Я смотрел на эту фотографию и подпись под ней, и целая куча несвязных мыслей кружилась в моей голове: "Это Сашка на фото? — Дурак, кто же еще. — Офигеть! Офигеть! Офигеть! Сашка прислала мне своё фото в белье. — Она стебётся? — Да нет, не должна. — А зачем она мне это прислала? — Дразнит, наверное. Или мелко мстит. Или хочет, чтобы я на нее опять онанировал. — Да ну нах... не может быть. Зачем ей это. — А еще она сказала, что я секси. — Она хочет, чтобы я это примерил? — Они классные, наверняка очень нежные. — Блин, офигеть!". В общем, в таком духе. Я задавал себе вопросы, на которые у меня не было ответов, ну и вообще чувствовал себя совершенно обескураженным и возбужденным.

Мое утреннее фиаско прошло, и я не чувствовал уже такой фрустрации, скорее наоборот. Разглядывание моих фоток, плюс новой фотки от Саши вновь привело к тому, что мой несчастный член стоял колом и ныл от напряжения. Не отрывая взгляда от Сашиной фотографии, я начал медленно водить рукой по стволу и головке, размазывая смазку и постепенно, слегка увеличивая темп. Через минуту я уже вовсю онанировал, рука летала как поршень, возбуждение нарастало как огромная волна.

Я смотрел на краешек Сашиного животика и на верх бедра, видимые на фото. Хитрая Сашка не сфотографировала ничего больше, чем кусочек трусиков, даже не до середины, так что ее киска (пусть даже прикрытая тканью) была не видна, простор для моего богатого воображения открывался немалый. Я представил её всю целиком, одетую в такой же шелковый бюстгальтер. Сашина рука в моем воображении гладила и сжимала свою грудь, а второй рукой она медленно подбиралась под ткань трусиков туда, где сходились ноги и где истекала ее горячая киска.

Этого было уже достаточно. Сжав губы, чтобы не издавать слишком громкие звуки, я начал кончать, и, я вам скажу, это был всем оргазмам оргазм. Четыре или пять струй спермы полетели на мой живот и грудь, я не мог дышать, всё тело как-будто одеревенело. На глазах выступили слёзы, я еле соображал, что вообще происходит.

В конце концов я отдышался, кое-как стер с себя лужи спермы, и вскоре вырубился.

Спал я крепко. Не слышал ни как родители ушли утром на работу, ни как Сашка куда-то упорхнула — наверное, к своей подруге Кате, с которой они были не разлей вода с самого детства. Проснувшись около 11 часов, я позавтракал, позвонил Лёшке и отправился с ним в город — давно договорились посетить магазин комиксов. Мы оба очень увлекались супергеройскими фильмами, эпопеей "Звездных Войн" и всяким таким. Короче, обычные такие, классические нерды-ботаны. В дополнение ко всему Лёшка еще и очки носил, так сказать, завершая образ.

Комиксы нам нравились разные, я предпочитал классику и уже несколько лет охотился за каноном "Звездных Войн", а Лёшка обожал всякую японщину, сыпал разными терминами, которые я никак не мог запомнить, зависал на специализированных анимешных форумах, и у него была мечта скосплеить героя какой-то знаменитой манги. В общем, это Лёшка меня потащил в этот магазин. Впрочем, я не сопротивлялся, это было прикольно и можно было внезапно найти стоящую вещь.

Не было даже малейших шансов, что я расскажу Лёшке о моих вчерашних приключениях. Он, конечно, мой друг, и я ему доверяю очень многое, но о таких вещах не рассказывают даже друзьям. "Прикинь, Лёха, я тут на сеструху онанировал, прям в Сашкином белье, а тут она пришла". Ага, так и расскажу. В подробностях. Да и потребности рассказывать или просить совета у меня не было. Мне бы сначала разобраться, что вообще произошло и что из этого следует.

Лёха всё болтал о своем любимом герое и о том, что никак не может найти пару подходящих элементов для завершения костюма, в котором он хотел пойти на ближайший фестиваль косплееров. На победу в конкурсе он не надеялся, но очень хотел поучаствовать.

В итоге мы провели в магазине буквально несколько часов, переходя от полки к полке и листая незапечатанные версии комиксов, пока, наконец, продавец настойчиво не поинтересовался, будем ли мы что-то покупать или нет. Лёшка купил какую-то мангу и мы ушли.

Вернувшись домой, я прямо в прихожей столкнулся с Сашкой, она куда-то опять уходила.

