Скотт обрадовался, что теперь у него было достаточно средств, чтобы сделать всё, что он считал необходимым. Гораздо больше его беспокоило то, что он уже почти четыре месяца находился в 2008 году, но так и не смог найти ни одного человека, которого можно было бы забрать с собой. Он понимал, что время на исходе, если он собирался вернуться 31 мая.

Он продолжал часами общаться на шотландских форумах каждую ночь, но пока не смог найти ни одного подходящего кандидата. Он вспомнил слова полковника — тот предположил, что Скотт говорил о клубе реконструкторов сражений. Скотт задался вопросом, какие люди занимаются подобным делом? Могут ли среди них быть профессионалы, для которых это хобби?

Некоторое дополнительное исследование подобных организаций показало, что в радиусе двадцати миль от его квартиры было тринадцать достаточно активных. Скотт решил, что стоит это изучить и, возможно, даже взять с собой семью на однодневную поездку. Нельзя было отрицать, что у них наверняка были точные костюмы того времени, и ему не составило труда убедить девочек, что это будет весело.

В день мероприятия Скотт и его жены надели одежду IX века и погрузились в внедорожник, чтобы отправиться в Стерлинг. Когда они прибыли, там уже было установлено несколько больших шатров, и люди толпились в них, покупая разные предметы одежды и оружия, изготовленные по образцам того времени.

Скотт заметил, что среди представленных костюмов были экземпляры, относящиеся к самым разным историческим эпохам, несмотря на то, что мероприятие позиционировалось как реконструкция битвы на Стерлингском мосту. Скотт удивился этому, ведь для той битвы было совершенно неподходящее время года. Его приписали к войскам Уоллеса, а его жены махали ему руками и приветствовали его с края поля. В реконструкции не было никакой утонченности. Были назначены командиры, которые выкрикивали инструкции различным отрядам, приказывая им двигаться так, как, согласно историческим данным, эти отряды были развернуты во время настоящей битвы.

После нескольких часов беготни и криков был дан приказ остановиться, и все смешались, чтобы поболтать и выпить пива, которое теперь подавали из другого большого шатра. Жены Скотта присоединились к нему с детьми, и они пообщались со многими разными группами. Его воодушевление росло, так как становилось ясно, что общество реконструкторов состояло из самых разных людей. Они уже поговорили с врачом, адвокатом и несколькими мастерами - сантехником и электриком.

Скотт считал, что эта группа обладала реальным потенциалом в качестве источника рекрутов. Они явно были без ума от шотландской истории, если судить по тому, сколько времени и денег они посвящали ее реконструкции. Накрыли шведский стол, и Скотт продолжал пробираться сквозь толпу, стараясь поговорить с как можно большим количеством людей, чтобы узнать, чем они занимаются в повседневной жизни. Он встретил медсестру, инженера-строителя и нескольких старших научных сотрудников, работавших на нефтеперерабатывающем заводе в Гранджмуте.

Прямо перед тем, как он решил завершить день, он подслушал ещё один разговор, который обещал ещё больше. Группа мужчин, стоявших позади него, обсуждала крупнейшее историческое воссоздание года - битву при Баннокберне. Судя по их словам, на это мероприятие собиралось прибыть ещё несколько групп. Судя по всему, были две группы, которые всегда затмевали остальных. Их костюмы и оружие были очень точны в деталях, и вся группа выглядела слаженно. Один из мужчин ворчал, что это потому, что группы состояли из хорошо оплачиваемых профессионалов, у которых денег больше, чем здравого смысла.

Скотт воспользовался возможностью поговорить с этой группой и сказал им, что подслушал их разговор о реконструкции битвы при Баннокберне. Заставить их говорить об этом мероприятии было несложно, так как все эти энтузиасты с нетерпением ждали именно его. Вскоре Скотт смог перевести разговор на различные группы, которые собирались принять участие в этом мероприятии, и через несколько минут он узнал названия двух обществ, которые, по утверждению этих мужчин, состояли из хорошо оплачиваемых профессионалов. Он запомнил эту информацию, а затем позвал свою семью, чтобы отправиться домой.

Скотт с головой погрузился в изучение двух обществ реконструкторов, о которых ему рассказали. В интернете и в архивах местных газет тех районов, где они базировались, он смог найти массу подробной информации. Его глаза засияли, когда он увидел статью, посвященную этим людям: архитекторы, инженеры, ученые - это было практически точным повторением списка, который он составил еще в Далриаде. Он знал, что должен встретиться с этими людьми и попытаться вовлечь их в свои планы.

