Глава 25

Четыре самолета A-20 Warthog рвались в небо, отчаянно стремясь как можно скорее добраться до назначенного места. Впереди сильно поврежденный «Венти» несколько изящно описывал дугу, направляясь к месту назначения - плоской равнине на дне широкой, но с крутыми стенками расщелины. Буквально перед тем, как он разбился бы на куски, двигатели разгоняли эсминец Са'арм до конечной скорости, при которой можно было выжить — выжить его органическому грузу, если не самому кораблю.

Пока трехногие существа внутри покидали теперь окончательно обездвиженный космический корабль, штурмовики пикировали вниз, чтобы нанести сокрушительный удар. К сожалению, выжившие са'армы успели покинуть обреченный корабль до того, как начали падать бомбы. «Венти» превратился в кучу металлолома, но к тому времени единственное органическое на корабле - это тела всего лишь горстки уже погибших са'армов и содержимое продовольственных баков.

Пробираясь вниз по долине, саармы поняли, что этот мир холоден и покрыт снегом и льдом. У них не было теплых одежд, а также транспортных средств, способных справиться с скользкой поверхностью. Вскоре они уже с трудом пробирались по снегу пешком, направляясь к тому месту, где долина раздваивалась, к ранее обнаруженным источникам пищи и тепла. Их машины остались позади, застряв в снегу.

Warthogs быстро вернулись к башке Мартелло, расположенной на некотором расстоянии, где им наспех сформированный экипаж с вспомогательного флота пополнил запас осколочных бомб. У гораздо более близкой башки Мартелло капитан (курсант) Холлистер был занят подготовкой орудий к выполнению той задачи, для которой башня изначально и предназначалась: в качестве базы артиллерийского огня.

С северо-запада шесть огромных боевых машин с башнями мчались по тундре на сверхшироких гусеницах с впечатляющей скоростью.

А с юго-запада блестящая белая машина с золотой окантовкой и сверхширокими шинами-баллонами мчалась со всей возможной скоростью к месту предстоящего сражения. За рулем был наложник в плохо сидящем, бронированном, обогреваемом костюме - Грег старшего сержанта Блонделла, единственный человек на всей планете, который умел водить машину с механической коробкой передач.

В космосе четверо членов экипажа на борту двух уцелевших Star Arrows беспомощно ругались. Они были без оружия и, отчасти из-за своей неопытности, отчасти из-за возбуждения, неправильно расходовали топливо и не могли добраться до топливного склада без длительного периода медленного движения накатом. Теперь они спорили, продолжать ли движение накатом или же катапультироваться и направиться в Туле через транспортные узлы, встроенные в их корабли.

Внезапно в их ушах неожиданно раздался слабый голос.

— Застряли и бензин на исходе, да?

— Кто? - спросил один из пилотов, но второй тут же заставил его замолчать.

— Нам бы не помешала помощь. Назовите себя.

Внезапно все четверо одновременно вскрикнули от удивления. Силуэт патрульного боевого корабля класса «Арчерфиш» мелькнул тускло и ненадолго - он находился менее чем в 10 метрах от правого борта ближайшего «Star Arrow», выглядя длинным, стройным и смертоносным. В кратком свете навигационных огней, прежде чем фигура снова слилась с чернильной тьмой космоса, они разглядели надпись «PC-022 CSS HALIBUT». - Вижу, вам нужен бензин, так что просто оставайтесь на месте, бок о бок, а я сам прилечу к вам, - посоветовал неизвестный голос с ньюфаундлендским акцентом.

На первой линии обороны группа детей в возрасте от 11 до 13 лет нервно держалась за свои RLI-1 и пыталась прицеливаться через визоры своих бронированных боевых костюмов, в то время как позади них взрослые лихорадочно рыли окопы с помощью ледобуров, саперных инструментов и буквально всего, что попадалось под их утепленные и обогреваемые рукавицы. Прапорщик Грег Эндрюс нервничал и кричал слова поддержки копающим, останавливаясь, чтобы посмотреть в долину, откуда должен был подойти враг.

