Глава 5: Секрет Анны.

— Приятного аппетита!» — пожелала всем Сюзанна, приступая к салату с паштетом из дикого кабана, застреленного на прошлых выходных её супругом, и вслед за ней к трапезе приступили остальные гости за столом, которые, в свою очередь, желают ей такого же приятного аппетита… и застолья.

Ричард, глава этого дома — единственный, кто отсутствует за столом, и все в этом доме притворяются, делая вид, что им нечего скрывать или даже стыдиться, в то время как Гатис - это просто живая бомба, способная вызвать настоящий переполох среди родственников. Жанна, медленно пережёвывая паштет, наблюдает за сестрой, пытаясь оценить её настроение. Это действительно желательно было бы понять, поскольку Гатис утром из дома Анжелы сразу же отправился к ней, чтобы всё рассказать ей о своих изменах, так что сейчас Анна, казалось бы, должна знать всё и обо всех, но, как ни странно, ни что в облике её сестры не говорит о том, что у неё затаилась обида или ненависть к ней или их матери. Между тем, она не подозревает, что её зять стал свидетелем немыслимой казалось бы сцены - как её сестра Анна подвергается сексуальному насилию со стороны их брата Томаса. Такой вот нарисовался сексуальный сюжетец то ли семейной драмы, то ли комедии!

Жанна чувствовала бы себя намного лучше, если бы ей было известно, что трезво оценив эту ситуацию, Гатис призадумался и решил не признаваться Анне в измене. Только Сюзанна, ничего не знающая о ночных похождениях Жанны и Гатиса или о том, что её старшая дочь спит с своим братом, с удовольствием поглощает паштет, не подозревая, что благостная семейная атмосфера их дома может в любой момент взорваться… Но и сама она отнюдь не невиновна, поскольку тоже успела переспать со своим зятем ранее на этой неделе. Наблюдая за Анной краем глаза, Гатис едва прикасается к салату на своей тарелке, настолько он растерян. Честно говоря, это вполне понятно; не каждый день увидишь, как твою будущую жену трахает её собственный брат… И какой это был трах! Длинный, толстый член Томаса растянул анальное отверстие его дорогой сестры, которая стонала от удовольствия каждый раз, когда его яички ударялись о её великолепную, блестящую вагину.

Да и Анна, пока Томас трахал её в задницу, отдавалась этому довольно нетрадиционному любовнику с нескрываемым наслаждением, предоставив ему полную свободу действий пока Анну не накрыл такой мощный оргазм, что тело её забилось в судорогах с членом Томаса в заднице. Это было настолько захватывающее зрелище, что сам Гатис с удивлением обнаружил, что у него встал член, когда он увидел, как его жена изменяет ему прямо у него на глазах. Воспоминания об этом снова всколыхнули его память и воображение:

— Аааах, даааа, ах, как хорошо… Хорошо, что твоего парня нет здесь сегодня утром, это дает нам время по-настоящему насладиться друг другом!!! — восклицал Томас, глубоко вонзая свой длинный член в задницу Анны. Его непристойные слова, обращённые к любви всей его жизни, всё ещё звучат в его голове, как и ободряющие стоны, вырывающиеся из губ его невесты. И всё же он не может отрицать - когда Томас кончил в Анну, вытащил член и из анальной дырки Анны потекла струйка его спермы, Гатис тоже изверг струю спермы в свои штаны, в молниеносном оргазме, прежде чем незаметно ускользнуть из комнаты.

Позже Гатис как ни в чём ни бывало подходит к Анне, сделав вид, притворяясь, что ничего не знает о произошедшем. Анна набросится на него, поцелует, изображая, что счастлива наконец-то увидеть его. Она сыграет роль девушки, которая безоговорочно любит своего парня Гатиса, в то время как, несомненно, сперма её брата всё ещё находилась глубоко внутри её задницы, и часть её, несомненно, стекала по её ногам, пока она была в его объятиях.

Итак, после этой безумной недели, проведенной с родственниками жены, Гатису уже пора было подвести некоторые итоги.

Во-первых… Он думал, что верен этой прекрасной женщине, которой хотел сделать предложение, но теперь, всего за одну неделю её отсутствия, он успел утешить её мать, которая чувствовала себя одиноко в своей постели, пока её муж в отъезде, и её сестру, которая, кажется, оказывается совершенно не в своей тарелке, если проведёт день без мужских членов в своих дырках... желательно сразу во всех трех. А во-вторых… Он узнаёт, что женщина, которую он любит, пользуется его отсутствием, чтобы её собственный брат её анально поимел. От всего этого хочется почесать затылок и задуматься, к чему всё это приведёт. С головой, затуманенной такими мыслями, и совсем не голодный, Гатис вдруг встаёт из-за стола, пока остальные персоны смотрят на него в недоумении.

— Извините меня, этот паштет очень вкусный, но я совсем не голоден… Пойду наверх, закончу собирать свои вещи!

— Дорогой, ты что, с ума сошёл? Что не так? - Спросила Анна, прежде чем повторить вопрос, и не добившись от него ответа, продолжила, - Дорогой... Ответь мне, ради Бога!!!

Анна встаёт, глядя на свою мать, которая удивлена не меньше, чем она, а затем на сестру, которая только что поняла, что та не знает, что произошло на этой неделе, а Томас начинает критиковать своего зятя:

— Ну вот и всё понятно... Провёл в нашем доме только одну неделю, а уже решил, что может вставать из-за стола, когда ему вздумается!

— Томас, пожалуйста, замолчи, мы не нуждаемся в твоих комментариях! — огрызается его мать.

— Что... Но это правда, мама! Чёрт возьми, он мог бы хотя бы посидеть с нами за одним столом!