Самым большим недостатком, который он видел, было то, что, судя по их сайтам, ни одно из этих обществ не планировало участвовать в каких-либо мероприятиях до реконструкции битвы при Баннокберне. Как и любой настоящий шотландец, он знал, что битва при Баннокберне произошла 23–24 июня (в 1314 году), почти через месяц после того, как он планировал вернуться в Шотландию IX века. Если он задержится, чтобы встретиться с этими людьми, он пропустит в Далриаде не шесть, а двенадцать лет, и это может обернуться катастрофой.

Скотт обсудил свою проблему с женами и попросил их совета. Все они дали понять, что если он вернется через шесть лет с пустыми руками, это будет хуже, чем вернуться через двенадцать лет с людьми, которые нужны Шотландии. Скотт переживал из-за этого, даже мучился. Быть вдали от своих двух других сыновей, Дэвида и Кринана, оставить своих друзей Габрайна и Лахлана и покинуть Шотландию на двенадцать лет. Это был поистине душераздирающий выбор, который ему предстояло сделать.

Он решил прогуляться, чтобы освежить голову. Он кружил по парку, обдумывая свои обязанности как Верховного короля. А что, если Шотландия подвергнется нападению? А что, если его дети и друзья нуждаются в нем? Наконец он пришёл к мучительному выводу, что его жёны были правы. Ему нужно было хотя бы попытаться нанять людей, которые, как он считал, были ему нужны. Он пытался утешить себя тем, что оставил Шотландию с гораздо более совершенным оружием, с помощью которого она сможет защищаться, пока его не будет. Было крайне маловероятно, что враги догонят ее, даже через двенадцать лет.

Скотт медленно шел обратно к квартире, понурив голову под тяжестью мыслей, которые ему приходилось обдумывать, и последствий принимаемых им решений. Он повернул ключ в замке двери и услышал знакомый голос, доносившийся из гостиной. У Скотта сжалось сердце.

— Боже мой! Это моя мама!, - подумал он про себя.

Он слышал, как девочки разговаривают с матерью, и по их тону было понятно, что ничего необычного не происходит. Скотт начал успокаиваться, полагая, что его женам каким-то образом удалось придумать достаточно убедительную легенду, чтобы объяснить матери, почему они здесь. Но тут он услышал...

— О, у меня самые милые внучки! И запомните, девочки: не позволяйте Скотту всегда поступать по-своему. Важно, чтобы он думал, что поступает по-своему, когда на самом деле делает именно то, что вы от него хотите

— Но мама, он не такой тупой, как другие мужчины, иногда он проникает в суть того, что мы пытаемся сделать! - сказала Фиона.

— Это не оправдание, Фифи, тебе нужно стараться больше.

— Я считаю, что неправильно так обманывать нашего мужа. Он так много жертвует ради нас и ещё больше ради Шотландии. Он действительно избранный Ард Ри, - сказала Эйлиан.

— Да, быть Верховным королем... Уверена, Фергус будет этим хвастаться в гольф-клубе! И, полагаю, это делает меня матерью Верховного короля! - хихикнула Хизер Макдональд.

— Мама, мы говорили тебе на прошлой неделе: ни ты, ни Фергус не можете никому об этом рассказывать. Это создаст большие проблемы для Скотта, - сказала Хельфе.

Скотт услышал достаточно. Его мать, очевидно, знала, что девушки - его жены, что дети - его и что он - Верховный король. Было ясно, что это не ее первый визит к девушкам, и она явно не была потрясена той информацией, которой сейчас располагала. Он решил, что пришло время ответить за свои поступки.

Он вошел в гостиную, и все разговоры стихли. Его жены смотрели на него так, будто их поймали на том, что они съели последние его любимые креветки. Его мать смотрела на него... ну, так, как она всегда смотрела на него, как на своего маленького мальчика.

— Мам, я думаю, нам нужно поговорить.

— Ой, нам предстоит долгий разговор, Скотт. Тебе придется объяснить, почему ты скрывал от меня этих прекрасных внуков! Да, мой мальчик, тебе предстоит многое объяснить!»ж

Скотт сглотнул, когда выяснилось, насколько много знает его мать. Его продолжало беспокоить то, что мать, похоже, не ставила под сомнение всю эту историю о «путешествии в прошлое» и о том, что «мой сын - Верховный король Шотландии».

