Её десять поцелуев. (послесловие ч.11)

– Ну, будет тебе, Таньк, изгаляться над птичницей, – мягко оттолкнула Блохина Ленка голову молодой любовницы от своей промежности. – Ишь как присосалась, всё равно лучше Валюхи не скоро станешь. А свою мать почти догнала. Понравилось тебе с тётей Леной? Возьми полотенчик, оботри мордашку. Говори, кого к тебе прислать?

– Своего зови, устала я с тобой. Моя мамуля Юру нахваливает, хочу его попробовать.

– И то верно, Танюха, Сёмку ты уже опробовала, остались ещё двое.

– Димасика не хочу. Моей Веруне засос оставил, придурок. Пусть на своей бабе Соне упражняется.

– Тогда жди, курочка, своего петушка, пойду за ним. И заберу мою несушку, пока её совсем не затрахали твои петушки.

Ленка поцеловала свою любовницу в тонкую шейку, поднялась с постели и перекатывая массивными ягодицами, направилась в спальню Веруши. Войдя в комнату, она разглядела при тусклом освещении торшера на кровати Сёмку и стоящую перед ним Верушу, с обнажёнными ягодицами, готовая принять в себя член сына. В кресле сидел Юрка, с вожделением поглаживая, лежащий на животе детородный орган.

– Вы тут у моей подруги собрались брать мазки или что? А нашего Юрочку моя Танюша ангажирует на часок к себе в спаленку.

– Как она себя чувствует? – обеспокоилась Вера Павловна, поднимаясь с колен.

– Как может себя чувствовать молодая женщина, способная принять у себя парня с таким вот... Юра, ты всё ещё здесь? Презерватив на тебе?

– В шортах, maman, сейчас надену – с готовностью отозвался Юрка

– Напяливай резинку и проваливай к Татьяне, или Сёму отправлю, а ты останешься с нами.

– Уже ушёл, девочки, – поддёрнув на поясе шорты, Юрка метнулся к двери.

– И что теперь, Верк, как будем делить единственного кавалера? – спросила Ленка.

Внезапно из прихожей донесся продолжительный звонок. Присутствующие переглянулись между собой.

– Это кто же? Ты кого-то ждёшь, Вера Павловна? Сёма, выясни кого там принесло на ночь глядя, – распорядилась Блохина.

– Куда ты его посылаешь? Я здесь хозяйка и сама открою – возразила Веруша, надевая халат. В прихожей она заглянула в дверной глазок и при свете коридорной лампочки увидела ухмыляющуюся физиономию Валюхиного Димасика.

Этого хмыря здесь не хватает, с досадой подумала она, решительно отодвинув задвижку, открывая входную дверь.

– Ты чего притащился, Димасик?

– К Юрке зашёл, дома никого нет. У вас в окнах свет горит. Подумал, что они у вас.

– Дома им скучно, зашли к нам поболтать, тут всего только двор пересечь, – пояснила Вера Павловна, закрывая за гостем дверь.

– А где пацаны, Лену трахают без меня?

– Здесь всех трахают, кому дома не сидится. – недовольно ответила Вера Павловна.

– Не шуми, Верунь, Татьянку разбудишь, – предостерёг Димка хозяйку.

– С Татьянки и начали. Сейчас они с Юркой койку раскачивают.

– Вот те на! Опять я оказался крайним? – возмутился Димка, прижав к груди Верушу, ловя ртом её губы.

– Вера Павловна, ты с кем слюнями давишься? – Крикнула из спальни Блохина, – веди его сюда. Нам как раз одного кавалера не хватает для ровного счёта, чтобы не в очередь к Сёмке. Только пусть в ванную заглянет на минуту.

– Ступай, Дима, – одёргивая на себе халат, отступила от парня Вера Павловна, – прими душ, мы тебя ждём, – кивнув незваному гостю на дверь в ванную, она ушла к себе в комнату.

