Иван Дятлов и люди - двойники. Глава 20. Еще что-то

Дата: 12 января 2026

Фантастика, Фантазии, Случай, Странности

Шрифт:

Место действия - Планета Кирена-4, сектор F-57, вне юрисдикции Федерации. Неисследованный регион. Там где случаются странности.

Глава 20

Иван неспешно прошёлся по территории базы, как бы ненавязчиво беседуя с теми, кто уже попадал под воздействие таинственного феномена — особенно с теми, у кого появились двойники. Он старался не давить, не допрашивать, а просто слушать — ловить оговорки, наблюдать поведение. Но ничего нового эти разговоры ему не дали: двойники были на редкость сдержанны и почти зеркально повторяли поведение своих оригиналов. Или, что хуже, вели себя слишком идеально.

Во время обеда Иван снова встретил Эру в столовой. Они сели за один стол, и разговор долгое время был о пустяках: о вкусе местного кофе, о перебоях с поставкой свежих овощей, о погоде — так, будто оба нарочно избегали настоящей темы.

И только когда они почти доели, Эра, помолчав, внезапно сказала тихо, почти шёпотом:

— Есть ещё кое-что... тревожное.

— Слушаю, — тут же отложил вилку Иван.

— Двойники. Они... по ночам исчезают.

— Как это — исчезают?

— Выходят за заграждение базы. Иногда в одиночку, иногда группами. Точно неизвестно. Но камеры фиксируют, как они покидают территорию.

— И что они там делают?

— На этот вопрос они не отвечают. Либо не помнят. Либо делают вид, что не понимают.

— Понятно, — медленно произнёс Иван. — Значит, пора наблюдать не за символами... а за теми, кто их уже увидел.

Он поднялся из-за стола. Их взгляды встретились.

— Сегодня ночью я хочу знать, куда они уходят, — сказал он.

— Я тоже, — кивнула Эра. — Идём вместе?

Вне базы

Когда стемнело, Иван и Эра без лишних слов встретились в условленном месте — в конце техкоридора, где находился служебный выход на заднюю часть базы. Через узкое, запотевшее окошко тамбура открывался мрачный вид: неровная площадка, заставленная контейнерами, металлическими ящиками, списанным оборудованием и прочим хламом, который некуда было деть. Всё это тускло освещалось редкими фонарями на вышках. За линией ограждения начиналась выжженная равнина — сухое, пыльное плато, уходящее в темноту.

Именно туда, как утверждала Эра, по ночам отправлялись те, кого Иван называл "объектами". Здесь пока не успели установить камеры — участок считался техническим и второстепенным, особенно ночью, когда сюда редко кто заходил.

— Видела кого-нибудь? — спросил Иван вполголоса, не отрывая взгляда от темноты за проволокой.

— Да, — так же тихо ответила Эра, почти не шевеля губами. — Обе Лии. И ещё как минимум трое других. Я уже не уверена, кто из них оригиналы.

Они замолчали, инстинктивно пригнувшись чуть ниже окна, стараясь оставаться в тени. Внутри тамбура слышно было только их дыхание и гул слабого вентилятора. Иван напряг зрение, вглядываясь в медленно шевелящуюся тьму. Где-то вдали мелькнул силуэт. Потом второй. Кто-то осторожно двигался между контейнерами, почти не издавая звуков, как будто знал здесь каждый шаг.

Иван чуть наклонился к Эре:

— Если они выходят, значит у них есть цель.

— Осталось понять — какая, — так же тихо ответила она.

Они затаились в ожидании. Шоу только начиналось.

Темные фигуры появились в поле зрения спустя несколько минут. Они двигались торопливо, парами — каждая пара как две капли воды, синхронные в походке, то и дело поддерживая друг друга, словно боялись споткнуться в полумраке. Несомненно, это были «двойники». Их маршрут вёл за ряды контейнеров, туда, где заканчивалась формальная граница базы. По периметру никогда не было сплошного забора — раньше считалось, что угроза извне исключена, и полевые участки лишь символически разграничивались сетками и предупреждающими табличками.

Когда последняя пара исчезла в глубине площадки, Иван и Эра беззвучно выскользнули из укрытия. Они были одеты в облегающие тёмные костюмы, скрывавшие силуэты, а на ногах — мягкие, бесшумные ботинки. Эра, в обтягивающем черном трико, двигалась плавно и уверенно — она знала эту зону, бывала здесь не раз вместе с ремонтниками. Иван шёл следом, стараясь держать темп и избегать шума. Пыль хрустела под ногами, но воздух был неподвижен, и на фоне звенящей ночной тишины их шаги казались глухими, как у теней.

Они приближались к месту, где «объекты» покидали базу. Туда, где начиналась пустошь.