— То, что ты его терпеть не можешь, это одно дело, но перестань так мелочно к нему придираться... Ты реально выглядишь глупо, когда так себя ведёшь! — добавляет Жанна.

— Ого... Ну, знаешь что? Тогда я тоже встаю из-за стола, пойду покурю… Так что вы сможете расслабиться и спокойно доесть этот превосходный паштет, — объявил Томас, уходя прочь.

— (вздох) Ты же говорил, что бросил курить? — спросила, не обрадовавшись происходящему Сюзанна, и заметив, как сын вытаскивает пачку сигарет из заднего кармана рваных джинсов.

— Да-да… Слушай, мама, я бросаю… в процессе!!! — саркастически бросил он, выходя на террасу.

Наступила минута молчания.

— Ну… и всё-таки интересно, что случилось с Гатисом, он совсем не похож на себя!!! — обеспокоенно выпалила Сюзанна.

— Он ей всё рассказал… — внезапно прохрипела Жанна, глядя матери в глаза, скрестив колени и руки.

— Прости… Что ей рассказал? — спрашивает Сюзанна, не понимая, к чему она клонит.

— Что ты с ним переспала!!!

— Что, прости ??? — выдавливает из себя мать, тупо глядя на дочь, совершенно ошеломлённая её словами. Думая, что это шутка, она продолжает, делая вид, что не понимает, о чём та говорит:

— Жанна… Ты что, с ума сошла? Ты понимаешь, что только что сказала? Это совсем не смешно, знаешь ли?

— О нет, мама, пожалуйста, не играй со мной в эту игру… Я лично застала вас двоих на кухне в начале этой недели. Ты прыгала на нём, как сумасшедшая! И вы оба так громко стонали, что я услышала ваши крики из подвала!!!

— Но… но!!! — запинается покрасневшая то ли от стыда, то ли от красного вина мать семейства, не зная, куда смотреть и что сказать.

— Никаких «но», нет… Ты переспала со своим будущим зятем, и тебе это понравилось… Всё не так уж сложно! Дважды два! Но беда в том, что нарисовалась проблема!

Сюзанна на мгновение смотрит дочери в глаза, затем опускает взгляд на свою тарелку. Её аппетит окончательно пропал; резкие, но вполне оправданные слова дочери окончательно отбили у неё желание продолжать ужин.

— Но… что ты имеешь в виду под «расскажет ему всё»? — тревожно спрашивает она, понимая, что лгать Жанне бессмысленно.

— Ну, не волнуйся, ты не единственная за этим столом, у кого большие проблемы… Я сама переспала с Гатисом прошлой ночью на групповом сексе у Анжелы!! — признаётся молодая блондинка, делая это настолько бестактно, что её мать буквально прилипает к своему кожаному креслу.

— Прости… Но, но… Ты шутишь?

— Разве похоже, что я шучу, мама? В общем… Сегодня утром, чувствуя себя виноватым из-за всех этих секс-приключений перед Анной, Гатис решил рассказать ей обо всём, что творилось здесь в течении этой недели, с моим и твоим участием, кстати, мама. Обо всём, что мы с тобой с ним сделали. Я пыталась отговорить его, но это было бесполезно!!!

— Боже мой, но Анна, бедная девочка, как она это воспримет??? — тревожно говорит Сюзанна, прикрывая дрожащими руками рот, её глаза начинают краснеть.

— Ты же знаешь Анну… Подожди, пока она спустится вниз и выскажет нам всё, что думает о нас, потом расскажет обо всём папе, и наша семья навсегда развалится! — смачно описывает своё видение дальнейших событий Жанна, добавляя с чувством вишенку на торт, - И, с одной стороны, она будет права. А как бы ты себя чувствовала, если бы узнала, что твоя мать и сестра пользуются твоим отсутствием, чтобы наброситься на твоего мужчину и устроить с ним потрахушки, скажи мне?

Сюзанна склоняет голову, словно смирившись с реальностью ситуации; то, что они сделали за спиной Анны, непростительно. В тяжелом молчании они ждут своей участи, а тем временем Анна входит в свою комнату, где Гатис занят тем, что закрывает молнии на своих теперь уже полных сумках.

— Гатис… Дорогой, расскажи, что происходит?

— Ничего… Пожалуйста, оставь меня в покое!

— Нет… Ты не в порядке, я поняла это, как только увидела тебя… Расскажи, что случилось! — настаивает Анна, забирая сумку из его рук. Гатис посмотрел на неё, затем присел на кровать, за ним последовала его невеста, и прижалась к нему, чтобы выслушать его слова:

— (вздыхает) Ну… я застал тебя раньше… Ну, занимающейся этим с твоим братом! — признался он нерешительно.

Анна инстинктивно отстранилась от него, у неё перехватило дыхание. Шок был настолько сильным, что она не смогла сразу подобрать нужные слова. Бледная как привидение, она встала и подошла к двери и заперла её, словно желая, чтобы их никто не подслушал. Гатис также молча наблюдал за ней. Прижавшись лбом к двери, дрожащим голосом, она задала ему вопрос:

— Почему… Почему же ты тогда не вмешался?

— Я… я не знаю, Анна, я был так ошарашен… не ожидал застать тебя за этим с Томасом!

— Послушай, я… я могу себе представить, что ты думаешь..., будто я какая-то грязная блядь! — сказала она, повернувшись к нему лицом, глаза её были полны слёз.

Затем Анна подошла к кровати и присела, не в силах смотреть Гатису в глаза:

— Я отвезу тебя обратно нашу квартиру, возьму свои вещи и потом исчезну навсегда, обещаю!

