Воскресенье, 21 января 2261 г. Утро, как утро. Пробуждение без четверти 6, потом разбудил поцелуем Дженн, по традиции утренняя нежная и страстная любовь под стоны Дженн в кляп, чтобы не привлекать ненужное внимание, а затем мы отправились в баню приводить себя. Покинув баню, мы встретили Бена Курца, который бодрствовал где-то с 5 утра, как и Шинва Ятополи. Он мне сказал, что Валаса разрешила собрать немного плодов банановой юкки, опунции и прочего в качестве вклада Ксиабулы в нашу миссию. И лучше нам этим заняться сейчас, а Дженн и Шинва Ятополи займутся завтраком. Я не стал против этого особо возражать, и мы с Беном Курцем этим занялись. Когда мы вернулись, Дженн и Шинва Ятополи приготовили кебаб из гекконов нам на завтрак. Как я потом узнал, мясо гекконов было ещё выдано моим спутникам на дорогу, т.к. Валаса знала, что до Вахаки нам охотиться будет не на кого. За завтраком мы ничего особо не обсуждали, разве что Шинва Ятополи предложила выпить ядер-колы за удачу в нашем предприятии. А также просила всех поберечь себя, особенно Бена Курца. Похоже, что Валаса поставила на то, что мы свергнем Элсдрагона и перебьём большую часть супермутантов, которых тут зовут демонами. А вот, что касается Элсдрагона, я не уверен, что хочу его убивать. По крайней мере, если он отдаст добровольно Киру. Ладно, это придётся решать уже на месте.

После завтрака мы попрощались с Шинвой Ятополи и отправились в сторону Вахаки. Туда мы добрались в 3 часа дня без единого происшествия в пути. Нам в любом случае нужен был отдых. Поэтому Эрик и Джейми развели костёр и принялись готовить кебаб из геккона. Во время обеда Джейми всё же не вытерпела и включила радио. Мы услышали звуки гитары, под которую пел мужской голос:

О, сержант, я призывник

И я только что прибыл в лагерь

Я пришёл, чтобы надеть форму

И присоединиться к воинскому отряду

И я хочу исполнять свой долг

Но об одном я умоляю

Вы должны дать мне уроки, сержант,

Ведь я никогда раньше не убивал.

Чтобы я послушно выполнял свою работу,

Это всё, чего я желаю

Научиться обращаться с оружием досконально

И как целиться и стрелять

Научиться убивать врага

А потом и истреблять еще больше

О, мне нужны наставления, сержант,

Ведь я никогда раньше не убивал.

Теперь, в лагере ходят слухи

Про нашего врага

Говорят, что когда его видишь,

Он выглядит, как ты и я.

Но вы это отрицаете, сержант,

И вы — человек войны

Поэтому вы должны дать мне уроки

Ведь я никогда раньше не убивал

Теперь есть несколько уроков

Которые я еще не освоил

Я еще не научился

Как использовать штык

Если он не умрет сразу

Должен ли я вонзать его ещё?

О, надеюсь, вы будете терпеливы.

Ведь я никогда раньше не убивал.

А ручная граната — это что-то...

Чего я просто не понимаю.

Её нужно бросать быстро.

Иначе можно потерять руку.

Разносит ли она человека на куски?

С её зловещим, приглушенным рёвом?

О, мне ещё многому предстоит научиться.

Потому что я никогда раньше не убивал.

Что ж, я хочу поблагодарить вас, сержант.

За помощь, которую вы мне оказали.

Вы научили меня убивать.

И ненавидеть врага.

И я знаю, что буду готов,

Когда меня поведут на войну.

И я знаю, что это не будет иметь значения.

Что я никогда раньше не убивал.

Я знаю, что это не будет иметь значения.

Что я никогда раньше не убивал.

Я слушал песню и размышлял. Пожалуй, для меня таким сержантом стал Брэгг. Он научил меня ненавидеть. Его... За то, что он убил моих сиблингов. Он был одним из первых, кого я убил. Или не убил, как утверждала Аннай Оран. Следующий, кого я ненавижу, — это король демонов. Да, он породил меня, используя репродуктивные технологии и заставив нашу мать выносить и родить меня и моих сиблингов. Обитатели ранчо Чёрной Лошади, включая Луизу и Демельзу. Да, они рабыни и подчинялись тем, кто командовал на ранчо, но... Собственно, только про Луизу и Демельзу я точно знаю, что они, скорее всего, выжили. А что на счёт Сильвермана и дю Вилля? Сильверман пытался меня разменять на союз с королём демонов, а Пол дю Вилль хочет, чтобы я добыл для него ядерное оружие, для чего нужно уничтожить короля демонов. Валаса и Раз О’Ога. Против вождя я ничего не имею, а вот Валаса пытается меня использовать в своей игре. Да, она во многом совпадает с моими целями, но...

Мои мысли прервали окончание песни и голос ведущего: «Говорит радио НКР! Предыдущую песню мы посвящаем всем новобранцам. Знаете, один рейнджер-инструктор, чьё имя я называть не буду, как-то мне сказал: «Мы не учим новобранцев ненавидеть врага. В этом нет нужды. Мы убиваем врага не из ненависти, а потому что любим наш образ жизни и защищаем его, а работорговцы, рейдеры, анклаверы и сепаратисты пытаются его уничтожить. И поэтому мы вынуждены их убивать». Это очень мудрая мысль, которая подошла бы любому новобранцу, число которых неизбежно увеличиться, если Конгресс поддержит план президента Венделла Петерсона по увеличению армии. Также президент планирует призыв резервистов и это произойдёт, если Конгресс выделит на это деньги, с чем не всё так просто. Сенатор Пол дю Вилль, который принимает участие в заседании по видеосвязи предложил свернуть финансирования проекта восстановления сети связи, чтобы найти деньги, которые запрашивает президент. Проект был начат в 2235 г. в 5 изначальных штатах НКР и как утверждает сенатор Пол Дю Вилль, с того самого времени на него было потрачено 8 миллионов калифорнийских долларов. При этом данная сеть так и не была проведена на север, а в штатах Максон, Лос-Анджелес и Сияние Дня она серьёзно пострадала во время боевых действий. Сенатор Пол дю Вилль сказал, что отказ от данного проекта мог бы помочь найти деньги, которые запрашивает президент. Однако напомним нашим слушателям, что благодаря этому проекту вещает наше радио и его могут слышать от Шейди Сендс и во всех местах, где есть ретрансляторы. Если финансирование проекта будет свёрнуто, то наше радио не сможет вещать от Шейди Сендс до Хаба и Бониярда, да в Буллхед-сити наше радио слышат через ретранслятор в Лафлине. Но президент Венделл Петерсон против урезания именно этих расходов. «Калифорния будет там, где люди живут по законам НКР, которых защищает армия НКР, и где работает вещание радио НКР. Здесь всегда будет Калифорния. И мы не должны бояться эскалации конфликта, армия НКР должна уничтожить всех её врагов, которые не хотят сдаться и покинуть её территорию. Также я отправил отряд рейнджеров под командованием Хенлона, чтобы взять под контроль ретрансляторы в штате Сияние Дня и наладить вещание радио НКР там», — сказал президент. На вопрос конгрессменов, сколько ему нужно солдат, чтобы окончательно решить проблему восстания Макса Террора, президент сказал, что он собирается сформировать 7 бригад, которые он собирается сформировать в первую очередь из резервистов, а потому Конгресс должен поддержать его билль о выделении финансирования на закупку вооружения, обмундирования и прочего довольствия солдат, включая жалование. Также президент НКР сообщил, что распорядился использовать винтокрылы для борьбы с судами повстанцев Макса Террора и ВВС НКР уже имеют некоторые успехи в этом. Ну что ж, будем надеяться, что вы и дальше сможете нас слышать и вы сможете пользоваться всеми благами, что несёт цивилизация НКР». Голос замолчал, заиграла музыка и мужской голос запел:

Я поднимаю тост,

Леди и джентльмены!

Я поднимаю тост,

Леди и джентльмены!

Пусть эта прекрасная земля, которую мы так любим,

живет в достоинстве и свободе!

Хотя миры могут меняться и сбиваться с пути!

Пока еще есть голос, который кричит:

Здесь всегда будет Калифорния

И Калифорния будет свободна,

Если Калифорния значит для вас так же много,

как Калифорния значит для меня!

Джейми переключила радио, там под гитару Роман Новиков пел:

Я получил письмо от Петерсона Венделла.

В нём говорилось: «Сынок, мне жаль беспокоить тебя,

Но моя война идёт наперекосяк.

Пришло время мне бросить кости;

я знаю, ты уже дважды был там,

но я отправлю тебя обратно в Бониярд».

Венделл Петерсон сказал Нации:

«Вы не бойтесь эскалации.

Это всего лишь рывок в моей маленькой войне.

Чтобы нас к победе привести,

Я пошлю ещё 20 000,

Что поможет мне Юг от южан спасти».

Каждую ночь местное джентри

проскользают мимо спящей охраны,

они уходят и присоединяются

к повстанцам на брегах морских.

В своих ночных маленьких драмах

они надевают чёрные пижамы,

и бросают в меня ручные гранаты.

Венделл Петерсон сказал Нации:

«Вы не бойтесь эскалации.

Это всего лишь рывок в моей маленькой войне.

Чтобы нас к победе привести,

Я пошлю ещё 20 000,

Что поможет мне Юг от южан спасти».

Мы кружим на винтокрылах,

Как стая птиц, что машет крыльями,

тщетно разыскивая добычу свою.

Они оставили записку о своём уходе,

им нужно было быть в Бониярде,

чтобы сохранить правительственную позицию.

Венделл Петерсон сказал Нации:

«Вы не бойтесь эскалации.

