До Виндхельма весна добралась с опозданием. В северной столице Скайрима местами ещё лежал снег, а по ночам было жутко холодно. И горе тому путешественнику, которого ночь застанет под открытым небом. Сакура хоть и не могла умереть от холода, благодаря кольцу Каливикуса Вайла, но испытывать действие холодных температур на своей шкуре не хотела, поэтому сняла комнату в таверне "Очаг и Свеча".

В Виндхельм её привела идея о том, что здесь, в местном храме, есть шанс встретить Зверя Талоса. Надо сказать, что столица Ульфрика Буревестника, была единственным городом, где до сих пор легально существовал, сам по себе, этот культ, так как мятежные норды плевать хотели на распоряжения Талмора, а повстречавшихся им юстициаров они просто поднимали на копья.

Два дня поиска Зверя Талоса закончились безрезультатно, Сакура не встретила никого похожего на Воина Талоса, ни в храме, ни на улицах города. Она впустую обошла все закоулки города, заглянула даже в Серый Квартал, где "просители убежища" из Морровинда, её чуть не ограбили и не изнасиловали. К сожалению не все данмеры были высоко-образованными и имели понятия элементарной культуры. Но зато Сакуре стало понятно, за что местные норды так ненавидят беженцев, ведь мало кому понравиться, когда их несовершеннолетних детей похищают и насилуют. Не редки были случаи, когда это происходило прямо на улице. Норды пару раз пробовали достучаться с этой проблемой до короля Ульфрика, но тот лишь ответил что-то про терпимость и толерантность, мол все разумные существа равны, а деньги, полученные из Великих Домов Моровинда, пригодятся в борьбе с Империей. Более того - дружинники Ульфрика взяли под защиту Серый Квартал, не давая возмущённым, беспределом и наглостью со стороны беженцев, нордам устроить качественный погром. Вот и получалось, что в своей стране коренные норды вынуждены были ходить с оружием и не оставлять без присмотра своих дочерей. Сакура же, не желая доставать из ножен катану, просто устроила потенциальным насильникам хорошую взбучку, разбив до крови носы обнаглевшим, уверенным в своей безнаказанности молодым данмерам.

Самым интересным для Сакуры, в эти дни, было посещение храма Талоса. Она полюбовалась статуей могучего норда, попирающего какое-то существо,   символизирующее то-ли дракона, то ли древнего змея, поседела на одной из скамеек, наслаждаясь тишиной и покоем, а затем вернулась в таверну. 

Проснулась Сакура ночью. Проснулась от ощущения чьего-то присутствия. Она слегка приоткрыла веки, продолжая и дальше делать вид, что спит. В сумраке ночи, освещаемом лишь светом Секунды, младшей из двух Скайримских лун, она различила силуэт проникшего в её комнату мужчины. Тот, не сильно скрываясь, подошёл к кровати Сакуры, и аккуратно поднял с неё одеяло. Немного полюбовавшись полуголой, "спящей" девушкой, он развязал шнурок на штанах, и высвободив свой член,   начал его надрачивать. Затем, буд-то на что-то решившись, ночной визитёр нагло и решительно стянул с девушки трусики. У Сакуры замерло дыхание... Её, что, хотят изнасиловать??? Она улыбнулась этой мысли и широко раздвинула ноги, похотливо отдаваясь таинственному незнакомцу. Тот какое-то время жадно ласкал и целовал её тело, мял маленькую грудь, лизал между ног... А затем взгромоздился сверху. Сакура почувствовала, что в её влагалище вторгается желанный гость. Незнакомец трахал её несколько минут, довёл до оргазма, а затем, громко пыхтя и сопя, кончил сам. Сакура почувствовала, как её письку наполняет горячая. пахучая сперма. Ах, сколько бы раз она уже могла забеременеть, если бы не чудесное контрацептическое зелье, столь удачно изобретённое алхимиками.

Пока Сакура отходила от оргазма и наслаждалась послевкусием от это неожиданного, но приятного секса с незнакомцем, тот успел выйти из номера, так и оставив за собой тайну своей личности. Девушка размазала вытекающую из влагалища сперму по своим половым губкам и заснула дальше.