Гатис смотрел на неё, ошеломлённый этим внезапным и в чём-то роковым для него решением.

— Анна, что ты такое говоришь, Анна! — пытался он вразумить её, когда вдруг она бросилась ему в объятия, рыдая.

— О боже, Гатис… О боже, моя любовь, что я наделала… Мне так жаль, дорогой, я чувствую себя такой виноватой, если бы ты только знал!

— Успокойся… Успокойся! — утешал её Гатис, внезапно почувствовав себя так же неловко, как и она, зная, что он творил на этой неделе с её матерью и сестрой. Он, который хотел во всём признаться, тут же смирился с тем, что пока ничего ей не расскажет. Может быть... никогда!

Они снова присели на край кровати, и Гатис ждет, пока Анна успокоится, прежде чем задать ей вопрос:

— Расскажи мне, дорогая… пожалуйста. Мне просто нужно знать, как всё это началось? — спрашивает он.

Анна делает паузу, а затем решается рассказать ему всё, без утайки:

— Знаешь, уже некоторое время тому назад я стала замечать, что Томас перестал смотреть на меня как на сестру, когда я приезжала из Риги сюда, домой. В то время ему ещё не было и восемнадцати… Я часто ловила его на том, что он смотрит на мою грудь и бёдра, когда я была рядом. Это, конечно, меня беспокоило, но, обратив на это внимание, я также заметила, что он точно также смотрит и на мою сестру и мать, поэтому я восприняла это как простое любопытство, поскольку в этом возрасте у мальчиков бушуют гормоны, — начинает она, пока Гатис внимательно слушает её признание.

— Затем, месяц тому назад, когда я приезжала сюда на каникулы на две недели, пока ты работал… Помнишь?

— Да… Да, помню!!! — кивает он.

— Утром я приняла душ, прежде чем пойти в гостиную посмотреть телевизор с родителями. Но через некоторое время вспомнила, что забыла повесить полотенце на полотенцесушитель в ванной. Вернувшись наверх, я обнаружила Томаса со стрингами, которые я носила в тот день и бросила в корзину для грязного белья… он обмотал их вокруг своего пениса и использовал для мастурбации!!!

— И что ты сделала… Закричала?

— Нет… Нет, я просто была ошарашена и растерялась!!! Стояла и смотрела, как он это делает, и… Через некоторое время он кончил в них. Сначала я не знала, что и думать. Одно дело, когда Томас пялится на мои сиськи, а совсем другое — когда он крадёт мои трусики и брызгает в них свою сперму, кончает в них!

— Ты на него рассердилась?

— (Вздох) Нет… Наоборот, в последующие дни я почувствовала его явно нездоровое влечение ко мне, хотя была его сестрой, и это было табу в общественном сознании и, конечно, для меня. А Томас внешне был такой загадочный и холодный… Поэтому, зная, что он тайно фантазировал обо мне, своей сестре, я была невольно взволнована происходящим! — ответила Анна, явно смущенная, - не понимаю почему, но это так!

— И… как… как ты в итоге дошла до этой содомии?

— Ну… скажем так… я немного помогла ему, не думая, что всё так закончится!

— Что ты имеешь в виду?

— В последующие дни я делала всё возможное и невозможное, чтобы привлечь внимание брата… задирала юбку ну очень-очень высоко, когда сидела рядом с ним в гостиной… делала вид, что не замечаю его косых взглядов, но при этом прекрасно зная, как откровенна моя поза и насколько ему видны края моих чулок. Иногда я садилась напротив Томаса, делая вид, что читаю книгу, и специально раздвигала ноги, чтобы брат мог увидеть кружева моих стрингов. Или специально оставляла своё нижнее бельё на виду в корзине для белья после душа, чтобы он мог получить от этого удовольствие, подрочив на них. Знаю, это что-то из разряда извращённых представлений об отношениях брата и сестры, но всё же… я это, представь себе, делала!!! И, уж не знаю, могу ли я тебе об этом, рассказывать, но я нюхала свои трусики после этого и даже лизала их. Мне было интересно, какая на вкус сперма у моего брата!

— Но почему ты так поступала… Разве я тебя игнорировал? Был плох в постели?!

— Нет, ты не имеешь к этому абсолютно никакого отношения. Просто… я даже не знаю (вздох). Всё это на уровне подсознания. Наверное, запретное возбуждает иногда сильнее, чем…, - Анна попыталась объяснить свои чувства, тупо потирая лоб:

— Притяжение желанием Томаса овладеть мною казалось мне настолько сильным, неземным, запредельным, что поглотило меня и моё сознание, да настолько сильно и глубоко, что заставило меня в конце концов дать ему то, чего он так хотел. Ещё раз скажу, что не знаю толком, как это объяснить. Может быть, как раз и хотела это понять, отдаваясь брату. Я люблю тебя и знаю, что делать такое за твоей спиной неправильно, но внутренняя сила заставляла меня бросить вызов этому запрету… Это трудно объяснить! По крайней мере, я не могу…

— Так… и что произошло дальше?

— Это случилось в конце той самой недели моего пребывания у родителей. Мама попросила меня съездить в магазин за хлебом. Когда я пошла в гараж, Томас остановил меня, сказав, что хочет прокатиться на нашей с тобой новой машине, чтобы посмотреть, как она, по его словам, «едет». Я согласилась, а потом…

— А потом…? — спросил Гатис, чувствуя, что нерешительность Анны говорит о многом для достаточно банального тест-драйва автомобиля.