–Пойдём на кухню, подруга, обсудим с тобой кое-что без свидетелей, – предложила Ленка, натягивая на себя сыновнюю рубашку. – Только сигареты возьму из Юркиной куртки.

– Сёма, мы ненадолго. Димку к Татьяне не допускай, пока я её сама не увижу. – распорядилась Веруша, выходя вслед за Ленкой.

– Так и знала, Блохина, что ты задумала очередную авантюру. Того и гляди нами начнёшь приторговывать в салонах интимных услуг, так у них самих этого добра с избытком. Чего хотела, сутенёрша? – Закуривая сигарету, спросила Веруша, опускаясь на колени Блохиной за кухонным столом.

– Я ведь что думаю, Верк, раз ты позволила Танюшке приобщиться ко всем прелестям нашего интимного досуга, то полагаю, что ещё против одной кандидатуры для нас, возражать не будешь, – покорно принимая руку подруги у себя на груди в разрезе халата, Веруша удивлённо насторожилась.

– И кто ж та кандидатура, что б понапрасну не гадать? – подозрительно косясь через клубы сигаретного дыма, поинтересовалась Вера Павловна, стряхивая пепел в чайное блюдце. – И причём здесь моя дочь?

– Верунь, ты ведь помнишь секретутку начальника Управления, генерала Князева?

– Клавдию, что ли, жену Серёжки Зимина? Ленк, ты видать, совсем спятила! – закашлявшись от сигаретного дыма, воскликнула Веруша. – Мало тебе нас с Валентиной, так теперь эту бывшую училку подавай?

– Не возбухай, чокнутая. В своё время, наши Наденька и Валюшка имели с ней непродолжительные отношения и весьма были ей довольны, а я им верю. Кстати, мне её сама Валентина рекомендовала. У меня с этой Клавдией было короткое свидание и хочу тебе предложить на пробу эту барыньку. Робкая, интеллигентная особа, наша ровесница. Её матушка является моей соседкой по этажу и подругой нашей Надежды Сергеевны. В постели её Клавдия показалась мне очень покладистой и покорной. Парфюм приятный, бельё на ней со вкусом подобрано, за собой следит и фигурка вроде твоей, Вер.

– Так дело пойдёт, Ленка, к архиву в Управлении скоро очередь выстроится из «покладистых и покорных» кандидатур.

– Вот потому я и упомянула тебе о Танюшке. Ей лишний опыт в постели с интеллегентной бабой только на пользу, а видеться нам удобнее у вас дома. Архив, разумеется, оставим, на крайний случай, коли сильно припрёт.

– Пять женщин, даже в моей квартире явный перебор, а у меня постоянно Сёмка дома.

– Его участие, как и прочих мальчиков с нами вовсе необязательно. К тому же, Клава, как и мы, довольно регулярно общается со своим сыном. Согласись, что она идеальная партнёрша в нашем общении. Надеюсь, Верк, у тебя завтра найдётся время пообщаться с Клавой. Я вас познакомлю и выйду минут на десять за дверь. Наш шеф с поезда раньше обеда на работе не появится. У вас будет возможность получше познакомиться. Валентину посвящать в ваше свидание раньше времени не стоит. Хотя, Веруш, я им уже обещала первую встречу у тебя дома. Пошли к мужикам. Как там наша дебютантка, я немного беспокоюсь за мою крошку? Мне Татьянка понравилась, перспективная бишка. Пора проконтролировать молодёжь. Эти двое вполне могли составить им компанию.

Женщины вернулись в спальню Веруши и застали Семёна и Димку за беседой.

– Скучаете, молодые люди? – спросила Блохина, сбрасывая с себя рубашку сына. – Могу разнообразить общение с любым из вас. Сёмочка, не желаешь размять косточки своей тётушки?

– А я проведаю нашу парочку, давно не слыхать их, – спохватилась Веруша, выходя за дверь.

– Свинтила, зараза застенчивая! – возмутилась Ленка, забираясь с ногами на кровать. Не терпит посторонних наблюдателей. Димочка, иди ко мне, я займусь твоим красавцем. Чем твоя мать занимается дома? С собой бы привёл посумерничать с подружками.

