Наташа повела себя неожиданно. Она успокоилась, выпила оставшуюся воду, взяла со стола Любови салфетки, привела своё лицо в относительный порядок.

— Игорь Алексеевич, я не такая уж дура, - заявила она серьёзным голосом. – Я слишком эмоциональная. Меня часто заносит. Я понимаю, что это не оправдание. Я хорошо узнала Бекетова и могу сказать, что в подобной ситуации, он растерзал бы меня в клочья. Я хочу сказать...

Она замолчала, нервно терзая мокрую салфетку. Мне пришлось терпеливо ждать. Не хотелось подталкивать её к какому-то решению. Как недавно сказал Олег – достаточно создать ситуацию. Докторша именно так и поступила с Мариной. Конечно, это не доказывало безусловно, что она манипулировала нами обоими.

— Я понимаю, что тот шанс, о котором выговорите, будет не очень приятным для меня. Я не могу гарантировать, что оправдаю ваше доверие. Я лишь могу пообещать, что приложу все усилия и постараюсь быть осмотрительной. Я... Я хочу доказать вам, что... я... Мне можно доверять...

— Если это будет трудно, больно и унизительно?

— Меня мать постоянно порола, - Наташа грустно усмехнулась. – Как видите, не помогло. Я орала, захлёбываясь от боли. Сейчас мне гораздо больней, а я не могу даже заорать.

— Э-э-э... Я не думаю, что будет настолько сурово. Недалеко от города есть элитный пансионат. Официантки, которые там работают, оказывают дополнительные услуги.

— Мне не придётся самой бегать за мужиками? – вновь усмехнулась девушка. – Вы этим хотите меня наказать?

— Тебе придётся следить за своим языком, - вернулся к суровому тону. – Быть аккуратной, исполнительной, услужливой... послушной! Ты сможешь справиться с этим? Я поручился за тебя ещё до нашего разговора. Честно говоря, сейчас об этом жалею.

— У меня будет к вам одна просьба – не сомневайтесь во мне. Пожалуйста, не сомневайтесь, - произнесла она, прямо глядя мне в глаза.

Я протянул ей руку, и она крепко её пожала. Если бы сам не был склонен впадать в патетику, я бы прослезился.

— Собирать вещи?

— Да. Документы я сам привезу тебе. Ты живёшь по адресу прописки?

Она кивнула головой и вышла. Почти сразу вернулась Любовь.

— Я думала, вы её размажете. Она вышла почти спокойной.

— Если ей хватит ума, она поможет сама себе. Если нет, никто ей не поможет. Я и сам не безупречен.

Забавно... Я занимался сексом с Тоней, объёмные формы которой совершенно не в моём вкусе. Я вполне мог бы трахнуть Ольгу, весьма почтительного возраста. Но представить секс с Наташей... Совершенно среднестатистическая девушка, с милой мордашкой... Ни малейшего желания... У меня не стоит на глупышек? Ладно, пора проверить новый урожай. Я погрузился в документы.

Чёрт, Олегу надо позвонить, сказать про увольнение. Или Анжеле? Узнать, что она собралась мне предложить? Нет, нельзя показывать свою заинтересованность, особенно если я решил отказаться в любом случае. После звонка Олегу, обернулся к заместительнице. Вот что ещё забыл.

— Любаша, если не станешь высовывать своё личико из-за монитора, можешь показать мне свою шикарную улыбку.

Женщина хмыкнула и широко улыбнулась, помолодев лет на десять.

— Вопросы крайне личного характера. Ты готова на откровенность?

— От моего руководителя поступило именно такое распоряжение, - она кокетливо сверкнула глазами.

— Как я понял, с мужем вы практикуете традиционный секс?

— Практиковали. Иногда я брала в рот, если у него сразу не получалось. После чего лишалась поцелуев минимум на месяц. На мои служебные романы он согласился не из-за широты взглядов, а потому что ему стало плевать на меня.

— Так было с самого начала?

— Очень близко к тому. У нас и любви-то особой не было. Мне уже было двадцать шесть, он спокойный, надёжный. Зарабатывал тогда больше меня. Непьющий, что особенно ценно.

— Не жалеешь, что молодость прошла без сексуального угара?

— Глупо жалеть о том, что прошло. Меня искренне волновала работа. Молодая, амбициозная, талантливая, неприступная, - Любаша хмыкнула. – Дура, как та же Наташа. Только в другом направлении. На прошлой неделе, когда вас заменила... Внезапно поняла, что направление было неправильное. Бесконечно корпеть в душном офисе, пускай и за немного большие деньги...