Анна прекрасно помнит тот день… тёплый октябрьский день, поэтому она оставила пальто дома. Одетая лишь в белую майку с короткими рукавами и красную мини-юбку чуть ли не до середины бедра, она спустилась с крыльца. По той самой лестнице, где потом Гатис поскользнулся и повредил оба запястья, только в то время года ещё не было опасности заморозков и обледеневших ступенек. Несмотря на приятную температуру, Анна предусмотрительно надела чулки, чтобы выглядеть как можно более секси. Высокие каблуки её чёрных туфелек цокали по булыжнику, когда она приближалась к своему новенькому красному Audi, недавно купленному на пару с Гатисом.

— Анна… Подожди меня! — внезапно появился Томас, выскочив из гаража, чтобы догнать её перед машиной.

— Что тебе нужно?

— Ну, хотел бы опробовать твою новенькую машину. К тому же, она с автоматической коробкой передач, и мне очень любопытно узнать, что у неё под капотом! — ответил он на вопросительный взгляд сестры, которая на мгновение задумалась, согласиться ли на его просьбу. Но зная, как он любит быструю езду, утвердительно кивнула.

— (Вздыхает) Ладно, но не сильно гони, хорошо? Эта машина не совсем уж полностью моя… половинка принадлежит Гатису! — предупредила Анна.

— Без проблем, сестричка! Вот, я даже дверь тебе открою! — заявил Томас, открывая пассажирскую дверь, чтобы впустить её в салон.

Не говоря ни слова, Анна садится в «Ауди», в принципе, уже догадываясь о том, что задумал её братец. Короткая юбка невольно задирается, обнажая бёдра, словно специально раздвинутые перед его жадным взглядом, а розовые кружевные стринги не в состоянии скрыть её пизду. Анна знает это, но ничего не делает, чтобы помешать Томасу наслаждаться нескромным видом её промежности. Раздвинув ноги ещё шире, она больше не скрывает верх серых чулок юбкой, которая поднимается всё выше и выше. Почти не разговаривая во время поездки, молодой человек проводит время, глядя то на дорогу, то время от времени бросая взгляд на почти полностью обнажённые бёдра сестры, которые она даже не пытается прикрыть. Прекрасно понимая, что за ней наблюдают, Анна чувствует, как внутри неё поднимается чувственное возбуждение. Купив хлеб и снова сев в машину, Анна опять начинает свою маленькую игру под названием «Смотри на меня, раз уж хочешь», задирая свою красную юбку ещё выше, чем раньше и сводя с ума своего брата, направив свои пальчики вниз и заправив ниточку стрингов прямо внутрь своих разбухших от возбуждения половых губ пизды.

Когда Томас, выбрав менее проторенную дорогу через лес, чтобы якобы по его словам дать Audi возможность разогнаться как следует, Анна решилась поговорить с ним о Гатисе, с которым её семья ещё не была знакома:

— Кстати, я думаю представить маме с папой своего нового парня Гатиса в декабре. Думаю, вы отлично поладите с ним, потому что он тоже любит машины! — восклицает Анна.

— Мне всё равно… Я не хочу с ним знакомиться! — парирует Томас.

— Почему ты так говоришь? Ты его ещё не видел, а уже такой негатив?

— Дело не в нём… Я просто не хочу столкнуться с любым парнем, который даже просто пытается обнимать мою сестру, вот и всё! – добавляет он, а его сестра, не понимая такой реакции на её отношения с парнями, на мгновение смотрит на него с недоумением, думая, что брат просто хочет её защитить от чего то плохого, что она находит как довольно милым, так и неожиданным с его стороны.

— Мне приятно это слышать... что ты так обо мне беспокоишься… Но знаешь, мой Гатис — он действительно хороший человек!

Внезапно Томас поворачивает налево, сворачивая на небольшую грунтовую дорогу, которая уходит в лес, а затем резко тормозит.

— Ты что, с ума сошёл? Зачем ты поехал по этой дороге?

— Я больше не могу это терпеть, Анна, это выше моих сил! — выпаливает Томас, тут же кладя правую руку ей на левое бедро, обтянутое серым чулком.

— Но… Томас, что случилось… и что тебя так раздражает? — спрашивает она, кладя руки на его пальцы, пытаясь остановить их движение вверх по бедру, но не убирая их.

— Представь себе, я так завидую твоему парню… Ты такая красивая, такая женственная, секси…ты меня так возбуждаешь, Анна! — признался Томас.

— Но Том, ты что, с ума сошел? Я твоя сестра… Представь, если мама и папа узнают? — попыталась она его успокоить.

— Да мне всё равно. Наш папа — полный придурок, который никогда не принимал меня таким, какой я есть на самом деле… и не говори мне, что ты тоже этого не хочешь?

— Что ты несёшь? Какая чушь! Нет, совсем нет! — Анна покраснела, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в том, что в этом месте их никто не заметит.

— Лгунья… Всю неделю ты меня дразнишь, так что не притворяйся такой уж невинной девочкой! — вмешался Томас, с трудом вырываясь при помощи правой руки из мягких объятий Анны, поддавшей его поползновениям, и одновременно позволив ему скользнуть под её юбку и добраться до её стрингов.

— (вздох) Томас, ты действительно такой идиот, правда?.. Прекрати, я твоя сестра, это аморально, чёрт возьми!!! — ругает она его, ничего при этом фактически не запрещая.

Его рука тем временем быстро скользит под её стринги, чтобы погладить интимные губы.

— Ты говоришь мне это в то же самое время, когда позволяешь прикасаться к тебе, и я пальцами ощущаю, как увлажнилась твоя пизда.. Признай, тебя возбуждает то, что я возбуждён тобой!!! Не ври сама себе!

— Нет... Нет, хватит, поехали домой!!! — стонет Анна, её бедра вздрагивают под напором руки брата. Левой рукой она держит его за руку, но не слишком сильно... скорее, лишь изображая сопротивление.