Это всего лишь рывок в моей маленькой войне.

Чтобы нас к победе привести,

Я пошлю ещё 20 000,

Что поможет мне Юг от южан спасти».

А вот я сижу на этом кукурузном поле

Размышляя о Большом Папе

И я знаю, что Венделл так любит меня

И всё же, как грустно я помню

Далеко-далеко, в ноябре

Он сказал, что никогда не отпустит меня.

Венделл Петерсон сказал Нации:

«Вы не бойтесь эскалации.

Это всего лишь рывок в моей маленькой войне.

Чтобы нас к победе привести,

Я пошлю ещё 20 000,

Что поможет мне Юг от южан спасти».

Он сказал о гордости своей великой нации:

«Вы не бойтесь радиации.

Свечение — это лучший трейлерный парк!

И позже, если они услышат, что ты мёртв...

Твои люди всегда могут показать с гордостью,

Что ты — надгробный камень, что светится в тьме!»

Песня закончилась и раздался голос Макса Террора: «Я Террор Макс, ваш судья после апокалипсиса. Вы слушаете Смерть-981. Знаете, нам с Романом Новиковым так понравилось предложение президента Петерсона, что мы решили записать песню, что он только что исполнил. Знаете, наше радио в отличии от радио НКР никогда стыдливо не врёт и называет вещи своими именами. В ноябре прошлого года указом президента Венделла Петерсона приостановлены увольнения из армии НКР по истечении срока контракта. Контракты всем солдатам продлили на неопределённый срок. Уволиться можно только по ранению или в случае женщин по беременности. Впрочем, служба очень многих солдат закончилась по ранению и другим схожим причинам. А что касается раненых, то их теперь после восстановления могут призвать, как резервистов, т.к. ветераны в армии НКР нужны. Даже если их не готовы принять рейнджеры, т.к. у них есть требование идеального здоровья и «морали», — Макс Террор усмехнулся. — Что же касается мамочек. Тут Венделл Петерсон тоже всё продумал. И в его планах есть финансирование школ-интернатов, чтобы мамочки с боевым опытом возвращались в армию, пока их дети проходят обучение в таких школах за счёт средств налогоплательщиков. Вообще-то, в учебки армии и рейнджеров принимают лет с 15, но в таких школах военная подготовка может начаться раньше. Браво, мистер президент! Недаром Вы в своё время были губернатором штата Максон и изучили практику «Братства Стали» по этой части. Впрочем, к сожалению те женщины, которые служат в рейнджерах с превеликим удовольствием отдадут своих деток в такие школы. Чаще всего это фанатички, которые свято верят в то, что вершат правое дело, а их дети должны пойти по их стопам. Но только захватывая радиобашни в районе Свечения, судьба этих людей определена последним куплетом этой песни. Впрочем, если Конгресс сможет найти на это всё людей и денег. С деньгами проще. Опять повысят налоги на тех территориях, которые НКР ещё контролирует и там резко вырастет число наших сторонников. Которые будут кидать осколочные гранаты и не только в тех, кто придёт в штаты Лос-Анджелес и Сияние Дня отнюдь не с мирными намерениями. А там, вполне возможно, что завтра восстание вспыхнет в Шейди Сендс или Джанктауне. Ну и ещё мы знаем, что Венделл Петерсон просит у Конгресса финансирование на строительство винтокрылов, а также школу пилотов. И хоть Венделл Петерсон и хвастался о полётах винтокрылов над морем, мы можем сообщить, что кое-какие винтокрылы, а именно 269-ю машину 30-й эскадрильи ВВС НКР они потеряли в море вместе с экипажем. И по имеющейся у нас информации после этого происшествия под расследование попала наша старая знакомая теперь уже капитан Кассандра Мур, которая была списана из рейнджеров после ранения и временно определена в ВВС на кабинетно-диспетчерскую службу. Так держать, Кэсси! А сейчас Роман Новиков споёт об этом песню». Макс Террор замолчал, заиграла музыка и Роман Новиков запел:

Мы летели весь день на высоте ста ё... футов.

Погода, е.. ужасная, ё... дождь и ё... мокрый снег.

Компас показывал юг, восток, запад и ё... север.

И мы тогда, е..., упали на ё.. брег.

Разве ВВС не е.., как ужасны?

Разве ВВС не е.., как ужасны?

Разве ВВС не е.., как ужасны?

И мы тогда, е..., упали на ё.. брег.

Мы летели над океаном, пока он не заставил нас, е..., плакать.

Море было, е..., мокрое,

Е..., холодное

И е... глубокое.

Оперативный штаб 30-й эскадрильи просто, е..., прогнил.

А 269-я будет там, пока они его, е..., не забудут.

Разве ВВС не е.., как ужасны?

Разве ВВС не е.., как ужасны?

Разве ВВС не е.., как ужасны?

И мы тогда, е..., упали на ё.. брег.

Мы вступили в ё... ВВС,

Потому что они назвали правильным, е....

Но нам плевать,

Будем ли мы летать

Или, е..., воевать.

Но мы возражаем против всех этих ё.. п..д из штабов.

Которые сидят там, нанося полосы на землю,

Чтобы оценивать кто сколько сделал ё.. узлов.

Джейми выключила радио и проворчала:

—Надеюсь, что Кэрри Варгас этого не слышит.

—А вот в этом я не уверен, — ответил Эрик. — Скорее всего там, где её держат, это радио работает.

—Возможно, —согласилась Джейми. —Майкл, а ты почему ничего не скажешь? Ты ведь, небось, опять согласен с Максом Террором.

—А что тут говорить? —спросил я.— Люди дерутся за землю и порядок на ней и не понимают, что завтра за ними всеми могут прийти супермутанты. Меня сейчас это беспокоит в первую очередь.

—Вообще-то, Майкл прав, — поддержал меня Бен Курц. — Демоны — это самая главная проблема сейчас.

—Дженн, а ты что-нибудь расскажешь нам сегодня? — попросила Джейми.

—Думаю, что можно, — ответила Дженн и начала свой рассказ.

25 февраля 2103 г. в Убежище 68 было всё, как обычно. Ну если только не считать, что подполковнику Конопке накануне полковник Экленд приказал менять караулы каждые 4 часа возле бывшей входной двери в убежище, которая была уничтожена. Ну и в закрытой части убежища кроме Мерси и её дочек также заночевали паладин Лейла Рахмани, рыцарь Алан Коннорс и писец Одесса Вальдес. Рыцаря Даниэля Шина Раджив Гупта решил разместить на резервной койке в своей комнате. В свою очередь рыцарь Шин предложил ему прогуляться на утро после завтрака наружу и убедиться, что там, во-первых, вполне безопасно без силовой брони, а, во-вторых, пообщаться с той частью первого экспедиционного отряда, кого Лейла Рахмани не стала заводить в убежище. В конечном счёте Раджив Гупта решил принять это предложение. Ну а за ужином накануне и за завтраком в столовой рыцарь Шин рассказывал остальным обитателям убежища про Братство и о том, что делалось снаружи всё это время.

В закрытой же части Лейла Рахмани за завтраком объявила, что она ждёт Мерси и её дочек, которые старше 15 лет в спортзале, а также Одессу Вальдес. А за завтраком её тоже расспрашивали о делах на поверхности, а кроме того народ интересовал её прикид. Поскольку она была не в силовой броне, то на ней можно было увидеть чёрные брюки, тёмно-красную рубашку, а поверх была одет жёлтая ветровка с большой печатью штата Калифорния, как на ней было написано по кругу. Лейла Рахмани пояснила, что эта ветровку ещё из запасов Национальной гвардии Калифорнии. И вот в половину 12-го все собрались в спортзале. Лейла Рахмани сняла ветровку и подошла к каркасу силовой брони, открыв его. А затем открыла также второй каркас.

—Так, девочки, смотрите. Это силовая броня T-51, а это T-49, —сказала она. —Только мы её немного модифицировали. Сравните вот эти 2 образца, вы видите отличия?

—Да, тут есть металлическая полочка, а тут её нет, — ответила Мерси.

—И форма у них вроде немного разная, — поддержала маму Дон.

—Именно так, — подтвердила Лейла Рахмани. —Но начну я с того, что это такое и зачем нужно. Разработка силовой брони началась в 2065 г. компанией Вест-Тек под руководством Бада Аскинса.

—Бада Аскинса? — переспросила Мерси.

—Да, а Вы знали его? — спросила Лейла Рахмани.

—Нет, но я о нём слышала, —ответила Мерси. —У меня есть информация, что это он нас сюда запер в таком составе.

—Всё может быть. Но иногда от подобных менеджеров есть польза, —продолжила свой рассказ Лейла Рахмани. — Сначала была разработана модель T-45. У неё было несколько вариантов, но у всех был один порок, который понижал шансы солдат на выживание в бою. Вообще, силовая броня нужна для того, чтобы защитить солдата от поражения из стрелкового оружия, огня, лазерного оружия, плазменного оружия, а также радиации. Ну и от холодного защитит, т.к. пробить её не просто. Также в ней можно прыгать с высоты без риска переломать ноги. T-45 была не идеальной, поэтому Вест-Тек разработал T-49, предшественницу T-51. Это то, что мы встречали здесь на Западном Побережье. На Востоке были и более новые модели, разработанные до войны. А кое-что доработало наше отделение в Аппалачии уже после войны с помощью нашего главного писца Хейли Такано. Но тут, мы, к сожалению, её сделать не сможем.

—Почему? — спросила Дон.