— Привет.

— Привет. Где был?

— Да с Лёхой в магазин ездили. Он всё костюм какой-то собирает, все уши мне прожужжал.

— Костюм? Ааа... Костюм, значит, подбираете, — многозначительно протянула сестра, и, видя, что я уже открыл рот, чтобы возразить, перевела тему и спросила с лёгкой ехидцей, — Ты сегодня опять поздно встал. Не спалось?

Я покраснел, но быстро взял себя в руки. Похоже, мы с ней вернулись в наш обычный режим лёгких подколов и шуток.

— Спал как младенец.

— Ммм, не знала, что младенцы спят именно так. Надо же. Ладно, мне пора. Буду поздно.

Саша просочилась мимо меня и, уже уходя, повернулась ко мне, чтобы подмигнуть и хитро улыбнуться. Вжух, и нет её, только хлопнула дверь и остался легкий аромат её парфюма.

Я остался стоять в прихожей, слегка озадаченный. Так, она вроде уже не сердится. Ну ок, уже хорошо. Да ведь и фотку мне прислала же вчера. А то, что прикалывается — я её понимаю. Я на её месте тоже вряд ли удержался бы, такой повод постебаться. Но, надо сказать, делала она это довольно беззлобно, так что даже обидеться не получалось. Да и сам виноват, что попался, нечего жаловаться, терпи теперь.

Вспомнив про фотку, я достал телефон и открыл нашу переписку. Нет, ничего нового она не написала, да и я вчера не ответил на ее последнее сообщение. А что тут ответишь — "Спасибо, присылайте ещё"? Я не отказался бы, конечно, но вчера я решил благоразумно промолчать, чтобы не закапываться ещё больше.

Я пошел к себе в комнату и остаток вечера провел, играя на компьютере. Мне надо было как-то почувствовать себя победителем, поэтому я выбрал игру с короткими боевыми сессиями, где я мог быстро получить свою дозу дофамина.

В конце концов, настрелявшись вволю, я поужинал с родителями и завалился на кровать с телефоном. Сашка так и не вернулась ещё со своих гулянок с подружками. Или она завела нового парня? Но не похоже, когда у неё парень, она ведет себя по-особенному, больше внимания уделяет внешности, наряжается, уходя из дома. А сегодня она вышла в обычной одежде — джинсовые шорты, кофточка, кеды.

Полистав немного ленты соцсетей, я уже было собрался спать, но вдруг вспомнил о мысли, которая возникла у меня перед тем, как Саша прислала мне свою фотографию.

Зачем ей мои фотки, если на них не видно, что это я? Шантаж отпадает, даже мелкий "дружеский", типа "сделай за меня домашние дела". Я на такое не поведусь. Или она что-то там увидела, чего я не разглядел?

Я открыл галерею и стал заново рассматривать фотки с моей фотосессии. Некоторые меня сегодня насмешили своей наивностью, но часть были прямо класс. Когда я дошел до снимка с моими ногами в белых чулках, снова перед глазами появился тот самый образ: Саша на кровати, ласкает себя игрушкой, ноги раскинуты, голова запрокинута назад... Блин, наваждение какое-то, натурально.

Я откинул покрывало и стал медленно гладить свой уже давно вставший член, стараясь не отпускать картинку перед моими глазами. Второй рукой я провел по бедру, от коленки к паху, по внутренней стороне, пытаясь вызвать то самое ощущение шелковистой ткани под ладонью. Получалось не особо, но я уже вошел в раж и много мне и не надо было. Я закрыл глаза и перед моим взором понеслась мозаика из реальных и воображаемых картин. Вот Саша в своей постели. Вот ее ножки (мои ножки с фотки). Вот она сжимает бедра, прижимая дрожащую головку искусственного члена к своей киске. Вот она прикусывает губу, приближаясь к оргазму. Вот она сжимает левой рукой свою грудь и перекатывает сосок между пальцами. Вот она выгибается и с тихим "ахххх" начинает кончать, дрожа всем телом...

Надо ли говорить, что кончили мы с ней одновременно?

