1.

Эл проснулась от света, пробивающегося сквозь жалюзи. Потянулась под одеялом. Тело было каким-то пластилиново-тягучим после вчерашней ванны, где-то внизу живота ещё теплились остаточные воспоминание о лейке, о струях воды, барабанящих по клитору, что вызвало спазм в промежности. О зелёных глазах, которые ей всю ночь снились. Женщина потянулась еще раз, хрустнув позвонками, сделала несколько приятных движений попой по скрутившемуся между ног одеялу, доставив седополнительные приятные ощущения и спазмы. Замерла, пытаясь оценить намерения своего организма. Тело было спокойно, но попа так и наровила потереть клитор по одеялу между ног, вызывая резкие томительные спазмы в промежности. Эл ждала, ощущая как тело пристраивает одеяло поудобнее между своих ног. Считала спазмы, все более чувствуя их глубину и то с какой силой и резкостью эти спазмы проходили. В конце концов женщина сдалась и вцепившись в подушку, заткнув другой себе рот, с остервенением начала имитировать трах с одеялом, резко и с силой мастурбируя с ним. Оргазм подлетел мгновенно. скрутив, сжав тело женщины. Эл задергалась телом, буквально завыла, в подушку от нахлынувших чувств. Наружу вырывалось лишь невнятное мычание и скрип кровати. Впрочем, постепенно все стихло. Эл обессиленно лежала в той позе, в которой щастиг её оргазм. В ушах стучало, промежность дергалась, вызывая судороги по телу. Но уде все реже и реже, пока совсем все не стихло.

— Ну, вот... - Эл потянулась, - Еще одно утро настало, можно и на работу.

Женщина поднялась и пошла в душ. На этот раз просто помыться, без игр и фантазий.

На кухне выпила кофе с молоком, закусив печенькой, проверила почту. Ничего особенного. День как день, начинался как всегда, но внутри уже потихонтку зарождалось лёгкое предвкушение: сегодня она вернётся в то самое кафе.

2.

Добравшись до работы, Эл опять порадовала себя кружкой кофе и уде сидя на рабочем месте начала пытаться вникнуть текучку. Стандартная суета. Офис жил своей жизнью, запах кофе и озона от работающих серверов. Коллеги-мужчины даже не смотрели в её сторону — привыкли, что Эл «человек-железо». Но сегодня она сидела в мягкой трикотажной водолазке, и ткань непривычно ласкала грудь, изредко напоминая о том, как вчера вода касалась сосков. Пару раз Эл ловила себя на том, что смотрит в монитор, а видит перед собой лицо баристы. Она прогоняла видение и возвращалась к строкам кода, но где-то глубоко, под лобковой костью, потихоньку жила мягкая пульсация — тихая, как кот, свернувшийся клубком.

3.

Шесть вечера. Эл закрыла ноутбук. Откинувшись на спинку сиыла задумалась. Желание боролось со 9дравым смыслом. С одной стороны Эл очень хотела познакомиться с баристой, но и оказаться "озабоченной лесби" в глазах потенциальной знакомой не хотела. В итоге, женщина вышла из офиса, глубоко вдохнула влажный воздух, постояла секунду, подавля в себе здравый рассудок и решительно направилась в кафе. Вместо маршрутки, т.к. машина была в сервисе, Эл решила пройтись пешком пару остановок. Каждый шаг женщины отдавался в промедности тем самым приятным, тянущим воспоминанием. Трусы, которые она надела утром — хлопковые, белые, новые — уже к середине дня стали влажноватыми от одной только мысли о предстоящей встрече. Сейчас, идя по тротуару, Эл чувствовала лёгкое скольжение ткани между губ, что доставляло женщине дополнительные приятные ощущения.

4.

Эл шла медленно, обдумывая каждое слово и план знакомства. Просто сказать «привет»? Слишком банально. Сделать комплимент кофе? Но кофе там обычный, хороший, но не выдающийся. Разве что, именно её кофе? Эл перебирала варианты. Можно спросить, где бариста училась такой технике движения или это от природы— бариста вчера эротично-элегантно наливала молоко в чашку, почти танцуя. Но в горле пересыхало от одной мысли, что придется смотреть в эти зеленые глаза вблизи. Эл даже остановилась у витрины книжного, делая вид, что рассматривает афиши, а сама вдохнула и выдохнула, успокаивая дыхание и сердце. «Я взрослая женщина. Я просто скажу: "Привет, как тебя зовут?" — и всё». Решившись, Эл свернула за угол, в сторону кафе

5.

