Лена. Глава 1. «Кстати, на мне сейчас нет трусиков».

— Кстати, на мне сейчас нет трусиков.

Эти слова, сказанные Леной, едва слышным шепотом, прорезали задымленную тишину гостиной. Лена позволила подолу своего невероятно обтягивающего, короткого черного платья вернуться на место. Последовавшая тишина была густой, напряженной, словно физической повисшей в воздухе между тремя мужчинами, сидевшими с ней на диване.

Коля, слева от нее, замер, поднеся рюмку к губам. Виктор, справа, медленно и размеренно выдохнул, словно выпуская пар. Сергей, сидящий в кресле напротив, просто смотрел, не моргая.

Именно Виктор разрушил это очарование. Он откинулся назад, на его лице расплылась медленная, хищная улыбка. «Вот как?» — пробормотал он низким, рокочущим голосом. «А мы тут пытались быть хорошими гостями».

«Хорошие гости скучны», — сказала Лена, ее собственная улыбка была дрожащей, но вызывающей. Она заправила прядь светлых волос за ухо, от этого движения шелковистая ткань платья натянулась на ее маленькую, идеальную грудь. «Мой муж храпит на кухонном полу. Мне... одиноко».

Она позволила признанию повиснуть в воздухе, наблюдая за его концом. Она увидела взгляд, которым обменялись Коля и Сергей. Молчаливый переговорный процесс. Решение.

Коля, всегда самый импульсивный, первым двинулся с места. Он резко поставил стакан на журнальный столик. «Ну что ж», — сказал он, и его голос, потеряв прежнюю веселость, стал серьезным, сосредоточенным. «Мы не можем этого допустить, правда?»

Как до этого дошло? Эта мысль промелькнула в голове Лены, и в то же время по ее спине пробежал электрический, опасный трепет.

Вечеринка была идеей Володи. Празднование дня рождения его старого армейского товарища Сергея. Слишком много водки, слишком много громких тостов, слишком много тарелок маринованной сельди и копченой рыбы. Лена изображала из себя послушную хозяйку в своем маленьком черном платье, купленном ею несколько месяцев назад для открытия галереи, на которое Володя был слишком пьян, чтобы пойти. Платье было греховно коротким, облегающим каждый изгиб ее стройной 28-летней фигуры, а вырез был достаточно глубоким, чтобы дразнить.

Она наблюдала за мужем, его лицо краснело, смех становился все более невнятным, а его рука на ее ягодицах превратилась скорее в неуклюжее поглаживание, чем в нежное прикосновение. К полуночи остальные гости разошлись, вежливо кивая и многозначительно глядя друг на друга. Остались только трое его ближайших друзей: Коля, шумный механик с толстыми предплечьями и заразительным смехом; Виктор, тихий, напряженный бизнесмен, наблюдавший за всем этим своим тревожно спокойным взглядом; и Сергей, именинник, красивый в строгом, военном стиле, хотя он демобилизовался много лет назад.

Они переместились в гостиную, воздух в которой был затхлым от дыма и пролитого алкоголя. Володя рухнул за кухонный стол, бормоча что-то про последний глоток, прежде чем его голова с глухим стуком ударилась о ламинат. Храп начался почти сразу — влажный, дребезжащий звук, проникавший через дверной проем.

Лена стояла в арке, переводя взгляд с лежащего на диване мужа на троих мужчин. Ее охватило горькое и пустое чувство. Это моя жизнь. Саундтреком является храп.

«Не уходи», — услышала она свой собственный голос, который оказался резче, чем она хотела.

Трое мужчин подняли головы. Коля усмехнулся. «Что, ты хочешь продолжить вечеринку, Леночка?»

Она вошла в комнату, ее каблуки цокали по паркету. Она не села, просто стояла перед ними, чувствуя, как их взгляды скользят по ее ногам, талии, выпуклости груди под скользкой тканью. «Он так себя ведет уже несколько месяцев», — сказала она, слова вырывались наружу. «Пьянство. Он отключается. Я просто... мебель. Картина на стене, на которую он забывает смотреть».

Виктор покрутил янтарную жидкость в своем бокале. «Жаль», — просто сказал он, не отрывая от нее взгляда.

«Преступление», — вмешался Коля, его улыбка сменилась чем-то более искренним, более сочувственным.

Сергей просто смотрел, ничего не говоря.

Вдохновленная водкой в ​​своих венах и жаром их внимания — настоящего внимания, а не рассеянных похлопываний пьяницы, — Лена села. Не на стул, а прямо на диван, погрузившись в пространство между Колей и Виктором. Она чувствовала тепло их тел, запах смеси одеколона и чистого мужского пота. Это было опьяняюще.