— Скотт, твой отец и я можем простить тебе почти всё, но скрывать от нас наших внуков - это непростительно. Фергус уже несколько недель ждет и утверждает, что я должна дать тебе презумпцию невиновности. Он клянется, что ты просто ждешь подходящего момента, чтобы рассказать нам. Он оправдывает тебя, говорит, что, вероятно, все это настолько невероятно, что ты не можешь найти способ рассказать нам. Ну что ж, мой мальчик, сейчас самое время объясниться!

Скотт понял, что его мать почему-то сосредоточилась прежде всего на вопросе о внуках. Его главный грех, по-видимому, заключался в том, что он лишил ее возможности видеться с ними, а все остальное было второстепенным.

В этот момент раздался звонок в дверь.

— О, хорошо, - сказала его мать, - похоже, это Фергус, теперь ты сможешь объясниться перед нами обоими одновременно.

Скотт подошел к двери и впустил отца. Они обменялись взглядами, прежде чем женщины их заметили - таким взглядом, который говорил о мужской солидарности перед лицом подавляющего женского превосходства.

Все вернулись в гостиную, и мать Скотта продолжила с того места, на котором остановилась.

— Я как раз говорила, Фергус, что нашему мальчику есть за что отвечать. Как он мог лишить нас внуков, когда мы так долго и отчаянно хотели их увидеть?

— Хизер, я уверен, что есть хорошее объяснение.

— Ну, я как раз и прошу его объяснить.

Скотт не мог больше выносить эту нереальную дискуссию, и его естественные эмоции взяли верх.

— Мама! Я понимаю твои переживания насчет внуков, но есть и более важные вещи. Почему ты не спрашиваешь о путешествиях во времени? Почему нет вопросов о том, что у меня три жены? А как насчет того, что я Верховный Король?

— Не раздражай меня, Скотт! И ты все еще должен объяснить насчет Кирсти - кто она? Я слышала, как девочки упоминали ее и еще одну, которую они называют первой маленькой Тиной. Кто они?

— Да, сынок, почему ты не поделился этим с нами? Мы всегда поддерживали тебя, - сказал его отец.

— Послушайте самих себя! Это же невероятно. Как я мог бы прийти к вам и рассказать, что меня отбросило во времени в девятый век, что у меня была жена и ребенок, и что их убили викинги? Как я мог бы сказать вам, что у меня были и другие жены? Вы бы отправили меня в психушку!

— Скотт, я, конечно, не оправдываю тот факт, что у тебя, похоже, больше одной жены, но Фиона, Эйлиан и Хельфе, кажется, знают, что делают, они все хорошо адаптировались, так что я считаю, что какая бы у тебя ни была «договорённость», она в порядке. Но то, что ты скрываешь наших внуков, непростительно. И что это за история про ещё одну жену, ребёнка и викингов?

— Мама, послушай себя. Я участвую в жестокой битве за будущее Шотландии, а ты совершенно не понимаешь, о чем идет речь, когда речь заходит о внуках. Я путешествую туда-сюда во времени, а ты настолько ограничена, что не считаешь ничего из этого важным!

— Сынок, так с матерью разговаривать нельзя! - сердито ответил его отец.

Скотт замолчал, ошеломленный словами отца. Было ясно, что родители по-прежнему видели в нем своего маленького мальчика и пытались относиться к нему соответственно.

— Папа, позволь мне кое-что сказать. За последний год, что ты прожил на этой земле, я прожил почти семь лет в девятом веке Шотландии. Я лично вел тысячи людей в бой, был свидетелем кровавой бойни вблизи, приказывал людям убивать. Я почти отрубил головы людям, которые намеревались убить меня.

— Я был свидетелем последствий набега викингов, уничтожившего всё, что мне было дорого: мою жену, ангельского ребенка, которой я, которой я... которой я помог появиться на свет своими собственными руками! Я держал её, когда она появилась из утробы матери, смотрел ей в лицо, восхищался чудом природы, а затем обнаружил, как жестоко викинги сразили мою жену и этого ребенка.

— Я мучился, когда Верховный король вторгался на мои земли, применял грубую силу против викингов и саксов. Я свергал слабое и вероломное правительство, да, включая предыдущего Верховного короля. А ты говоришь мне, что не следует так разговаривать с моей матерью!!

— В Шотландии IX века на каждого мужчину приходится две или три женщины. Жестокость тех времен означает, что мужчины иногда не живут долго, поэтому у них бывает более одной жены. Но как бы то ни было, если бы я встретил этих трех женщин здесь, в 2008 году нашей эры, я все равно любил бы каждую из них, да, и одновременно, если бы они мне позволили.