Когда фонари базы остались позади, Иван и Эра, держась в тени, вышли за периметр и последовали по следам «двойников». Они шли осторожно, по едва заметной тропинке, петлявшей между валунов. Вокруг царил полумрак — глухой, сдержанный, как будто сама ночь затаила дыхание. Дальше тропа ныряла в высохшее русло древней реки, обрамлённое оврагом. Здесь тишина казалась особенно плотной.

Иван опустил на глаза инфракрасные очки — в их зелёном спектре мир преобразился: камни светились остаточным теплом, кустарник казался призрачным, а впереди, в зыбком мареве, двигались фигуры — пара за парой, синхронно и беззвучно.

Эра шагала чуть впереди. Чёрное трико облегало её фигуру, а движения были уверенными и точными. Она знала местность, но всё равно то и дело оборачивалась — напряжение в ней ощущалось физически.

Через несколько минут тропа вывела их на поляну, окружённую валунами. Здесь фигуры замерли, собираясь в центр. Двойники стояли молча, некоторые держались за руки — будто ждали сигнала, или... чьего-то появления.

Иван остановился и едва заметно кивнул Эре. Она взглянула на него вопросительно.

— Туда, — прошептал он, указывая на скальную возвышенность сбоку. — Оттуда будет видно лучше.

Они отступили в сторону и осторожно поднялись по откосу, прячась за камнями на гребне.

В это время над горизонтом взошёл спутник Кирены-4 — его здесь для краткости называли просто Луной. В фазе полнолуния он заливал окрестности бледно-серебристым светом, достаточно ярким, чтобы снять инфракрасные фильтры. Иван и Эра подняли очки и уставились вниз.

— Что ты думаешь? — прошептала Эра, едва сдерживая волнение. — Они что-то затевают?

— Не знаю, — тихо ответил Иван. — Но что бы это ни было... мы должны всё увидеть.

Внизу двойники выстроились в круг, сомкнув руки. Их лица были обращены к Луне. Через несколько секунд над поляной раздалось негромкое, заунывное пение. Голоса сливались в странную мелодию, древнюю и чуждую, но при этом завораживающе красивую. Язык, на котором пели, был Ивану незнаком — а ведь он знал десятки галактических наречий. Ни один из них не звучал так.

Он и Эра переглянулись. Мгновение — и между ними возникло безмолвное понимание: то, что они наблюдают, — больше, чем просто собрание. Это был ритуал. И он только начинался.

Пение продолжалось долго, монотонное и гипнотическое. Потом вдруг оборвалось. Наступила тишина — гнетущая, звенящая. Люди стояли, молча, не размыкая круга. Иван уже подумал, что, возможно, всё завершилось. Но никто не двигался. Они как будто ждали чего-то, или кого-то.

И вскоре ожидание оправдалось: по склону холма, освещённому бледным светом Луны, к поляне спустилась новая фигура. Иван прищурился, затем приложил к глазам оптический фильтр — и узнал: это был Эльман Хоул, молчаливый лаборант из седьмого блока, не числившийся среди объектов наблюдения. Он не был в списках пострадавших. До этой ночи.

На поляне его встретили с радостью, как долгожданного. Кто-то хлопнул по плечу, кто-то крепко обнял. Эльман, казалось, ничего не боялся. Он спокойно шагнул в центр круга. Хоровое пение возобновилось — теперь громче, насыщеннее, с акцентами и переливами. Казалось, в нём было торжество... и нечто тревожное, недоброе.

— Это что, — пронеслось в голове у Ивана, — посвящение? Призыв? Или... метод раздвоения?

Он не успел додумать. После нескольких минут пения собравшиеся на поляне начали расходиться. Не сразу — парами, словно растворяясь в ночи, каждая в своём направлении.

— Всё, — прошептала Эра. — Кажется, конец.

Они переглянулись и уже было собирались тихо уходить...

Когда тьма шевельнулась за их спинами.

Несколько теней, почти сливавшихся с ночным пейзажем, бесшумно окружили их. И только в последний момент Иван уловил еле слышный хруст гальки. Он резко обернулся — и в тот же миг тени кинулись вперёд.

Нападение было молниеносным.

Нападавшие двигались с пугающей скоростью, но без техники, без координации. Их удары были грубыми, резкими, почти инстинктивными. Иван успел только сделать шаг в сторону, и нападавший пролетел мимо, рухнув на камни. Второй получил локтем в горло от Эры и повалился, издав сиплый хрип.

— Их много! — крикнула она сквозь стиснутые зубы.

С каждой стороны налетали новые фигуры. Иван работал точно, слаженно — как старый боец. Его кулаки и колени двигались по заученным траекториям. Он сбивал противников, но те — как в лихорадке — вставали снова, без страха, без криков, без боли. Их лица были пустыми, выражение — одеревеневшим. Будто это были не люди, а нечто другое, в чужих телах.