– Она без приглашения не ходит. Сейчас отца с работы ждёт, чтобы накормить.

– Как Валюху с отцом делите, не ссоритесь? – с ехидцей поинтересовалась Ленка.

– Он не особо претендует, Бывает к своей матери захаживает. Бабу Софу навещает иногда, но в последнее время всё реже.

– Оно, конечно, с довольствия сняли, так зачем к тётке ходить за тем, что дома задаром дожидается. Сёма, хорошо смазал инструмент? Пошуруй пальчиками в попе тёти Лены и приступай, пока зрители не собрались на показательные выступления. Давай, Димасик свой колбасик, но без изуверств со мной. На Валюхе не следишь после себя, паршивец? Перед Верой извинись за свои художества на её груди. Не любит она этого. Пошлют на медосмотр, стыда не оберёшься за такого любовника. Бабу Соню расписал под хохлому, бесстыдник. На ней-то зачем набезобразничал, живописец хренов? Смотри мне, останешься без баб, жалеть поздно будет. Ну, давай его сюда, сама напялюсь, только не толкай от всей дури в нутро. Сёма, ты тоже заводи своего жеребца с осторожностью. Делайте всё по уму, что б мне самой вас хотелось. Ты, Дима, погоди ломиться, Пусть сперва Сёма мне в попу войдёт, а потом сам располагайся у меня во рту. Я сама двигаться начну на ваших шампурах. Можете общаться между собой, всё лучше мат, чем ваше сопение слушать.

* * *

Веруша легонько постучалась в комнату дочери и прислушалась к ритмичному поскрипыванию пружин кровати.

– Заходи, мамуль, – донеслось из-за двери приглашение Танюшки.

Она медленно приоткрыла дверь и осторожно вошла в спальную к молодым людям.

– Что тут у вас происходит, Танюш? – тактично задала вопрос Вера Павловна, стараясь не рассматривать обнажённую молодую пару, лежащую на кровати.

– Сама не знаю, мамуль, всё делаем вроде бы правильно, а результат никакой. С Сёмкой получилось с первого раза, а из Юрки хреновый Ромео получается.

– Да ты ноги пошире раздвинь, деловая Джульетта, – подсказала мать, погладив колено дочери.

– Да куда же шире, когда он уже весь там, а кончить не может, бедненький.

– Ну хотите я Диму позову, проверим на нём результат?

– А этот откуда взялся, за Валечкой увязался, что ли?

– Один пришёл. Так звать или сами сумеете? Юра, скажи, что с ней не так?

Парнишка смущённо помялся и стесняясь буркнул, – У меня с Танюхой слабая эрекция, Веруш.

– Офигеть... С чего бы это? – недоумённо произнесла Веруша.

– Тебя всё время представляю и не могу сосредоточиться никак.

– Нет ты посмотри на дурака? – воскликнула Татьянка, – залез почти на ребёнка и представляет её мать – извращенец. Какой же из него будет муж если он без тёщи в постель к жене лечь боится, – прыская в кулак, возмутилась оскорблённая «невеста».

– Лучше скажи, ребёнок, пыталась ему как-то помочь? – но видя полное непонимание в глазах дочери, Веруша прямо сказала: – Минет делала Юрику?

– Да мало ли куда он его совал до меня, мамуль!

– Не беспокойся, в меня не совал, а вот ты свой язык не вынимала из его матери и что, вертихвостка, сладко было?

– Ну и что, я Сёмочке тоже не помогала, но почему-то у него со мной без проблем вышло.

– Сёма твой родной брат, вы друг друга с пелёнок знаете, а для него, Танюш, ты, это я, только маленькая. Любит он меня и жалеет.

– Лучше бы он так свою мамку любил, фантазёр. Мало ещё с тобой, мамуль, мужем делись, так ещё свекровь из койки выпускать не будет к законному мужу.