Едва переведя дух, я обессилено лежал, глядя в потолок, и думал, что я совсем съехал крышей. Мало того, что я придумал себе сексуальный образ сестры, так ещё и онанирую на него каждый день. Я действительно стал смотреть на неё совершенно другим взглядом — как на красивую женщину, которую я хотел бы... "с которой я хотел бы заняться любовью", — аккуратно поправил себя я. Блин, она просто ходячий секс, как я этого раньше не замечал? Не в том смысле, что она готова на секс здесь и сейчас с первым встречным — это совсем не было похоже на Сашу, даже отдалённо. Наоборот, это её все хотят, а она имеет возможность выбирать и не позволяет вольностей кому попало. А я... я хочу Сашку? Или я хочу её образ, тот самый, ночной? Я хочу, чтобы она была моей девушкой? Но это совсем невозможно... Люблю ли я её? Конечно, но это любовь брата, или любовь мужчины? В общем, я немного запутался в понятиях и определениях и просто бросил это глупое занятие. Всё равно такие вещи лучше думать на свежую голову. Может, это наваждение само пройдёт вскоре.

И плюс эта история с бельём. Тут мне тоже было о чём подумать. Почему меня так возбудило Сашкино белье? Точнее, я в этом белье? Я что, гей? Не, ну совсем не похоже. У меня никогда не было мыслей о мужчинах ни в сексуальном плане, ни в эмоциональном. Отвращения к геям тоже не было, пусть себе занимаются чем хотят. Но и интереса не было. Так что этот вариант отпадает.

Но почему тогда мне так понравилось переодеваться? Мне хочется быть женщиной? Да тоже вроде нет. Я не испытывал никакого дискомфорта от того, что я мужчина, и мне не хотелось ни сюсюкать, ни заниматься какими-то женскими делами. Хотя женское бельё мне всегда казалось красивым, я не то чтобы часто его видел вживую на женщинах, не считая мамы или сестры, которые иногда шмыгали по дому в исподнем. У меня были две девушки, но наши интимные отношения с ними всегда разворачивались в темноте, и девчонки всегда очень быстро оказывались обнаженными. Так что поразглядывать их в неглиже мне особо и не довелось.

В общем, я обычный парень. "Хоть и очень дурной, " — подумал я. Наверное, меня просто завела мысль, что Саша была в этом белье, когда она... "Эй, ты сам это придумал!" — одернул я себя.

Короче говоря, мыслить стройно у меня не получалось, и я решил оставить получение ответа на этот вопрос на потом.

Но не тут-то было. Телефон пискнул уведомлением: снова Сашка. Я открыл чат и прочёл:

— Привет. Спишь уже?

— Привет. Нет, еще не сплю. А ты где, дома? Я не слышал, что ты пришла.

— Нет, я у Кати осталась, засиделись, ехать уже поздно и лень.

— Понятно. Что делаете?

— Да как обычно, болтаем. Спать ложимся.

— Понятно. Привет Кате.

Саша на какое-то время пропала, но через несколько минут пришло новое сообщение:

— Ты мне так ничего не сказал.

— О чём?

— Я тебе вчера сообщение прислала. Ты получил?

Я постарался сообразить, как бы так правильно ответить, но быстро ничего не придумалось.

— Да.

— И?

— Мне очень понравилось. Очень красиво.

— Хм... Это хорошо, что понравилось. Очень, говоришь? 😜

Вот язва, а. Опять дразнит.

— Очень.

Снова пауза. Я решил перейти в медленное наступление:

— Саша, а почему ты мне её прислала?

— Я подумала, что раз тебе так моё бельё зашло, почему бы тебя не подразнить немного. Тем более видишь, угадала, что тебе понравится.

— Спасибо 😊 но ты вредительница, мне и так было хреново.

— Вот и я подумала, что ты уж больно несчастен был, надо тебя чем-то подбодрить.

— У тебя получилось 😊

— Рада помочь, обращайтесь, чего там.

— Обязательно обращусь. Тем более, когда ты сама предлагаешь.

— Оу, так ты хочешь их померить?

— Эй, я этого не говорил, я про другое предложение!

— Так хочешь?

Теперь уже паузу взял я. Хочу ли я померить эти голубые трусики? Я бы очень даже не отказался. Вчера я был в чулках и бюстгальтере, но никаких трусиков на мне не было, я просто об этом и не подумал даже. А эти голубые кружавчатые были на вид очень шелковистыми. Интересно, как ощущение...

А, была не была, играем дальше, я человек азартный:

— Хочу. Если ты не против.

— Ок.

И всё? Просто "Ок"? Это что значит? Я могу их примерить? Когда? Как? Или это было просто для того, чтобы услышать мое признание?

Саша прервала мои внезапные метания:

— Завтра поговорим тогда.