—Потому что тут нет материалов, которые есть там, — ответила Лейла Рахмани. — Так вот, изначальной целью создания силовой брони была защита солдата в бою. Но сейчас нужно защищать не только солдат, но и гражданских, а в первую очередь матерей с младенцами. Потому что дети — это будущее нашей людской расы. В этом я понимаю генерала Клифтона, почему он организовал тут жизнь так, чтобы детей было максимально много. Поэтому наши рыцари и писцы разработали эту самую модификацию. Во-первых, мы расширили каркас, чтобы даже женщина в положении могла её носить. Во-вторых, вот на этой полочке можно разместить младенца и каркас, а также нагрудник защитит его. Это и есть тот самый кенгурятник, которые разрабатывали совместно Хейли Такано и мама нашей Одессы рыцарь Вальдес. И ещё один молодой рыцарь помогал, который потерял мать, потому что силовой брони у неё не было, ведь так, Одесса?!

—Да, мадам, всё было так, — подтвердила Одесса Вальдес.

—А это безопасно? — спросила Мерси с недоверием. — Я имею в виду для ребёнка.

—Да, воздух сюда тоже подаётся, при этом стоят фильтры от радиоактивной пыли. Кроме того, если мама зайдёт в силовую броню с обнажённой грудью, то ребёнок сможет сосать грудь во время путешествия, когда захочет. Смотрите, я сейчас покажу, как это работает, — ответила Лейла Рахмани и сняла с себя ветровку, тёмно-красную рубашку и такой же лифчик и показала, как это будет выглядеть внутри силовой брони.

—А потом вылазить с обнажённой грудью и пусть на неё все пялятся, так? —спросила Мерси.

—Ну, в бункере для этого есть отдельные комнаты, — ответила Лейла Рахмани. —А на пустоши да, с приватностью есть проблемы. Но никто не будет к вам приставать. Мы учим всех наших послушников и сквайров с детства уважать границы и не лезть без разрешения. Исключение — ради спасения жизни.

—А как насчёт всего остального? — спросила Мерси. — Ведь ребёнок не только ест, но и...

—Я поняла вопрос, — ответила Лейла Рахмани. —Смотрите, силовая броня имеет встроенные устройства для вывода отходов, по крайней мере жидких. Вообще-то, многие рыцари залезают в неё, раздеваясь до трусов. Их потом без проблем можно сменить, а форма не пострадает. Так что и для матери, и для ребёнка всё продумано. В спокойной обстановке потом нужно будет из неё вылезти и навести в ней порядок. Это не идеально, но при том, что творится на пустошах.... Я ведь собственно вас обучаю именно для того, чтобы вы могли без проблем добраться в Лост-Хиллз, когда мы покинем Убежище 68. Ну и платье в данном случае — это не самая удачная одежда, в которой стоит залезть в такую силовую броню. Теперь самое главное. Броня не будет работать без ядерного блока. Это источник энергии. Я сейчас покажу, куда его вставлять и как следить за уровнем заряда. Одесса, можешь подать мне ядерный блок из того сундука?

—Да, мадам! —ответила Одесса Вальдес, направилась к сундуку и открыла его. —Их тут нет, мадам!

—Как нет? — удивилась Лейла Рахмани.

—Можете посмотреть сами, мадам! — ответила Одесса Вальдес. Лейла Рахмани подошла к сундуку и заглянула в него.

—Е..!— крепко выругалась она.— Как так получилось?

—Не знаю, мадам! — ответила Одесса Вальдес, а Лейла Рахмани принялась натягивать на себя бюстгальтер, рубашку и ветровку, после чего вышла из спортзала. В коридоре возле выхода стояли рыцарь Алан Коннорс и полковник Экленд. Последний был одет в свой мундир и прикладывал пип-бой к считывающему устройству на двери.

—Алан, какого чёрта здесь творится?!— спросила Лейла Рахмани. — Где ядерные блоки?!

—Должны быть в сундуке в спортзале, — ответил Алан Коннорс. — Мы вчера с рыцарем Шином занесли сундук в спортзал.

—Там их нет. А рыцарь Шин где? — спросила Лейла Рахмани.

—Наверное сейчас находится в обществе смотрителя Раджива Гупты, —предположил полковник Экленд. — У нас тут более серьёзная проблема.

—Какая? — спросила Лейла Рахмани.

—Мой пип-бой не может открыть эту дверь. Я получаю сообщение: «Отказано в доступе», — ответил полковник Экленд.

—Господи, Алан, почему ты не запер сундук? — спросила Лейла Рахмани.

—Я запер и ключ был у Одессы, — ответил Алан Коннорс. — Скорее всего, его кто-то взломал.

—Ну и народ в Убежище 68, полковник! — разошлась Лейла Рахмани. — Что теперь будем делать?

—Полковник, а через пип-бой можно отправить сообщение Радживу Гупте? — предложил Алан Коннорс. — Я не думаю, что он в этом замешан.

—Попробовать можно, — ответил полковник Экленд. — Но не факт, что дойдёт.

—Давайте сделаем это, —согласилась Лейла Рахмани. —А я попробую связаться с Лост-Хиллз. Только бы на связи была Хейли Такано, а не Ситара.

—Да, давайте сделаем это, — поддержал план рыцарь Алан Коннорс. Полковник Экленд набрал сообщение на пип-бое и отправил Радживу Гупте. В этот момент из спортзала вышла Мерси и её дочери.

—Что происходит? — спросила Мерси.

—Кто-то выкрал ядерные блоки и ещё кое-что. А также мы не можем отсюда выйти, т.к. кто-то заблокировал дверь, — ответила Лейла Рахмани. —Пип-бой полковника Экленда не может открыть дверь.

—Может мой сможет? — отозвался появившийся Томас Мэйнард. Они с лейтенантом Лайонсом сегодня дежурили по закрытой секции Убежища 68.

—Попробуйте, — предложила Лейла Рахмани.

—Чёрт, не выходит, — сказал Томас Мэйнард после нескольких попыток.

—Ладно, мы тогда попробуем отправить сообщение в Лост-Хиллз, — решила Лейла Рахмани, и они с Мерси отправились в её комнату. Туда же пошли и все остальные. Лейла Рахмани пыталась несколько раз вызывать Лост-Хиллз, но ответа не было. То ли отрубили связь, то ли сам Лост-Хиллз почему-то не отвечал. Тут у Дон Клифтон возникла идея.

—Может мы попробуем посмотреть, что делается в остальном убежище, - предложила она.

—А как? — спросил Томас Мэйнард.

—Папа мне показывал, если включить терминал, там есть программа, которая выводит на экран изображения с камер, а также звук, — ответила Дон Клифтон. — Нужен только пароль для авторизации.

—Я сейчас попробую, — сказал полковник Экленд и включил терминал, а также ввёл свой пароль. Дон нашла программу и вывела изображение и звук с камеры в Атриуме. А там в это время подполковник Грегори Конопка собрал в Атриуме почти всё население Убежища 68 и решил выступить перед ними с речью:

—Солдаты! Вы помните, что давали присягу Соединённым Штатам Америки?

—Да, сэр! — услышал он в ответ.

—Мы 25 лет просидели в этом подземелье, куда эвакуировались по приказу, который дало нам наше правительство. К нам заявились какие-то люди, взорвали нашу дверь и сказали, что они представляют Роджера Максона и основанное им «Братство Стали», — сказал Грегори Конопка. — И вот сейчас в полдень мы видим, что с нами нет нашего смотрителя, а также его заместителя полковника Экленда. Похоже, что предатели похитили их и увели из убежища. Что мы будем делать?

—Спасать их, — раздались голоса.

—Верно. И в соответствии с уставом армии США я принимаю на себя командование до того времени, пока мы не освободим нашего смотрителя и полковника Экленда. Слушайте мой приказ. Сейчас все идут в оружейную. Я приказываю организовать выдачу оружия, боеприпасов, силовой брони и ядерных блоков к ней. Я лично поведу вас в атаку. А сейчас шагом марш в оружейную, — приказал Грегори Конопка. — Всё снаряжение будет выдаваться побатальонно. Вопросы есть?

—Да, сэр! Мне тоже это делать? — спросил капрал Диксон.

—Нет, капрал, можете остаться в убежище, —ответил подполковник Конопка. —От Вас там толку не будет,

—Да, сэр! — ответил капрал Диксон. Было видно, что Диксону не понравилось напоминание об отсутствии у него руки. А вот полковник Экленд, который наблюдал за этой сценой, был вне себя от ярости.

—Грёбанный подполковник Грегори Конопка! — выругался он. —Я знаю его 30 лет. Он никогда не давал повода не доверять ему.

—Я кажется знаю, в чём дело, — заметила Мерси. — Он был знаком с доктором Ганнибалом Лектором ещё в Европе. А потом...

—Что потом? — спросил полковник Экленд.

—Они вместе ели плоть своих обидчиков из Европы, — ответила Мерси. — Ну из которых мозги пересаживали в роботов. Доктор Лектор сам признался в этом на допросе, который с ним провёл Раджив Гупта, но по приказу генерала Клифтона не дал ход этому делу. Похоже, что подполковник Конопка не поверил в обещанную амнистию от Роджера Максона.

—Интересная версия. Давайте посмотрим, что они ещё делают. Чёрт, это же он, — сказал полковник Экленд, указывая на 60-летнего мужика в докторском халате после вывода на экран камеры со склада.

—Кто он? — спросила Мерси.

—Доктор Ганнибал Лектор. И что он делает? Он же одевает силовую броню, —ответил полковник Экленд. — Никогда не думал, что он умеет с ней обращаться.

—Похоже, что подполковник Конопка или майор Барнетт научили его, — заметила Мерси. — Кстати, а вот и Барнетт.