— Папа, я - Ард Ри. На моих плечах лежит ответственность за всю Шотландию. В Шотландии IX века я уже ввел разнообразное питание, базовые меры общественного здравоохранения, всеобщее образование, улучшил использование земель и внедрил другие усовершенствования, такие как пенициллин. Я ввел новую форму правления, при которой местные жители имеют больше права голоса и ответственности за свои собственные дела. Не говори мне, что нельзя так разговаривать с моей матерью!

Отец Скотта посмотрел на сына совершенно другими глазами. Опыт и авторитет этого человека ярко проявились в этой «речи», и ему пришлось по-новому оценить того человека из плоти и крови, которого он всегда считал «своим маленьким мальчиком».

— Хизер, я думаю... я думаю, он говорит правду. Это всё реально. Он действительно вернулся в прошлое. Посмотри на него. Его осанка, его авторитет. Я верю, что он действительно Верховный Король!

— Фергус, не глупи, девочки просто романтизировали ситуацию, пытаясь смягчить удар от того, что Скотт находится в отношениях с несколькими партнерами...

Ей пришлось замолчать, поскольку жены Скотта застыли с каменными лицами, осознав, что его мать просто потакала им.

— Ты нам не поверила? Думала, что это все комедия? Как ты могла, Хизер, он наш Верховный Король, и мы сделали бы для него все что угодно!

У Скотта в голове промелькнула мысль. Его отец был инженером на пенсии, одним из первых, кто получил свой «ядерный билет», работая на руководящих должностях на атомных электростанциях Шотландии. Его мать была преподавателем естественных наук в средней школе.

— Что ж, у вас двоих есть только один способ убедиться в этом - вернуться со мной и увидеть все своими глазами. У вас обоих есть многое, чем вы можете поделиться, и я надеюсь, что вы будете хорошо служить своему Верховному Королю!

Скотт смирился с тем, что пропустит майский переходной момент, позволяющий вернуться в Далриаду. Он поклялся себе, что максимально использует эти дополнительные шесть месяцев до следующего дня Святого Андрея.

Вечером 31 мая он приготовил дома особенный ужин, и они с семьёй провели тихий вечер, размышляя о том, что Дэвиду, Кринану и их друзьям теперь исполнится на шесть лет больше. Решение остаться в «будущем» далось нелегко, но логика того, что нельзя возвращаться с пустыми руками, была неопровержима. Они сделали свой выбор, а это означало, что пройдет еще шесть лет, прежде чем они вернутся в Инверари. Скотт был полон решимости постараться максимально использовать оставшееся время в XXI веке.

В ту ночь девушки попытались облегчить его явную боль по-своему, неповторимо. Фиона медленно раздевала Скотта и взяла его твердый член в рот, лаская его как могла. В отличие от нежных и романтичных действий этих двоих, Хельфе практически затащила Эйлиан в спальню и бросила ее на кровать.

Скотт был возбужден, наблюдая, как Хельфе надевает одну из секс-игрушек, которые он купил девушкам, и она, не теряя времени, энергично вошла в свою сестру-жену.

Фиона прервала оральные ласки, чтобы снять с себя одежду, а затем легла, открыто приглашая Скотта. Он улегся на неё, направил свой член в её влажную щель и с явным удовольствием вошел в неё. Сначала он двигался медленно, совершая длинные толчки в её узкую вагину. Когда он почувствовал, как пятки Фионы настойчиво впиваются в его ягодицы, он начал увеличивать скорость и интенсивность своих толчков, ударяясь о ее твердый маленький клитор при каждом толчке.

При таком обращении оргазм Фионы не заставил себя долго ждать, и она завыла от экстаза так, что ее услышали сестры-жены.

Скотт замедлился и попытался восстановить дыхание, и, делая это, он еще раз взглянул на Эйлиан и Хельфе. Он видел, как Эйлиан, его маленькая эльфийка, пристально смотрит на него. Это было почти так, будто она пыталась заставить его стать тем, кто будет внутри нее, а не резиновым заменителем, которым Хельфе в данный момент долбила ее. При таком взгляде Скотт не мог ей ни в чем отказать.

Он вытащил свой все еще твердый член из Фионы, к ее большому разочарованию, и поманил Хельфу, чтобы та поменялась с ним местами. Хельфа опустилась между ног Фионы и сразу же начала вгонять в нее страпон, не обращая внимания на то, что Фиона только что испытала сокрушительный оргазм.