***

Весь следующий день поисков тоже не дал никаких результатов. Отчаявшись, Сакура прошла Серый Квартал и спустилась к пристани. Она любила смотреть на корабли, любоваться обводами из корпусов, смотреть на высокие мачты... В каких морях эти суда побывали?.. Какие страны посетили?.. Какие города видели?.. 

— Мечтаешшь ссовершшить путешшествие, крассавица? - Страшно шепелявя, спросил у неё какой-то аргонианин, сидевший на деревянном настила пирса.  

— Один человек обещал, что однажды приедет за мной на корабле с алыми парусами. - Ответила задумчиво Сакура

— Ты вссё ещщё веришшь в любоффь, девочка? 

— Если во что-то не верить, тогда вообще нет смысла жить. 

— У любви ессть обратная ссторона - ненависсть! Тебе приходилоссь ненавидеть кого-то так ссильно, что хотелоссь вырвать его глазза? 

— Приходилось. - Сакура с интересом посмотрела на аргонианина. 

— Вот тогда ты понимаешшь, что такое насстоящщая ненависсть. Ты можешшь перерезать кому-то глотку, воткнуть ему в голову кинжал, но ничего не сравнитьсся сс твоими ссобсственными зубами. 

— Зубами, да? Надо будет как-нибудь попробовать. - Улыбнулась Сакура. Она уже догадалась, что перед ней Зверь Талоса. Но самым странным здесь было то, что Воин Талоса - аргонианин! Было бы логично, если бы это был норд, но аргонианин? В Виндхельме, в котором аргониан так же недолюбливали как и тёмных эльфов? Боги, вы шутите?  

— Да, это пойдёт на пользу душше, ушш поверь мне. Ссама мыссль об этом засставляет меня улыбатьсся. 

— Кого ты так ненавидишь?

Дальше Пак, так звали аргонианина, поведал Сакуре о каком-то Габриэле, то ли бывшем нанимателе, то ли компаньоне аргонианина. Девушка выслушала историю о том, что тот донёс стражникам на бандитов, с которыми водился Пак. Пака бросили в тюрьму, по сфабрикованному делу. 

— Теперь вессь города думает из-за него, что я какой-то убийца. А ессли много раз поффторять одно и тоже, то люди начинают верить, что это так. К  тому же он не заплатил мне за посследний заказ. А ведь когда-то мы были друзьями. Но когда он настучал страже, мы стали чем-то иным.

— Насилие порождает ещё большее насилие.  - Произнесла с философским видом Сакура. - Прости его. Боги его накажут. 

— Конечно накажут! Я лишшь посстараюсь устроить встречу Габриэля сс богами, как можно бысстрее!   

— Зачем ему было так с тобой поступать?

— Ему нравилассь одна сстражжница, а ей нравилсся я. Но этого вссё равно мало. Любой причины мало. Но его посступок - отличный повод ссделать сс ним то, что я ссобираюсь сс ним сделать.

Дальше Пак стал перечислять те мучения и пытки, которым он намерен подвергнуть своего бывшего друга. Сакуре стало скучно, и она откровенно зевнула.

— Вы двое вообще когда-нибудь были друзьями? - Спросила она.

— Да. Я когда-то работал его телохранителем. Сспасс его жизнь сстолько разз, что ссбился ссо ссчёта. Теперь я могу думать только о его ссмерти.

— Ясно... Понятно... Ну тогда хотя бы благослови меня. 

— Благоссловить? - Удивился аргонианин. - Я тебе что, ссвященник?

— Да. Именно это требует моё задание. Ты - Зверь Талоса. 

— О, Хист..! Ты серьёзно? Я не тот, кто тебе нужен, девочка. 

— Знаю, это звучит дико...

— Ладно. Моей репутации и так Кранты. - Выдавил из себя какие-то звуки, напоминающие шипящий смех, аргонианин. - Ессли люди увидят, что я рассдаю благоссловения, как какой-то грёбаный жрец Талосса, хуже не будет. 