Из транспортеров «Киттен» за линией фронта вышло с десяток моряков, неся с собой странные на вид связки металлических кольев и мотки длинной колючей проволоки с особо острыми шипами. Колья были изготовлены по чертежам старого колючего заграждения времен Первой мировой войны, которые кто-то нашел в книге по истории, и быстро скопированы. Грандиозный план заключался в том, чтобы воссоздать, используя лед и снег вместо грязи и трясины, окопы Фландрии.

Хорошей новостью было то, что са'арм увязали в снегу и не могли найти опоры на льду, что задерживало их. Поскольку идея копать под снегом либо еще не пришла им в голову, либо была невозможна, они также оставались хорошо заметными для своих преследователей с воздуха.

Однако не все было так хорошо. Сержант флота Пил недооценил уровень подготовки, необходимый для пилотирования самолетов с вертикальным взлетом и посадкой, когда они привыкли летать на космических кораблях. Он рассчитывал использовать ту же методику обучения, что и Орвилл с Уилбуром Райтами: просто попробовать. Это означало, что ему и его трем товарищам-пилотам не хватало необходимых навыков и практики, требуемых для эффективного управления своими самолётами против врага, который одновременно стрелял в ответ, двигался и, на расстоянии, казался невероятно крошечным. Они уничтожили оставшиеся обломки «Венти» и горстку саармов, но не могли добиться большего, не рискуя слишком сильно. Им оставалось только вести беспорядочную стрельбу и обеспечивать Саманту крайне необходимой воздушной разведкой.

Пока шесть «Роммелей» мчались по снегу к месту боевых действий, Саманта получила сообщение с орбиты о прибытии небольшого импровизированного флота, отправленного адмиралом Ван де Граафом с «Гесперуса». Флот состоял из нескольких корветов, корабля PC CSS «Халибут» и крейсера CSS «Аякс». Разговор был кратким, а со стороны Саманты - резким.

— Слава Богу, капитан. Сколько у вас десантников?

— Ни одного.

Саманта моргнула. - Какую огневую поддержку вы можете нам оказать?

— А, никакой.

— Если бы мы могли хотя бы отправить часть наложниц, это помогло бы. Какие у вас есть транспортные средства?

— Никаких.

— Сколько ваших людей умеют пользоваться бластером RLI-1?

— Сомневаюсь, что кто-то видел его ближе, чем с десяти метров. Наверное, ни один.

Черт, подумала она, этот капитан слишком любит слово «ни одного». - Кто-нибудь из вас умеет трахаться против часовой стрелки? - прорычала она, полностью потеряв терпение.

— Нет... что? Что?

— Неважно. С космоса Рой не обстрелять, на землю спуститься и стрелять тоже нельзя. Ты мне больше пригодишься в космосе - не дай этим придуркам получить подкрепление. Передай на «Гесперус»: нам нужна как минимум рота полностью обученных, вооруженных и экипированных десантников, и нужна, блядь, прямо сейчас. Не сейчас. Не сейчас же. Прямо сейчас, блядь. Понял?

— Есть, сэр. - В голосе, который резко ответил, слышалось глубокое уважение к человеку, о котором они знали, что он так молод и в то же время так решителен.

Прервав связь, она сердито пробурчала безымянному капитану: - Продолжай в том же духе. Я на тебя поставила. - Затем она добавила с явной язвительностью:

— Придурок. - Экипаж её танка хмыкнул.

В этот момент ее танки поднялись на последний холм и оказались на вершине склона долины, где уклон был достаточно пологим, чтобы обеспечить им хороший обзор и поле обстрела. - ИИ, - попросила она, - выйди на связь со всеми участниками боя.

— Все участники боя на линии, Оптио Редберн.

— Хорошо, танки на позициях. - Она услышала общий возглас одобрения. - У нас еще есть время на подготовку. Их пока не видно. Мы создадим зону уничтожения чуть выше по долине отсюда. Холлистер, начните пристреливать артиллерию на тот ровный участок дна долины примерно в 2000 метрах к востоку от нашей нынешней позиции.

— Есть, Оптио Редберн.

Она указала палочкой на курсанта, командующего вторым танковым отделением. - Отведи свои три танка на дальнюю сторону долины. Закопай их корпусами в землю и выпусти один-два пробных выстрела в зону поражения - затем прекрати огонь и жди моего сигнала.

— Есть, оптио Редберн.

