1.

Эл закрыла за собой дверь квартиры, прислонилась к ней спиной и стояла так несколько секунд, пытаясь унять сердцебиение и дыхание. В кармане лежала карточка Алисы, а рука до сих пор помнила горячее прикосновение у запястья. Она скинула пальто прямо на пол, потом стянула через голову водолазку. Остальное бельё тоже полетело в общую кучу. В коридоре было прохладно, но Эл не чувствовала прохлады т.к. кожа горела от внутреннего пожара. Оставшись в одних трусах — тех самых, хлопковых, белых, которые утром были новыми, — Эл прошла в ванную.

Там она не стала зажигать яркий свет — только два маленьких ночника возле раковины. Повернулась к зеркалу, приспустила трусы и замерла.

С внутренней стороны ластовицы, от того места, где ткань касалась входа во влагалище, тянулись прозрачные, вязкие нити — сопельки, как она их называла про себя, к промежности. Они блестели в тусклом свете, соединяя тело Эл с тканью, как тонкие паутинки. Большие половые губы, слегка припухшие и влажные, чуть разошлись может немного больше обычного, и от их складок к трусам тоже тянулись эти прозрачные, скользкие капельки — это были не просто выделения, а настоящее вязкое болото, признак сильного, долгого возбуждения.

2.

Эл медленно опустила руку в промежность, кончиками пальцев коснулась одной из нитей. Нить потянулась за пальцем, не разрываясь — эластичная, еще теплая на ощупь, но быстро остывающая в прохладе квартиры. Эл растёрла её между большим и указательным пальцами: жидкость была скользкой, чуть маслянистой, без запаха, почти как яичный белок в сыром яйце. Потом провела ладонью по внутренней стороне бедра, по промежности, слегка погрузив пальцы между губами и собирая влагу. После растёрла её уже по всей ладони.

Закрыла глаза. Эл представила Алису. То, наклонившуюся над столом, с расстёгнутой пуговицей и напряжёнными сосками под кружевом. То, Алису которая произнесла: «На случай, если захочешь не только кофе». Пальцы Эл сжались сами собой, и она поняла, что гладит свою ладонь, представляя, что это грудь Алисы. Влагалище Эл выдало еще порцию слюнек и промежность между ног стала снова совсем мокрой. Эл наконец спустила трусы полностью, шагнула из них, оставив на полу.

3.

Эл теперь стояла перед зеркалом совершенно голая, с поблескивающими следами влажных потёков на внутренней стороне бёдер. Развернулась к раковине, оперлась одной рукой о холодный кафель, а другой провела по груди — от нижней части, как бы поддерживая и до соска. Ладонь была скользкой от её же смазки, и сосок отозвался мгновенно: затвердел, стянул кожу ареолы. Эл сжала его, чуть поиграла между двумя пальцами, потянула чуть сильнее, почувствовала, как низ живота сжался в ответ.

Рука скользнула вниз. Двумя пальцами — средним и безымянным — Эл развела большие половые губы, открывая вход. Большие губы уже набухли и ещё чуть раскрылись в предвкушении. Внутри был жар и влага, сочащаяся между пальцев. Клитор, спрятанный под складочкой, слегка выглядывал — твёрдый, гладкий, нетерпеливый. Колечко входа непроизвольно сжималось при попытке просунуть пальчик.

Эл ввела средний палец внутрь. Вход был горячим, сжался вокруг пальца мгновенно, не пуская, но тут же расслабился, пропуская палец глубже. Она согнула ноги в коленях, чуть присела, опираясь другой рукой о стенку ванной, чтобы удержать равновесие. Внутри было тесно, влажно, и каждый миллиметр стенок влагалища пульсировал. Эл добавила второй палец — безымянный, то вращала пальцами, то растопыривала, растягивая вход, почувствовала, как сжимается колечко входа, как мышцы тазового дна напрягаются и отпускают. Начала двигать пальцами — медленно, потом быстрее. Каждый толчок отдавался в клиторе, хотя она его и не касалась. Ноги начали дрожать. Из влагалища вытекало всё больше жидкости — она стекала по пальцам в ладонь, капала на пол. Эл нащупала внутри шероховатую зону на передней стенке — ту самую, которая заставила её тело выгнуться дугой. Надавила на неё пальцами, и одновременно с этим пальцами другой руки коснулась клитора — просто прижала, не двигая.

Оргазм накатил за секунду. Всё тело свело — ягодицы, живот, бёдра. Пальцы внутри сжались, влагалище забилось в быстрых, непроизвольных сокращениях, и вместе с ними в ладонь Эл ударила, выплеснулась струя прозрачной жидкости, та самая, обильная, водянистая, пахнущая возбуждением, разбрызгалас по кафелю. Эл почти закричала, но смогла только выдохнуть с хрипом, уронив голову на руку, прижатую к стене, едва устояв на ногах

4.