Пак возложил на голову Сакуры чешуйчатую руку, и волна света прошла через девушку насквозь. 

***

Сакура вернулась в таверну. Уже вечерело. Девушка заказала ужин в номер и собралась уже подняться наверх, как услышала обрывок разговора. За одним из столиков сидела группа из шести мужчин, которые травили друг другу разные истории:

— Я присунул ей, пока она спала. И когда она проснулась, всё уже было в полном разгаре. - Самодовольно произнёс один из них. Все остальные лишь недоверчиво поцокали языками. - Говорю же вам, это та сексуальная искательница приключений, о которой все только и говорят! Она даже щеколду не закрыла на своей двери. 

Сакура поняла, что это тот таинственный незнакомец, который приходил к ней прошлой ночью. Настроение у девушки было хорошим, ЗверьТалоса был найден, и она решила немного пошалить. Она подошла к столику и невинным голосом произнесла:

— Э-э, простите пожалуйста, в моём номере заклинило окно, и я не могу открыть его для проветривания, не могли вы вы помочь скромной, одинокой девушке?

Тот мужчина, который сношал Сакуру ночью, конечно же узнал её и густо покраснел. Остальные вскочили, готовые сделать доброе дело для красивой девушки... При чём все сразу. Сакура провела их на второй этаж, и открыла свою комнату, которая теперь показалось ей не такой уж и большой. 

— Эй, здесь всё работает нормально! - Воскликнул один из мужчин, сразу проверив окно.

Все обернулись на Сакуру, которая скромно, потупив глаза, стояла возле своей кровати. Мужчины всё поняли правильно. Огонёк желания засветился в их глазах. Кто-то запер дверь на щеколду, остальные обступили Сакуру. Давешний насильник несильно толкнул Сакуру на кровать, девушка потеряла равновесие и уселась попой на её край. Мужчина развязал шнурок на штанах, и ткнул членом в лицо Сакуры. Она послушно открыла ротик и поймала губами маячившую головку его члена. Какое-то время Сакура просто делала ему минет, наслаждаясь своим распутством и непотребностью момента. Ей было стыдно признаться себе самой, но ощущение чужого члена в своём ротике и его вкус, сильно её возбуждали. Даже одеяло, лежащее под попкой Сакуры начало намокать от выступившей смазки, а трусики можно было просто уже отжимать. Мужчина не стал форсировать события и заталкивать свой член в горло Сакуры, он наслаждался умелой нежностью девушки, которая, глотая его член, шаловливо смотрела ему в глаза.

Наконец, Сакура почувствовала, что член мужчины становиться максимально твёрдым, и остановилась, приготовившись к сперме, которая не заставила себя долго ждать. Мужчина застыл, закряхтел и начал обильно кончать. Сакура приняла всё в свой ротик, а затем в, один большой глоток, проглотила. Место первого мужчины тот час же занял второй, остальные, подрачивая члены, ждали своей очереди. Сакура была настолько возбуждена, что почувствовала как внизу её животика нарастает сладостное чувство. И это при том, что к её письке никто пока даже пальцем не прикоснулся! - "Дибелла! Да что же это со мной твориться такое?!!" Пальцы на ногах девушки подвернулись, и её тело сотряслось в конвульсиях сильнейшего оргазма. Мужчина, увидев, что девушка "улетела", крепко сжал её голову руками и с силой протолкнул свой перенапряжённый член глубоко в её горло. Следующие трое мужчин воспользовались всеми её тремя дырочками, а четвёртый умудрился пристроится между её маленьких сисечек. Следующие два часа Сакуру крутили, поворачивали и сношали так, что крики её удовольствия разбудили всех спящих в номерах гостей таверны. Постояльцы начали стучать в стены, а затем пришли ругаться. Утихомирить их удалось, только тогда, когда кто-то из Сакуриных мужчин пообещал им, что они тоже могут присоединиться к этому разврату. В итоге Сакуру отсношала вся гостиница, включая тех пьянчуг, из общего зала, которые просто пришли хорошенько напиться. 