Звякнул колокольчик над дверью. В кафе было почти пусто — только один мужчина с ноутбуком в углу. Играла негромкая музыка, пахло корицей и жареным зерном. Бариста стояла за стойкой, протирала чашки. Увидев Эл, она улыбнулась — открыто, чуть удивлённо, будто тоже ждала. Улыбка тронула уголки губ, разгладила напряжённую линию бровей. Эл почувствовала, как по животу пробежали мурашки, добрались до шеи и пробежали по предплечиям, выщвав озноб. Сердце ёкнуло, упало в желудок и пропустив удар вернулось на свое место и после застучало где-то в горле.

6.

— Добрый вечер, — голос баристы оказался ниже, чем Эл ожидала, с легкой хрипотцой. — Вам как обычно?

Эл подошла к стойке, стараясь держать спину прямо и чувствуя, как ладони потеют.

— Да, конечно... Капучино, без корицы и сахара. И корзиночку с вишней, если есть.

— Есть. Последняя, — бариста снова улыбнулась краешком рта и повернулась к витрине, чтобы достать пирожное.

Эл смотрела, как двигается её спина под белой рубашкой, руки, своими движениями, обтягивают той же рубашкой груди, оказавшиеся на вид точной тройкой вблизи, как узкий ремень подчеркивает талию. Горло пересохло, пришлось судорожно сглотнуть.

7.

— Слушай, — Эл прокашлялась, — я тут часто бываю и уже несколько раз видела тебя, брала кофе, а так и не знаю, как тебя зовут.

Бариста поставила чашку на поднос, медленно повернулась. Вместо того чтобы просто сказать, она подняла руку и коснулась кончиками пальцев рубашки на своей груди — там, где на левой стороне рубашки был приколот маленький прямоугольный бейдж с именем. Жест был нарочито неторопливым: она как будто погладила саму себя через ткань, хотя со стороны просто указывала на табличку. Но пальцы чуть задержались, слегка нажали — и под тонкой белой тканью обозначилась мягкая округлость бюстгальтера и самой груди.

— Вот оно, — произнесла бариста, и её зелёные глаза с подведёнными восточными стрелками, сверкнув огнем, встретились с глазами Эл. В этом взгляде не было вызова — было приглашение. Тёплое, чуть влажное, как парное молоко. Бариста прочла за Эл надпись - «Алиса».

В голове Эл эхом пролетело - "В стране чудес". ..

И в ту же секунду её накрыло. Мурашки взбежали по рукам, по затылку, по внутренней стороне бёдер. Грудные соски, до этого спокойные, сжались в твёрдые горошины, уперевшись в мягкую ткань водолазки. Внизу живота разлился жар — быстрый, густой, заставивший ягодицы непроизвольно сжаться от чего Эл передернуло. Сердце забилось так громко, что Эл испугалась, не слышит ли его Алиса. Она ощутила, как между ног стало мокро — не просто влажно, а именно мокро, будто внутри открылся маленький тёплый родник.

— Алиса, — повторила Эл, её голос сел на полтона и денщина едва смогла произнести это

— Красивое имя.

Алиса чуть склонила голову, и прядь русых волос упала на щёку. Бейдж на её груди блеснул под оранжевым светом лампы. Их взгляды не разрывались целую вечность, которая длилась три секунды. А Алиса будто считывала состояние Эл. И ей это состояние молодой денщины, стоящей перед ней откровенно нравилось. По крайней мере зелёные глаза стали ярче.

8.

Алиса оторвалась первой, мягко улыбнулась и ушла готовить заказ. Эл села за свой столик в углу — на этот раз не в тень, а на видное место. Ждать пришлось недолго.

Алиса вышла из-за стойки с подносом. Она шла плавно, бесшумно в своих чёрных туфлях. Поставив поднос на край стола, она наклонилась, чтобы аккуратно переставить чашку и блюдце. И в этом наклоне случилось главное для Эл.

Слелав неуловимое движение рукой, бариста натянула рубаху у себя на 6руди так, что верхняя пуговица её белой рубашки как невщначай вылезла из петельки и раскрывшийся неожиданно для Эл ворот открыл ложбинку между грудями и частично саму грудь прикрытую по край соска тонким кружевом мягкого бюстгальтера. Ткань рубашки натянулась достаточно на груди Алисы, и Эл отчётливо увидела что соски Алисы напряжены. Они стояли твёрдыми бугорками, проступая сквозь кружево и хлопок, два аккуратных пика, направленных чуть в стороны. Грудь точно была порядка тройки, очень живая, очень настоящая — и от этого зрелища у Эл опять перехватило дыхание.