—Дьявол. И что же нам делать? — спросил полковник Экленд. Но этот вопрос был риторическим, ни у кого на него не было ответа. Всем оставалось только наблюдать, как солдаты облачаются в силовую броню, берут оружие и покидают Убежище 68. В этот момент в комнату зашёл доктор Соломон Леви, который тоже находился в этой секции.

—Что у нас сегодня происходит? — спросил он. — Мой пип-бой не срабатывает на двери.

—Нас тут заперли, — ответил полковник Экленд.

—Заперли? — не понял доктор Соломон.

—Да, подполковник Конопка заявил, что меня и нашего смотрителя похитило Братство, — ответил полковник Экленд. — Вот смотрите, последняя группа покинула убежище для операции против Братства.

—Чёрт, надо их как-то предупредить, — сказал доктор Соломон Леви.

—Сам знаю. Я отправил сообщение мистеру Гупте. Не знаю, дошло ли оно. Это всё, что мы смогли пока сделать, — ответил полковник Экленд. Теперь стоит рассказать, что же было с Радживом Гуптой. Когда он с рыцарем Шином покинули Убежище 68 и Раджив Гупта впервые увидел солнечный свет за последние 25 лет, рыцарь Шин привёл его в лагерь Братства, который находился недалеко.

—Знакомьтесь, это смотритель Убежища 68 Раджив Гупта, — представил его рыцарь Шин другим рыцарям в силовой броне. — А это рыцари Мэтью Торнберри и рыцарь Сиго Барнетт.

—Здравствуйте, мне очень приятно встретить вас, рыцари! —поздоровался с ними Раджив Гупта. — Рыцарь Барнетт, Вы случайно не сын майор Барнетта?

—Именно так. Последний раз я его видел, когда мне было 5 лет, —ответил рыцарь Сиго Барнетт. — Он как обычно попрощался со мной и мамой и отправился в очередную командировку. А потом помню, как мы уходили с Марипозы. Моя мать погибла в этом исходе в Лост-Хиллз и меня воспитывал Роджер Максон вместе со своим сыном. Он тоже потерял мать. А когда меня посвятили в рыцари, старейшина Максон показал мне документы, на которых стояла подпись моего отца. Именно он отдал приказ испытывать на людях ВРЭ.

—Понятно. И что Вы собираетесь делать, когда встретитесь с ним? — спросил Раджив Гупта.

—Не знаю. Спросить, какого чёрта он это делал, — ответил рыцарь Сиго Барнетт. — Приказы с берегов Потомака? Это не оправдание, как учили нас.

—Да, но ведь в Братстве тоже есть приказы старейшины Максона, которые не обсуждаются? — спросил Раджив Гупта.

—Не совсем. Роджер Максон написал Кодекс Братства и первый поклялся его соблюдать, — ответил рыцарь Сиго Барнетт. — Потом его изучили мы все и тоже поклялись соблюдать. У нас есть Совет Старейшин, который может остановить выполнение любого приказа, если он противоречит Кодексу.

—До падения бомб у нас была Конституция, был Конгресс и Верховный Суд. Они должны были делать то же самое, но не справились с этим. Почему Вы думаете, рыцарь, что Совет Старейшин может с этим справиться? — спросил Раджив Гупта. — Только потому что так написано в Кодексе и это обещал Роджер Максон?

—Мистер Гупта, если у Вас есть предложения как это улучшить, я думаю, что Совет Старейшин рассмотрит Ваши предложения по улучшению Кодекса, — вмешался в разговор рыцарь Шин. — Вы ж ведь до падения бомб были законником и тоже в какой-то мере несёте за это всё ответственность. Кстати, у Вас что-то пищит.

—Вы правы. Пищит, — согласился Раджив Гупта и глянул на пип-бой. — Чёрт.

—В чём дело? — спросил рыцарь Шин.

—Полковник Экленд написал, что они заблокированы в закрытой секции убежища, — ответил Раджив Гупта. — Подполковник Грегори Конопка взял на себя командование и объявил, что меня и полковника похитило Братство. Он выдал оружие и силовую броню, чтобы нас освободить. Также полковник считает, что они взяли ядерные блоки и кое-что ещё из имущества Братства. Это нужно остановить. Я немедленно возвращаюсь обратно.

—Ни в коем случае, мистер Гупта! — возразил рыцарь Шин. — Если Вы это сделаете, то они Вас убьют. Это переворот.

—Что же делать? — спросил Раджив Гупта.

—Рыцари, слушайте мой приказ. Передайте сквайрам и послушникам, что мы немедленно сворачиваем лагерь и уходим в горы. В первую очередь отгоните браминов, — приказал рыцарь Шин.

—Да, сэр! — ответили рыцари Торнберри и Барнетт и отправились выполнять приказ. Вскоре Раджив Гупта шёл рядом с рыцарем Шином, а впереди них гнали браминов с поклажей.

—Скажите, рыцарь Шин, а почему они выполняют Ваши приказы? — спросил Раджив Гупта. — Вы ж ведь вроде в том же звании.

—Не совсем. Мы с Аланом старшие рыцари, — ответил рыцарь Шин. — Не только по возрасту, но и званию. Рыцаря Торнберри паладин Рахмани и Алан давно рассматривают, как кандидата на повышение в звании. Поэтому пока мы были внутри, снаружи командовал он по приказу паладина Рахмани. А сейчас я взял на себя командование.

—А куда мы идём? — спросил Раджив Гупта.

—Есть тут одно место, откуда вся долина, как на ладони. Прежде чем найти ваше убежище, нам пришлось тщательно исследовать местность, — ответил рыцарь Шин. Тем временем в закрытой части Убежища 68 Лейла Рахмани и остальные впадали в отчаяние, наблюдая, как облачённые в силовую броню солдаты покидают Убежище 68. Как только выход из убежища покинул последний солдат, доктор Соломон заметил одинокую фигуру капрала Диксона.

—А он что здесь делает? — спросил доктор Соломон Леви.

—Ну, с учётом того, что у него нет одной руки, Конопка посчитал его бесполезным и оставил в убежище, — ответил полковник Экленд. В этот момент доктор Соломон что-то набрал на пип-бое. На экране монитора все увидели, как капрал Диксон сначала взял карандаш в оставшуюся у него левую руку, взял острый конец в рот, а тупым принялся что-то делать со своим пип-боем.

—Что он делает? — спросила Лейла Рахмани.

—Печатает ответ, — ответил доктор Соломон. — Сейчас он вам поможет выбраться.

—Как? — спросила Лейла Рахмани.

—Я ему отправлю код, который открывает дверь с терминала снаружи, — ответил доктор Соломон Леви.

—Вы знаете код? — удивилась Мерси.

—Да, его знали всего 3 человека: я, генерал Клифтон и Раджив Гупта, — ответил доктор Соломон Леви. — Мы не доверяли настолько остальным членам совета, чтобы доверить им код. Работает он только снаружи.

—Погодите, мы оденем нашу силовую броню, — сказала Лейла Рахмани. — У нас должно хватить заряда ядерного блока. Полковник, Вы с нами?

—Разумеется, — ответил полковник Экленд.

—А я? — спросила Одесса Вальдес.

—Писец Вальдес, Вы останетесь здесь и продолжите работу над установкой связи с Лост-Хиллз, — приказала Лейла Рахмани. — Доложите обо всём, что тут произошло и получите дальнейшие инструкции, которые передадите мне, когда я вернусь.

—А если не вернётесь? — спросила Одесса Вальдес.

—Если я не вернусь, то Лост-Хиллз пришлёт второй экспедиционный отряд для наведения тут порядка, — ответила Лейла Рахмани. — Ладно, идём.

—Да, идём, — поддержал её Алан Коннорс и они отправились к выходу. Туда же отправился полковник Экленд, а также старший лейтенант Томас Мэйнард и лейтенант Лайонс. Одесса Вальдес осталась выполнять приказ. А Мерси, Дон и доктор Соломон Леви наблюдали на экране терминала, как группа во главе с полковником Эклендом передвигалась по убежищу в сторону выхода, натыкаясь на патрули охраны, которые были очень удивлены, что никто полковника не похищал. Лейла Рахмани провела их к лагерю, но на месте лагеря было пусто. Тем не менее Алан Коннорс заметил следы браминов и людей. А раз их заметил Алан Коннорс, то это могли сделать люди из Убежища 68. Они двинулись по следам в режиме скрытности и вскоре услышали свист пуль. Там шёл бой.

—Так, полковник, действуем по плану? — спросила Лейла Рахмани.

—Да, — ответил полковник Экленд.

—Рыцарь Коннорс, вперёд! — приказала Лейла Рахмани. Рыцарь Алан Коннорс поднял вверх сигнальный пистолет и выстрелил, а Лейла Рахмани подняла в воздух белую наволочку, которую предусмотрительно захватила из убежища.

—Прекратить огонь! Я полковник Экленд! Меня никто не похищал! — закричал полковник, когда стрельба стихла. — Какого чёрта здесь происходит?! Мистер Гупта! Если Вы живы, отзовитесь!

—Я жив! — отозвался сверху Раджив Гупта. — И меня тоже никто не похищал!

—Так какого чёрта перестрелка с нашими гостями?!— снова спросил полковник Экленд.

—Нам приказал подполковник Конопка стрелять при первом выстреле, — ответил майор О’Брэннон. — Сказал, что они вас похитили.

—Где он? — спросил полковник Экленд.

—Не знаю, — ответил майор О’Брэннон.

—Где майор Барнетт? — не унимался полковник Экленд.

—Не знаю, — ответил майор О’Брэннон.

—А что Вы знаете? — спросил полковник Экленд. — Потери есть?

—Потери есть, —ответил майор О’Брэннон и махнул рукой в сторону, где на земле лежали тела в силовой броне. Впрочем, некоторые из них подавали признаки жизни стонами.