Скотт опустился на колени позади Эйлиан и ввел свой член в её уже хорошо подготовленный проход. Эйлиан сразу почувствовала разницу, и её восторженные возгласы не оставили у Скотта никаких сомнений относительно того, что ей больше нравится. Он обхватил её за бедра и отклонял назад, одновременно толкая вперёд, и при соприкосновении их обнажённой кожи раздавались громкие хлопки.

— Да, мой господин, да. Сильнее, трахни сильнее, если можешь, - умоляла Эйлиан.

В ответ толчки Скотта стали еще более энергичными, и он также просунул руку между ними, чтобы потереть и пощекотать кнопку удовольствия своей маленькой эльфийки. Он смазал большой палец ее обильными соками и использовал его, чтобы дразнить ее сфинктер. Эйлиан сразу же вздрогнула и завыла, почувствовав там прикосновение.

— Тебе действительно нравится, когда тебя там трогают, да, моя малышка? Готова ли ты к тому, чтобы мой член попытался войти туда?

Эйлиан могла только стонать, и Скотт принял это за согласие. Сначала он ввел большой палец в ее зад, пытаясь слегка раскрыть ее, прежде чем попытаться ввести свой член в то, что казалось ему невероятно маленьким и узким проходом.

Ее реакция на то, что его большой палец вошел в нее, была бурной. Она сразу же начала извиваться, а ее руки яростно вцепились в постельное белье. Он вытащил свой член из ее смазанной щели и приставил головку к ее другому отверстию, толкая вперед, чтобы попытаться войти в нее. Он был удивлен тем, сколько силы ему пришлось приложить, прежде чем его член наконец проник через ее анальное отверстие, и эта сила заставила его войти в нее на два или три дюйма, прежде чем он смог остановиться.

Эйлиан извивалась, явно уже находясь в оргазме и неспособная говорить или издавать какие-либо другие звуки. Ее голова была запрокинута назад, глаза крепко зажмурены, а нижнюю губу она зажала между своими идеальными маленькими зубами. Шнуры на ее шее были натянуты, а спина изящно выгнулась, когда она позволила ощущениям захлестнуть себя.

Скотт воспользовался возможностью, чтобы продвинуться еще немного вперед, прежде чем изменить направление и почти полностью вытащить свой член из нее. Он не мог поверить, насколько она была узкой, сжимая его член, как тиски, пока он пытался войти в нее глубже. Спустя несколько толчков ему удалось войти до конца, и он начал очень медленно двигаться вперед и назад.

Голова Эйлин теперь опустилась, и она непрерывно стонала, выпячивая свою упругую, тугую попку навстречу его толчкам.

Скотт не смог больше сдерживаться и почувствовал, как его собственный оргазм стремительно приближается. Он понял, что это будет нечто грандиозное, и когда его сперма хлынула из кончика члена, ему показалось, будто он выливает литры спермы в задницу Эйлиан. Она начала кричать от наслаждения, чувствуя, как горячая сперма наполняет её кишечник, и снова запрокинула голову, когда ещё более сильный оргазм угрожал поглотить её.

Скотт упал на спину Эйлиан, теперь измученный как физически, так и морально. Сила его оргазма полностью вымотала его, и он опрокинулся на бок, почти сразу же погрузившись в сон. Он смутно почувствовал, как кто-то протирает его член тряпкой, прежде чем сон одолел его, и улыбка заиграла на его губах.

Скотт с головой погрузился в планирование на ближайшее время. Он купил несколько ноутбуков высшего класса и обсудил с отцом и матерью, какие программные пакеты будут полезны инженерам и ученым. Он попросил отца постараться найти чертежи и планы тех «заводов», которые им понадобятся - электростанций, сталелитейных заводов и т. д., а также инженерные чертежи оборудования, которое им предстоит создать.

Его мать изучала программные пакеты, которые помогли бы в преподавании всех предметов, но в особенности естественных наук - химии, физики и биологии.

Тем временем он изучил всю доступную информацию о двух обществах, занимающихся реконструкцией сражений, которые так его заинтересовали, и при этом сделал поразительное открытие. В статье местной газеты упоминалось, что одна из групп имела в качестве патрона некоего полковника Маккелви. Совпадение было слишком большим: это должен был быть тот самый полковник, который купил монеты Скотта. Он задался вопросом, не представится ли ему возможность еще раз попытаться привлечь полковника и не сможет ли тот помочь в привлечении других профессионалов из группы, патроном которой он являлся.