— Внимание всем, мы попробуем провести так называемую синхронизированную атаку. Когда я дам команду, мы начнем стрелять так, чтобы наши пушечные и танковые выстрелы достигли цели точно одновременно. ИИ, от тебя мне нужна задержка, которая обеспечит, что при выстреле каждого орудия его снаряд достигнет цели одновременно со всеми остальными. Ты не будешь стрелять - ты будешь сдерживать огонь.

— Это в пределах моих возможностей, оптио Редберн.

В этот момент «Киттен» снизился и грациозно приземлился позади «Роммеля» Саманты. Шесть вспомогательных кораблей флота выскочили из транспортного узла и лихорадочно начали рыть окопы. Как только грубые ямы были выкопаны в утрамбованном снегу, они помчались обратно к «Киттен» - но отсутствовали лишь настолько, чтобы принести с собой шесть треног и шесть ленточных лазерных пулеметов RLA-20. За ними следовали шесть миниатюрных курсантов, несущих тяжелый груз - по канистре с кристаллами на ленте каждый. Шестеро взрослых бросились обратно к узлу и вернулись через несколько секунд, неся по еще одной паре канистр каждый. Теперь все шесть пушек имели по 3000 патронов. Затем курсанты провели для взрослых краткий и спешный инструктаж по работе с ленточным механизмом RLA-20.

Из центра зоны поражения поднялись четыре клуба дыма. Первая из трёх башен Мартелло определила дальность стрельбы.

— Рой приближается к зоне поражения, - доложил сержант флота Говард Пил со своего наблюдательного пункта в облаках.

Пристрелочные выстрелы прозвучали из второго Мартелло, затем из тройки танков Саманты. По цели.

Саманта проверила: между танками на противоположном хребте, которые теперь вели пристрелочную стрельбу, было разбросано еще шесть пулеметов RLA-20.

— Пятнадцать минут до зоны поражения. Рой движется медленно.

Последний Мартелло произвел пристрелочные выстрелы. Готовы к большому шоу.

На трех огневых базах артиллеристы флота зарядили двенадцать пушек и принесли дополнительные боеприпасы, готовясь к перезарядке. Кадет нервно держал каждый шнур запуска. В командных центрах башен Мартелло Холлистер и два других кадета перепроверяли свои расчеты.

На базе Скотт нервничающие наложницы следовали примеру Дианы и её фаланги помощников офицеров. Пенни отправила всех, кого, по её мнению, можно было отпустить, чтобы поддержать свою любимую дочь. Не все помощники были женщинами - мужчины были первым выбором Пенни, но их было всего несколько. Каждый из них был одет в форму старшего сержанта гражданской службы, хотя на самом деле в гражданской службе не было никого, кто официально занимал бы какое-либо звание рядового состава. Сама Диана заставила нанороботов нарисовать на ней форму гражданской службы, вплоть до нашивок сержанта-артиллериста. Серый кепи и черные сапоги дополняли наряд. Большинство наложниц, мысли которых были заняты совсем другим, не осознавали, что «униформа» была нарисована нанороботами, или что сержанты, которыми командовала юная «Ганни», сами были наложницами.

На орбите бессильный флот мог только смотреть, ликовать и потеть.

А тем временем ракета с сообщением продолжала лететь к Гесперусу, неся отчет о ситуации и личное сообщение от Саманты полковнику и адмиралу с мольбой о наземных войсках.

— Десять минут до зоны поражения. - Warthogs продолжали кружить вокруг цели, время от времени подвергаясь обстрелу со стороны все еще агрессивных Са'армов.

У главной линии обороны один из десантников бросил сумку рядом с одной из установок RLA-20. Орудие было наведено на огонь по дуге, пересекающейся с другим орудием примерно на четверть пути вниз по линии.

— Что это такое? - поинтересовался парень, стоявший у пушки.

— Кальтропы. - Десантник достал из мешка четырёхконечное металлическое устройство. - Видишь? Это древняя технология, со времён средневековых осад, но она до сих пор работает. Как бы ты его ни бросил, он всегда приземляется одним острием вверх. Если Рой выберется из зоны уничтожения, мы разбросаем их перед колючей проволокой - это будет еще одно препятствие, которое этим придуркам придется преодолеть. - Он взял с собой еще два мешка, чтобы разложить их в других удобных местах вдоль линии обороны.