Ого! Я аж сел в кровати. Офигеть. То есть это была не шутка вчера насчёт "можешь примерить их тоже"? Она мне реально это предложила, не просто чтобы подразнить? Я минуту соображал, что сказать, и наконец решил хоть немного прояснить вопрос, мучивший меня второй день:

— Хорошо. Саша, кстати, а зачем тебе мои фотографии?

Я очень хотел услышать ее ответ. Думаю, она поняла, что я имею ввиду — я не поверил до конца в её историю про "страховку" и хотел знать правду. Сестра не отвечала пару минут, но, в конце концов, обломила меня:

— Завтра поговорим. Спокойной ночи.

"Знаешь, как заинтриговать? — Как? — Завтра скажу".

— Спокойной ночи.

Я, похоже, стал совсем плохо соображать. Только попрощавшись, я вспомнил наш вчерашний разговор и Сашкино условие: если я хочу примерить её бельё, я должен буду это сделать при ней, у неё в комнате. А сейчас я ей сказал, что хочу примерить шелковые трусики, и мне нужно будет это сделать при ней. И я на это сам напросился, попался в ловушку.

А-хри-неть. Я вообще об этом не подумал, когда отвечал ей сегодня. Отказаться был уже не вариант. "Ой, я передумал, " — у нас Сашкой было так не заведено, сказал — значит, сделал. Если мы играли в какую-то игру, то вот так отваливаться посреди веселья было очень дурным тоном. Сестра часто ловила меня на этом, заводя мой азарт и позволяя сделать опрометчивые обещания или заявления. До сих пор с ужасом вспоминаю, как мы с ней играли в дурачка на желание, и проигравший должен был сходить к соседям и гавкать у них под дверью, пока не откроют. Угадайте, кто проиграл.

А сейчас это явно была игра. По крайней мере, пока. По крайней мере, я так думал.

Блин, как я это сделаю? Одно дело, когда я сам переоделся в её вещи, а потом случайно попался, и другое — прийти к ней в комнату и там раздеться и надеть женские трусы. А если стояк? А если она будет хихикать? Но отступать было поздно. Я решил, что если Саша готова так поиграть, я тоже буду готов. В конце концов, она меня уже видела, скрывать особо нечего. Да и сама мысль о том, что сестра снова увидит меня в женском белье, очень будоражила и заводила. Наверное, у меня появился пунктик на эту тему.

Ещё полчаса я лежал и переваривал наш разговор, пока, наконец, не уснул.

Утром я опять проснулся поздно, дома уже никого не было. Я лениво побродил по квартире, не нашел, чем заняться и позвонил Лёшке — может, что-то придумаем. Увы, родители отправили его к бабушке, помочь с чем-то, и он уже должен был уходить. Посоветовав не забыть пирожки и беречься волков, я пожелал Красной Шапочке счастливого пути. "Иди нахрен, да? Дорогу знаю, секс люблю, " — ответил мне друг и отбыл.

Помаявшись еще немного, я решил отправиться на пробежку. Бывали у меня такие приступы. Регулярно я спортом не занимался, но время от времени то отправлялся бегать, то шел заниматься на ближайшую площадку с уличными тренажерами. Ничего такого — турник, пресс, ну и по мелочи. Сегодня я решил, что пробежка поможет мне очистить немного голову от событий последних двух дней, или, может быть, как-то их переосмыслить.

Немного размявшись, я пробежал свои обычные 3 километра, без фанатизма. Спорт действительно немного очистил мою голову, но увы, только немного. Вчерашняя переписка не шла из головы. Я сам напросился, и сам на самом деле хотел посмотреть, как на мне будут выглядеть эти трусики, и как я себя в них буду ощущать. Но как это будет? Я войду в комнату сестры, сразу разденусь, надену трусики, постою, переоденусь обратно и выйду? Выглядело супер глупо. Ладно, Сашка сказала "завтра поговорим", вот сначала и поговорим, а дальше видно будет.

Закончив пробежку, я перешел на шаг, чтобы немного отдышаться. Пискнул телефон: Сашка.

— Ты дома?

— Нет, бегать пошел. Уже побегал, сейчас домой. А ты?

— Еще нет, скоро буду. Зайди тогда ко мне через час, поговорим.

Вот оно. Неумолимо приближался час расплаты за грехи мои и дурость.

— Ок.