—Значит так, окажите помощь раненным и доставьте их в Убежище, — приказал полковник Экленд. — Убитых внесите в список, мы их предадим земле на закате. Мистер Гупта, можете спускаться. Вам ничто не угрожает. Если найдёте Грегори Конопку, майора Барнетта и Ганнибала Лектора живыми, то арестуйте их и доставьте в убежище. Паладин Рахмани, мне очень жаль, что так произошло, но я надеюсь, что у нас с вами мир и ваши люди поступят с этой троицей также, а мы вместе будем их судить, так?

—Да, — ответила Лейла Рахмани и двинулась вверх по склону, а за ней вслед двинулся Алан Коннорс. Она там увидела лежащее на земле тело в боевой броне. Такую в Братстве носили послушники или сквайры. Лейла Рахмани перевернула тело, взглянула на лицо и вздохнула с облегчением. Рядом Алан перевернул другое. Лейла Рахмани посмотрела на Алана, но он покачал головой и это её успокоило. Лейла продолжила осматривать другие тела, а Алан подошёл к рыцарю Шину.

—Где сквайр Коннорс, Дэниэл?!— спросил он. — Где мой сын?!

—Я приказал Мэтью Торнберри прикрыть подходы сюда с северо-запада, —ответил рыцарь Шин. — Они пошли туда по хребту.

—Лейла, за мной, — приказал Алан Коннорс.

—Я тоже с вами, — сказал рыцарь Шин.

—Нет, ты тут остался единственный рыцарь. Поэтому организуй помощь раненным и составь список убитых, — приказала Лейла Рахмани. — Мы тоже предадим убитых землей на закате, а список придётся отправить в Лост-Хиллз. И тяжелораненных отправляй в Убежище 68. Мистер Гупта и полковник Экленд у нас в долгу и они окажут нам содействие по их лечению.

—Да, мадам! — ответил рыцарь Шин, а Алан Коннорс и Лейла Рахмани двинулись на северо-запад. А примерно в 700 ярдах на северо-запад по гребню хребта шёл рыцарь в силовой броне, а рядом с ним парень 20 лет в боевой броне.

—Рыцарь Торнберри, а почему мы оставили всех остальных так далеко позади? — спросил парень.

—Мы их расставили на достаточном расстоянии, чтобы максимально прикрыть любые попытки наших неприятелей взобраться по склону, — ответил Мэтью Торнберри. — Смотри, пацан, рыцарь командует взводом из 30 человек. И он должен уметь правильно оценивать местность и размещать на ней своих людей. Вот сейчас я преподам тебе один урок. Что ты видел на склонах, пока мы шли сюда?

—Деревья, — сказал парень.

—А какие деревья? — спросил Мэтью Торнберри.

—Сосны, — ответил парень.

—Верно. А что на соснах? — спросил Мэтью Торнберри.

—Иголки. Зелёные, а на некоторых жёлтые, — ответил парень.

—Правильно. А как ты думашь, сквайр Коннорс, сильно ли будет нам полезно то, что мы сейчас в руках держим в таких местах? — спросил Мэтью Торнберри.

—Не знаю, — ответил сквайр Коннорс.

—Смотри, снайперка там бесполезна, т.к. обзорность перекрывают деревья и ещё солнце с юга слепит. Поэтому мы там поставили послушников с «Пустынными Орлами», — сказал Мэтью Торнберри. — А вот тут другое дело, т.к. тут склон лысый. А ты у нас, сквайр Коннорс, отличник по стрельбе из снайперки. Я хорошо помню твои успехи в тире. Поэтому давай присядем и осмотримся. Направляй свою винтовку туда же, куда и я. Видишь то, что я вижу?

—Вроде да, — ответил сквайр Коннорс.

—И что ты видишь? — спросил Мэтью Торнберри.

—Вижу трёх человек в силовой броне, — ответил сквайр Коннорс. — Движутся на северо-запад. Это могут быть наши.

—Cucullus non facit monachum. Силовая броня не делает членом «Братства Стали», — сказал Мэтью Торнберри. — Нет, в Америке много осколков армии США, у кого есть силовая броня. И это точно не наши. Наши бы туда не направлялись. Они из Убежища 68 и намерения у них явно дурные. А теперь вспоминай, куда нужно стрелять, если видишь противника в силовой броне.

—В ядерный блок, — ответил сквайр Коннорс.

—Почему? — спросил рыцарь.

—Потому что он взорвётся, и силовая броня станет бесполезной, — ответил сквайр Коннорс.

—Правильно. Давай сейчас сделаем это. Стреляй в последнего, а я в того, кто посередине. На счёт 3. Раз, два, три, — произвёл отсчёт рыцарь Мэтью Торнберри и грянуло 2 выстрела. Рыцарь и сквайр наблюдали 2 фейерверка, от взрыва ядерного блока, а рыцарь Торнберри ухитрился сделать ещё один выстрел, так что ядерный блок у впереди идущего тоже взорвался.

—Круто! — прошептал сквайр Коннорс.

—А то, — ответил рыцарь Торнберри. —Но теперь слушай мой приказ. Сиди здесь и прикрывай меня. Главное не попади в мой ядерный блок. И стреляй только если мне реально угрожает опасность. Вопросы есть.

—Почему? — спросил сквайр Коннорс.

—У тебя нет силовой брони, а без неё ты из охотника можешь превратиться в жертву, что не устроит многих. Я хочу попытаться хоть кого-нибудь из них взять живым. Ладно, я пошёл, — ответил рыцарь Торнберри и в режиме скрытности двинулся вниз по склону. Внизу же его явно ожидали 2 старика в военной форме и один в докторском халате, как видел сквайр Коннорс через оптический прицел. Но Мэтью Торнберри спустившись встал в полный рост и направив свою снайперку на эту троицу, двинулся в их сторону. Похоже, что они обменялись какими-то репликами, которые сквайр Коннорс не слышал, после чего один старик в военной форме выстрелил в сторону рыцаря Торнберри. Но 10-мм пуля не может пробить силовую броню. Тогда рыцарь Торнберри выстрелил в колено этого старика, после чего тот упал. Следующий такой же выстрелил в ногу повалил старика в докторском халате. И в этот момент третий член этой группы что-то бросил в сторону рыцаря Торнберри, что взорвалось и повалило его на землю. И вот тут сквайр Коннорс не смог дальше сидеть в засаде. Он скатился с вершины хребта, затем вскочил на ноги и бросился к рыцарю Торнберри, к которому подходил уже тот человек.

—Стой! Буду стрелять! —крикнул сквайр Коннорс, направив снайперскую винтовку на того человека.

—Ой кто это здесь квакает? — спросил старик и направил 10–мм пистолет на сквайра Коннорса.

—Брось оружие! — потребовал рыцарь Коннорс.

—И почему я должен выполнять приказ какого-то молокососа, который даже старого мира не видел? — спросил старик. — Знаешь, сколько я таких, как ты обучал в те времена? Так что представься, пацан! И может мы с тобой поладим.

—Я сквайр Араш Коннорс, — представился парень. — Так что брось оружие и отойди на 10 шагов назад.

—Сквайр Араш Коннорс. Сынок рыцаря Алана Коннорса и той сучки Лейлы Рахмани. На мамочку ты похож, а вот на него не очень. Ну что ж, приятно познакомиться. А я майор Барнетт! — громко представился старик и выстрелил из своего 10-мм пистолета, после чего левую кисть Араша Коннорса обожгла боль, и он уронил винтовку.

—Е...! — выругался он, вытащил из правого кармана стимулятор и вколол в ладонь. Но этого было достаточно, чтобы майор Барнетт завладел снайперской винтовкой.

—Знаешь, пацан, похоже папа не научил тебя, что для таких игрушек нужно 2 руки. Это, кстати, он? Я вот думал, что прикончу его и пойду своей дорогой, но теперь всё будет по-другому. Последнее что он увидит перед тем, как сдохнет, будут твои развороченные кишки. И это будет моя месть за то, что вы припёрлись и взорвали дверь убежища. А также за то, что примкнули к этому уе... предателю Максону. Как тебе мой план? — спросил майор Барнетт, направляя ствол 10-мм в живот Араша Коннорса.

—Оставь парня в покое, — раздался голос, и майор Барнетт повернул голову, увидев ещё одного рыцаря в силовой броне с «Пустынным Орлом» в правой руке, который направил его в сторону майора Барнетта.

—О, ещё один рыцарь в сияющих доспехах, —проворчал майор Барнетт. —Ну, что может представишься? Хотелось бы знать, кто меня убьёт.

—Я рыцарь Сиго Барнетт, — представился рыцарь. — И я не буду тебя убивать, если ты отпустишь пацана и сдашься.

—А, так это ты, сынок! — ответил майор Барнетт. — Я не так представлял нашу встречу, да и не представлял её вовсе. Думал, что Максон тебя и твою мать в расход пустил, как сделал это с полковником Спайндейлом и учёными, в чём он признался в своём тогдашнем манифесте. Впрочем, он пошёл дальше. Ведь не так сложно пятилетнего пацана воспитать коммунистом, который будет готов родного отца убить.

—Роджер Максон настолько же коммунист, насколько и ты, отец! Это же коммунисты учат: «Индивидуальное второстепенно по отношению к коллективному. Истинный товарищ выбирает сотрудничество, а не индивидуализм»? — спросил Сиго Барнетт. — Разве вы в Убежище 68 жили не по этому принципу? Вы там даже делили одну женщину на всех офицеров, потому что других не было. Но в таком составе вас туда запихал не Роджер Максон, а наше бывшее правительство. Может, коммунисты проникли даже в него, не думал, отец?!