— Ооо, дорогая сестрёнка, просто подними юбку и покажи мне, какая ты красивая, пожалуйста!!!

— Но... Нет… ты сумасшедший, ммм... Нас могут увидеть? — бормочет Анна, при этом явно не желая отказывать брату в том, чего он так отчаянно хочет.

— Нет, нет, здесь никого нет!!!

— Ты уверен???

— Да... Ну же, покажи мне!!!!

Анна приподнимает ягодицы с сиденья и поднимает юбку выше бёдер, обнажая перед собственным братом свои розовые кружевные стринги, каждая лямка которых поднимается высоко на бедра, ещё сильнее вдавливая ластовицу в её вульву, которая теперь буквально разрывает её на две части.

— Оооо, чёрт подери, ты прекрасна!!! — стонет Томас, спуская свои штаны и обнажая триумфально эрегированный пенис, направленный к потолку. Анна смотрит на него в изумлении. Видя его в прошлый раз в ванной, мастурбирующего в трусах, она всё таки не представляла, что вблизи член её брата окажется настолько большим...монументальным.

— Боже мой, Томас, что ты с этим делаешь... Как ты с ним управляешься. Надень штаны обратно прямо сейчас, пожалуйста!!!

— Нет... Даже не подумаю. Подрочи мне, сестрёнка, я так этого хочу!!!

— Что?! Ты что, с ума сошел?!

— Ну же, пожалуйста, хотя бы немного! — просит Томас, хватая её за руку и заставляя её грубо мастурбировать его член.

— Уууух (вздох) Ты такой надоедливый парень, мой братик, тебе разве не говорили этого раньше твои девушки? — мило ругает она Томаса, но при этом начинает подрачивать его член, который сразу же ощутимо растёт у неё в руке.

— О боже... Он точно больше, чем у Гатиса! — замечает она про себя, не говоря ни слова, думая в этот момент, несмотря на ситуацию, о члене своего парня. Эта очевидная разница в размерах возбуждает её ещё больше, как и тот факт, что пенис, который она сейчас мастурбирует в машине, принадлежит её собственному брату. Удивительно, как запретные вещи разжигают любопытство и возбуждение в человеке.

— Аааа, я знал, что ты тоже этого хочешь, отсоси у меня прямо сейчас! — стонет Томас, кладя руку сестре на затылок, чтобы с силой подтолкнуть её к своему пенису.

— Нет… Подожди, Том… Я с удовольствием подрочу тебе, но трахаться с тобой – ни в коем случае, ведь я твоя сестра, и не забывай, что у меня отношения с Гатисом!!! – бормочет Анна, хотя её губы уже прижаты к головке его члена. Томас, остановись! Ааааааа!!!

Тем временем половина его пениса входит ей в рот, и Анна тут же начинает сосать его, тем более что Томас давит рукой на её голову, заставляя Анну двигаться взад и вперёд, несмотря на её сопротивление и приглушённые стоны, искажённые движениеми его члена во рту.

— Мммм… Ммммм… Ммммм… Ммммм!!!!

— О да, соси, чёрт возьми… Соси, я так долго об этом мечтал!!! — Её брат машинально повторяет эту фразу, закрывая глаза от удовольствия, и тянется к ягодицам, чтобы отодвинуть в сторону лямку её трусиков и ввести палец прямо ей в анус. После этого Анна отпускает пенис брата и издает удивленное «Ммм», покачивает бедрами, постанывая от этого вторжения.

На этом месте Анна прерывает своё признание, чувствуя себя слишком неловко, чтобы продолжать, а Гатис молча наблюдает за ней.

— И… и что потом? — спрашивает он, отчаянно желая узнать конец истории.

— Он кончил мне в рот без предупреждения, если ты хочешь это знать! Пришлось всё проглотить! И да, было вкусно… ореховые нотки, — отвечает Анна, отводя взгляд и ужасно стыдясь себя.

— Хорошо… Но были ли другие случаи с ним?

— Нет, кроме разве что… когда он набросился на меня, потому что застал наклонившейся над кроватью, когда я собирала твои вещи, не заметив, что моё платье задралось сзади… Ну и дальше всё случилось по тому же самому сценарию!

Выслушивая её признание, Гатис с удивлением обнаруживает крепнущую, словно "братство Анны", эрекцию в своих штанах, представляя, как рот его жены наполняет сперма, изливающаяся из пениса её брата. Это безумие; он должен был бы, казалось, разозлиться, и послать свою невесту по определённому адресу! Но нет, её рассказы непреодолимо возбуждают его.

— Послушай, Анна, я хотел бы знать… Ты делала это и с другими мужчинами?

— Ну… Да, с одним врачом, который сейчас на пенсии. Он постоянно дарил мне подарки, которые я выбрасывала, прежде чем вернуться домой. А потом однажды он подарил мне нижнее бельё, совершенно открыто сказав, что хотел бы увидеть меня в нём под моей халатиком медсестры… Я восприняла это как оскорбление… он был намного старше меня… и влепила ему пощёчину!

— Но… Но это нижнее бельё было от него? Я вспомнил. Ты же говорила, что купила его сама в магазине! – Воскликнул Гатис, вспомнив, что в комплект входил белый кружевной бюстгальтер-балкончик, белые кружевные трусики без ластовицы, не скрывавшие вид на половые губы и белые чулки.

— Нет… я солгала тебе, потому что не знала, как ты отреагируешь! — прошептала Анна.

— И… потом?