— С другой стороны...

— Да, если бы я чаще отвлекалась на мужчин, жалела бы о профессиональной карьере. Зато, было бы что вспомнить, - она рассмеялась.

— Наташе это не сильно помогло. Бекетов был первым, с которым ты...

— Трахалась? Нет, до него был Астахов. Вы его не застали. Осанистый мужик, чем-то на моего мужа похож. Посопит сверху, застегнётся и дальше продолжает работать. До него был Леонидов. Он и привёл меня в эту команду. Обожал анальный секс. Его во мне и привлекло, что он там первым оказался. Насколько помню, он меня по-другому и не... использовал.

— Как сама относишься к аналу? – ничего себе, Любаша оказалась настоящей болтушкой.

— Сначала было больно и противно. Когда привыкла – просто противно. Не представляю, что в этом может быть привлекательного?

— Для женщины? Необычное использование своего тела, новые ощущения... Ты ощущаешь себя униженной? – не стал признаваться, что сам имел подобный опыт. И нашёл его… взбуждающим.

Она ненадолго задумалась.

— Никогда не думала, что о таком можно так спокойно разговаривать. У меня сейчас необычные ощущения. Вот оральный секс, не приносит мне сексуального удовлетворения. Скорее, моральное. Чувствую свою униженность и подчинённость, это меня будоражит, волнует. Если с мужем - ощущаю его презрение и брезгливость и это очень неприятно. С другими такого не было. Пожалуй, тут от партнёра больше зависит.

— Разумеется. Я на тебя смотрел без интереса, даже когда призналась в своей доступности. Теперь, когда узнал получше...

— Надеюсь, ваш интерес не пропадёт после моей откровенности? Никто до вас не интересовался, что я думаю или чувствую.

— Меня не привлекает трахать резиновых женщин, даже если они живые. Для меня секс - это дальнейшее развитие отношений, продолжение общения. Просто так спустить сперму и в кулак можно. Тоже позволю себе откровенность.

— Как к этому относится Марина? Вы же знаете, она пользовалась немалой популярностью, - Любаша осеклась. - В смысле, за ней многие ухаживали.

— Зачем мне женщина, которая никому не интересна? Из всех красивых, она оказалась ещё и умной, - я едва подавил самодовольную ухмылку. – Нормально относится. Она знает, что всегда будет для меня на первом месте.

— Хорошо, а если она... захочет с кем-то...

— Ничего страшного. У нас такое уже было. Она получила удовольствие. Мне было приятно, что моя жена счастлива. Не было лжи или предательства. Лично для меня – это гораздо важнее.

— Вы не боитесь, что кто-то другой понравится ей гораздо больше?

— Такая вероятность есть всегда. Ты же участвовала в застольях? Самое сильное чувство голода, когда сидишь за накрытым столом, не все ещё собрались... – Любаша вновь рассмеялась, кивая головой. – Когда можешь попробовать любое блюдо, уже не так сильно хочется. Наша раскрепощённость ещё сильнее нас связывает.

Близился конец рабочего дня, к нам начали поступать документы. Пришлось отвлечься на работу. Жаль, так хотелось расспросить ещё о... Ладно, завтра будет чем заняться. Может завтра я её... Надо будет взять у Марины ключ от конференц-зала... Или взять заодно и Марину? Пора приучать Любашу к откровенности не только в разговорах.

Слишком много времени потратил на болтовню. Пришлось звонить жене, предупреждать, что задержусь. Она не расстроилась, сказала, что успеет всё подготовить. Как я раньше обходился пять дней без секса? Посматривал на Любашу, вспоминая ложбинку на её трусах... и как мой палец упирался... Нет! Сегодня срочно домой.

Марина встретила меня на пороге в полутёмной прихожей. Странно, во всём доме свет есть...

— Это для романтики, - пояснила она, чмокнув меня в губы.

— А-а-а... Романтика, - понимающе закивал я. – Помню-помню...

— Пошляк! Раздевайся прямо здесь. Всё снимай. Вот тебе халат. Ты домой пришёл, а не в общагу.

Никогда не жил в общаге и никогда не носил дома халат. Пора привыкать... Да и начал интригующее.

Зазвучала какая-то нежная музыка. Марина взяла меня за руку и завела в комнату, которая освещалась тремя свечами, которые... О-о-о... Мне, это нравится!