—О, как хорошо, что ты о ней вспомнил. Да, я не буду это отрицать. И у тебя в Убежище 68 есть очень красивая сестра, ровесница этого ублюдка, — ответил майор Барнетт. — А также у тебя там 3 племянника и четвёртый придёт в этот мир в этом году. Мне вот интересно, как ты им расскажешь, что убил её отца и их деда?

—Думаешь, они не поймут, когда узнают, что ты сделал? — спросил Сиго Барнетт. — Что ты подписал приказ учёным испытывать ВРЭ на людях? Я его видел. Или скажешь, что ты этого не делал?

—Не скажу. У меня был приказ от генерала Клифтона. А у него от людей с Потомака, — ответил майор Барнетт. — Также в деле были подписанные согласия этих людей на участие в эксперименте. Роджер Максон их тебе не показал? И кто были эти люди? Это были узкоглазые комми, что пришли на нашу Аляску, чтобы захватить оставшуюся там нефть. Мы их туда не звали, как и Братство предателя Максона в наше убежище. Их соплеменники применяли против американцев биологическое оружие. Ты ведь не знал, что у тебя был дядя. И этот дядя скончался в детстве от Новой Чумы, подарка от узкоглазых комми. Мы делали то, что были должны, чтобы защитить американцев.

—Мы можем долго спорить о том, что было до падения бомб, но может отпустишь пацана? — попросил Сиго Барнетт.

—А что мне это даст? Меня ведь всё равно убьёшь ты или его родители, —ответил майор Барнетт и тут сквайр Араш Коннорс услышал выстрелы, почувствовал обжигающую боль под правым ребром и погрузился во тьму. Когда он открыл глаза, то увидел комнату без окон, освещённую искусственном светом, в которой он увидел старика в белом халате и молодую женщину его возраста в платье, в котором было заметно, что она в положении. Она первая заметила, что Араш открыл глаза и позвала доктора, а тот велел снять с него кислородную маску.

—Привет, приятель! — поздоровался с ним доктор. — Ну и напугал же ты всех. Сколько пальцев видишь?

—Два, — ответил Араш Коннорс.— Где я?

—Ты в Убежище 68, а я доктор Соломон Леви. Это медсестра Асселина Барнетт, — представил доктор женщину, а Араш, услышав эту фамилию, поморщился, вспоминая, что было с ним. — Нам пришлось тебя прооперировать. Можешь подвигать пальцами левой руки? Так, неплохо, я сшил разорванную мышечную ткань, а остальное сделают стимуляторы. Я не буду спрашивать тебя, какой сегодня день, ты не можешь этого знать.

—Сегодня первый день весны 2103 года, — сказала Асселина Барнетт. — Да, ты пролежал в отключке 4 дня.

—А где?..— Араш попытался собраться с мыслями.

—Кто? Мой брат? — спросила Асселина. — Это он тебя сюда притащил, когда мой отец попытался тебя убить. Мне жаль.

—Рыцарь Торнберри? — простонал Араш.

—Его силовую броню закоротило из-за взрыва импульсной гранаты, — ответил доктор Соломон Леви. —Тоже работа майора Барнетта, будь он неладен. Он в сознании и смог рассказать, что произошло, но сейчас тоже пролечивается.

—А-а-а, — снова простонал Араш.

—Больно? Где? — спросил доктор Соломон Леви и Араш показал на живот. —Асселина, сделай ему инъекцию Мед-X. Это всё, чем мы пока можем помочь. Тебе нужно время для восстановления.

—Да, сэр! — ответила Асселина и принялась наполнять шприц.

—Твои родители тоже здесь, в Убежище 68, — продолжил доктор Соломон Леви, пока Асселина делала ему укол в вену. — Они навестят тебя, как только тебе станет чуть лучше. А пока тебе нужно немного отдохнуть. Асселина, пока ему только овощной суп можно. И много пить чистой воды. Дальше я составлю план анализов и лечения.

—Да, сэр! — ответила Асселина, а Араш Коннорс погрузился в сон. Когда он проснулся, в комнате не было Асселины и доктора, но была другая женщина, тоже в положении. Она представилась Ребеккой, старшей сестрой Асселины. Она помогла Арашу с гигиеническими процедурами и принесла овощной суп. А потом к нему пришёл его отец рыцарь Алан Коннорс и рыцарь Дэниэл Шин.

—Привет, сынок! Как себя чувствуешь? — спросил Алан. — Ну и напугал же ты нас всех.

—Не знаю, больно, — ответил Араш.

—Ранение—это всегда больно. Но ты боец. Помнишь, Алан, как я сказал это, когда мы впервые увидели тебя, придя из Мохаве? — спросил рыцарь Шин. — Ты тогда только родился.

—Да, было дело, — подтвердил Алан. — Хорошо, что всё относительно хорошо закончилось. Только, сынок, больше так не делай. Ты вполне мог пристрелить этого ублюдка Барнетта с гребня хребта. Зачем было спускаться?

—Я хотел взять его живым, — ответил Араш Коннорс. — Как и рыцарь Торнберри.

—Ну да, Мэт рассказал тоже самое. Знаешь, сынок, ты побывал в реальном бою. Мы готовили тебя стать рыцарем, но если ты захочешь стать писцом как твоя сестра, мы с мамой это поймём, — сказал Алан Коннорс. — Для писцов есть тоже очень много работы.

—Нет, я хочу стать рыцарем, как вы с мамой, —возразил Араш Коннорс. — Кстати, где она?

—Мы стали рыцарями, потому что до того служили в Национальной Гвардии Калифорнии, — ответил Алан Коннорс. — Но мир изменился и продолжает меняться. С мамой твоей всё в порядке. Она просто сейчас немного занята и пытается разрулить последствия всего, что случилось. Как это бывало уже не раз.

—Последствия? — спросил Араш Коннорс.

—Да, сынок, почему рыцарь Торнберри пытался хоть кого-то из них взять живым? Братство Стали было создано, чтобы возродить цивилизацию, — ответил Алан Коннорс. — Роджер Максон не сам писал Кодекс, в этом участвовали мы все. Очень многие пункты Кодекса были выработаны путём компромиссов. Но главное не только его буква, но и дух. Наша цель — возродить цивилизацию и сохранить технологии, а также не допустить злоупотребления ими. Для этого мы должны сотрудничать с другими людьми, объединяться с ними и делать общее дело. Это то, чего хотел бы Роджер Максон, чего хотели бы мы с мамой. К сожалению, не все в Братстве это понимают. Старейшине Максону приходится лавировать между разными группами, которые по-разному понимают букву и дух Кодекса, чтобы не допустить распад Братства.

—Но ты считаешь, что я всё равно должен был застрелить его с гребня хребта? — спросил Араш Коннорс.

—У тебя не было силовой брони. Будь ты рыцарем в силовой броне, ты бы мог рискнуть, если бы только у майора Барнетта не оказалось ещё одной импульсной гранаты, — ответил Алан Коннорс. — Но с другой стороны ты не побоялся спуститься, чтобы защитить своего рыцаря. В этом и смысл Братства. Мы все защищаем друг друга в сражениях.

—А что случилось с майором Барнеттом и его спутниками? — спросил Араш Коннорс.

—Его сын, рыцарь Сиго Барнетт застрелил его там, а тебя отнёс сюда, — ответил Алан Коннорс. — А мы с твоей мамой помогли рыцарю Торнберри выбраться из его силовой брони и тоже доставили сюда. Доктор Ганнибал Лектор и подполковник Грегори Конопка умерли там от потери крови. У нас не было времени и ресурсов их спасать. Да и они это заслужили. Ведь это они Конопка и Барнетт-старший выкрали ядерные блоки, заперли нас в убежище, а также устроили эти беспорядки, чтобы сбежать. Мы им не дали это сделать. Это уже хорошо. Но при этом у нас есть потери, в т.ч.в твоём взводе. Вот это уже плохо.

—Понимаю. А кто погиб? — спросил Араш и Алан начал перечислять ему имена. А тем временем Лейла Рахмани вела переговоры с Роджером Максоном.

—Как дела у сквайра Коннорса? — спросил Роджер Максон после того, как они обменялись приветствиями.

—Спасибо, уже лучше, — ответила Лейла Рахмани. — Он уже пришёл в сознание.

—Это радует. Ладно, перейдём к делу. Мы на Совете Старейшин обсуждали ситуацию с Убежищем 68. Она не нравилась многим с самого начала, а после вашего отчёта.... Вы потеряли 6 послушников и трёх сквайров. Сквайр Коннорс чуть не стал четвёртым. И ради чего? Вы же не нашли в этом убежище ничего интересного, кроме корпусов робомозга. Эта технология была ещё в исследовательском центре «Вест-Тек», — сказал Роджер Максон. — Я тогда думал, что в них используется киборгизированный мозг шимпанзе. Если бы я знал...

—Зато теперь мы знаем, — ответила Лейла Рахмани. — Одесса Вальдес записала голодиски с полным описанием этой технологии.

—А толку? — спросил Роджер Максон. —Шимпанзе у нас в любом случае нет, а из людей мы не будем извлекать мозги. Это такой же пример плохой технологии, как ВРЭ.

—Эту технологию можно использовать по-разному, — ответила Лейла Рахмани. —Например, перенести мозг человека в биогель, если он находится при смерти по причинам, не связанным с поражением нервной системы. И так можно продлить человеку жизнь уже в теле робота.

—Ну и Вы бы хотели для себя такого? — спросил Роджер Максон. —Или для своих детей? Довоенная наука утратила моральные ориентиры и превратила человека в ресурс, что и привело к катастрофе. У человека при смерти невозможно взять согласие на помещение его мозга в робомозг. Кроме того, мы не знаем, как потеря природного тела повлияет на поведение человека в теле робомозга. Нет, эту технологию мы не будем использовать.