Вернувшись домой (Сашки еще не было), я направился прямиком в душ — после пробежки, да еще и в такое жаркое время, с меня ручьями лил пот. Мужик, конечно, должен быть могуч, вонюч и волосат, но заявиться к сестре в таком виде я не собирался, да и самому хотелось освежиться, конечно. Пока я мылся, мысли мои продолжали крутиться вокруг предстоящего разговора и того, что за ним могло последовать, и член сам собой встал торчком. Я подумал, что наверное есть смысл снять напряжение прямо сейчас, чтобы не слишком потом при сестре возбудиться, если дойдёт до примерки. Я быстренько решил проблему — мне хватило буквально двух минут, чтобы кончить и, тяжело дыша, смотреть, как моя сперма утекает в слив душа. Большого удовлетворения это мне не принесло, но напряжение и правда спало.

Вытираясь после душа, я посмотрел в зеркало — мда, мужик я был не особо могуч. Все мои попытки заняться спортом в последние годы странным образом прерывались сами собой. Сначала я пошел в секцию единоборств, мне даже нравилось и что-то стало получаться, но потом получил ногой в голову и легкое сотрясение. Врач сказал маме, что единоборства для меня могут плохо закончиться (что-то там про падение зрения и прочие ужасы и индивидуальные особенности организма), и на моих попытках стать Джеки Чаном был поставлен крест. После этого я пошел таскать железо, у меня даже стали расти мускулы в нужных местах, но через месяц я навернулся со скейта и серьёзно сломал руку. Кости срастались долго, с тех пор при попытке поднять что-то тяжелое у меня начинала сильно болеть рука, так что моим пределом были гантели не тяжелее 8 кг да турник с брусьями — без фанатизма. В общем, кое-где кое-какие мышцы я нарастил да пресс подкачал, но не более того.

Волосат я тоже не был. Странным образом волосы у меня на теле росли только в подмышках и в паху. Даже ниже пупка у меня не было такой "дорожки", как у остальных парней. На ногах и на заднице волосы были скорее в виде легкого пушка, почти незаметного, учитывая цвет волос — у нас в семье все были русоволосыми, только папа и Сашка скорее в темный оттенок, а мы с мамой очень светло-русые, почти блондины. Мама даже водила меня на осмотр к врачу, но тот ее успокоил, мол, это у меня какая-то индивидуальная особенность, а так гормоны и половое развитие в норме, и других проблем тоже нет. А я не особо и переживал.

Вернувшись к себе, я посмотрел на часы. До назначенного Сашкой времени было еще минут 20, так что я не знал, чем себя занять. В конце концов, я просто валялся на кровати, листая соцсети, пока не получил новое сообщение от Сашки:

— Ну что, идёшь?

Собравшись с духом, я направился к её двери и постучал. Сестра открыла дверь и махнула — заходи, мол. Я зашел и стал посреди комнаты, не зная, что делать дальше.

— Да сядь, не стой, — Саша показала рукой на кровать.

Я сел на кровати, а сестра села в свое кресло и повернулась ко мне. Я немного стеснялся на нее смотреть, но куда деваться — мы сидели друг напротив друга и избегать её было бы странным.

— Тим, послушай, — начала сестра, — я хотела тебе еще раз сказать, что не сержусь на тебя уже, и не осуждаю тебя. Понимаешь?

— Понимаю. Спасибо.

— Я думаю, ты очень переживал, как я буду себя вести с тобой теперь, — проницательно заявила сестра.

— Я и сейчас переживаю.

— Не, ну я буду тебя еще немного подкалывать, извини, не могу удержаться, — хихикнула она.

Я улыбнулся в ответ:

— Понимаю. Сам бы не удержался.

— Ладно, обещаю, это не долго.

Сестра помолчала немного и продолжила:

— Я хотела ещё раз сказать, что... в общем, если тебе нравится наряжаться в женское бельё, я могу тебе помочь. Можешь носить мои вещи, если хочешь. Но только с моего разрешения!

Я покраснел от смеси стыда и возбуждения, но решил, что надо всё же прояснить ситуацию:

— Саш, понимаешь... Я никогда раньше и не думал о таком. Просто так получилось. Ну, я тебе рассказывал. Хотел просто посмотреть, а потом заигрался. Я не фетишист. Наверное... — нерешительно добавил я.

— Да, ты говорил. Но... тебе ведь понравилось?

— Очень, — я опять покраснел как мак.

— А можно я спрошу.. что именно тебе в нем понравилось?

— Ну... оно очень нежное, такое приятное наощупь. Красивое. И на теле очень приятно ощущается, непривычно, но прикольно.