Веруша вздохнула и, приподняв в руке член Юрки, вложила в рот массивную головку, стараясь не смотреть ему в лицо. Пальцами левой руки она пощипывала тугую мошонку, перенося кисть руки на ягодицу парня, периодически сжимая её, насаживаясь ртом на член любовника.

– Всё запомнила, Танюш? Ты у меня умница. Продолжайте, фантазёры, пока помощники не набежали. Между прочим, Таня, к тебе, Димасик просится, но у тебя здесь и без него работы хватает. Юрочка, ты можешь считать себя женихом моей девочки, но пока не оденешь на пальчик своей невесты колечко, не забывай о презервативе. Без него на выпускном вечере твоя невеста в бальном платье с пузом – будет явный nonsense.

– Прости, мамуль, увлеклись немного, – извинилась Таня, – у моего жениха ещё усы толком не растут.

– Зато вон какую дубину отрастил, а зная его папеньку и двух презервативов за раз много не будет.

* * *

Утром Блохина набрала номер домашнего телефона Клавдии, дождавшись, когда в трубке прозвучал мягкий голос женщины, Ленка повела обстоятельный разговор со своей любовницей.

– Клашенька, это Лена Суржикова, я не отвлекаю тебя от дел?

– Доброе утро, Леночка, мужа проводила в Управление, осталось сына отправить в школу. Говори, Лен, я уже завтракаю и буду собираться на работу.

– Ты не передумала знакомиться с Верой Павловной? – вкрадчивым голосом произнесла Блохина.

– Говорили, что у неё когда-то были отношения с Сергеем? – с сомнением припомнила Клавдия.

– У кого из нас в молодости их не было, Клашенька. Было бы желание, будут и возможности. Наша Вера не против подобного общения в благоразумных рамках, разумеется. Сегодня она зайдёт познакомиться с тобой. Ты уж не обмирай, как в прошлый раз со мной. Она в твоём вкусе, уверена, что глянитесь друг другу.

– А во сколько она зайдёт, Лен? – взволновано уточнила Клавдия, понижая голос.

– Твой шеф приедет не раньше обеда, если хочешь я могу зайти к тебе вместе с ней. Только я с тобой без церемоний, Клаш. Сама тебя пощупать не откажусь и Верушку заставлю тебя потискать. Такая же овца, как и ты. Запросто может перетрусить и отказаться. Как решила, Клашк, нам вдвоём к тебе наведаться или без меня обойдётесь? За тобой выбор, красотка.

– Как сами решите, Леночка, не мне вами распоряжаться, – сговорчиво вздохнула Клавдия.

– Тогда юбчонку посвободнее надень и трусишки в приёмной в стол запрячь. Ну пока, моя девочка.

С одной лицемеркой я выяснила, дело за Верушкой, возвращая трубку на телефонный аппарат, решила для себя Блохина.

На остановке троллейбуса Веру Павловну поджидала Блохина, нетерпеливо поглядывая на дорогу, ведущую в глубину двора. Услышав за спиной торопливый стук каблуков женских сапог, Ленка обернулась.

– Второй троллейбус пропускаю из-за тебя, Верк.

– Через пятнадцать минут увиделись бы в отделе. Что за спешка? Я в «Магнит» за шоколадкой забежала. Без десерта на чаёк с пустыми руками не ходят.

– Вы обе сегодня друг для друга будете десертом, – заверила подругу Ленка.

– Без пошлости с утра обойтись не можешь? – недовольно отрезала Ленкин каламбур Вера Павловна.

– Что ты такая напряжённая Веруш? В первый раз, что ли? Подошедший троллейбус резко распахнул двери на задней площадке. Толпа ожидавших пассажиров устремилась в салон на свободные места.

– Молодёжь, освободили женщинам место, – зычным голосом скомандовала Ленка, – посадка в транспорт с задней площадки. Чему вас только в школе учат обормотов,

– Поменьше ментов слушать, тётка. В стояка доедешь, – загоготали пацаны.