—По крайней мере писцам стоит изучить её, чтобы понимать, как противостоять, — ответила Лейла Рахмани.

—Ну разве что с этой целью, — согласился Роджер Максон. — Но во всём остальном данная миссия — это полный провал. Те, кого вы потеряли, были родственниками многих старых членов Братства. Поэтому что касается принятия в Братство обитателей Убежища 68. Старейшины готовы принять Экленда, Гупту, доктора Соломона Леви и женщин с детьми. Остальных они принимать не хотят. Они подняли оружие против членов Братства, а это главный запрет в Кодексе.

—Это случилось непредумышленно, т.к. их обманули подполковник Конопка и майор Барнетт, — ответила Лейла Рахмани. — Мы это всё отразили в отчётах. Они думали, что мы похитили их лидеров и действовали в состоянии мнимой обороны.

—И ваши голосовые отчёты я дал прослушать старейшинам. К сожалению, даже отчёт рыцаря Коннорса их не убедил, хоть Вы знаете, каким он бывает красноречивым. Они говорят: «Нет», — сказал Роджер Максон. — И я ничего не могу сделать.

—Хорошо, а что на счёт тех, кто был заперт с нами и не принимал участие в сражении? — спросила Лейла Рахмани. — Кто нёс службу внутри Убежища и тоже не виновен в пролитии крови членов Братства?

—Ладно, составьте списки, кто где был во время сражения, — ответил Роджер Максон. — Тогда мы сможем что-то решать. Я попробую убедить старейшин. Но учтите, что каждый из них пройдёт допрос в Лост-Хиллз и если по ком-то будет неправдивая информация...

—Я понимаю, старейшина! — сказала Лейла Рахмани.

—Хорошо, тогда до связи, — попрощался Роджер Максон.

—До связи, старейшина! — попрощалась с ним Лейла Рахмани. После этого она попросила у полковника Экленда данную информацию, а тот передал запрос вниз. Вскоре об этом знал весь офицерский состав. И на следующий день к ней подошёл старший лейтенант Томас Мэйнард.

—Паладин Рахмани, разрешите обратиться? — попросил он.

—Я Вас слушаю, — ответила Лейла Рахмани.

—Я слышал, что Вы запросили списки тех, кто принимал и не принимал участие в сражении. Как я понимаю, речь о том, что Братство не хочет принимать тех, кто запятнал себя в нём, хотя рядовые и не только всего лишь выполняли приказ и думали, что спасают нашего смотрителя и полковника Экленда? — спросил Томас Мэйнард.

—По сути да, мы пытались уговорить старейшин принять всех, но они непреклонны, — ответила Лейла Рахмани.

—Мы с капитаном Максоном вместе служили ещё в охране исследовательского центра «Вест-Тек», — сказал Томас Мэйнард. — Как и почти все из моего взвода, которых перевели сюда. Я переговорил с парнями, и мы хотим предложить ему и всем остальным в Братстве одну вещь. Могли бы мы с ним переговорить по радиосвязи и изложить наше предложение?

—Хорошо, я постараюсь это устроить, — ответила Лейла Рахмани.

—Спасибо, паладин! — поблагодарил её Томас Мэйнард. На следующий день Лейла Рахмани пригласила Томаса Мэйнарда на сеанс связи со старейшиной Максоном.

—Добрый день, Старейшина! — сказала Лейла Рахмани, когда связь была установлена. — Тут присутствует старший лейтенант Мэйнард. Вы говорили, что знаете его.

—Приветствую, паладин Рахмани и старший лейтенант Мэйнард! — ответил Роджер Максон.

—Добрый день, капитан Максон! — поприветствовал его Томас Мэйнард.

—Он не капитан теперь, а старейшина, — поправила его Лейла Рахмани.

—Да, конечно, простите, старейшина! — продолжал Томас Мэйнард. — Подумать только: 25 лет прошло и мир поменялся. Наступил тёмный 22-й век, в котором светом является только Братство Стали и только оно может возродить цивилизацию. А послушники, сквайры, рыцари, паладины и писцы делают очень важную работу.

—Ближе к делу, старший лейтенант! — попросил Роджер Максон.

—Хорошо, я начну с того, что мне очень жаль, что произошло сражение между солдатами Убежища 68 и Братством Стали. Обе стороны имеют потери в этом сражении, в котором абсолютно не было нужды, — продолжил Томас Мэйнард. — Нас обманули командиры. Я сам в этом сражении участия не принимал, т.к. был заперт в убежище, а вот мои парни... При том, что они просто выполняли приказ и реально полагали, что их смотрителя и полковника похитили ваши люди. И теперь они не достойны Братства, а большинству там больше 45 лет. Я уже не говорю о тех, кому за 50. Впрочем, я и многие офицеры виноваты во многом другом. Мы были частью эксперимента, который проводили над нами. Невиновных здесь нет. Хотя если бы не этот эксперимент, то не было бы моей дочери Тибби. Но мы с парнями вот о чём подумали. Раз уж наступил тёмный 22-й век, и мы вернулись к тому, с чего начинали наши предки в тёмные века, то может воспользуемся некоторыми обычаями тех времён. В те века ситуации с человекоубийством без злого умысла можно было уладить, выплатив виру потерпевшей стороне. Братство собирает технологии для того, чтобы возродить мир, а также чтобы ими не воспользовались те, кто может миру навредить. И мы с парнями думаем, что мы могли бы кое-что предложить по этой части. А взамен вы примете всех обитателей Убежища 68 в Братство, кто этого хочет и на том все наши конфликты будут исчерпаны. Что скажете, старейшина?!

—Расскажите, о каких технологиях идёт речь, — попросил Роджер Максон.

—Помните исследовательский центр «Вест-Тек»? — спросил Томас Мэйнард. —Мы с парнями решили, что мы можем совершить путешествие туда, а дальше если там уцелел ZAX, то забрать с него всю информацию, а также найти голодиски или прочие артефакты. Это идея сержанта Денниса Аллена. Он во время несения там службы спускался на нижние уровни и видел много интересного, чему тогда не придавал значения, но сейчас он считает, что это могло бы заинтересовать писцов Братства. Вы ж его помните?

—Это безумие. Скорее всего, комми разбомбили исследовательский центр и там высокий уровень радиации, — ответил Роджер Максон. — Это будет дорога в один конец.

—Парни готовы рискнуть. Мы возьмём туда только добровольцев, которые понимают, на что идут. Сержант Деннис Аллен считает, что в силовой броне и с запасом Рад-X и антирадина у нас есть шансы. Я с ним согласен, —сказал Томас Мэйнард. —Если же мы не вернёмся, значит вира будет уплачена нашими жизнями. Но если мы выберемся оттуда, то принесём вашим писцам то, что найдём. Я даю слово офицера. Взамен я хочу, чтобы вы приняли в Братство всех из Убежища 68.

—Я должен посоветоваться с остальными старейшинами, — ответил Роджер Максон. — Я не могу это решать сам.

—Хорошо, тогда передайте им, что мы отправимся туда в любом случае. Наших собственных запасов антирадина, ядерных блоков и прочего вполне хватит, чтобы дойти туда. Но если нам удастся достать хоть что-то, я думаю, что старейшины не захотят, чтобы это попало не в те руки? — спросил Томас Мэйнард.

—Хорошо, старший лейтенант Мэйнард, я Вас услышал. До связи, — попрощался Роджер Максон.

—До связи, — попрощался с ним Томас Мэйнард и на этом разговор был окончен. Естественно, процесс составления списков остановился. В этот же день Лейла Рахмани навестила сына. В их разговоре не было ничего интересного для нас, в основном она справилась о том, как он себя чувствует и порадовалась, что уже лучше. А также похвалила за храбрость, но и пожурила за безрассудство. «В бою нужно быть храбрым, но стараться действовать разумно, исходя из обстоятельств», — сказала она. Через пару дней Роджер Максон дал добро на то, чтобы к Братству Стали присоединились все, кто того пожелает. Также он разрешил Лейле Рахмани отобрать в Убежище 68 тех, кто пойдёт с ней дальше на восток. Так что дальше она обучала Мерси и её дочерей носить силовую броню, проводила собеседования бывшими солдатами армии США в Убежище 68. В последнем ей помогали рыцари Алан Коннорс и Дэниэл Шин. Они отобрали около 100 человек, которые хотели пойти на восток и, по их мнению, могли сражаться. В основном это были рядовые и сержанты. Когда март подходил к концу рыцари Мэтью Торнберри и сквайр Араш Коннорс уже почти полностью излечились от ранений. И тогда Лейла Рахмани и Алан Коннорс решили поговорить с сыном.

—Послушай, сынок! — начала Лейла Рахмани. —Через несколько дней в Убежище 68 закончится сбор урожая. Мы соберём припасы и часть из нас двинется в Лост-Хиллз, а часть дальше на восток. Я поручила рыцарям Торнберри и Барнетту помочь всем добраться до Лост-Хиллз. Ты служишь под началом рыцаря Торнберри и пойдёшь с ним в Лост-Хиллз.

—А мы идём на восток, — закончил эту мысль Алан Коннорс.

—Но почему? — спросил Араш. — Я бы хотел пойти с вами.

—На это есть много причин. Во-первых, ты служишь под началом рыцаря Торнберри. Во-вторых, ты был ранен, — ответила Лейла Рахмани. —В-третьих, ты видел, что творится на Пустоши? Мы не успели пройти горы Сьерра Невада, а уже вляпались в сражение с потерями. А что будет дальше? Ты ещё не готов ко многому и тебе этому придётся учиться. Здесь в Калифорнии. А для нас это скорее всего будет дорога в один конец.