Белый автомобиль замедлился и остановился прямо за главной линией обороны. Помимо водителя, два молодых курсанта обслуживали монитор, установленный на его крыше, находясь гораздо более уязвимыми на этой пожарной машине 1928 года с ядерным двигателем, чем они были бы в башне любой бронированной машины из арсенала Конфедерации.

— Пять минут до зоны уничтожения.

На линии обороны Скотт-Резерв сержант (кадет) Бачелор в который раз проверял готовность своего взвода и прищурился, глядя вниз по долине, хотя ничего и не мог разглядеть. Как старший по званию кадет на линии, он остро ощущал всю тяжесть ответственности. Будучи самой последней линией обороны между Роем и девушкой, которую он любил, он испытывал ужас, был полон решимости и чувствовал себя очень, очень одиноким.

— Передовые отряды входят в зону уничтожения, - доложил сержант Пил.

— Не стреляйте, все, - приказала Саманта танкистам и артиллеристам. - Когда я скажу «огонь», открываем огонь. Каждый танк и каждая пушка - десять выстрелов в ускоренном темпе. Для тех, кто еще новичок в этом деле, это значит: стреляйте так быстро, как успеваете перезаряжать, не ждите приказов, не ждите наведения - просто засуньте следующий патрон в затвор, закройте затвор, бах - выстрел, перезаряжайте, перезаряжайте, перезаряжайте - так быстро, как сможете, десять раз. Понятно? Все готовы? Ответьте, пожалуйста.

Один за другим танки и «Мартелло» подтвердили: готовы к открытию огня. Сзади пушек «Мартелло» артиллеристы флота бережно держали девять снарядов, готовых к немедленному использованию.

— Замыкающие элементы входят в зону поражения.

— Готовы... ОГОНЬ!

Саманта нажала на кнопку стрельбы - и чуть не разочаровалась. ИИ послушно удерживал ее оружие от выстрела, пока не открыли огонь пушки на Мартелло. Она сосчитала:

— Раз... два... три... - и вдруг ее мир взорвался яростным шумом, вибрациями и неистовой мощью.

— ПЕРЕЗАРЯЖАТЬ! ПРОДОЛЖАТЬ ОГОНЬ! ДЕСЯТЬ ВЫСТРЕЛОВ!

Она удерживала кнопку стрельбы, пока артиллерист флота вставлял в затвор патрон за патроном. Как только затвор закрывался, орудие стреляло, и артиллерист повторял процедуру. В снегу вокруг неё и её товарищей-танкистов загремели лазерные пулеметы. Они мало способствовали кровавой бойне, но, по крайней мере, позволяли пулеметчикам почувствовать, что они вносят свой вклад.

В зоне уничтожения одновременно долетали снаряды из пушек «Мартелло» и крупнокалиберных орудий «Роммеля». Снег закипал, превращаясь в пар, когда осколки и лазеры разрывали тела саармов. К тому моменту, как последний снаряд вылетел из последней пушки, последний саарм пал, а те, кто еще не был убит, были, по крайней мере, тяжело ранены, и из их огромных ран смертельно капала ихора.

— Все орудия, прекратить огонь! - Саманта поднесла бинокль к визору и просканировала местность в поисках признаков жизни. Они были, но на таком расстоянии было невозможно определить, что из них принадлежало Рою, а что было снегом, сублимирующимся из-за внезапного и сильного поступления тепла. Хотя некоторые тела явно горели.

— Боюсь, нам придется пробраться сквозь них. Первая линия обороны, готовьтесь к наступлению. Линии обороны Скотта и Шеклтона, продвигайтесь к первой линии обороны. Как только линии Скотта и Шеклтона сойдутся на первой линии обороны, первая линия обороны начнет наступление.

Когда первая линия обороны подошла к зоне уничтожения, они обнаружили лишь горстку выживших са'армов, которые, потеряв столь многих соплеменников и страдая от переохлаждения, были настолько обессилены, что эти хладнокровные существа действительно не способны были мыслить ясно. Пожарная машина обрызгала территорию толстым слоем «пены», и фуллерены, входящие в состав пены, быстро поглотили остатки тепла как от пожаров, так и от выживших.