Эл опустилась на холодный бортик ванны, раздвинув ноги. Дышала тяжело, плечи, живот, ноги дрожали. Между ног было горячо и пусто — пальцы выскользнули, оставив влагалище сжимающимся вхолостую. Эл опустила взгляд на промежность. Из раскрытых половых губ, медленно, неторопливо, вытекали, свисая на тонких нитях, остатки сопелек— прозрачные, густые капли, повисающие на губах и потом падающие вниз, на пол. Промежность пульсировала, но уже слабее. Спазмы становились реже, уступая место тёплому, расслабленному покою.

Эл сидела так некоторое время, просто наблюдая, слушая своё тело, которое хоть и медленно, но успокаивалось. Потом провела ладонью по лицу, откинула слипшиеся волосы.

5.

Посидев еще немного, Эл включила в душе воду — более тёплую, чем обычно, почти горячую, и встала под струю. Тело требовало расслабления. Сначала просто стояла, позволяя воде стекать по голове, по шее, по груди, забираясьво складочки. Потом взяла гель и начала мыться медленно, почти медитативно. Намылила шею, ключицы, ложбинку между грудями. Грудь помыла особенно бережно — обвела ладонями каждую, чувствуя, как соски уже не напряжены, мягкие, спокойные. Пена скользила по животу, по бокам, по пояснице. Женщина наклонилась, чтобы намылить ноги — от бёдер до коленей, от коленей до щиколоток, не пропуская ни сантиметра.

Потом, стоя спиной к струе, она намылила ягодицы — круговыми движениями, двумя ладонями, чувствуя их упругость. И наконец, присев на корточки, провела мокрой рукой между ног — без цели возбудиться, просто чтобы смыть остатки сквирта и смазки. Половые губы были ещё немного припухшими, но уже возвращали свою обычную форму, закрывая вход. Эл промыла их мягко, раскрыв складочку пальцами, дав воде проникнуть внутрь и вымыть всё оставшееся. Влагалище отозвалось лёгким сокращением, но без прежней силы. Постояв ещё немного, Эл выключила воду, обернулась в махровое полотенце, которое впитало влагу с груди, с живота, с попы. Между ног — промокнула, не растирая и вышла в прохладу коридора.

6.

Выйдя в прохладу коридора, Эл неожиданно вспомнила что ничего не ела с полудня. Пирожка в кафе не в счет. Готовить ничего не хотелось, открыв холодильник и осмотрев его содержимое, Эл поняла, что ужин будет состоять из стакана кефира, йогурта и яблока. Закончив с этим вопросом, женщина прошла в комнату. Сбросила полотенце, надела другие трусы, сухие и мягкие, так же мягкую длинную футболку. Забралась на кровать, включила сериал на ТВ, но смотреть не смогла. Перед глазами маячила Алиса: наклонялась, смотрела на Эл, пальцы Алисы опять прикасались к запястью Эл. Женщина ловила себя на том, что улыбается.

Где-то внизу живота затеплилось лёгкое, далёкое тепло — не возбуждение, нет, скорее предвкушение. Она взглянула на карточку, лежащую на тумбочке. «Алиса, до 23». Часы показывали 22:10.

7.

Взяв смарфон, набрала номер, не давая себе времени передумать. Гудок, второй, третий.

— Алло? — Голос Алисы был спокойным, чуть удивлённым.

— Привет, я Эл... Из кафе. Помнишь?Извини, что так поздно…

Алиса тихо рассмеялась — мягко, без насмешки.

— Да -да... Конечно помню. Ничего. Я ждала звонка, если честно.

У Эл отлегло от сердца.

— Слушай, я… извини, если это прозвучит странно. Ты только не вешай трубку... Выслушай... Ты мне очень понравилась. Я просто влюбилась в тебя... Я когда вижу тебя... сильно возбуждаюсь, как сегодня в кафе. Каждый раз, когда ты подходила... когда ты смотрела на меня… когда наклонялась... Я смотрела на тебя, ловила каждое твое движение... Грудь, попа... Каждый изгиб твоего тела...

На том конце провода повисла тишина. Выдержав паузу, Алиса выдохнула — глубоко, чуть прерывисто.

— Спасибо, что сказала. Я большая девочка и, если честно, я… я всё видела. Про тебя... Понимала, что с тобой происходит. Мне это было… самой приятно. Очень. Я специально наклонялась так. И пуговицу расстегнула нарочно, когда увидела, что ты смотришь. И попу оттопыривала с прогибом специально для тебя. Хотела показать себя...