Утром Сакура, стыдливо пряча  глаза, выслушала от хозяйки таверны, что Сакуре здесь больше лучше не останавливаться, мол их таверна приличное заведение, а не публичный дом. 

Сакура, покинув Винхельм, направилась в сторону Фолкрита, где-то там, в густых лесах, находилась Слеза Кинарет.   

*** 

Сакура почти весь день бродила по лесам Фолкрита, в тщетной попытке найти хоть намёк на Слезу Кинарет. И хоть здесь было много чудес природы и очень красивые виды, всё это было не то. Многие животные, почувствовавшие весну, начали проявлять к Сакуре, сладко пахнущей феромонами, сексуальный интерес, но пока что её удавалось отогнать от себя всё более и более настойчивых, четвероногих соискателей самки для спаривания.

— "Ещё немного, и меня поимеют все самцы этого леса, начиная со скиверов и заканчивая медведями." - Подумала Сакура. - "Надо найти место для ночлега и развести костёр!"

Оглянувшись вокруг, она увидела вдалеке искорку чужого костра. Стоило проверить - кто там. Плохие люди и разбойники не будут разводить такой явный огонь,       они постараются сделать скрытый бивак. Значит у костра кто-то хороший, что значит возможно и Сакуре будет там местечко.

Сакура пошла на костёр, но к своему удивлению, вместо группы охотников, или припозднившихся странников она увидела у огня довольно маленькую эльфийскую девочку, лет восьми. Та сидела перед большим камнем, чем-то напоминающем человеческое лицо и что-то говорила. Сакура тихо подошла поближе.

— Я... я не смогла этого сделать, Йоррик. Она стояла там, прямо передо мной. Я молила И`ффрэ придать мне храбрости, но этого всё равно было мало. - Плачущим голосом причитала девочка. А Сакура никак не могла понять, с кем та разговаривает. - Боги, простите, я не смогла. Хотя это нужно было сделать. Мне всё равно, чем она стала... несправедливо просить ребёнка убить собственную мать. 

И тут Сакура, не смотря на осторожность, наступила на сухую ветку. Девочка моментально вскочила, сжимая в руке острый кинжал.

— Что... что ты тут делаешь? - Испуганно произнесла она.

— Прости, я не хотела тебя напугать. - Ответила Сакура. - С кем ты разговариваешь?

— С Йорриком. Это имя, которое я дала этой каменной голове. Иногда полезно меть кого-то рядом, даже если знаешь, что он не настояший. - Ответила эльфиечка, вытирая рукой слёзы. 

— Почему ты одна здесь, в этом глухом и опасном лесу? Что произошло с твоей матерью? 

— Я должна была убить её. Охотники... они сказали, что она убивала их товарищей. - Девочка снова заплакала. 

— Ты можешь поговорить со мной, я добрая, честно-честно. - Сакура обняла ребёнка и стала гладить её по голове, как это делала её мама, в её детстве. - Расскажи мне, что случилось?

— Мм-мне легко было выследить кровь, - начала, слегка заикаясь, девочка, - Её было так много. И лес был так зол... Я слышала как насекомые стрекочут крылышками, словно тысячи маленьких барабанов. 

— Э-э... Стой. Ты можешь рассказать всё с самого начала?

— Всё дело в луке... Ой, точнее не так... Когда моя мать жила ещё в Валенвуде, как-то раз она пришла к старому дереву, из которого бы получился прекрасный дом, если бы не одна своенравная ветка. Путешествующий чужестранец предложил спилить её. Из ветки он сделал лук. Вместе с моей матерью они основал деревню. 

Пока девочка рассказывала свою историю, Сакура успела подкинуть в костёр свежих дров, и достала из рюкзачка нехитрую снедь, которой планировала поделиться с эльфиечкой.

— Прости, что перебиваю, а как тебя зовут? - Спросила она.

— Меня зовут Галадриэль. Мы родом из Валенвуда, лесные эльфы. 