—В один конец? — ужаснулся Араш.

—Да, это путешествие очень опасное, — ответил Алан Коннорс. — Мы с твоей мамой очень много чего повидали, но мы не всесильны. Связь с паладином Таггерди пропала. Кто знает, что нас ждёт там или по дороге? Если всё будет хорошо, то мы наладим связь из Аппалачии. Если нет, то ты будешь нужен в Лост-Хиллз.

—Это моё решение, и я его не изменю, — продолжила Лейла Рахмани. — Но я отправила отчёт старейшинам обо всём, что случилось, и отметила твой героизм, как и героизм рыцаря Торнберри. Я рекомендовала повысить его до старшего рыцаря, а тебе присвоить звание рыцаря. Ты уже готов сражаться по-взрослому, но тебе предстоит ещё многому научиться. Лучшего учителя, чем рыцарь Торнберри на данный момент нет. А также не забывай слушать тех, кто пойдёт с тобой отсюда в Лост-Хиллз. У многих боевой и жизненный опыт немаленький. А также помни, чему мы тебя учили. Кодекс важен, но важно также иметь разум и сердце и помнить ради чего мы всё это делаем. Ради чего?

—Чтобы возродить цивилизацию, — ответил Алан Коннорс.

—Отлично, — сказала Лейла Рахмани. — Ad Victoriam!

—Ad Victoriam! — повторил Араш Коннорс. И вот когда урожай был собран, все покинули Убежище 68 и 2 группы людей пошли в разных направлениях: одна на восток, а другая на юго-запад. В Хабе они разделились и взвод под командованием старшего лейтенанта Томаса Мэйнарда и лейтенанта Лайонса двинулся на юг, а другая группа пошла на запад в Лост-Хиллз, где полковник Экленд передал Хейли Такано голодиск от Одессы Вальдес со всеми данными из Убежища 68. Так и закончилась история этого Убежища.

На этом Дженн закончила свой рассказ. А Джейми спросила:

—А что Хаб уже был тогда?

—Да, в Хабе уже 10 лет как жили люди, — ответила Дженн.

—Интересно, а Лейле Рахмани и её спутникам удалось дойти до Аппалачии и выяснить, что там случилось? — спросил Эрик.

—Да, но там было не всё так просто. По дороге они столкнулись с племенем «Кровавых орлов», — ответила Дженн, посматривая в костёр. — В битве с ними погиб Алан Коннорс и все, кого они набрали в Убежище 68. А остальных сквайров и послушников Лейла Рахмани отправила обратно в Лост-Хиллз. Выжила только она, рыцарь Дэниэл Шин и писец Одесса Вальдес. Там они заняли Форт-Атлас в июле 2103 г. Одесса Вальдес сначала хотела написать полную версию этой истории, но паладин Рахмани заставила её выкинуть из истории своих детей и что именно произошло в Убежище 68. По той версии они всего лишь стали жертвой рейдеров и рыцарь Торнберри всех спас, но был отправлен обратно.

—Почему? — спросила Джейми.

—Потому что она решила здесь делать всё по-своему. Перед отбытием из Убежища 68 у неё был последний разговор с Роджером Максоном, в котором он дал ей понять, что старейшины, которые не состоят с ним в родстве очень недовольны провалом в Убежище 68. И ещё одного такого чрезмерного доверия лицам, которые не входят в Братство, они не простят, — ответила Дженн. — А потом, когда Одесса Вальдес нашла возможность установить связь, Лейла Рахмани уничтожила передатчик. Официальная причина была в том, что многих старейшин интересуют только технологии, но не возрождение цивилизации.

—А какая неофициальная? — спросила Джейми.

—В приватном разговоре с Одессой Вальдес после уничтожения передатчика, который я тоже вижу, она говорит: «Мы находимся далеко и ничего не знаем о том, что происходит на западе. А представь у нас будет связь, и мы с тобой узнаем, что что-то случилось с кем-то из наших близких. Как думаешь, мы сможем выполнять нашу миссию здесь также хорошо, как если мы ничего не знаем? Рыцарь Шин— круглый сирота, а у нас там остались те, кто нам дорог. Иногда лучше не знать, что с ними происходит», —сказала Дженн, снова посмотрев в огонь.

—Получается, что она именно по этой причине сына отправила в Лост-Хиллз, —заметила Джейми.

—Думаю, что да, — подтвердил я.

—А что стало с группой, что пошла в исследовательский центр «Вест-Тек»? —спросил Эрик. — У них получилось?

—Нет, они не вернулись оттуда, — ответила Дженн. — Столкнулись с работающей системой защиты. Их убили роботы и радиация. А вот до Лост-Хиллз дошли все. Правда, адаптироваться дочерям Мерси там пришлось сложно. Очень многое было не так, как они привыкли. В основном они проходили тренировку писцов. Доктор Соломон Леви служил там доктором до самой своей смерти, а потом его сменила Ребекка, а её сменила Лорри, её самая младшая дочь, которая родилась уже в Лост-Хиллз. Также в Лост-Хиллз родился Джонатан Лайонс, сын Дон Клифтон и лейтенанта Лайонса и предок Оуэна Лайонса, о котором нам рассказывал Мариус. Он тоже дослужился до членства в совете старейшин и это была его инициатива отправлять всех кандидатов в послушники выяснить, что случилось с его отцом, который не вернулся из похода на юг.

—И кто-то что-нибудь узнал? — спросил я.

—Почти никто оттуда не возвращался, — ответила Дженн.

—Почти? — спросила Джейми.

—Да, в 2152 г. Джон Максон на тот момент главный паладин организовал туда экспедицию, — ответила Дженн. — На тот момент уже не осталось никого, кто бы бывал там до войны, поэтому они ориентировались по карте. Им удалось найти только радиоактивный кратер. Джон Максон и Джонатан Лайонс хотели туда спуститься, но Матия настояла, чтобы они туда не лазили, т.к. это слишком опасно.

—Матия? — спросила Джейми.

—Да, вторая жена Джона Максона. Первой была Тибба Мэйнард. Тибба стала первой из внучек Мерси, которая не захотела становиться писцом и решила пройти обучение на рыцаря. Они вместе сражались с рейдерскими племенами, которые тогда появились в Калифорнии. Ну кроме времени, когда она вынашивала, рожала и кормила детей. Собственно, от неё пошла старшая ветвь династии Максонов, — ответила Дженн. — В 2135 г. незадолго до смерти Роджера Максона Тибба погибла в сражении с Гадюками.

—И его утешила Матия, а от неё пошла младшая ветвь, — подытожила Джейми.

—Именно так. Её звали Матия Коннорс и она была дочерью Араша Коннорса и Асселины. Т.е. приходилась полукузиной, как Тиббе, так и самому Джону. По примеру своей кузины она тоже решила стать рыцарем. Ну а после гибели Тиббы... Старшие дети не оценили, что Джон Максон наградил их мачехой и кровными сиблингами. А также то, что, став старейшиной, он сделал Матию секретарём совета и нередко поручал ей проводить заседания вместо него. А между прочим она не дала ему умереть в 2152 г. Экспедиция была прервана, т.к. он получил радиационное отравление. Антирадин помог, но его оставалось мало и Матия решила не рисковать и настояла на возвращении в Лост-Хиллз. А это место они назвали «Свечением», — продолжила свой рассказ Дженн. — А потом в 2155 г. погиб отец Джона Максона в сражении, и Джон стал старейшиной, а в 2160 г. Верховным старейшиной, но многие вещи не мог уже делать просто физически. Вражда между старшей и младшей ветвью усилилась в следующем поколении и это привело к тому, что одного из Максонов из младшей ветви изгнали и так он оказался здесь. Это был отец Хуана Максона Элсдрагона.

—Святое дерьмо! —выругалась Джейми. —Так о судьбе отряда кто-нибудь узнал?

—Да, узнали. Свечение исследовала группы Выходца из Убежища 13, твоего отца, Майкл! — ответила Дженн. — Деннис Аллен записал на голодиске сообщение, которое он нашёл и отдал Братству. В его группе тогда была Танди, Ян и некая Катя. Кто-то из них рассказал гулям об этом месте и так начался процесс заселения штата Сияние Дня.

—Интересная история, — заметил я.— Ладно, нам пора расходиться по шатрам. Завтра ранний подъём, как обычно.

—Конечно, — поддержала меня Джейми. После этого мы разошлись по шатрам, а в нашем Дженн, переодевшись в прикид из Ксиабулы, принялась доставать всю нашу атрибутику и сказала:

—Ну что, видишь, дар может быть полезным.

—Вижу. Но получается, что Хуан Максон Элсдрагон твой дальний родич? —спросил я.— Мне как-то не хочется его убивать после этого. А ты что думаешь?

—Если бы ты видел, что он делает с Кирой, то ты бы так не говорил, — ответила Дженн.

—Ну, если он согласится её отпустить, меня это устроит, — заметил я.

—Он не согласится, а потом нам ещё нужно получить контроль над племенами перевала, чтобы они нам помогли в битве с королём демонов, — ответила Дженн.

—Можем предложить ему сотрудничество по этой части, — сказал я.—Супермутанты — это и его проблема тоже.

—Нет, Майкл, извини, но я не видела такой возможности, — ответила Дженн. —Хотя могла бы посмотреть завтра.

—Было бы неплохо, — сказал я и поцеловал Дженн. А затем одел на неё ошейник, маску на глаза, кляп, зафиксировал её руки за спиной цепочкой за крестовину на потолке и приступил к экзекуции. Два круга порки и жёсткого траха киски Дженн, после чего она довольная растянулась на матрасе и захрапела, а я писал дневник и думал, что в этой ситуации будет правильно. Хотя, наверное, ответ я найду завтра.