Эльвира, совершенно обнажённая, лежала на гимнастическом коврике на спине, подогнув ноги. Два подсвечника стояли на широко разведённых коленях, один - на лбу. Под шею любезно подложена подушечка. Кожа блестит от какого-то масла. Вокруг разложены подушки.

— Я подумала, раз у тебя столько женщин, логично использовать тематику гарема. Это ещё не всё, - прошептала жена и вложила мне в руку пульт. – У неё виброяйцо во влагалище. Когда мы будем ужинать, можешь его включать. Если она что-то уронит, ты её накажешь. Можно накрывать стол?

Жена хлопнула в ладоши, и в комнату вошла Нина, вокруг тела которой колыхались полоски золотистой ткани, вокруг талии собираясь в юбку и позвякивали цепочки. Какие-то восточные мотивы… Они раскачивались при ходьбе, показывая обнажённое тело и вновь его скрывая. Отвисшие груди девушки тоже раскачивались, и ткань колыхалась ещё сильнее. Очень возбуждающий наряд! Она подкатила столик к лежащему телу и начала переставлять тарелки и бокалы на грудь и живот своей матери. Её блестящие в полумраке обнажённые ягодицы покачивались в сантиметрах от моего лица... и носа. Судя по уже знакомому запаху, девушку крайне возбуждало такое представление. Закончив сервировку отошла на пару шагов и встала, словно ожидая дальнейших указаний.

— Можешь не говорить, насколько тебе понравилось. По лицу вижу, - Марина опрокинула креманку с соусом на грудь Элли, и вылила вино в её пупок. – Ещё столик можно как-то декорировать. Мы потом придумаем. У неё фигура такая подходящая - плоская, как доска.

Она взяла кусочек мяса, обмакнула в соус и отправила его в рот. Элли чуть заметно вздрогнула, когда поджаренная корочка зацепила её сосок. Жена наклонилась, отхлёбывая вино из живого бокала. Не удержавшись, она высунула язычок и пощекотала пупок. Элли снова вздрогнула.

— Дорогая, ты чудесно придумала, - обернулся к жене и поцеловал её в губы. – Наконец-то нашла достойная применение моей рабыне.

Губы Элли тронула улыбка. Хватит пытаться понять, почему ей такое нравится.

— Надо будет сурово наказать свою рабыню… Посмотреть, как она получит наслаждение, страдая от моей руки... - задумчиво произнёс, поглаживая блестящую щёку Элли.

Улыбка на губах проявилась более явно. Женщина пыталась прижаться к пальцам, но подсвечник покачнулся, и она замерла.

— Мечтаю проверить твою попку. После того, как жена с ней развлекалась, - проговорил я с максимальной суровостью. - Если хоть что-то уронишь, мне придётся отказаться от своей мечты. Не подведёшь меня?

— Нет, Господин, - прошептала она одними губами.

Медленно выкручивая рычажок регулятора, я внимательно смотрел на бокалы, стоящие на чуть дрогнувшей груди. Элли сама напряжённо наблюдала за ними, со стоном закусив губу. Её тело била мелкая дрожь, бёдра покачивались, а пятки заскользили по полу. Пламя свечей судорожно заметалось по комнате. Краем глаза я заметил, как один из подсвечников сползает в сторону и успел вовремя выключить вибратор. Блин, чуть сам себя не наказал. Мне же самому хочется трахнуть её в попку! Давненько я там не был.

— Прекрасно. Сейчас мы поужинаем...

Мы с женой приступили к еде, не стараясь вести себя аккуратно. Груди Элли были измазаны соусами, из которых торчали набухшие соски. Её залитое вином тело было закапано жиром и засыпано кусками зелени. Женщина старательно втягивала живот, стараясь удержать больше вина, которое мы пили, не забывая вылизывать пупок. С каждым разом её стоны становились всё громче, а дрожь всё сильнее.

— Она прекрасно держится, - я поправил едва не упавший подсвечник. – Хотел просто попробовать её попку, но за такое старание...

— Ты должен выебать её, как следует! – жена присосалась ко мне жирными губами. Я напряг щеки, проталкивая в её рот непроглоченное вино. Марина застонала, выплеснула содержимое бокала себе на грудь и махнула Нине. Та опустилась на колени и начала старательно облизывать подрагивающие соски.