– Ты что такой дерзкий, щегол? В военкомат сам дойдёшь или наряд вызвать?

Ленка сунула руку во внутренний карман кителя, достала мобильник и набрала номер проходной в Управлении.

– Федотов, старший лейтенант Суржикова, на остановку пятнадцатого троллейбуса к Управлению вышли срочно пару бойцов. Воспитательную работу организуешь. Давай, выполняй. Сейчас подъезжаем.

– Водитель! На остановке двери не открывайте, работает полиция, – через весь салон троллейбуса гаркнула Блохина. – А вот и ребята подошли во время. Ну, щеглы сами пойдёте или вас под руки выводить? Водитель! Заднюю дверь откройте. Ухватив за шиворот двух великовозрастных парней, Ленка вытащила их на заднюю площадку и передала двум полицейским, стоящим у открытых дверей.

– Пакуйте молодцов в обезьянник. Я к капитану Федотову позже подойду, пусть зарегистрирует наших клиентов.

Конвоиры повели задержанных к служебному входу, а подруги, проводив их взглядом, отправились к парадному крыльцу полицейского Управления.

– Знаешь, Ленк, может на первый раз без регистрации обойтись, в школу сообщат, биографию испортят дуракам за привод в полицию, у нас самих сыновья их возраста – напомнила Вера Павловна подруге.

– Наши не такие оболтусы, своему мудачью я собственными руками яйца поотрываю если что.

– Тебе бы в следственно-оперативную группу к дознавателям, Лен, – усмехнулась Веруша, предъявляя пропуск на проходной.

– Потому, Верк, тебя одну к Клашке не пущу. Наша Танюха побойчее будет вас, мокрых куриц. Часам к десяти сходим на короткое рандеву с Клавдией. Не куксись, Куприянова, она тебе за Татьянку от меня.

* * *

В квартире Куприяновых зазвонил телефон. Татьяна раскрыла заспанные глаза и взглянула на часы. Вскинувшись, лёжа в объятиях Сёмки, она босыми ногами зашлёпала по прохладному линолеуму в кухню на звонок телефона.

– Слушаю, – ответила она вглядываясь в утреннее сумрачное небо за окном.

– Танечка, это Надя говорит. Доброе утро детонька. Ваша мама просила разбудить вас в школу. Вы уже проснулись?

– Доброе утро, Надюша. Сейчас пенделя Сёмке дам и будем собираться. Поздно легли и проспали, а Веруша нас пожалела рано будить и тебя попросила позвонить. Спасибо, бабуленька, за подъём. Сёмка, стервец, пригрелся у меня за спиной, даже твой звонок его не разбудил. Наш генерал сегодня приезжает?

– К одиннадцати жду. Почему поздно легли, гостей принимали, Танюш?

– Ленка с Юрой заходили. Потом Димасик припёрся, шёл к Юрке, а пришёл к нам.. Валечка звонила, чтобы его оставили у себя до утра. Не выгонишь на ночь глядя. Блохины за полночь свалили. Мамка Димку забрала к себе, а Сёмчик ко мне приполз погреться. Так и заснул у меня в кровати. Пойду поднимать обормота.

– Зашла бы, Танечка, повидаться. Верушу иногда вижу и то по делу.

– Хочешь, после школы забегу. Дедуня с поезда на работу уйдёт?

– Сперва к себе. Покормлю его и провожу на работу. А к твоему приходу приготовлю вам что-нибудь, заберёшь с собой к ужину.

– Отлично, Надюш, после школы я пулей к тебе. Пока, бабуленька.

Вернувшись к себе в комнату, Танюшка не смогла отказать себе в удовольствии понежиться в объятиях Сёмки, в результате чего была разложена на спине с разведенными ногами и тихой мольбой не забыть о презервативе.

– Скотина, нас мамка убъёт. Мне Юрка в жизнь не простит ребёнка от тебя.

– У тебя, Таньк, безопасные дни бывают когда-нибудь? У всех женщин бывают, даже у мамы.