Эл прикрыла глаза. Сердце забилось чаще.

8.

— Алиса... - Эл слелала паузу, справочясь со стуком сердца в ушах, - Я едва смогла доехать до дома... была вся мокрая, - Эл сглолнула с трудом, - Алиса, прикинь... У меня трусы промокли насквозь. Я чувствовала, или мне казалось, что у меня смазка течёт по ногам, пока я шла от маршрутки. И когда пришла домой, разделась, зашла в ванную… Я не могла уже сдержаться. Я довела себя оргазма. Пальцами. Сначала просто гладила губы, потом вошла внутрь. Все это было вспоминая тебя... Твою грудь под рубашкой, твои соски... такие твёрдые… Я как бы и сейчас их вижу перед глазами...

На том конце провода раздался тихий, прерывистый вздох.

— Не замолкай, — прошептала Алиса. — Говори. Ещё… ещё…

Эл продолжила рассказ о своем оргазме, сама уже возбуждаясь от собственных слов:

— Я кончила сильно, Алиса. Я сквиртила прямо на пол в ванной. Ты заставила меня так возбудиться, что подо мной была лужа, когда все закончилось. А потом я села на бортик ванной и смотрела, как из меня капает…

Алиса тяжело дышала в трубку. Эл слышала, как там, на другом конце, что-то происходит — влажный звук, шорох простыни, сдавленный стон, едва слышное чавкание...

— Я сейчас… ещё немного… чуть чуть. .. ааххх...— прошептала Алиса, — Твой голос… ты не представляешь... как это… твой рассказ...

Алиса начала говорить, делая паузы, чтобы выровнять дыхание между отдельными фразами. Как она, лёжа сейчас на кровати, сняла трусы, раздвинула ноги, как провела пальцами по половым губам — от ануса до клитора, как тот стал твёрдым, как она обводила его кругами, влажными от её же обильной смазки. Как вошла двумя пальцами внутрь, как двигала и гладила себя рукой, выгибаясь на кровати.

Эл слушала, и её собственное тело отзывалось 6а возбужденный голос женщины на друггм конце — тепло разливалось внизу, трусы снова намокали.

9.

— Я кончаю, Эл… сейчас… от твоих слов… от моих... от всего этого… о да, да, да…

В телефоне раздался протяжный, высокий не то крик, нетэ то вой, переходящий в стон — глубокий, вибрирующий... Алиса не сдерживалась. Она кричала в трубку, издавала всхлипы, потом затихла. Эл слышала как дыхание Алисы выравнивается, сменилось частыми, короткими выдохами. Было понятно, как её тело расслабляется — скрип кровати, глубокий вздох, долгое молчание.

— Ооххх… — прошептала Алиса. — Давно я так… хорошо, что ты позвонила... сама... я бы так не смогла. ..

10.

Несколько секунд они молчали — обе тяжело дышали, обе улыбались, каждая сама себе, и одновременно друг другу, хотя и не видели друг друга.

— Эл, — тихо сказала Алиса. — Ты даже не представляешь, что ты сделала. У меня давно не было такого оргазма. Такого сильного… такого яркого. Я уже забыла, как это бывает.

— Я сама снова мокрая, — выдохнула Эл. — Пока ты говорила… пока слушала, как ты…

— Стой! — почти крикнула Алиса. — Ничего не делай! Слышишь? Ничего!! Ничего не трогай. Я сейчас приеду к тебе. Жди...

Алиса бросила трубку.

11.

Эл смотрела на погасший экран, внутри неё всё трепетало. Женщина медленно встала с кровати, прошлась по квартире. Трусы снова были влажными — не мокрыми, как днём, но уже сырыми внутри. Она ощущала, как при каждом шаге складки половых губ двигались, касаясь ткани, и это лёгкое трение заставляло её сжимать бёдра. Иногда она останавливалась, скрещивала ноги, приседала чуть-чуть, прижимая клитор — и по телу пробегала судорога удовольствия, короткая, но такая приятная.

Она ходила по комнате, обнимая себя за плечи, чувствуя, как внутри нарастает новый, свежий жар — не такой голодный, как в ванной, но более терпеливый, вызревший. Промежность наполнялась сопельками снова. Начала сочиться — медленно, просто тёплой, текучей лаской.

И тут раздался звонок в дверь.

Эл посмотрела на дверь, потом на себя — футболка, торчащие соски, мокрые трусы, растрёпанные волосы, раскрасневшееся лицо... Женщина улыбнулась, глубоко вздохнула и пошла открывать.