— Кажется, я потекла, - Марина наклонила бёдра и отставила в сторону колено. Девушка склонилась ещё ниже, засунув голову в промежность.

— Дорогая, у меня появились извращённые желания, - встал, разминая ноги. – Я хочу трахнуть твой столик.

Эта шутка показалась мне жутко смешной, и я расхохотался. Марина со смехом повалилась на спину, задрав ноги и открывая доступ к обеим своим дырочкам. Нина, с довольным урчанием, работала язычком.

— Ты можешь трахнуть любой столик, - Марина взвизгнула и отвесила девушке подзатыльник. – Понежнее, сучка! Наши дырки вымыты и смазаны. Можешь даже попробовать на вкус…

Я едва удержался, чтобы просто не смахнуть тарелки на пол. Всё же, доходы у меня поменьше, чем у настоящего султана. Быстро переставил их на пол, схватив Элли за бедро и перевернул на живот. Могу попробовать, но сейчас не до извращений.

— Мне надо привести себя в порядок, - пробормотала женщина.

— Тебе надо подставить свою жопу! - заявил я, засовывая пальцы в мокрое влагалище и выковыривая из него скользкое яйцо.

Мне начинала нравиться возможность так бесцеремонно вести себя. Это возбуждало не меньше секса. Без вопросов и уговоров, подтянул к себе костлявые ягодицы и погрузил между ними член. Он легко вошёл, не встретив малейшего сопротивления. Но когда начал движения, сфинктер оказался в меру податливым и упругим, почти как у Марины. Без труда впустил меня и плотно обжал после проникновения.

— Восхитительная жопа! - заявил я тоном знатока-гурмана и звонко хлестнул её по заднице. – Немного плотная. Будешь вставлять затычку на ночь. Поменьше!

— Да, Господин! – восторженно выкрикнула Элли, выгибаясь навстречу члену.

Я обхватил её грудь и поднял тело, прижимая к себе спиной. Пальцы размазывали жир и соус, но мне было не до брезгливости.

— Нина, как закончишь... Хотя, нет. Марина, ты хочешь отблагодарить свою подругу за такой прекрасный вечер?

Объяснять не пришлось. Стонущая от наслаждения жена подползла к возбуждённым губкам Элли и начала яростно натирать их пальцами. Если бы не вчерашний марафон, я вряд ли продержался бы долго. Но сейчас спокойно долбил податливую кишку, ощущая плавное приближение оргазма. Немного менял ритм и возбуждение спадало, продолжая наслаждение. Маленькие ягодицы позволяли загонять член полностью, даже когда женщина выпрямилась. Мои руки скользили по плоским грудям, не находя привычных округлостей, но это лишь больше заводило.

Марина громко застонала, бурно кончая. Её движения стали слишком резкими, Элли задёргалась в оргазме и мой член отозвался на этот призыв похоти. Кишка сжималась, вытягивая порции спермы. Я ослабил хватку, и женщина повалилась животом на пол. Её анус всё ещё оставался открытым, но теперь не был чёрной дырой. Словно небольшая чаша, обрамлённая растянутым сфинктером до краёв наполнена спермой, которая блестела в свете свечей. Не успел я полюбоваться этой развратной картиной, как голая жена подползла к распахнутой попке и начала смачно высасывать её содержимое. Когда-то давно, такое зрелище вызвало бы у меня отвращение...

— Папочка, я одна не ёбанная осталась! – жалостливо заныла растрёпанная девушка, стоя на коленях. – Моя попочка совсем сожмётся...

— Надоели попочки, - проворчал я. – Хочу в писечку.

— Я уже взрослая девочка, я могу залететь. И презерватив не хочу, - её личико, измазанное соками Марины, забавно кривилось.

Склонившись к ней, начал целовать мокрые, ароматные губки... губы... От её волос пахло канифолью. Я представил, как эта умная головка склоняется над столом, заваленным радиодеталями... Моя дочка умеет не только подставлять свои дырки! Трахать такую умную девочку гораздо приятней!

Марина подняла голову.

— Выеби её в пизду. Кончишь мне в ротик!

Я хотел согласиться, но заметил умоляющий взгляд Элли.

— Дорогая, свое порцию ты уже съела. Мамочка получит сперму с ароматом дочери. Потом вылижешь эту юную шлюху. Моя жена должна хорошенько вылизывать рабыням.

— Папочка признал меня шлюхой! – восторженно воскликнула Нина. Что я несу? Я же собирался оставить её нормальной и выдать замуж!

