Мне пришлось почти сутки пролежать под медицинским колпаком, прежде чем я смог нормально ходить. За это время Дахт пересобрал мою руку, три провода на которой лопнули во время ускорения. Он вручил мне ее благоговейно, как меч с покрытой драгоценностями рукоятью. Я увидел, что на плечо моей руки он приклеил одну из своих розовых наклеек – маленький цветок с коротким стеблем, покрытым острыми шипами. Наклейка мне очень не понравилась, но срывать ее при нем я не стал, решив, что отложу это на потом – я только вышел из оздоровительного сна, и нужно было поскорее синхронизироваться с Дахартой.

– Сутки добрые, капитан, – сказала она, когда я вошел в рубку. – Как вам спалось?

– Скверно, – сказал я. – Но вам тоже добрых суток.

– Есть плохие новости и хорошие, – сказала Дахарта. – С каких начать?

– С плохих, – сказал я, вкладывая руку в порт синхронизации. Где-то в глубине души я надеялся, что полученные травмы освободят меня от возбуждения, связанного с этим процессом, но оказалось, что мой организм все также реагировал на синхронизацию. Видимом медицинский колпак исправил не все мои поломки. Я покраснел, прикрыл от стыда глаза.

– Не стесняйтесь, капитан, – сказала Дахарта. – Лучше послушайте плохие новости.

Я проигнорировал первую половину сказанного, чтобы не смущаться еще сильнее, и стал слушать.

– Пираты прицепили к нам маяк, – сказала Дахарта. – То есть ко мне.

Она вывела на экран себя, и я увидел, что один из ее двигателей странно вытянут вверх и будто переломлен посередине. Его конец скрывало что-то небольшое и черное, похожее на короткий носок.

– Никогда таких не видел... – сказал я, все еще переминаясь с ноги на ногу.

– Я тоже, – сказала Дахарта. – Но это маяк, вне всяких сомнений. Я им, почему-то, очень нужна.

– Вы можете его снять? – спросил я.

– Дахт хочет попробовать, – сказала Дахарта. – Но я не решалась сделать это до вашего пробуждения.

– Спасибо, – сказал я, хотя и не был уверен, что решение это было верное. Оно означало, что последние сутки пираты могли идти по нашему следу.

– Хорошие новости состоят в том, – сказала Дахарта, будто подслушав мои мысли: – Что пиратам понадобится не меньше недели на восстановление Амассы. Их остальные корабли не представляют для нас опасности, а значит вряд ли их пошлют за нами в погоню.

– В чем состоит опасность? – сказал я. – Амасса настолько лучше вас вооружен?

– Нет, – сказала Дахарта. – Они пользуются ресурсами Амассы, чтобы запускать какой-то процесс, позволяющий им подчинять себе другие корабли.

Тут я услышал в ее голосе эмоцию, которая ни разу не звучала в нем раньше – Дахарте было страшно.

– Я не знал, что такие технологии существуют, – сказал я.

– Я тоже, – сказала Дахарта. – Но это то, что Амасса успел мне сообщить – он вложил свое сообщение во входной код связи. Он был очень хорошо зашифрован, поэтому я не смогла разобрать его мгновенно. И еще...

– Что? – спросил я.

– Я хотела извиниться, что так неосторожно вышла в большой космос, – сказала Дахарта. – Я не хотела, чтобы вам было плохо.

– Извинения не принимаются, – сказал я. – Вы все сделали правильно.

– И все же, – сказала Дахарта. – Я бы не хотела тревожить ваше тело, оно мне нравится.

Она рассмеялась, и я тоже улыбнулся, в основном от облегчения, что мгновенная опасность нам не грозит. И тут же почувствовал, что мое возбуждение не прошло – наоборот, смех Дахарты как будто заставил меня возбудиться сильнее. Мне стало жарко, я почувствовал, как мгновенно вспотела моя правая ладонь.

– Простите, – сказал я. – Мне нужно отлучиться.

– Вы плохо себя чувствуете, капитан? – спросила Дахарта.

– Нет, – сказал я. – Все нормально. Просто нужно уединиться. Человеческие нужды.

Я выбежал из рубки, пронесся по коридору и влетел в свою каюту. Там я сорвал с себя скафандр, запустил процесс обработки руки и включил ледяной душ. Стоя под жесткими, обжигающими струями, я зажмурился, потер виски. Моя кожа покрылась мурашками от холода, мышцы в правой руке свело. Я открыл глаза и посмотрел на себя в зеркало. Мне было очень холодно, но мое возбуждение не проходило, я чувствовал его все сильнее. Я видел, что моя кожа покраснела от душа, но ниже она была горячей и красной по другой причине. Мой живот, мои бедра были напряжены до предела. Мой член стоял, уверенно и сильно, будто я только что смотрел эротическое кино, а не разговаривал со своим кораблем. Я зажмурился, чувствуя, что сейчас позволю своим пальцам сделать то, что запрещал им все эти недели. Моя правая рука качнулась к бедру, легла на гладковыбритую, соответственно инструкции, кожу чуть ниже живота, потом сдвинулась левее, коснулась моего возбужденного члена. Я громко вздохнул и открыл глаза. Руку поскорее убрал в сторону, к стене. Не нужно было поддерживать это нездоровое состояние – мне не полгалось возбуждаться от соприкосновения с Дахартой.

Я вышел из душа и заново надел скафандр, намеренно посильнее стянув застежки на поясе. Нужно было решить, что делать с пиратским маяком и планировать дальнейшее путешествие.