​29 июля. Среда. Утро.

​Конец июля принес в Москву удушающую жару, но в кондиционированных залах башни «Олимп» царила привычная прохлада. Для Семёна эта неделя выдалась безумной: как ведущий специалист, он теперь лично координировал слияние баз данных южного направления. Телефон разрывался от звонков, а почта ломилась от писем.

​Егор, сидевший за соседним столом, теперь все чаще обращался к нему с уважительным полушёпотом:

— Сём, глянь краем глаза, южане опять косячат с проводками. Если Эльмира увидит — нам обоим не жить.

— Давай сюда, перепроверю, — спокойно отвечал Семён, забирая файл.

​В офисе его теперь считали незаменимым профессионалом, человеком, который умеет разруливать самые безнадежные затыки. И никто не догадывался, что эта феноменальная продуктивность подпитывалась чистым, концентрированным страхом, который обострялся ближе к середине каждой недели.

​В среду Семён пришел на работу в легком сером костюме и тонкой хлопковой рубашке, заранее зная, что к вечеру этот костюм будет аккуратно сложен на стуле в кабинете сорок второго этажа. Весь день внутри него росло глухое, томительное напряжение. Прошлый «тренинг» на диване, когда он был вынужден смотреть Эльмире Эдуардовне прямо в глаза, сломал в нем последние барьеры сопротивления. Он поймал себя на ужасающей мысли: он больше не просто боялся этих сред — он их ждал.

​Стрелки часов неумолимо доползли до 18:00. Офис пустел с космической скоростью. Семён дождался, пока Егор соберёт сумку и попрощается, после чего закрыл ноутбук. Выпив стакан холодной воды, чтобы унять внезапную сухость во рту, парень направился к лифту.

​29 июля. Кабинет Эльмиры Эдуардовны. 18:20.

​Когда Семён вошел, Эльмира Эдуардовна стояла у панорамного окна, спиной к нему, держа в руке бокал с янтарным виски. На ней были строгие черные брюки с высокой талией и полупрозрачная шелковая блузка, сквозь которую отчетливо угадывались контуры дорогого кружевного белья.

​— Закрой дверь на замок, Смольнов, — не поворачивая головы, скомандовала она.

​Семён послушно повернул защелку. Стеклянные перегородки послушно затонировались, отрезая их от внешнего мира.

​— Я изучила твой отчет по южному направлению, — она медленно повернулась и сделала глоток из бокала. Ее стальные глаза заставили Семёна выпрямиться. — Отличная работа. Ты не просто исправил чужие ошибки, ты оптимизировал весь процесс. Совет директоров сегодня утвердил твою кандидатуру на квартальную премию.

​— Спасибо, Эльмира Эдуардовна. Я делаю все, что в моих силах, — тихо, но уверенно произнес парень.

​— Растёшь на глазах, — на ее лице появилась тонкая, хищная усмешка. Она поставила бокал на стол и медленно подошла к нему. — Но ты ведь понимаешь, Сёмочка, что вместе с карьерным ростом растет и твоя ответственность передо мной? Преданность нельзя доказать один раз. Ее нужно подтверждать. Регулярно.

​Она остановилась в шаге от него. Семён чувствовал тонкий шлейф ее духов, смешанный со слабым ароматом дорогого алкоголя. Ее рука поднялась и тяжелым, властным жестом легла ему на затылок, слегка потянув волосы назад, заставляя парня запрокинуть голову.

​— Сегодня, ведущий специалист, мы проверим твою выносливость. Нам предстоит долгая «проверка на прочность». Раздевайся. Полностью.

​Семён, уже не испытывая прежней паники, а лишь подчиняясь сладкому, тягучему чувству покорности, быстро снял пиджак, расстегнул рубашку и сбросил брюки. Через минуту он стоял перед ней абсолютно голым. Его член, налитый кровью и твердый как сталь, выдавал его возбуждение с головой, но Эльмира Эдуардовна даже не удостоила его взглядом.

