«Как же мне повезло… — думал он, глядя на двух обнажённых, влажных от пота и соков девушек. — И это всё ещё продолжается…»

Самое страшное — презервативы улетучивались с невероятной скоростью. И в один момент Аня, потянувшись к тумбочке, удивлённо вскрикнула:

— А всё!

— Как всё? — не понял Игорь, привыкший к бесперебойному снабжению.

— Вот так!

— Что же делать? — вырвалось у парня, хотя и так было понятно. — В смысле прямо сейчас!

Девчонки встали на коленки рядышком и, смеясь, пытались по очереди «сдоить бычка». Выиграть должна была та, на ком он кончит. Игорь понял, что, задерживая семяизвержение, может насладиться этим представлением довольно долго. Но и девчонки не промах — каждая присасывалась так, что у него шевелилась кожа на затылке. Более удачливой оказалась Аня, и он, положив руку ей на голову, с удовлетворением спустил в неё весь свой заряд, наблюдая за торжеством довольной девушки — она выиграла!

Но Зина взяла реванш в следующий заход. Так как резинок не было, она чуть потупившись предложила попробовать иначе. Удовлетворённый Игорь только от разговоров воспламенился вновь, представляя это приключение. Или, скорее, плохо представляя его.

Девушки не были новичками в таких играх, но он не стал спрашивать. Достаточно было того, что Зина легла на спину, подтянула ноги руками к груди и так задрала попку, что прислонившемуся у её ног Игорю приставить набухший ствол к задней дырочке не составило проблемы. Но зайти внутрь оказалось непросто. Ему активно помогала Аня, сама направляя упругую колбасу в задний проход Зины. Она командовала:

— Расслабься, зая, сильнее. А ему — давай! Дави!

— Это же не твоя пальчик, такое терпеть! - Возмущалась Зина, но честно пыхтела принимая член в девственное место место.

С горем пополам он втолкнул внутрь головку, чувствуя, как его неумолимо сдавливает со всех сторон сильная мушца.

— Ну что там? — интересовалась Зина.

— А ты не чувствуешь? Он в тебе! — удивлялась Аня.

— Чувствую, но где-то снаружи ещё!

— Сейчас будет! — обещала Аня и подгоняла Игоря: — Давай, дави!

Зина сначала тихо шипела от непривычных ощущений, пока парень миллиметр за миллиметром осваивал её кишку. Но когда Игорь вошёл полностью и тихонько начал качать членом у неё внутри, она успокоилась, удовлетворенно расслабившись, а через некоторое время, то ли под влияние подружки, то ли сама стала подаваться навстречу, как при обычном сексе. Аня лежала рядом, целовала её и ласкала рукой половые губы, умело находя нужные для подруги местечки. Игорь, увлечённый созерцанием общей картины, довольно быстро кончил, к облегчению девушки под ним. Далее подружки заканчивали без него, отправив его в душ.

Когда он вернулся барышни обнявшись лежали на кровати. Нога Ани бесстыдно обнимала Зину, открывая на его обозрение всё то, к чему Игорь уже давно пристрастился, но никогда не привыкнет. Девчонки тихо хихикали и звонко целовались в засос. Игорь смотрел на них с желанием ущипнуть себя: так как до сип пор не мог поверить, что это происходит с ним наяву.

— Игорёша, ну как… будешь вспоминать нас в своей Сибири? — лукаво спросила Аня, подняв голову.

Игорь кивнул:

— Часто, девчонки, каждый день и не по разу! — чистосердечно признался он.

Каждый раз Игорь открывал для себя что-то новое. Молодые киски были тугими, горячими и очень мокрыми. Попки — маленькими, упругими, почти невинными. С Аней и Зиной всё было легко, весело и невероятно ярко.

Но чем ярче и слаще становились дни с девчонками, тем сильнее внутри Игоря поселилась лёгкая, но постоянная виноватая заноза.

Вечером, возвращаясь домой, он видел, как Арина смотрит на него. Взгляд был грустный, немного усталый, но без упрёка. Она только горько подшучивала, что от станичных девок ещё никто не уходил, однако глаза оставались серьёзными и печальными.

По ночам Игорь всё же пытался приходить к ней. Но после горячих, мокрых и упругих тел Ани и Зины ощущения с тёткой уже не вызывали прежнего безумного голода. Её большое, мягкое, зрелое тело теперь казалось слишком знакомым, слишком тяжёлым и слишком… спокойным. Он старался, но уже через несколько минут терял запал и довольно быстро уходил к себе, ссылаясь на усталость.

Арина это чувствовала.

— Ты совсем охладел… — тихо сказала она однажды вечером, улучшив момент. Это не был вопрос, а полноценный упрёк. — Неужели так тебя заездили?

Игорь густо покраснел и промямлил что-то про «жару и утомительные прогулки», а потом сбегал в свою комнату. Сердце стучало как у загнанного зайца, он прекрасно понимал, что обижает тётку, игнорируя её. Но разорваться не мог — эти лёгкие, звонкие, искренние девчонки вычерпывали его до донышка. И приходя домой всё, о чем он мог думать это ужин и сон.

— ### —

Наверно, на этой интрижке, превратившейся в долгоиграющее развлечение для троих, и закончилась бы его поездка на юг. И этого бы хватило с головой, чтобы вспоминать её всю жизнь с придыханием. Но жизнь готовила Игорю ещё одну неожиданность.

Вечером, когда Игорь, закупив в поселковом магазине презервативы нужной марки, уже собирался отписаться Ане насчёт завтрашних планов, на телефон вдруг пришло сообщение из другого чата. Собственно, и чата до этого не было. Это было первое сообщение. От Оли.

«Привет. Ты ещё здесь, у нас, не уехал?»

Сердце сразу бухнуло. Он немного помедлил, но всё-таки ответил, что остаётся ещё три дня, а потом уезжает. Долго ничего не происходило. Потом пришло новое сообщение:

«Понятно».

Игорь смотрел на экран и не знал, как реагировать. Новое появление на его небосклоне Оли отдалось в груди тягучим, долгим спазмом. Как он ни пытался выкинуть её из головы, она засела там крепко — то ли как неудача, то ли как непережитое, но отфантазированное до дрожи прекрасное мгновение.

«Пройдёмся?»

Игорь замер. В голове мгновенно закрутилось всё сразу: заброшенная Арина с её тяжёлым, грустным взглядом; Аня и Зина, которые уже строили планы на завтра и ждали его с «новыми идеями»; мать, которая ничего не знает и ничего не должна знать. Он остро почувствовал свою ограниченность. Его словно рвали на четыре части, и каждая тянула в свою сторону.

«Как мне со всеми ними быть? — думал он, взъерошив выгоревшие на солнце волосы. — С Ариной я уже не могу просто так, как раньше… с Аней и Зиной — легко и весело, но это уже не просто “погулять”. А Оля… Оля — это совсем другое. С ней хочется быть рядом, любоваться ею, говорить и смеяться от счастья». Он схватился за голову. Сердце колотилось где-то в горле.

«Когда, сейчас?» — отправил он и сразу подумал: «Тупой. Вот тупой!»

«Да, если хочешь», — ответила Оля почти сразу.

Хотел ли он? Ох, это был очень трудный вопрос! Игорь долго смотрел на экран, чувствуя, как внутри всё сжимается от противоречивых желаний. Потом глубоко вздохнул и написал:

«Давай».

— окончание следует —