Вторая линия обороны подошла и сменила Первую линию в зоне уничтожения. Затем Первая линия продвинулась к зоне посадки эсминца класса «Венти», ища любые признаки выживших, любые следы, ведущие прочь от массы, которую они только что уничтожили, или любые доказательства прокладки туннелей. Они ничего не нашли.

Детский крестовый поход «Туле» закончился.

Глава 26

Саманта гордилась ими всеми - моряками флота и вспомогательных судов, новобранцами десанта, курсантами и даже наложницами, которые присоединились к ним и помогли спасти их дом. Тела саармов, по крайней мере то, что от них осталось, собирали и после вскрытия сжигали. Разбитые остатки самого корабля класса «Венти» накрыли надувной конструкцией типа «квонсет-хат» для дальнейшего анализа - это был самый близкий случай, когда кто-либо в Конфедерации смог фактически осмотреть такое судно.

По земным часам, которыми руководствовалась колония, было уже далеко за полночь. Измученные защитники собирали свое снаряжение и возвращались либо в лагерь Шеклтон, либо на базу Скотт, а крошечный бронетанковый отряд Саманты, состоявший из шести массивных «Роммелей», грохотал по дороге обратно в танковый ангар, откуда они и пришли. Поскольку сутки на Туле короче земных 24 часов, солнечный свет от единственной звезды Туле - желтой, как Солнце Солнечной системы, но меньшей и слабее, поскольку орбита Туле находится дальше, чем у Марса, - начинал озарять своим солнечным весельем выжженный ландшафт, где погибло столько саармов.

Устало она помогала экипажам своих танков ставить гигантов на хранение и пополнять их запасы большими кристаллами, питающими массивные основные орудия. Они дважды проверили, включены ли блокировки, предотвращающие неконтролируемое движение машин.

В лагере Шеклтон искусственный интеллект базы аккуратно загнал копию пожарной машины «Аренс-Фокс» в гараж пожарной части. Поскольку эта копия пожарной машины 1928 года перестала быть боевой системой и вновь стала важной частью системы пожаротушения лагеря Шеклтон, ИИ мог с чистой совестью возобновить управление ею. Грег, отодвинув козырек плохо сидящего бронированного костюма, с удовольствием позволил ИИ вести машину, махая рукой удивленным наложницам, возвращавшимся в свои семейные капсулы. Он понятия не имел, как выбраться из костюма, и был вынужден ждать, пока двое кадетов, находившихся с ним, сбросят свои.

На Гесперусе II пехотинцы реагировали на отчаянное сообщение, которое Саманта отправила, когда «Венти» впервые встретили на окраине Тулеата. Они учли последних выживших из Са'арма, ни у кого из них не было времени прорубить туннель в холме, который был зоной приземления Са'арма. Теперь они лихорадочно собирали лагерь, загружая свои «де Голли» и другую бронетехнику, артиллерийские установки и припасы обратно в капсулы, из которых они прибыли. В отличие от обычных капсул, эти были оснащены достаточным запасом топлива и мощностью двигателей, чтобы вернуться на орбиту в довольно неспешном темпе - долгий период времени, который ничуть не способствовал успокоению обеспокоенных экипажей на борту.

Через сутки десантники вернулись на корабль, и флот был готов на полном ходу возвращаться на Туле.

Чтобы отпраздновать победу, одержанную 24 часа назад, Саманта приказала своим подопечным устроить полноценный хоккейный турнир. В этот момент она находилась на льду, чувствуя себя в своей тарелке в привычной роли правого нападающего. У неё была шайба; при этом на неё навалились три игрока соперника, чего не было у нападающего с противоположной стороны её команды. Она мощно отбила шайбу в правый угол и продолжила кататься к синей линии. Шайба проследовала по изгибу конца площадки и начала возвращаться к ее собственной зоне со стороны левого нападающего - и прямо на лезвие клюшки левого нападающего Джамала, который уже ждал ее. Затем он сделал несколько мощных толчков коньками и устремился к вратарю. Ближний щелчок отскочил от клюшки вратаря, и маленький резиновый диск оказался на стороне площадки, где находилась Саманта. Прозвучал сигнал, завершающий второй период.