​Она подошла к шкафу и достала плотный кожаный ремень. На этот раз на нем был закреплен массивный, реалистичный девайс телесного цвета — длинный и толстый, созданный для максимального растяжения.

​Эльмира уверенно застегнула ремень на своих бедрах прямо поверх брюк. Блузку она расстегнула на несколько верхних пуговиц, тяжело и глубоко дыша.

​— На этот раз никакого дивана, Смольнов. На колени. Руки за спину, в замок. И не смей их убирать без моего приказа, — скомандовала стальная леди.

​Семён беспрекословно опустился на колени посреди кабинета, заведя руки за спину и сцепив пальцы. В такой позе он был полностью лишен точки опоры и баланса, находясь в абсолютной зависимости от ее движений.

​Эльмира Эдуардовна подошла к нему сзади. Семён услышал влажный щелчок открывающегося тюбика со смазкой. Обильно смазав массивный девайс и промежность парня, она уперлась одной рукой ему в плечо, а колено выставила между его бедер, заставляя их раздвинуться шире.

​— Держи равновесие, пес. Если упадешь — начнем сначала, — прошептала она над его ухом.

​Семён судорожно вздохнул, и в следующую секунду его мир сузился до размеров этой комнаты. Эльмира Эдуардовна плавно, но с колоссальным нажимом толкнула бедра вперед. Широкая головка страпона с влажным треском преодолела сопротивление его мышц. Семён вскрикнул, его тело инстинктивно дернулось вперед, но отсутствие рук не позволило ему опереться. Чтобы не упасть лицом на ковер, ему пришлось изо всех сил напрячь пресс и мышцы ног, буквально насаживаясь на входящий в него фаллос.

​— Да... вот так, терпи, — властно приговаривала Эльмира, удерживая его за плечо и продолжая медленно, до самого основания погружать в него толстый силикон.

​Ощущение было распирающим, на грани выносливости. Семён хрипел, из его глаз брызнули слезы, а зубы до боли впились в собственную губу. Когда девайс вошел полностью, Эльмира замерла на пару секунд, давая его телу принять эту безумную емкость, а затем начала движение.

​Это была изощренная пытка. Без возможности помочь себе руками, Семён покачивался в такт ее толчкам. Каждое движение ее бедер продвигало его тело вперед, и ему приходилось совершать колоссальные усилия, чтобы удерживать вертикальное положение на коленях. Эльмира не щадила его: она двигалась мощно, глубоко, методично вбивая силикон в его раскаленное нутро.

​— Чья это задница, Смольнов? Кому ты принадлежишь? — тяжело дыша, допытывалась она, усиливая темп.

​— Ваша... Эльмира Эдуардовна... всё Ваше... — задыхаясь от стонов, кричал Семён.

​Она схватила его за волосы сзади, фиксируя голову, и начала финальную, самую жесткую серию толчков. Корпоративная леди полностью доминировала, превратив своего лучшего сотрудника в безвольную игрушку. Семён уже не контролировал себя. От дикого напряжения в мышцах ног, отсутствия опоры и сумасшедшей стимуляции изнутри, его член начал бешено пульсировать. На очередном, невероятно глубоком толчке, Семён громко закричал, и его семя мощными толчками брызнуло прямо на ковер перед ним. В ту же секунду Эльмира сделала последний, сокрушительный выпад и, удовлетворенно выдохнув, остановилась.

​Она медленно извлекла девайс. Семён, лишившись опоры, обессиленно повалился боком на ковер, тяжело ловя ртом воздух. Его тело дрожало от усталости.

​Эльмира Эдуардовна спокойно отошла к столу, привела себя в порядок и налила из декантера остатки виски. Она посмотрела на лежащего у ее ног парня сверху вниз.

​— Отличный аудит, Сёмочка. Ты показал прекрасную устойчивость. Свободен. И не забудь завтра прислать мне сводные таблицы по кадрам к одиннадцати часам.

​Семён нашел в себе силы подняться. Шатаясь, он оделся, вытер ковер салфетками и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Он был уничтожен, но в глубине души уже точно знал: в следующую среду он снова поднимется на сорок второй этаж.