— А тебе что больше понравилось, чулки или бюстгальтер?

Я задумался на секунду.

— Наверное чулки. Бюстгальтер я просто для картинки взял. Ну он просто как одежда на теле, ничего такого. А чулки прикольно.

— Да, они здорово на тебе смотрятся, ещё и с поясом.

Что-то в голосе сестры заставило меня посмотреть на неё. Она слегка улыбалась, когда говорила это, но я заметил, что её глаза как-то по-особенному блестят, и лицо немного порозовело. Ого, ей так понравилось, как я выгляжу в белье? Я был уже довольно взбудоражен, а тема нашего разговора и его тон позволили мне думать, что я тоже вправе рассчитывать на откровенность.

— Тебе понравилось? — спросил я, затаив дыхание.

— Да, очень здорово.

— А что именно?

Саша явно смутилась.

— Даже не знаю. У тебя очень красивые получились ноги в чулках, плюс пояс... Ты же знаешь, я не по девочкам, — я не знал, но поводов думать обратное у меня не было, — но блин... как объяснить...

Сестра совсем смутилась и опустила взгляд. Потом подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза:

— Наверное, это всё вместе. И бельё, и то, какой ты был возбуждённый, и что делал. Такое сочетание... короче, я поэтому и попросила у тебя фотографии. Но там всё весьма целомудренно оказалось, — хихикнула она.

Ого. Ей понравилось, что я онанировал в её белье? Или я ее не так понял?

— Обращайтесь, если что, — попытался пошутить я.

— Угу, непременно.

Сашка немного помолчала.

— Тим, в общем, у меня к тебе предложение.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Как я и говорила, ты можешь попросить меня примерить что-то из моего, но только тут и при мне. Но и я тогда смогу попросить тебя что-то примерить, если захочу. И... я буду смотреть на тебя в белье. Согласен?

Еще бы я был не согласен!

— Да, согласен.

— Мы можем иногда играть в такую игру, но не слишком часто. Я не хочу, чтобы ты каждый день у меня тут ошивался. А там посмотрим, — неопределенно закончила она.

Я был уже очень возбужден нашим разговором, и в прямом, и в переносном смысле. Я пытался сидеть, слегка наклонившись вперед, так, чтобы сестра не видела мой стояк. В ушах у меня шумела кровь, сердце стучало.

— Договорились. Я не знаю, может это у меня пройдёт, но сейчас я бы хотел так поиграть. Спасибо.

Сестра улыбнулась, встала с кресла и подошла к шкафу.

— Ну что, попробуешь примерить? — обернулась она ко мне и снова улыбнулась.

У меня пересохло в горле, поэтому я просто кивнул. Саша достала из шкафа одну из своих матерчатых коробочек и взяла из нее те самые голубые трусики. Развернула, демонстрируя мне их полностью:

— Нравятся?

Я опять нашел в себе силы только кивнуть в ответ. Трусики выглядели ровно так, как на фото: шелковый треугольник, обрамленный узкой полоской кружев. С маленьким исключением — на поясе посередине был маленький бантик с маленьким блестящим стразом, он в кадр не попал.

Саша положила трусики на кровать рядом со мной. Я не знал, что делать дальше. Точнее, я знал, что делать, но был немного в смятении. Просто встать, раздеться и надеть их? Прямо сейчас?

Сестра увидела мое замешательство, улыбнулась:

— Ты раньше надевал женские трусики?

Я помотал головой:

— Нет, я же говорил, я первый раз.

— У тебя получится, я уверена, — хихикнула она. — Я отвернусь, пока будешь надевать.

Но не удержалась и добавила:

— Хотя что я там не видела.

Саша села в свое кресло и повернулась лицом к столу. Я встал и снял шорты. Член стоял так, что было даже немного больно. Попытка сбросить напряжение в душе не помогла, это очевидно. Ладно, отступать некуда. Я стянул свои боксеры и взял в руку Сашины трусики. Блин. Это стринги. Сзади был только маленький треугольник шелка, и они очень быстро сходились в узкую кружевную ленту. Это было неожиданно. Я представил, как будет выглядеть моя задница в стрингах, и засомневался. Но не спрыгивать же в последний момент, да и представленное мной меня скорее возбудило еще больше. Как будто это было возможно.