«Останьтесь еще немного», — прошептала она, глядя на свои руки. «Просто... поговорите со мной. Увидьте меня».

И тут она сделала это. Отчаянный, безумный риск. Приподняла подол платья. Признание, прошептанное в накаленном воздухе.

«Кстати, на мне сейчас нет трусиков».

И вот рука Коли, огрубевшая от многолетней работы с двигателями, легла на её обнажённое колено. Прикосновение было электрическим, словно клеймо сквозь её тонкие чулки. Он не двигал её, просто оставил там, тяжёлую, тёплую тяжесть.

«Ты уверена, Лена?» — спросил Сергей со своего кресла низким, формальным баритоном. Вопрос был не в трусиках. Он был обо всём.

То, что должно было последовать.

Она встретила его взгляд, её голубые глаза были широко раскрыты. Она кивнула один раз. Резкий, решительный жест. «Уверена».

Этого разрешения Виктору было достаточно. Его рука, в отличие от руки Коли, была гладкой, пальцы длинными. Они скользнули от её другого колена, через чулок, к обнажённой коже бедра, чуть ниже подола платья. Его прикосновение было медленным исследованием, картированием территории. У Лены перехватило дыхание. Она откинулась на подушки, запрокинув голову, обнажив бледную линию шеи.

Коля понял намёк. Его рука скользнула вверх, отодвигая вместе с собой обтягивающую ткань платья. Он обнажил ещё больше её бедра, затем складку бедра. Прохладный воздух комнаты коснулся её обнажённой кожи, что резко контрастировало с жаром их рук.

«Так красиво», — выдохнул Коля, его голос был полон благоговения. Он смотрел на копну светлых локонов, которые теперь были видны, когда Виктор приподнял платье с другой стороны. Они действовали в безмолвном тандеме, словно делали это тысячу раз до этого. Платье собралось вокруг ее талии, оставляя ее полностью открытой от бедер до ног в чулках и туфель на каблуках.

Сердце Лены бешено колотилось в груди. Это было безумие. Володя был в шести метрах от нее. Но храп продолжался, ровный, бездумный монотонный. И это чувство... чувство, что тебя хотят, рассматривают, желают три пары голодных глаз... это был наркотик.

Первым ее коснулся палец Виктора. Не внутри, лишь медленное, легкое прикосновение к ее лону. Лена вздрогнула, из горла вырвался вздох. Она уже была мокрой, до неприличия мокрой, и его палец блестел.

«Посмотри на это», — пробормотал Виктор, показывая Коле кончик пальца, прежде чем поднести его к своим губам и облизать. Этот акт был настолько непристойно интимным, что между ног Лены разлился новый поток жара.

Коля застонал. «Моя очередь». Он не стал использовать пальцы. Вместо этого он подвинулся на диване, опустив голову между ее раздвинутыми ногами. Его дыхание обжигало ее чувствительную кожу за секунду до того, как его язык, широкий и влажный, медленно провел длинную полосу от входа до самого клитора.

Лена вскрикнула, ее рука бросилась в его коротко подстриженные волосы. Это было не нежное прикосновение; она удерживала его. Его язык нырнул внутрь, пробуя ее на вкус, исследуя ее, а затем сосредоточился на тугом, пульсирующем бугорке ее клитора. Он лизал и сосал с сосредоточенной интенсивностью механика, словно решая сложную и восхитительную задачу.

Двойное ощущение было ошеломляющим. Руки Виктора теперь лежали на её груди, разминая её сквозь платье, его большие пальцы находили соски и втирали их в твёрдые, ноющие точки сквозь ткань. Тем временем рот Коли работал в ритмичном ритме между её ног. Лена выгнула бёдра навстречу его языку, низкий, непрерывный стон вибрировал в её груди.

Она открыла глаза, затуманенные похотью, и увидела Сергея. Он наконец-то встал с кресла. Теперь он стоял, наблюдая, выражение его лица было нечитаемым. Его собственное возбуждение было очевидным, оно выпирало из-под брюк. Он расстегнул ремень, звук скользящей по петлям кожи разнёсся по комнате.

Коля поднял голову, чтобы перевести дыхание, его подбородок был скользким. «Чёрт, она невероятно вкусная», — прохрипел он.

Виктор наконец стянул платье, освободив её грудь от сдавливающего декольте. Она вывалилась наружу, бледная и полная, с розовыми, упругими сосками. Он склонил голову и взял одну грудь в рот, глубоко всасывая, в то время как его рука перекатывала и щипала другую.