— Звучит заманчиво, - кокетливо улыбнулась Марина. – Мне нравится быть пиздолизкой! Но тогда я останусь без хуя!

— Ты никогда не останешься без хуя, - иронично хмыкнул я, не вдаваясь в подробности. – Девочки давно меня не видели, соскучились.

— Мы так соскучились, - Нина молитвенно сложила руки, глядя на свисающий член.

— Если сможешь вдохнуть в него жизнь, - я без сил повалился в кровать. – Сними с себя всё. Хочу голую дочку.

— Ты получишь такую дочку, какую захочешь, - она скинула ленты и склонилась надо мной. – Ты заметил, как они свисают? Кажется, что они стали ещё длиннее! Мне теперь так нравятся мои сиськи! И сама себе я теперь нравлюсь. Особенно теперь, когда стала папиной шлюхой!

— Признание твоей внешности и сексуальных талантов не должно удерживать тебя от морального или духовного саморазвития, – потом лучше продумаю, как исправить свою глупость.

— Я поняла все слова, которые ты сказал. Видишь какая я у тебя умненькая! - она покрутила плечами, отчего грудки забавно раскачивались.

— Соси, умненькая! Ты достаточно мокренькая, чтобы сесть сверху? У меня сил нет на тебе скакать.

— Я мокренькая, как тётя Марина! Когда начала её лизать, подумала вы трахнулись - из неё сперма вытекает. По вкусу поняла, что у неё там всё своё, - она шаловливо хихикнула и обхватила губами член.

С пола доносились возня и стоны. Похоже девочки ещё не насытились. Видно мне ничего не было, а шевелиться не хотелось. Надо будет на потолок зеркало повесить. Видел такое в каком-то фильме. И родственные отношения меня совсем не напрягают. Женился на сестре, трахнул мать, сейчас сосёт дочка. Если копнуть глубже, все мы так или иначе родственники. Ничего особенно возбуждающего я в этом не видел. Вряд ли влагалище матери, из которого я появился, принципиально отличается от миллиардов других влагалищ на земле... Из которых тоже кто-то появлялся.

Хм-м-м... Нина изрядно прибавила в мастерстве. Она уверенно засасывает, хоть и не в горло, ловко работает язычком и плотно сжимает губы, которые стягиваю тонкую кожу... О-о-о! Она сумела его поднять! И сразу этим воспользовалась. Девушка оседлала меня и принялась со смехом раскачиваться. Ещё совсем недавно у Марины было такое же влагалище... плотное, тягучее... Я прикрыл глаза, вспоминая наш первый секс...

Она даже не разделась. Даже не сняла бельё. Мы с ней дурачились, она повалила меня на диван, села сверху. Короткая юбка задралась, так что я мог видеть её чёрные трусики. Она засмеялась, как сейчас смеётся Нина, и начала покачивать бёдрами. Мои домашние штаны на резинке почему-то сползли. Я ощущал членом тонкое кружево и горячую упругость под ним. Помню, замер тогда, не решаясь поверить, что это происходит на самом деле. Не заметил, как тонкая преграда сдвинулась и член скользит по влажным губкам. Приподнял её за бёдра и насадил на торчащий стержень. Как же это было прекрасно! Тогда совсем забыл о презервативе и думал попросить её кончить ротиком... Так и не решился. В нужный момент Марина сползла с меня и завершила рукой, спокойно обхватив липкий стержень. Она двигала спокойно и ритмично, словно проделывала такое не в первый раз. Точно помню, меня это не смутило... Скорее, напротив... Я заляпал собственный живот, думая сколько членов так же дёргались в этих умелых пальчиках. Чёрт, я уже тогда был извращенцем! Потом, когда близость с Мариной стала обыденной, я часто представлял на её месте маму... Грязный извращенец!

— Ой-ой-ой! Папочка! – раздался тревожный крик дочери.

Горячая пещерка, со стремительностью стартующей ракеты умчалась вверх и член тут же обхватили умелые губы Элли. Я поглаживал мягкие волосы, заталкивая истекающий член глубже в горло. Потом я блаженно лежал на кровати, слушая тихую суету.

— Свет пока не включайте. Мы так всё засрали, что меня вытошнит, - сурово командовала Марина.

— Немного уберём, потом в душ. С меня капает, - вопросительные интонации рабыни.

— Да, потом включим свет, уберём как следует, - снова Марина.