Я аккуратно опустил одну, затем другую ногу в отверстия трусиков и стал их подтягивать выше. Дойдя до члена, я остановился — я не понимал, как мне его разместить в них. Плюс мне казалось, что от возбуждения он стал больше, чем обычно, и попытка его сдвинуть в сторону или пригнуть вниз была попыткой сделать это с железной арматурой. К тому же смазка уже текла по нему, и с этим надо было что-то сделать, я не хотел испачкать трусики в первый же момент. Я попытался размазать её по члену, но ее было очень много. Пришлось размазать еще и по животу. Кое как справившись, я натянул трусики до пояса.

Шелковый треугольник спереди в основном закрывал мой член, но тот упирался в резинку и немного оттягивал её. Мягкая ткань приятно облегала ствол, слегка щекоча. Это было очень возбуждающе. Яйца я кое-как разместил в пределах трусиков, но они тоже норовили выскочить наружу. Кружевная лента сзади попала ровно между моих ягодиц, но она была, на удивление, очень мягкая, так что дискомфорта от трения я не чувствовал. Сочетание шелка на члене и голых ягодиц было просто супер.

— Можно смотреть? — спросила Саша, не оборачиваясь.

— Смотри, — проговорил я, и сестра повернулась ко мне в кресле.

— Вау... — только и смогла выговорить она с округлившимися глазами. — Круто. Я и не думала, что это будет так секси.

Она уставилась на мой член в трусиках, который, кажется, стал ещё больше и подрагивал от напряжения, всё больше и больше отодвигая резинку от тела. Я заметил, что её лицо сильно порозовело, а рот чуть приоткрылся. Она сосредоточенно смотрела на мой член, будто пытаясь проникнуть взглядом под ткань. Потом подняла взгляд и спросила меня:

— Ну как, нравится?

— Ага, — кивнул я в ответ. Мне действительно очень нравились ощущения от шелка и осознания, что я сейчас стою в женских трусиках перед сестрой, которая меня разглядывает. Что-то в этом было... Не унизительное, наоборот. Это было очень возбуждающе и придавало мне какой-то храбрости, что ли.

— Повернись, пожалуйста. И блин, сними ты футболку, всю картину портишь!

Я стащил футболку и повернулся к Сашке спиной.

— Вот это попка! — восхитилась она. — Тима, ты знаешь, что у тебя очень сексуальная попка? Еще и в стрингах. Обалдеть. Все...

Она прервала себя, но опять не удержалась и закончила:

— Хотела сказать "все мужики твои", но ты же, говоришь, не гей, так что это не к тебе. Уверяю, девчонкам тоже очень нравятся такие попки, так что — "все девчонки твои".

— Ага, особенно когда я в стрингах, — засмеялся я и сделал игривое движение бедрами.

— Воу, воу, полегче, детка, — рассмеялась Сашка. — Хотя, немного подучить, ммм... может получиться секс-бомба.

Я провел руками по шелку спереди. Ощущения были очень приятными, нежными, как на ладони, так и на теле. Член уже просто ныл от напряжения, и снова стал выделять большие порции смазки. Еще немного, и я залью ей все трусики.

— Иди сюда, давай посмотрим, — Саша потянула меня к зеркалу.

Мы стали с ней рядом и посмотрели в отражение. Сашка была одета в шортики и просторный пуловер с рукавами в три четверти, а я стоял рядом с ней в одних трусиках. Мы были примерно одного роста, а учитывая мою худобу и не очень широкие плечи — примерно одного телосложения.

— Ну как тебе?

— Прикольно.

Сестра немного нахмурилась и о чем-то на секунду задумалась, потом сказала "Погоди" и метнулась к другой секции шкафа. Чуть порывшись на полках, она вытащила оттуда бирюзовый бюстгальтер и протянула мне:

— Надень, пожалуйста.

Бюст был похож на трусики, хоть и не из одного комплекта. Он был чуть светлее, другой оттенок, но так же был обрамлен сверху кружевами, а бока были из полупрозрачной сеточки. В чашечках были поролоновые вставки, которые должны приподнимать грудь повыше. Если она есть, конечно.

Я надел продел руки в бретельки бюста:

— Застегни, пожалуйста.

Саша быстро застегнула бюстгальтер, и, немного поправив его спереди, я повернулся к ней.

— Вау... Просто вау. Блин, тебе так идёт, это прямо удивительно.

Она повернула меня к зеркалу:

— Смотри.

Теперь рядом с Сашкой стояла девчонка. Длинные стройные ноги (спасибо пробежкам), плоский животик, бюстгальтер, короткая стрижка. Фигура не фигуристая, но талия есть, не ровная доска. Только вот заметный бугор спереди отвлекал от этого впечатления.