Эра сражалась не хуже. Грациозно, остро, словно тень в темноте, она уходила от ударов, а её пятки и локти находили слабые места в защите противников.

Но враги не уставали. Не отступали. Они теснили их вверх по склону, к обрыву. Десяток фигур окружали, прижимали, не давая шанса отступить.

— Нам надо выбираться! — крикнул Иван, отшвыривая очередного нападавшего, — иначе они нас просто задавят числом!

Он поймал Эру за руку, и они, прикрывая друг друга, начали прорываться вбок — к более узкой расщелине между скалами, где можно было сузить фронт и получить шанс. Удар — уклонение — бросок — толчок — всё слилось в непрерывную цепочку движений, будто они снова оказались не в реальности, а в тренировочном симуляторе.

И всё же что-то подсказывало Ивану: за этим нападением — не просто защита, а... охрана тайны.

И кто-то, где-то, наблюдает за происходящим — не с поляны. Свыше.

Он не знал, доберутся ли они до правды. Но знал — эту ночь они должны пережить.

Иван узнавал лица нападавших.

Под мерцающим серебристым светом спутника Кирены-4, искажённым дымкой и скалами, перед ним метались не безликие враги — а знакомые люди. Пары двойников, обычные тихие сотрудники базы, которых он знал по столовой, по лабораториям, по техсоветам. Он помнил, как однажды один из них — высокий техник из гравитационного отсека — угощал его кофе. А теперь тот же человек, с искажённым от ярости лицом, бросался на него с камнем в руке, с глазами, в которых не было ни мысли, ни сожаления, только... чужая воля.

Что-то древнее, чуждое, прорывалось сквозь их плоть и сознание. Они были здесь — но не собой.

— Это они... но не они... — пробормотала Эра, отшатываясь от наступающей женщины в лабораторном халате, лицо которой перекосилось, как у демона из старой сказки.

Иван с Эрой сражались не в полную силу. Они избегали калечить, не били по лицам, не ломали конечности. Каждый их удар был направлен на то, чтобы оглушить, обездвижить, оставить шанс этим несчастным потом — вернуться к себе.

Но толпа не редела.

Из-за камней всё появлялись новые и новые фигуры, двигавшиеся с одинаковой, пугающей синхронностью. Как марионетки, ведомые невидимой рукой. Напор не прекращался. Каждый поверженный вставал, снова бросался, и наступление шло волна за волной.

Иван, отбиваясь сразу от двух фигур, на секунду потерял концентрацию. Резкий удар сзади — глухой, как по бочке. Всё потемнело. Он не упал — его подломило. Мир вокруг исчез.

Он очнулся в тишине. Гулкий, ватный шум стоял в голове.

Сначала он увидел потолок — блеклый, матовый, типичный для медблока. Потом осознал холод компресса на затылке и глухую пульсирующую боль. Он застонал, медленно подняв руку к голове — и нащупал огромную шишку, аккуратно обмотанную бинтами.

— Ааа... — выдохнул он и с трудом приподнялся на локтях.

В комнату вошла медсестра — Нэйра Тосс, невысокая, с вьющимися волосами, которую он знал ещё по прошлой командировке на Леру-9. Она была прямолинейна, добра и всегда немного иронична.

— Лежи, герой, — сказала она с лёгкой усмешкой, подойдя. — Повезло, что череп у тебя как у древнего архидона — крепкий. Контузия лёгкая, но будь чуть сильнее удар — мог бы и не проснуться.

— Где... Эра? — прохрипел он.

В этот момент дверь снова отворилась, и в палату вошла Эра. На ней был тот же чёрный трико, только теперь с царапинами на рукавах и следами пыли на щеках. В глазах — тревога.

— Иван! — она подошла быстро, села на край койки. — Как ты? Узнаёшь меня?

— К сожалению, да, — с трудом усмехнулся он. — Значит, не слишком всё плохо...

— Не шути, — прошептала она, обхватив его ладонь обеими руками. — Нам повезло. Едва успела тебя оттащить и выкинуть сигнальный маяк. Сигнал приняли, прислали дрон — он и вывез нас обоих. Тебя уже без сознания. Я едва удержала их...

— А они?.. — Иван попытался приподняться.

— Исчезли. Как будто их и не было. Когда прилетели с базы — никого. Следы, да. Но людей нет. Ни на плато, ни в расщелинах.

Иван молчал. Боль в голове отступила на второй план. Что-то древнее, чуждое...

И эта песня. Язык, которого не знал даже он.

— Эра... — медленно проговорил он, глядя ей в глаза. — У нас с тобой очень мало времени.

— Я знаю, — кивнула она. — И нам придётся идти глубже. Гораздо глубже.

Продолжение следует

***

Вы прочитали отрывок из ненапечатанного романа

Звездный Инспектор. Часть 4. Двойники

Читать другие части полностью на страницах

Звездный Инспектор. Часть 1