– С тобой никогда не будут. Или надевай презик, или проваливай в школу, придурок.

Сёмка потянулся к тумбочке сестры с косметикой и ворчливо водрузил обязательный атрибут.

* * *

Через полтора часа, Блохина подошла к столу начальника отдела и вопросительно уставилась на Веру Павловну.

– Что, Лен, уже? – рассеяно взглянула та неё, – может, она вышла куда или забыла, что зайдём.

– Похоже, ты забыла, обложилась папками и на часы не смотрит. Встала и пошли, несчастье моё, протирочную ветошь не забудь.

– Иди, командирша, я через минуту подойду.

– Так я тебе и поверила, Куприяшка. Бери конфетку, салфетку и вперёд. Китель оставь, а то напугаешь эту припадочную своими звёздами.

Вера Павловна нехотя поднялась из-за стола и, оставив в сейфе несколько папок, вышла вслед за Блохиной из отдела.

– Идём, сводня. В грех вводишь меня.

– Кто бы говорил! Забыла, как меня в песочнице за коленку лапала, любодейка? А потом мне Валюху в архив подсунула, а Надю вовсе прислала ко мне домой, развратница...

– Теперь ты меня решила отблагодарить?

– Лучше к праздникам в звании не обойди, по выслуге лет мне капитан полагается.

– Ты у меня на кадрах, напомни своевременно. В отпуск пойду, на кого отдел оставлю?

– В какой, в декретный?

– Тьфу. Дура набитая! Мы и это с Клавой будем обсуждать, Ленк? – Они остановились возле приёмной и Блохина заглянула в приоткрытую дверь.

– Клавочка, начальник не звонил? – окликнула она Клашу, сидящую за компьютером, сосредоточено рассматривая листы документов для печати.

– Здравствуйте Елена Терентьевна. Звонил, обещал приехать к трём часам. Приказал всю документацию собрать на подпись.

– Ты сейчас свободна? Я не одна, Клаша. Гостей принимаешь?

– О чём разговор Лена. Я чаёк заварила. Проходите, конечно, гостям всегда рада.

Блохина отступила от порога и пропустила в помещение приёмной Веру.

– Тогда разреши представить тебе мою подругу юности Веру Павловну Куприянову.

– Здравствуйте Клавочка, – протягивая руку, поздоровалась Вера, невольно сравнивая её с экранным образом Джульетты.

– Здравствуйте, Вера Павловна, очень рада знакомству. Мы когда-то жили в одном дворе.

– Вот и прекрасно, что жили, значит переходим к более тесному знакомству и на ты, – вмешалась в разговор Ленка, – подходя к Клавдии и обнимая её за талию. Стоит закрепить ваше знакомство дружеским поцелуем. Вы не возражаете, девочки? Приступайте и без ложной скромности, я пока дверь закрою на защёлку, чтобы не помешали.

Веруша приблизила лицо к своей визави и поцеловала Клаву в щёку.

– Так не делается, дамы, – мы не на дипломатическом приёме, показываю, следите за выражением лица и движениями рук.

Блохина развернув Клавдию лицом к себе, положив свою руку на ягодицы любовницы, нежно притянув к своему лицу голову Клавы, сдержано произнесла:

– Рот приоткрой, мерзавка, хочу тебя здесь и сейчас. Твои руки, Клаш, должны лежать на моей груди. Затем переходите на ты. Теперь сами без меня.

– Верк, начинай, она что-то робеет, командовать тобой.

– Клаш, иди ко мне, не зли нашу Салтычиху, ей лучше не возражать, отечески подбодрила Вера свою подопечную.

Клавдия растерянно шагнула к Веруше и положила ладони рук ей на грудь, приоткрыв губы для поцелуя своей любовницы. Веруша повторила Ленкину демонстрацию, удивившись отсутствию на ягодицах женщины трусиков под широкой юбкой.

– Клашенька, ты в стрингах, тебе не холодно, милая?