Когда ее команда направилась на короткий 5-минутный перерыв, чтобы перевести дух, она заметила знакомое улыбающееся лицо, стоящее у ворот и открывающее их, чтобы пропустить ее на скамейку хозяев. - Папа! Эй, ребята, они вернулись!

На этом игра закончилась. И игроки, и зрители направились встречать победоносных героев.

В лагере Шеклтон уже наступила полночь. Смешанная толпа из десантников, матросов (как флота, так и вспомогательного флота), курсантов и наложниц весело сопровождала слегка смущенную обнаженную девушку с вечеринки «Добро пожаловать домой» в Клубе младших званий к кабинету медицинского осмотра. Сам старший врач, сержант Бенсон, стоял в дверях кабинета, ожидая, чтобы провести вышеупомянутой обнаженной девушке тест на CAP. Ведь сегодня Саманте Редберн исполнялось. ..надцать лет, о чем всем и каждому объявил хор, исполнявший «Happy Birthday to You!». Солисткой этой толпы была ни кто иная, как сама певица Шелли Сатурн, которая выделывала кокетливые па, как Мэрилин Монро, когда пела ту же песню президенту Кеннеди.

Когда она, ее родители, тетя, Викки и лейтенант Каррутерс вошли в кабину МИР, сержант Бенсон спросил девочку:

— Ну, готова?

Саманта провела пальцем по своей вагинальной щели и показала ему собранную таким образом влагу. - Ага! - сообщила она, с распутной улыбкой на лице.

— На самом деле я имел в виду тест CAP, - рассмеялся Бенсон.

— О, к этому я тоже готова. По крайней мере, - добавила она с легкой нервозностью, - надеюсь, что готова.

— Ну, забирайся в аппарат, давай проверим тебя. А потом ты сможешь что-нибудь с этим сделать, - посоветовал он, указывая на ее промежность.

Едва прикоснувшись головой к столу, Саманта тут же погрузилась в сон. Помогло ей уснуть не только медицинское устройство, но и огромное количество энергии, которое она потратила за последние дни, в том числе и во время двух третей хоккейного матча, в котором она участвовала тем же днем.

Саманта проснулась, имея лишь смутные воспоминания о тесте, но с телом, покрытым потом, как будто она пробежала триатлон. Ей хотелось пить, и сон во время теста не освежил ее - в этом отношении он напоминал тренировку сна.

Ее мать держала ее за руку, пока ее способность сосредоточиться постепенно возвращалась. - Ну? - спросила Моника.

— Это... было... тяжело... - Она обнаружила, что задыхается от одышки. Устало она приподнялась.

— Может, отложим твою вечеринку по случаю дня рождения? - поинтересовалась Моника. Она казалась несколько обнадеженной перспективой отсрочить момент, когда ей придется стать свидетелем дефлорации своей дочери.

Саманта гневно посмотрела на Монику. - Даже не смей.

Раздался звук, и сержант Бенсон извлек карту CAP из слота для выдачи. Он посмотрел на нее первым, как того требовали его права и обязанности.

— Ну? - спросила Саманта, внезапно испугавшись того, что было написано на карте.

Сохраняя невозмутимое выражение лица, сержант Бенсон передал карточку девочке, стараясь скрыть её от собравшихся, среди которых теперь были и полковник Дешен, и адмирал Ван де Грааф. Редкому четырнадцатилетнему подростку выпадает честь сдавать первые экзамены в CAP в присутствии таких высоких лиц, как эта пара - да и вообще, редко кто из четырнадцатилетних сдаёт первые экзамены в CAP в таком виде.

Улыбка расцвела на лице Саманты. - Шесть!

— Шесть с чем? - спросил Боб у дочери, в его голосе слышалась озабоченность.

— Наложниц! У меня шесть наложниц! Смотри! - Она с восторгом показала карточку отцу.

Это была официальная идентификационная карточка Конфедерации, а не простая карточка CAP. На ней было написано: Саманта Редберн, суб-декурион, гражданская служба. Оценка CAP - восемь с половиной.

В комнате раздались возгласы, аплодисменты и облегченный смех. Пока все поздравляли обнаженную женщину, теперь уже новую гражданку Конфедерации, она поняла, что у нее есть одна важная обязанность. Лучшего момента, чем сейчас, не найти.