— Дайте ещё салфетку. Я писать хочу! – дочка продолжает озорничать.

— Писать, на унитаз! Хватит на сегодня развлечений, - приказной тон... нет, не рабыни... матери.

— Игоря надо протереть. Потом его тоже в душ, - а это, моя жена... Заботится...

Из нас всех, каким-то странным образом складывается неплохая семья. Моя мама могла бы сейчас суетиться вместе с ними... Вот только тёща выбивается из общего списка. Представил, если бы она смогла всё увидеть... свою доченьку... Хотя, как оказывается… Она и сама не всегда была такой.

— Ты чего ржёшь? – сурово спросила жена.

— Так... от переполнявших чувств.

— Это хорошо, до ванны сам доберёшься. Думала нести тебя придётся.

— Пап, а разреши нам с мамой развлекаться друг с другом, - тут же оживилась Нина. - Мне от тебя не так часто перепадает, а когда я с Мишей встречаюсь, мне надо быть... спокойной, уравновешенной...

— Так ты с Мишей... того... Дополучай у него то, что от меня недоперепадает, - рассмеялся я.

— Ещё рано. Я же пристойная девушка. Я даже перед тобой не сразу ноги раздвинула. Мы с ним целуемся, и я уже разрешила ему трогать меня... в разных местах. Папуль, меня уже можно трогать?

— Я-то тут причём? Пусть трогает, - после бурного секса с трудом соображал, что от меня хотят. – И с мамой... Что от меня надо? Вы с ней уже... Насколько я помню...

— Мама говорит, что неприлично, если она меня ласкать будет. Ты говорил, что сам определяешь наши нравственные критерии. Мы только при тебе с ней... ласкались...

Что-то такое когда-то говорил. Рассматривать себя как мерило нравственных ценностей? Весьма самоуверенно с моей стороны. С другой стороны, кто вообще определяет нравственные ценности, как не сами люди? Достаточно беспринципные и безнравственные, чтобы добраться до власти. Куда-то опять меня понесло...

— Э-э-э... В общем... Элли, думаю, тебе не помешает практика в оральных ласках. Ты не просто ласкаешь... нашу дочь, а стараешься делать это разными способами. Добиться сильного оргазма или напротив, поддерживать наслаждение как можно дольше.

— Буду стараться, Господин, - внимательно смотрел на лицо женщины и не заметил возмущения или протеста.

— Если она захочет, можешь вводить ей в попку палец. Только один...

— Я захочу! – Нина захлопала в ладоши.

— Ты сама можешь получать удовлетворение только от меня, или по моему разрешению, - что бы ещё такого придумать... господского?

— Как скажете, Господин, - её улыбка показалась мне совершенно счастливой.

— Иди сюда, моя девочка, - протянул руку и Элли шагнула ко мне.

Я обхватил её за шею, привлёк к себе и поцеловал в губы, измазанные развратом и похотью.

— Всё. Война закончилась, всем спасибо, - я блаженно прикрыл глаза.

— Что там с Наташей? – спросила Марина, когда мы наконец остались одни. – Что с ней будем делать?

Я блаженно вытянулся под одеялом, касаясь голого бедра жены.

— Надеюсь, что ничего. У нас и так интимная жизнь перенасыщенная. Поговорил, осознала свою ошибку. Отправил к Оксане.

— Замечательно. Что-то она меня совсем не впечатляла. Вот с твоей Любовью... я развлеклась бы...

— Любаша. Разумеется, лишь когда мы наедине. С мужем у неё ничего нет. И хорошо. Опасаюсь я что-то, с мужиками связываться. Анальным сексом занимается, но по необходимости. Хотел у неё про однополую любовь узнать, но работа подвалила. Оказалась - очень весёлая тётка, говорливая, откровенная. Она тебе точно понравится.

— Как тебе моё представление понравилось?

— Великолепно! Прекрасная идея - разнообразить секс. Вчерашний разговор решила воплотить?

— Да, и расширить. Сначала себя хотела в качестве столика, но Элька упорствовала. Кстати, она так почти час пролежала. Когда ты позвонил, всё уже было готово. Отказалась вставать. Сказала, будет ждать господина хоть до утра. Она слишком серьёзно к этому относится.

— Она слишком непредсказуемо к этому относится. Странно, что с Ниной стала нормальной матерью. Почти нормальной.

— Думаю, всё просто. Чтобы ты с Элькой не вытворял, ты заботишься о ней, думаешь о её чувствах. Относишься с уважением. Вот и дочка начала уважать.