– Лена велела снять до твоего прихода, я зря это сделала? – смущённо произнесла, Клава, краснея лицом.

– Ленка твоя хозяйка? Заглядывая в глаза женщины спросила Вера.

– Пока не знаю, Верочка, это обязательно кому-то подчиняться?

– Примерно так же, как с мужчиной. У тебя прежде были отношения с женщинами.

– Очень давно. С Валентиной и её мамой.

– Об этом вы сможете поговорить и без меня, – прервала Блохина разговор любовниц, – так вот Клава, предлагаю остановить свой выбор на Веруше. С ней тебе будет привычнее.

– А ты Лена чья хозяйка? – уточнила Клава.

– У меня Валюшка и Надя

– Они от меня обе отказываются?

– Нет, конечно, но предпочитают всегда меня. В моё отсутствие любятся с кем хотят.

– Для тебя будет ещё одна девочка – Танюшка соплюшка. Позволишь ей себя для вашего разнообразия. Она дочка твоей Веры. Старательная, немного ершистая, но ты с такими знакома по школе. Немного влюблена в Валентину, но эта подростковая привязанность простительна, со временем проходит. У нас есть мужья и любовники, а наши отношения внутри семьи никого не касаются. Выберем время и встретимся своим кругом. Только об этом никто знать не должен. Ты понимаешь, Клаша?

* * *

После уроков в школе, Юрка с Димкой пытались настоять на свидании с Танюшей. Но получили категоричный отказ от двоюродной сестры.

– «Чуть помедленнее кони, чуть помедленнее». Благотворительностью каждый день я не занимаюсь. У каждого из вас своя лошадка дома в стойле дожидается. Нехера в чужие сани лезть без приглашения.

– Конечно, Сёмке хорошо. Родная сестра под боком, а нам с Юркой в очередь становись, – с сожалением высказал недовольство Димка, обнимая сестру за талию.

– Димасик, женишься на мне, будешь без очереди. Не плачьте, допризывники, на двадцать третье февраля получите меня в виде презента к празднику.

– Сёма, отвези мой баул домой, я к Наденьке еду. Дедулю за вас поцелую. Пока, халявщики, мой троллейбус подходит, – Танька накинула лямку школьного рюкзака на плечо брата и побежала к остановке троллейбуса.

На звонок в дверь вышла Надежда Сергеевна и приняла гостью.

– Голодненькая ты у меня, Таточка, садись за стол, я тебя покормлю вкусненьким. Дедушка из Москвы навёз продуктов целый чемодан. Я уже вам насобирала всего понемногу, девоньки мои. Прежде ручки помой, деточка.

– Наденька, я в школьной столовке натрескалась всякой дряни с ног валюсь. Спать хочу, на ходу засыпаю, чуть свою остановку не проспала.

– Тогда ложись, милая, а будешь уходить домой, я тебя накормлю. Дома готовить ничего не надо, только разогреешь на плите. Иди, Таня, в детскую и ложись, постелька чистая, вздремни часок. Как ты похожа на мою Верушу в детстве, – растрогано произнесла Надя, оправляя кофточку на внучке.

– Разденься до трусиков, одёжку положи на стул, чтобы завтра не гладить.

Готовую сумку с продуктами она отнесла в прихожую и поставила у двери на коврик. Короткий звонок в дверь заставил хозяйку вернуться в прихожую и отомкнуть входной замок.

– Привет, Надюша Сергеевна. Извини я без предупреждения к тебе. – На пороге стоял Виктор, Клавин сын.

– Как ты не ко времени сегодня, Витенька. У меня Татьянка в соседней комнате спит после школы. Идём на кухню, только тихо. Сейчас насобираю чего-нибудь и уходи, пока не проснулась. То никого не дождёшься, то один за другим.

Витька, осторожно ступая шлёпанцами по паркету, пошёл за бабулей на кухню, привычным манером забирая подол своей бабки к широким бёдрам хозяйки..