Сакура представилась в ответ. А Галадриэль продолжила:

— Несмотря на то, что мы жили в городе, мама с раннего детства обучала меня стрельбе из лука и таинствам охоты. Каждое лето мы с ней выезжали в какой-нибудь дикий уголок Тамриэля, и мама тренировала меня выживать в дикой природе. 

— И сейчас у вас как раз один из таких выездов? - Спросила Сакура нарезая сыр.

— Да, именно так. - Подтвердила девочка. - Давеча на нашу стоянку набрели местные охотники. Их было несколько человек. Мама предложила им еды и место у костра...

Сакура застыла, слушая девочку.

— Охотники сказали, что наша еда их не интересует, мол их мучает голод другого рода. Я помню, как мама помрачнела лицом. Она предложила им делать с ней всё, что захотят, но меня не трогать. Но они лишь рассмеялись, говоря, что всегда берут что захотят. 

— Что было дальше? 

— Один из охотников приказал мне раздеться... Но в тот же миг с мамой что-то произошло. Она пригнулась к земле, страшно заревела и превратилась в монстра с острыми клыками и густой шерстью. Она набросилась на охотников и прогнала из из этого места. Сегодня утром охотники снова сюда пришли, и с ними пришло много вооруженных людей. 

Сакура слушала девочку не перебивая.

— Они напали на мою маму, которая снова превратилась в оборотня. Часть из них бросилась за ней в лес, а часть осталась со мной. Они сказали, что я тоже оборотень, и они убьют меня, если я не докажу обратное. - Галадриэль снова заплакала. - Они сказали, что я должна взять свой лук и убить свою маму, иначе...

Сакура снова обняла ребёнка, вытирая текущие по её щекам слёзки. 

— Ты можешь не продолжать, если тебе тяжело. - Нежно сказала она.

— Нет, я должна кому-то всё рассказать, иначе я не выдержу. - Собралась с силами девочка. - Охотники показали мне курган, внутри которого моя мама убила их товарищей, и сказали что я должна пойти туда и застрелить свою мать. Когда я подошла ближе, я увидела много крови и трупы людей. Мне стало страшно, я уронила лук и побежала, куда глаза глядят. Позади себя я услышала крики и шум драки. Я прибежала сюда и расплакалась перед Йорриком. Дальше ты всё знаешь. 

— Ты правильно сделала, что не посмела поднять руку на свою мать. Эти охотники глупые люди. - Мрачно произнесла Сакура.

— Как ты думаешь, моя мама ещё жива?

— Я не знаю, малышка, если хочешь - я утром схожу к этому кургану и всё проверю.

— Быть может тебе удастся найти и мой лук? В нём душа моей мамы.

— Обязательно, малышка. Я найду его.

Ночь выдалась тёмной и тревожной. Сакура почти не спала, реагируя на каждый шорох. Галадриэль лежала в её объятиях и сладко спала, укутавшись от холода в курточку Сакуры. Сакура смотрела на звёзды и думала о том, какими иногда жестокими бывают люди. 

Поднялась она когда забрезжил ранний рассвет. Сакура аккуратно уложила девочку у остывающего костра и, проверив оружие, бесшумной тенью двинулась в сторону кургана. 

Вокруг, и внутри кургана действительно было много засохшей крови. Странно, почему её ещё не вылизали вездесущие лисы? Сакура переступила трупы охотников и вошла внутрь. Здесь ошибиться было невозможно. Когда оборотень умирает, он снова превращается в человека, уже навсегда. Молодая, красивая эльфийка лежала посреди убитых ею врагов, до конца выполнив свой материнский долг. К груди она прижимала уроненный дочерью лук. Сакура низко поклонилась, отдавая дань почести этой мужественной женщине. Затем она аккуратно выбрала лук из её одеревеневших пальцев, и пошла в сторону выхода. 

Уже снаружи Сакура услышала пронзительный детский крик. Она бросилась на голос, плюя на осторожность и не смотря совсем под ноги. Когда Сакура добежала до лагеря Галадриэль, то увидела как с десяток разнообразно вооруженных мужчин толкают полностью обнажённую девочку, будто какой-то мячик, из одних рук в другие.    