— (вздох) Ну, врач... его, кстати, звали Янис, продолжал крутиться вокруг меня, как шмель над цветком. Он продолжал настаивать, чтобы я надела на дежурство с ним то, что он мне подарил… Поэтому однажды вечером, когда мы должны были заступить вместе в ночную смену, я надела этот его подарок, чтобы угодить ему и, наконец-то, избавиться от его ухаживаний. И представь себе, мне даже не пришлось намекать ему, что на мне в ту ночь его подарок – он сам как-то сразу догадался, воспринял это, как знак поощрения с моей стороны и тут же набросился на меня в ординаторской, буквально разорвав от нетерпения мою блузку. Сначала я пыталась оттолкнуть его, но потом сдалась, и мы занимались любовью в ординаторской почти всю ночь… Вот и все!!! — вспоминает Анна о своём втором за последнее время любовнике, который был старше её отца, и с которым в ту ночь она несколько раз испытала оргазм. И самое неожиданное в этой ситуации было то, что в ординаторскую несколько раз заглядывали наши коллеги и подолгу смотрели на нас, что лишь увеличивало градус нашего с Янисом возбуждения. Не знаю, может быть он наглотался в ту ночь виагры, но он трахал меня до утра, как заведённый!

С трудом сглотнув слюну, Гатис понимает, что признание жены вызывает у него невероятное возбуждение. В комнате воцаряется неловкая тишина, и, не в силах больше терпеть, Анна говорит ему:

— Я отвезу тебя обратно в нашу рижскую квартиру, там соберу свои вещи, и оставлю одного, хорошо? — предлагает она, и слезы снова начинают накатывать на её щеки.

Не зная, что и думать в этот момент, Гатис соглашается с этим предложением и встает одновременно с Анной с кровати. Когда они вместе возвращаются вгостиную с сумками, Сюзанна и Жанна, всё ещё сидящие за обеденным столом, приподнимаются , словно чтобы выслушать приговор:

— Ну… вот и всё, спасибо за эту прекрасную, полную приятных неожиданностей неделю, мне было приятно со всеми вами провести время! — подчёркнуто вежливо произносит эту двусмысленную фразу Гатис.

— Хм… Не беспокойся, я тоже рада была с тобой познакомиться! — отвечает Сюзанна, не зная, как реагировать перед ним и своей дочерью на этот спич. После коротких прощальных объятий Гатис с Анной выходят из дома и направляются к машине, чтобы уехать домой в ночь. Оставшись с дочкой наедине, Сюзанна быстро спрашивает Жанну:

— Ты уверена, что он собирался ей всё сказать, потому что у меня не создалось впечатления, что твоя сестра на нас злится?

— Да… У меня тоже нет, но это всё равно странно! — отвечает Жанна, потирая подбородок и наблюдая в окно, как красный Audi выезжает со двора.

— Почему вы нервничаете? — спрашивает Томас, смотрящий футбольный матч по телевизору. Женщины молча смотрят друг на друга, а затем замолкают, боясь, что он обо всём догадается. Слишком много всего произошло за последнюю неделю.

Позже Audi, за рулём которой сидел Гатис, выезжает на шоссе, ведущее в Ригу. Анна не произносит ни слова, лишь наблюдает за проезжающими мимо них одна за другой машинами.

Тем временем Гатис прокручивает в голове недавнее признание жены в изменах, и мысли о них начинают пробуждать эрекцию между его ног, что значительно затрудняет контроль за машиной, мешает управлять ею. Спустя некоторое время, не в силах больше сдерживаться, он решает рассказать Анне и о своих изменах. Ну и что, если это её шокирует? Кажется, им с Анной уже стоит к этому привыкнуть. Если он простил ей измены, то и его любимая должна сделать алаверды.

— Эм... Анна, я хочу тебе кое-что рассказать? Хочешь послушать?

— Да... давай.

— Ты найдёшь это странным, но вот в чём дело... Знаешь, когда я застал тебя с твоим братом, я.… я кончил!!! - В последний момент даёт заднюю Гатис!

Анна ошарашенно смотрит на него, не ожидая такого нежданчика и не сразу понимая смысл его слов.

— Что ты сказал... Ты что, возбудился, увидев, как я тебе изменяю? С Томасом?

— Хм, да... Да! Но не только с твоим братом. Я просто представлял, как ты занимаешься любовью с твоим отцом и... Ну, э-э!!! - Гатис останавливается, давая понять, что ей стоит обратить внимание на его промежность… с заметно увеличившимся там бугорком.

Анна наконец протирает свои заплаканные глаза и замечает эрекцию у Гатиса… мгновенно её лицо становится пунцовым. До неё доходит, что не всё ещё потеряно в её отношениях с Гатисом, ясно, какое воздействие оказывают на него её рассказы о сексе с другими мужчинами.

— Я… должна признать, что не ожидала этого от тебя. Была уверена, что ты неисправимый ревнивец и никогда не простишь меня!

— Но... я ревную… Это факт. Но в то же время, мне невероятно… приятно представлять, как ты это делаешь с другими...!

— Проблема в том, что я действительно изменила тебе, Гатис, это не просто моё воображение! — напоминает ему Анна, всё ещё чувствуя себя виноватой. Гатис кладёт правую руку на её руку, словно успокаивая.

— Анна… Да, ты мне изменила, но я пытаюсь сказать тебе… меня возбуждае сама мысль о том, что ты творишь с другими мужчинами! — выпаливает он, а затем начинает ласкать её бёдра, всё ещё одетые в чёрные узорчатые колготки с открытой промежностью.

Ничего не говоря, Анна наблюдает, как рука Гатиса приподняла подол её бирюзового платья, обнажив красные кружевные стринги, полоски которых застряли меж её половых губ.