– Ты меня не сильно заголяй, сыночка, разбудим девчонку, долго объяснять придётся, кто ты и зачем ко мне заявился. Она ведь о тебе толком ничего не знает. Чего ко мне прибежал? Бабка у себя дома, вечером мать с работы придёт, не откажет поди родному сыну. У меня муж вернулся из Москвы сегодня утром. Говорит, завтра вашего отца в командировку дней на пять отправляет, тогда на мамке хоть каждую ночь без опаски для здоровья дурь сгоняй. Баба Сима пошла на поправку, с постели встает?

– Ей уже лучше, заглянешь к ней на той неделе? Скучает по тебе подруга твоя.

– Может и зайду если соберусь. Витюш, ты с меня трусы сильно не тяни, не успею вернуть их на место если что.

– Дядя Костя заходил к вам на этой неделе? – спрашивала Надя, удерживая на поясе подол своей юбки.

– К нам заходит на полчаса и то редко. Я в школе в это время. Мамка всегда плачет после него. Уговаривает её с Сергеем разойтись, только она боится даже заикаться ему об этом. На её зарплату не проживём втроём.

– Так пенсия за Виктора. Ой! Витюш, не части шибко во мне. Танюшку разбудим.

– Давно уснула?

– Больше часа уже.

– Сколько ей, бабуль?

– Вы ровесники, а тебе что? Школу ещё не кончила, рано ей с вами дурака валять.

– Красивая?

– Краше не бывает. С её матери мужики до сих пор глаз не сводят.

– Надь, покажи мне её.

– Ишь какой, она поди голая спит, а ему покажи. Ладно, баловник, вытащи из меня свою деревяшку, может покажу. Надя повела внука к двери комнаты, где спала Танюшка поверх одеяла.

– Твою девизию!... глядя в приоткрытую дверь спальни на обнажённую девчонку, с восторгом проронил Витёк, – У неё парень есть?

– И не один. Посмотрел и будет с тебя, ещё ослепнешь от такой красоты. Пошли на кухню. Давай собирайся, я тебе сумочку в прихожую вынесу. Привет мамке передавай. Про Татьянку её не пытай. Они ни разу не виделись. Там не всё просто, Витюша. Всё, милок, ступай себе до дому.

– Надюш, вдруг она моя судьба? Зазови её к себе, хочу ещё раз её увидеть.

– Дурачок, может, ты и Грей, только она не Ассоль и алых парусов не ждёт. – Надежда чмокнула внука в лоб и перекрестив на дорогу, отправила за дверь.

Когда Надежда Сергеевна вернулась на кухню и села за стол, к ней подошла Татьяна и целуя бабулю в щёку спросила:

– Наденька, с кем ты здесь щебетала? Голос знакомый, а узнать не смогла. Вроде Юрка приходил, а чего тогда меня не дождался?

– Садись, ешь и отправляйся домой Приходил, но не Юрик, Танюш, ты его даже не знаешь и знать незачем.

– А я-то думала, что он мне приснился. По голосу вроде не старый, бабуль?...

– Он ещё не Грей, но и ты уже не та Ассоль, моя дорогая.

Татьяна печально вздохнула и, взглянув на свою руку, разочаровано изрекла:

– Понятненько... То-то смотрю на пальце кольца нет. Ни кольца, ни Грея. Полный облом в личной жизни. А почему, Надюш, я не Ассоль?

– Быстро смирилась, моя родная, Ассоль, вопреки всему, верила и ждала своего Грея.

– Как наша Веруша, верила в своего Грея и дождалась говна на лопате. После такого ни верить, ни ждать не захочешь. Только хотелось бы твоего тайного гостя увидеть, Надюш. Устрой свиданку своей девочке.

– На этих гостей, Танечка, лопат не напасёшься. Компотиком пирожки запьёшь, одёжку наденешь и ступай, малышка моя. Хочешь, Тань, я тебе на зиму тёплый шарфик свяжу на шейку с зайчиками, до самых титичек, чтобы не зябли.

– Можно, бабуленька, только поэротичнее.