— Ты гляди, кто нам сегодня сдался! - Воскликнул толстый бородач, похотливо рассматривая Сакуру. - Что, тоже хочешь, чтобы тебя отымели? Ну тогда дождись своей очереди. Это эльфийское отродье, показал он на Галадриэль, -  первая в очереди на потерю девственности! - Мужики дружно заржали. Они ожидали сегодня знатного развлечения с восьмилетней девочкой. 

Сакуру переклинило. Первым упал толстяк, но остался жив, так как Сакура хотела, чтобы он умирал долго и мучительно. Буквально парой движений бретонка перерезала ему сухожилия на руках и ногах, и занялась остальными. Скупые, практически незаметные простому глазу движения катаны, и катящиеся по земле головы. Толстяк орал от боли, с ужасом глядя на то, как быстро и беспонтово умирают его люди. Покрытая, с головы до ног, кровью охотников, Сакура присела перед мужчиной, внимательно глядя ему в глаза. 

— А ведь могли бы жить... Чем вам не угодила эта эльфийская девочка? - Спросила она толстяка, показывая на Галадриэль. Но тот лишь мычал от ужаса, видя перед собою кровавого демона. 

Сакура вдруг вспомнила аргонианина Пака, его лютую ненависть и желание перегрызть горло своему бывшему другу. Она подумала, что это неплохой вариант - вцепиться зубами в глотку врагу. Но делать она этого не стала. Во первых - её видела Галадриэль. Во вторых - Сакуру было просто брезгливо. Но толстяк очевидно что-то увидел в глазах Сакуры, ещё  больший ужас охватил его. Он пару раз дернулся и умер от разрыва сердца.  

***

— Мой лук! - Галадриэль прижала к своей груди самую ценную для неё вещь на этой земле. - Спасибо тебе, что нашла его! А моя мать, она жива?

— Мне жаль, малышка, твоя мама погибла...

— Погибла? Нет... я... я никогда... - Глаза девочки заблестели от еле сдерживаемых слёз. - Так не должно было случится! Только не так...

Сакура немного помолчала.

— Ты говорила, что лук важен для тебя.  

—  Дерево в луке не лучшего качества. Да и как оружие он не ахти, но для моей мамы он был частицей дома. А для меня этот лук частица её... Я благодарю тебя за его возвращение. Если тебе что-то нужно - я с радостью помогу. 

Сакура удивилась стойкости и мужеству маленькой эльфийки. Услышав про смерть матери, та лишь крепко сжала зубы, пряча где-то внутри себя всё отчаяние и боль. Лишь одна слеза пробежала по щеке девочки, Слеза Кинарет...

— Это трудно объяснить. - Проговорила она. - Мне нужна твоя помощь в изучении техники боя на мечах.

— Звучит пугающе. Но если ты считаешь, что я могу помочь, то я готова пройти через это. 

— Даруй мне благословение Кинарет. - Попросила Сакура.

— Хорошо. Я эльф выросший в городе, мне всё это немного чудно, но я даю тебе её благословение. И своё. 

Галадриэль возложила на голову Сакуры свою ручку, и через бретонку снова прошла волна света. 

Сакура и Галадриэль похоронили тело матери девочки среди душистых, горных цветов. Девочка аккуратно положила на могилу куски дёрна, не желая повредить растения. Они немного постояли, а затем двинулись в путь. Речи о том, чтобы оставить девочку тут, как та хотела, даже и не шло. Сакура рассказала, что у неё есть замечательное поместье на белой реке, где девочке непременно понравиться, а так же дом в Вайтране, за которым присматривает самая добрая на земле хускарл Лидия. А сюда они всегда смогут вернуться, чтобы принести на могилку новые цветы. 

— Сакура?

— Да малышка?

— А можно я буду называть тебя мамой?

— Конечно, моя дорогая! 

— Я буду самой лучшей дочкой! Обещаю!

— А я буду самой лучшей мамой! Обещаю!

Сакура крепко обняла девочку. По щекам сурой воительницы, не раз спасавшей Скайрим от погибели, текли слёзы.