Лена извивалась, умоляя. «Пожалуйста... о боже... пожалуйста...»

Сергей подошёл. Он мягко, но твёрдо оттолкнул Колю в сторону. «Мой подарок на день рождения», — заявил он, не оставляя места для возражений. Он расположился между её ног, которые Виктор услужливо раздвинул шире. Сергей не был нежен. Больше никаких прелюдий. Он направил свой толстый, покрасневший член к её влажному входу и одним плавным, мощным движением толкнул вперёд.

Лена закричала. Это был звук чистой, ничем не разбавленной полноты. Он был больше Володи, и он полностью заполнил её, растягивая самым восхитительным образом. Сначала он не двигался, просто позволял ей чувствовать его всего, погруженного до самого основания.

«Это то, чего ты хотела?» — прорычал Сергей, наконец-то потеряв самообладание. «Внимания?»

«Да!» Она рыдала, впиваясь ногтями в подушки дивана. «Да!»

Он начал двигаться. Медленные, глубокие, сокрушительные толчки, сотрясавшие всё её тело. Каждый толчок выбивал из её губ вздох. Виктор продолжал ласкать её грудь, переключаясь между ними, его зубы касались сосков, посылая резкие волны удовольствия и боли прямо в её лоно. Коля, не желая оставаться в стороне, опустился на колени у её головы, держа свой член в руке. Он коснулся кончиком её губ.

«Открой рот», — приказал он, и она сделала это охотно, с нетерпением. Она взяла его в рот, солоноватый вкус его кожи наполнил её чувства. Она сосала, используя язык так же, как Коля использовал свой, втягивая щёки.

Комната погрузилась в симфонию плоти и отчаянных звуков. Влажный шлепок бедер Сергея по ее бедрам. Скользкие, всасывающие звуки из ее рта на Коле. Низкие стоны Виктора, когда он наклонялся к ее груди. И ее собственные звуки — приглушенные стоны вокруг члена Коли, резкие крики с каждым глубоким толчком Сергея.

Она была в центре бури ощущений. Член Сергея поршнеобразно двигался внутри нее, попадая в точку глубоко внутри, от которой у нее мелькали звезды. Толщина члена Коли на ее языке, его руки, обнимающие ее голову. Рот и руки Виктора на ее груди, пощипывая, посасывая, покусывая. Это было слишком. Это было все.

Кольцо удовольствия в ее животе сжималось и сжималось, пружина, натянутая до предела. Сергей чувствовал это. Его толчки становились неровными, сильнее, быстрее.

«Кончи для меня, маленькая жена», — прорычал он, голос его дрожал.

Это было разрешение, о котором она даже не подозревала. Оргазм взорвался, обжигающая волна прокатилась по ней от самого сердца до самых глубин. Ее спина выгнулась над диваном, беззвучный крик застрял в горле, когда член Коли наполнил ее рот. Ее внутренние стенки сжались на члене Сергея, выжимая из него все соки, и с ревом он последовал за ней на грань, изливая свою сперму глубоко внутрь нее горячими, пульсирующими струями.

Ощущение его оргазма внутри нее вызвало у Лены вторую, меньшую волну удовольствия. Она сильнее сжала член Коли, и сдавленным криком он кончил, его вкус заполнил ее рот. Она судорожно сглотнула, ее тело дрожало от остаточных толчков.

На мгновение послышалось только прерывистое дыхание и отдаленный храп из кухни.

Сергей медленно вытащил свой член из нее, откинувшись на спинку кресла. Виктор наконец отпустил ее грудь, напоследок сжав каждую, почти с нежностью. «Коля вырвал член из её рта и убрался подальше».

Лена лежала, раскинувшись на диване, вся в размазанном макияже, с растрепанными светлыми волосами и покрасневшей кожей. Платье было смято на талии, чулки порваны, тело блестело от пота и других жидкостей. Пустота там, где был Сергей, казалась огромной.

Первым заговорил Виктор, его голос снова стал спокойным и собранным, когда он застегнул брюки. «Теперь уже не так скучно, правда?»

Лена медленно поднялась на дрожащих руках. Она посмотрела на них троих, затем на дверной проем кухни. Храп не прекращался ни на минуту.

Медленная, томная улыбка расплылась по ее распухшим от поцелуев губам. Ее взгляд встретился с Сергеем, затем с Колей, затем с Виктором.

«Нет», — прошептала она хриплым, но твердым голосом. Ее пальцы потянулись к застежке чулок. «Это совсем не скучно». Она уронила испорченную одежду на пол. «Кто следующий?»

Продолжение следует.