Алиса, замерев в этом изгибе — спина дугой, талия узкая, ягодицы упруго натянули чёрные брюки, — подняла глаза на Эл. Их лица разделяли всего полметра. Зелёные глаза Алисы были влажными, яркими, зрачки расширены. Она дышала глубже обычного и на шее был виден участившийся пульс.

Эл видела, как вздымается её грудь в раскрывшемся вороте и под рубашкой, слегка обнажая сосок.

Эл почувствовала, как у неё самой в тусах внутри всё сжалось, а потом расслабилось, выпустив ещё одну порцию смазки. Ткань трусов промокла насквозь окончательно, и это ощущение липкой, тёплой, насквозь мокрой ткани между ног было одновременно стыдным и сладким. Пульс у Эл стучал не только на шее, но в клиторе. Чёткий, как маятник, сжимающий через равные промежутки мокрый вход во влагалище Эл.

— Спасибо, — выдохнула Эл, не отводя взгляда от груди Алисы, а потом — от её глаз. — Ты лучшая в этом кафе. Знаешь, я сегодня специально пришла к тебе.

Алиса выпрямилась медленно, не торопясь прикрыться. Уголки её губ дрогнули, но сохранили легкую улыбку.

— Я догадалась, — тихо сказала она. — Приятного аппетита.

И ушла за стойку, не оглядываясь.

9. Эл смотрелв сзади на фигуру баристы с возрастающим возбуждением и восторгом. Алиса с точки зрения Эл была воплощением эротизма и полным совпадением со вкусами и наклонностями.

Эл взяла чашку, но не пить так и не насала, проводая взглядом Алису.

Краем взгляда Эл заметила, что мужик за ноутбуком перестал смотреть на экран и с любопытством наблюдает за ней с Алисой. Посмотрела в его сторону Мужик растянул лицо в похотливой ухмылке, чем вызвал раздражение Эл. Но женщина сдержала себя, не ответив.

Алиса, тем временем, за стойкой мыла руки, повернувшись боком. Потом нагнулась за чем-то в нижний ящик — и Эл, отвернувшись от мужика, увидела её ягодицы в обтягивающих чёрных брюках. Ткань натянулась, обрисовывая две тугие полусферы, между ними тонкая ложбинка, а при движении — чуть заметное движение мышц. Следов трусов на брюках у Алисы видно не было. У Эл пересохло во рту. Она представила, как проводит ладонью по этой попе, как сжимает, ласкает... Но тут же одёрнула себя. Однако тело не слушалось. Влагалище пульсировало глухими, ритмичными толчками, как второй пульс. при натяжении мокрых трусиков. Эл бессознательно сжала бёдра, почувствовала, как мокрые складки прижались друг к другу, и едва удержалась от стона. Она сделала крупный глоток капучино, быстро проглотила пирожку, допила капучино залпом, почти не чувствуя вкуса.

11.

Эл встала, надела пальто, подошла к стойке рассчитаться. Алиса пробила чек, протянула сдачу — и вместе с ней вложила в ладонь Эл маленькую белую визитку. На одной стороне был логотип кафе, на другой — ручкой написан номер и имя: «Алиса, до 00».

— На случай, если захочешь не только кофе, — произнесла Алиса почти шёпотом, и кончики её пальцев на секунду задержались на запястье Эл. Прикосновение было горячим, сухим и электрическим.

Эл сжала карточку в кулаке.

— Я позвоню, — сказала Эл, помолчала, и голос её не дрогнул в этот раз, хотя всё внутри дрожало, - сегодня!

Алиса лишь улыбнулась и согласилась моргнув глазами, - я буду ждать...

— На мобильник, - Эл протянула руку с телефоном Алисе, - позвони себе.

Алиса взяла телефон Эл и быстро набрала свой номер. Где-то в недрах стойки отчётливо пискнул колокольчиком мобильник Алисы.

— Вот и всё! - прошептала губами Алиса, - теперь я узнаю тебя.

Эл кивнула в ответ. Повернувшись, Эл направилась к выходу, показав средний палец продолжавшему похотливо лыбиться мужику.

Выйдя на улицу, Эл прислонилась к стене кафе, закрыла глаза. Между ног было горячо и сыро, трусы безнадёжно промокли. Она сунула карточку Алисы в сумочку, рядом с ключами, и улыбнулась в темноту вечера. Впереди был долгий путь домой — и ещё более долгий вечер ожидания и надежды.

— Буду звонить, — прошептала Эл. И пошла к маршрутке чувствуя каждым шагом, как разгоряченное нетерпеливое тело шепчет ей: это только начало...