— Викки, я хочу, чтобы ты стала моей наложницей. Дети, конечно, останутся с тобой. Что скажешь?

— Я согласна, - сказала Викки, так же взволнованная, как и Саманта.

ИИ ответил:

— Принято. Виктория Арбунот теперь является зарегистрированной наложницей суб-декуриона Саманты Редберн.

Викки, по правде говоря, не особо внимательно присмотрелась к карточке Саманты, а Саманта не обратила внимания ни на что, кроме своего результата. - Суб-декурион? Сэм, ты теперь суб-декурион? Тебя повысили?

— Правда? - Она снова посмотрела на свою карточку. - Эй, да, правда! И сразу на два уровня! Клево!

Вечеринка в салоне «Beauty Saloon», длившаяся всю ночь, уже была в самом разгаре, когда появилась почетная гостья в сопровождении тех, кто поддерживал ее в M.I.R., пока ей выставляли оценку. Она по-прежнему была одета в свой лучший «костюм Евы», только теперь в нем была и ее новая официальная наложница Викки Редберн. Дети Викки были в капсуле и крепко спали под присмотром Дианы Дешен. Диана была разочарована тем, что пропустила вечеринку, но, по крайней мере, смогла поговорить с Дэниелом Бэчелором, который был занят аналогичными обязанностями в своей семейной капсуле, связанными с его младшей сестрой.

Там играла группа - пять очень талантливых наложниц обоих полов под названием «Rings of Saturn», с самой Шелли Сатурн в качестве солистки. Когда появилась недавно получившая повышение Саманта, Шелли буквально поглощала микрофон, исполняя чрезвычайно эротическую, но в то же время нежную и романтичную любовную балладу эпохи Swarm «Seeing Stars». Заметив почетную гостью, «Rings» запели песню «Sister/Sponsor» группы «Binary Stars», рассказывающую о том, как сестра выбрала женщину в свои наложницы. Это была легкая поп-мелодия с множеством сексуальных намеков - или, если быть более точным, с множеством откровенно сексуальных текстов. Популярные в Диаспоре, обе песни почти не звучали в эфире Земли - слишком откровенные для нежных земных ушей, по мнению чрезмерно нервных коммерческих вещателей, отчаянно пытающихся балансировать на нечеткой грани между приемлемым и неприемлемым уровнями непристойности - проблема, которая не находит широкого отклика в пространстве Диаспоры.

Лейтенант Каррутерс стоял на краю толпы, обняв обеих своих находящихся на поздних сроках беременности наложниц, и пристально смотрел на низкую сцену перед танцполом. Саманта появилась у него под локтем и прошептала ему на ухо:

— Я же говорила, что это я буду в костюме Евы. - Когда он вздрогнул, она поцеловала с языком каждую из его восторженных наложниц.

— Ваш хозяин переоделся, - пропела она напевно, обращаясь к наложницам в ночных рубашках, а обе молодые дамы на последних сроках беременности - одна из них была на самом деле старше матери Саманты, но благодаря медицинским технологиям Дарджи ее возраст был «омоложен» до тех же 24 лет, что и у ее соседки по ложу - заговорщицки ухмыльнулись. Они с удовольствием приступили к тому, чтобы в такт музыке эротично снять с лейтенанта его гражданскую одежду.

Саманта не в первый раз заметила татуировку, украшавшую мускулистую грудь Каррутерса, такую же, как у всех других инженеров ВМФ, которых она видела топлесс, будь то мужчины или женщины. Круг, из которого поднималось пламя, словно это было солнце, в центре которого находились те же символические угломер и циркуль, что и у гильдии масонов, а по внутреннему периметру была надпись Mater Artium Necessitas. - Мне было интересно - что означает эта латинская фраза?

— У тебя есть подголосовая связь с ИИ, - бросил вызов Каррутерс. - Спроси его.

Она обнаружила, что для этого потребовалось немного попрактиковаться, но ей удалось передать свой вопрос.

— Необходимость - мать изобретения, - ответил чопорный и корректный - и явно мужской - голос базового ИИ.