— Ооо, Анна, ты так же прекрасна сейчас, как и тогда раньше…, когда я наблюдал, как твой брат трахал тебя в задницу!

— Подожди... Гатис... Полегче, Мы обгоняем большегрузы, и их водители с моей стороны могут увидеть меня в таком непристойном виде! — предупредила молодая женщина, и сама уже начавшая возбуждаться от этой мысли.

— Какая разница, и, честно говоря, это хорошо... Я хочу, чтобы люди видели тебя, хочу, чтобы они наслаждались твоим сексуальным телом, моя любовь!

— Дорогой... Тебя это так сильно возбуждает? Ты не злишься на меня, ты уверен? — спросила Анна, проводя рукой по большому бугорку в его штанах, чтобы проверить его твёрдость.

— Нет, наоборот! — подтвердил он, резко снизив скорость машины и нажав кнопку, включившую освещение салона. Теперь они были как на сцене театра для всех, кто проезжал мимо.

— Гатис... Подожди! Все водители грузовиков иеперь пялятся на меня в таком виде, ты с ума сошёл!!! - Анна с тревогой наблюдала за грузовиками, мимо которых проезжала их красная Ауди.

Тем временем Гатис расстегнул ширинку и вытащил свой каменный член. У него был необыкновенный стояк!

— Давай, дорогая, подрочи мне, а другой рукой засунь хоть пару пальцев себе в пизду... Я больше не могу терпеть!!!

— Это действительно то, чего ты хочешь, мой любимый? — спросила Анна, ожидая подтверждения.

— Да... Да, стань снова шлюхой, моя дорогая, подрочи мне и поласкай себя, как проститутка, как плечевая, прямо перед этими водилами, которые только и делают, что умоляют нас об этом!!!

Без лишних слов Анна схватила пенис Гатиса и начала бешено дрочить его, одновременно просунув руку под свои, теперь уже насквозь мокрые стринги, чтобы ласкать свою пизду перед всеми этими водителями большегрузов, которые смотрели сверху вниз на Ауди, свет в салоне которой невольно привлекал их внимание. Некоторые даже начинают сигналить, выражая таким образом признание и одобрение этому прекрасному зрелищу.

— Ох, чёрт, дорогая... Послушай их, они считают тебя секси, ты их заводишь... возбуждаешь!!! — восклицает Гатис, почти полностью потерявший контроль над управлением машины.

Услышав эти слова, Анна стонет, покусывая губы от возбуждения, и раскидывается на пассажирском сиденье, лаская рукой свои интимные губы, торчашие из под красных кружевных стрингов. Этого достаточно, чтобы молодой фельдшер кончил ей в руку, изливая свою сперму в её ладошку.

— Оооо, оооо, Анна, оооо, моя любовь, так приятно знать, что ты такая классная шлюха и давалка!!! — стонет он, когда она прижимается к нему, нежно и долго целуя его в правую щеку.

— Я так боялась потерять тебя… О, мой дорогой, как же я тебя люблю, если бы ты только это знал... я сделаю для тебя и ради тебя всё что угодно!

— Я тоже, моя любовь! — добавляет он, и увидев вдали придорожную зону отдыха, говорит:

— Извини, давай ненадолго остановимся, мне нужно в туалет, а ты сможешь тем временем помыть руки, хорошо?

— Да, отличная идея, — соглашается Анна, когда Audi поворачивает направо в карман зоны отдыха.

Через несколько минут, закончив свои дела, Гатис выходит из мужского туалета и ждёт, пока его жена выйдет из женского.

Внезапно он слышит, как к туалету приближаются двое высоких мускулистых, громко разговаривающих мужчин. Гатис незаметно наблюдает за ними в лунной тени ели. Один из них — толстый, с густыми усами и шапочкой-бини на голове, а другой — бородатый, с бритой головой и большими голыми руками, покрытыми огромными татуировками, выглядывающими из под чёрной майки (несмотря на зимний холод).

— Чёрт, ты такой зануда, когда мне не веришь… Да, представь себе, что она тискала свой клитор и засовывала свою пятерню себе в пизду прямо передо мной, и заодно дрочила хуй своего водилы прямо на ходу!!! — восклицает мужчина с усами.

— С включенными лампами в салоне, чтобы убедиться, что её всем видно! Ты собираешься мне сказать именно это???

— Да, придурок, уверяю тебя, она именно это и делала, чёрт возьми!!!

Гатис начинает понимать, что эти мужики, наверняка водители тех грузовиков, что они с Анной обгоняли, и обсуждают его невесту и их интрижку в машине незадолго до этого.

Но самое ужасное заключается в том, что они оба, не задумываясь, заходят в женский туалет, прямо туда, где в этот самый момент находится Анна. Вероятно, что этим завсегдатаям автомобильных трасс прекрасно известно, что придорожные женские туалеты гораздо чище мужских.

— Чёрт возьми… И что теперь делать. И почему мне так повезло? — удивляется Гатис, незаметно следуя за ними.

Тем временем в женском туалете Анна, почувствовав облегчение от того, что любовь всей её жизни простила её за измены с братом и врачом, заканчивает сушить руки под сушилкой.

«Я не знала, как всё обернётся… И рада, что Гатис простил меня, хотя всё ещё чувствую себя виноватой, но… как наши отношения могут сложиться после всего этого?» — думает она, поворачиваясь к выходу, чтобы выйти на улицу. Но внезапно внутрь входят два здоровых мужика, смахивающих на водил большегрузов, и столкнувшись лицом к лицу с этими незнакомцами, которым явно здесь не место, в женском туалете, Анна поначалу впадает в ступор, но тут же делает шаг в сторону, пытаясь изобразить на лице максимально вежливое выражение, которому её научили родители.