— Иногда кажется, что мне открылись все потаенные стороны человеческих отношений. Потом всё сваливается в кучу, и я нихрена не понимаю. Интересно, у нас дома тоже камеры навешали?

— Я хозяйку прямо спрашивала, - моё лицо удивлённо вытянулось, и Марина поспешно добавила. - Сказала, что нашу квартиру проверили. Всё чисто. Свои она ставить не стала. Сказала, что служебной необходимости нет, а из личных стремлений она таким не занимается.

— Хотелось бы верить. Блин, пора заводить собственную службу безопасности. Что ты опять ржёшь? Вон, Нинка! В электронике разбирается, у своего Миши единоборствам может научиться. Элли - почти атлетка, за меня любому горло перегрызёт. Если ей ещё подкачаться... Да, звучит смешно... Надо же с чего-то начинать. Если от меня такого никто не ожидает... Нет, звучит глупо. Даже если по фильмам судить, там куча всяких тонкостей.

— Идея хорошая, - поддержала меня жена. – Замечательная. Мы же не собираемся полноценную спецслужбу организовывать. Достаточно сбора информации. В нашей провинции, будет не так уж сложно. Твоя Любовь даже компьютер не паролила.

— Я от неё сегодня немало интересного про Бекетова узнал. Он в мэрии сейчас, по одним коридорам с Овсовым ходит. С Бекетовым я знаком, хоть и шапочно. О нашем противостоянии он наверняка знает. О том, что меня в Дворянское Собрание приняли, тоже.

— Видишь, уже комбинация складывается.

— Не складывается, потому что есть куча нюансов, о которых мы не знаем. Но идея-то хорошая!

— Замечательная! Главное, что направление есть. Не всё так безнадёжно...

Впервые за долгое время ощущал уверенность в своих словах. Новые отношения с другими людьми оказались сложными и многогранными, но я неплохо справлялся. Приходилось к логике и расчёту подключать интуицию и наитие, которые с удивлением обнаружил в себе. Так что… даже на таких зыбких расчётах можно выстроить новый график поведения. Любовь и обожание окружающих меня женщин… стоят таких усилий. 

Непристойное предложение.

Проснувшись, обнаружил рядом с собой столик с завтраком. Обычный столик, журнальный. Если бы ещё и унитаз рядом стоял... и компьютер... Можно было вообще не вылезать.

Сделав свои дела, заглянул во вторую комнату, которая планировалась как гостиная, но скоро придётся переделывать её в детскую. Жена сидела перед зеркалом, нанося последние штрихи.

— В такую рань, на работу? Замучила совесть за вчерашнее? – хмыкнул я.

— Когда меня совесть мучала? У меня собеседование. "ИнвестХолдинг". Слышал про них?

— Ещё бы, не слышать. Они целый микрорайон решили застраивать. Там же всех столичных управленцев привезли?

— Да, но их управляющий, из старинного рода... не помню кого. Говорит, нужны люди со знанием местной специфики.

— Угу, это как бульдозеристу специалист по ботанике нужен.

— Александр Степанович, говорил, что их фирма нового стандарта. Будут учитываться все особенности местного менталитета.

— Начнут отстёгивать местным чинушам за разрешения?

— Фи, какой ты циничный. Обещал зарплату, раза в три выше. Предвижу твои остроумные замечания. Сразу уточнила, что я дама замужняя, жду ребёночка.

— Анжеле скажешь?

— Как бы, не обязана... Но если решу переходить, скажу заранее, учитывая специфику наших отношений. Если мне зарплату прибавят, может и останусь.

— Меркантильная. Ладно, я завтракать, - чёрт, жена передогонит меня по зарплате.

Не сказать, что я настолько щепетильно относился к этому вопросу, но... Хотелось бы обеспечивать свою семью по-настоящему. На какое-то Гаити съездить, в Акапульку... Хоть узнаю, где это всё находится...

На работе моё настроение улучшилось. Проект двигается нормально, на следующей неделе можно начинать итоговое сведение и формировать пакеты по направлениям. Мои гениальные идеи сэкономили не только деньги, но и время. Совсем недавно мечтал их как-то донести до кого-то из руководителей. Сейчас сам возглавлял группу и претворял в жизнь. Неплохо зарабатываю... У меня великолепная во всех отношениях жена... Осталась понять, в чём подвох?