Саманта ответила про себя:

— Спасибо, ИИ, - и затем облизнула татуированный кружок. Она продолжала кружить языком по все более широким кругам, пока наконец не коснулась языком левого соска Каррутерса, уже твердого как камень, расположенного примерно на два сантиметра ниже татуировки. Он выдал весьма недостойный писк, пытаясь удержаться от преждевременного оргазма.

— Ооо, большой мальчик, ты готов! - проворковала она, крепко держа ситуацию под контролем - а точнее, наполненный кровью пенис Каррутерса. Он сглотнул, стараясь еще сильнее сдержаться, чтобы не взорваться на восхитительном обнаженном теле молодой и соблазнительной сотрудницы государственной службы.

— Ты тоже, - подтвердил он, потирая пальцем мокрые половые губы Саманты.

Саманта знала, что в первый раз должно быть больно, и хотела контролировать скорость и глубину проникновения Каррутерса, оседлав его сверху. Чего она не знала - эта тема никогда не поднималась в ее разговорах с кем-либо - так это того, что медицинские нанороботы автоматически сужают девственную плеву -летней девочки, пока к вечеру ее -летия она не станет буквально тончайшей нитью соединительной ткани. За последние 24 часа занятые микроскопические медики уменьшили ее в преддверии ее дефлорации.

Саманта прижала крайне покорного Каррутерса спиной к длинной скамейке, шириной и длиной как раз достаточной для того, чтобы на ней поместилось тело среднего роста. Несмотря на то что Каррутерс был десантником, он никогда не пользовался стандартным набором модификаций, предпочитая ограничивать изменения своей до-Роя формы лишь приведением ее в боевую готовность. В результате он поместился на скамейке, не свисая с боков. Держа мать за руку, Саманта перекинула правую ногу через выбранного ею десантника и устроилась сверху. Постепенно она ввела его пенис в свою вагину, а когда почувствовала, что пришло время, села прямо и позволила своему весу опустить ее на член Каррутерса. Она почувствовала легкий «щелчок», когда стала женщиной, примерно такой же болезненный, как укол иглой при прививке, и, не беспокоясь об этом, начала покачивающиеся движения, которые вскоре довели и её, и Каррутерса до пика возбуждения.

Как и обещала, Моника держала дочь за руку и поддерживала ее, пока Саманта достигала кульминации. Сестра Моники, Элис, озорно протянула руку сзади, просунув ладонь между ног нервничающей матери и лаская эрогенные зоны Моники. - Жарко, да? - спросила Элис, покусывая ухо Моники. - Готова поспорить, ты не можешь дождаться, когда Хозяин наклонит тебя.

Моника почувствовала, что у нее перехватило дыхание, пока сестра продолжала позволять себе вольности - такие вольности, на которые она никогда бы не осмелилась на Земле, когда они были подростками. - Перестань, - взмолилась она, задыхаясь.

— Не прекращай, - перебил Боб, подкравшись к своим двум наложницам. - Посмотрим, сможем ли мы заставить мать и дочь кончить одновременно. - Он начал ласкать ближайший сосок у каждой из наложниц, в то время как Саманта ускорила темп своих подпрыгиваний и приступила к доению пениса Каррутера. Элис опустила руку своего хозяина себе на колени - груди были забавными игрушками, но не тогда, когда они были сверхчувствительными из-за последнего триместра беременности. Она предпочитала, чтобы он играл с ее клитором и половыми губами.

— Эй, все женщины в твоей семье такие крикуньи? - спросила старший сержант Блонделл, когда три женщины достигли пика с разницей в считанные секунды.

Боб не смог ответить - он был слишком занят, попеременно целуя Монику и Элис.

В стороне Шелли Сатурн делала перерыв в пении, стоя со своей -летней дочерью Мелиссой и наблюдая, как Саманта наслаждается ролью наездницы. - Мама, я знаю, что хочу на свой. ..надцатый день рождения, - подсказала Мелисса в шутку.

— Ты хочешь быть сверху или снизу, Мел?

Мелисса притворилась, что на мгновение задумалась. - Посередине.

Она посмотрела на милую девочку, которую она родила в тогда еще юном возрасте 15 лет - плод вечеринки, в которой участвовала большая часть спортсменов и чирлидеров из ее школы. - Думаю, это можно устроить.