— Добрый вечер! — выпаливает она.

— Ну… Нет, подожди маленько… — цедит сквозь жёлтые от никотинового надета мужчина с усами, резко хватая её за руку, - Так ты и есть, как мне кажется, та самая блядь из красной машинки, верно?

— Что?! Но… Отпустите мою руку, ради бога!

Анна паникует и тщетно трясёт рукой, чтобы заставить отпустить её, в то самое время, как другой водитель смотрит на них обоих с недоумением.

— Да, да, чёрт возьми, посмотри, Федька… То же самое бирюзовое платье и чёрные колготки, как я тебе и говорил! Это она, та самая блядь! — восклицает он, довольный тем, что доказал своему попутчику, что не врал раньше.

— Да… Да, действительно похоже!!! — признается, ухмыляясь другой, подмигивая симпатичной брюнетке с голубыми глазами, которая безуспешно пытается вырваться из рук его товарища.

— Подожди, ещё кое-что, чтобы убедиться, что я тебя не наёбываю!!! — продолжает его коллега, внезапно приподнимая подол платья Анны и обнажая перед их похотливыми взглядами красные кружевные стринги, надетые поверх черных чулок с открытой промежностью, оставляя беспрепятственный вид и доступ к её пизде.

— Эй, вы что, с ума сошли... оставьте меня в покое, чёрт возьми!!!

— А, видишь ... На ней красные стринги! Чёрт возьми, это точно она, ради бога, ахахаха!!! — усмехается усатый мужик, облизывая губы.

— Чёрт, Лёнька, ты не ошибся, у неё отличная фигура, у этой маленькой шлюшки!!!

Он легко тянет Анну, учитывая их внушительные фигуры по сравнению с её, к кабинке в туалете. Анна просто не в силах сопротивляться, едва удерживая равновесие в своих красных босоножках на высоких каблуках.

— Отпустите меня!!! — закричала она, когда толстяк прижал её к двери кабинки, а усач прижался к ней всем телом, приблизив своё лицо к её лицу и заставив почувствовать ужасный запах изо рта, пропахшего стойким застарелым запахом крепкого табака.

— Что ты, сука, имеешь в виду, заявляя: „Оставь меня в покое“? Ты так взбудоражила нас в своей машине, вела там себя, как шлюха, а теперь посылаешь нас куда подальше… Это некрасиво!

— Дело не в этом, это был мой парень… ммм! — пытается объяснить Анна, но водила не дает ей договорить, прижимаясь губами к её пухлым губам, облизывая их своим шершавым языком.

— Мммм мммм! — стонет она, всё ещё пытаясь вырваться из его объятий, колотя кулаками по его широким плечам, пока тот пользуется случаем, чтобы приподнять её платье и погладить миленькую круглую попку Анны, разделенную пополам красной ленточкой стрингов.

— О… да, блядь, ты мне нравишься! Вблизи и на ощурь ты ещё лучше, чем в салоне твоей красной букашки!

Гатис, переживав в неведении стресс снаружи туалета, непонимая, что там происходит и почему Анна не выходит к нему, решается, наконец, зайти в женский туалет и видит картинку происходящего. Однако вместо того, чтобы прийти на помощь своей возлюбленной, инстинкт заставляет его спрятаться за дверью и подслушать диалог. Ну и подсмотреть, по возможности, что будет делать Анна, стараясь не выдать своего присутствия.

— Нет, оставьте меня в покое, я хочу уйти!!! — умоляла тем временем Анна, когда мужчины силой усадили её на закрытый унитаз в кабинке.

— Ладно… ну же, не строй из себя недотрогу! Ты сейчас позаботишься о нас, а потом мы тебя отпустим, правда, дорогая, ты же будешь лапочкой? — спросил более крупный из двоих, усаживаясь рядом с ней.

— Да, и тебе очень понравится, когда ты увидишь, что мы можем тебе предложить, моя красавица!!! — присоединился к нему другой, расстегивая джинсы и обнажая монументально большой пенис с толстой, фиолетовой головкой, выползшей из крайней плоти, и готовый к тому, чтобы его пососал красивый рот Анны.

— Да, вот так, отсоси у нас, уверен, ты умираешь от желания!!! — прохрипел усач, вытаскивая свой собственный толстый, жилистый пенис, огромная головка которого источала резкий запах мочи, от которого у Анны буквально закружилась голова.

— О нет, пожалуйста, я не хочу, у меня есть парень, и я его люблю!

Нам плевать на твоего парня, мы просто хотим, чтобы ты отсосала наши члены… Уверен, ты возбуждаешься просто глядя на наши хуи! Да и твоему парню понравилось бы смотреть на свою членососку, будь он сейчас здесь… уверен в этом, — настаивал бородатый мужчина, шлёпая Анну по лицу своим необычайно длинным членом.

И тут Гатис, о котором шла речь, внезапно появился перед ними, широко раскрыв глаза от возбуждения, передняя часть его джинсов была деформирована эрекцией, какой у него никогда раньше не было в его жизни. Без сомнения, этой эрекции он был обязан от наблюдения за сценкой, как его жену домогаются два огромных вонючих члена, намного больше его собственного.

Не скрывая удивления, двое водителей пялились на него, не говоря ни слова, а Анна смотрела Гатису в глаза, и вдруг осознав, насколько сильно он возбудился, видя её в этой деликатной ситуации, её щёки покраснели от возбуждения. Гатис приоткрыл рот, и из него вырвались слова:

— Анн… Анна, пожалуйста… Отсоси их!!!

Конец главы…

770   42560  257   1  +10 [7]

брат-сестра, анал, секс с водителями-дальнобойщиками