— Круто, правда? — спросила Сашка. — Смотри, как тебе идёт. Ты прям секси. Мы можем тебя подкрасить, причесать — вообще будет не отличить от девчонки.

— Эээ... спасибо, пока не надо, — ответил я. На самом деле мне очень нравилось мое отражение, оно действительно было очень даже ничего себе. Но как-то именно представлять себя девушкой... Однако мысль попробовать и узнать, что получится, запала и где-то там засела.

— Тим... а можно я фото сделаю?

— Фото? Зачем тебе?

— На память, — хитро улыбнулась она. — Никому не покажу, только мне. Буду вспоминать, какой у меня братик — куколка.

— Ладно. Только без лица. Мало ли.

— Хорошо, конечно.

Саша взяла телефон и сделала несколько снимков меня спереди. Просмотрев, что получилось, она осталась недовольна.

— А ты можешь стать в какую-нибудь позу?

— Эээ... в какую?

— Так, ну, одну руку на пояс, — Саша подошла ко мне, положила мою руку на пояс, затем попросила меня прогнуться особым образом, слегка выставив бедро, и чуть наклониться. Это я так коряво описываю, а получилась очень провокационная поза. Девушка на фото игриво позировала, как бы говоря всем своим телом — ну, подходи, рискни, видишь, какая я. Фотка была очень секси, в общем.

Саша заставила меня стать еще в несколько поз, сделав довольно много снимков. В конце концов она развернула меня спиной и сделала ещё немного фотографий.

— Тима, а ты можешь... немного прогнуться?

Я упер руки в бедра и попробовал выгнуть спину.

— Вах. Пэрсик! — сестра защелкала камерой. — Так, а теперь одну руку на попку. Да не туда, вот сюда.

Сашка положила свою ладошку на мою ягодицу. Электрический разряд от этого прикосновения заставил меня дернуться. Член, который за время фотосессии немного успокоился, моментально взбодрился в полную готовность. Я обернулся, чтобы посмотреть на Сашу — чего это она?

Саша не убрала ладошку, продолжая легонько прижимать её к моей ягодице. Лицо у нее было розовое, и она дышала немного громче обычного. Или мне так показалось?

— Блин, у тебя классная кожа. Очень бархатистая. Супер.

В конце концов она убрала руку.

— Спасибо, я думаю, я много уже сделала. Пришлю тебе потом, если хочешь.

Я выпрямился и повернулся к Саше. Она убрала телефон и посмотрела мне в глаза. Я в ответ пялился на неё. Неловкое молчание немного затянулось, и сестра быстро спросила меня:

— Ну как тебе, фотосессия?

— Очень. Спасибо, мне понравилось.

— А то. Я сама предложила же. Тебе понравилось в трусиках?

— Да, — честно ответил я. — Ощущения другие, не такие, как от чулок, но тоже очень приятные.

— Это да. Мне эти трусики тоже очень нравятся. Они какие-то такие... — Саша не договорила и посмотрела вниз.

Так как резинка постоянно немного давила на мой перенапряженный член, я и не заметил, как он вылез-таки наружу. Больше половины головки выглядывало из-за кружева на резинке, гордо поблескивая смазкой. Крайняя плоть немного сдвинулась, обнажив пурпурную пульсирующую кожу. От Сашиного взгляда член еще раз дернулся, и еще одна небольшая капля смазки выплеснулась наружу.

— Тебе, наверное, надо с этим что-то сделать, — тихо проговорила Саша и повернулась от меня к столу. Я успел заметить, как вспыхнуло ее лицо и как она прикусила нижнюю губу.

— Извини. Я сейчас уйду.

Я аккуратно снял трусики, чтобы не испачкать их еще больше — часть смазки всё же попала на резинку и верхнюю часть кружев. Кое-как расстегнул бюстгальтер, положил белье на кровать и быстро оделся.

В дверях я обернулся:

— Спасибо, Саш. Мне очень понравилось.

Саша стояла у стола, продолжая смотреть в какую-то точку на нём, покусывая нижнюю губу. Потом повернулась ко мне и тихо ответила:

— Мне тоже. Спасибо, что разрешил тебя поснимать. Потом ещё поиграем, может быть. Если захочешь.

— Захочу.

Я закрыл дверь. Сердце опять стучало в ушах, я тяжело дышал, руки немного дрожали. Мне срочно нужно было что-то сделать с этим членом, который сейчас взорвется нафиг.